СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Томск Дело № А03-20410/2022 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 февраля 2025 года Постановление в полном объеме изготовлено 26 февраля 2025 года  

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Иващенко А.П., судей Фаст Е.В. 

ФИО1 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Сперанской Н.В. с использованием средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 ( № 07АП-7653/2023(3)) на определение от 18.12.2024 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-20410/2022 (судья Чащилова Т.С.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Барнаульский завод энергетического машиностроения» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 656012, 

<

...>, Литер А), принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Серебрянский цементный завод» (ОГРН 

<

***>) о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

В судебном заседании приняли участие: согласно протокола. 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Алтайского края от 14.08.2023 (резолютивная часть от 07.08.2023) ООО «Барнаульский завод энергетического машиностроения» (далее – ООО «БЗЭМ», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее – ФИО3, конкурсный управляющий).  

07.09.2023 в арбитражный суд поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Серебрянский цементный завод» (далее – ООО «СЦЗ», кредитор) о  

привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик).  

Определением суда от 18.12.2024 заявление ООО «Серебрянский цементный завод» удовлетворено. Суд привлек ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Барнаульский завод энергетического машиностроения» и взыскал с него в пользу ООО «Барнаульский завод энергетического машиностроения» в порядке субсидиарной ответственности 48 777 024 рубля 08 коп.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 (апеллянт) обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 18.12.2024 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.  

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что ответчик в адрес суда, временного управляющего была направлена информация об отсутствии у ФИО2 истребуемой документации. Ответчик с 16.05.2022 не является руководителем должника, в связи с чем лишен возможности предоставления документов. Кроме того, при вынесении определения от 09.02.2023 суд не привлек ФИО2 к участию в деле. Судом не дана оценка доводам ответчика о передаче им документации должника следующему руководителю – Джозефц Хайгу, что подтверждается справкой от 04.07.2022, которая не была признана сфальсифицированной.  

Постановлением от 05.10.2023 апелляционный суд исключил из резолютивной части определения от 14.08.2023 выводы об истребовании документации у ФИО2 То есть, оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника не имелось.  

Факт выдачи Компанием Краншоек ББЛ ЛТД на имя ФИО2 подтвержден, доверенность выдана на территории иностранного государства, не требует обязательного проставления апостиля, данная доверенность была представлена не в суд, а в регистрационный орган. Более того, в доверенности ФИО2 был наделен правами по оплате доли в уставном капитале, получения документа, подтверждающего оплату доли. Квитанция от 09.02.20200 на сумму 1 000 руб. находится в регистрационном деле, представленном налоговым органом по запросу суда, в связи с чем вывод суда об отсутствии доказательств оплаты доли в уставном капитале является ошибочным. Выход ФИО2 из состава участников должника не привел к банкротству общества, у должника имелись денежные средства в размере более 4 млн. руб. Доля ФИО2 (10/11) должником до сих пор не оплачена, однако ФИО2 требований к должнику не предъявлял.  

ФИО2 был надлежащим образом уволен с поста единственного исполнительного органа. Учредитель должника не принял мер по актуализации сведений в ЕГРЮЛ, в связи с чем  

была внесена запись о недостоверности сведений о руководителе должника, о чем третьи лица должны были знать. ФИО2 и иностранный инвестор на дату 09.02.2022 не могли предполагать наступление событий (начало специальной военной операции), на тот момент само по себе вхождение иностранной компании в состав участников должника не являлся неправомерным.  

Дата объективного банкротства должника – 18.10.2022 (дата подачи исполнительного листа на принудительное исполнение). Если исходить из даты объективного банкротства – 17.02.2022, то размер субсидиарной ответственности должен составлять 2 315 074,91 руб. При этом, до 26.10.2022 на расчетном счету должника находились денежные средства в размере 3 370 659,08 руб., что свидетельствует о наличии у должника возможности исполнить обязательства. Подробнее доводы изложены в апелляционной жалобе.  

В порядке статьи 262 АПК РФ конкурсный управляющий ФИО3 и ООО «СЦЗ» представили отзывы на апелляционную жалобу, в которых просят обжалуемый судебный акт оставить без изменений. Подробнее позиции изложены в отзывах.  

Определением от 10.02.2025 председателя второго судебного состава Седьмого арбитражного апелляционного суда судебное разбирательство по апелляционной жалобе откладывалось в связи с болезнью председательствующего судьи.  

В судебном заседании представитель апеллянта поддержал доводы и требования апелляционной жалобы. Представители конкурсного управляющего и ООО «СЦЗ» поддержали доводы отзывов.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом и своевременно извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в судебное заседание, как до перерыва, так и после него, не явились, явку представителей не обеспечили.  

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.  

Заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном статьями 266, 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены судебного акта.  

Как следует из материалов дела, ООО «БЗЭМС» было зарегистрировано в качестве юридического лица 29.08.2016.  

Основной вид деятельности общества - производство промышленного холодильного и вентиляционного оборудования (ОКВЭД 28.25).  

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, ФИО2 являлся руководителем и единственным учредителем ООО «Барнаульский завод энергетического  

машиностроения» с момента его создания (29.08.2016).  

С 24.03.2022 учредителем должника является Краншоек ББЛ ЛТД (Великобритания) (1/11 доли).  

Ссылаясь на то, что ФИО2 не исполнил обязанность по передаче конкурсному управляющему документации должника, своими действиями привел общество к состоянию банкротства, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности.  

Суд первой инстанции, привлекая ФИО2 к субсидиарной ответственности, исходил из того, что действия ФИО2 сознательно были направлены на формальную передачу полномочий единственного участника и генерального директора номинальному лицу. Целью указанных действий является уклонение от исполнения обязанностей перед кредиторами и попытка избежать привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Барнаульский завод энергетического машиностроения». Иностранное юридическое лицо являлось номинальным участником, а бывший руководитель и собственник не утратил фактический контроль над Обществом, документы конкурсному управляющему не передал.  

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции. 

В соответствии с требованиями статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

В силу пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.  

При этом, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности  

должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).  

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были определены законодателем в разное время следующими положениями: - статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009 № 73-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013); - статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013 № 134-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017); - глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 № 266-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).  

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего ФЗ), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам ФЗ от 26.10.2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).  

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-Ф3 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее.  

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного 10 процессуального действия или исполнения судебного акта.  

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.  

В рассматриваемом обособленном споре подлежат применению нормы материального права в редакции Закона № 127-ФЗ, нормы процессуального права в редакции Закона № 127- ФЗ.  

Из подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.  

Обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в том числе отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, - это, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора.  

При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения.  

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного.  

Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.  

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на  

проведение процедур банкротства.  

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.  

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.05.2018 № 305-ЭС17- 21627).  

Искажение бухгалтерской документации должника, в силу норм закона о банкротстве, как таковое не является основанием для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. Квалифицирующим признаком является наличие последствий в виде существенного затруднения проведения процедуры банкротства.  

Так, согласно пункта 24 Постановления № 53 под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:  

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации; 

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;  

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.  

Пункт 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве устанавливает круг лиц, в отношении которых применяется положения пп. 4 п. 2 указанной статьи - в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.  

В апелляционной жалобе апеллянт указывает на неправомерность ссылки суда на определение Арбитражного суда Алтайского края от 09.02.2023, согласно которому суд  

истребовал у ФИО2 перечень имущества, в том числе имущественных прав,  

заверенные руководителем копии бухгалтерских и иных документов, отражающих экономическую деятельность организации.  

Определением арбитражного суда Алтайского края от 07.02.2023 в отношении должника введена процедура наблюдения.  

В силу части 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения.  

От руководителя должника согласно требованиям законодательства истребован перечень имущества, бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность Должника за последние три года. Запрошенные документы временному управляющему предоставлены не были.  

По ходатайству временного управляющего арбитражным судом Алтайского края выдан исполнительный лист ФС № 041118548 на истребование документов от ФИО2  

ФИО2 указывает, что не был привлечен к участию в деле, не был осведомлен о рассмотрении судом вопроса об истребовании документов, в связи с чем был лишен возможности предоставить соответствующие пояснения. Указанные доводы признаются апелляционным судом несостоятельными.  

Первое судебное заседание по настоящему делу было назначено на 30.01.2023, в судебном заседании объявлен перерыв до 07.02.2023 для извещения Должника посредством направления телефонограммы (04 минуты 20 секунд видео протокола судебного заседания от 30.01.2023).  

В судебном заседании 07.02.2023 суд сообщил о том, что должник был извещен о времени и месте судебного заседания (Первая минута видео протокола судебного заседания).  

Таким образом, ФИО2, как генеральный директор и единственный сотрудник должника, был извещен судом о наличии настоящего спора, а также имел возможность принимать полное участие в деле со всеми правами, предоставленными законом.  

Кроме того, информация по делу о банкротстве должника является публично доступной. ФИО2 как руководитель Должника и как заинтересованное лицо был вправе принять участие в судебных заседаниях по делу о банкротстве, представлять доказательства, доводы и возражения в обоснование своей позиции.  

Определение от 07.02.2023 ФИО2 не обжаловано и вступило в законную силу.  

Постановлением судебного пристава исполнителя от 14.06.2023 исполнительное производство в отношении ФИО2 окончено, а исполнительный лист возвращен в связи с невозможностью исполнения. При этом указано, что возможность исполнения документа не утрачена.  

Решением арбитражного суда Алтайского края от 14.08.2023 о признании должника несостоятельным (банкротом) от руководителя Должника в соответствии с требованиями Закона о банкротстве истребованы бухгалтерская и иная документация, печати штампы, материальные и иные ценности для передачи конкурсному управляющему.  

Ссылка апеллянта на постановление от 05.10.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда, которым было изменено решение от 14.08.2023 в части и исключены из резолютивной части судебного акта выводы об обязании ФИО2 передать документацию должника конкурсному управляющему, подлежит отклонению.  

В данном постановлении апелляционный суд указал лишь на преждевременность истребования документов у ФИО2 до истечения срока для добровольной передачи бывшим руководителем должника документации конкурсному управляющему.  

Таким образом, обязанность предоставить документы возникла у ФИО2 не только в силу определения суда от 07.02.2023, но и в силу закона, на что также указала апелляционная инстанция в постановлении от 05.10.2023.  

Соответственно, доводы апеллянта об искусственном создании судом первой инстанции оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, являются несостоятельными.  

В соответствии со статьей 126 Закона о банкротстве, с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия. Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней, с даты утверждения конкурсного управляющего, обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством РФ.  

Однако бухгалтерская и иная документация Должника, печати, штампы, материальные и иные ценности в адрес конкурсного управляющего переданы не были.  

В ответ на запрос арбитражного управляющего, от ФИО2 поступило пояснение, в котором он ссылается на то обстоятельство, что после вынесения Арбитражным  

судом Алтайского края определения от 07.02.2023 о введении в отношении Должника процедуры наблюдения, им в адрес временного управляющего, а также в адрес Арбитражного суда Алтайского края было направлены пояснения о невозможности представления бухгалтерской и иной документации, печати, штампа, материальных и иных ценностей общества с ограниченной ответственностью «Барнаульский завод энергетического машиностроения», поскольку указанная документация, после его увольнения была передана в адрес единственного участника - «Краншоек ББЛ ЛТД» в лице Джозефа Хайга.  

В качестве доказательства передачи ФИО2 документации Должника в адрес участника - «Краншоек ББЛ ЛТД» (владеющего 1/11 доли участия в Обществе) представлена Справка Компании «Краншоек ББЛ ЛТД» от 04.07.2022, подписанная директором Джозефом Хайгом.  

Исходя из текста Справки, Джозеф Хайг получил документацию должника от ФИО4 04.07.2022 в г. Лондон (Великобритания) количеством 35 архивных коробок.  

При этом, апостилем удостоверен только факт подписания справки Джозефом Хайгом, как директором компании «Краншоек ББЛ ЛТД», а само содержание Справки и изложенные в ней факты лицом, ее удостоверяющим, не проверялись и не подтверждались.  

Соответственно, апостиль Справки не может свидетельствовать о факте передаче документации Должника (статья 68 АПК РФ).  

Доказательств реальной доставки ФИО2 документации должника новому руководителю в г. Лондон апеллянт в нарушение статьи 65 АПК РФ не представил.  

При рассмотрении апелляционной жалобы на решение о признании Должника банкротом на вопрос суда об отправке документов в Великобританию ФИО2 представлены письменные пояснения от 05.10.2023: «В связи со сменой регистрации 25.08.2023 года (смены места постоянного проживания) и переезда в республику 

<

...> и нахождению по месту жительства не представилось возможным представить доказательство отправки, так как часть личных документов осталось на месте предыдущей прописки».  

Смена места жительства ФИО2 совпала с вынесением Арбитражным судом Алтайского края о введении процедуры наблюдения в отношении Должника и истребовании документов у ФИО2  

Из пояснения ФИО4 от 05.10.2023 следовало, что доказательства отправки документов якобы существуют и могли быть им предоставлены суду.  

Кредитором было заявлено об истребовании у ФИО2 оригиналов доказательств направления документов Должника, перечисленных в справке, из Российской Федерации в адрес Компании КРАНШОЕК ББЛ ЛТД. (ходатайство от 29.11.2023).  

Истребованные доказательства ФИО2 снова предоставлены не были. 

Вместо этого ФИО2 резко поменял свою позицию и заявил о доставке документов через ООО «Доставка грузов» без какого-либо подтверждения данного факта: «Доставка документов осуществлялась через ООО «Доставка грузов» (ИНН 

<

***>). В адрес ООО «Доставка грузов», насколько известно ФИО2, было оплачено за доставку в адрес учредителя Джозеф Хайг, то есть сделка была возмездная».  

Указанное объяснение возникло у ФИО2 сразу после того, как в материалы дела была представлена информация о движении денежных средств Должника в банке.  

Согласно имеющейся в материалах дела справки об операциях по расчетному счету Должника в ПАО «ВТБ», ООО «Доставка грузов» является одним из контрагентов Должника, которое оказывало ему транспортно-экспедиционные услуги (ТЭУ) в связи с поставками энергетического оборудования, а не почтовых и курьерских услуг по доставке документов за границу.  

Кроме того, Распоряжением Правительства РФ от 05.03.2022 года № 430-р Великобритания включена в перечень иностранных государств, совершающих в отношении РФ недружественные действия. Так, в рамках санкций Евросоюза с 25.02.2022 года введен запрет на посадку, взлет и полеты российских самолетов, в том числе частных, над территорией Великобритании, с 28.02.2022 закрыты морские порты для судов, связанных с РФ.  

Соответственно, вызывает сомнение факт передачи документации указанными лицами, в таком значительном объеме на территории недружественного государства.  

Таким образом, ФИО2 не представлены надлежащие доказательства направления или иной доставки документации Должника из России в г. Лондон (Великобритания), а также доказательства нахождения в день передачи документации самого ФИО2 в Великобритании.  

Вопреки доводам жалобы, на момент принятия судом решения о признании должника несостоятельным (банкротом) от ФИО2 так и не поступили надлежащие доказательства реальной передачи документации в адрес «Краншоек ББЛ ЛТД».  

При этом, непередача документации должника существенно затрудняет проведение процедуры банкротства должника, осложняет работу конкурсного управляющего по формированию конкурсной массы путем установления дебиторской задолженности и перспектив ее взыскания, наличия сделок, подлежащих оспариванию и т.д.  

Таким образом, материалами дела подтверждается наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника временному и конкурсному управляющему.  

Согласно пункту 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах  

с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.  

К компетенции общего собрания участников общества относятся образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий, а также принятие решения о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющему, утверждение такого управляющего и условий договора с ним, если уставом общества решение указанных вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества (подпункт 4 пункта 1 статьи 33 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).  

Единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества (пункт 1 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).  

Компания Краншоек ББЛ ЛТД (Великобритания) учреждена 01.02.2022 с минимально возможным уставным капиталом в размере 100 фунтов, 99 % которого принадлежит Генеральному директору.  

07.02.2022 Компания Краншоек ББЛ ЛТД (Великобритания) подает заявление о её принятии в состав участников ООО «Барнаульский завод энергетического машиностроения».  

07.02.2022 (то есть в тот же день) Компания Краншоек ББЛ ЛТД выдала на имя ФИО2 доверенность на внесение денег в оплату доли компании в уставном капитале ООО «Барнаульский завод энергетического машиностроения».  

Указанный документ составлен на русском языке, не апостилирован, факт направления оригинала доверенности ФИО2 не подтвержден.  

ФИО2 ссылается на неправильную оценку судом первой инстанции выданной доверенности на внесение денег в оплату доли в уставном капитале в качестве доказательства по делу.  

Вместе с тем, как в материалах судебного дела, так и в материалах налогового дела доверенность Компании Краншоек представлена только на русском языке без апостиля.  

Факт направления Компанией Краншоек оригинала указанной доверенности ФИО2 не подтвержден.  

Более того, в отличие от справки Компании Краншоек о якобы получении документов Должника (составлена на двух языках с апостилем), доверенность ФИО2 на представление интересов Компании Краншоек на территории РФ по непонятной причине оформлена только на русском языке и без апостиля (то есть, английский участник общества не имеет представления о ее содержании), что подтверждает непоследовательность в действиях Компании Краншоек и ФИО2  

Никаких выводов, противоречащих фактическим обстоятельствам дела, суд первой инстанции не делает.  

09.02.2022 ФИО2 принимает решение о принятии в состав участников ООО «Барнаульский завод энергетического машиностроения» Компании Краншоек ББЛ ЛТД, в тот же день вносит деньги в оплату уставного капитала (при этом доказательства получения ФИО2 денежных средств от Компании Краншоек ББЛ ЛТД в материалах дела отсутствуют).  

Апеллянт указывает на ошибочность выводов суда об отсутствии в материалах дела доказательств, ссылаясь на наличие в материалах регистрационного дела квитанции № 1523070 от 09.02.2022 на сумму 1 000 руб.  

Однако, судом указано именно на отсутствие доказательств передачи денежных средств из Великобритании, а не на отсутствие справки об оплате ФИО2 уставного капитала в размере 1 000 рублей.  

Надлежащих доказательств того, что оплата уставного капитала осуществлена за счет средств иностранной компании материалы дела не содержат.  

14.02.2022 Арбитражным судом Рязанской области вынесено решение о взыскании с ООО «Барнаульский завод энергетического машиностроения» задолженности в пользу ООО «Серебрянский цементный завод» (дело № А54-5465/2021).  

16.02.2022 ФИО2 подал в налоговый орган заявление об изменении состава участников ООО «Барнаульский завод энергетического машиностроения».  

24.03.2022 налоговый орган зарегистрировал изменения в составе участников ООО «Барнаульский завод энергетического машиностроения», Компания Краншоек ББЛ ЛТД входит в состав участников.  

27.03.2022 ФИО2 подал заявление о выходе из состава участников ООО «Барнаульский завод энергетического машиностроения».  

01.04.2022 налоговый орган зарегистрировал изменения в составе участников ООО «Барнаульский завод энергетического машиностроения», ФИО2 вышел из состава участников Общества и фактически единственным участником Общества становится Компания Краншоек ББЛ ЛТД.  

04.04.2022 ФИО2 написал заявление об увольнении с должности Генерального директора Общества.  

15.04.2022 Компания Краншоек ББЛ ЛТД получила указанное заявление. 

20.05.2022 ФИО2 подал в налоговый орган заявление о недостоверности сведений в ЕГРЮЛ о том, что он является генеральным директором должника.  

15.05.2022 налоговый орган принял решение о предстоящем исключении Должника из ЕГРЮЛ в связи с недостоверностью сведений о нем.  

12.09.2022 Кредитор обращается с заявлением в налоговый орган против исключения Должника из ЕГРЮЛ.  

Исходя из сведений, размещенных в ЕГРЮЛ, Компанией Краншоек ББЛ ЛТД в установленном порядке не принималось решение о назначении нового руководителя и регистрации такого решения.  

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что действия ФИО2 сознательно были направлены на формальную передачу полномочий единственного участника и генерального директора номинальному лицу.  

Апелляционный суд принимает во внимание регулярное изменение ФИО2 своей процессуальной позиции, в том числе относительно его последнего рабочего дня.  

Изначально в ответе ФИО2 на запрос суда от 07.02.2023 он утверждал, что утратил контроль над ООО «Барнаульский завод энергетического машиностроения» с 14.05.2022.  

Позиция о «последнем рабочем дне» - 16.05.2022 появилась у ФИО2 только после того, как в материалы дела Кредитором было представлено соглашение о замене стороны по договору поставки № СИБЭР/03-21/6433, подписанное в этот день ФИО2 как генеральным директором Должника.  

Таким образом, утверждение что ФИО2 перестал быть генеральным директором Должника с 17.05.2022, а последним его рабочим днем являлось 16.05.2022 (понедельник) не соответствует действительности и прямо противоречит позиции ФИО2, изложенной ранее суду, что само по себе вызывает обоснованные сомнения в добросовестном поведении ответчика.  

Более того, о сохранении ФИО2 контроля над деятельностью должника после 16.05.2022 свидетельствуют следующие обстоятельства.  

Анализ произведенных операций по расчетным счетам также позволяет сделать однозначный вывод о том, что ФИО2 не прекращал свою деятельность в качестве генерального директора Должника и после 14 мая 2022 года.  

В период с 19.05.2022 по 28.06.2022 по счету должника в ПАО «Сбербанк» осуществлялись денежные операции в виде оплаты контрагентам должника за оказанные услуги/выполненные работы.  

Совершение расходных операций по расчетному счету невозможно без непосредственного личного участия генерального директора (использование ЭЦП).  

ЭЦП должника Единственному участнику не передавалась, доказательства обратного отсутствуют, кроме того, использование ЭЦП, выпущенной в РФ, невозможно за ее пределами.  

Сведений о том, кто (за исключением ФИО2) осуществлял подпись документов от имени должника с использованием ЭЦП, не имеется.  

Кроме того, должником 23.06.2022 получена от АО «Металлторг» оплата за недопоставленный товар на основании письма от 23.06.2022.  

Также 28.06.2023 должником получена оплата за запасные части к вентиляционному оборудованию на основании с/ф от 30.05.2022 года.  

Выставление счетов-фактур и направление писем от имени Должника также свидетельствует о том, что ФИО2 фактически продолжил исполнять обязанности Генерального директора Должника.  

Кроме того, именно ФИО2 от имени должника получил телефонограмму от Арбитражного суда Алтайского края об объявлении перерыва в судебном заседании до 07.02.2023.  

По отношению к раннее сделанному заявлению противоречивое поведение ФИО2 является попыткой скрыть в рамках процедуры банкротства правовые последствия конклюдентных действий в качестве руководителя должника после 14.05.2022.  

Доводы апеллянта о том, внесение в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений о нем как о генеральном директоре свидетельствует об утрате ФИО2 статуса руководителя должника, основаны на ошибочном толковании норм права.  

Налоговый орган на основании заявления заинтересованного лица вносит в ЕГРЮЛ только запись о недостоверности сведений о нем, но не оценивает при этом правоспособность данного лица как единоличного исполнительного органа и не подтверждает факт прекращения его полномочий в этом качестве.  

Государственная регистрация носит уведомительный характер, а достоверность сведений подтверждается только заявителем, который в силу пункта 1 статьи 25 Закона о регистрации несет ответственность за представление недостоверных сведений.  

По данной причине ФИО2 неправильно истолкованы сведения в ЕГРЮЛ о недостоверности как безусловном доказательстве утраты им статуса руководителя Должника.  

Являясь публично доступными, такие сведения представляют собой ориентир для  

третьих лиц в части оценки рисков во взаимоотношениях с должником, но по существу не являются достаточным правовым подтверждением прекращения полномочий его руководителя.  

Согласно позиции Верховного суда РФ, изложенной в его Определении от 16.09.2024 по делу № А16-1834/2022, ранее представлено в материалы дела), при создании номинального участника Общества и формальном сложении с себя полномочий директора, контролирующее лицо на самом деле фактический контроль над Обществом не теряет.  

Доводы апеллянта о недопустимости ссылки на дело № А16-1834/2022, которое не вошло в Обзор судебной практики Верховного Суда РФ, являются ошибочными, направленными на попытку формального исключения из мотивировочной части судебного акта ссылок на судебную практику, без учета того, что суд при отправлении правосудия обязан соблюдать единообразие судебной практики.  

Ссылка апеллянта на то, что вход иностранного инвестора в уставный капитал должника является иностранной инвестицией, не противоречит нормам права, не опровергает выводы суда.  

Сумма иностранных инвестиций составила 1 000 рублей (при этом, подтверждения принадлежности данных денежных средств именно иностранной компании, а не самому ФИО2, не представлно), и больше никаких действий после уплаты ФИО2 указанной суммы от иностранного инвестора не последовало. Иностранный инвестор, инвестировавший 1 000 рублей, не назначил нового руководителя и не осуществил каких либо организационных действий в отношении ООО «Барнаульский завод энергетического машиностроения», что само по себе свидетельствует об отсутствии у данной организации какого-либо интереса к судьбе ООО «Барнаульский завод энергетического машиностроения», к осуществлению им хозяйственной деятельности.  

С учетом ранее описанной схемы замены участника и сложения ФИО2 полномочий руководителя должника и сложившейся при рассмотрении данной категории споров правоприменительной практики, на номинальный статус Компании Краншоек как участника должника также указывает следующее:  

- дата создания - накануне введения Компании Краншоек в состав участников Должника, который на тот момент уже имел существенные финансовые затруднения;  

- минимальный размер уставного капитала Компании Краншоек - 100 фунтов стерлингов;  

- минимальное количество сотрудников Компании Краншоек - 1 человек - директор (он же фактически единственный участник с долей 99% в уставном капитале);  

- все свои действия компания Краншоек осуществляла исключительно через ФИО2 и никогда не действовала самостоятельно (оплата доли в уставном капитале  

Должника, регистрация соответствующих изменений в ЕГРЮЛ);  

- отсутствие экономической целесообразности участия компании в иностранном юридическом лице, находящемся на территории государства, к которому государство собственной юрисдикции уже длительное время применяет финансовые, экономические и политические санкции;  

- отсутствие экономической целесообразности участия компании в иностранном юридическом лице, имеющем значительные финансовые сложности и находящемся в состоянии банкротства.  

Компания Краншоек не проявила никакого интереса к деятельности Должника: не принято ни единого решения в качестве участника, новый директор, а также главный бухгалтер не назначены, не решена судьба доли вышедшего участника, не внесены изменения в ЕГРЮЛ, связанные с недостоверным адресом Должника, налоговая и бухгалтерская отчетность не сдавалась, налоги не уплачивались, отсутствовали какие-либо финансовые вложений со стороны нового участника.  

- отсутствие доказательств того, что руководитель/владелец Компании Краншоек когда-либо находился на территории Российской Федерации, равно как и отсутствие доказательств о нахождении ФИО2 на территории Великобритании;  

- отсутствие доказательств передачи Компанией Краншоек оригинала доверенности на имя ФИО2 и денежных средств для их внесения в уставный капитал Должника;  

- использование для вхождения в состав участников метода, не требующего обязательного нотариального удостоверения (включение в состав участников Должника Компании Краншоек с дальнейшим незамедлительным выходом из нее ФИО2);  

- ликвидация компании Краншоек вскоре после реализации описанной схемы. 

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что действия ФИО2 сознательно были направлены на формальную передачу полномочий единственного участника и генерального директора номинальному лицу (недружественного государства).  

Суд первой инстанции также пришел к правомерному выводу, что на дату возбуждения дела о банкротстве должника ФИО2, как контролирующим должника лицом, умышленно не были внесены в ЕГРЮЛ достоверные сведения о должнике, что в соответствии с п.п 5 , п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве является основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника.  

09.02.2022 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений об адресе места нахождения Должника.  

В течение 30-ти дней с момента получения уведомления о недостоверности,  

юридическое лицо обязано сообщить в регистрирующий орган соответствующие сведения, или представить документы свидетельствующие о достоверности сведений.  

ФИО2, являясь руководителем и единственным участником должника, знал и не мог не знать о недостоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о должнике и должен был исполнить обязанность по внесению в ЕГРЮЛ достоверных сведений, однако не сделал этого.  

Несмотря на неоднократные обращения в регистрирующий орган по вопросам внесения изменений в учредительные документы Общества и сведений о нем, содержащиеся в ЕГРЮЛ, руководитель должника не воспользовался предусмотренными п. 6 ст. 11 ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» способами устранения оснований, послуживших поводом для начала применения административного порядка прекращения правоспособности юридического лица, что явно свидетельствует о его недобросовестности и пренебрежительном отношении к установленным Законом требованиям.  

Указанные обстоятельства подтверждается вступившим в законную силу определением Двадцатого Арбитражного суда от 20.04.2022 года по делу № А54-5465/2021.  

Таким образом, указанное выше бездействие руководителя должника ФИО2 подпадает под диспозицию п.п 5, п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве и также является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.  

Доводы апеллянта об отсутствии признаков объективного банкротства в период исполнения им обязанностей генерального директора, и соответственно, отсутствия у него обязанности обращения в суд с соответствующим заявлением, являются необоснованными.  

Статьей 9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность обращения должника в течение месяца в арбитражный суд с заявлением о банкротстве в случаях если:  

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;  

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;  

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;  

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;  

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;  

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.  

Вместе с тем, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом.  

Наличие у предприятия кредиторской задолженности в определенный период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом, не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.  

В соответствии с приведенными в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснениями, для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате  

обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).  

Как разъяснено в пункте 9 Постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, возлагается на привлекаемое к ответственности лицо.  

Обязательства должника перед ООО «СЦЗ» возникли из Договора поставки № 002209918 от 02.09.2019, в связи с передачей Кредитору некачественного товара.  

Должнику была направлена Претензия № 1486 от 28.05.2021 об отказе от исполнения договора поставки и о возмещении убытков на общую сумму 257 716 183,69 рублей, полученная Должником 11.06.2021.  

На момент получения претензии стоимость активов Должника (данные бухгалтерского баланса за 2020 год) составляла: 19.6 млн. рублей, из которых 15,6 млн. рублей - дебиторская задолженность, 5 млн. рублей - денежные средства, которые могли быть использованы на исполнения обязательств перед кредиторами.  

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 17.02.2022 года по делу № А54-5465/2021 с должника в пользу кредитора - ООО «Серебрянский цементный завод» взыскано 49 602 463,70 рублей.  

Согласно данных бухгалтерского баланса за 2021 год, на момент вынесения вышеуказанного решения суда стоимость активов Должника составляла 31,6 млн. рублей из которых 27 млн. рублей приходилось на дебиторскую задолженность, 111 000 рублей - денежные средства, которые могли быть использованы на исполнения обязательств перед кредиторами.  

Всего размер кредиторской задолженности с учетом вынесенного решения суда составил 81 000 000 рублей, что значительно превышало стоимость его активов.  

Будучи руководителем должника, а также единственным участником Общества, ФИО2 должен был исполнить обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника не позднее истечения одного месяца, с даты возникновения обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.  

После получения претензии в июне 2021 года, и в любом случае, после принятия  

Арбитражным судом Рязанской области судебного акта о взыскании с Должника денежных средств то есть в марте 2022 года.  

Во взаимосвязи негативных финансовых показателей Должника и получения от ООО «Серебрянский цементный завод» претензии на общую сумму 257 716 183,69 рублей, а также вынесения в 2021 году Арбитражным судом Рязанской области решения о взыскании с Должника в пользу ООО «Серебрянский цементный завод» более 49 млн. рублей, ФИО2 должен был сделать очевидный управленческий вывод о затруднительности либо невозможности ведения дальнейшей хозяйственной деятельности и недостаточности имущества Должника для расчета с ООО «Серебрянский цементный завод» другими кредиторами.  

Это также подтверждается письмом генерального директора ФИО2 от 11.03.2022 в адрес АО «Сибирьэнергоремонт», написанное им после вынесения Арбитражным судом Рязанской области решения по делу А54-6465/2021, с просьбой заключить соглашение о замене стороны по договору поставки № СИБЮР/03-21/6433 в связи с «... наступлением обстоятельств, при которых ООО «Барнаульский завод энергетического машиностроения» не будет иметь возможности в полном объеме исполнить свои обязательства по вышеуказанному договору..».  

Законодательство о банкротстве и разъяснения ВС РФ не обуславливают возникновение признаков объективного банкротства исключительно со вступлением в силу того или иного судебного акта.  

Невыполнение руководителем организации требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неплатежеспособности должника.  

Учитывая изложенное, доводы заявителя жалобы о бесспорной дате объективного банкротства со ссылкой на вступление в силу решения суда и передачи Кредитором исполнительного листа о взыскании задолженности с ССП, являются несостоятельными.  

Действия ФИО5 (генерального директора и вышедшего участника общества) не могут рассматриваться как обычное и добросовестное поведение, и были направлены на существенное уменьшение имущества ответчика путем выхода из общества и попытки получения значительной части его активов.  

По результатам проведенного финансового анализа, временным управляющим сделан вывод о невозможности восстановления платежеспособности организации.  

То обстоятельство, что ФИО2 не заявляет в настоящее время каких либо требований к должнику о выплате ему стоимости его доли не опровергает противоправности его действий, что подтверждается определением Двенадцатого арбитражного апелляционного  

суда от 20.04.2022 года по делу А54-6465/2021.  

Указанное означает, что по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрата возможности реального погашения всех долговых обязательств.  

Более того, учитывая доказанность оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника, установление размера обязательств, возникших после истечения срока на подачу заявления о признании должника банкротом, в данном случае нецелесообразно, поскольку размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.  

Учитывая, что предусмотренные Законом о банкротстве презумпции ответчиком не опровергнуты, надлежащих доказательств в материалы дела не представлено, у суда первой инстанции отсутствовали основания для отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности.  

Согласно расчету, представленному в материалы дела конкурсным управляющим, размер субсидиарной ответственности составляет 48 777 024 рубля 08 коп.  

Как следует из представленных суду доказательств, размер непогашенных требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, составляет 48 194 579 рублей 06 коп., за реестр – 562 рубля 53 коп., размер непогашенных текущих расходов – 581 882 рубля 49 коп.  

Соответственно, с учетом того, что в рамках процедуры банкротства должника завершены все мероприятия, направленные на пополнение конкурсной массы, размер субсидиарной ответственности ФИО2 установлен судом верно в размере 48 777 024 рубля 08 коп.  

Оснований для иных выводов судебная коллегия не имеет. Оснований для снижения размера ответственности ФИО2 апелляционный суд не установил.  

По существу позиция апеллянта сводится лишь к несогласию с выводами суда первой инстанции, доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку установленных судом по делу обстоятельств в отсутствие надлежащих доказательств, их опровергающих, что не  

является основанием для отмены законного и обоснованного судебного акта.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению. 

Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 18.12.2024 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А0320410/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.  

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 10 000 (десять тысяч) рублей по апелляционной инстанции.  

 Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.  

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».  

Председательствующий А.П. Иващенко 

Судьи Е.В. Фаст 

 Н.Н. ФИО1