ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-38210/2019

г. Самара

05 августа 2021 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей Александрова А.И., Гадеевой Л.Р.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 29 июля 2021 года в помещении суда, в зале № 2,

апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Автотранссервис», ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21 мая 2021 года о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела № А65-38210/2019 о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Акватек», г. Казань,

с участием:

от ФИО2 - ФИО3, доверенность от 15.01.2021, 

 

установил:

ООО «Научно-производственное объединение «Акватек» обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о собственном банкротстве.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.01.2020 указанное заявление принято к производству и назначено к рассмотрению в судебном заседании.

По результатам проверки обоснованности заявления должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.09.2020 должник признан банкротом и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.03.2021 арбитражный управляющий ФИО5 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.04.2021 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6

В рамках указанной процедуры предыдущим конкурсным управляющим подано заявление о признании недействительным сделок должника и применении последствий их недействительности.

Конкурсный управляющий просил признать недействительными договор оказания услуг по организации перевозки легковым автомобильным транспортом грузов и пассажиров от 28.04.2016 № 3У/2016, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Автотранссервис», а также сделки должника по перечислению платежей по указанному договору на общую сумму 12 466 908 рублей 16 копеек.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.05.2021 заявление удовлетворено.

Признаны недействительными договор оказания услуг по организации перевозки легковым автомобильным транспортом грузов и пассажиров от 28.04.2016 № 3У/2016, подписанный между обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Акватек», г. Казань, и обществом с ограниченной ответственностью «Автотранссервис», г. Казань, а также платежи, совершенные обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Акватек», г. Казань, по указанному договору на общую сумму 12 466 908 рублей 16 копеек.

Применены последствия недействительности сделок.

Взыскано с общества с ограниченной ответственностью «Автотранссервис», г. Казань, в пользу общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Акватек», 

<

...> 645 512 рублей 16 копеек задолженности.

Общество с ограниченной ответственностью «Автотранссервис» и ФИО2 обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21 мая 2021 года о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

Определениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда    апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

Представитель ФИО2 в судебном заседании поддержала жалобы, просила их удовлетворить, определение суда отменить.

Иные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее

Как усматривается из материалов дела, конкурсный управляющий оспаривает договор  от 28.04.2016,  № 3У/2016  между ответчиком (исполнитель) и должником (заказчик)  на оказание услуг по организации перевозки легковым автомобильным транспортом грузов и пассажиров, по условиям которого исполнитель обязался предоставлять заказчику по его заявке транспортные средства за плату и оказывать своими силами услуги по управлению им и по его технической эксплуатации.

По указанному договору должником перечислены ответчику денежные средства в размере 12 466 908 рублей 16 копеек, которые были частично возвращены ответчиком в размере 10 821 396 рублей.

Данные сделки оспариваются по  статьям 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку заявитель считает сделки мнимыми, заключенными между заинтересованными лицами в целях вывода активов должника, совершенными в период, когда у должника имелись признаки неплатежеспособности, а также ссылается на транзитный характер платежей должника, которые, по мнению заявителя, были направлены на оплату платежей по возврату кредитов.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для признания сделок недействительными и исходит при этом из следующего.

Как указано выше, конкурсный управляющий оспаривает сделки по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, а также по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует арбитражному суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

В условиях конкуренции норм о недействительности сделки как по общим, так и по специальным основаниям, следует устанавливать, как выявленные нарушения выходили за пределы диспозиции статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Иной подход приводит к тому, что содержание статьи 61.2 указанного закона теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, не оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о возможности заявления возражений только на основании вступившего в законную силу судебного акта, что недопустимо.

Конкурсный управляющий указывает в заявлении, что сделки совершены между заинтересованными лицами, при этом доказательства реальности спорных сделок вызывают сомнения.

Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации под мнимой сделкой понимается сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Указанная сделка является ничтожной.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон отсутствует цель в достижении заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

При этом характерной особенностью является то, что, совершая сделку лишь для вида, стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь создать реальных правовых последствий.

В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для получения оплаты за работы или услуги, фактически не оказанные должнику с целью вывода денежных средств неплатежеспособного должника, находящегося в предбанкротном состоянии.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

При рассмотрении вопроса о мнимости договора и документов, подтверждающих исполнение договора, арбитражный суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для осуществления оплаты, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на искусственное создание задолженности перед кредитором в указанных целях, необходимо осуществлять проверку по принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений из договора.

Целью такой проверки является установление экономической и правовой обоснованности осуществления платы по договору, поскольку перечисление денежных средств должником в пользу кредитора без реального встречного предоставления приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов должника. При наличии убедительных доказательств невозможности исполнения договорных обязательств для должника бремя доказывания обратного возлагается на ответчика.

Нормы о ничтожности мнимых договоров направлены на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Соответственно, исходя из указанных положений, на другую сторону (ответчика) переходит бремя опровержения соответствующих обстоятельств. В частности, на такое лицо возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки или мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Конкурсный управляющий ссылался на мнимость правоотношений, возникших из оспариваемого договора.

По объективным причинам, связанным с тем, что конкурирующие кредиторы и арбитражный управляющий не являлись участниками правоотношений по спору, сложившиеся между сторонами спорных договоров, они ограничены в возможности предоставления достаточных доказательств, подтверждающих свои доводы. В то же время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы арбитражному суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных данными лицами.

Бремя опровержения этих сомнений лежит на другую сторону, причем это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Поведение сторон, являющихся участниками гражданского оборота, направленное на создание задолженности, при отсутствии необходимых доказательств ее реальности может представлять собой использование юридических лиц для целей злоупотребления правом, то есть находиться в противоречии с действительным назначением юридического лица как субъекта права.

Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, входит, в том числе, факт отсутствия реальной воли при заключении спорной сделки, и достижения ее результата.

Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

По смыслу статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимость сделки устанавливается на момент заключения данной сделки, юридически значимым обстоятельством для признания сделки мнимой является отсутствие у нее основания, поскольку стороны не стремятся к достижению того правового результата, который должен возникнуть из данной сделки.

Совершая мнимую сделку, стороны, как указывалось, хотят создать лишь видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые вытекают из этой сделки. Дефект мнимой сделки как раз и проявляется в отсутствии направленности сделки на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Как указывалось, следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение, однако это не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий, в частности по представлению доказательств (часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Спорные сделки заключены между заинтересованными лицами, которые связаны друг с другом через общество с ограниченной ответственностью «Химтранссервис».

Заинтересованное лицо при отсутствии формальных признаков заинтересованности на момент совершения спорных сделок имеет возможность фактически оказывать влияние на принятие деловых решений относительно деятельности должника.

В постановлении арбитражного суда от 12.12.2018 по делу № А65-12787/2018 по заявлению должника об оспаривании решения налогового органа от 14.11.2017 № 20 о привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения установлены признаки подконтрольности общества с ограниченной ответственностью «Химтранссервис» должнику.

В ходе рассмотрения указанного дела арбитражным судом было установлено создание должником через подконтрольные ему организации схемы правоотношений в целях получения вычета по налогу на добавленную стоимость и уменьшения тем самым суммы подлежащего уплате в федеральный бюджет налога.

Данная схема была организована путем оформления фиктивных договорных обязательств по оказанию должнику транспортных услуг, которые были оказаны согласно документам одними подконтрольными должнику организациями, а фактически - другой подконтрольной организацией. Указанные подконтрольные организации использовали разные режимы налогообложения, которые не позволяли бы им выставлять счета с налога на добавленную стоимость. Причем транспортные услуги были оказаны должнику за счет его собственных денежных средств, предоставленных подконтрольной ему организацией, на которые были приобретены транспортные средства.

Эти обстоятельства были выявлены налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки за 2014-2015 года, по результатам котором был составлен акт от 29.09.2017 № 19 и принято решение от 14.11.2017 № 20.

Из решения от 14.11.2017 № 20 следует, что выездная налоговая проверка проведена для проверки правомерности предъявления должником в 2014-2015 года к вычету налога на добавленную стоимость по транспортным услугам, которая была начата налоговым органом 12.12.2016.

Из данного документа следует, что должник и физическое лицо вышли из состава учредителей общества с ограниченной ответственностью «Химтранссервис» в период, когда должником уплачивался налог на добавленную стоимость по заниженной налоговой базе (соответственно, 31.08.2015 и 19.02.2016) и были поданы в налоговый орган заявления для получения вычетов по налогу.

В последующем налоговым органом была организована выездная налоговая, которая была окончена 04.08.2017.

Причем до момента выхода физического лица из состава учредителей общества с ограниченной ответственностью «Химтранссервис» 10.02.2016 налоговым органом было зарегистрировано создание юридического лица – ответчика, с минимальным уставным капиталом, с которым должником 28.04.2016 был подписан спорный договор.

Из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ответчика следует, что его руководителем и учредителем является ФИО7

Указанное физическое лицо согласно установленной налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки является сотрудником организаций, входящих во взаимосвязанную группу, созданную должником, работающих по совместительству в нескольких организациях группы, получающих минимальный  доход.

В указанную группу лиц также входит ФИО8 Группа связанных друг с другом лиц была создана должником и находилась под его контролем.

Исходя из совокупности согласующихся между собой доказательств, арбитражный суд пришел к выводу о связанности должника и ответчика между собой, несмотря на отсутствие формальных признаков для этого.

Установленные арбитражным судом обстоятельства ответчиком и представителем учредителей должника надлежащими доказательствами не опровергнуты, документы, свидетельствующие об отсутствии признаков заинтересованности, между сторонами не представлены.

Представленные сторонами в обоснование возражений о реальности сложившихся с должником правоотношений документы оформлены между указанными лицами, являющиеся между собой заинтересованными лицами, что не могут безусловно подтверждать обстоятельства, на которые они ссылаются, поскольку, совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Доказательства, подтверждающие реальность договора, указанными лицами не представлены.

Пояснения сторон о необходимости заключения оспариваемого договора не может подтверждать его реальность, при отсутствии надлежащих доказательств, свидетельствующих об этом.

Представление штатного расписания, расчета по страховым взносам, свидетельств о регистрации транспортных средств, страховых полисов, налоговых деклараций, также не могут подтверждать реальность правоотношений, на которые данные лица ссылаются, поскольку данные документы подлежат оформлению в силу установленных законом обязанностей, из которых они возникают (факт приобретения транспортных средств, принятия в штат сотрудников).

В опровержение заявления конкурсного управляющего о мнимости обязательств по оказанию должнику транспортных услуг ответчик и представителей учредителей должника не представили надлежащие документы, которые подтверждали бы их доводы о том, что должнику реально оказывались предусмотренные спорным договором услуги.

Тем более вызывают сомнения совершенные ответчиком платежи по частичному возврату платежей, перечисленных должником по спорному договору.

Как указывает конкурсный управляющий, даты платежей по возврату денежных средств предшествовали крупным платежам, совершенных должником, по оплате кредитных платежей, которые по размеру имели близкие значения с размерами кредитных платежей.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции   пришел к обоснованному выводу о ничтожности договора оказания услуг по организации перевозки легковым автомобильным транспортом грузов и пассажиров от 28.04.2016 № 3У/2016.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.6 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу. 

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения. 

С учетом вышеизложенного, ответчик обязан возвратить должнику необоснованно полученные денежные средства в размере 1 645 512 рублей 16 копеек. 

Доводы заявителей апелляционных жалоб о недоказанности ничтожности аренды опровергаются обстоятельствами, установленными выше, согласно которым, стороны, являясь заинтересованными,  заключили для видимости договор  и по нему ответчик получал определенные денежные средства, что также установлено материалами налоговой проверки и соответствующими судебными актами по налоговому спору.

При таких обстоятельствах, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21 мая 2021 года по делу А65-38210/2019 необходимо оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд             

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21 мая 2021 года по делу А65-38210/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                      Н.А. Мальцев

 

Судьи                                                                                                    А.И. Александров

 

                                                                                                                Л.Р. Гадеева