Дело № А43-18148/2018

г.Владимир

01 декабря 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24.11.2020.

В полном объеме 

постановление

 изготовлено 01.12.2020.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Протасова Ю.В., 

судей Волгиной О.А., Рубис Е.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, конкурного управляющего общества с ограниченной ответственностью «БиоМай» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО3

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 10.08.2020 по делу №А43-18148/2018, 

принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «БиоМай»  ФИО3 

о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО6, общества с ограниченной ответственностью «Сириус» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «АгроКапиталИнвест» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Анама-Земля»(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Земля Большемурашкинская» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Ивановка» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Галактика»(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Меркурий» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и взыскании солидарно  298 374 634 руб. 29 коп.,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «Анама-Земля» – ФИО7 доверенность от 20.11.2020, сроком действия пять месяцев.

Изучив материалы дела, Первый арбитражный апелляционный суд установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «БиоМай» (далее - ООО «БиоМай», должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий ФИО3 с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2, учредителя ФИО4, контролирующих должника лиц ФИО5, ФИО6, ООО «Сириус», ООО «Галактика», ООО «Меркурий», ООО «Земля Большемурашкинская», ООО «Ивановка», ООО «Анама-Земля», ООО «АгроКапиталИнвест» к субсидиарной ответственности и взыскании солидарно 298 374 634,29 рублей. 

Определением от 10.08.2020 Арбитражный суд Нижегородской области установил наличие основания для привлечения к субсидиарной ответственности бывшего руководителя ООО «БиоМай» ФИО2 по основанию статьи 61.11 Закона о банкротстве; приостановил производство по делу по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве до проведения расчетов с кредиторами; отказал в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по статье 61.11, 61.12 Закона о банкротстве ФИО5, ФИО6,  ООО «Сириус», ООО «Галактика», ООО «Меркурий»,ООО «АгроКапиталИнвест», ООО «Анама-Земля», ООО «Ивановка»; освободил ФИО4 от субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве; отказал в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 по статье 61.11 закона о банкротстве отказать.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 и конкурсный управляющий должника Ч.В.ИБ. обратились в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение суда первой инстанции по основаниям, изложенным в жалобах, и принять по делу новый судебный акт.

ФИО2 не согласился с вынесенным судебным актом в части удовлетворения требования о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя ООО «БиоМай» ФИО2 по основанию статьи 61.11 Закона о банкротстве. Полагает, что судом первой инстанции не установлены обстоятельства, возложенные на него предусмотренных пунктами 2 и 3 статьи 9 Законе о банкротстве (п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве), не установлены и не доказаны в отношении обстоятельства, указанные пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве. Таким образом, считает, что судом в вынесенном судебном акте недоказаны имеющих значение для обстоятельств, которые суд считал установленными, относительно факта неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия.

Конкурсный управляющий должника ФИО3  не согласился с вынесенным судебным актом в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по статье 61.11, 61.12 Закона о банкротстве ФИО5, ФИО6, ООО «Сириус», ООО «Галактика», ООО «Меркурий», ООО «АгроКапиталИнвест», ООО «Анама-Земля», ООО «Ивановка». В своей апелляционной жалобе указал, что ФИО8 является контролирующим должника лицом, так же материалы дела содержат доказательства совершения сделок, которые увеличили кредиторскую задолженность должника почти на 30% и причинили явный вред кредиторам должника. Определением от 10.08.2020 года установлено ФИО5, ООО «Сириус», ООО «Галактика», ООО «Меркурий», ООО «Земля Большемурашкинская», ООО «Ивановка», ООО «Анама-Земля», ООО «АгроКапиталИнвест» являются аффилированными лицами по отношению к должнику. Более того, в материалы дела представлены судебные акты подтверждающие, что по сути за счет средств ООО «Биомай» оплачивалась хозяйственная деятельность аффилированных лиц. Таким образом, считает, что указанные   лица   не   просто аффилированы, но и являются лицами, контролирующими должника.

Представитель ООО «Анама-Земля» в судебном заседании указал на законность и обоснованность принятого по делу судебного акта и несостоятельность доводов заявителя жалобы, просил оставить определение суда без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку полномочных представителей в судебное заседание не обеспечили, апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие участвующих в деле лиц.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции с учетом положений части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений по проверке только части судебного акта (пункт 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Возражений относительно проверки только части судебного акта от сторон не поступило.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Нижегородской области от 13.06.2018 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Агрохим-ХХ1» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «БиоМай».

Определением суда от 19.07.2018 в отношении ООО «БиоМай» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением от 05.06.2019 процедура наблюдения прекращена, ООО «БиоМай» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Как следует из ЕГРЮЛ, ООО «БиоМай» создано 26.01.2012, основным видом деятельности является выращивание зерновых культур.

Участником общества является ФИО4 (100%), руководителем общества является ФИО2.

Расценивая действия учредителя, бывшего руководителя и иных аффилированных с должником лиц недобросовестными, в результате деятельности которых возникли признаки банкротства, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены определения арбитражного суда в обжалуемой части. 

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон)  и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с п.1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее -Постановление № 53) привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (п.1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации), его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Такое право (возможность) может предопределяться родством (свойством), должностным положением, доверенностью или иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (пункт 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Таким образом, контролирующим лицом может быть признано любое лицо, имеющее как юридическую, так и фактическую возможность определять действия юридического лица.

В качестве контролирующих должника лиц, конкурсный управляющий просит привлечь: учредителя, директора, бенефициара ФИО6 и иных аффилированных с должником лиц солидарно.

Действительно, в силу прямого указания закона учредитель, бывший руководитель и бенефициар отвечают признакам контролирующего должника лица.

Согласно п.6 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов   невозможно   вследствие   действий   и   (или)   бездействия   нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно. В силу п.1 статьи 61.12 Закона о банкротстве при нарушении обязанности подачи заявления о банкротстве несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

По общему правилу при привлечении к ответственности по мотиву доведения до банкротства такая множественность предполагается солидарной. В случае, когда несколько контролирующих лиц действовали независимо друг от друга, их действий по отдельности было недостаточно для доведения до банкротства, но вместе они стали его причиной, ответственность может строиться по долевой модели (абз.3 п.22 Постановления № 53).

Что касается множественности в случае привлечения за несвоевременную подачу заявления о банкротстве, то такая множественность будет налицо при нарушении обязанности как руководителем, так и членами органов управления, уполномоченных на ликвидацию (п.3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

Исходя из положений пункта 2 статьи 61.16 Закона о банкротстве именно на заявителе лежит обязанность раскрыть сведения, позволяющие с минимально необходимой степенью достоверности сделать обоснованные предположения о том, что ответчик, указанный в заявлении, является или являлся контролирующими должника лицом, бремя доказывания того, что именно аффилированные лица имели как юридическую, так и фактическую возможность определять действия должника лежит на заявителе. Следовательно, конкурсный управляющий в любом случае должен обосновать совершение действий (бездействия) всеми аффилированными участниками, при этом сама по себе аффилированность лица с лицом, доведшим должника до банкротства, недостаточно для привлечения первого к субсидиарной ответственности.

Как разъяснено ВС РФ в Определении от 07.10.2019 по делу № 3070ЭС17-11745(2) фактическую возможность определять действия должника могут, в частности, подтверждать: право распоряжаться денежными средствами должника (согласно банковской карточке), статус управляющего и участника в обществе (товариществах), которые владеют основными активами должника, самопозиционирование в качестве бенефициара группы компаний, в которую входит должник.

Так, указывая на то, что ФИО5, ООО «Сириус», ООО «Галактика», ООО «Меркурий», ООО «Земля Большемурашкинская», ООО «Ивановка», ООО «Анама-Земля», ООО «АгроКапиталИнвест» являются аффилированными лицами по отношению к должнику, что не оспаривалось в судебном заседании и подтверждено представленными выписками из ЕГРЮЛ, конкурсный управляющий не представил доказательств наличия как юридической, так и фактической возможности определения действий должника.

При этом, как обоснованно отметил суд первой инстанции, те обстоятельства, что при рассмотрении обособленных споров по заявлениям ООО «Анама-Земля» и ООО «АгроКапиталИнвест» о включении в реестр требований кредиторов ООО «БиоМай» задолженности арбитражным судом было отказано в удовлетворении заявления, не свидетельствует о действиях указанных лиц, доведших общество до объективного банкротства либо нарушение информационной обязанности перед кредиторами (статья 9 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Размер субсидиарной ответственности руководителя по указанному основанию равен совокупному размеру обязательств должника, возникших в период со дня истечения месячного срока,  предусмотренного пунктом 2 статьи 9 этого же Закона, до дня возбуждения дела о банкротстве (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, пункт 14 постановления Пленума № 53).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; Законом предусмотрены иные случаи.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

С учетом приведенных норм и разъяснений, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: 1) возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; 2) момент возникновения данного условия; 3) факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; 4) наличие обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления; бремя доказывания относится на лицо, заявившее соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

Как указывает конкурсный управляющий ФИО3, задолженность ООО «БиоМай», превышающая 500 тыс.рублей имелась уже в 2017 году. В обоснование ссылается на определение Арбитражного суда г.Москвы от 13.07.2017 об утверждении мирового соглашения между ООО «Агрохим-ХХ1» и ООО «БиоМай» на сумму 91 966 552,69 рублей, что, по мнению конкурсного управляющего, свидетельствует о наличии оснований для направления заявления о признании должника банкротом.

При этом, в материалы дела конкурсным управляющим определение Арбитражного суда г.Москвы от 14.07.2017, заключенное между ООО «Агрохим-ХХ1» и ООО «БиоМай», не представлено. Представлено Определение Арбитражного суда г.Москвы от 06.07.2017 по делу № А40-83654\17-181-662, заключенное между ООО «Агрохим-ХХ1» и ООО «Анама-Групп» на сумму 96 602 647,00 рублей (т.2 л.д.35-36). Согласно представленного мирового соглашения, ООО «Анама-Групп» взяла обязательства по оплате ООО «БиоМай» задолженности по утвержденному графику: 26 640 930,11 рублей в срок до 01.10.2017; 26 640 930,11 рублей - до 01.11.2017; 26 640 930,11 рублей - до 01.12.2017.

Определением суда от 20.05.2020 арбитражный суд обязывал конкурсного управляющего ФИО3 представить в материалы дела сведения об исполнении мирового соглашения для целей определения даты объективного банкротства. Требование суда не исполнено, как не представлено достоверных и убедительных доказательств даты наступления объективного банкротства в 2017 году.

Так, временным управляющим проведен Анализ финансового состояния должника за период с 2015 по 2018 годы. Исходя из данных Анализа следует, что должник на 01.01.2018 обладал основными средствами в размере 55 664 тыс.рублей; запасами на сумму 226 427 тыс.рублей, дебиторской задолженностью в размере 198 973 тыс.рублей, краткосрочными вложениями - 19 106 тыс.рублей, денежными средствами - 1 тыс.рублей, прочими оборотными активами в сумме 24 000 рублей. Наличие кредиторской задолженности по состоянию на 31.12.2017 временным управляющим не установлено.

На странице 19 Анализа содержатся сведения о том, что в 2016, 2017 общество осуществляло сельсхозработы и имело доход от валового сбора в весе после доработки (ц) сельскохозяйственных культур.

Анализируя структуру актива баланса ООО «БиоМай», конкурсный управляющий пришел к выводу о том, что активы должника на конец 2015 составляли 167 863 тыс.рублей; на конец 2017 - 510 453 тыс.рублей, т.е. имело место увеличение на 342 590 тыс. рублей или в 3 раза (стр.28 Анализа).

Размер внеоборотных активов должника на конец 2015 составляли 31 917 тыс.рублей. За 2016-2017 балансовая стоимость внеоборотных активов увеличилась на 23 747 тыс. рублей или на 74,4%. На конец 2017 их величина составила 55 664 тыс.рублей (стр.29 Анализа).

По результатам проведенного Анализа временный управляющий ФИО3 пришел к выводу о том, что «в анализируемом периоде должник занимался выращиванием и реализацией сельскохозяйственной продукции - продукции растениеводства, в частности, пшеницы, подсолнечника, рапса, кукурузы, ржи. О неустойчивом финансовом состоянии должника в 2015-2017, которое к тому же в этот период ухудшилось. На момент проведения анализа финансового состояния имеет место неплатежеспособность должника, его финансовая неустойчивость, при этом деятельность ООО «БиоМай» по результатам 2015-2017 была эффективной, но значительно ухудшилась в 2016-2017 по сравнению с2015» (стр.49 Анализа).

Между тем, вышеуказанное и установленное в описательной части Анализа непосредственно самим финансовым управляющим противоречит выводам, к которым пришел временный управляющий. За анализируемый период с учетом отсутствия кредиторской задолженности, не представляется сделать вывод о дате объективного банкротства. Даже если принять во внимание изложенные в Анализе показатели с учетом экономической деятельности должника, признаки неплатежеспособности могли возникнуть не ранее окончания посевных работ в 2018 году (для Нижегородской области посевные работы начинаются с 14 апреля по середину мая).

В связи с этим, контролирующие лица должны были обратиться не позднее середины июня 2018 года. Как установлено материалами дела, дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «БиоМай» по заявлению ООО «Агорохим-ХХ1» возбуждено 13.06.2018.

С учетом изложенного, доказательств нарушения предусмотренного статьей 9 Закона о банкротстве срока на обращение в арбитражный суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника конкурсным управляющим не доказано, а арбитражным судом не установлено.

Что же касается размера субсидиарной ответственности, то размер субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве определяется как размер обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 настоящего Федерального закона и до возбуждения дела о банкротстве должника (п.2 статьи 61.12 закона о банкротстве).

Доказательств наличия неисполненных обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 Закона о банкротства и до возбуждения дела о банкротстве должника конкурсным управляющим также не представлено.

При   таких   обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что совокупность условий, предусмотренная   для привлечения к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве не установлено, в связи с чем заявление конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве удовлетворению не подлежит.

Конкурсный управляющий ФИО3 просит привлечь к субсидиарной ответственности указанных лиц по основанию статьи 61.11 Закона о банкротстве солидарно.

На основании пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве ответственность соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6,пункт 1 статьи 7, статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете») и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64 и пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Кроме того, названная ответственность, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 401 и пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков. Аналогичный подход сформирован в Определении ВС РФ от 13.01.2017 № 305-ЭС17-9683.

Следовательно, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Как следует из материалов дела, применительно к рассматриваемой ситуации к бывшему руководителю ФИО2 дважды в процедуре наблюдения и процедуре конкурсного управления направлялись уведомления об обязании передать бухгалтерские и иные документы ООО «БиоМай».

В добровольном порядке требование временного и конкурсного управляющего ФИО3 бывшим руководителем ФИО2 не исполнено.

Определением Арбитражного суда  Нижегородской области от 26.10.2018 и определением Арбитражного суда  Нижегородской области от 18.09.2019 суд обязывал ФИО2 передать учредительные документы общества, печать, перечень имущество, перечень имущественных прав к третьим лицам (дебиторская задолженность) с расшифровкой суммы задолженности, перечень имущества, которое было реализовано третьим лицам в период 2015-2018; документы, подтверждающие права должника на недвижимое имущества и автотранспортные средства; документы первичного бухгалтерского учета, бухгалтерской отчетности; расшифровку кредиторской задолженности; ежегодные отчеты ревизионной комиссии о результатах деятельности; договоры, соглашения, контракты, заключенные со всеми юридическими и физическими лицами; сведения о фактической численности работников, штатное расписание и т.д.

На дату рассмотрения настоящего заявления доказательств исполнения судебных актов не имеется.

Исходя из перечня истребуемых документов следует, что истребованные документы непосредственно были направлены на возможность определения основных активов должника и их идентификацию; на выявление совершенных в период подозрительности сделок и их условий; на установление содержания принятых органами должника решений.

Таким образом, как обоснованно отметил суд первой инстанции, не передача документов временному и конкурсному управляющему бывшим руководителем ФИО2 свидетельствует о недобросовестном и не разумном поведении бывшего руководителя, что свидетельствует о не исполнении обязательства по передаче документации, наличии вины субъекта ответственности и причинно-следственной связи между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно установил наличие основания для привлечения к субсидиарной ответственности бывшего руководителя ООО «БиоМай» ФИО2 к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве суда вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подп.2 и 3 п.4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, и (или) обнаружено скрывшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица.

При этом, как разъяснено в абзаце 1 и 2 п.6 Постановления № 53 руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В этом случае по общему правилу номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО4, являясь единственным участником ООО «БиоМай», 18.04.2016 уполномочила ФИО6 управлять принадлежащей ей долей в размере 100% в уставном капитале ООО «БиоМай», распоряжаться принадлежащей ей долей в размере 100% ООО «БиоМай», выдав при этом нотариальную доверенность № 52АА4169640, сроком на три года, удостоверенной нотариусом города областного значения Нижнего Новгорода ФИО9 (т.3 л.д.33).

Как следует из объяснений ФИО4, содержащихся в отзыве, следует, что она стала участником общества по просьбе ФИО6, поскольку последний являлся знакомым ее семьи. Со слов ФИО6 участие являлось формальным и никаких действий по управлению общество осуществлять не надо. За период «участия в обществе» никаких документов распорядительного характера не подписывала, ни разу не посещала офис организации, не знакома с директором и иными сотрудниками, не была осведомлена о финансовом состоянии организации и размере обязательств перед третьими лицами, не контролировала отчисления в различные фонды и не имела доступа к осуществлению платежей и контролю за расходованием денежных средств. В ноябре 2017 ФИО6 предложил подписать ФИО4 документы с мотивировкой «для открытия счета». В составе подписанных документов ею был подписан договор поручительства с АО КБ «Форбанк» в сумме 80 000 000 рублей, о чем стало известно в июле 2019 года после возбуждения исполнительного производства.

Данное не опровергнуто конкурсным управляющим и подтверждается отсутствием каких-либо распорядительных документов за подписью ФИО4 Оснований не доверять представленным возражениям у арбитражного суда не имеется.

Согласно представленных в материалы дела доказательств, ФИО4 состоит в трудовых отношениях с ООО «Спутник» с доходом за 2019 год - 332 987,53 рублей (без учета налога 2 НДФЛ); на иждивении имеет двух несовершеннолетних детей.

С учетом изложенного, применительно к рассматриваемой ситуации, арбитражный суд признал ФИО4 номинальным участником и освободил ее от субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве.

Таким образом, единственным бенефициаром ООО «БиоМай» является ФИО6, о чем конкурсному управляющему на дату открытия конкурсного производства не могло быть не известно.

Между тем, как обоснованно отметил суд первой инстанции,         каких-либо требований о передаче документов к бенефициару конкурсным управляющим не предъявлялось. Доказательств нахождения документации общества непосредственно в распоряжении бенефициара в материалы дела  не представлено. На данные обстоятельства не ссылался бывший руководитель ФИО2 при рассмотрении заявлений временного и конкурсного управляющего ФИО3 об истребовании бухгалтерской и иной документации должника (шифр дела 38-53\10, 38-53\26).

Применительно к п.10 статьи 61.11 Закона о банкротстве отсутствие вины является не возражением, а указанием на необоснованность требования, так как вина (согласно Закону) является необходимым элементом для привлечения к субсидиарной ответственности. Те доводы, что вина презюмируется, не отменяет такого ее значения.

Кроме того, конкурсный управляющий просит привлечь аффилированных с должником лиц по основанию совершения сделок в ущерб интересам должника и кредиторов, ссылаясь на три договора купли продажи транспортных средств от 18.09.2019, заключенных между ФИО10 и ООО «Маслозавод «Якушка». В обоснование заявления указывает на то, что, отчуждая движимое имущество должника, аффилированные лица осуществили регистрационные действия не представляя в ГАИ первичный договор купли-продажи имущества от ООО «БиоМай» в собственность ФИО10

Как обоснованно отметил суд первой инстанции, от субсидиарной ответственности как механизма решения правовой проблемы злоупотребления правом на создание и деятельность самостоятельных субъектов следует отличать привлечение к ответственности по возмещению вреда, причиненного соответствующему субъекту действиями лиц, имеющих полномочия по распоряжению имуществом такого субъекта (статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Недобросовестное или неразумное осуществление своих полномочий (обязанностей) директорами является основанием привлечения к ответственности за нарушение своей обязанности перед соответствующим должником в виде возмещения причиненных таким поведением убытков именно должнику, а не кредиторам.

Соответственно, после установления размера причиненных убытков арбитражным судом при рассмотрении оспариваемых сделок, конкурсным управляющим не утрачена возможность обращения в арбитражный суд с подобным заявлением в рамках дела о несостоятельности (банкротстве).

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что требование о привлечении ФИО5, ФИО6, ООО «Сириус», ООО «Галактика», ООО «Меркурий», ООО «АгроКапиталИнвест», ООО «Анама-Земля», ООО «Родная Земля», ООО «Земля Большемурашкинская», ООО «Ивановка» по основаниям статьи 61.11 Закона о банкротстве заявлено необоснованно и удовлетворению не подлежит.

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, а в апелляционной инстанции могли бы повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта. В связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

С учетом изложенного арбитражный апелляционный суд полагает, что обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены судебного акта не имеется.

 Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда, апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

В силу статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба на определение о привлечении к субсидиарной ответственности не облагается государственной пошлиной. 

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 10.08.2020 по делу №А43-18148/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2, конкурного управляющего общества с ограниченной ответственностью «БиоМай» ФИО3 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1  291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья

Ю.В. Протасов

Судьи

О.А. Волгина

Е.А. Рубис