﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-13393/2019(3)-АК

Дело № А60-6633/2019

25 февраля 2020 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 февраля 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 25 февраля 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Чепурченко О.Н., 

судей 			   Мартемьянова В.И., Мухаметдиновой Г.Н., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Леконцевым Я.Ю.,  

при участии:

от кредитора Щеголева А.И.: Екимов А.А., паспорт, доверенность от 10.02.2020, диплом,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Щеголева Алексея Игоревича 

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 06 ноября 2019 года о признании недействительным договора уступки права требования, заключенного между ООО КТРК «Уфимский Варяг» и ООО «Юр-Эксперт» от 31.07.2017; об отказе во включении требования  Щеголева Алексея Игоревича в размере 9 300 000 руб. в реестр требований кредиторов должника,

вынесенное в рамках дела № А60-6633/2019 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Юр-Эксперт» (ОГРН 1116672000180, ИНН 6672329541),

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области 14.02.2019 принято к производству заявление ООО «Уральская торговая компания» о признании ООО «Юр-Эксперт» несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением от 20.05.2019 в отношении ООО «Юр-Эксперт» введена процедура наблюдения; временным управляющим утверждена Бобина Юлия Владимировна, член Союза «Саморегулируемая	организация арбитражных управляющих «Стратегия».

26 июня 2019 года в арбитражный суд поступило заявление Щеголева Алексея Игоревича о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 9 300 000 руб., основанное на неисполнении должником обязательств по оплате приобретенного у ООО КТРК «Уфимский Варяг» по договору уступки права требования, которое после устранения обстоятельств, послуживших оставлению заявления без движения, было принято к производству определением от 05.07.2019.

11 сентября 2019 года временным управляющим подано заявление о признании недействительным договора уступки права требования, заключенного между ООО КТРК «Уфимский Варяг» и ООО «Юр-Эксперт» от 31.07.2017.

Определением от 19.09.2019 суд объединил заявления Щеголева Алексея Игоревича о включении в реестр требований и временного управляющего об оспаривании сделки в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06 ноября 2019 года суд признал недействительным договор уступки права требования, заключенный между ООО КТРК «Уфимский Варяг» и ООО «Юр-Эксперт» от 31.07.2017; в удовлетворении требования Щеголева Алексея Игоревича о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 9 300 000 руб. отказал.

Не согласившись с вынесенным определением, Щеголев А.И. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, заявленные им требования удовлетворить.

В обоснование апелляционной жалобы общество указывает на то, что суд необоснованно не применил п. 3 ст. 388 ГК РФ, не учел, что в постановлении Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2019 по делу №А07-23328/2018 установлено, что ООО КТРК «Уфимский Варяг» направляло в ООО «Башкирские распределительные сети» письма (обращения) с предложением расторгнуть договор от 25.08.2006 № 2169 еще в 2012 году, в связи с чем у ООО КТРК «Уфимский Варяг» возникли основания для взыскания неосновательного обогащения и передачи данного требования иным лицам. Полагает, что вне зависимости от наличия или отсутствия запрета уступки права требования в договоре между ООО КТРК «Уфимский Варяг» и ООО «Башкирские распределительные сети», право требования взыскания неосновательного обогащения перешло к ООО «Юр-Эксперт». Считает, что судом первой инстанции не учтено, что недействительность требования, переданного на основании соглашения об уступке права (требования), не влечет недействительности этого соглашения; являясь добросовестным цессионарием по договору уступки права требования Щеголев А.И. полагает, что имеет право на взыскание с должника 9 300 000 руб., поскольку на момент приобретения прав требования к должнику оснований для сомнения в их реальности и в финансовой возможности ООО «Юр-Эксперт» погасить задолженность, у Щеголева А.И. не было. 

В дополнении к апелляционной жалобе Щеголев А.И. указывает на то, что вопрос о недействительности договора цессии от 31.07.2017 был разрешен в рамках дела №А07-23328/2018 судами первой и апелляционной инстанций, при рассмотрении кассационной жалобы Арбитражным судом Уральского округа суждение судов о недействительности договора цессии от 31.07.2017 на основании ст. 168 ГК РФ признано ошибочным; в рамках рассмотрения настоящего спора заключенный между Щеголевым А.И. и ООО КТРК «Уфимский Варяг» договор уступки признан недействительным не был.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от лиц, участвующих в деле в апелляционный суд не поступило.

Участвующий в судебном заседании представитель Щеголева А.И. на доводах апелляционной жалобы с учетом представленных дополнений настаивал. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу положений ст.ст. 156, 266 АПК РФ не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Из материалов дела апелляционным судом установлено, что между ОАО «Башкирская электросетевая компания» (правопреемник общество «Башкирэнерго», исполнитель) и ООО «КТРК «Уфимский Варяг» (заказчик) был заключен договор от 25.08.2006 № 2169 об оказании услуги по присоединению к электрической сети, по условиям п. 1.1 которого в целях заключения в будущем договора энергоснабжения бизнес-центра, расположенного на пересечении улиц Кирова, Губайдуллина и проспекта Салавата Юлаева в Советском районе городского округа г. Уфа Республики Башкортостан, исполнитель обязуется оказать следующие услуги: обеспечить (создать) техническую	возможность для присоединения энергопринимающего устройства заказчика к электрической сети исполнителя; определить точку подключения и условия присоединения объекта заказчика к электрической сети исполнителя. Исполнитель оказывает заказчику услугу по надлежащему выполнению заказчиком условий присоединения и обязательств по оплате стоимости услуги в соответствии с условиями настоящего договора.

В соответствии с п. 1.2 договора исполнитель приступает к выполнению работ по оказанию услуги после поступления от заказчика первого платежа в размере 10% согласно п. 3.2 договора и обязан оказать ее в 17-месячный срок с момента осуществления заказчиком авансового платежа по графику (приложение № 1) и выполнения заказчиком условий, выданных исполнителем, по присоединению своих сетей к электрической сети исполнителя.

Во исполнение указанного договора в период с 24.07.2007 по 26.03.2008 в пользу общества «Башкирэнерго» были произведены платежи на сумму 14 524 620 руб., однако присоединение к электрической сети по договору осуществлено не было, акт оказанных услуг сторонами не подписан, в связи с чем обществом «КТРК «Уфимский Варяг» в адрес общества «Башкирэнерго» было направлено уведомление от 20.06.2017 (фактически направлено 21.02.2018) о расторжении договора в одностороннем порядке.

Впоследствии между ООО КТРК «Уфимский Варяг» (цедент) и ООО «Юр-Эксперт» (цессионарий) в соответствии с дополнительным соглашением № 1 был заключен договор уступки права требования от 31.07.2017, согласно которому цедент передал, а цессионарий принял право требования цедента к обществу «Башкирэнерго» по взысканию неосновательного обогащения в размере 14 525 620 руб., вытекающего из расторгнутого между обществом «Башкирэнерго» и обществом «КТРК «Уфимский Варяг» договора от 25.08.2006 № 2169 об оказании услуг по присоединению к электрической сети, подтверждаемого документами: договором № 2169 от 25.08.2006; письмом от имени общества «Башкирэнерго» от 15.07.2009 № 146/12-355/СПП; письмом от общества КТРК «Уфимский Варяг» от 20.06.2017 о расторжении договора от 25.08.2006 № 2169 об оказании услуг по присоединению к электрической сети, а также процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно п. 3.2.1 договора с учетом протокола разногласий к договору уступки прав требования от 31.07.2017 ООО «Юр-Эксперт» обязалось уплатить ООО КТРК «Уфимский Варяг» за уступленное право требование к ООО «Башкирэнерго» вместо 50 000 руб., денежные средства в размере 9 300 000 руб. 

В последующем, по договору уступки прав требования от 08.09.2017 ООО КТРК «Уфимский Варяг» (цедент) уступило Щеголеву Алексею Игоревичу (цессионарий) право требования к должнику – ООО «Юр-Эксперт» в размере 9 300 000 руб. по оплате стоимости уступленного права требования к «Башкирэнерго» по взысканию неосновательного обогащения в размере 14 525 620 руб., вытекающего из расторгнутого между обществом «Башкирэнерго» и обществом «КТРК «Уфимский Варяг» договора от 25.08.2006 № 2169 об оказании услуг по присоединению к электрической сети, возникшее по договору уступки права требования от 31.07.2017.

Согласно п. 3.2.1 договора Щеголев А.И. обязался уплатить ООО КТРК «Уфимский Варяг» за уступленное право требование к ООО «Юр-Эксперт» денежные средства в размере 1 500 000 руб. 

Поскольку обязательства по оплате уступленного ООО КТРК «Уфимский Варяг» права требования по договору цессии от 31.07.2017 обществом «Юр-Эксперт» не исполнено, права требования к должнику перешли от ООО КТРК «Уфимский Варяг» к Щеголеву А.И. на основании договора цессии от 08.09.2017, последний обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «Юр-Эксперт» имеющейся по договору цессии от 31.07.2017 задолженности в размере 9 300 000 руб. 

Заявляя о недействительности договора цессии от 31.07.2017, заключенного между ООО КТРК «Уфимский Варяг» (цедент) и ООО «Юр-Эксперт» (цессионарий) временный управляющий должника указывал на его мнимость, ссылаясь на то, что  ООО КТРК «Уфимский Варяг», зная о том, что договор от 25.08.2006 не считается расторгнутым без согласия с другой стороны, заключило сделку, не желая создавать правовых последствий в виде возникновения права требования у ООО «Юр-Эксперт» к ООО «Башкирские распределительные электрические сети». По мнению управляющего, такое недобросовестное поведение ООО КТРК «Уфимский Варяг» привело к возникновению необоснованных притязаний у Щеголева А.И. к должнику в размере 9 300 000 руб.

Признавая договор цессии от 31.07.2017 недействительной сделкой и отказывая Щеголеву А.И. в удовлетворении заявления о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 9 300 000 руб., суд первой инстанции исходил из того, что уступка требования по несуществующему обязательству не порождает прав у нового кредитора; на момент заключения договора уступки прав требования от 31.07.2017 (с протоколом разногласий и дополнительного соглашения к нему), на стороне ООО «Башкирские распределительные сети» отсутствовало обязательство по возврату неосвоенных денежных средств (вследствие неосновательного обогащения), в связи с чем у общества «Юр-Эксперт» не возникло право требования 14 524 620 руб. неосновательного обогащения. 

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего. 

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 – 5 статей 71 и 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как указывалось ранее и следует из материалов дела, заявленная к включению в реестр требований кредиторов задолженность возникла в связи с неисполнением должником обязательств по договору цессии от 31.07.2017, заключенному с ООО КТРК «Уфимский Варяг», права требования по которому в последующем были переданы Щеголеву А.И.

Согласно представленной в материалы дела выписке ООО КТРК «Уфимский Варяг» прекратило свою деятельность, о чем в ЕГРЮЛ  04.10.2017 была внесена соответствующая запись в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ, как недействующего юридического лица.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, временный управляющий указывал на уступку должнику несуществующих прав требований.   

Ликвидация цедента – стороны по оспариваемой сделке не должна противопоставляться независимым кредиторам, арбитражному управляющему и препятствовать их праву на защиту от необоснованных притязаний. Иной подход влечет нарушение прав юридических возможностей заинтересованных лиц и применительно к процедурам банкротства повышает вероятность включения необоснованного требования правопреемника (цессионария) ввиду устранения одного из механизмов его проверки, что недопустимо.

Суд, рассматривая доводы о недействительности сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о том, что сделка имеет признаки мнимой, направлена на создание искусственной задолженности кредитора, и обстоятельств дела, должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по договору. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

При проверке указанных возражений, судом апелляционной инстанции установлено следующее.

В силу положений ст. 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

Согласно п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон этой сделки нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Диспозиция данной нормы содержит следующие характеристики мнимой сделки: отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов), создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Пунктом 3 ст. 1 ГК РФ установлено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 названной статьи).

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п.п. 1, 2 ст. 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и пунктов 1 или 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам ст. 170 ГК РФ) (п. 8 названного Постановления).

Из содержания ст. 10 ГК РФ следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лица, управомоченного по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника.

При этом осведомленность контрагента должника может носить реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно (в том числе случаи, если контрагент является заинтересованным лицом).

Согласно абзацу 3 п. 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В данном случае, как указывалось ранее по оспариваемому договору цессии от 31.07.2017 должник приобрел у ООО КТРК «Уфимский Варяг» права требования к ООО «Башкирэнерго» (правопреемник ООО «Башкирские распределительные электрические сети», учредителем и управляющей организацией которой является АО «Башкирская электросетевая компания» (правопреемник ОАО «Башкирэнерго»), вытекающие из договора об оказании услуг по присоединению к электрической сети № 2169 от 25.08.2006, заключенного между ООО КТРК «Уфимский Варяг» и ОАО «Башкирэнерго». 

Из материалов дела следует, что уступленное право требования – неосновательное обогащение в размере 14 524 620 руб., возникло в результате неисполнения ООО «Башкирэнерго» условий договора № 2169 от 25.08.2006 и одностороннего отказа ООО КТРК «Уфимский Варяг» от исполнения договора. 

В подтверждение существования уступленного права требования должнику переданы: договор об оказании услуг по присоединению к электрической сети № 2169 от 25.08.2006, письмо от  имени ООО «Башкирские распределительные электрические сети» № 146/12-355/СПП от 15.07.2009, а также письмо ООО КТРК «Уфимский Варяг» от 20.06.2017 о расторжении договора об оказании услуг по присоединению к электрической сети № 2169 от 25.08.2006. 

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.07.2019 по делу № А07-23328/2018, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении иска должника о взыскании с ООО «Башкирэнерго» неосновательного обогащения в размере 14 524 620 руб. отказано, в связи с отсутствием оснований для признания договора оказания услуг расторгнутым, а также установлением обстоятельств того, что общество «Башкирэнерго» в полном объеме исполнило предусмотренные договором и техническими условиями обязательства и обеспечило техническую возможность для присоединения энергопринимающих устройств общества КТРК «Уфимский Варяг», поэтому на момент заключения договора цессии и дополнительного соглашения к нему на стороне ответчика отсутствовало обязательство по возврату неосвоенных денежных средств (вследствие неосновательного обогащения).

Из указанного следует, что по оспариваемому договору было уступлено несуществующее право требования.

Учитывая осуществляемую должником деятельность (основной вид – деятельность в области права; дополнительные виду – оказание услуг в области бухучета, по проведению финансового аудита, по налоговому консультированию), целесообразность приобретения должником прав требования у ООО КТРК «Уфимский Варяг» апелляционным судом не усматривается.  

В частности из материалов дела следует, что на момент заключения договора цессии от 31.07.2017 в отношении цедента – ООО КТРК «Уфимский Варяг», регистрирующим органом уже было принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ как недействующего.

Действуя добросовестно и разумно, должник, осуществляя деятельность в области права и финансового аудита, должен был предпринять надлежащие и необходимые меры по проверке контрагента по сделке и действительности уступаемого права требования.

Само по себе, приобретение непросуженного права требования уплаченных по договору денежных средств, основанного на одностороннем расторжении договора по письму от 20.06.2017, в отсутствие доказательств его направления, является сомнительным. 

Более того, для сторон было очевидно, что факт неисполнения ООО «Башкирэнерго» обязательств по договору 2006 года, срок исполнения по которому предусмотрен в течении 17 месяцев с момента осуществления заказчиком авансового платежа, по истечению порядка 11 лет с момента заключения договора, является маловероятным; при таких обстоятельствах у должника не могло не возникнуть вопросов. 

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая специфику деятельности должника, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что на момент заключения договора цессии от 31.07.2017 как ООО КТРК «Уфимский Варяг» (заказчик услуг), так и должник несомненно знали и не могли не знать о передаче по договору несуществующего права требования.

Также нельзя не принимать во внимание то, что при рассмотрении спора о взыскании неосновательного обогащения должником указывалось, что ООО КТРК «Уфимский Варяг» ранее, в 2012 направляло в ООО «Башкирэнерго» письма (обращения) с предложением расторгнуть договор от 25.08.2006 №2169. Учитывая, что письма о расторжении договора на оказание услуг датированные 2012 годом, исходя из перечня переданных по договору цессии документов, обществу «Юр-Эксперт» не передавались, данные обстоятельства могли быть известны только заинтересованному лицу.

Последующее направление должником письма ООО КТРК «Уфимский Варяг» от 20.06.2017 о расторжении договора оказания услуг в одностороннем порядке, уже после исключения цедента из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица (04.10.2017), и обращение должником в суд с иском о взыскании с ООО «Башкирэнерго» неосновательного обогащения, направлено исключительно с целью сокрытия действительного смысла сделки – создание у ООО «Юр-Эксперт» искусственной задолженности в столь существенном размере (9 300 000 руб.), посредством создания формального документооборота.

	Исходя из вышеизложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемый договор цессии от 31.07.2017 совершен при наличии явного злоупотребления права как со стороны ООО КТРК «Уфимский Варяг», так и со стороны должника, с целью создание искусственной задолженности, а также причинения должнику и его кредитором имущественного вреда, что является основанием для признания его недействительной (ничтожной) сделкой на основании ст. 10 ГК РФ.

В силу положений ст. 176 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При установлении обстоятельств отсутствия у должника обязательств перед ООО КТРК «Уфимский Варяг», вытекающих из договора цессии от 31.07.2017, невозможности допущения включения в реестр несуществующей задолженности должника с целью защиты прав независимых кредиторов, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для признания обоснованным требований Щеголева А.И. к должнику в размере 9 300 000 руб.

Более того, судом апелляционной инстанции принято во внимание, что передача прав требования к должнику осуществлена ООО КТРК «Уфимский Варяг» в пользу Щеголева А.И. практически в течении месяца после уступки должнику прав требования к ООО «Башкирэнерго», без предъявления к нему требований об оплате задолженности, и за месяц до исключения общества КТРК «Уфимский Варяг» из ЕГРЮЛ, при наличии в государственном реестре юридических лиц с июня 2017 года внесенных записей о принятии решения о предстоящем исключении и о недостоверности сведений о юридическом лице.  

Объяснения Щеголева А.И. относительно целесообразности приобретения им прав требования к должнику; откуда ему стало известно о существовании приобретенного права требования, учитывая территориальную отдаленность сторон договора цессии 08.09.2017 (ООО КТРК «Уфимский Варяг» - г. Уфа; Щеголева А.И. – г. Сургут), а также обстоятельства передачи наличных денежных средств в счет оплаты уступленного права требования к должнику по доверенности, составленной в г. Тавда, в материалах дела отсутствуют. 

Также судом апелляционной инстанции считает необходимым отметить отсутствие доказательств аккумулирования Щеголевым А.И. денежных средств в соответствующий временной период в необходимом размере (1 500 000 руб.), учитывая необходимость несения им расходов, в том числе по возможно имеющимся у него собственным обязательствам, что ставит под сомнение действительность передачи денежных средств по расписке в качестве оплаты приобретенного права требования.  

Указанное выше, с учетом установленных ранее обстоятельств, может являться свидетельством наличия совместного противоправного умысла направленного на необоснованное включение в реестр несуществующего права требования к должнику. 

Довод апеллянта о том, что при проверке обоснованности судебных актов по делу № А07-23328/2018 в кассационном порядке, выводы судов первой и апелляционной инстанций о ничтожности сделки – договора цессии от 31.07.2017, основанные на уступке несуществующего права требования, признаны судом кассационной инстанции ошибочными, в данном случае правового значения не имеет, поскольку апелляционным судом установлены иные основания для признания указанной сделки недействительной (ничтожной).  

Утверждение о необходимости применения в рассматриваемом споре положений п. 3 ст. 388 ГК РФ не обоснованно и отмены судебного акта не влечет.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, признаны апелляционным судом несостоятельными, как основанные на неверном толковании норм действующего законодательства. 

Учитывая приведенные выше обстоятельства, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных положениями ст. 270 АПК РФ.

В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

В порядке ст. 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит отнесению на ее заявителя. 

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 06 ноября 2019 года по делу № А60-6633/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

В.И. Мартемьянов 

 

Г.Н. Мухаметдинова