ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-5544/2020

г. Саратов

01 апреля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена  28 марта 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 01 апреля 2022 года. 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего – судьи Н.А. Колесовой,  

судей Г.М. Батыршиной, Е.В. Романовой, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания                        ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного кредитора ФИО2 на определение Арбитражного суда Волгоградской области об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной и применении последствий ее недействительности от 03 февраля 2022 года по делу № А12-5544/2020 по заявлению конкурсного кредитора ФИО2 об оспаривании сделки должника

к ФИО3, г. Волгоград, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданки ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: хутор Карагичевский Михайловского района Волгоградской области, зарегистрированной по адресу: 

<

...>; ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>,

при участии в судебном заседании: без сторон, лица, участвующие в деле, в при участии в судебном заседании: от ФИО2 – ФИО5, представителя, доверенность от 23.11.2020 № 34АА3317115 (копия доверенности приобщена к материалам дела), от финансового управляющего – ФИО6, лично (паспорт обозревался, личность установлена), иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом в порядке частей 1, 6 статьи 121, части 1 статьи 122, части 1 статьи 123, части 1 статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что подтверждается отчетом о публикации судебных актов от 03.03.2022,

УСТАНОВИЛ:

03 марта 2020 года в Арбитражный суд Волгоградской области обратилась ФИО4 с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом).

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 09 апреля 2020 года  заявление принято судом к рассмотрению, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 28 мая 2020 года гражданка ФИО4 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества сроком на 4 месяца, финансовым управляющим утверждена ФИО6.

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 30 мая 2020 года, а также в газете «Коммерсантъ» от 06 июня 2020 года № 100(6821), стр. 121.

16 августа 2021  года в Арбитражный суд Волгоградской области обратился  конкурсный кредитор ФИО2 с заявлением об оспаривании сделки должника, в соответствии с которым просил суд признать недействительным договор дарения от 01 июня 2016 года, заключенный между  ФИО3 и ФИО4, и применить последствия недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 03 февраля 2022 года  в удовлетворении заявления конкурсного кредитора ФИО2 отказано в полном объеме. 

Не согласившись с принятым по делу судебным актом конкурсный кредитор ФИО2 обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявление конкурсного кредитора ФИО2 в полном объеме. Податель жалобы настаивает на том, что оспариваемая сделка совершена с противоправной целью вывода ликвидного имущества из владения должника во избежание обращения на него взыскания. По мнению заявителя жалобы, имеются основания для признания данной сделки недействительной (ничтожной) по статьям 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Кроме того, по мнению апеллянта, срок исковой давности по требованию о признании сделки недействительной общим основаниям Гражданского кодекса Российской Федерации кредитором не пропущен.

ФИО3 и ФИО4 представили отзывы на апелляционную жалобу, с доводами, изложенными в ней, не согласны, просят оставить обжалуемый судебный акт без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российско Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Арбитражный апелляционный суд в порядке части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, отзывах на нее, выступлениях присутствующих в судебном заседании участвующих в деле лиц и их представителей, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд не считает, что судебный акт подлежит изменению или отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов, 01 июня 2016 года ФИО4 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) заключили договор дарения, по условиям которого должник безвозмездно передает в общую долевую собственность одаряемого, а одаряемый принимает в дар 1/3 долю квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, общей площадью 55 кв. м, кадастровый номер 34:34:080087:622.

Государственная регистрация перехода права собственности совершена 17 июня 2016 года.

В результате проверки условий указанного договора конкурсный кредитор пришел к выводу о недействительности совершенной сделки по общим основаниям Гражданского кодекса Российской Федерации (ст. 10, 168, 170),  в связи с чем обратился с настоящим заявлением в арбитражный суд.

Согласно пунктам 1, 2, 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

В соответствии с правилами пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)».

Сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе (статья 166 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В силу положений статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. 

Кредитор в обоснование заявленных требований ссылается на заключение указанного договора между заинтересованными лицами со злоупотреблением правом и в целях причинения вреда имущественным правам кредитора.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, проанализировав представленные доказательства и обстоятельства спора, не установил совокупности условий, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной как по общим, так и по специальным основаниям законодательства о банкротстве. 

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. 

Как разъяснено в пунктах 7 и 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

Иной подход приводит к тому, что содержание специальных норм Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

В то же время, законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

 Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. 

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. 

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306- ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17- 4886, от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886 (1) от 09.03.2021 N 307-ЭС19-20020 (9)).

В силу изложенного, заявление об оспаривании сделки может быть удовлетворено только в том случае, если заявитель доказал наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).

По мнению судебной коллегии, факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредитором, отчуждение актива по существенно заниженной цене и аффилированность покупателя – в своей совокупности являлись обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названной сделки, в связи с чем суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии у оспариваемой сделки состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом следует согласиться с выводами суда первой инстанции о том, что в рассматриваемом случае приведенные в основание заявления доводы не свидетельствовали о наличии у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, в связи с чем и не имелось оснований для применения положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации о злоупотреблении правом.

Рассматриваемый договор дарения заключен 01 июня 2016 года, то есть за пределами трехлетнего периода подозрительности, установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, как правомерно указал суд первой инстанции он не может быть признан недействительным по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Cамо по себе наличие аффилированности не может служить основанием для квалификации сделки по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку порок аффилированности есть не что иное, как наличие осведомленности у стороны о наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества у должника. То есть входит в пределы правовой квалификации сделки по специальным банкротным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, что в данном случае, как указано выше, не представляется возможным, ввиду совершения спорной сделки за пределами трёхлетнего предельного ретроспективного периода проверки добросовестности должника и его контрагентов (периода подозрительности).

Как следует из материалов дела, после заключения договора дарения от 01.06.2016, ФИО3 стал являться сособственником квартиры (2/3 доли).

ФИО3 в данной квартире проживает совместно со своей супругой ФИО7, брак зарегистрирован 08.07.1987. ФИО7 принадлежит 1/3 доли в праве общей долевой собственности.

Согласно учётно-регистрационной картотеке ГКУ ВО «МФЦ» в квартире с 01.10.2008 зарегистрированы должник ФИО4, её мать ФИО7 и отец ФИО3, с 14.08.2015 также зарегистрирована несовершеннолетняя дочь ФИО4 и ФИО2 – ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Фактически имущество от дарителя к одаряемому было передано, юридически данное действие было закреплено путем регистрации права собственности ФИО3 на 1/3 доли в квартире.

Передача ФИО4 1/3 доли в квартире в собственность ФИО3 являлось целью рассматриваемой сделки согласно ее предмету и условиям.

Указанная цель сторонами реализована при регистрации права собственности на 1/3 доли в квартире на основании рассматриваемого договора, и впоследствии ФИО3 реализовал свои права собственника в отношении квартиры.

Из представленных документов следует, что ФИО3 реализовал свои права собственника, непрерывно с 01.06.2016 несет бремя по содержанию жилого помещения, оплачивая коммунальные расходы и налоги на имущество.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Судом первой инстанции установлено, что о совершении спорной сделки конкурсному кредитору стало известно из материалов исполнительного производства, по которому судебным приставом-исполнителем направлялись запросы об имущественном положении должника, выписки о правах на недвижимое имущество должника, полученной 07.04.2017.

Документы, касающиеся имущественного положения должника, содержатся в материалах исполнительных производств. 

Кроме того, о распоряжении должником спорным имуществом ФИО2 должно было быть известно с момента ознакомления с исковым заявлением ФИО4 об устранении препятствий в пользовании домовладением и земельным участком, об обязании передать ключи, об определении порядка пользования жилым помещением и земельным участком в соответствии с долевым участием сторон в праве собственности, поданным 30 октября 2016 года в Светлоярский районный суд Волгоградской области.  В исковом заявлении должник указывал об отсутствии в его собственности иного пригодного для проживания жилого помещения, к исковому заявлению были приложены выписки из ЕГРН. 

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами  суда первой инстанции о том, что кредитор не был лишён возможности своевременно, до истечения периода подозрительности для оспаривания сделки должника по основаниям ст. 61.2 Закона о банкротстве, обратиться с заявлением о признании должника банкротом и об оспаривании сделки должника, либо в отсутствии возбужденного дела о банкротстве оспорить указанную сделку по общим основаниям Гражданского кодекса Российской Федерации в пределах установленного для этого срока исковой давности.

Должник и заинтересованное лицо заявили о пропуске конкурсным кредитором срока исковой давности.

Вопросы исковой давности урегулированы в главе 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пропуск срока исковой давности влечет за собой утрату права на иск в материально-правовом смысле.

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

На основании норм статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Исходя из конституционно-правового смысла рассматриваемых норм (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2006 года № 576-О, от 20 ноября 2008 года N 823-О-О, от 25 февраля 2010 года № 266-О-О), установление сроков исковой давности (то есть срока для защиты интересов лица, права которого нарушены), а также последствий его пропуска обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота, и не может рассматриваться, как нарушающее конституционные права заявителя.

Установление законодателем срока исковой давности преследует своей целью повысить стабильность гражданского оборота и соблюсти баланс интересов его участников, не допустить возможных злоупотреблений правом и стимулировать исполнение обязанности действовать добросовестно.

Применение положений главы 12 Гражданского кодекса Российской Федерации разъясняется в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28 февраля 1995 года № 2/1 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».

Согласно статье 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (пункт 1).

Поскольку течение данного срока надлежит исчислять с момента начала исполнения сделки, то есть с 01 июня 2016 года, поэтому следует исходить из того, что конкурсный кредитор обратился в арбитражный суд за пределами трехгодичного срока исковой давности.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

На основании пункта 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2001 года № 15 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2001 года № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и уважительных причин (если истцом является физическое лицо) для восстановления этого срока не имеется, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Как указано в части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа в иске в связи с признанием неуважительными причин пропуска срока исковой давности или срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств.

Оснований для восстановления пропущенного срока судом не установлено. 

Каких-либо доводов, основанных на доказательствах, которые имели бы правовое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы арбитражного суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержиат.

Всем доводам, содержащимся в апелляционной жалобе, арбитражный суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку при разрешении спора по существу заявленных требований в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив все доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, правовые основания для переоценки доказательств отсутствуют.

Согласно Постановлению Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года № 62 «О внесении дополнений в пункт 61.9 главы 12 Регламента арбитражных судов Российской Федерации» считается определенной практика применения законодательства по вопросам, разъяснения по которым содержатся в постановлениях Пленума и информационных письмах Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации».

В порядке пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации или статьей 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор, и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений, определив при этом, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, какие законы и иные нормативные правовые акты подлежат применению в конкретном спорном правоотношении (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2010 года № 8467/10, Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 марта 2013 года № ВАС-1877/13).

Представленные в материалы дела доказательства исследованы полно и всесторонне, оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, выводы, содержащиеся в решении, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, не установлено нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта.

При таких обстоятельствах у арбитражного суда апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для изменения или отмены состоявшегося по делу судебного акта в соответствии с положениями статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.         

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 03 февраля 2022 года по делу № А12-5544/2020 оставить без изменения, апелляционную   жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.

 

ПредседательствующийН.А. Колесова

 

СудьиГ.М. Батыршина

 

Е.В. Романова