ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-3086/2021

Дело № А41-63920/16

24 мая 2021 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена  19 мая 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  24 мая 2021 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Досовой М.В., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2: ФИО3, по доверенности от 15.10.19; ФИО2 лично, предъявлен паспорт,

от конкурсного управляющего ООО "Котельники Теннис центр" ФИО4: ФИО5, по доверенности от 11.08.20,

от остальных лиц: не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО "Котельники Теннис центр" Утюговой Инги Борисовны на определение Арбитражного суда Московской области от 24 декабря 2020 года по делу №А41-63920/16, 

по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в рамках дела о признании ООО "Котельники Теннис центр" несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 21.06.2017 по делу №А41-63920/16 ООО «Котельники Теннис Центр» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО4.

Конкурсный управляющий должником обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Котельники Теннис Центр», а также о приостановлении производства по рассмотрения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Заявление подано в соответствии со статьями 61.10-61.22 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Определением Арбитражного суда Московской области от 24 декабря 2021 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Вынося обжалуемое определение, суд первой инстанции исходил из отсутствия в материалах дела доказательств, позволяющих установить наличие всех условий в совокупности для возложения на ответчика субсидиарной ответственности по заявленным основаниям. Суд первой инстанции также указал, что причинно-следственная связь между действиями по заключению ФИО2 сделок и объективным банкротством ООО «Котельники Теннис Центр» отсутствует.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

В своей апелляционной жалобе заявитель указывает на то, что бывшим руководителем должника не исполнена обязанность по подаче в суд заявления о признании должника банкротом, не передана документация и транспортное средство должника конкурсному управляющему.

Кроме того, заявитель жалобы указывает на то, что ФИО2 совершались действия по выводу имущества должника (перечисления денежных средств в свою пользу). Заявитель указывает, что судом первой инстанции не дана надлежащая оценка доводам, изложенным управляющим в обоснование заявленных требований.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266 - 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в отсутствие представителей не явившихся лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

В судебном заседании апелляционного суда представитель конкурсного управляющего должником настаивал на удовлетворении апелляционной жалобы.

Представитель ФИО2 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил определение суда оставить без изменения. Письменные пояснения ответчика приобщены апелляционным судом к материалам дела в порядке ст.81 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, доводы отзывов на нее, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения, на основании следующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно п.1 ст.61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более, чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ ФИО2 являлся генеральным директором должника в период с 01.03.2010 по 21.06.2017 (дата введения в отношении ООО "Котельники Теннис центр" процедуры конкурсного производства), следовательно, он является контролирующим должника лицом. 

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылался на следующие обстоятельства.

ФИО2, являясь генеральным директором должника, в период после мая 2016 года не исполнил обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве ООО «Котельники Теннис Центр», поскольку исходя из решения Арбитражного суда Московской области от 19.05.2016 по делу №А41-47362/15 была взыскана задолженность в пользу ООО «Кредит Коллект Менеджмент».

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий ссылается также на то обстоятельство, что падение активов ООО "Котельники Теннис центр" начало происходить в период с 01.01.2015 по 31.12.2015 в результате сноса объектов Общества, а именно каркасно-тентовой конструкции с двускатной крышей. Согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности должника являлась деятельность спортивных объектов, а в результате сноса объекта должник лишился основного средства для извлечения прибыли.

Кроме того, конкурсный управляющий указал на то, что бывшим руководителем не передана управляющему документация и транспортное средство должника.

Также конкурсный управляющий ссылался в обоснование заявленных требований на то, что ФИО2 производились действия по выводу ликвидных активов должника, а именно выплата и перечисление руководителю наличных денежных средств из кассы Общества в сумме 6 601 900 рублей, что также привело к последующему банкротству ООО "Котельники Теннис центр".

Арбитражный апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции об отказе в привлечении указанного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника законными и обоснованными, доводы заявителя апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее по тексту - Закон N 266-ФЗ) в Закон о банкротстве внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального опубликования - 30.07.2017.

Пунктом 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ), которые поданы с 01 июля 2017 г., производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.

В силу статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд (п. 1).

При этом в силу п. 2 упомянутой нормы права, размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Из заявления управляющего, а также из апелляционной жалобы следует, что обстоятельства с которыми заявитель связывает наличие оснований для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления о признании должника банкротом имели место до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ, в связи с чем к спорным правоотношениям подлежат применению нормы Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ.

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.16 N 309-ЭС15-16713 по делу N А50-4524/2013, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В качестве подтверждения факта неплатежеспособности управляющий сослался на вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Московской области от 19.05.2016 по делу №А41-47362/15, в соответствии с которым с ООО "Котельники Теннис центр" была взыскана задолженность в пользу ООО «Кредит Коллект Менеджмент».

Вместе с тем, апелляционный суд считает, что данные обстоятельства не свидетельствуют о доказанности факта неплатежеспособности или недостаточности имущества должника в указанный конкурсным управляющим должником период.

Так, в соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

Для определения того, являлся ли должник неплатежеспособным, необходимо установить его фактическое финансовое состояние, а именно отсутствие доходности, неспособность исполнять свои обязательства перед кредиторами и обязанности по уплате обязательных платежей, анализ наличия денежных средств на счетах должника и ведение им финансовых операций.

В рассмотренном случае совокупностью представленных доказательств не подтверждается, что в спорный период сложились условия, предусмотренные пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, для возникновения у ФИО2 обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве юридического лица.

Само по себе наличие у должника формальных признаков банкротства не является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя должника ответственности за исполнение обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке ст. 9 Закона о банкротстве, поскольку само по себе возникновение у хозяйствующего субъекта кредиторской задолженности не подтверждает наступление такого критического момента, с которым законодательство о банкротстве связывает зависимость инициирования процедуры несостоятельности и субсидиарную ответственность руководителя должника.

Непредставление при рассмотрении обособленного спора по существу доказательств, с достаточной степенью определенности и достоверностью свидетельствующих о моменте, с которого руководитель должника должен был обратиться с заявлением должника, исключает возможность установления суммы, подлежащей взысканию в порядке субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Как указано выше, нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий не представил в материалы дела сведений не об одном обязательстве Общества перед контрагентами, равно как и доказательств того, что удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов привело к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; расчет размера обязательств, возникших после истечения месячного срока, установленного в п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве, равно как и сведений ни об одном новом обязательстве, возникшем после истечения срока, установленного статьей 9 Закона о банкротстве, тогда как это обязательное условие для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом; безусловных доказательств того, что должник отвечал признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Между тем, доказывание этих обстоятельств является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что по состоянию на май 2016 года у должника имелись обстоятельства, перечисленные в п.1 ст.9 Закона о банкротстве как основания, при которых руководитель должника обязан подать заявление о признании банкротом. 

Суд отмечает, что согласно заключению от 25.04.2017 о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства должника выявлены следующие периоды существенного ухудшения значений двух и более коэффициентов: с 01.01.2012 по 01.01.2013, с 01.01.2014 по 01.01.2015, с 01.01.2015 по 31.12.2015. 

В соответствии с бухгалтерской (финансовой) отчетностью балансовая стоимость активов должника по состоянию на 31.12.2014 составляла 42 109 00 руб., по состоянию на 31.12.2015 – 34 867 000 руб., по состоянию на 31.12.2016 – 43 287 000 руб. 

В соответствии с отчетом о финансовых результатах за январь-декабрь 2015 года выручка Должника за 2015 год составила 50 223 000 руб.

Согласно оборотно-сальдовой ведомости по счету 51 обороты Общества за период с 01.01.2015 по 31.12.2015 составили более 78 млн. руб.

В указанный период на балансе Общества имелось имущество (основные средства) стоимостью 1 182 199,89 руб.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим не подтвержден момент наступления неплатежеспособности должника в указанный им период. 

Также в материалах дела отсутствуют доказательства возникновения у должника неисполненных обязательств, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Вопреки доводам конкурсного управляющего падение активов должника в период с 01.01.2015 по 31.12.15, связанное со сносом объектов должника, необходимых для осуществления Обществом своей деятельности (деятельность спортивных объектов) не свидетельствуют о доказанности факта неплатежеспособности или недостаточности имущества должника в указанный конкурсным управляющим должником период, не указана дата возникновения у ООО «Котельники Теннис Центр» признака неплатежеспособности, тогда как это обязательное условие для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

При таких обстоятельствах, оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по указанному основанию не имеется, в связи с чем, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований в данной части.

Также конкурсный управляющий просил привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неисполнение обязанности по передаче документации и транспортного средства должника конкурсному управляющему.

В обоснование требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности на основании статьи 10 Закона о банкротстве заявитель указал следующее. 

Решением Арбитражного суда Московской области от 21.06.2017 ООО «Котельники Теннис Центр» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО4 

Определением Арбитражного суда Московской области от 21.06.2017 года у бывшего руководителя ООО «Котельники Теннис Центр» были истребованы учредительные, регистрационные, финансовые, бухгалтерские и иные документы, печати, штампы, имущество и иные товарно-материальные ценности, которое исполнено бывшим руководителем должника не было.

14.07.2017 Арбитражный суд Московской области выдал конкурсному управляющему ФИО4 исполнительный лист серия ФС № 012298798, в соответствии с которым обязал руководителя должника в течение трех дней передать бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы конкурсному управляющему.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона № 134-ФЗ) пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: 

1) причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; 

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника. 

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков заявителю необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда. 

Как разъяснено в п.22 совместного Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. 

Таким образом, обязательным условием привлечения руководителя должника как контролирующего лица к субсидиарной ответственности является наличие причинно-следственной связи между данными таким лицом указаниями относительно ведения хозяйственной деятельности организации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов в деле о банкротстве.

Как верно установлено судом первой инстанции, все документы бухгалтерского учета, а также правоустанавливающие документы на имущество должника были надлежащим образом переданы конкурсному управляющему. Указанное обстоятельство подтверждается представленными в материалы дела актами приема-передачи документов в период с 21.07.2017 по 10.08.2017 (т.1, л.д.      22-33).

Кроме того, ФИО2 была своевременного предоставлена информация о транспортном средстве, которое находилось в пользовании ФИО6, о чем свидетельствует представленный в материалы дела акт приема-передачи документов от 10.08.2017 (том 1 л.д. 32).

Апелляционная коллегия также отмечает, что в апелляционной жалобе конкурсный управляющий указывает, что ФИО2 была исполнена обязанность по передаче документации должника управляющему после получения и предъявления исполнительного листа, то есть с нарушением установленного срока. 

Однако ссылка конкурсного управляющего на то обстоятельство, что документация в отношении ООО "Котельники Теннис центр" ФИО2 была передана управляющему после получения исполнительного листа не может быть принята во внимание и являться безусловным основанием для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по заявленному основанию.

Вопреки доводам заявителя жалобы доказательств того, что документация в отношении должника управляющему была передана бывшим руководителем не в полном объеме, в материалы дела и апелляционному суду не представлено.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего не смог пояснить, какая документация ему не была передана, что не позволило ему сформировать конкурсную массу.

Также конкурсный управляющий в обоснование заявленных требований ссылается на неправомерные действия ФИО2 по выводу ликвидных активов должника в виде выплаты и перечисления ему наличных денежных средств из кассы ООО "Котельники Теннис центр" в общей сумме 6 601 900 рублей, которые привели впоследствии к банкротству Общества, а также совершены иные сделки по перечислению денежных средств в пользу контрагентов Общества, впоследствии признанные судом недействительными.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в применимой к рассматриваемым правоотношениям редакции) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В пункте 17 названого Постановления разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Пунктом 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" закреплено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Из материалов дела следует, что постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2018, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.01.2019 по делу № А41-63920/16 признаны недействительными сделки должника по перечислению денежных средств и выплате наличных денежных средств из кассы ФИО2, а именно: от 19.09.2014 на сумму 200 000.00 р., от 23.09.2014 на сумму 100 000.00 руб., от 26.09.2014 на сумму 30 000.00 руб., от 01.10.2014 на сумму 120 000.00р., от 17.10.2014 на сумму 100 000.00 р., от 24.10.2014 на сумму 30 000.00 р., от 10.11.2014 на сумму 35 000.00р., от 20.11.2014 на сумму 490 000.00р., от 25.11.2014 на сумму 25 000.00р., от 05.12.2014 на сумму 40 000.00р., от 26.12.2014 на сумму 20 000.00р., от 05.03.2014 на сумму 150 000.00р., от 12.01.2015 на сумму 400 000.00р., от 06.02.2015 на сумму 300 000.00р., от 13.02.2015 на сумму 100 000.00р., от 13.02.2015 на сумму 150 000.00р., от 16.02.2015 на сумму 140 000.00р., от 04.03.2015 на сумму 200 000.00р., от 05.03.2014 на сумму 100 000.00р., от 10.03.2015 на сумму 100 000.00р., от 13.03.2015 на сумму 100 000.00р., от 20.03.2015 на сумму 60 000.00р., от 01.04.2015 на сумму 120 000.00р., от 06.04.2015 на сумму 120 000.00р., от 16.04.2015 на сумму 50 000.00р., от 17.04.2015 на сумму 135 000.00р., от 17.04.2015 на сумму 250 000.00р., от 28.04.2015 на сумму 40 000.00р., от 28.04.2015 на сумму 200 000.00р., от 30.04.2015 на сумму 40 000.00р., от 05.05.2015 на сумму 200 000.00р., от 05.05.2015 на сумму 300 000.00р., от 29.05.2015 на сумму 18 000.00р., от 02.06.2015 на сумму 300 000.00р., от 04.06.2015 на сумму 300 000.00р., от 09.06.2015 на сумму 60 000.00р., от 11.06.2015 на сумму 60 000.00р., от 11.06.2015 на сумму 60 000.00р., от 15.06.2015 на сумму 40 000.00р., от 16.06.2015 на сумму 20 000.00р., от 17.06.2015 на сумму 50 000.00р., от 22.06.2015 на сумму 47 000.00р., от 29.06.2015 на сумму 20 000.00р., от 02.07.2015 на сумму 300 000.00р., от 15.07.2015 на сумму 300 000.00р., от 28.07.2015 на сумму 1 000.00р., от 28.07.2015 на сумму 16 000.00р., от 12.10.2015 на сумму 150 000.00р., от 14.10.2015 на сумму 45 000.00р., от 09.11.2015 на сумму 200 000.00р., от 12.11.2015 на сумму 10 000.00р., от 28.02.2017 на сумму 124 900.00р., от 07.03.2017 на сумму 35 000.00р. Применены последствия недействительности сделок. Взыскано с ФИО2 в пользу ООО «Котельники Теннис Центр» 6 601 900.00р.

Таким образом, в качестве применения последствий недействительности сделок с ФИО2 постановлением апелляционного суда от 22.10.18 взыскано 6 601 900 рублей.

Кроме того, в обоснование своих доводов конкурсный управляющий также указал на факт перечисления генеральным директором денежных средств в пользу третьих лиц (выплата заработной платы), впоследствии признанных судом недействительными. 

Как следует из судебных актов, признавая сделки недействительными, суды исходили из того, что упомянутые сделки и выплаты по сделкам, совершенные должником, отвечают признакам сделок с предпочтением, установленным в пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума ВАС РФ N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.). Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения, если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).

Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу. Как указывалось ранее, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

При этом, вопреки доводам конкурсного управляющего, доказательств недобросовестных действий ФИО2 перечисленных в п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ N 62 в материалы дела конкурсным управляющим не представлено.

Также конкурсным управляющим в нарушении требования ст. 65 АПК РФ в материалы дела не представлены доказательства, предусмотренные Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53, а именно доказательства того, что сделки, заключенные указанными лицами, являются существенно убыточными, значимыми и отвечают критериям крупных сделок.

При этом перечисленные конкурсным управляющим сделки оспаривались как сделки, совершенные с предпочтением перед иным кредиторами, т.е. фактически был нарушен порядок оплаты.

Доказательства того, что в случае, если бы очередность кредиторской задолженности была соблюдена, данное обстоятельство послужило основанием к восстановлению финансового состояния Должника, в материалах обособленного спора отсутствуют.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

Апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что в нарушение ст. 65 АПК РФ конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что совершенные бывшим генеральным директором общества ФИО2 сделки привели к банкротству ООО "Котельники Теннис центр". 

Кроме того, достоверных доказательств того, что данные сделки являлись для должника убыточными и фактически повлекли за собой неплатежеспособность должника, в материалы дела и апелляционному суду также не представлено. 

Суд первой инстанции верно указал, что в данном случае причинно-следственная связь между действиями по заключению сделок и объективным банкротством ООО «Котельники Теннис Центр» отсутствует.

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований в данной части.

Учитывая установленные обстоятельства, приведенные в апелляционной жалобе доводы, судом апелляционной инстанции исследованы и отклонены, поскольку не свидетельствуют о незаконности и необоснованности судебного акта, соответственно, не являются основанием его отмены.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, апелляционной коллегией не установлено.

Руководствуясь статьями 223,266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 24 декабря 2020 года по делу №А41-63920/16 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.А. Мурина

Судьи:

М.В. Досова

В.П. Мизяк