ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-25205/2023, 10АП-25201/2023

Дело № А41-62869/20

25 января 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  16 января 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 января 2024 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи  Шальневой Н.В.,

судей  Терешина А.В., Епифанцевой С.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  

при участии в судебном заседании:

от АО «Газпромбанк» - ФИО2 по доверенности от 09.01.2024;

от финансового управляющего ФИО3 - ФИО4 по доверенности от 09.01.2024;

от конкурсного управляющего ОАО «Энекс» - ФИО5 по доверенности от 28.11.2023;

от ФИО6 - ФИО7 по доверенности от 16.06.2021;

от ФИО8 - ФИО9 по доверенности от 29.11.2023;

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом;

рассмотрев в судебном  заседании апелляционные жалобы ФИО6 и ФИО8 на определение  Арбитражного суда Московской области  от 23.10.2023 по делу № А41-62869/20, 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 25.06.2021 по делу              № А41-62869/20 ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО10.

Определением Арбитражного суда Московской области от 15.12.2022 ФИО10 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

Финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделкой отчуждения в пользу ФИО8 изолированного жилого дома для проживания одной семьи в три этажа; площадь 302,7 кв, м, жилая площадь 132,28 кв.м, состоящего из подвального помещения, гаража, кладовки, погреба и подсобного помещения; нижнего этажа двух крылец, холла, туалета, кухни, прачечной, внутреннего дворика, столовой, спальни и ванной комнаты; на верхнем этаже – из трех спален, коридора трех ванных комнат, балкона и террасы; имеющего бассейн 10?5 кв.м, кадастровый номер: 8209506BC5980N0001QD, и земельного участка, идентифицированного номером б – Торре де Амболо, площадь 1060 кв.м, с северной стороны граничащего с участком Торре де Амболо 7, с юга – с участком Торре де Амболо 5; с востока – с основной постройкой, с запада - с дорогой к недвижимости, расположенных в муниципалитете Хавея, Партида Ла Гардиа, Испания, зарегистрированных на праве собственности за ФИО8, и применении последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу указанного имущества должника (с учетом уточнения).

Определением Арбитражного суда Московской области от 29.12.2022 заявленные требования были оставлены без удовлетворения.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2023 определением Арбитражного суда Московской области от 29.12.2022 оставлено без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 22.06.2023 определение Арбитражного суда Московской области от 29.12.2022, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2023 по делу № А41-62869/20 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

Суд кассационной инстанции указал, что при новом рассмотрении дела необходимо учесть следующие юридические значимые обстоятельства: исследование вопроса о равноценности встречного предоставления с применением повышенного стандарта доказывания, отсутствие в материалах дела достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих финансовую возможность ФИО8 передать наличные денежные средства ФИО6, отсутствие в материалах дела достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих расходование денежных средств ФИО6 с учетом факта непоступления денежных средств в конкурсную массу; наличие признаков неплатежеспособности у должника на момент совершения сделки; заинтересованность ФИО8 по отношению к должнику; совершение сделки в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Московской области от 23.10.2023 признана недействительной сделка по отчуждению ФИО6 в пользу ФИО8 изолированного жилого дома для проживания одной семьи в три этажа; площадь 302,7 кв.м, жилая площадь 132,28 кв.м, состоящего из подвального помещения, гаража, кладовки, погреба и подсобного помещения; нижнего этажа двух крылец, холла, туалета, кухни, прачечной, внутреннего дворика, столовой, спальни и ванной комнаты; на верхнем этаже – из трех спален, коридора трех ванных комнат, балкона и террасы; имеющего бассейн 10 ? 5 кв.м, кадастровый номер: 8209506BC5980N0001QD, и земельного участка, идентифицированного номером 6 – Торре де Амболо, площадь 1060 кв.м, с северной стороны граничащего с участком Торре де Амболо 7, с юга – с участком Торре де Амболо 5; с востока – с основной постройкой, с запада – с дорогой к недвижимости, расположенных в муниципалитете Хавея, Партида Ла Гардиа, Испания, зарегистрированных на праве собственности за ФИО8.

Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника ФИО6 изолированного жилого дома для проживания одной семьи в три этажа; площадь 302,7 кв.м, жилая площадь 132,28 кв.м, состоящего из подвального помещения, гаража, кладовки, погреба и подсобного помещения; нижнего этажа, двух крылец, холла, туалета, кухни, прачечной, внутреннего дворика, столовой, спальни и ванной комнаты; на верхнем этаже – из трех спален, коридора, трех ванных комнат, балкона и террасы; имеющего бассейн 10?5 кв.м, кадастровый номер: 8209506BC5980N0001QD, и земельного участка, идентифицированного номером 6 – Торре де Амболо, площадь 1060 кв.м, с северной стороны граничащего с участком Торре де Амболо 7, с юга – с участком Торре де Амболо 5; с востока – с основной постройкой, с запада – с дорогой к недвижимости, расположенных в муниципалитете Хавея, Партида Ла Гардиа, Испания.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО6 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и отказать финансовому управляющему в удовлетворении заявления.

Также в Десятый арбитражный апелляционный суд поступила апелляционная жалоба от ФИО8, которая также возражала против удовлетворения заявления финансового управляющего.

От ФИО6 в порядке статьи 88 АПК РФ поступило ходатайство о вызове свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО13

В силу части 1 статьи 56 АПК РФ свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела.

Частью 1 статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе.

Лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель, и сообщить суду его фамилию, имя, отчество и место жительства.

В соответствии с частью 2 статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд по своей инициативе может вызвать в качестве свидетеля лицо, участвовавшее в составлении документа, исследуемого судом как письменное доказательство.

Таким образом, вызов свидетеля является правом, а не обязанностью арбитражного суда, которым он может воспользоваться в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления таких процессуальных действий для правильного разрешения спора.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для вызова в судебное заседание и допроса свидетеля, поскольку обстоятельства рассматриваемого спора подтверждаются иными имеющимися в деле доказательствами.

В судебном заседании представитель ФИО6 поддержал доводы своей апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить.

Представитель ФИО8 поддержал доводы своей апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить.

Представитель конкурсного управляющего, финансового управляющего, АО «Газпромбанк» возражали против удовлетворения апелляционных жалоб, просили оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела, 12.11.2016 ФИО6 и ФИО8 обратились с заявлением о расторжении брака.

13.12.2016 брак между ФИО6 и ФИО8 был прекращён.

19.12.2016 ФИО8 обратилась в Одинцовский городской суд с заявлением о разделе совместного нажитого имущества.

09.01.2017 решением Одинцовского городского суда Московской области иск был удовлетворен.

Решением Одинцовского городского суда Московской области от 09.01.2017 по делу № 2-1578/2017 произведен раздел совместно нажитого имущества между ФИО8 и ФИО6 Суд разделил имущество между сторонами в равных долях, присудив компенсацию в размере 12 356 737,80 руб. в пользу ФИО6, без учета имущества в Испании, информация о котором не была предоставлена суду общей юрисдикции. Спорное имущество не являлось предметом раздела при рассмотрении спора в Одинцовском суде Московской области.

Впоследствии бывшие супруги произвели отчуждение имущества, приобретенного в браке.

Согласно пояснениям участвующих в деле лиц, 31.08.2017 нотариусом нотариальной коллегии Валенсии был произведен раздел имущества, расположенного в Испании, между ФИО6 и ФИО8

24.10.2017 было зарегистрировано право собственности на объекты недвижимости на бывшую супругу должника ФИО8 после распределения имущества при расторжении брака, что подтверждается представленным конкурсным кредитором в материалы дела Регистрационным свидетельством, выданным 28.05.2021 регистратором собственности Реестра собственности муниципалитета Хавея № 2, провинция Аликанте, территориальный округ Высшего суда Автономной общины Валенсия.

Полагая, что указанная сделка причиняет вред имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявление финансового управляющего должника, суд исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна 6 была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Учитывая судебную практику Верховного суда Российской Федерации, позицию суда кассационной инстанции, суд приходит к выводу, что оспариваемая сделка совершена в пределах трехлетнего срока до принятия заявления о признании должника банкротом, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2020 № 305-ЭС19-18631(1,2), определение судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 № 305-ЭС17-2507(21) по делу № А41-1022/2016), срок для оспаривания сделок по второму делу о банкротстве применяется исходя из дат первого дела о банкротстве, установление ретроспективного периода подозрительности позволяет проверить те сделки, которые совершались в искусственно созданных самим должником условиях видимости его финансового благополучия, но в действительности были направлены на вывод ликвидных активов.

31.08.2017, согласно утверждению ФИО8, нотариус удостоверил акт, согласно которому Имущество передано ФИО8 по праву присуждения при расторжении брачного союза (в материалах дела акт отсутствует).

24.10.2017 право собственности зарегистрировано за ФИО8 в реестре Испании.

10.09.2019 в Арбитражный суд Московской области обратилось ОАО «Энекс» с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ФИО6 и включении в реестр требований кредиторов должника требований в размере 3 596 057,52 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 12.09.2019 в рамках дела № А41-79482/2019 заявление принято к производству и назначено судебное заседание (далее – первое дело о банкротстве).

Основанием для включения в реестр требований кредиторов явилось незаконное перечисление премий в пользу ФИО6, данные действия имели место в декабре 2015 г. и подтверждены судебными актами о взыскании с ФИО6 убытков в сумме 7 203 600 руб. (апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 24.05.2018, которое оставило без изменений Заочное Решение Советского районного суда города Краснодара по делу № 2-7147/2017 от 13.12.2017г.).

ФИО6 на депозитный счет суда перечислены денежные средства в сумме 3 596 357,52 руб. в счет погашения задолженности.

Определением Арбитражного суда Московской области от 06.12.2019 прекращено производство по делу о признании ФИО6 несостоятельным (банкротом).

Суд первой инстанции установил, что на момент подачи заявления о признании должника банкротом (первое дело о банкротстве) вступило в законную силу определение Арбитражного суда Краснодарского края от 24.01.2019 по делу № А32-31848/2016, согласно которому ФИО6 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «Энекс».

Сумма субсидиарной ответственности до настоящего времени не определена, но в рамках данного дела о банкротстве ФИО6 находится требование ОАО «Энекс» к должнику о включении в реестр требований кредиторов ФИО6 в размере 12 011 925 396,06 руб.

Кроме того, во время первого банкротства гражданина ФИО6 в Арбитражном суде Краснодарского края в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Энекс» рассматривалось заявление ОАО «Энекс» от 31.05.2018 о взыскании с ФИО6 убытков в сумме 421 808 005,72 руб. Указанная сумма убытков впоследствии была взыскана с ФИО6 в пользу ОАО «Энекс» определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.02.20 по делу № А32-31848/16. Данный судебный акт положен в основу заявления о признания должника несостоятельным (банкротом) по настоящему делу (далее – второе дело о банкротстве). Тем самым, можно сделать вывод о том, что в случае введения первой процедуры банкротства, данная сумма также была бы включена в реестр требований кредиторов.

Также на момент подачи заявления о признании должника банкротом (первое дело о банкротстве) было возбуждено уголовное дело, где ОАО «Энекс» являлось потерпевшим и гражданским истцом, по которому впоследствии в отношении ФИО6 вынесен приговор, сумма причиненного вреда также включена в реестр требований кредиторов должника.

Из совокупности указанных обстоятельств можно заключить, что ключевым мотивом принятия решения о погашении долга в размере 3 596 357,52 руб. выступила угроза признания сделок с недвижимостью недействительными, в том числе и жилого дома и земельного участка в Испании. Соответственно, именно во избежание соответствующих рисков и были предприняты действия, направленные на прекращение первого дела о банкротстве.

Тем самым, прекращение первого дела о банкротстве имело лишь одну цель должника – отодвинуть срок банкротства и, как следствие, срок для признания сделок недействительными по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, учитывая вышеуказанные обстоятельства, наличие одного и того же кредитора, незначительный временной интервал (менее 10 мес. с момента прекращения первого дела о банкротстве) суд приходит к выводу, что настоящее (второе) дело № А41-62869/20 о банкротстве, возбужденное 30.09.2020 является фактически продолжением первого № А41-79482/19, а потому в данной ситуации может быть применен период подозрительности сделок, исчисляемый исходя из первого дела, то есть с даты возбуждения дела № А41-79482/19 – 12.09.2019, в связи с чем в трехлетний период подозрительных сделок подпадают сделки с 12.09.2016.

Также в подтверждение доводов о том, что сделка была совершена 31.08.2017 ни должником, ни ответчиком в материалы дела не представлен нотариальный акт от 31.08.2017, несмотря на неоднократное истребование указанного документа судом.

Так, в рамках дела о банкротстве вынесено определение Арбитражного суда Московской области от 12.07.2021, оставленное без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 10.09.2021 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 06.12.2021 об истребовании у должника соглашений о разделе общего имущества супругов, в том числе в отношении имущества, находящегося за пределами территории Российской Федерации, судебный акт должником не исполнен. Также в рамках настоящего обособленного спора вынесено определение Арбитражного суда Московской области от 25.02.2022 об истребовании акта нотариуса от 31.08.2017 у ФИО6 и ФИО8, указанный судебный акт также не исполнен ни должником, ни ответчиком.

Апелляционный суд критически относится к тому, что и ФИО6, и ФИО8 настаивающие, что именно данный документ является основанием возникновения права собственности ФИО8 на объекты недвижимости в Испании, не сохранили указанный документ, не предприняли действий к восстановлению в случае действительной утраты.

Между тем, по смыслу статьи 71 АПК РФ, каждый факт может считаться доказанным, если он подтверждается оригиналом документа.

Кроме того, согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 307-ЭС18-1843 от 09.07.2018 по делу № А56-31805/2016, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации.

 

Таким образом, нормы российского права устанавливают, что с периодом подозрительности должна соотноситься дата регистрации сделки в государственном реестре.

В настоящем случае переход права зарегистрирован 24.10.2017, что охватывается периодом подозрительности и первого, и второго дела о банкротстве (12.09.2019 и 30.09.2020 соответственно).

На основании указанных обстоятельств следует, что сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Согласно статьей 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в статье 2 Закона о банкротстве, согласно которой под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств; под недостаточностью имущества – превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

На момент совершения действий по передаче недвижимого имущества в Испании и в результате этих действий должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, поскольку не смог исполнить обязательства перед кредиторами и не обладал имуществом, достаточным для удовлетворения требований кредиторов. Доказательства, опровергающие указанные обстоятельства должником не представлены.

Доводы должника и ответчика о том, что на момент совершения сделки не имелось обязательств перед кредиторами суд признает несостоятельными, содержащиеся в материалах дела доказательства их опровергают.

Из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), следует, что из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта. Сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 № 305-ЭС20-12206 по делу № А40-61522/19 также разъяснено, что в преддверии банкротства должник, осознавая наличие у него кредиторов, может предпринимать действия, направленные на вывод имущества. Обозначенные действия объективно причиняют вред настоящим кредиторам, снижая вероятность погашения их требований. В деле о банкротстве негативные последствия от такого поведения должника могут быть нивелированы посредством конкурсного оспаривания (статьи 61.2, 213.32, 189.40 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170 ГК РФ), направленного на приведение конкурсной массы в состояние, в котором она находилась до совершения должником противоправных действий, позволяющее кредиторам получить то, на что они вправе справедливо рассчитывать при разделе имущества несостоятельного лица. Следовательно, конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия либо с большой долей вероятности могли возникнуть в обозримом будущем.

По общему правилу, следующему из статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возникает с момента его причинения вне зависимости от того, в какие сроки состоится исчисление размера вреда или вступит в законную силу судебное решение, подтверждающее факт причинения вреда и ответственность должника (определение Верховного суда Российской Федерации от 11.07.2018 № А41-94769/2015).

Исходя разъяснений, данных в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», дата причинения вреда кредитору, за который несет ответственность должник в соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, признается датой возникновения обязательства по возмещению вреда независимо от того, в какие сроки состоится исчисление размера вреда или вступит в законную силу судебное решение, подтверждающее факт причинения вреда и ответственность должника. Ошибочным является отождествление момента причинения вреда кредиторам должника с моментом вступления в силу судебных актов (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2021 № 305-ЭС19-13080 (2,3)).

При этом, согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС 17-11710(3), наличие обязательств должника с более ранним сроком исполнения, которые не были исполнены и впоследствии включены в реестр требований кредиторов, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения сделки.

В реестр требований кредиторов гражданина ФИО6 включены требования кредиторов в сумме более 926 млн.руб. (определения Арбитражного суда Московской области от 23.11.2020, от 24.10.2022, от 14.11.2022), также предъявлено требование ОАО «Энекс» о включении в реестр требований кредиторов ФИО6 суммы субсидиарной ответственности – 12 011 925 396,06 руб.

Подтверждением того факта, что ФИО6 к моменту совершения сделки должен был осознавать, что в ближайшем обозримом будущем возникнут обязательства перед кредиторами, являются следующие фактические обстоятельства.

ФИО6 являлся Президентом – генеральным директором, т.е. выполнял функции единоличного исполнительного органа ОАО «Энекс».

12.09.2016 в Арбитражный суд Краснодарского края поступило заявление о признании несостоятельным (банкротом) ОАО «Энекс» и определением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.10.2016 по делу № А32-31848/2016 заявление принято, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Энекс». Впоследствии решением Арбитражного суда Краснодарского края от 07.08.2017 (то есть до совершения оспариваемой сделки) ОАО «Энекс» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

10.03.2017 (то есть до совершения оспариваемой сделки) вынесено постановление о возбуждении уголовного дела в отношении неустановленных руководителей ОАО «Энекс» и ОАО «Подольский машиностроительный завод», в результате противоправных действий которых правам и законным интересам ОАО «Энекс» причинен существенный вред, выразившийся в заключение договора на заведомо невыгодных для ОАО «Энекс» условиях и его оплате по заведомо завышенной стоимости. Указанные действия имели место в период ноябрь 2013 г. – июнь 2016 г. 19.04.2022 в отношении ФИО6 Измайловским районным судом города Москвы вынесен приговор, в соответствии с которым он признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 201 УК РФ, также с ФИО6 в пользу ОАО «Энекс» взыскано в счет возмещения имущественного ущерба 504 572 495,66 руб., настоящий приговор вступил в законную силу 30.08.2022, данная сумма включена в реестр требований кредиторов должника.

Кроме этого, в материалы дела финансовым управляющим должника ФИО6 представлены вступившие в законную силу судебные акты, подтверждающие наличие обязательств должника в связи с причинением убытков, вреда имущественным интересам конкурсного кредитора – ОАО «Энекс».

Заочным Решением Советского районного суда города Краснодара от 13.12.2017 по делу № 2-7147/2017, оставленным без изменения Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 24.05.2018, с ФИО6 в пользу ОАО «Энекс» взысканы убытки в сумме 7 203 600 руб. Основанием для взыскания указанной суммы явилось незаконное начисление премии в декабре 2015 г. в пользу ФИО6, в связи с искажением отчетности.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края по делу №А32-31848/2016 от 28.02.2020, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2020, постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 25.08.2020 с должника ФИО6 в пользу ОАО «Энекс» взысканы убытки в сумме 421 808 005,72 руб., данная сумма включена в реестр требований кредиторов должника. Основанием для взыскания суммы 421 808 005,72 руб. было перечисление должником в пользу ООО «Спецэнергострой» (366 316 616,56 руб.) и ООО «Энергосервис» (49 576 195,16 руб.) в указанном размере денежных средств без встречного предоставления, а также штраф за совершение налогового правонарушения (5 915 194 руб.), что явилось убытками (реальным ущербом) должника, возникшими по вине бывшего руководителя должника - ФИО6 Указанные неправомерные действия ФИО6 имели место в период июль 2013 г. – июль 2014 г.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края по делу № А32-31848/2016 от 24.01.2019, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2019, постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 23.07.2019 заявление конкурсного управляющего ФИО14 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя ОАО «Энекс» ФИО6 удовлетворено; ФИО6 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «Энекс»; производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами ОАО «Энекс».

Действия ФИО6, повлекшие привлечение его к субсидиарной ответственности, имели место в период его деятельности как единоличного исполнительного органа ОАО «Энекс», то есть с 2014 года по 2016 год.

Также арбитражный суд принимает во внимание, что на момент сделки и в результате ее совершения должник не обладал имуществом, достаточным для удовлетворения требования кредиторов.

Имущество ФИО6, которое включено в конкурсную массу должника, что подтверждается описями, представленными в материалы дела финансовым управляющим:

– 1/3 доли в праве на жилое помещение площадью 53,3 кв.м по адресу: 

<

...> – сумма 1 500 000 руб. (решение № 1 финансового управляющего от 02.02.2022г. об оценке),

– планшет Samsung Tab2 GT-P5100 – сумма 2000 руб., телефон Samsung Galaxy A3-сумма 1000 руб. (решение № 2 финансового управляющего от 02.02.2022г.),

– доля в размере 21% в уставном капитале ООО «Менеджмент Южного ИЦ Энергетики» – номинальная стоимость 21 002 100 руб. (решение финансового управляющего № 3 об оценке),

– денежные средства на счетах в банке в сумме 249 274,51 руб.

Доказательств того, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись денежные средства либо иные активы в размере, достаточном для погашения задолженности ФИО6 в материалы дела не представлено.

Кроме того, суд принимает во внимание, что должником ничем не опровергнуты доводы финансового управляющего о продолжении пользования имуществом, отчужденным по оспариваемой сделке, после ее совершения.

В подтверждение указанного довода финансовым управляющим представлено письмо АО «Авиакомпания «Сибирь» от 30.07.2021, из которого следует, что должник в период с 09.12.2017 по 12.09.2019, то есть после совершения сделки регулярно летал в Испанию (Аликанте/Валенсию). Также согласно отметкам пограничной службы в заграничном паспорте должника на протяжении с 2017 г. по 2019 г. ФИО6 летал в одном направлении (г. Аликанте, г. Валенсия, Испания).

Финансовый управляющий объективно не может представить иные доказательства, между тем, должнику не составило бы труда, действуя добросовестно, представить документы, подтверждающие бронь, оплату, проживание в иных местах вышеуказанного испанского курорта при их наличии.

Также суд соглашается с доводом финансового управляющего и кредиторов, что сделка совершена с ФИО8, которая является заинтересованным лицом, осведомленной о цели причинения должником вреда имущественным правам кредиторов.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов в момент совершения сделки, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

ФИО8 являлась супругой ФИО6 в период с 17.01.1993 по 13.12.2016.

Все убытки, которые причинены ФИО6 обществу – ОАО «Энекс», имели место в период совместной жизни супругов И-вых, что подтверждается вступившими в законную силу вышеуказанными судебными актами.

Также в материалы дела представлены документы, что ФИО8 работала в ОАО «Энекс» в период с 01.07.2003 по 30.11.2016, занимала должность Начальника Плановоэкономической службы.

Сделки по перечислению фирмам-однодневкам, которые повлекли взыскание с ФИО6 убытков 421 808 005,72 руб.; заключение мнимых и причиняющих вред ОАО «Энекс» сделок, искажение финансовой отчетности общества, которые повлекли привлечение ФИО6 к субсидиарной ответственности; заключение договора и дополнительных соглашений на нерыночных условиях с ОАО «ПМЗ» в ущерб интересам ОАО «Энекс», которые повлекли привлечение ФИО6 к уголовной ответственности – все это имело место в период ее деятельности на ОАО «Энекс», соответственно, не знать об этом в силу своего служебного положения она также не могла.

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Доказательствами того, что фактическая аффилированность между бывшими супругами сохранилась и после юридического развода являются следующие обстоятельства:

расторжение брака (13.12.2016) осуществлено в кратчайшие сроки после возбуждения

дела о банкротстве ОАО «Энекс» (21.10.2016), в котором должник занимал должность генерального директора, а его супруга – должность начальника планово-экономической службы;

по иску о разделе совместно нажитого имущества не заявлено требование о разделе Имущества в Испании, сторонами выбран непубличный порядок раздела в иностранном государстве;

проигнорированы запросы финансового управляющего о наличии такого имущества;

безвозмездное отчуждение дорогостоящего имущества в Испании в пользу бывшей супруги, то есть на условиях, не доступных иным участникам оборота.

Таким образом, вышеуказанные обстоятельства и представленные документы доказывают, что сделка по отчуждению имущества совершена с целью причинения вреда кредиторам должника.

Все неправомерные действия ФИО6, повлекшие причинение вреда ОАО «Энекс» фактически имели место до совершения должником оспариваемой сделки. Тем самым, на момент отчуждения имущества ФИО6 должен был осознавать о направленности его действий на причинение вреда имущественным правам кредитора.

Отчуждение ликвидного актива на безвозмездной основе в пользу заинтересованного лица в условиях осознания возникновения в обозримом будущем значительных обязательств перед кредиторами ввиду совершения неправомерных действий, сокрытие сделки и имущества за пределами территории Российской Федерации являются обстоятельствами, достаточными для констатации того, что у ФИО6 имелась цель причинения вреда кредитору в результате совершения сделки, которая фактически была направлена на сокрытие принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания.

Таким образом, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Указанные в диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» презумпции вредоносной сделки представляют собой не закрытый перечень, а примерное перечисление элементов, которые должно доказать (обосновать) лицо, оспаривающее сделку.

Цель установления указанных презумпций – распределение бремени доказывания: арбитражный управляющий обосновывает одну из презумпций, после чего бремя опровержения вредоносности сделки переносится на возражающее лицо.

Так, в зависимости от состава участников сделки будет различаться и используемый судами стандарт доказывания: в случае совершения сделки с «внешними» контрагентами (при отсутствии юридической либо фактической аффилированности) используется стандарт обычной осмотрительности, в случае совершения сделки с аффилированным лицом используется более жесткий стандарт доказывания, а именно: расширяется предмет доказывания путем включения в него дополнительно более широкого круга фактических обстоятельств, предшествующих совершению сделки и последующих при ее исполнении, соответственно, требуется полное раскрытие экономических отношений между должником и совершившим сделку аффилированным лицом (экономические причины отчуждения имущества, порядок определения стоимости, кто являлся инициатором совершения сделки, как производилась оплата за имущество, обстоятельства фактического владения и использования).

Апелляционный суд отмечает, что ни должник, ни ответчик не посчитали необходимым раскрыть вышеназванные обстоятельства оспариваемой сделки, представить соответствующие доказательства.

Кроме того, 26.07.2022 ФИО8 в материалы дела представлена расписка от 10.09.2017 о получении ФИО6 11 200 000 руб. в счет компенсации при разделе имущества жилого дома и земельного участка, расположенных в муниципалитете Хавея, Партида Ла Гардиа Испания. При этом суд учитывает, до этого ни должник, ни ФИО8 не упоминали о ее существовании, что подтверждается их письменными позициями, изложенными в отзывах и письменных объяснениях по делу. ФИО8, говоря о возмездности оспариваемой сделки, подтверждала это тем, что должник получил имущество по Решению Одинцовского городского суда Московской области от 09.01.2017 (письменные объяснения ФИО8 от 25.01.2022 к судебному заседанию 25.02.2022).

Согласно пункту 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Из данных разъяснений следует, что через установление названных обстоятельств достигается установление факта реальной передачи наличных денежных средств, подтвержденной распиской или приходным кассовым ордером, то есть документами, оформление которых зависит только от сторон договора, поэтому в рамках дела о банкротстве должника такие документы подлежат тщательной и всесторонней проверке, через установление описанных в разъяснениях обстоятельств.

Аналогичный подход может быть применен и к настоящему спору по оспариванию сделки, поскольку обязательства перед должником прекращаются передачей денежных средств на сумму 11 200 000 руб., оформленных распиской от 10.09.2017.

Суд первой инстанции критически оценил указанные обстоятельства по следующим основаниям.

В материалах дела отсутствуют надлежащие доказательства наличия у ФИО8 финансовой возможности оплаты за недвижимое имущество, равно как и доказательства, куда направлены наличные денежные средства ФИО6

Финансовым управляющим запрошены в налоговом органе в отношении ФИО8 сведения о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ, налоговые декларации по налогу на доходы физических лиц по форме 3-НДФЛ за 2016-2020 гг. (запрос от 13.04.2021).

Из ИФНС России № 33 по г. Москве поступил ответ №10-09/21450 от 23.04.2021, согласно которому сведения о доходах по форме справки 2-НДФЛ за 2017-2020 гг. в информационном ресурсе инспекции отсутствуют, декларации по форме 3-НДФЛ за 2016-2020 гг. в базе инспекции отсутствуют; представлены сведения о доходах по форме справки 2- НДФЛ за 2016 г. в сумме общий доход с учетом корректировки – 1 649 305,45 руб. (в том числе сумма налога 214 046 руб.).

Из представленных налоговым органом документов следует, что ФИО8 не имела дохода, позволяющего передать ФИО6 10.09.2017 денежные средства в сумме 11 200 000 руб. в счет компенсации при разделе имущества жилого дома и земельного участка, расположенных в муниципалитете Хавея, Партида Ла Гардиа Испания.

Доказательства, опровергающие указанные обстоятельства, не представлены.

Также суд первой инстанции критически отнесся к представленным ответчиком расписке от 08.09.2017 и пояснениям ФИО11

Из расписки от 08.09.2017 следует, что ФИО8 взяла в долг у ФИО15 денежные средства в сумме 12 000 000 руб., обязалась вернуть эту сумму до 01.11.2017. Также ФИО8 приложен договор купли продажи земельного участка и жилого дома от 10.10.2017 о продаже земельного участка и жилого дома, расположенного по адресу: 

<

...> уч. 25, где продавцом является ФИО8, а покупателем ФИО15; общая стоимость по договору составляет 24 600 000 руб.

Финансовым управляющим запрошены в налоговом органе в отношении ФИО15 сведения о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ, налоговые декларации по налогу на доходы физических лиц по форме 3-НДФЛ за 2015-2017 гг. (запрос от 22.08.2022).

Из ИФНС России № 36 по г. Москве поступил ответ № 25-09/026996 от 30.08.2022, согласно которому сведения о доходах по форме справки 2-НДФЛ за 2017 г. и декларации по форме 3-НДФЛ за 2016-2020 гг. в инспекцию не представлены; представлены сведения о доходах по форме справки 2-НДФЛ за 2015 г. и 2016 г., в сумме общий доход – 390 721,29 руб., в том числе сумма налога 50 794 руб.

Из представленных налоговым органом документов следует, что ФИО15 не имела дохода, позволяющего передать 08.09.2017 ФИО8 денежные средства в размере 12 000 000 руб. Иные доказательства, опровергающие указанные обстоятельства, ФИО8 в материалы дела не представлены.

Согласно пояснениям ФИО11, в июне 2017 г. ФИО16 был предоставлен займ ФИО8 в размере 15 000 000 руб., который ФИО8 вернула полностью в 2017 г., также приложены справки о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ в отношении ФИО11

В отсутствие иных доказательств суд полагает, что данные документы не могут являться безусловным подтверждением соответствующих обстоятельств, поскольку не представлены договор займа, расписка, иные документы, подтверждающие реальность совершенной сделки. При этом суд отмечает, что только наличие дохода некого третьего лица не является надлежащим доказательством предоставления указанных средств ФИО8 в отсутствии достоверных доказательств хранения, снятия ФИО11 денежных средств с банковских счетов в размере, позволяющем единовременно передать ФИО8 15 000 000 руб. (постановление Арбитражного суда Московского округа от 28.01.2021 по делу № А40-218459/2019).

Таким образом, убедительных пояснений, соответствующих доказательств о происхождении 11 200 000 руб. и реальной возможности исполнить со своей стороны сделку ФИО8 в материалы дела не представила.

При этом, что до подачи заявления об оспаривании сделки финансовый управляющий обращался с запросом от 01.09.2021 к ФИО8 относительно имущества, переданного в результате раздела имущества ФИО6, ответ не последовал.

ФИО8, как до начала настоящего судебного процесса, так и после его начала, не должно было составить труда дать исчерпывающие пояснения по поводу возмездности сделки с должником, раскрыть разумные экономические мотивы совершения оспариваемой сделки, документально подтвердить основания получения от должника дорогостоящего недвижимого имущества, доказать передачу равноценного имущества должнику, а также реальность сложившихся с ним правоотношений (определение Верховного суда Российской Федерации от 21.11.2022 по делу № А41-59326/19, постановление Арбитражного суда Московского округа от 15.06.2022 по делу №А40-56699/20).

Также апелляционный суд отмечает, что ФИО6 в материалы дела не представлены сведения о том, как «полученные» средства были им израсходованы.

Невозможно признать надлежащими доказательствами договор об оказании юридических услуг № 2020-25.11 от 25.11.2020,заключенный между ФИО17 и ФИО18, Маршрутные квитанции к электронным билетам 2019-2020 гг., с учетом периода их составления и отсутствия документов об оплате услуг ФИО6 К соглашению об оказании юридической помощи от 22.09.2017 должником также не приложены документы об оплате. Платежные поручения №№ 25, 33, 34 от 04.04.2013, от 09.04.2013 об оплате ООО «Менеджмент Южного ИЦ энергетики» по договору б/н от 11.04.2008 купли-продажи акций ОАО «Южный инженерный центр энергетики», не являются относимыми доказательствами, поскольку ФИО6 не является плательщиком.

Кроме того, суд первой инстанции критически отнесся к представленной должником квитанции об оплате дополнительного вклада в уставный капитал в сумме 21 000 000 руб. от 03.04.2013, а также пояснениям ФИО6, что денежные средства, полученные от ФИО8, были направлены им в сентябре 2017 г. на возврат займов, взятых в декабре 2012 г. у ФИО12 и ФИО13

В отсутствие иных доказательств суд полагает, что письменные пояснения ФИО12 от 15.08.2022, пояснения ФИО13 от 10.10.2022 с приложением справок по форме 2-НДФЛ не могут являться безусловным подтверждением соответствующих обстоятельств, поскольку не представлены договоры займа, расписки, иные документы, подтверждающие реальность совершенной сделки. При этом суд отмечает, что только наличие дохода ФИО13 не является надлежащим доказательством предоставления указанных средств ФИО6 в отсутствии достоверных доказательств хранения, снятия ФИО13 денежных средств с банковских счетов в размере, позволяющем единовременно передать ФИО6 4 000 000 руб.

Кроме того, в материалы дела конкурсным кредитором Банком ГПБ (АО) представлен Список аффилированных лиц с ОАО «ФСК ЕЭС», где также указаны ФИО6, ФИО13, ФИО12

Также апелляционный суд отмечает следующие обстоятельства, подтвержденные надлежащими доказательствами: наличие у должника собственного значительного дохода, а именно согласно представленным в материалы дела финансовым управляющим справкам по форме 2-НДФЛ: доход ФИО6 с учетом удержанного налога на доходы физических лиц составил за 2012 г. – 57 054 430 руб.; 2013 г. – 78 497 841 руб. (в том числе в апреле 2013 г. – 53 189 538 руб.); 2014 г. – 22 440 977 руб.; 2015 г. – 14 698 928 руб. Следовательно, в отсутствие иных доказательств, суд полагает, что доход ФИО6 позволял оплатить взнос в уставный капитал общества за счет собственных денежных средств, равно как и возвратить заемные средства в случае их взятия у ФИО12 и ФИО13

Кроме того, согласно пояснениям ФИО6, денежные средства были заимствованы в декабре 2012 г., при этом взнос в уставный капитал общества внесен только в апреле 2013 г. Также в материалы дела финансовым управляющим представлен полученный из налогового органа Протокол № 1/ВОСУ внеочередного общего собрания участников ООО «Менеджмент Южного ИЦ энергетики» от 27.03.2013, согласно которому решение об увеличении уставного капитала Общества за счет внесения дополнительных денежных вкладов участников было принято 27.03.2013. Данным протоколом установлен срок, в течение которого участникам необходимо внести вклады – 7 месяцев с даты принятия решения. То есть заем на внесение взноса в уставный капитал взят должником намного раньше принятия решения собранием участников общества об увеличении уставного капитала и, соответственно, наступления обязательств по оплате.

Также апелляционный суд учитывает представленные в материалы дела финансовым управляющим письменные позиции ФИО6 и ФИО8, изложенные в процессуальных документах в рамках дела № 2-1578/2017 в Одинцовском городском суде Московской области, что на момент раздела имущества (09.01.2017) ФИО6 не имел обязательств перед кредиторами, между тем в настоящем деле должник указывает о наличии у него заемных обязательств с декабря 2012 г. по сентябрь 2017 г.

Кроме того, в материалы дела представлены финансовым управляющим Выписки по счетам должника за 2017 год, согласно которым денежные средства не вносились ФИО6 на открытые расчетные счета; выписка из Единого государственного реестра недвижимости, справка из ГИБДД, свидетельствующие, что должником не приобретались объекты недвижимости и транспортные средства.

На основании изложенного суд приходит к выводу о не представлении в материалы дела надлежащих доказательств наличия у ФИО8 финансовой возможности для передачи денежных средств должнику, равно как и надлежащих доказательств расходования ФИО6 денежных средств, в связи с чем расписка от 10.09.2017 не может быть принята в качестве доказательства встречного исполнения по оспариваемой сделке.

Учитывая, что оспариваемая сделка являлась для должника безвозмездной суд приходит к выводу о доказанности конкурсным управляющим причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате ее совершения.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о представлении финансовым управляющим надлежащих доказательств недействительности оспариваемой сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Соглашается суд и с доводами финансового управляющего должника о недействительности оспариваемой сделки по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес. В рассматриваемом случае отчуждение недвижимого имущества аффилированному лицу при наличии у должника признаков неплатежеспособности свидетельствует о фактическом сговоре должника и ответчика в целях выведения актива должника.

При таких обстоятельствах отчуждение имущества без предоставления встречного обеспечения исключает добросовестность сторон договора при реализации своих гражданских прав и образует форму злоупотребления правом, поскольку должник и ответчик своими согласованными действиями умышленно создали невозможность удовлетворения требований кредиторов путем выведения ликвидных активов должника (постановление Арбитражного суда Московского округа от 15.06.2022 по делу №А40-56699/20).

С учетом изложенного суд приходит к выводу о наличии в материалах дела надлежащих доказательств недействительности оспариваемой сделки, в связи с чем заявление финансового управляющего должника подлежит удовлетворению.

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу пункта 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счёт должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.I Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

При этом суд учитывает представленную конкурсным кредитором в материалы дела

Выписку из Реестра регистрации прав собственности Хавеи № 2 от 09.12.2016. Из данной

Выписки следует, что супруги ФИО6 и ФИО8 имеют полное право собственности в размере ста процентов на земельный участок и жилой дом, в соответствии с брачносемейным режимом, применимым в соответствии с их национальным законодательством, в соответствии с договором купли-продажи, оформленном в Хавеа 26.09.2011 нотариусом, регистрационная запись от 24.10.2011.

Согласно пункту 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей.

Учитывая установленные обстоятельства, суд правильно применил последствия недействительности сделок.

Апелляционный суд отклоняет доводы заявителей жалоб о том, что, удовлетворяя заявление финансового управляющего, суд первой инстанции изменил статус имуществ, находящегося на территории иного государства, поскольку в настоящем случае судом первой инстанции рассмотрены правоотношения между резидентами РФ.

Довод заявителей апелляционных жалоб о неправомерном отказе суда первой инстанции в отложении судебного заседания подлежит отклонению.

В силу части 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Таким образом, отложение судебного разбирательства является правом суда, а не его обязанностью.

Не усмотрев оснований для отложения судебного разбирательства, суд первой инстанции правомерно рассмотрел заявление финансового управляющего  в назначенном судебном заседании.

Согласно статье 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (пункт 2 статьи 9 АПК РФ).

Оснований полагать, что отказ суда первой инстанции в отложении судебного разбирательства привел к принятию неправильного судебного акта, что является основанием для его отмены, не имеется.

Иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции, заявителями в апелляционных жалобах не приведено.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266-268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 23.10.2023 по делу № А41-62869/20 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня принятия (изготовления в полном объеме).

 

Председательствующий

 

Н.В. Шальнева

Судьи

 

С.Ю. Епифанцева

 А.В. Терешин