Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-681/2022

г. Владивосток

26 сентября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 сентября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 26 сентября 2024 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего М.Н. Гарбуза,

судей А.В. Ветошкевич, К.П. Засорина,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-5184/2024 

на определение от 12.07.2024 

судьи А.В. Ягубкина

по делу № А51-681/2022 Арбитражного суда Приморского края 

по заявлению конкурсного управляющего Обществом с ограниченной ответственностью «Спец-Монтаж» ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи, заключенного между должником и ФИО1, применении последствий недействительности сделки, 

в деле по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Юридическая фирма «Правовой элемент» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; дата государственной регистрации: 02.08.2002; адрес: 664025, Иркутская обл., г.Иркутск, ул.5-й Армии, д.2/1, оф.209) к обществу с ограниченной ответственностью «Спец-Монтаж» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; дата государственной регистрации: 29.10.2012; адрес: 692922, 

<

...>) о признании ликвидируемого должника несостоятельным (банкротом),,

при участии:

лица, участвующие в деле, не явились,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Юридическая фирма «Правовой элемент» (далее – ООО «Юридическая фирма «Правовой элемент») обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Спец-Монтаж» (далее – ООО «Спец-Монтаж», должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 18.02.2022 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве должника. 

Решением Арбитражного суда Приморского края от 21.04.2022 ликвидируемый должник ООО «Спец-Монтаж» признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре, конкурсным управляющим утверждена ФИО2 (далее – конкурсный управляющий). 

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением об оспаривании сделки должника - договора купли-продажи № СПМ-1/03 от 03.02.2020, заключенного между ООО «Спец-Монтаж» и ФИО1 (далее – ответчик, апеллянт), применении последствий недействительности сделки. 

Определением суда от 26.03.2024 к участию в настоящем обособленном споре в качестве заинтересованного лица привлечен ФИО3 (собственник транспортного средства на дату рассмотрения заявления). 

Определением суда от 12.07.2024 признан недействительным заключенный между ООО «Спец-Монтаж» и ФИО1 договор купли-продажи № СПМ-1/03и от 03.02.2020 транспортного средства - автомобиля марки Toyota Fortuner, 2017 года выпуска, шасси (рама) MR0HA3FS800046994. В качестве применения последствий недействительности сделки с ФИО1 в пользу должника взысканы денежные средства в размере 479 000 руб.; ФИО1 восстановлено право требования к должнику в сумме 1 000 руб. Распределяя судебные расходы, суд взыскал: с ФИО1 в доход федерального бюджета 6 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины; с ФИО1 в пользу должника 8 000 руб. судебных расходов по оплате экспертизы. 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ответчик обратился в  апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления. В обоснование своей позиции апеллянт сослался на то, что согласно копии диагностической карты транспортного средства № 3216 от 24.01.2020 и копии акта осмотра транспортного средства от 20.01.2020, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства составила 2 344 500 руб., а характер повреждений, причиненный транспортному средству, свидетельствовал о его глубоко аварийном состоянии. В соответствии с заключением эксперта № 118-А/2024 от 04.03.2024 средняя рыночная стоимость транспортного средства аналогичного тому, что является предметом спора, находится в диапазоне пен от 2 050 000 руб. до 2 590 000 руб. Таким образом, по мнению апеллянта, стоимость восстановительного ремонта, указанная в диагностической карте № 3216 от 24.01.2020 и среднерыночная цена, указанная экспертом оценщиком в экспертном заключении от 04.03.2024, практически равны, следовательно, стоимость годных остатков транспортного средства не может быть равна сумме в размере 479 000 руб., указанной в экспертном заключении. Ввиду изложенного апеллянт полагает, что продажа транспортного средства, как аварийного лома по номинальной цене ФИО1 не повлекла за собой уменьшения конкурсной массы. Кроме того приобретение спорного транспортного средства совершенно в период отсутствия у ООО «Спец-Монтаж» признаков неплатежеспособности и сделкой не причинен вред конкурсной массе и кредиторам.

Лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие. 

Через канцелярию суда от ФИО1 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела доказательств направления апелляционной жалобы в адрес ФИО3, которые в порядке статьи 81 АПК РФ приобщены к материалам дела.

Исследовав и оценив материалы дела, с учетом доводов апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что обжалуемый судебный акт не подлежит отмене в силу следующих обстоятельств.

Из материалов дела коллегией установлено, что 03.02.2020 между ООО «Спец-Монтаж», в лице генерального директора ФИО1, (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи № СПМ-1/3, по которому общество реализовало транспортное средство - автомобиль марки Toyota Fortuner, 2017 года выпуска, шасси (рама) MR0HA3FS800046994 (далее – транспортное средство, автомобиль) за 1 000 руб., в том числе НДС (20%) 833,33 руб.

Сторонами составлен акт приема-передачи транспортного средства от 03.02.2020. 

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что сделка совершена при неравноценном встречном исполнении, при наличии признаков неплатежеспособности должника и в отношении заинтересованного лица, обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). 

Суд первой инстанции, установив наличие условий для признания сделки недействительной, удовлетворил заявление и применил двустороннюю реституцию.

Судебная коллегия при повторном рассмотрении настоящего обособленного спора пришла к следующим выводам. 

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Право конкурсного управляющего на обращение в суд с заявлением о признании недействительными сделок должника, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, предусмотрено пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

Договор купли-продажи оспорен конкурсным управляющим по специальному основанию, установленному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для подозрительных сделок.

Исходя из данной нормы права сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом к производству определением от 18.02.2022, оспариваемый договор купли-продажи заключен должником 03.02.2020, в связи с чем данная сделка попадают под действие пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в части периода подозрительности. 

Как следует из разъяснений, данных в пунктах 5, 6 и 7 постановления Пленума № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

В силу абзаца второго пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, названных в абзацах третьим - пятом пункта 2 данной статьи Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При этом данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

На конкурсном управляющем, как на заявителе по настоящему обособленному спору в силу статьи 65 АПК РФ лежит бремя доказывания наличия совокупности всех предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве условий.

Неплатежеспособность должника на момент совершения оспариваемой сделки – 03.02.2020 подтверждается следующим. 

У должника имелись неисполненные обязательства перед ООО «Юридическая фирма «Правовой элемент» на общую сумму 325 000 руб. по договорам на оказание юридических услуг: 

-№ 16-04-2018 от 09.04.2018 на сумму 150 000 руб., дополнительному соглашению от 06.09.2018 к договору № 16-04-2018 на сумму 10 000 руб. 

-№ 13-08-2021 от 02.08.2021 на сумму 110 000 руб., дополнительному соглашению от 01.09.2021 к договору № 16-04-2018 на сумму 55 000 руб.

Вступившим в законную силу судебным приказом Арбитражного суда Иркутской области от 28.10.2021 по делу № А19-21664/2021 указанная задолженность взыскана с должника в пользу ООО «Юридическая фирма «Правовой элемент». Наличие данной задолженности явилось основанием для обращения ООО «Юридическая фирма «Правовой элемент» в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом и возбуждения в отношении должника процедуры банкротства.

Также определением суда от 05.07.2022 по настоящему делу признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника (далее – реестр) требования общества с ограниченной ответственностью «Запсибгазпром-Газификация» в размере 6 332 544 руб. неосновательного обогащения и 11 277,13 руб.  процентов, всего - 6 343 821,13 руб. Данные требования подтверждены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Тюменской области от 25.01.2022 по делу № А70-18289/2021, из которого следует, что по договору поставки нефтепродуктов № СпМ-ЗпГ-02/18-К № 659/31 от 05.02.2018 и в соответствии со Спецификацией № 1 от 05.02.2018 должник принял на себя обязательство осуществить поставку топлива в количестве 300 000 л общей стоимостью 19 200 000 руб. Товар оплачен обществом «Запсибгазпром-Газификация» 07.02.2018, однако должник в период с марта по август 2018 года должник отпустил товар в меньшем объеме, недопоставка товара произошла на сумму 6 332 544 руб., в связи с чем на стороне ООО «Спец-Монтаж» возникло неосновательное обогащение в указанном размере. 

Определением суда от 26.06.2023 признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требования Общества с ограниченной ответственностью «Топливно-снабжающая компания» (ООО «ТСК») в размере 672 136,91 руб. (в том числе 590 693,44 руб. – основного долга, 63 417,47 руб. - процентов за пользование чужими денежными средствами, 12 026 руб. - расходов на уплату государственной пошлины, 6 000 руб. - расходов на уплату государственной пошлины), 34 333,04 руб. - процентов за пользование чужими денежными средствами, а также 809 306,56 руб. – основного долга, 204 952,95 руб. - процентов за пользование чужими денежными средствами.

Как следует из указанного судебного акта задолженность в размере 809 306,56 руб. возникла из договора хранения № 03-ПХ/18 от 09.01.2018, заключенного между ООО «ТСК» (Исполнитель) и ООО «Спец-Монтаж» (Заказчик), по которому Исполнитель принял на себя обязательство по приему и хранению на нефтебазе нефтепродуктов, принадлежащих Заказчику. 

Также между ООО «Спец-Монтаж» (ответчик, продавец) и ООО «ТСК» (истец, покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства №СпМ-1-ос от 27.12.2018, по условиям которого продавец обязался передать в собственность покупателя, а покупатель обязался принять и оплатить транспортное средство (далее товар): наименование, марка, модель: TOYOTA TOYO ACE; год выпуска (изготовления): 1997; номер двигателя: 15В 1590081; цвет кузова: белый-красный, красный; мощность двигателя л.с. (кВТ): 125 (92); номер шасси: BU1720101178; номер кузова: отсутствует; паспорт ТС: серия 25 ОН номер 880947. Во исполнение условий договора истец платежным поручением от 28.12.2018 № 388 внес аванс по договору поставки в размере 590 693,44 руб. В части оставшейся стоимости автомобиля (809 306,56 руб.) между ООО «Спец-Монтаж» и ООО «ТСК» произведен зачет взаимных требований, что подтверждается актом зачета взаимных требований по состоянию на 25.01.2019, из которого следует, что стороны провели зачет взаимных требований по следующим основаниям:

- задолженность ООО «Спец-Монтаж» перед ООО «ТСК» по договору хранения топлива №03-ПХ/18 от 09.01.2018 составляет 809 306,56 руб., в том числе НДС 123 453,54 руб.;

- задолженность ООО «ТСК» перед ООО «Спец-Монтаж» по договору №СпМ-1-ОС купли-продажи транспортного средства от 27.12.2018 составляет 809 306,56 руб., в том числе НДС 123 453,54 руб.

Названным актом требования в сумме 809 306,56 руб., в том числе НДС 123 453,54 руб., зачтены.

25.09.2020 ООО «ТСК» обратилось в суд с иском к ООО «Спец-Монтаж» о расторжении договора купли-продажи транспортного средства №СпМ-1- ос от 27.12.2018, о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 400 000 руб., а также процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 150 305,46 руб. за период с 28.12.2018 по 04.08.2020 (дело № А51-15405/2020).

Решением суда от 17.08.2021 по делу № А51-15405/2020 договор купли-продажи транспортного средства №СпМ-1-0с от 27.12.2018, заключенный между ООО «ТСК» и ООО «Спец-Монтаж», расторгнут; с ООО «Спец-Монтаж» в пользу ООО «ТСК» взыскано 590 693,44 руб. неосновательного обогащения, 63 417,47 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами и 12 026 руб. расходов на уплату государственной пошлины. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. Судом установлено, что должником, как продавцом товара - транспортного средства, не доказан факт передачи в собственность ООО «ТСК», как покупателю по договору от 27.12.2018. При таких обстоятельствах, на стороне продавца – ООО «Спец-Монтаж» возникла обязанность по возврату неосвоенной оплаты товара, поскольку иное означало бы наличие на стороне последнего неосновательного обогащения. Сумма неосвоенного поставщиком аванса по договору в сумме 590 693,44 руб., ввиду вышеизложенного квалифицирована судом как неравноценное предоставление, подлежащее взысканию с ответчика по правилам о неосновательном обогащении. Решение от 17.08.2021 оставлено без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2021 и постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 25.01.2022.

Определением суда от 26.07.2022 признаны обоснованными и включены в реестр требования УФНС России по Приморскому краю в размере 28 862 419,40 руб., в том числе 56 064 руб. основного долга во вторую очередь реестра; 28 806 355,40 руб., в том числе налог - 17 606 831,70 руб., пеня - 9 673 152,70 руб., штраф в размере 1 526 371 руб. в третью очередь реестра. 

Основанием возникновения задолженности перед УФНС России по Приморскому краю являлось решение № 10/04 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, вступившее в силу 02.03.2022, требование об уплате налога, сбора, пени, штрафа № 7929 от 17.03.2022, решение о взыскании за счет денежных средств № 1917 от 27.04.2022. В решении о доначислении задолженности по результатам налоговой проверки № 10/04 указано, что основанием для проведения выездной налоговой проверки является решение № 07/16 от 14.09.2020, которое вручено должнику по телекоммуникационным каналам связи 14.09.2020. Период деятельности, в котором установлены нарушения по результатам выездной налоговой проверкой, - 2017-2018 годы. По результатам проверки выявлена недоимка по НДС на общую сумму 3 838 557 руб., начислены штрафы на сумму 767 712 руб. и пени в размере 4 039 148,63 руб.

Как верно отмечено судом первой инстанции тот факт, что соответствующее доначисление налоговых платежей произведено в 2022 году не означает, что соответствующие обязательства возникли только после этой даты, исходя из того, что  возникновение обязанности по уплате налогов определяется согласно пункту 1 статьи 38, пункту 1 статьи 44 Налогового кодекса Российской Федерации наличием объекта налогообложения и налоговой базы, а моментом возникновения обязательства по уплате налога является дата окончания налогового периода, установленного для уплаты налога в соответствии с законодательством о налогах и сборах. Поскольку предметом проверки уполномоченного органа являлся период с 2017 года по 2018 год, следовательно, на момент совершения оспариваемой сделки у должника уже имелись неисполненные и просроченные обязательства перед Федеральной налоговой службой по обязательным платежам в значительном размере. Дата выявления недоимки налоговым органом для определения момента возникновения обязанности по уплате налогов правового значения не имеет. 

Указанное свидетельствует о том, что на момент заключения договора от 03.02.2020 должник отвечал признакам неплатежеспособности в связи с имевшимися у него неисполненными обязательствами перед ООО «Юридическая фирма «Правовой элемент», ООО «Запсибгазпром-Газификация», ООО «ТСК», УФНС России по Приморскому краю, требования которых включены реестр и не погашены до настоящего времени. 

В силу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

Как следует из материалов дела в период с 29.10.2012 по 15.04.2019 полномочия генерального директора ООО «Спец-Монтаж» осуществлял ФИО4, в период с 16.04.2019 по 08.12.2021 - ФИО1.

Таким образом, договор купли-продажи от 30.02.2020 заключен обществом «Спец-Монтаж» в отношении заинтересованного лица, что, в свою очередь, при установлении судом неплатежеспособности должника свидетельствует о доказанности заключения сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и о наличии презумпции об осведомленности ответчика о данной цели.

Довод управляющего о причинении оспариваемой сделкой вреда имущественным правам кредиторов аргументирован неравноценностью встречного предоставления со стороны покупателя.

Так, по условиям договоров от 30.02.2020, стоимость транспортного средства составляла 1 000 руб.

Возражая на доводы конкурсного управляющего о неравноценном встречном исполнении, ФИО1 указала, что согласно акту осмотра транспортного средства 20.01.2020, составленному экспертом-техником ООО «Профессионал», транспортное средство имело следующие повреждения: стекло лобовое - нарушение герметизации в верхней части, обивка крыши - следы плесени в передней части, обивка настил пола - следы плесени в передней части, электронный блок управления ДВС - коррозия, окисление контактов и фишек соединения электропроводку, электронный блок иммобилайзера - коррозия, окисление контактов и фишек соединения электропроводку, электронный блок климат контроля - коррозия, окисление контактов и фишек соединения электропроводку; ДВС запускается кратковременно (работает 3-5 минут) и останавливается, во время работы слышен металлически скрежет в нижней части, неровная работа, течь масла в районе сальниковых уплотнений лобовины и коренного подшипника; амортизатор передний левый - течь масла в районе сальникового уплотнения, амортизатор передний правый - течь масла в районе сальникового уплотнения.

На основании акта осмотра Техцентром «Автонаходка» была подготовлена диагностическая карта № 3216 от 24.01.2020, согласно которой стоимость работ по устранению перечисленных технических неисправностей спорного автомобиля составляет 2 344 500 руб.

Таким образом, учитывая техническое состояние транспортного средства, ФИО1 полагала, что факт причинения вреда имущественным правам кредиторов ООО «Спец-Монтаж» в результате совершения сделки - договора купли-продажи № СПМ-1/03 от 03.02.2020 не доказан, цена соответствует техническому состоянию автомобиля. 

В целях проверки доводов конкурсного управляющего о неравноценности встречного представления ответчика судом первой инстанции проведена оценочная экспертиза. 

Согласно заключению эксперта ООО «Абсолют. Оценка и консалтинг» № 118-А/2024 рыночная стоимость автомобиля марки Toyota Fortuner, 2017 года выпуска, шасси (рама) MR0HA3FS800046994, по состоянию на дату совершения сделки - договора купли-продажи от 03.02.2020 с учетом повреждений, зафиксированных в акте осмотра транспортного средства от 20.01.2020 и диагностической карте № 3216 от 24.01.2020, составляет 479 000 руб. 

В силу части 1 статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В соответствии со статьей 71 кодекса доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Признак допустимости доказательств предусмотрен положениями статьи 68 АПК РФ. Достаточность доказательств можно определить как наличие необходимого количества сведений, достоверно подтверждающих те или иные обстоятельства спора.

Отсутствие хотя бы одного из указанных признаков является основанием не признавать требования лица, участвующего в деле, обоснованными (доказанными).

Судебная коллегия поддерживает выводы суда первой инстанции о том, что названное заключение эксперта № 118-А/2024 соответствует положениям статьи 86 АПК РФ, имеет исследовательскую и мотивировочную части, выводы эксперта - носят однозначный характер, последовательны, согласуются с иными собранными по делу доказательствами. При проведении экспертизы эксперт предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. В заключении полно и всесторонне описан ход и результаты исследования, которые не допускают неоднозначного толкования, заключение является полным, научно обоснованным. Экспертное заключение соответствует требованиям Федерального закона от 31.05.2001                № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», федеральным стандартам оценки и другим актам уполномоченного федерального органа, осуществляющего функции по нормативному правовому регулированию оценочной деятельности, стандартов и правил оценочной деятельности. Квалификация эксперта, выполнившего на основании определения арбитражного суда заключение эксперта, подтверждается дипломами о высшем образовании, о профессиональной переподготовке, квалификационными аттестатами в области оценочной деятельности. Поскольку каких-либо противоречий в выводах эксперта не выявлено, судом первой инстанции обоснованно принято данное заключение как надлежащее доказательство по делу. Ходатайств о назначении дополнительной или повторной экспертизы не заявлено (статья 9 АПК РФ). 

В этой связи доводы ФИО1 о том, что автомобиль находился в технически неисправном состоянии являются несостоятельными, поскольку как правильно отмечено судом первой инстанции, согласно выполненной «Техцентром автонаходка» диагностической карте № 3216 от 24.01.2020 подавляющую стоимость ремонта составляет замена ДВС в сборе стоимостью 2 100 000 руб., то есть замены двигателя. Однако указанная диагностическая карта № 3216 от 24.01.2020 статусом заключения эксперта не является, фактически представляет собой мнение конкретного работника технического центра, не предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, уровень знаний и технической подготовки которого материалами дела не подтвержден и суду не ясен. Более того, следующий покупатель автомобиля - ФИО3 представил в материалы дела доказательства, достаточные для вывода о приобретении данного автомобиля у ФИО1 за 2 600 000 руб., при этом пояснил, что замену двигателя в автомобиле ФИО3 не производил, при покупке автомобиля в Паспорте транспортного средства отметки о замене двигателя не имелось. Данные пояснения подтверждаются имеющимся в материалах дела Паспортом транспортного средства - автомобиля марки Toyota Fortuner, 2017 года выпуска, шасси (рама) MR0HA3FS800046994, в котором отсутствует отметка о замене агрегата - двигателя внутреннего сгорания. Кроме того, имеющийся в материалах дела отчет, выполненный посредством использования ресурсов интернет-портал «Drom.ru», также не содержит сведений о критическом повреждении двигателя, требующем его замены. 

Таким образом, факт причинения вреда имущественным правам кредиторов в данном случае доказан, так как из состава имущества по заниженной стоимости выбыло ликвидное имущество должника, что привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет данного имущества.  

Ввиду изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии всех необходимых условий для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В порядке применения последствий недействительности сделки суд первой инстанции, руководствуясь пунктами 1, 2 статьи 167 ГК РФ, пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве и преследуя цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до её совершения, и, принимая во внимание, что ответчик не является собственником спорного имущества, в связи с чем возврат выбывшего имущества в конкурсную массу невозможен, обоснованно взыскал с ответчика в конкурсную массу должника стоимость автомобиля на момент его приобретения ответчиком - 479 000 руб., согласно заключению судебной экспертизы, не опровергнутого иными письменными доказательствами. 

Поскольку в материалы дела представлены доказательства оплаты ФИО1 за спорный автомобиль 1 000 руб. по приходному кассовому ордеру от 03.02.2020 № 8, суд первой инстанции верно определил, что после возврата в конкурсную массу 479 000 руб., ФИО1 приобретает право требования к должнику на сумму 1 000 руб. 

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что при вынесении обжалуемого судебного акта суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал им надлежащую оценку и правильно применил нормы материального права. Доводы апелляционной жалобы не опровергают установленные судом обстоятельства и сделанные на их основе выводы. Различная оценка одних и тех же фактических обстоятельств дела судом первой инстанции и апеллянтом не является правовым основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено. 

Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе, в соответствии со статьей 110 АПК РФ, относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 12.07.2024 по делу №А51-681/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

М.Н. Гарбуз

Судьи

К.П. Засорин

А.В. Ветошкевич