152/2023-15946(2) 

 

Пятый арбитражный апелляционный суд 

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001 www.5aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А24-5585/2018

г. Владивосток

26 апреля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 апреля 2023 года.  

Постановление в полном объеме изготовлено 26 апреля 2023 года.  Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего М.Н. Гарбуза, судей А.В. Ветошкевич, Т.В. Рева, при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, арбитражного управляющего ФИО3, ФИО6,  

апелляционные производства № 05АП-7535/2022, № 05АП-7618/2022, № 05АП-7515/2022,  на определение от 31.10.2022 судьи А.С. Павлова  

по делу № А24-5585/2018 Арбитражного суда Камчатского края 

по заявлению (жалобе) бывшего руководителя должника ФИО2 об  отстранении ФИО3 от исполнения возложенных на него  обязанностей конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «ДорСтройСервис»,  

по заявлению Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой  службы по Камчатскому краю о признании несостоятельным (банкротом) общества с  ограниченной ответственностью «ДорСтройСервис»,  

при участии: лица, участвующие в деле, не явились, 

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой  службы по Камчатскому краю 12.09.2018 обратилась в арбитражный суд с заявлением о  признании общества с ограниченной ответственностью «Дорстройсервис» (далее -  должник, ООО «Дорстройсервис») несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 08.10.2018 заявление  принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве.  

Определением суда от 31.10.2018 в отношении должника введена процедура  наблюдения, временным управляющим имуществом должника утвержден ФИО4.  

Решением суда от 24.04.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), в  отношении должника введена процедура конкурсного производства. Определением суда  от 29.04.2019 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО5.  

Определением суда от 24.08.2020 (дата объявления резолютивной части)  признаны незаконными действия конкурсного управляющего ФИО5, последняя  отстранена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего  

ООО «Дорстройсервис». 

Определением суда от 23.10.2020 конкурсным управляющим должника  утвержден ФИО3 (далее - конкурсный управляющий, ФИО3,  апеллянт).  

14.07.2022 через систему «Мой Арбитр» в арбитражный суд поступило заявление  бывшего руководителя ООО «Дорстройсервис» ФИО2 (далее –  заявитель) об отстранении ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного  управляющего ООО «Дорстройсервис», в связи с сокрытием бухгалтерской программы  1С.  

В дальнейшем заявитель уточнил требования и просил суд признать  незаконными:  

- действия конкурсного управляющего, выразившиеся в сокрытии базы  программы 1С,  

- бездействие конкурсного управляющего, выразившееся в непринятии мер к  обжалованию определения суда о включении в реестр требований кредиторов  задолженности перед ООО «Комплексные энергетические решения» (далее -  

ООО «КЭР»), 

- бездействие конкурсного управляющего, выразившееся в необращении в  арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО6 к субсидиарной  ответственности,  

- действия конкурсного управляющего, выразившиеся в начислении и  выплате заработной платы ФИО6 с марта 2018 года,  

а также отстранить конкурсного управляющего ФИО3 от исполнения  возложенных на него обязанностей.  

Определением от 19.09.2022 суд принял уточнения заявленных требований в  порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее  – АПК РФ).  

Определением суда от 31.10.2022 заявление (жалоба) бывшего руководителя  должника ФИО2 удовлетворено частично. Суд признал незаконным и не  соответствующим требованиям статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) бездействие  конкурсного управляющего ООО «Дорстройсервис» ФИО3, выразившееся в  необращении в арбитражный суд с заявлением о привлечении единственного участника  должника ФИО6 к субсидиарной ответственности и отстранил ФИО3 от  исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Дорстройсервис». В  удовлетворении остальной части заявления (жалобы) отказано. Суд также назначил  судебное заседание по рассмотрению вопроса об утверждении конкурсного управляющего  и предложил собранию кредиторов ООО «Дорстройсервис» в течение 10 дней со дня  объявления резолютивной части настоящего определения представить в Арбитражный суд  Камчатского края решение (протокол собрания) о выборе иного арбитражного  управляющего или саморегулируемой организации арбитражных управляющих.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом ФИО2, арбитражный  управляющий ФИО3, ФИО6 обратились в апелляционный суд с жалобами.  

ФИО2 в своей апелляционной жалобе заявил требования об изменении  определения суда от 31.10.2022 и признании незаконными действий (бездействия)  конкурсного управляющего ФИО3, выразившихся в выплате заработной платы  ФИО6 или включении соответствующего требования в реестр требований  кредиторов; в необжаловании конкурсным управляющим определения о включении в  реестр требований кредиторов задолженности перед ООО «КЭР»; сокрытии базы данных  

бухгалтерской программы 1С. По мнению апеллянта, конкурсный управляющий должен  был обеспечить судебный порядок учета требований ФИО6 по заработной плате и  не признавать во внесудебном порядке требования по выплате заработной платы,  заявленные за пределами срока исковой давности, установленного статьей 392 Трудового  кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ). В итоге конкурсный управляющий  лишил права конкурсных кредиторов заявить в ходе судебного разбирательства о  пропуске срока исковой давности. При этом к моменту признания конкурсным  управляющим требований ФИО6 по заработной плате уже имелись судебные  акты о признании недействительными сделок, заключенных в пользу аффилированных с  ФИО6 лиц, а также оспорен договор цессии от 16.03.2018, заключенный  непосредственно ФИО6 В обоснование позиции о незаконном необжаловании  конкурсным управляющим определения о включении в реестр требований кредиторов  задолженности перед ООО «КЭР», апеллянт сослался на то, что конкурсный  управляющий и представитель ФИО6, доказывая факт исполнения  

ФИО6 трудовых обязанностей, неоднократно указывали на то, что фактически  под руководством ФИО6 продолжались взаимоотношения с ООО «КЭР», а объем  фактически выполненных работ превышает объем документально принятых. Данную  позицию также занимал представитель ФИО2 при обжаловании судебного акта о  включении требований ООО «КЭР» в реестр требований кредиторов, однако сам  конкурсный управляющий самостоятельно не обжаловал указанный судебный акт. Кроме  того апеллянт полагает, что отказывая в признании незаконными действий по сокрытию  базы 1С, суд вышел за пределы своей компетенции, поскольку квалифицировал базу 1С  как доказательство. Однако, сокрытие базы 1С как доказательства по арбитражному делу,  

образует состав уголовно наказуемого деяния, предусмотренного статьей 303 Уголовного  кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ), следовательно, подведомственно иному  суду. Заявляя о незаконности действий по сокрытию базы 1С, ФИО2 исходил из  того, что база 1С не обязательно представляет из себя непосредственно доказательство, а  представляет из себя специальный способ хранения записей в регистрах бухгалтерского  учета. Достоверность той или иной записи в регистре бухучета должна быть  подтверждена первичным документом. Однако в отсутствие непосредственно первичного  документа информация о нем, его реквизитах и содержании, зафиксированная в базе 1С  могла быть использована для восстановления данного документа, например путем  судебного истребования его копии (дубликата) у контрагента.  

Арбитражный управляющий ФИО3 в апелляционной жалобе считает, что  обжалуемое определение подлежит отмене в части удовлетворенных требований,  поскольку суд не установил конкретные обстоятельства невыполнения конкурсным  управляющим своих обязанностей, которые привели или могли привести к нарушению  прав кредиторов, а также наличие убытков или возможность возникновения убытков для  должника и его кредиторов.  

ФИО6 по тексту своей апелляционной жалобы привел довод о том, что  суд, отстраняя ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего  должника по причине неподачи конкурсным управляющим в суд заявления о привлечении  ФИО6 к субсидиарной ответственности, по сути, вынес решение о привлечении  ФИО6 к такой ответственности. В этой связи, апеллянт полагает, что обжалуемый  судебный акт в части отстранения ФИО3 от исполнения обязанностей  конкурсного управляющего должника подлежит отмене.  

Определениями Пятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2022, от  21.12.2022 апелляционные жалобы ФИО2 и арбитражного управляющего  ФИО3 приняты к производству, судебное заседание по их рассмотрению  назначено на 24.01.2023. Определением от 24.02.2023 судебное заседание отложено на  21.02.2023.  

Определением от 13.02.2023 апелляционная жалоба ФИО6 принята к  производству, судебное заседание по её рассмотрению назначено совместно с другими  жалобами на 21.02.2023.  

Определениями суда от 21.02.2023, от 21.03.2023 судебное заседание по  рассмотрению жалоб откладывалось до 19.04.2023.  

Лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о  банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания,  явку представителей в судебное заседание 19.04.2023 не обеспечили, что не  препятствовало суду в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее - АПК РФ) рассмотреть апелляционные жалобы в их  отсутствие.  

Исследовав и оценив материалы дела, с учетом доводов апелляционных жалоб и  отзыва на жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность  применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд  апелляционной инстанции пришел к выводу, что обжалуемое определение не подлежит  отмене в силу следующих обстоятельств.  

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур,  применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать  добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.  

В случае нарушения действиями (бездействием) арбитражного управляющего  прав и законных интересов кредиторов, в том числе уполномоченного органа, они вправе  обжаловать действия (бездействие) арбитражного управляющего в арбитражный суд в  порядке, установленном статьей 60 Закона о банкротстве.  

Основанием удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного  управляющего является установление арбитражным судом: факта несоответствия этих  действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение  арбитражным управляющим своих обязанностей); факта несоответствия этих действий  требованиям разумности; факта несоответствия этих действий требованиям  добросовестности.  

Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если неправомерными,  недобросовестными или неразумными действиями (бездействием) конкурсного  управляющего действительно нарушены те или иные права и законные интересы подателя  жалобы и ее удовлетворение приведет к восстановлению нарушенных прав.  

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно  доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований  и возражений. При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного  управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: податель  жалобы обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного  поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и  законные интересы кредитора, а арбитражный управляющий, в свою очередь, имеет право  представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать  соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.  

При этом реализация прав и исполнение обязанностей конкурсным управляющим  обусловлены целями конкурсного производства, которое применяется к должнику с  целью соразмерного удовлетворения требований кредиторов (статья 2 Закона о  банкротстве).  

Основной круг прав и обязанностей конкурсного управляющего определен в  статьях 20.3, 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для  признания действий конкурсного управляющего незаконными и отстранения его от  исполнения возложенных на него обязанностей.  

Жалоба заявителя мотивирована, в том числе доводом о сокрытии конкурсным  управляющим базы программы 1С.  

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении жалобы в данной части,  обоснованно исходил из того, что доводы заявителя о сокрытии конкурсным  управляющим доказательств, которые ФИО2 планировал использовать в рамках  рассмотрения обособленного спора о взыскании с него убытков, не соответствуют  действительности.  

Судом первой инстанции в определениях от 24.11.2021, 29.05.2022, 05.08.2022  указывалось, что конкурсный управляющий располагает копией программы 1С. Вместе с  тем аутентичность данных программы 1С поставлена под сомнение, поэтому данное  доказательство не может быть признано судом достоверным и, соответственно,  подтверждать правовую позицию ответчика. Кроме того, как верно определил суд первой  инстанции, данные сведения не являются первичным документом бухгалтерского учета.  

Также заявитель просил признать незаконным непринятие конкурсным  управляющим мер к обжалованию определения суда от 03.06.2019 по делу № А245585/2018 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности перед  ООО «КЭР».  

Рассмотрев жалобу в данной части, суд первой инстанции пришел к правильному  выводу о том, что заявитель не подтвердил факт ненадлежащего исполнения конкурсным  управляющим своих обязанностей, поскольку из материалов дела № А24-5585/2018  усматривается, что ФИО2 10.05.2022 обращался в Пятый арбитражный  апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил восстановить срок  подачи апелляционной жалобы, отменить определение Арбитражного суда Камчатского  края от 03.06.2019 по делу № А24-5585/2018 как незаконное и необоснованное, вынести  новый судебный акт, отказав в удовлетворении требований ООО «КЭР». Постановлением  Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2022 судебный акт оставлен без  изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.  

В жалобе на действия конкурсного управляющего указано на незаконность и  нарушение прав должника, выразившиеся в начислении и выплате конкурсным  управляющим заработной платы ФИО6, начисленной с марта 2018 года.  

Согласно представленным 24.10.2022 конкурсным управляющим документам им  учтена и погашена текущая задолженность по заработной плате перед ФИО6 в  размере 167 299 рублей 72 копейки.  

Также конкурсным управляющим включена во вторую очередь реестра  требований кредиторов задолженность по заработной плате перед ФИО6,  возникшая до возбуждения дела о банкротстве, в размере 161 699 рублей 94 копейки.  Указанная задолженность не погашалась в связи с наличием долга перед УФНС России по  Камчатскому краю (кредитор № 1 второй очереди реестра).  

Конкурсный управляющий представил в суд заявление ФИО6 о выплате  задолженности по заработной плате, копию приказа о приеме работника на работу, копию  трудового договора и иные документы в подтверждение обоснованности произведенного  расчета заработной платы.  

В материалы дела представлены переписка со следственными органами, копии  постановлений о возбуждении уголовного дела и частичном прекращении уголовного  преследования в отношении ФИО2 в связи с невыплатой заработной платы  ФИО6  

Уголовное преследование в части совершения преступления, предусмотренного  частью 2 статьи 145.1 УК РФ, было прекращено в связи с истечением сроков давности  уголовного преследования.  

Обвиняемый ФИО2 не возражал против прекращения уголовного  преследования по указанным основаниям.  

Как пояснил представитель ФИО2 в судебном заседании суда первой  инстанции, им не оспаривается произведенный конкурсным управляющим расчет  задолженности по заработной плате, но ставится под сомнение факт осуществления  

ФИО6 трудовой деятельности, поскольку отсутствуют табели учета рабочего  времени.  

Как верно указал суд первой инстанции, выраженные заявителем сомнения не  подтверждены надлежащими доказательствами и опровергаются представленными в  материалы обособленного спора документами за подписью ФИО6 Отсутствие у  бывшего работника должника табелей учета рабочего времени не может быть вменено в  вину ФИО6, поскольку обязанность по формированию и ведению первичных  документов кадрового и бухгалтерского учета возлагалась на самого ФИО2,  который являлся руководителем должника. Утрата ФИО2 соответствующих  документов влечет риски наступления негативных последствий для работодателя, а не для  работника. Доказательства выплаты ФИО6 заработной платы в материалах дела  отсутствуют.  

С учетом изложенного, судебная коллегия поддерживает вывод суда первой  инстанции о том, что у конкурсного управляющего имелись основания для принятия в  пределах предоставленных ему дискреционных полномочий решения об учете указанной  задолженности. Основания для самостоятельного применения конкурсным управляющим  срока исковой давности, предусмотренного статьей 392 ТК РФ, отсутствовали, поскольку  указанное заявление может быть рассмотрено только в суде общей юрисдикции при  рассмотрении индивидуального трудового спора. Нарушения конкурсным управляющим  требований статьи 142 Закона о банкротстве отсутствуют, поскольку заявителем не  учтены положения пункта 5 указанной статьи, регламентирующей порядок включения  задолженности в реестр требований кредиторов второй очереди.  

Нарушений конкурсным управляющим прав и законных интересов лиц,  участвующих в деле, в рассматриваемой части не установлено.  

Проверив наличие оснований для признания незаконными действий конкурсного  управляющего по необращению в арбитражный суд с заявлением о привлечении  ФИО6 к субсидиарной ответственности, судебная коллегия признает правильным  вывод суда первой инстанции об удовлетворении жалобы в данной части в силу  следующего.  

В силу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано  иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно  вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если  причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате  совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или  нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая  сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.  

Согласно разъяснений, приведенных в пункте 23 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах,  связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве», презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки  (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой  (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в  частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его  деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует  учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки,  отвечающие критериям крупных сделок (статья 46 Федерального закона от 08.02.1998  

 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.). Рассматривая вопрос  о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что  таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно  отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка,  заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил  

возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной  деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.  

В силу положений подпунктов 2 и 3 пункта 2, подпункта 2 пункта 4 статьи 61.10  Закона о банкротстве ФИО6 являлся контролирующим должника лицом, что не  оспаривается лицами, участвующими в деле.  

Как следует из определений суда от 19.02.2021, 16.03.2018 между 

ООО «Дорстройсервис» (цедент) и ООО «Камчатская строительная корпорация»  (цессионарий, далее - ООО «КСК») заключен договор уступки права требования, по  условиям которого цедент в счет погашения своей задолженности перед цессионарием по  договору субаренды специальной техники без экипажа № 05/02/2018 от 05.02.2018  уступает цессионарию право требования к ОАО «Елизовский карьер» (должник)  задолженности в размере 3 500 000 рублей, возникшее из обязательства по договору  поставки продукции № 15/02/2018 от 15.02.2018, заключенного между цедентом и  должником.  

Договор со стороны ООО «Дорстройсервис» подписан заместителем директора  ФИО6, имеет оттиск печати ООО «Дорстройсервис».  

Бывший конкурсный управляющий ФИО5 направила в суд заявление о  фальсификации договора уступки прав требований от 16.03.2018 и договора субаренды  специальной техники без экипажа № 05/02/2018 от 05.02.2018.  

Суд неоднократно обязывал ответчика представить подлинники вышеуказанных  документов.  

После отстранения конкурсного управляющего ФИО5 от исполнения  возложенных на нее обязанностей, 07.09.2021 конкурсный управляющий ФИО7  (решением Арбитражного суда Камчатского края от 14.01.2020 по делу № А24-6968/2019  ООО «КСК» признано банкротом) представил в суд документы, переданные ему  единственным участником ООО «КСК» ФИО8: подлинники договора уступки  прав требований от 16.03.2018, договора субаренды специальной техники без экипажа  

 № 05/02/2018 от 05.02.2018, акта приема-передачи специальной техники без экипажа от  05.02.2018.  

Конкурсный управляющий ФИО3 заявление ФИО5 о  фальсификации доказательств не поддержал, но пояснил, что со слов ФИО6  оспариваемые договоры уступки и субаренды были подписаны, но фактически не  исполнялись.  

Суд неоднократно обязывал единственного участника должника ФИО6  представить в суд:  

- сведения о лицах, управлявших специальной техникой, указанной в  договоре субаренды экипажа от 05.02.2018;  

- доказательства несения расходов, указанных в пункте 5.2 договора  субаренды экипажа от 05.02.2018;  

- письменные пояснения по содержанию писем от 13.07.2018, 30.07.2017,  02.11.2018 с учетом заключенного договора уступки прав требований от 16.03.2018.  Пояснить им или другим лицом подписаны договор уступки права требования от  16.03.2018 и договор субаренды экипажа от 05.02.2018.  

Определение суда от 20.01.2021 о предоставлении письменных пояснений о  причинах заключения договора цессии от 16.03.2018 с учетом отсутствия фактических  правоотношений в рамках договора субаренды от 05.02.2018 ФИО6 не  исполнено.  

Учитывая вышеуказанные обстоятельства, отсутствие в материалах дела  доказательств, подтверждающих действительную передачу имущества в пользование  должника по договору субаренды от 05.02.2018, арбитражный суд согласился с доводами  ФИО5 о мнимости указанных правоотношений.  

В этой связи, в результате совершения оспариваемой сделки - договора уступки  прав требования от 16.03.2018 должник не получил встречного исполнения, при этом  активы должника в результате сделки уменьшены, поскольку из состава активов  

ООО «Дорстройсервис» выведена ликвидная дебиторская задолженность в размере  3 500 000 рублей.  

Договор уступки права требования от 16.03.2018, заключенный между 

ООО «Камчатская строительная корпорация» и ООО «Дорстройсервис», признан  недействительной сделкой, с ООО «Камчатская строительная корпорация» в пользу  

ООО «Дорстройсервис» взысканы денежные средства в размере 3 500 000 рублей. 

Денежные средства от ООО «Камчатская строительная корпорация» в  конкурсную массу не поступили.  

Доводы конкурсного управляющего и ФИО6 о предпринятых попытках  по возврату денежных средств по указанной сделке не имеют правового значения. Более  того, надлежащих доказательств в обоснование указанных аргументов не представлено. В  ходе рассмотрения заявления ФИО5 представитель ОАО «Елизовский карьер»  отрицал получение каких-либо писем о возврате денежных средств.  

Необходимо отметить, что при обжаловании вышеуказанного определения в суд  апелляционной инстанции конкурсный управляющий просил отменить определение суда  от 19.02.2021, перейти к рассмотрению дела по правилам, установленным АПК РФ для  рассмотрения дела в суде первой инстанции.  

При этом конкурсный управляющий на вопрос суда в судебном заседании  01.06.2021 затруднился указать, какие нарушения процессуального права допущены при  рассмотрении настоящего обособленного в суде первой инстанции.  

Как следует из определений суда от 03.08.2020, 09.10.2019 в арбитражный суд  поступило заявление конкурсного управляющего ФИО5 о признании  недействительной сделкой платежа от 26.02.2018 в размере 1 024 490 рублей в пользу  ООО «КамСтройинг».  

Ответчик в отзывах на заявление указал, что спорный платеж произведен за  выполненные работы на основании заключенного договора субподряда. В обоснование  своих доводов представил договор подряда № 1/Д-2017 от 06.12.2017 и акт о приемке  выполненных работ № 2 от 21.02.2018.  

Конкурсным управляющим ФИО5 подано заявление о фальсификации  доказательств. Конкурсный управляющий ссылался на то, что договор подряда № 1/Д- 2017 от 06.12.2017 и акт о приемке выполненных работ № 2 от 21.02.2018 не  подписывались ФИО2 и не составлялись в указанные даты.  

Представитель ответчика ФИО9 отказался исключить из числа  доказательств по делу договор подряда № 1/Д-2017 от 06.12.2017 и акт о приемке  выполненных работ № 2 от 21.02.2018. Пояснил, что договор подряда № 1/Д-2017 был  подписан 21.02.2018, а не 06.12.2017, заместителем директора должника ФИО6  одновременно с актом о приемке выполненных работ № 2. Учитывая, что ФИО6  обладал полномочиями на подписание данных документов на основании доверенности №  03/02-2018 от 02.02.2018, а работы в последующем были оплачены, полагал, что  указанные документы не являются сфальсифицированными, поскольку одобрены  должником.  

Как следует из материалов дела, суд рассмотрел и вынес протокольное  определение о частичном удовлетворении заявления конкурсного управляющего о  фальсификации доказательств: признать сфальсифицированным договор подряда № 1/Д- 2017 от 06.12.2017, поскольку он составлен позднее указанной в нем даты, что подтвердил  представитель ответчика.  

Вместе с тем в удовлетворении заявления о фальсификации акта о приемке  выполненных работ № 2 от 21.02.2018 суд отказал, поскольку давность его изготовления  без назначения судебной экспертизы проверить невозможно. При этом акт содержит  

оттиск печати ООО «Дорстройсервис» и составлен в период, когда ФИО6 имел  полномочия на подписание документов, необходимых для ведения финансово-хозяйственной деятельности должника.  

Суд определениями от 03.02.2020, 06.05.2020, 04.06.2020 предлагал ответчику  представить дополнительные доказательства в подтверждение выполненных работ с  учетом возражений конкурсного управляющего в целях проверки доводов  

ФИО5 о том, что фактически работы ответчиком не проводились. 

Судом первой инстанции установлено, что акт о приемке выполненных работ от  21.02.2018 сам по себе не опровергает выраженные конкурсным управляющим сомнения в  возможности проведения ответчиком строительных работ в отсутствие необходимых  ресурсов (персонала и технических средств) для планировки площадей земляного полотна  механизированным способом. Указанный вывод суда поддержан вышестоящими  судебными инстанциями.  

При этом коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции, что ответчику  не должно было составить труда представить документы, подтверждающие трудовые  отношения с рабочими, которые непосредственно выполняли работы, доказательства  оплаты их труда, доказательства приобретения ответчиком материалов в рамках  выполненных работ, доказательства наличия у ответчика техники (самоходных машин и  т.д.) для выполнения работ, поскольку данные документы являются исключительно  внутренними документами ответчика.  

Данные документы не представлены. 

ООО «КамСтройинг» является аффилированным и, как следствие,  заинтересованным лицом по отношению к ООО «Дорстройсервис».  

На дату совершения оспариваемой сделки единственным участником должника и  ответчика являлся ФИО6, который в исследуемый период времени также являлся  заместителем директора должника с полномочиями на подписание документов,  необходимых для ведения финансово-хозяйственной деятельности должника. Директором  ответчика являлся ФИО6, который приходится родным братом ФИО6  

Расчетным счетом должника, с которого производилась оплата (Банк ВТБ),  распоряжался непосредственно ФИО6 на основании выданной ему доверенности  от 02.02.2018.  

Таким образом, наличие акта о выполненных работах при отсутствии каких-либо  иных первичных и бухгалтерских документов, подтверждающих выполнение подрядных  работ, учитывая их вид и характер, не подтверждает факт реальности выполненных работ.  

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о  наличии у оспариваемого платежа составов подозрительности, предусмотренных  пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также о мнимости договорных  отношений в соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, поэтому признал платеж  недействительной сделкой, взыскал с ООО «КамСтройинг» в конкурсную массу  

ООО «Дорстройсервис» 1 024 490 рублей. 

Согласно отчету конкурсного управляющего о своей деятельности от 04.08.2022 в  принудительном порядке с ООО «КамСтройинг» взысканы денежные средства в размере  18 590 рублей 04 копейки (1,8% от общего размера задолженности).  

Из материалов дела коллегией усматривается, что в отзыве от 21.10.2022,  конкурсный управляющий ФИО3 указал, что судом преждевременно сделан  вывод о мнимости сделки, поскольку не установлено, что работы выполнены иным лицом.  

Данная субъективная позиция конкурсного управляющего могла быть выражена  им при рассмотрении кассационной жалобы ответчика на определение суда от 03.08.2020.  

Указанное фактически было реализовано ФИО3 в письменной  позиции управляющего по кассационной жалобе ООО «КамСтройинг» от 20.12.2020, к  которой конкурсный управляющий приложил письменный ответ начальника участка  ФИО10 от 19.12.2020 на запрос ФИО3 от 18.12.2020, направленный  

указанному гражданину по электронной почте. Согласно письменным заверениям  указанного лица работы по планировке дорожного полотна осуществлялись  

ООО «КамСтройинг». 

Апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции , что  выражение конкурсным управляющим, который является должностным лицом,  осуществляющим публично-правовые функции в деле о банкротстве в интересах  кредиторов и общества, в отзыве от 21.10.2022 несогласия с правовой квалификацией,  которая дана вышеуказанным обстоятельствам не только судом первой инстанции, но и  Пятым арбитражным апелляционным судом, Арбитражным судом Дальневосточного  округа, Верховным Судом Российской Федерации, является проявлением явного  неуважениям к вынесенным судебным актам, которые вступили в законную силу,  являются обязательными для органов государственной власти, органов местного  самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц, граждан и подлежат  исполнению на всей территории Российской Федерации в силу статьи 16 АПК РФ.  

Как следует из определения суда от 05.02.2021, 09.10.2019 в арбитражный суд  поступило заявление конкурсного управляющего ФИО5 о признании  недействительной сделкой платежа от 12.12.2017 в размере 7 150 500 рублей в пользу  ответчика ФИО6.  

В ходе рассмотрения спора конкурсный управляющий ФИО3 в очередной  раз не поддержал ранее поданное конкурсным управляющим ФИО5 заявление  о фальсификации документов и ходатайство о назначении судебной экспертизы.  

На вопрос суда конкурсный управляющий ФИО3 пояснил, что почтовый  и электронный адрес ФИО10 ему предоставил единственный участник должника  ФИО6 Конкурсный управляющий направил в адрес ФИО10 запрос и  получил соответствующий ответ, который представлен в суд.  

В судебных прениях конкурсный управляющий пояснил, что не может отказаться  от заявленных требований. Вместе с тем просит суд принять законное и обоснованное  решение.  

Судом установлено, что факт перечисления 12.12.2017 ответчику денежных  средств в размере 7 150 500 рублей подтверждается представленными в материалы дела  сведениями о движении денежных средств по счету в АО «Россельхозбанк»  

 № 40702810853080000852 и ответчиком не отрицается. 

На дату совершения оспариваемой сделки единственным участником должника  являлся ФИО6, который приходится родным братом ответчику ФИО6  

Оценив представленные в материалы обособленного спора доказательства, суд  первой инстанции пришел к выводу о наличии у оспариваемого платежа составов  подозрительности, предусмотренных пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а  также о ничтожности договора на оказание транспортных услуг от 10.11.2017 в  соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ.  

Платеж от 12.12.2017 в пользу ФИО6 в размере 7 150 500 рублей признан  недействительной сделкой, указанная сумма взыскана с ФИО6 в конкурсную  массу ООО «Дорстройсервис».  

Согласно отчету конкурсного управляющего о своей деятельности от 04.08.2022 в  принудительном порядке с ФИО6 взысканы денежные средства в размере 56 880  рублей 56 копеек (0,8% от общего размера задолженности).  

Необходимо отметить, что в ходе рассмотрения вышеуказанного обособленного  спора представлены полученные на запрос конкурсного управляющего ФИО3  письменные пояснения ФИО10 от 19.12.2020, в котором последний сообщает, что  в период с ноября по декабрь 2017 года завоз ПГС на строительный объект по контракту с  ООО «КЭР» осуществлялся ИП ФИО6 в объеме 10 000 (десять тысяч) метров  кубических. Завоз осуществлялся машинами 1) Nissan Diesel - А 059 МА 41, 2) Nissan  Diesel - 

<

***> 3) HONDA PROFIA - В 853 ЕХ 125, 4) HINO А512 РМ 41. Фамилии  

водителей, у которых ФИО10 принимал завезенную ПГС: ФИО11, ФИО12,  ФИО13, ФИО14  

Указанный документ оценен судом критически, с чем согласились суды  вышестоящих инстанций, поскольку события имели место три года назад, однако  ФИО10 смог указать не только фамилии водителей, но и марки и государственные  регистрационные номера автомобилей, в том числе указанный в транспортных накладных  номер 

<

***> несмотря на то, что фактически в аренду ФИО6 должен был  быть передан автомобиль с регистрационным номером 

<

***>.  

Как уже было указано выше, подобный ответ ФИО10 о проведении работ  по планировке дорожного полотна ООО «КамСтройинг» конкурсный управляющий  представил в суд кассационной инстанции в рамках рассмотрения кассационной жалобы  указанного общества, контролирующими лицами которого являются братья М-вы.  

В своем отзыве на жалобу конкурсный управляющий указывает, что сделка с  ФИО6 заключена бывшим директором должника ФИО2 Денежные  средства во исполнение сделки перечислены со счета АО «Россельхозбанк», доступ к  которому имел только ФИО2  

Указанные обстоятельства заслуживают внимания, вместе с тем не исключают  наличие формальных оснований для рассмотрения заявления о привлечении  

ФИО6 к субсидиарной ответственности. 

Учитывая правовую позицию, сформулированную в определении Верховного  Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22941/2006, арбитражный суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что в ходе  рассмотрения заявления о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности  должны быть установлены обстоятельства дальнейшего движения денежных средств,  которые поступили в распоряжение его брата ФИО6, в целях установления лица,  являющегося конечным бенефициаром недействительной сделки.  

При этом при рассмотрении настоящего обособленного спора суд первой  инстанции верно отметил, что при обращении в суд с заявлением о привлечении  

ФИО2 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий не ссылался на  указанную сделку, несмотря на то, что формально она заключена именно ФИО2  Кроме того, подлежат изучению и оценке доводы о том, что ФИО6 было известно  об истинном характере платежей в пользу ООО «Подъёмстройсервис», которые были  признаны судом ничтожными сделками в силу их мнимости, и он был заинтересован в их  совершении в целях дальнейшего получения денежных средств ООО «Даль-Технология»,  мажоритарным участником которого является ФИО6  

Коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, что в рамках данного  обособленного спора у конкурсного управляющего и ФИО6 было достаточно  времени для надлежащего опровержения доводов заявителя, однако указанные лица  ограничились предоставлением своих письменных правовых позиций по указанному  вопросу в последний день судебного заседания без приложения надлежащих  доказательств в обоснование своих доводов.  

Отклоняя доводы ФИО6 о том, что суд первой инстанции, отстраняя  ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника по  причине неподачи конкурсным управляющим в суд заявления о привлечении  

ФИО6 к субсидиарной ответственности, по сути, вынес решение о привлечении  ФИО6 к такой ответственности, апелляционный суд отмечает, что как верно  указано судом первой инстанции, целью судебного разбирательства в рамках настоящего  обособленного спора является не установление оснований для привлечения  

ФИО6 к субсидиарной ответственности, а установление достаточных  обстоятельств, предусмотренных статьей 61.11 Закона о банкротстве, предполагающих  возникновение у конкурсного управляющего формальных оснований для направления в  суд заявления о привлечении контролирующего должника лица к гражданско-правовой  

ответственности, в рамках рассмотрения которого подлежат оценке действия органов  управления должника, а также должна быть дана оценка наличию либо отсутствию  оснований для возложения на органы управления должника субсидиарной  ответственности по обязательствам ООО «Дорстройсервис».  

Утверждение конкурсного управляющего о том, что суды первой и  апелляционной инстанций не усмотрели оснований для привлечения ФИО6 к  субсидиарной ответственности, не соответствует действительности.  

Учитывая правовую позицию ФИО3, категорически возражавшего  против привлечения ФИО6 в качестве соответчика при рассмотрении заявления  конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной  ответственности, арбитражный суд, руководствуясь частью 5 статьи 47 АПК РФ,  определением от 25.05.2022 отказал в удовлетворении соответствующего заявления  ФИО2  

Таким образом, как верно установил суд первой инстанции, конкурсный  управляющий достаточно определенно дал понять лицам, участвующим в деле, что не  намерен использовать в качестве механизма пополнения конкурсной массы возможность  привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности.  

Вместе с тем в результате вышеуказанных сделок из состава имущества должника  безвозмездно выбыли денежные средства в размере 11 674 990 руб., подлежащие  включению в конкурсную массу, при наличии значительного размера кредиторской  задолженности (более 37 000 000 руб.), что привело к невозможности погашения  включенных в реестр требований за счет данного имущества должника, чем причинен  существенный вред имущественным правам кредиторов. Указанное может  свидетельствовать о значимости и существенной убыточности указанных сделок.  

Арбитражный суд отмечает, что по заявлению конкурсного управляющего по  аналогичным основаниям к субсидиарной ответственности привлечен ФИО2,  который объявил себя банкротом, а значит, возможность полного погашения  кредиторской задолженности за счет взыскания с него денежных средств либо вследствие  продажи права требования к нему существенно уменьшается.  

В таких условиях, когда у должника отсутствует какое-либо имущество, кроме  права требования возмещения убытков, причиненных бывшим руководителем должника  ФИО2 и бывшим конкурсным управляющим ФИО5, намеренный  отказ конкурсного управляющего ФИО3 от использования иного механизма  пополнения конкурсной массы наносит очевидный ущерб правам и законным интересам  кредиторам должника, о чем свидетельствует письменный отзыв ООО «Дельта-Ойл».  

Учитывая отсутствие внешних отличий между действиями ФИО2 и  ФИО6 по совершению сделок, кредиторы должника вправе ставить вопрос о  солидарном привлечении к субсидиарной ответственности указанных лиц.  

При этом согласно разъяснениям, изложенным в пункте 20 постановления  Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», при  недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но  доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную  ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд не связан правовой  квалификацией заявленных требований и принимает решение о возмещении таким  контролирующим лицом убытков.  

Доводы представителя ФИО6 о том, что представителем ООО «Дельта- Ойл» в суде апелляционной инстанции была ФИО15, не имеет правового значения,  поскольку аффилированность указанного кредитора по отношению к ФИО2 не  доказана, независимый статус указанного кредитора не опровергнут.  

С учетом указанных обстоятельств и установленных судом обстоятельств при  рассмотрении иных обособленных споров в рамках настоящего дела о банкротстве  

апелляционный суд считает правильным вывод суда первой инстанции о том, что  действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО3 соответствуют  имущественным интересам ФИО6 и аффилированных с ним лиц.  

Таким образом, жалоба заявителя о признании незаконным бездействия  конкурсного управляющего ФИО3, выразившегося в необращении в  арбитражный суд с заявлением о привлечении единственного участника должника  ФИО6 к субсидиарной ответственности, правомерно признана судом первой  инстанцией обоснованной и подлежащей удовлетворению.  

В соответствии с абзацем третьим пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве  конкурсный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения  обязанностей конкурсного управляющего в связи с удовлетворением арбитражным судом  жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, на неисполнение или ненадлежащее  исполнение конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей при условии,  что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей нарушило права или  законные интересы заявителя жалобы, а также повлекло или могло повлечь за собой  убытки должника либо его кредиторов.  

Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 20 Закона о банкротстве арбитражный  управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет  регулируемую названным Законом профессиональную деятельность, занимаясь частной  практикой. В круг его основных обязанностей входит формирование конкурсной массы. В  силу пункта 3 статьи 20.3 Закона о банкротстве на управляющего возложена  самостоятельная обязанность действовать в интересах должника и кредиторов  добросовестно и разумно.  

Это означает, что меры, направленные на пополнение конкурсной массы (в  частности, с использованием механизма привлечения к субсидиарной ответственности),  планирует и реализует, прежде всего, арбитражный управляющий как профессиональный  участник антикризисных отношений, которому доверено текущее руководство  процедурой банкротства, а не кредиторы должника.  

Отстранение управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей  должно применяться тогда, когда допущенные им нарушения законодательства  порождают обоснованные сомнения в способности данного управляющего к  надлежащему ведению процедур банкротства (абзац четвертый пункта 56 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О  некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).  

Независимый характер деятельности арбитражного управляющего (абзац второй  пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве) не предполагает наличие у него  самостоятельного интереса в исходе дела о банкротстве.  

Управляющий действует в интересах гражданского правового сообщества,  объединяющего кредиторов и должника. Поэтому в подготавливаемых процессуальных  документах он не вправе отражать личную позицию о законности требования либо  действий того или иного кредитора либо ответчика, не имеющую под собой разумного  обоснования.  

Разрешая вопрос о том, соотносились ли действия управляющего с принципом  добросовестности, следует принимать во внимание разъяснения, изложенные в абзаце  третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу которых, несмотря на то, что  управляющий обладает определенной дискрецией, оценивая его действия как  добросовестные или недобросовестные, суд должен соотнести их с поведением,  ожидаемым от любого независимого профессионального управляющего, находящегося в  сходной ситуации и учитывающего права и законные интересы гражданско-правового  сообщества кредиторов, а не отдельных лиц.  

Указанная правовая позиция сформулирована в определениях Верховного Суда  Российской Федерации от 12.09.2016 № 306-ЭС16-4837 по делу № А65-17333/2014, от  29.04.2019 № 310-ЭС17-15048(2) по делу № А62-7310/2015, от 24.08.2020 № 305-ЭС19- 17553 по делу № А40-64173/2017.  

Поскольку арбитражный суд установил, что управляющий ФИО3 не  совершил действия, необходимые для правильного разрешения вопроса о возможности  привлечения к ответственности ФИО6, более того, противодействовал  возможности привлечения ФИО6 в качестве соответчика при рассмотрении  заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, которому  вменялась аналогичная презумпция доведения общества до банкротства, такое поведение  управляющего дает основание полагать, что ФИО3 не желает надлежащим  образом вести процедуру банкротства компании.  

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации, изложенной в пункте 8 информационного письма от 22.05.2012   № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с  отстранением конкурсных управляющих», отсутствие доказательств, подтверждающих  точный размер убытков, а равно и фактическое отсутствие убытков не являются  препятствием для отстранения конкурсного управляющего, если установлена  возможность причинения таких убытков в результате допущенных им нарушений.  

Бездействие ФИО3, признанное судом незаконным, создало реальную  угрозу причинения убытков должнику и кредиторам ввиду невыполнения всего комплекса  мероприятий по формированию конкурсной массы, определенного Законом о  банкротстве, что создало риск ее непополнения. Допущенные нарушения являются  существенными.  

Ввиду изложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о  необходимости применения к ФИО3 такой меры ответственности как  отстранение его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего  

ООО «Дорстройсервис». 

Поскольку в силу абзаца шестого пункта 2 статьи 12 Закона о банкротстве  принятие решения о выборе арбитражного управляющего или саморегулируемой  организации, из членов которой арбитражным судом утверждается арбитражный  управляющий, относится к исключительной компетенции собрания кредиторов, суд  первой инстанции обоснованно назначил отдельное судебное заседание для решения  вопроса об утверждении конкурсного управляющего должником и предложил  уполномоченному органу и кредиторам должника, провести собрание кредиторов на  основании пункта 5 статьи 12 Закона о банкротстве и представить в суд решение о выборе  иного арбитражного управляющего или иной саморегулируемой организации  арбитражных управляющих.  

Приведенные в апелляционных жалобах доводы судебной коллегией рассмотрены  и отклоняются, поскольку не содержат фактов, которые не были бы проверены и не  оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое  значение и влияли бы на его законность и обоснованность. Обстоятельствам и  имеющимся в деле доказательствам, исследованным судом первой инстанции, дана  надлежащая правовая оценка по правилам, установленным статьей 71 АПК РФ, выводы  суда первой инстанции соответствуют материалам дела и действующему  законодательству.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ  безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной  инстанции не установлено.  

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены  обжалуемого судебного акта не имеется.  

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче  апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не  уплачивается.  

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Камчатского края от 31.10.2022 по делу  № А24-5585/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного  округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение одного месяца.  

Председательствующий М.Н. Гарбуз  

Судьи А.В. Ветошкевич 

Т.В. Рева 

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 02.03.2023 22:05:00Кому выдана Гарбуз Максим Николаевич