РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-225802/24-99-1818

г. Москва

12 декабря 2024 г.

Резолютивная часть решения объявлена 09 декабря 2024года

Полный текст решения изготовлен 12 декабря 2024 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Зайнуллиной З.Ф.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Лузевой С.С., с использованием средств аудиозаписи 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению (заявлению) 

ООО "ИНСАЙДТЕЛ" (620000, СВЕРДЛОВСКАЯ ОБЛАСТЬ, Г.О. ГОРОД ЕКАТЕРИНБУРГ, Г ЕКАТЕРИНБУРГ, УЛ АНТОНА ВАЛЕКА, СТР. 13, ОФИС 207, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 01.06.2011, ИНН: 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ФИО1

к ПАО "РОСТЕЛЕКОМ" (191167, Г.САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ СМОЛЬНИНСКОЕ, НАБ СИНОПСКАЯ, Д. 14, ЛИТЕРА А, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 09.09.2002, ИНН: 

<

***>)

ООО "СОВРЕМЕННЫЕ КОМПЛЕКСНЫЕ РЕШЕНИЯ" (125364, Г.МОСКВА, УЛ. СВОБОДЫ, Д. 67, К. 3, КВ. 75, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 08.02.2019, ИНН: 

<

***>)

о признании недействительным договора цессии от 22.04.2024 г. № 01/25/2590/24,

при участии представителей: 

от заявителя: к.у. ФИО1, по реш. от 18.06.2024 г. №А60-25851/2023, паспорт;

от ответчика: ПАО "РОСТЕЛЕКОМ" – ФИО2, дов. от 14.06.2022 №01/29/451/22, паспорт, диплом.

от соответчика: извещены, не явились

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Инсайдтел», в лице конкурсного управляющего ФИО1 (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к публичному акционерному обществу «Ростелеком» (далее – ответчик 1), обществу с ограниченной ответственностью «Современные Комплексные Решения» (далее – ответчик 2) о признании недействительным (ничтожным) договора цессии (об уступке права (требования)) № 01/25/2590/24 от 22.04.2024 заключенный между ПАО «Ростелеком» и ООО «Современные Комплексные Решения», о применении последствий признания указанной следки недействительной (ничтожной). 

Ответчик 2 в заседание суда не явился, надлежащим образом извещен о дате, времени и месте рассмотрения дела. Дело рассматривается в порядке ст. ст. 123, 156 АПК РФ, в отсутствие не явившихся представителей ответчика 2.

Ответчик ПАО "РОСТЕЛЕКОМ"  исковые требования не признает по мотивам, изложенным в отзыве, указывает, что оспариваемый договор соответствует действующему законодательству, не является мнимой сделкой. 

Изучив все материалы дела, в том числе предмет и основание заявленного иска, исследовав и оценив все представленные по делу доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд считает, что в удовлетворении исковых требований следует отказать в связи со следующим.

Из материалов дела следует, Решением Арбитражного суда Свердловской области от 29.06.2023 по делу № А60-25851/2023 ООО «Инсайдтел» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении должника открыто конкурсное производство.

Конкурсным управляющим утвержден ФИО1, член ААУ «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

В рамках конкурсного производства поступило заявление ООО «Современные Комплексные Решения» о процессуальном правопреемстве, в котором заявитель просит произвести по делу № А60-25851/2023 замену стороны кредитора ПАО «Ростелеком» на правопреемника - ООО «Современные Комплексные Решения» в связи с уступкой прав требований.

Согласно содержанию указанного заявления о процессуальном правопреемстве, между ООО «Современные Комплексные Решения» и ПАО «Ростелеком» заключен Договор цессии (об уступке права (требования)) № 01/25/2590/24 от 22.04.2024, в соответствии с которым ООО «Современные Комплексные Решения» принимаются абсолютно все права (требования), установленные в РЕЕСТРЕ (п.2.1 Договора). РЕЕСТРОМ является документ, в котором установлены права (требования), просроченные обязательства, Абоненты-должники, а также другие необходимые сведения (п. 1.1.7 Договора), что свидетельствует о предполагаемом праве ООО «Современные Комплексные Решения» получения в будущем от ООО «Инсайдтел» и неденежного исполнения.

Истец отмечает, что согласно этому Договору, первоначальный кредитор (цедент, ПАО «Ростелеком») уступает, а новый кредитор (цессионарий, ООО «Современные Комплексные Решения») принимает право (требование) цедента к ООО «Инсайдтел» на общую сумму 5 275 770,78 руб. по договору №VoIP-101 от 27.01.2015.

Истец также указывает, названный Договор цессии (об уступке права (требования)) №01/25/2590/24 от 22.04.2024, а также все имеющиеся документы и приложения к данному Договору, представленные в Арбитражный суд Свердловской области, каких-либо сведений о принятии права (требования) цедента именно к ООО «Инсайдтел» на общую сумму 5 275 770,78 руб. и именно по договору №VoIP-101 от 27.01.2015 не содержат. Равно как и отсутствуют надлежащие документы об оплате за уступку долга ООО «Инсайдтел» именно перед ПАО «Ростелеком». Таким образом, заявителем документально не подтверждено право требования конкретно к ООО «Инсайдтел» на общую сумму 5 275 770,78 руб. по договору №Уо1Р-101 от 27.01.2015. Более того, в силу п. 10.4 договора №VoIP-101 от 27.01.2015, заключенного между ООО «Инсайдтел» и ПАО «Ростелеком», ни одна из сторон не имеет права уступать, предавать или обременять каким-либо образом свои права и/или обязанности по настоящему Договору без предварительного письменного согласия.

Вместе с тем, истец отмечает, что никакого письменного согласия на заключение Договора цессии (об уступке права (требования)) № 01/25/2590/24 от 22.04.2024 ООО «Инсайдтел» не давало.

При этом истец ссылается на ст. 10 и ст. 170 ГК РФ, то есть считает, что сделка является мнимой.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходил из следующего.

Положениями п. 4 ст. 154 ГК РФ предусмотрено, что для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка). 

В ст. 11 ГК РФ закреплено право на судебную защиту нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Защита гражданских прав осуществляется перечисленными в ст. 12 ГК РФ способами, а также иными способами, предусмотренными законом. При этом избираемый способ защиты в случае удовлетворения требований истца должен соответствовать характеру и последствиям правонарушения и обеспечивать восстановление нарушенных прав или защиту законного интереса.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям,  установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка)  либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев,  предусмотренных п. 2 этой же статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

По смыслу названных норм ничтожной является лишь такая сделка, в отношении которой в силу прямого указания закона подлежат применению последствия ее недействительности (то есть прямо поименованная в законе качестве ничтожной).

В п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что ГК РФ не исключает возможность предъявления исков о признании недействительной ничтожной сделки, споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица.

При этом в силу абзаца первого п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В соответствии с п. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти другому лицу на основании закона.

Согласно п. 1 ст. 384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из содержания п. 1 ст. 170 ГК РФ при признании сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида, обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях,  ничтожна.

Признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на ее исполнение у обеих сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку.

В п. 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п. 2 с. 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Между тем при рассмотрении настоящего дела истец не представил доказательства, подтверждающие, что действия сторон сделки были направлены на достижение других правовых последствий и прикрывали иную волю всех участников сделки (ст. 65 АПК РФ).    

Исходя из положений нормы п. 2 ст. 170 ГК РФ сделка подлежит квалификации как притворная, если подтверждено, что воля сторон на момент совершения сделки не была направлена на установление соответствующих ей правовых последствий. Предполагается отсутствие соответствующей воли у каждой из сторон данной сделки. При совершении притворной сделки воля сторон направлена не на достижение соответствующего ей правового результата, а на создание иных правовых последствий, соответствующих сделке, которую стороны действительно имели в виду.

Исходя из содержания п. 1 ст. 170 ГК РФ при признании сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида, обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Порочность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть,  например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Как разъяснено в абзаце втором п. 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исходя из системного толкования п. 1 ст. 1, п. 3 ст. 166 и п. 2 ст. 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Из приведенных нормативных положений следует, что заинтересованным в судебной защите является лицо, имеющее законное право или охраняемый законом интерес, а предъявленный этим лицом иск выступает средством защиты его нарушенного права и законных интересов. Соответствующий иск может быть удовлетворен только в том случае, если оспариваемой сделкой нарушены права и охраняемые законом интересы и целью его обращения в суд является восстановление этих нарушенных прав и интересов.

Таким образом, иск о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, поданный лицом, не являющимся стороной этой сделки, подлежит удовлетворению при соблюдении двух условий: 1) истец доказал наличие у него законного интереса, защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон полученного по сделке; 2) гражданское законодательство не устанавливает иной способ защиты нарушенного права истца.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что истец не является стороной спорной сделки, а также не является заинтересованной стороной в оспаривании сделки, поскольку в нарушение изложенного правила, не представил доказательств того, каким образом факт уступки прав ПАО "РОСТЕЛЕКОМ" задолженности по спорному договору может нарушать права и законные интересы истца, и каким образом могут быть восстановлены права последнего путем признания сделки недействительной.            

Как следует из материалов дела, 27.01.2015 между ПАО «Ростелеком» и ООО «Инсайдтел» был заключен Договор № VoIP-101 о присоединении сетей передачи данных и пропуска VoIP-трафика (далее -«Договор»), в соответствии с которым ПАО «Ростелеком» приняло на себя обязательство оказывать Услугу присоединения на зоновом (узловом) уровне присоединения и Услуги по пропуску VoIP-трафика на основании Бланка заказа согласно приложению № 2 к Договору, а ООО «Инсайдтел» - оплачивать оказанные ПАО «Ростелеком» вышеперечисленные услуги согласно условиям Договора.

В рамках данного Договора у ООО «Инсайдтел» образовалась задолженность перед ПАО «Ростелеком» за оказанные услуги за период с 01.09.2022 по 31.10.2022 гг. в размере 5 275 770,78 руб.

Суд указывает, наличие указанной задолженности было установлено определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.08.2023 по делу № А60-25851/2023, на основании которого требования ПАО «Ростелеком» были включены в реестр требований кредиторов ООО «Инсайдтел».

По смыслу норм Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - «Закон о банкротстве»), регламентирующего вопросы установления и включения требований кредиторов в реестр требований кредиторов должника, в обязанность рассматривающего дело о банкротстве суда входит проверка того, имеется ли у должника-банкрота реальное обязательство перед кредитором, подлежащее удовлетворению, и, во-вторых, определение очередности удовлетворения данного требования.

Согласно разъяснениям пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором -с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Следовательно, в рамках дела № А60-25851/2023 суд, в производстве которого находится дело о банкротстве ООО «Инсайдтел», провел проверку факта и оснований возникновения задолженности и подтвердил обоснованность требований ПАО «Ростелеком».

Поскольку в соответствии с частью 2 ст.69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица, факт наличия у ООО «Инсайдтел» задолженности по Договору от 27.01.2015 № VoIP-101 в размере 5 275 770,78 руб., которая была уступлена по Договору цессии, является подтвержденным.

Согласно п. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Истцом не представлено никаких доказательств того, что при заключении Договора цессии его стороны не имели намерения создать соответствующие правовые последствия.

Напротив, из проанализированных в настоящем пункте документов можно сделать вывод, что намерения сторон заключалось в переходе права требования на дебиторскую задолженность от ПАО «Ростелеком» к и ООО «Современные Комплексные Решения».

Истец, ссылаясь на пункт 10.4 Договора от 27.01.2015 № VoIP-101. согласно которому ни одна из Сторон не имеет права уступать, передавать или обременять каким-либо образом свои права и/или обязанности по Договору без предварительного письменного согласия другой Стороны, полагает, что Договор цессии, заключенный между Ответчиками, является недействительной (ничтожной) сделкой.

При этом он обосновывает свою позицию тем, что личность кредитора (ПАО «Ростелеком») имеет существенное значение для исполнения обязательств по Договору от 27.01.2015 № VoIP-101. в связи с тем, что для этого у оператора связи должна быть лицензия Министерства связи РФ на передачу голосовой информации по сети по сети передачи данных.

Вместе с тем, Истец не учитывает, что по соглашению между ПАО «Ростелеком» и ООО «Инсайдтел» Договор о присоединении сетей передачи данных и пропуска VoIP-трафика от 27.01.2015 № VoIP-101 был расторгнут 01.11.2022 (копия Соглашения о расторжении Договора прилагаем, приложение № 4), т.е. до заключения Договора цессии, в связи с чем все ограничения, установленные в нем, прекратили действовать.

Правомерность заключения договора цессии в такой ситуации подтверждается судебной практикой (в частности, информационным письмом Президиума ВАС РФ от 05.12.2007 № 121 (пункт 14). постановлением Президиума ВАС РФ от 16.05.2006 № 15550/05 и др.).

Истец полагает, что сделка может быть признана одновременно недействительной и по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, и по основаниям ст. 10 ГК РФ и ст. 168 ГК РФ.

Ссылаясь на то, что ПАО «Ростелеком» по Договору цессии уступлены права требования к должникам на общую сумму 220 405 771,49 руб. за 0.12 % от стоимости Просроченных обязательств (п.3.2 Договора цессии). Истец приходит к выводу, что цена права требования к ООО «Инсайдтел» после узаконения Договора цессии составит 6 330, 92 руб.. что по его мнению, свидетельствует о невыгодных условиях и явном занижении кредиторской задолженности должника, закрепленной в определении Арбитражного суда Свердловской области от 12.02.2024 по делу № А60-25851/2023.

На этом основании Истец утверждает, что передача всей кредиторской задолженности должников за бесценок от ПАО «Ростелеком» к ООО «Современные Комплексные Решения» не может быть признана «ожидаемым поведением добросовестного участника гражданского оборота», т.к. ПАО «Ростелеком» практически полностью теряет возможность получения в будущем прибыли и денежных средств, в том числе и от реализации активов должника, а отчуждение всех ликвидных активов, выраженных в кредиторской задолженности, свидетельствует о недобросовестности в смысле, придаваемой этому понятию ст. 10 ГК РФ.

По этим причинам Истец считает, что Договор цессии является недействительным (ничтожным) на основании ст.ст. 10 и 168 ГК РФ.

Судом доводы истца отклоняются, поскольку они не учитывают положения ст.ст.308, 421 ГК РФ.

В соответствии с п.1 ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (п.4 ст.422 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» по общему правилу, предусмотренному п.3 ст.308 ГК РФ, обязательство не создает прав и обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). Соответственно, стороны обязательства не могут выдвигать в отношении третьих лиц возражения, основанные на обязательстве между собой, равно как и третьи лица не могут выдвигать возражения, вытекающие из обязательства, в котором они не участвуют. Например, при переходе прав кредитора к другому лицу по договору об уступке требования должник в качестве возражения против требований нового кредитора не вправе ссылаться на неисполнение цессионарием обязательств по оплате права требования перед цедентом.

Экономическая целесообразность договора цессии определяется сторонами в силу ст.421 ГК РФ о свободе договора.

Истец также утверждает, что в его адрес не было направлено уведомление о состоявшейся уступке права требования по Договору от 27.01.2015 № VoIP-101.

Вместе с тем, нарушение порядка уведомления должника о переходе прав требования кредитора к другому лицу не является основанием для признания произведенной уступки недействительной.

Единственным правовым последствием отсутствия указанного уведомления является то, что должник вправе не исполнять обязательство новому кредитору до предоставления ему доказательств перехода права к этому кредитору, за исключением случаев, если уведомление о переходе права получено от первоначального кредитора (и п.1 ст.385 ГК РФ).

Поэтом, если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, у него есть право в силу прямого указания п.3 ст.382 ГК РФ исполнить свое обязательство первоначальному кредитору.

По смыслу ст. 12 ГК РФ способы защиты прав, в том числе такой способ, как признание сделки недействительной,  подлежат применению в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения.

Согласно подп. 1 ст. 2 АПК РФ одной из задач судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц,  осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность. Статья 4 названного Кодекса предусматривает, что заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 АПК РФ каждое заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном АПК РФ.

Применительно к названным выше правовым положениям, учитывая предмет и основание заявленных исковых требований, для защиты нарушенного права в судебном порядке необходимо, чтобы истец доказал, в чем заключается нарушение его прав и законных интересов, названной выше сделкой.

При этом в материалы дела не представлены достаточные доказательства,  однозначно указывающие на то, что оспариваемый договор затрагивает как права и законные интересы истца, так и иных лиц, а также из материалов дела и доводов истца невозможно установить каким именно образом нарушены его права заключением данного договора и каким образом обращение с настоящим исковым заявлением поспособствует восстановлению такого права.

В связи с этим суд полагает, что признание спорного договора недействительным не направлено на восстановление прав и законных интересов истца, нарушенных, по его мнению.

Материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих о мнимости или притворности совершенной сделки, а мнение истца не подкреплено конкретными доказательствами, что не является достаточным основанием для удовлетворения иска по заявленным материально-правовым основаниям.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании изложенного, учитывая, что при обращении в арбитражный суд истцу предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, исходя из результатов рассмотрения спора, государственная пошлина по иску относится на истца.

Руководствуясь ст. ст. 4, 9, 27, 41, 63-65, 69, 71, 110, 112, 121, 122, 123, 156, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований ООО "ИНСАЙДТЕЛ" о признании недействительным (ничтожным) договора цессии (об уступке права (требования)) № 01/25/2590/24 от 22.04.2024 заключенный между ПАО «Ростелеком» и ООО «Современные Комплексные Решения», применении последствий признания указанной следки недействительной (ничтожной) – отказать.

Взыскать с ООО "ИНСАЙДТЕЛ" (ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 01.06.2011, ИНН: 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6000,00 руб. (Шесть тысяч рублей).

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

З.Ф. Зайнуллина