ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

 № 18АП-16445/2024, 18АП-16447/2024, 18АП-16449/2024, 18АП-16450/2024

Дело № А07-14712/2016

05 ноября 2025 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 октября 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 05 ноября 2025 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Забутыриной Л.В., судей Волковой И.В., Ковалевой М.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Колосовой Т.Е., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 08.11.2024 по делу № А07-14712/2016 о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании убытков.  

В судебном заседании (до перерыва) приняли участие представители: 

Прокуратуры Республики Башкортостан - ФИО5 (служебное удостоверение, доверенность от 28.05.2025);  

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ФИО8-Тюмень» ФИО6 - ФИО7 (паспорт, доверенность от 20.11.2024).  

На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «ФИО8- Тюмень» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – ООО «ФИО8- Тюмень», должник) поступило заявление конкурсного управляющего должника ФИО6 о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере требований кредиторов, оставшихся непогашенными после завершения расчетов.  

Определением суда от 18.12.2019 к участию в рассмотрении заявления в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, закрытое акционерное  

общество «Таганка».  

Определением суда от 28.01.2020 к участию в рассмотрении заявления в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО16 и ФИО3.  

Определением суда от 22.09.2020 объединено в одно производство заявление конкурсного управляющего должника ФИО6 о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере требований кредиторов, оставшихся непогашенными после завершения расчетов, и заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО17, ФИО18, ФИО2, ФИО3, ФИО16 и ФИО19 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, для совместного рассмотрения.  

Определением суда от 17.02.2021 выделено в отдельное производство заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО19 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; объединены в одно производство заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО1, ФИО17, ФИО18, ФИО2, ФИО3, ФИО16 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и заявление конкурсного управляющего о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности ФИО20, ФИО21 и ФИО22 по обязательствам должника для совместного рассмотрения, привлечены к участию в рассмотрении заявления в качестве соответчика ФИО4, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, орган по опеке, попечительству и охране прав детства на стороне ответчиков ФИО22 и ФИО21.  

Определением суда от 08.11.2024 (резолютивная часть от 24.10.2024) заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично. Признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО3 по обязательствам должника. Приостановлено производство по заявлениям в части установления размера ответственности каждого лица до окончания расчетов с кредиторами. Взысканы солидарно со ФИО4 и ФИО2 в пользу должника убытки в размере 42 298 800 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано.  

С судебным актом не согласились ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 и обратились в суд с самостоятельными апелляционными жалобами.  

В жалобе ФИО3 указывает на неверное применение норм материального права. Судом делается ссылка на положения статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Положений данной нормы введены в действие Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, одновременно отменены положения статьи 10 Закона о банкротстве. Далее приводится ссылка на определение от 25.12.2018 по настоящему делу о привлечении к субсидиарной ответственности иных лиц, в которой отражено, что к правоотношениям подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве, а не положения новой главы 3.2 Закона о банкротстве. Следовательно, и в рамках настоящего спора к правоотношениям подлежит применению абзац 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.  

ФИО3 считает, что судом не дана оценка заявлению ФИО3 о пропуске конкурсным управляющим срока для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. Апеллянт ссылается на положения Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснения, приведенные в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, считает, что срок исковой давности начал течь с даты введения конкурсного производства 22.12.2016, тогда как заявление подано 11.06.2020. Апеллянта считает необоснованными доводы управляющего о необходимости исчисления срока исковой давности с момента назначения нового управляющего (в связи с аффилированностью предыдущего управляющего). Апеллянт указывает на определения от 21.11.2018, 11.07.2019, постановление апелляционной инстанции от 15.10.2019 по настоящему делу, установленные последним судебным актом обстоятельства: конкретное бездействие, за которое был отстранен управляющий, принятие им мер по запросу информации для оспаривания сделок, определения оснований для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. Апеллянт обратил внимание, что ФИО23 обратился в суд с заявлением о привлечении конкретных лиц к субсидиарной ответственности; ФИО23 составлен акт инвентаризации товарно-материальных ценностей, на основании которого уже новый управляющий сделал вывод об утрате ценностей и обосновано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности; 04.04.2018 определением установлено, что ценности не перемещались на склад по адресу: Удмуртская Республика, Сарапульский район, д. Соколовка, ул. Советская, в связи с чем, апеллянт считает, что с 04.04.2018 конкурсный управляющий должника знал об утрате ценностей. Определением от 25.12.2018 по настоящему делу признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ЗАО «Таганка». С учетом изложенного, апеллянт считает, что не имеется оснований для утверждения, что конкурсный управляющий ФИО23 был аффилирован с должником, лицами, привлекаемыми к субсидиарной ответственности либо действовал во  

вред независимым кредиторам. Субъективный годичный срок давности начинает течь с момента, когда первоначально утвержденный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для предъявления требований (с 04.04.2018) и истек 05.04.2019, трехлетний срок истек 23.12.2019 (начало течения с момента введения конкурсного производства). Следовательно, срок истек, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований. Позицию апеллянт обосновывает также ссылками на определение Конституционного Суда РФ от 30.05.2023 № 1288-О.  

Апеллянт считает, что судом сделан ошибочный вывод о том, что ФИО3 является лицом, контролирующим должника; приводит ссылку на пункт 3 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53; указывает, что ФИО3 не является ни формальным, ни фактическим контролирующим должника лицом: презумпции наличия статуса контролирующего лица отсутствуют, поскольку ФИО3 не занимала какую-либо должность в обществе, не обладала статусом участника, не выступала от имени должника, выгодоприобретателем не является (не получила никакую выгоду от сделок). Не имеется доводов о наличии у ФИО3 возможности давать обязательные для должника указания или иным образом контролировать его деятельность. Судом не указано, какую выгоду ФИО3 получила вследствие совершения действий.  

ФИО3 в статусе индивидуального предпринимателя осуществляла реальную экономическую деятельность с 2011 года. Довод управляющего о транзитном характере движения денежных средств опровергается фактическими обстоятельствами. Коды ЭКВЭД свидетельствуют о том, что с 2011 года основной и единственной сферой деятельности ФИО3 является торговля розничная деталями, узлами и принадлежностями. За период 2014-2016 годов прибыль ФИО3 от своей деятельности составила свыше 2,3 млрд. руб. Уплаченный налог за 2 квартал 2016 года составил 516,76 тыс. руб. ФИО3 реализация шин осуществлялась, в том числе по государственным закупкам, государственным учреждениям (приведены примеры). Материальное положение ФИО3 позволяло осуществить операции по переводу ФИО13, ФИО24 денежных средств. Пользование денежными средствами, полученными в результате осуществления собственной экономической деятельности, осуществлялось по собственному усмотрению. Займы 2016 года носили реальный характер, имели экономическое обоснование, были исполнены заемщиками, возвращались последними (в 2018 году). Суд пояснениям и доказательствам оценку не дал, в связи с чем, пришел к ошибочным выводам.  

Судом не дана оценка письменным доказательствам, представленным ФИО3 в опровержение доводов управляющего о том, что ФИО3 реализовывались товарно-материальные ценности, выбывшие из обладания должника. Управляющим представлена книга покупок ЗАО «Таганка», на основе которой, суд делает выводы. Однако достоверность сведений, содержащихся в книге покупок, ФИО3 ставилась под сомнение, в том числе со ссылкой на позицию само управляющего, который  

указывал, что операции не отражали фактической хозяйственной деятельности. Самим заявителем подтверждается факт несоответствия доказательства критериям допустимости и достоверности. Сама форма документа, отражающая факт хозяйственной операции, ее дату и сумму не может подтверждать факт передачи конкретных материальных ценностей. ФИО3 в материалы дела представлены товарыне накладные и счет-фактуры к ним, заключенных между ФИО3 и ЗАО «Таганка», в которых отражено, что ЗАО «Таганка» поставляло ФИО3 товары для ремонта автомобилей и прочие сопутствующие товары. Следовательно, ЗАО «Таганка» поставила в адрес ФИО3 не только шины. Доводы управляющего о поставке ФИО3 ценностей, пропавших у должника, на общую сумму 193 млн. руб., опровергнут.  

ФИО4 в своей жалобе просит отменить судебный акт в части взыскания с нее денежных средств, указывает, что не является ни контролирующим должника лицом, ни лицом, которое извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ, соответственно не может быть привлечена к какой-либо гражданско-правовой ответственности по обязательствам должника. Выводы об обратном являются необоснованными.  

Внесение денежных средств в депозит нотариуса за свою дочь ФИО1 по ее заемному обязательству было произведено 14.02.2020 ФИО4 Данные средства являются личными средствами ФИО4, имевшей фактическую возможность внести данную сумму за ФИО1, что подтверждается письменными доказательствами, представленными в дело (приобщены вместе с отзывом от 16.10.2023). Данные документы судом не приняты и не опровергнуты, правовая оценка им судом не дана, мотивы, по которым суд их отклонил, апеллянту не ясны, в определении не указаны.  

Судом не учтено, что ФИО4 фактически не связана с деятельностью своего бывшего супруга ФИО9, в том числе не может быть связана с деятельностью должника, поскольку брачные отношения между ФИО9 и ФИО4 прекращены судом в 2001 году, носят конфликтный характер, что усматривается из материалов дела. Должник создан в 2002 году, после расторжения брака и раздела имущества. В связи с чем, ФИО4 не имела и не имеет никакого отношения (прямого либо косвенного) к должнику, не могла участвовать в выводе денежных средств данного лица, что свидетельствует об отсутствии в ее действиях вины.  

В собственности родителей апеллянта находится кафе-гостиница «Южный Урал» площадью 181,1 кв.м, за счет сдачи ее в аренду ФИО18 и ФИО17 получали прибыль, имели банковские вклады в валюте США, что позволяло им предоставить средства своей дочери для внесения средств в депозит нотариуса. В связи с чем, у ФИО4 на момент внесения средств в депозит нотариуса в размере 32 млн. руб. была фактическая возможность погашения требований кредитора дочери ФИО1 за счет своих средств.  

По мнению апеллянта, суд необоснованно вменил в вину ФИО4 сумму денежных средств в размере 10 298 800 руб., поскольку ФИО4 эти средства ФИО1 не переводила, за действия других лиц ответственности не несет, в связи с чем, суд необоснованно взыскал со ФИО25 убытки в размере, превышающем 32 млн. руб. Следовательно, ФИО25 не содействовала сокрытию денежных средств в размере 42 298 800 руб., выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам.  

Дополнительным основанием для отказа в удовлетворении требований является пропуск срока исковой давности, однако судом при принятии определения не было мотивировано, по каким основаниям суд посчитал срок исковой давности не пропущенным.  

ФИО2 в своей жалобе просит отменить судебный акт в части взыскания с нее денежных средств, считает, что не является ни контролирующим должника лицом, ни лицом, которое извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ, соответственно не может быть привлечена к какой-либо гражданско-правовой ответственности по обязательствам должника. Выводы об обратном, по мнению апеллянта, необоснованны.  

Апеллянт сослался на пункт 1 статьи 1175 ГК РФ, пункт 60 постановления Пленума ВС РФ от 29.05.2012 № 9, считает, что ответственность ФИО2 по обязательствам наследодателей ФИО17, ФИО18 в силу прямого указания в законе не может превышать стоимость имущества, перешедшего в порядке наследования.  

ФИО2, ФИО4 в порядке статьи 1153 ГК РФ наследство после смерти своих родителей не принимали, заявлений о принятии наследства нотариусу не подавали, фактических действий по принятию наследства не совершали; стоимость наследственного имущества судом не определена и в материалы настоящего дела не представлена.  

ФИО2 произвела 2 перевода своей племяннице ФИО1 на сумму 960 тыс. руб. и 2,2 млн. руб., всего на сумму 3,160 млн. руб. Учитывая характер перевода (оплата обучения), установленный судом при рассмотрении других споров факт проживания и обучения ФИО1 за рубежом, с учетом получения апеллянтом заработка от деятельности фитнес-инструктора в г. Уфа, у суда не имелось достаточных оснований считать данные платежи связанными с выводом активов должника, причинившими вред его кредиторам, в связи с чем, ФИО2 неправомерно привлечена к ответственности.  

Суд необоснованно посчитал общую сумму денежных средств, перечисленных ФИО18, ФИО17, ФИО4, ФИО2 ФИО1 в размере 10 298 800 руб., вменив в вину данную сумму убытков ФИО2, поскольку последняя перевела только 3,160 млн. руб., других сумм не переводила, за действия других лиц ответственности не несет, соответственно суд неверно взыскал с ФИО2 убытки в размере, превышающем 3,160 млн руб.  

ФИО2 не вносила денежные средства в депозит нотариуса для  

передачи их ФИО13, ФИО15, в каких-либо документах она не указывалась, вывод суда о том, что ФИО2 содействовала сокрытию 32 млн. руб., полученных от незаконных действий ФИО9 и внесенных в депозит для передачи подконтрольным ему лицам, документально не подтвержден и не соответствует действительности.  

Дополнительным основанием для отказа в удовлетворении требований является пропуск срока исковой давности, однако судом при принятии определения не было мотивировано, по каким основаниям суд посчитал срок исковой давности не пропущенным.  

ФИО1 выражает несогласие с выводом суда первой инстанции о том, что ею аккумулировались денежные средства, выведенные контролирующими должника лицами в результате реализации товара, незаконно полученного от должника, а также недвижимое имущество с целью сокрытия его от обращения взыскания в рамках привлечения ФИО9, ФИО24, ФИО15 и ФИО13 к субсидиарной ответственности. Указанный вывод суда первой инстанции не соответствует обстоятельствам дела и представленным доказательствам. ФИО1 получала безналичные денежные средства не от должника и даже не от его контрагентов. Большая часть полученных сумм - заемные денежные средства (возвратные средства), а не безвозмездные сделки дарения. Эти денежные средства (в основной массе) поступали ФИО1 существенно позже признания банкротом ООО «ФИО8-Тюмень». Также, по мнению апеллянта, обжалуемый судебный акт не содержит конкретных выводов о нормативном обосновании привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности (на основании норм законодательства о банкротстве или на основании общегражданских норм о причинении вреда кредиторам вследствие сокрытия имущества, принадлежащего контролирующему должника лицу). Вместе с тем указанная градация является существенной в целях определения подлежащих доказыванию обстоятельств дела, определения размера субсидиарной ответственности и самой процедуры удовлетворения требования кредиторов должника. Кроме того, конкурсным управляющим неоднократно уточнялись основания предъявленного заявления, которые не были уточнены в порядке ст.49 АПК РФ и не были приняты судом в установленном порядке, соответственно, данные доводы не могли быть предметом рассмотрения настоящего спора. Также, апеллянт указывает, что по части требований пропущен срок исковой давности.  

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2024 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 04.02.2025.  

Далее судебное разбирательство неоднократно откладывалось, объявлялись перерывы для целей представления дополнительных пояснений и доказательств, истребования доказательств, в последний раз на 21.10.2025.  

Поступившие документы приобщены к материалам дела в порядке статей 66, 168, 262, 268 АПК РФ.  

Участвующие в заседании лица поддержали позицию своих доверителей,  

изложенную в процессуальных документах.  

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представителей не направили.  

Судом отказано в удовлетворении ходатайств конкурсного управляющего должника, ООО «Айкон шина», Прокуратуры Республики Башкортостан, ФИО2, ФИО26 об участии в судебном заседании посредством системы веб-конференции в связи с отсутствием технической возможности.  

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО15 и ФИО24 перечисляли денежные средства в виде займов ФИО1 (дочь ФИО9) (таблица приведена в обжалуемом судебном акте).  

Всего за 2016 – 2018 гг. ФИО1 поступило только по представленным в материалы дела счетам от контролирующих должника лиц 410 860 965,53 рублей, 50 000 долларов США, 104 800 Евро.  

Конкурсным управляющим указано, что данные средства были получены ФИО1 за счет должника.  

В рамках настоящего дела рассмотрено заявление конкурсного управляющего об истребовании у ФИО10 и ФИО9 товарно-материальных ценностей в количестве 222 188 единиц на общую сумму 805 871 810,43 рублей, требования Конкурсного управляющего удовлетворены в полном объеме.  

При рассмотрении данного обособленного спора судом установлено что ТМЦ, принадлежащие ООО «ФИО8-Тюмень», не были уничтожены в результате пожара. Более того, суд также установил, что ТМЦ не были перевезены в Сарапульский район Удмуртской Республики.  

В определении Арбитражного суда Республики Башкортостан от 07.05.2019 по делу № А07-14712/2016 суд пришел к тому же выводу, что фактически перемещения ТМЦ в Сарапульский район не происходило.  

Таким образом, установлено, что ТМЦ продолжили оставаться на складе по адресу: 

<

...>, принадлежащему ООО «Ратекс» и, как следствие, ФИО15 получил незаконную возможность распорядиться товарно-материальными ценностями в количестве 222 188 единиц на общую сумму 805 871 810,43 рублей, принадлежащих Должнику.  

В материалы дела представлены книги покупок и продаж ЗАО «Таганка» за 2015 — 2018 гг.  

Согласно книгам покупок ЗАО «Таганка» получала товар от аффилированных лиц, подконтрольных ФИО9 в следующем количестве: - 31.12.2015 от ООО «ФИО8-Тюмень» на сумму 290 974 987,08 рублей; - 31.12.2015 от ООО «Теско И» на сумму 174 860 406, 27 рублей; -  

31.03.2016 от ООО «Теско И» на сумму 120 492 571, 02 рублей; - 01.06.2016 от ООО «Теско И» на сумму 104 219 312, 71 рублей; - 30.06.2016 от ООО «Теско Р» на сумму 78 758 784, 58 рублей; - 30.06.2016 от ООО «Теско» на сумму 42 562 851, 68 рублей. Всего за период с 31.12.2015 по 30.06.2016 ЗАО «Таганка» получило от ООО «ФИО8 Тюмень», ООО «Теско И», ООО «Теско Р» и ООО «Теско» товар на сумму 811 868 913 рублей 34 копейки, что соразмерно сумме сокрытых ТМЦ.  

Кроме этого, Актом камеральной налоговой проверки № 62778 от 14.03.2019 исследовалась счет-фактура № 340 от 31.12.2015 на сумму 197 125 767, 85, в соответствии с которой ООО «Теско Р» осуществило поставку в адрес ЗАО «Таганка» товара на указанную сумму. При проведении проверки налоговый орган пришел к выводу, что ООО «Теско Р» не обладало возможностью поставить товар в указанном объеме, так как невозможно определить источник возникновения товара у продавца.  

Конкурсный управляющий указывает, что остальные поставки в ЗАО «Таганка» также производились не за счет собственных товаров ООО «Теско Р», ООО «Теско И» и ООО «Теско».  

Доказательств поставки товара в ЗАО «Таганка» за счет иных источников в материалы дела не представлено.  

Конкурсный управляющий считает, что ЗАО «Таганка» в течение декабря 2015 и первого полугодия 2016 г. получало от аффилированных лиц товар, принадлежащий должнику, без существования реальных договорных отношений с последними.  

После аккумулирования товара на ЗАО «Таганка» в сумме 811 868 913 рублей 34 копейки по итогам 2016 г. ФИО9 была предпринята попытка скрыть безвозмездную передачу товара, принадлежащего должнику, в пользу ЗАО «Таганка» путем инсценировки перевозки товара в г. Сарапул, и последующего пожара на складе.  

В действительности ТМЦ, принадлежавшие должнику, были переданы в распоряжение ЗАО «Таганка», впоследствии товар распределен между аффилированными лицами. В дальнейшем, согласно книге продаж ЗАО «Таганка», за период с декабря 2015 по июль 2016, ЗАО «Таганка» произвело поставки товара в адрес: - ФИО3, в общем размере 193 248 198, 23 рублей; - ФИО16 в общем размере 110 377 690, 71 рублей; - ФИО13 в общем размере 2 838 198, 37 рублей; - ООО «Ратекс» в общем размере 24 000 000 рублей; - ООО «Теско И» и ООО «Теско Р» в общем размере 209 422 026, 90 рублей - ООО «Русавто» в общем размере 282 807 985, 62 рублей.  

Всего в адрес аффилированных лиц был поставлен товар на сумму 822 694 099, 83 рублей.  

ФИО3, ФИО16 и ФИО13 осуществляли розничную реализацию товара. Каждый из перечисленных лиц отвечал за конкретные точки розничных продаж.  

Как следует из выписки по счету ФИО3 № **0192, она получала денежные средства в виде эквайринга выручки от следующих точек продаж: - г.  

Пермь, ул. Окулова, д. 47; - 

<

...>; - 

<

...>; - г. Магнитогорск, Северный переход, д. 30; - 

<

...>; - 

<

...>; - 

<

...> лет СССР, 

<

...> - 

<

...>.  

ФИО13, согласно выписке по счету № **0198, получал денежные средства в виде эквайринга выручки от следующих точек продаж: - 

<

...>; - 

<

...>; - 

<

...> - 

<

...>; - 

<

...>; - 

<

...>; - 

<

...> Октября, д. 97.  

От конкурсного управляющего ООО «Галактика» ФИО27 в материалы дела представлены сведения из ФНС, что, по указанным адресам располагались обособленные подразделения ЗАО «Таганка».  

Таким образом, ФИО3, ФИО16 и ФИО13 получили от ЗАО «Таганка» ТМЦ, принадлежащие ООО «ФИО8 Тюмень», и осуществляли их реализацию в точках продаж, являющихся обособленными подразделениями ЗАО «Таганка».  

Согласно выпискам по расчетным счетам, всю полученную выручку от продаж ИП ФИО3 и ИП ФИО16 направляли в виде оплаты по договорам займов в пользу ИП ФИО13 Всего за 2016 г. от ИП ФИО28 было получено более 150 000 000 рублей, от ФИО16 более 100 000 000 рублей.  

ФИО13, в свою очередь, аккумулировал всю полученную выручку от ИП ФИО16, ИП ФИО3, а также собственную выручку и направлял все доходы в пользу ФИО24 (супруга ФИО9), ФИО15 (отец ФИО9) и ЗАО «Таганка» также в виде оплаты по договорам займа.  

Суд критически отнесся к доводам ФИО9 о том, что ТМЦ, которые по версии конкурсного управляющего, были переданы аффилированным лицам для последующей реализации, а не были уничтожены якобы пожаром на складе в Сарапульском районе, посчитав, что указанные доводы опровергаются материалами настоящего обособленного спора, а также материалами уголовного дела в отношении ФИО9  

В качестве доказательств доводов конкурсного управляющего приведено сравнение акта инвентаризации утраченных ТМЦ с товарными накладными, недействительность передачи ТМЦ по которым установлена судебными актами. Кроме сравнительного анализа счетов-фактур и акта инвентаризации, конкурсным управляющим проведен анализ книг покупок и продаж ООО «ФИО8-Тюмень» за 2015 — 2016 г.г. в целях выявления стоимостного выражения ТМЦ, которые могли бы оставаться у должника. Подробный расчет представлен в материалы дела.  

Расчет производился как разница между приобретенным должником товаром и проданным должником товаром, с разбивкой на кварталы и на приобретение и поставку только с независимыми контрагентами и отдельно с  

аффилированными лицами.  

В итоге разница между суммой приобретенного товара и суммой проданного товара составила всего 1 078 030 432,86 рублей. Без учета приобретения и поставок с аффилированными лицами - 988 061 694,95 рублей. Всего за 2015 — 2016 г.г. должник приобрел товаров у независимых контрагентов на сумму 3 112 589 822,79 рублей, реализовал в пользу независимых контрагентов товара на сумму 2 124 528 127,84 рублей.  

Разница между стоимостью покупок и стоимостью продаж составляет стоимостной остаток ТМЦ, которые должны были попасть в конкурсную массу либо должник мог ими распорядиться иным образом.  

В частности, сумма стоимостного остатка ТМЦ (988 061 694,95 рублей) незначительно выше стоимость ТМЦ, которые якобы были уничтожены в результате пожара (805 871 810,43 рублей).  

При этом, расчет стоимость остатков ТМЦ на основании книг покупок и продаж может быть скорректирован, так как из книги покупок должника однозначно не следует какой конкретно независимый контрагент поставлял именно шинную продукцию. В связи с этим, конкурсным управляющим проведен расчет по независимым поставщикам, которые гарантировано могли поставить шинную продукцию — непосредственно производственные предприятия: Нокиан Шина, Гудиер Раша, ТД Кама, Мишлен, Кордиант, Бриджстоун СНГ, ФИО29.  

Всего указанные компании поставили за 2015, 2016 г.г. в адрес должника товар на сумму 2 729 611 333,48 руб..  

Соответственно, разница между стоимостью товара, который гарантированно является шинной продукцией и получен от независимых производителей шин, и стоимостью всего проданного товара в адрес независимых контрагентов в этот же период, составляет 605 083 205,64 рублей.  

Спецификой реализации шинной продукции является возможность возврата покупателями не проданного товара с условием приобретения продукции на следующий сезон (зима/лето). В связи с указанным, в книге покупок должника определенно отражены поставки шинной продукции не только от крупных производителей, которые также создают погрешность при проведении расчетов.  

Однако каждая сумма, как общая 988 061 694,95 рублей, так и только в отношении производителей шинной продукции 605 083 205,64 рублей, доказывает, что у должника на конец 2016 г. имелись нереализованные ТМЦ, которые должны были попасть в конкурсную массу в значительном размере.  

При этом обе суммы, как указывалось выше, образованы только из операций с независимыми контрагентами и подразумеваются как реальные.  

Таким образом, довод ФИО9 об отсутствии у должника ТМЦ на сумму 805 871 810,43 рублей и наличия их только в балансе на основании мнимых поставок аффилированных лиц, правомерно признан несостоятельным.  

Материалами дела подтверждается, что ФИО9 принадлежало на праве собственности недвижимое имущество, расположенное на территории Итальянской Республики, а именно: А) в коммуне ФИО30 (провинция  

КОМО), район Меццегра, с доступом со стороны улицы Нуова Альбана 8/10: 1) основное здание жилого назначения, которое состоит из двух этажей над землей (первый и второй) и включает квартиру, состоящую из гостиной, кухни, котельной и помещения для размещения счетчиков, уборной и крыльца на первом этаже, трех спальных комнат, трех уборных, гардеробной и прихожей на втором этаже, соединенные внутренней лестницей, другую квартиру на втором этаже, состоящей из спальной комнаты, кухни и туалета, и квартиру на первом этаже, состоящую из крыльца, кухни, уборной и спальной комнаты.  

Указанное здание перечислено в Кадастре зданий коммуны ФИО30 следующим образом: - кадастровый номер 2867, подраздел 712, улица Альбана 10, этаж Т/1 (первый и второй наземный), переписной участок U, категория A/7, класс 3, жилые комнаты 16, общая кадастровая площадь 330 м2, общая площадь за исключением открытых площадей 322, кадастровый доход - 2,520,31 евро; - кадастровый номер 2867, подраздел 705, улица Альбана 10, этаж 1 (второй наземный), переписной участок U, категория A/2, класс 1, жилые комнаты 2, 5, общая кадастровая площадь 49 м2, общая площадь за исключением открытых площадей 49 м2, кадастровый доход - 200,13 евро; - кадастровый номер 2867, подраздел 704, улица Альбана 10, этаж T (первый наземный), переписной участок U, категория A/2, класс 1, жилые комнаты 2, 5, общая кадастровая площадь 53 м2, общая площадь за исключением открытых площадей 44 м2, кадастровый доход - 200,13 евро;  

Лестничная клетка, соединяющая этажи описанных выше объектов, являясь общей собственностью самих объектов, выделяется в Кадастре зданий коммуны ФИО30 следующим образом: кадастровый номер 2867 (две тысячи восемьсот шестьдесят семь), подраздел 710, улица Альбана 10, этаж 1/2, совместное пользование;  

2) жилое здание, состоящее из подземного этажа и двух надземных этажей (первого и второго), которое включает в себя две спальные комнаты, ванную комнату, прихожую, столовую и крыльцо на первом этаже, три спальные комнаты, две ванные комнаты, прихожую, гардеробную и террасу на втором этаже, спальную комнату, кухню, уборную, прихожую, кладовую, прачечную и котельную на первом подземном этаже, все соединены внутренней лестницей и зарегистрированы в Кадастре зданий коммуны ФИО30 следующим образом: - кадастровый номер 2867, подраздел 701, улица Альбана 10, этаж S1/T/1 (первый подземный, первый наземный, второй), переписной участок U, категория A/7, класс 3, комнаты 13, общая кадастровая площадь 260 м2, общая площадь за исключением открытых площадей 252 м2, кадастровый доход – 2.047,75 евро;  

3) вспомогательное одноэтажное здание, которое включает в себя складское помещение с крыльцом, зарегистрированного в Кадастре зданий коммуны ФИО30 следующим образом: - кадастровый номер 2867, подраздел 706, улица Альбана 10, этаж T (первый наземный), переписной участок U, категория С/2, класс U, 29 квадратных метров, общая кадастровая площадь 29 м2, кадастровый доход – 85,37 евро;  

4) вспомогательное одноэтажное здание, прилегающее к парнику,  

зарегистрированное в Кадастре зданий коммуны ФИО30 следующим образом: - кадастровый номер 2867, подраздел 707, улица Альбана 10, этаж T (первый наземный), переписной участок U, категория С/2, класс U, 13 квадратных метров, общая кадастровая площадь 19 м2, кадастровый доход – 38,27 евро;  

5) вспомогательное одноэтажное здание, состоящее из шести комнат, используемых для хранения вещей, зарегистрированное в Кадастре зданий коммуны ФИО30 следующим образом: - кадастровый номер 2867, подраздел 708, улица Альбана 10, этаж T (первый наземный), переписной участок U, категория С/2, класс U, 38 квадратных метров, общая кадастровая площадь 44 м2, кадастровый доход – 111,86 евро.  

6) Территория, на которой находятся вышеописанные здания, отмечена в Кадастре зданий коммуны ФИО30 следующим образом: - кадастровый номер 2867 , подраздел 713, улица Альбана 10, этаж T (первый наземный), совместное пользование.  

7) Часть соответствующей прилегающей территории зарегистрирована в Кадастре зданий коммуны ФИО30 следующим образом: - кадастровый номер 2866, улица Альбана 10, этаж T (первый наземный), переписной участок U, категория F/1, 530 квадратных метров, ГОРОДСКАЯ ТЕРРИТОРИЯ.  

8) Остальные прилегающие территории, предназначенные для создания парка, выделяются в Кадастре зданий коммуны ФИО30 следующим образом: - кадастровый номер 1067, 00.23.50 Га, SEMIN ARBOR (земли для посева и посадки деревьев), класс 4, земельный доход 4,25 евро, сельскохозяйственный доход 4,25 евро; - кадастровый номер 1069, 00.10.40 Га, SEMIN ARBOR (земли для посева и посадки деревьев), класс 4, земельный доход 1,88 евро, сельскохозяйственный доход 1,88 евро; - кадастровый номер 2100, 00.24.22 Га, PRATO ARBOR (луговые земли), класс 4, земельный доход 4,38 евро, сельскохозяйственный доход 4,38 евро; - кадастровый номер 2102, 00.01.68 Га, INCOLT STER (необработанные неплодородные земли); - кадастровый номер 2105, 00.00.44 Га, INCOLT STER (необработанные неплодородные земли); - кадастровый номер 2107, 00.09.95 Га, SEMINATVO (посевные земли), класс 4, земельный доход 1,80 евро, сельскохозяйственный доход 1,80 евро; - кадастровый номер 2109, 00.00.80 Га, SEMIN ARBOR (земли для посева и посадки деревьев), класс 4, земельный доход 0,14 евро, сельскохозяйственный доход 0,14 евро; - кадастровый номер 2314, 00.01.45 Га, INCOLT PROD (необработанные плодородные земли), класс U, земельный доход 0,02 евро, сельскохозяйственный доход 0,02 евро; - кадастровый номер 2316, 00.12.30 Га, SEMIN ARBOR (земли для посева и посадки деревьев), класс 4, земельный доход 2,22 евро, сельскохозяйственный доход 2,22 евро; - кадастровый номер 2318, 00.21.44 Га, SEMIN ARBOR (земли для посева и посадки деревьев), класс 4, земельный доход 3,88 евро, сельскохозяйственный доход 3,88 евро; - кадастровый номер 2317, 00.00.40 Га, SEMIN ARBOR (земли для посева и посадки деревьев), класс 4, земельный доход 0,07 евро, сельскохозяйственный доход 0,07 евро; - кадастровый номер 2377, 00.00.33 Га, SEMIN ARBOR (земли для посева и посадки деревьев), класс 4, земельный  

доход 0,06 евро, сельскохозяйственный доход 0,06 евро; - кадастровый номер 2313, 00.00.40 Га, SEMIN ARBOR (земли для посева и посадки деревьев), класс 3, земельный доход 0,08 евро, сельскохозяйственный доход 0,08 евро; Границы с северной стороны кадастровых участков 2867-1067-2313-2317-2377-2100- 2102-2105-2107-2109-1069-2866-2316-2318 в совокупности и со ссылкой на планы земельного кадастра: - кадастровый номер 1568, улица делле Джере, кадастровый номер 2378, кадастровый номер 2680, кадастровый номер 2454, кадастровый номер 2333, кадастровый номер 2503, кадастровый номер 2509, улица Альбана. Границы с северной стороны кадастрового участка 2314: край листа карты, кадастровый номер 2453, кадастровый номер 2455.  

Б) в коммуне ФИО30 (провинция КОМО), район Тремеццо, с доступом с улицы Фебо Сала: 1) вспомогательное одноэтажное здание одного этажа, используемое в качестве хранилища/дровяного склада, зарегистрированного в Кадастре зданий коммуны ФИО30 (провинция КОМО) следующим образом: - кадастровый номер 3753, с улицы Фебо Сала без номера, этаж T (первый наземный), переписной участок U, категория C/2, класс U, 29 квадратных метров, общая кадастровая площадь 32 м2, кадастровый доход 124,13 евро; 2) прилежащие территории, используемые в качестве парка, зарегистрированные в земельном кадастре следующим образом: - кадастровый номер 1392, 00.06.50 Га, INCOLT STER (необработанные неплодородные земли); - кадастровый номер 1394, 00.12.50 Га, SEMIN ARBOR (земли для посева и посадки деревьев), класс 3, земельный доход 2,58 евро, сельскохозяйственный доход 2,58 евро; - кадастровый номер 1808 (тысяча восемьсот восемь), 00.07.20 Га, INCOLT STER (необработанные неплодородные земли); - кадастровый номер 1965, 00.02.90 Га, SEMIN ARBOR (земли для посева и посадки деревьев), класс 3, земельный доход 0,60 евро, сельскохозяйственный доход 0,60 евро; - кадастровый номер 3153, 00.21.60 Га, SEMIN ARBOR (земли для посева и посадки деревьев), класс 3, земельный доход 4,46 евро, сельскохозяйственный доход 4,46 евро; - кадастровый номер 3155, 00.01.15 Га, INCOLT STER (необработанные неплодородные земли); - кадастровый номер 3752, 00.28.37 Га, PASCOLO ARB (земли с травянистой растительностью), класс 2, земельный доход 2,78 евро, сельскохозяйственный доход 2,78 евро; Границы с северной стороны в совокупности и со ссылкой на карты земельного кадастра: - кадастровый номер 3156, кадастровый номер 3154, кадастровый номер 2138, улица Фебо Сала, кадастровый номер 2198, кадастровый номер 1982, кадастровый номер 1395.  

Вместе с вышеупомянутыми объектами недвижимости пропорционально передаются права на концессию, землепользование и использование внутридомовой территории, указанной в Кадастре зданий коммуны Тремеццо следующим образом: - кадастровый номер 1628, 00.00.50 Га, ГОРОДСКАЯ ТЕРРИТОРИЯ. Границы с северной стороны: озеро Комо и дорога.  

Указанные объекты принадлежали ФИО9 на основании договора купли-продажи № 57800/21605 от 28.09.2012, заключенного с ФИО31, а также на основании договора купли-продажи от 06.06.2014, заключенного с ФИО32, ФИО33, Рава  

Альфредо, Пенса Йоле.  

При этом, 04 ноября 2015 г. между ФИО9 и ФИО14 был заключен договор предоставления права пожизненного пользования, в соответствии с условиями которого ФИО9 передает ФИО14 право пожизненного пользования помещением - кадастровый номер 2867, подраздел 704, улица Альбана 10, этаж T (первый наземный), переписной участок U, категория A/2, класс 1, жилые комнаты 2, 5, общая кадастровая площадь 53 м2, общая площадь за исключением открытых площадей 44 м2, кадастровый доход - 200,13 евро.  

29 апреля 2016 г. между ФИО9 (продавец) и ФИО24 (покупатель) заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым право собственности на все вышеперечисленное имущество перешло к ФИО24  

Стоимость переданных объектов определена сторонами в размере 3 050 000 Евро, которые были оплачены, как указано в договоре: - банковский перевод № 0351BI0846007214, выполненный в Венето Банка с.п.а, отделение 00351 в г. Монца, 8 апреля 2016 года на сумму 1 669 625,00 евро (один миллион шестьсот шестьдесят девять тысяч шестьсот двадцать пять); - банковский перевод № 0351BI2846009561, проведенный через вышеупомянутый банк 28 апреля 2016 года на сумму 1 380 375,00 евро (один миллион триста восемьдесят тысяч триста семьдесят пять).  

При этом, согласно выписке по счету ФИО24 № 40817810710010000017, открытом в ООО «Экспобанк», указанные денежные средства были получены ей в следующем порядке:  

1) 30.03.2016 от ФИО3 были получены средства в размере 22 000 000 рублей, ФИО3 получила 29.03.2016 на свой счет № **0192, открытый в ООО «Экспобанк», 22 650 000 рублей от ЗАО «Таганка», ЗАО «Таганка» получило 29.03.2016 на свой счет № **1000, открытый в ПАО «Локо Банк», 22 650 000 рублей от ООО «Теско Р», ООО «Теско Р» получило 29.03.2016 на свой счет № **1002, открытый в ПАО «Локо-Банк», 22 650 000 рублей от ООО «РусАвто Пермь».  

2) 04.04.2016 от ФИО3 были получены средства в размере 50 900 000 рублей, от ФИО13 средства в размере 50 000 000 рублей. ФИО3 получила 31.03.2016 на свой счет № **0192, открытый в ООО «Экспобанк», 46 650 000 рублей от ЗАО «Таганка», ФИО13 получил 31.03.2016 на свой счет № **0198, открытый в ООО «Экспобанк», 46 650 000 рублей от ЗАО «Таганка». ЗАО «Таганка» аккумулировала на своих счетах денежные средства, получаемые от ООО «РусАвто».  

3) 05.04.2016 ФИО24 совершила перевод денежных средств в размере 122 925 000 рублей с назначением платежа «Для зачисления на счет GB74CHAS60924241035153 VENETO BANCA. SWIFT:VEBHIT2MXXX. Счет получателя IT48N0503520400ES0770003277 получатель ФИО24. Перевод собственных денежных средств».  

4) 25.04.2016 от ФИО3 были получены средства в размере 118 500 000 рублей, ФИО3 получила 31.03.2016 на свой счет № **0192,  

открытый в ООО «Экспобанк», 118 500 000 рублей от ФИО9  

5) 25.04.2016 ФИО24 совершила перевод денежных средств в размере 118 500 000 рублей с назначением платежа «Для зачисления на счет GB74CHAS60924241035153 VENETO BANCA. SWIFT:VEBHIT2MXXX. Счет получателя IT48N0503520400ES0770003277 получатель ФИО24. Перевод собственных денежных средств».  

На момент перечисления денежных средств в пользу ФИО24 по указанным выше цепочкам переводов, руководителем и единственным участником ООО «РусАвто Пермь» (ИНН: 

<

***>) являлся ФИО9, руководителем и единственным участником ООО «РусАвто» (ИНН: 

<

***>) являлся ФИО12  

Как было указано выше, ООО «Русавто» получило в 2016 г. от ЗАО «Таганка» товар на сумму 282 807 985,62 рублей.  

В дальнейшем ФИО1 со счета № **9973, открытом в ПАО «Промсвязьбанк», за период с 26.03.2018 по 22.05.2018 перечисляла все полученные денежные средства от ФИО15, ФИО13 и ФИО16 в пользу ФИО24 Всего были перечислены денежные средства в размере эквивалентном 9 996 941 Евро, назначение платежа «Перечисление по предварительному соглашению о куплепродаже недвижимости от 19.02.2018».  

Также, 10.01.2018 между ФИО15 и ФИО1 был заключен договор целевого займа, в соответствии с которым ФИО15 предоставляет ФИО1 целевой заем на приобретение недвижимого имущества, расположенного на территории Республики Италия в размере 600 000 000 рублей. Срок возврата займа — 31.12.2025.  

Из материалов уголовного дела в отношении ФИО9 был получен договор купли-продажи от 25.05.2018, заключенный в Итальянской Республике между ФИО24 и ФИО1, в соответствии с которым ФИО24 продает ФИО1 виллу по цене 11 164 900, 00 Евро.  

Также из материалов уголовного дела получены платежные поручения от перечислении ФИО1 в пользу ФИО24 денежных средств, как указывалось выше, со счета № **9973, открытом в ПАО «Промсвязьбанк», в размере эквивалентном 9 996 941 Евро, а также по счетам, открытых в итальянских банках на сумму 1 530 000 Евро.  

Таким образом, в материалах дела содержатся достоверные доказательства того, что ФИО1 от аффилированных лиц перечислялись денежные средства, которые она формально направила на расчеты со ФИО24 за приобретение виллы.  

Из указанного следует, что ФИО1 в целях сокрытия от обращения взыскания передано недвижимое имущество от ФИО9 и ФИО24, а именно вилла на озере Комо в Итальянской Республике, на которой фактически и проживали ФИО9, ФИО24, ФИО1, ФИО21, ФИО22 и ФИО14  

Не исключена возможность использования родителями личности детей в  

качестве инструмента для сокрытия принадлежащего родителям имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов о возмещении вреда, причиненного родителями данным кредиторам.  

В частности, родители могут оформить переход права собственности на имущество к детям лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, совершив тем самым мнимую сделку.  

На основании пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения указанных требований, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.  

Исходя из пункта 5 статьи 10 ГК РФ о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от которого требуется разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. Данная норма предусматривает, что закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно.  

Таким образом, статьи 10 ГК РФ закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей: каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц.  

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей.  

Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.  

Как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.  

В соответствии с пунктом 1 ст. 1064 ГК РФ обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.  

Вред кредиторам может быть причинен не только доведением должника до банкротства, но и умышленными действиями, направленными на создание невозможности получения кредиторами полного исполнения за счет имущества контролирующих лиц, виновных в банкротстве должника, в том числе путем приобретения их имущества родственниками по действительным безвозмездным сделкам, не являющимся мнимыми, о вредоносной цели которых не мог не знать приобретатель. При этом не имеет правового значения, какое именно имущество контролирующих лиц освобождается от притязаний кредиторов на основании подобной сделки - приобретенное за счет незаконно полученного дохода или иное, поскольку контролирующее лицо отвечает перед кредиторами всем своим имуществом, за исключением того, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание (статья 24 ГК РФ).  

В этом случае возмещение причиненного кредиторам вреда ограничено по размеру стоимостью имущества, хотя и сменившего собственника, но, по сути, оставленного в семье (статья 1082 ГК РФ).  

Несмотря на то, что основания требований кредиторов к контролирующим лицам (создание необходимых причин банкротства) и приобретшим их имущество родственникам (создание невозможности полного исполнения за счет имущества контролирующих лиц) не совпадают, требования кредиторов к ним преследуют единую цель - возместить в полном объеме убытки (статья 15 ГК РФ), поэтому обязательства контролирующих лиц и упомянутых родственников являются солидарными (статья 1080 ГК РФ), что также позволяет исключить возникновение неосновательного обогащения на стороне пострадавших кредиторов.  

Поиск активов должника становится затруднительным, когда имущество для вида оформляется должником на иное лицо, с которым у должника имеются доверительные отношения. В такой ситуации лицо, которому формально принадлежит имущество, является его мнимым собственником (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), в то время как действительный собственник – должник – получает возможность владения, пользования и распоряжения имуществом без угрозы обращения на него взыскания по долгам со стороны кредиторов.  

Чем выше степень доверия между должником и третьим лицом, тем больше вероятность осуществления последним функций мнимого собственника. Также на выбор мнимого собственника в существенной степени влияет имущественная зависимость третьего лица от должника.  

По общему правилу у несовершеннолетних детей отсутствуют собственные источники дохода и возможность в связи с этим самостоятельно приобретать какое-либо имущество (статья 28 ГК РФ). В соответствии со статьей 26 ГК РФ у несовершеннолетних детей имеется право на совершение сделок только с письменного согласия своих законных представителей (в рассматриваемом случае – родителей).  

Дети старше 18 лет, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не  

дольше чем до достижения ими возраста 23 лет также могут находиться в имущественной зависимости от своих родителей (абзац десятый статьи 2 Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в РФ»).  

Таким образом, дети являются той категорией лиц, которая может быть использована должником для вывода имущества посредством создания фигуры мнимого держателя активов.  

ФИО1 на момент совершения сделки по приобретению виллы было 20 лет, ФИО1 обучалась на очной форме в в City University of London (Northampton Square, London EC1V 0HB, United Kingdom), собственного источника дохода не имела. Кроме того, представленными в материалы дела выписками по счетам подтверждается факт получения средств от родственников и приобретения недвижимого имущества за их счет.  

ФИО1 безвозмездно был получен дорогостоящий актив, ранее принадлежащий ФИО9 и ФИО24, отчуждение которого сделало невозможным удовлетворение требований кредиторов должника на основании требований о привлечении ФИО9 и ФИО24 к субсидиарной ответственности.  

Также конкурсным управляющим было обнаружено, что ФИО1 на сайте по аренде жилья https://www.airbnb.ru/ сдавала в аренду полученную виллу по цене от 68 396 рублей по 86 298 рублей за одни сутки проживания.  

Следовательно, ФИО1 продолжает извлекать выгоду в значительном размере от незаконно полученного имущества, приобретенного за счет средств ООО «ФИО8 Тюмень».  

В рамках настоящего дела установлено, что модель ведения бизнеса должника состоит в неразрывной связи с поведением и деятельностью всех привлекаемых к субсидиарной ответственности лиц. Указанные лица связаны родственными отношениями, а потому выбранная модель поведения отличается от поведения обычных лиц в гражданском обороте, поскольку построена на доверительных отношениях, исключающих элементы предпринимательского риска. Поведение всех ответчиков характеризуется подчинением одной воли и цели – извлечение «семейного» дохода от деятельности должника по реализации товара, пользующегося спросом – автошины «Нокиан».  

Из материалов дела усматривается, что должник являлся центральной фигурой в построенной модели бизнеса, поскольку именно за счет должника возможны были последующие схемы, как движения товара, так и денежных средств через подконтрольные фирмы (постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда № 18АП637/2019, 18АП-638/2019, 18АП-898/2019, 18АП-899/2019, 18АП-1349/2019, 18АП1350/2019, 18АП-1351/2019, 18АП-1482/2019 от 01.04.2019 по настоящему делу).  

ФИО9 была создана схема по незаконному выводу ТМЦ, принадлежащих ООО «ФИО8 Тюмень», в результате реализации которой товар был передан ЗАО «Таганка», затем ФИО3, ФИО16 и ФИО13  

Все средства, полученные от реализации ТМЦ, через ФИО15,  

ФИО13, ФИО16 передавались ФИО1 При таких обстоятельствах, суд обоснованно посчитал доказанным факт того, что на ФИО1 аккумулировались денежные средства, выведенные контролирующими должника лицами в результате реализации товара, незаконно полученного от должника, а также недвижимое имущество с целью сокрытия его от обращения взыскания в рамках привлечения ФИО9, ФИО24, ФИО15 и ФИО13 к субсидиарной ответственности.  

Таким образом, сложилась экономическая модель ведения деятельности, при которой вся долговая нагрузка была сосредоточена на должнике, при этом продукция, принадлежащая должнику, была незаконно передана ИП ФИО3, ФИО16, ФИО13, а доходы распределялись между ФИО13, ФИО24, ФИО15 и в итоге перечислялись ФИО1  

ФИО3, ФИО16 и ФИО1 извлекали выгоду от незаконных действий ФИО9 в виде получения денежных средств от реализации ТМЦ, принадлежащих должнику, ФИО1 также безвозмездно получила личные активы ФИО9, приобретенные за счет средств должника.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда РФ от 07.02.2023 № 6-П, по общему правилу на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ), отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий или кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения этих утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).  

Доказательств получения денежных средств ФИО1, ФИО3 и ФИО16 от самостоятельной экономической деятельности, возмездного приобретения реализуемых ТМЦ за свой счет не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).  

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному  

выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

В рамках дела № А07-30338/2019 установлено, что ФИО3 было передано на праве собственности 17 объектов недвижимости, в которых и осуществлялась реализация сокрытых ТМЦ.  

В дальнейшем ФИО3 предпринята попытка сокрытия данных активов, в рамках дела № А07-30338/2019 сделки по отчуждению признаны недействительными, имущество возвращено ФИО3 При этом объекты приобретались за счет средств ФИО9, полученных от деятельности должника.  

При таких обстоятельствах, как верно счел суд первой инстанции, ФИО3 невозможно признать номинальным лицом, ФИО3 являлась участником схемы по реализации ТМЦ и сокрытию полученных денежных средств, а также получила выгоду от действий ФИО9 в виде дорогостоящих объектов недвижимости.  

В отношении требований о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО18, ФИО17, ФИО4 и ФИО2 суд приходит к следующим выводам.  

В результате анализа выписки по счету ФИО1 № **4524, открытом в Банке Газпромбанк (АО), были выявлены следующие операции: Дата Сумма (руб.)  

Дата 

Сумма (руб.) 

Плательщик 

Назначение платежа 

04.10.2018 

2 000 000 

ФИО17  

По договору дарения денежных средств от 11.09.2018  

05.10.2018 

960 000 

ФИО2  

Перевод денежных средств на оплату образования  

19.10.2018 

998 800 

ФИО17  

Зачисление на счет  

21.11.2018 

540 000 

ФИО18  

Зачисление на счет  

21.11.2018 

2 200 000 

ФИО2  

Перевод денежных средств на оплату образования  

29.11.2018 

3 600 000 

ФИО17  

Зачисление на счет  

После совершения указанных операций, на счет ФИО1 № **0500, валюта счета Евро, открытом в Банке ГПБ (АО), поступали денежные средства от АО «Открытие Брокер» с одинаковым назначением платежа «исполнение обязательств по итогу клиринга вывод средств»: - 10.10.2018 - 103 000 Евро (7 849 773 рубля); - 24.10.2018 – 107 000 Евро (8 009 848, 40 рублей); - 28.11.2018 – 181 000 Евро (13 687 527, 70 рублей); - 03.12.2018 – 73 000 Евро (5 529 663, 20 рублей).  

На официальном сайте Московской Биржи (https://www.moex.com/) указано, что Финансовая корпорация «Открытие» является Прайм – брокером, предоставляющим своим клиентам услуги по совершению операций на валютном рынке Московской Биржи.  

Все полученные средства ФИО1 перечисляла с назначением платежа «Валютный перевод за пределы РФ согласно распоряжению ФИО1».  

Данная схема использовалась для легализации конвертации денежных средств в рублях в иностранную валюту (Евро), так как поступали денежные средства по итогам торгов на бирже именно в иностранной валюте. Данный способ позволял избегать валютного контроля, проводимого кредитными организациями при конвертации валют и последующего перевода за пределы РФ.  

Как сообщалось представителем ФИО1 при рассмотрении дела о признании ее банкротом (дело № А07-9046/2019), ФИО17 является бабушкой ФИО1, ФИО18 – дедушкой, данные лица пенсионеры (66 и 69 лет соответственно).  

ФИО2 является сестрой ФИО4 (бывшая жена ФИО9, мать ФИО1), следовательно, тетей ФИО1 Согласно публичной информации, размещенной в сети интернет, а также в профилях в социальных сетях ФИО2 работает фитнес-инструктором в г. Уфа.  

Также ФИО2 была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя в г. Грозный, Чеченская Республика в период с 16.05.2018 по 23.07.2019, ФИО17, ФИО18 с апреля 2018 г. тоже изменили место регистрации на г. Грозный, как и иные подконтрольные ФИО9 лица (ФИО1, ФИО24, ФИО3, ФИО14, ФИО13, ФИО4).  

При этом никто из указанных лиц фактически в Чеченской Республике никогда не проживал, экономическую деятельности не вел. Как верно счел суд первой инстанции, при рассмотрении спора не доказана финансовая возможность ФИО17, ФИО18 и ФИО2 представить ФИО1 денежные средства в размере 10 298 800 рублей.  

Учитывая сложившуюся модель транзита денежных средств через подконтрольных ФИО9 лиц, суд первой инстанции правомерно согласился с доводами конкурсного управляющего, что данные средства также были получены ФИО17, ФИО18 и ФИО2 в результате противоправных действий ФИО9 и иных контролирующих должника лиц.  

В рамках дела № А07-9046/2019 установлено, что 10.01.2018 ФИО15 (займодавец) и ФИО1 (заемщик) заключили договор займа, в соответствии с которым займодавец предоставляет заемщику на срок до 31.12.2025 целевой заем в размере 600 000 000 руб. на приобретение недвижимого имущества в Республике Италия.  

Всего по указанному договору ФИО15 перечислил ФИО1 91 900 000 руб.  

21.01.2020 ФИО4 (третье лицо) и ФИО15 (кредитор) заключили договор о принятии кредитором от третьего лица в счет исполнения  

обязательств должника ФИО1 по договору займа от 10.01.2018 денежных средств в размере 32 000 000 руб.  

На следующий день после признания ФИО1 несостоятельной (банкротом), а именно 14.02.2020, ФИО4 внесла на депозит нотариуса указанную сумму, а 17.02.2020 данные деньги получил ФИО15  

Приняв во внимание указанные обстоятельства, признав убедительными приведенные финансовым управляющим доводы, основанные на указанных обстоятельствах, суд установил при этом, что ФИО4 факт совершения сделки за счет собственных средств не доказала.  

Суд апелляционной инстанции, отклоняя довод ФИО4 о наличии у нее дохода за 2018 год в размере более 149 млн. руб. подтверждаемого налоговой декларацией, отметил, что данное обстоятельство само по себе не подтверждает наличие у нее на момент внесения средств в депозит нотариуса требуемой суммы (постановление Арбитражного суда Уральского округа № Ф09-6316/19 от 24.11.2021 по делу № А07-9046/2019).  

Таким образом, судебными актами подтверждено фактическое отсутствие у ФИО4 денежных средств в размере, указанном в декларации.  

Кроме этого, в рамках дела № А07-30338/2019 (банкротство ФИО3) постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда № 18АП-14350/2022 от 22.06.2023 установлено, что ФИО34 и ФИО35 участвовали в выводе средств ФИО1 в пользу ФИО15, что установлено определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 09.06.2021 по делу № А07-9046/2019.  

Согласно выписке по расчетному счету ООО «ТехАвто» № **1608, открытом в ПАО «АК БАРС» Банк за период с 01.07.2018 по 31.12.2019, ООО «ТехАвто» 11.10.2018 перечисляет 500 000 рублей и 19.10.2018 в размере 205 400 рублей в пользу ФИО18.  

Таким образом, ООО «ТехАвто» перечисляло средства в пользу ФИО18, являющегося аффилированным лицом по отношению к ФИО9 и, соответственно, ФИО3  

Следовательно, судебным актом установлено, что ФИО18 получал денежные средства от аффилированного со ФИО9 ООО «ТехАвто», что позволяет критически относиться к размеру дохода, отраженного в декларации, так как такой доход, вероятно, был получен от подконтрольных ФИО9 обществ с целью последующего вывода на ФИО1  

В рамках дела о банкротстве ФИО1 определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 09.06.2021 по делу № А07-9046/2019 признана недействительной (ничтожной) сделка по передаче ФИО15 денежных средств в размере 32 000 000 рублей и применены последствия недействительности сделки в виде взыскания со ФИО15 в пользу ФИО1 денежных средств в размере 32 000 000 рублей.  

При рассмотрении сделки установлено, что ФИО4 содействовала передаче средств, путем внесения их от имени ФИО1  

на депозит нотариуса для последующей передачи ФИО15 Так как указанное определение ФИО15 не исполнено, финансовый управляющий ФИО1 обратился с заявлением о признании ФИО15 несостоятельным (банкротом).  

В рамках дела № А07-31475/2021 при проверке обоснованности заявления о банкротстве, ФИО15 в качестве возражений неоднократно заявлял, что дело о банкротстве ФИО1 скоро будет прекращено, а ФИО1 самостоятельно указанные требования предъявлять не намерена.  

ФИО15 также привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ФИО8 Тюмень», в части определения размера ответственности обособленный спор приостановлен.  

В итоге, заявление о намерении погасить требования кредиторов ФИО1 используется для: - обеспечения возможности сокрытия имущества ФИО1, незаконно полученного от деятельности ООО «ФИО8 Тюмень»; - освобождения ФИО15 от обязательств по исполнению судебного акта о признании сделки недействительной.  

Следовательно, ФИО4 продолжает содействовать сокрытию активов, полученных ФИО15, ФИО1 и ФИО9  

Касательно доводов о прекращении производства в отношении ФИО18 и ФИО17 в связи со смертью, суд первой инстанции обоснованно учел следующее.  

Субсидиарная ответственность по обязательствам должника (несостоятельного лица) является разновидностью гражданско-правовой ответственности и наступает в связи с причинением вреда имущественным правам кредиторов подконтрольного лица. В части, не противоречащей специальному регулированию законодательства о банкротстве, к данному виду ответственности подлежат применению положения глав 25 и 59 ГК РФ (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).  

Из этого следует, что долг, возникший из субсидиарной ответственности, должен быть подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК РФ). Не имеется каких-либо оснований для вывода о том, что обязанность компенсировать свое негативное поведение (возместить кредиторам убытки), возникающая в результате привлечения к субсидиарной ответственности, является неразрывно связанной с личностью наследодателя. Равным образом гражданское законодательство не содержит запрета на переход спорных обязательств в порядке наследования.  

Таким образом, долг наследодателя, возникший в результате привлечения его к субсидиарной ответственности, входит в наследственную массу. Иное толкование допускало бы возможность передавать наследникам имущество, приобретенное (сохраненное) наследодателем за счет кредиторов незаконным  

путем, предоставляя в то же время такому имуществу иммунитет от притязаний кредиторов, что представляется несправедливым.  

Исходя из этого, для реализации права кредитора на судебную защиту не имеет значения момент предъявления и рассмотрения иска о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности: до либо после его смерти. В последнем случае иск подлежит предъявлению либо к наследникам, либо к наследственной массе (при банкротстве умершего гражданина - § 4 главы X Закона о банкротстве) и может быть удовлетворен только в пределах стоимости наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 ГК РФ). При этом не имеет значения, вошло ли непосредственно в состав наследственной массы то имущество, которое было приобретено (сохранено) наследодателем за счет кредиторов в результате незаконных действий, повлекших субсидиарную ответственность.  

Наследниками ФИО18 и ФИО17 являются ФИО4 и ФИО2, которые также привлечены в качестве соответчиков при рассмотрении настоящего спора.  

В связи с указанным, как верно счел суд первой инстанции, возможно рассмотрение спора и исследование действий, совершенных ФИО17 и ФИО18 при процессуальном участии ФИО4 и ФИО2  

В части возражений ФИО2, в соответствии с которыми она якобы имела финансовую возможность предоставлять ФИО1 денежные средства, так как получала денежные средства от ООО «Фининвест» (ИНН: 

<

***>), ООО «ТерекИнвест» (ИНН: 

<

***>) и ООО «НОРД» (ИНН: 

<

***>) установлено следующее.  

ООО «НОРД» зарегистрировано 18.05.2018. Размер уставного капитала составляет 10 000 рублей. Единственным участником и директором на момент совершения оспариваемой сделки являлся ФИО36.  

ФИО36 был зарегистрирован в качестве ИП в Республике Башкортостан (Территориально обособленное рабочее место Межрайонной ИФНС России № 33 по Республике Башкортостан в г. Благовещенск и Благовещенском районе), является участником и директором: - ООО «ИЛИШ- АГРО» (ИНН 

<

***>, адрес: 452260, Республика Башкортостан, р- н Илишевский, 

<

...>); - ООО «АГРО АЛЬЯНС» (ИНН 

<

***>, адрес: 453434, Республика Башкортостан, р-н Благовещенский, г. Благовещенск, ул. Социалистическая, 58); - ООО «Селена Инвест», (ИНН 

<

***>, адрес: 450077, 

<

...>).  

Адрес ООО «НОРД» на момент совершения оспариваемой сделки — 364037, 

<

...>, оф 1, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ по ООО «НОРД» по состоянию на 19.07.2019. По этому же адресу зарегистрировано ООО «Аргун» (ИНН 

<

***>).  

В дальнейшем ООО «НОРД» изменило адрес местонахождения на 450106, 

<

...>, кв.  

15 (запись в ЕГРЮЛ от 26.09.2019).  

Сразу после изменения адреса была инициирована процедура ликвидации ООО «НОРД» (запись в ЕГРЮЛ от 04.10.2019). 30.01.2020 ООО «НОРД» было ликвидировано.  

ООО «НОРД», как следует из материалов дела № А07-30338/2019 (банкротство ФИО3) передавались объекты недвижимости по адресу: 

<

...> (по указанному адресу находилось обособленное подразделение ЗАО «Таганка» и точка реализации ФИО3, ранее принадлежавшие ФИО3 В настоящий момент указанная сделка оспаривается финансовым управляющим ФИО3 ФИО37  

ООО «Терек Инвест» зарегистрировано в качестве юридического лица 20.04.2018, уставный капитал 10 000 рублей. Зарегистрировано по адресу: 364014, 

<

...> / этаж 1, оф 14. На сегодняшний день в ЕГРЮЛ внесены сведения о недостоверности адреса ООО «Терек Инвест», счета заблокированы.  

ООО «Терек Инвест» была передана доля в уставном капитале ООО «Радио Булгар», ранее принадлежавшая ФИО24 Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда № 18АП-14148/2020 по делу № А07-29014/2019 от 02.02.2021 сделка по передаче доли признана недействительной.  

Также указанным судебным актом установлено, что согласно сведениям, отраженным в ЕГРЮЛ, юридическим адресом ООО «Радио Булгар»: является 

<

...>. Собственником указанного помещения является ООО «Фининвест» (ИНН 

<

***>, создано 12.04.2018, находится в процессе ликвидации), которое получило право собственности на эти помещения 03.05.2018 от ФИО13, брата ФИО24  

Таким образом, очевидно, что ООО «Фининвест», ООО «Терек Инвест» и ООО «НОРД» являются номинальными организациями и подконтрольны ФИО9 и аффилированным с ним лицам, целью создания данных обществ было только создание видимости отчуждения активов для их сокрытия.  

В связи с указанным, как верно счел суд первой инстанции, получение ФИО2 денежных средств от указанных обществ не только не подтверждает ее финансовую возможность предоставить ФИО1 денежные средства, но и свидетельствует о транзитном характере движения средств с целью их сокрытия через подконтрольные ФИО9 организации.  

Данные денежные средства являются арендной платой, которую получали номинальные организации от использования объектов, отчужденных ФИО3, ФИО24, при этом ФИО2 получала данную прибыль и передавала ее ФИО1  

После подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ИП ФИО13, ФИО24, ФИО15 и возникновения  

угрозы взыскания денежных средств, перечисление денежных средств на ФИО1 стало осуществляться через иных лиц, предъявление к которым требований о взыскании средств, по мнению ФИО9 и иных аффилированных с ним лиц, маловероятно.  

Однако, созданная схема вывода денежных средств была сохранена, заменены были только участники цепочки сделок на лиц, ранее не принимавших участие в действиях, направленных на вывод активов за пределы РФ в пользу проживающих там ФИО9, ФИО24 и ФИО1 Таким образом, ФИО17, ФИО18 и ФИО2 также извлекали выгоду из противоправных действий ФИО9, так как получали денежные средства, полученные от реализации товара, фактически принадлежавшего должнику.  

В рамках процедуры реализации имущества ФИО1 в рамках дела № А07- 9046/2019 финансовым управляющим направлен запрос в адрес нотариуса ФИО38 о предоставлении информации о фактах внесения ФИО1 лично или от имени представителя ФИО1 денежных средств, вещей, бездокументарных ценных бумаг и иного имущества на депозит нотариуса в пользу третьих лиц.  

Согласно полученной информации финансовым управляющим выявлены следующие факты:  

- 09.01.2018 между ФИО13 и ФИО1 был заключен договор займа, в соответствии с которым ФИО13 предоставляет ФИО1 заем в размере 140 000 000 рублей. Срок возврата займа — 31.12.2021. Всего по указанному договору ФИО13 перечислил ФИО1 денежные средства в размере 128 800 000 рублей.  

- 10.02.2020 между ФИО17 и ФИО13 заключен договор о принятии кредитором от третьего лица исполнения обязательств должника, в соответствии с которым ФИО17 передает ФИО13 в счет исполнения обязательств ФИО1 по договору займа от 09.01.2018 денежные средства в размере 31 000 000 рублей.  

- 14.02.2020 между ФИО4 и ФИО13 заключен договор о принятии кредитором от третьего лица исполнения обязательств должника, в соответствии с которым ФИО4 передает ФИО13 в счет исполнения обязательств ФИО1 по договору займа от 09.01.2018 денежные средства в размере 32 000 000 рублей.  

- 17.02.2020 между ФИО18 и ФИО13 заключен договор о принятии кредитором от третьего лица исполнения обязательств должника, в соответствии с которым ФИО18 передает ФИО13 в счет исполнения обязательств ФИО1 по договору займа от 09.01.2018 денежные средства в размере 32 200 000 рублей.  

- 21.02.2020 ФИО17 внесла на депозит нотариуса 31 000 000 рублей в счет исполнения обязательств ФИО1 перед ФИО13  

- 25.02.2020 денежные средства в размере 31 000 000 получены ФИО13 - 27.02.2020 ФИО4 внесла на депозит нотариуса 32  

000 000 рублей в счет исполнения обязательств ФИО1 перед ФИО13  

- 27.02.2020 ФИО18 внес на депозит нотариуса 32 200 000 рублей в счет исполнения обязательств ФИО1 перед ФИО13  

- 28.02.2020 денежные средства в размере 32 000 000 получены ФИО13 - 02.03.2020 денежные средства в размере 32 200 000 получены ФИО13 Всего в пользу ФИО13 было выплачено 95 200 000 рублей.  

Кроме этого, финансовым управляющим выявлены следующие факты: 

- 10.01.2018 между ФИО15 и ФИО1 был заключен договор целевого займа, в соответствии с которым ФИО15 предоставляет ФИО1 целевой заем на приобретение недвижимого имущества, расположенного на территории Республики Италия в размере 600 000 000 рублей. Срок возврата займа — 31.12.2025.  

Всего по указанному договору ФИО15 перечислил ФИО1 денежные средства в размере 91 900 000 рублей, что подтверждается актом сверки взаимных расчетов, предоставленным нотариусом ФИО38  

- 21.01.2020 между ФИО4 и ФИО15 заключен договор о принятии кредитором от третьего лица исполнения обязательств должника, в соответствии с которым ФИО4 передает ФИО15 в счет исполнения обязательств ФИО1 по договору целевого займа от 10.01.2018 денежные средства в размере 32 000 000 рублей.  

- 14.02.2020 (на следующий день после признания ФИО1 несостоятельным (банкротом), ФИО4 внесла на депозит нотариуса 32 000 000 рублей в счет исполнения обязательств ФИО1 перед ФИО15  

- 17.02.2020 денежные средства в размере 32 000 000 получены ФИО15  

При исследовании данных перечислений суд первой инстанции пришел к выводу о транзитном характере данных возвратов средств в пользу ФИО15 и ФИО13 с использованием ФИО4, ФИО18 и ФИО17  

Сумма и последовательные внесения и снятия средств на депозит нотариуса свидетельствуют о перемещении одной суммы в размере 32 000 000 руб., в связи с чем, суд первой инстанции посчитал, что именно сумма в размере 32 000 000 руб. реально существовала в распоряжении и была сокрыта за счет средств должника. В указанной части выводы суда первой инстанции не оспариваются.  

Согласно разъяснениям, данным в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11  

Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.  

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.  

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд квалифицирует предъявленное требование самостоятельно. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков (абз. 4 п. 20 постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.12.2017 N 53).  

Как верно указал суд первой инстанции, сокрытие средств, полученных от незаконных действий ФИО9, в размере 42 298 800 рублей является виновным деянием, повлекшим вред кредиторам должника.  

Однако, как верно указал суд первой инстанции, незаконный вывод денежных средств в размере 42 298 800 рублей в результате действий ФИО18, ФИО17, и ФИО2 не мог повлечь объективную невозможность полного расчета с кредиторами должника и не являлся причиной банкротства, в связи с чем, правомерно квалифицировал их в качестве убытков.  

Суд первой инстанции также счел, что конкурсным управляющим доказано, что ФИО18, ФИО17, ФИО4 и ФИО2 содействовали в сокрытии 42 298 800 рублей (10 298 800 рублей прямые перечисления ФИО1 и 32 000 000 перечисления с использованием депозита нотариуса). При таких обстоятельствах суд первой инстанции посчитал возможным взыскать с ФИО4 и ФИО2 солидарно убытки в размере 42 298 800 рублей.  

Апелляционный суд не может согласиться с данным выводом, полагает необходимым изменить судебный акт в данной части.  

ФИО4 и ФИО2 являются наследниками ФИО18,  

ФИО17, вступили в права наследования в равных долях, что следует из материалов наследственного дела, более того, имущество, выявленное в порядке наследования, оформлено за данными лицами.  

Из таблицы перечислений следует, что непосредственно ФИО2 перечислила в пользу ФИО1 3 160 000 руб. Доказательств того, что в совершении данных операций непосредственно участвовала ФИО4, не имеется. Доказательств наличия собственных источников дохода ФИО2 не представлено, несмотря на предоставленную возможность при отложении судебного разбирательства. Следовательно, указанная сумма убытка является личным (а не солидарным) обязательством ФИО2  

Сумма перечислений, совершенных С-выми непосредственно на счет ФИО1, составила 7 138 000 руб., поскольку наследство принято по ½ доли, следовательно, обязательства ФИО4 и ФИО2 трансформировались в личные по 3 569 400 руб. у каждой, в данной части названные лица несут ответственность в пределах стоимости наследственной массы. При этом, стоимость наследственной массы в настоящий момент правового значения не имеет, поскольку зависит от момента фактической реализации наследственной массы, в связи с чем, размер ответственности в данный момент не может быть определен исходя из стоимости имущества на момент вынесения судебного акта.  

Далее, в отношении сокрытой суммы 32 млн. руб. (через депозит нотариуса) апелляционный суд исходит из следующего.  

ФИО4 непосредственно участвовала в схеме внесения денежных средств в сумме 32 млн. руб. в депозит нотариуса, следовательно, в данной части указанные обязательства являются ее личными.  

Также в эпизоде по внесению средств в депозит участвовали С-вы, следовательно, обязательства данных лиц могут быть исполнены за счет наследственной массы (в пределах ее стоимости) наследниками ФИО4 и ФИО2 по 16 млн. руб. каждая. При этом, в части суммы 16 млн. руб. обязательства являются солидарными, поскольку направлены на компенсацию потерь утраченной суммы 32 млн. руб.  

Следовательно, взысканию в пользу ООО «ФИО8-Тюмень» с ФИО2 подлежат убытки в общей сумме 22 729 400 руб., из них: - 19 569 400 руб. в пределах стоимости наследственной массы наследодателей ФИО40, в том числе 16 000 000 руб. солидарно со ФИО4.  

Взысканию в пользу ООО «ФИО8-Тюмень» со ФИО4 подлежат убытки в общей сумме 35 569 400 руб. в том числе:  

- 16 000 000 руб. солидарно с ФИО2, 

- 3 569 400 руб. в пределах стоимости наследственной массы наследодателей ФИО40  

В удовлетворении требований к данным лицам в остальной части следует отказать.  

В основной своей части доводы жалоб всех апеллянтов сводятся к несогласию с выводом об отнесении их к контролирующим должника лицам. Между тем, выводы суда первой инстанции обоснованы фактическим  

получением выгоды (денежных средств, имущества) от недобросовестного поведения основного контролирующего должника лица, связанного как с сокрытием имущества самого должника, так и сокрытием имущества контролирующего лица. Выводы суда в данной части основаны на совокупности установленных по настоящему делу обстоятельств, оснований для переоценки не усматривается.  

При этом, ни ФИО2, ни ФИО1, ни ФИО4 не представили доказательств наличия собственного дохода в целях совершения финансовых операций.  

Доводы о том, что ФИО4 фактически не связана с деятельностью своего бывшего супруга ФИО9, в том числе не может быть связана с деятельностью должника, поскольку брачные отношения между ФИО9 и ФИО4 прекращены судом в 2001 году, носят конфликтный характер, должник создан в 2002 году, после расторжения брака и раздела имущества, не принимаются. Характер вменяемых правонарушений с учетом установленных обстоятельств опровергает указанные доводы. В связи с чем, ФИО4 имеет непосредственное отношение к выводу активов должника.  

Доводы о том, что в собственности родителей апеллянта находится кафе- гостиница «Южный Урал» площадью 181,1 кв.м, за счет сдачи ее в аренду ФИО18 и ФИО17 получали прибыль, имели банковские вклады в валюте США, что позволяло им предоставить средства своей дочери для внесения средств в депозит нотариуса, не принимаются, как не подтвержденные документально. Доказательств наличия дохода от данной деятельности в размере, сопоставимом с суммой внесенных средств, а также снятия средств со счетов в период, относящийся ко внесению средств в депозит, не имеется. Более того, из материалов дела однозначно невозможно установить, что средства, находящиеся на счетах, получены от осуществления вышеуказанной деятельности, а не в результате операций с имуществом должника.  

Следовательно, доводы о том, что у ФИО4 на момент внесения средств в депозит нотариуса в размере 32 млн. руб. была фактическая возможность погашения требований кредитора дочери ФИО1 за счет своих средств, не подтверждены документально.  

Ссылки на неверное применение редакции Закона о банкротстве не принимаются, поскольку положения статьи 10 и главы 3.2 Закона о банкротстве фактически определяют одни и те же условия для привлечения к ответственности.  

Доводы о пропуске срока исковой давности подлежат отклонению, поскольку основаны на исчислении срока с момента введения конкурсного производства, между тем, отсутствуют доказательства того, что к моменту введения конкурсного производства в распоряжении конкурсного управляющего имелись все необходимые сведения для предъявления требований к данным лицам. Кроме того, из материалов дела следует, что поиск и получение информации существенно затруднены. Более того, предыдущий  

управляющий ФИО23 был отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего. В рамках спора установлено, что ФИО23 не принимал мер, направленных на пополнение конкурсной массы (не принятие мер ко взысканию дебиторской задолженности в размере свыше 940 млн. руб. с поручителя ФИО14, не предъявление требований о привлечении ФИО9 к субсидиарной ответственности за пропуск срока обращения с требованием о взыскании задолженности в размере свыше 940 млн. руб. со ФИО9, как с поручителя. В рамках спора установлено, что фактически управляющий действовал не в интересах кредитора. В связи с чем, с учетом разъяснений, данных в абзаце втором пункта 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», срок исковой давности не может быть исчислен ранее утверждения независимого управляющего Вайнштейна.  

Апеллянтами не учитываются и положения пункта 1 статьи 200 ГК РФ, согласно которым, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.  

Иной даты исчисления срока давности, помимо даты введения конкурсного производства, апеллянты не называют.  

Следовательно, определение суда от 08.11.2024 подлежит изменению, апелляционные жалобы ФИО2, ФИО4 – частичному удовлетворению (подпункт 3 пункта 1 статьи 270 АПК РФ). Резолютивную часть определения следует изложить в иной редакции.  

Оснований для удовлетворения апелляционных жалоб ФИО1, ФИО3 не установлено.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.  

 Расходы апеллянтов по уплате государственной пошлины в силу статьи 110 АПК РФ относятся на апеллянтов с учетом результатов рассмотрения спора.  

Руководствуясь статьями 176, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 08.11.2024 по делу № А07-14712/2016 изменить, апелляционные жалобы ФИО2, ФИО4 – удовлетворить частично.  

Резолютивную часть определения Арбитражного суда Республики Башкортостан от 08.11.2024 по делу № А07-14712/2016 изложить в следующей редакции:  

«Заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ФИО8 Тюмень» удовлетворить частично.  

Признать доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО3 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ФИО8-Тюмень» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).  

Приостановить производство по заявлениям в части установления размера ответственности каждого лица до окончания расчетов с кредиторами.  

Взыскать в пользу общества с ограниченной ответственностью «ФИО8-Тюмень» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) с ФИО2 убытки в общей сумме 22 729 400 (двадцать два миллиона семьсот двадцать девять тысяч четыреста) руб., из них:  

- 19 569 400 (девятнадцать миллионов пятьсот шестьдесят девять тысяч четыреста) руб. в пределах стоимости наследственной массы наследодателей ФИО17 и ФИО39, в том числе 16 000 000 (шестнадцать миллионов) руб. солидарно со ФИО4.  

Взыскать в пользу общества с ограниченной ответственностью «ФИО8-Тюмень» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) со ФИО4 убытки в общей сумме 35 569 400 (тридцать пять миллионов пятьсот шестьдесят девять тысяч четыреста) руб. в том числе:  

- 16 000 000 (шестнадцать миллионов) руб. солидарно с ФИО2,  

- 3 569 400 (три миллиона пятьсот шестьдесят девять тысяч четыреста) руб. в пределах стоимости наследственной массы наследодателей ФИО17 и ФИО39.  

В удовлетворении заявленных требований в остальной части отказать.».  

Апелляционные жалобы ФИО1, ФИО3 оставить без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий судья Л.В. Забутырина 

Судьи И.В. Волкова 

 М.В. Ковалева