АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Казань                                                                                                   Дело № А65-39662/2024 

Дата принятия решения –  10 марта 2025 года.

Дата объявления резолютивной части –  04 марта 2025 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Абдрафиковой Л.Н.,

при ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания помощником судьи Хакимовым Э.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 18 февраля – 04 марта 2025 года, после объявленного в соответствии со ст. 163 АПК РФ перерыва, дело, возбужденное по заявлению Общества с ограниченной ответственностью Промышленно-коммерческая фирма "ТАЛ", г.Набережные Челны (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Набережные Челны Республики Татарстан 

о признании недействительным решения налогового органа от 10.10.2024 №7245 и уменьшению суммы НДС в размере 389 667 руб., излишне заявленной к возмещению по взаимоотношениям с ООО «Автостарт», признании недействительным доначисление пени, наложение штрафа, 

с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – Управления ФНС России по РТ,

от заявителя – ФИО1 по доверенности от 10.01.2025, диплом, ФИО2 по доверенности от 20.01.2025,

от заинтересованного лица – ФИО3 по доверенности от 01.02.2024, диплом,

от третьего лица –  ФИО3 по доверенности от 02.04.2024, диплом,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление Общества с ограниченной ответственностью Промышленно-коммерческая фирма "ТАЛ", г.Набережные Челны (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее – общество, налогоплательщик) к Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Набережные Челны Республики Татарстан (далее – инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения налогового органа от 10.10.2024 №7245 и уменьшению суммы НДС в размере 389 667 руб., излишне заявленной к возмещению по взаимоотношениям с ООО «Автостарт», признании недействительным доначисление пени, наложение штрафа.

Определением суда от 11.11.2024 дело назначено к рассмотрению по общим правилам искового производства с назначением предварительного судебного заседания на 17.01.2025. 

До начала судебного заседания от налогового органа поступили материалы проверки, отзыв. Судом отзыв, материалы проверки приобщены к материалам дела в порядке ст.131, ст.75 АПК РФ.

Определением суда от 17.01.2025 дело назначено к судебному разбирательству в заседании арбитражного суда на 18 февраля 2025 года.

До начала судебного заседания от заявителя поступили возражения на отзыв с приложенными документами. Налоговый орган относительно приобщения к материалам дела дополнительных документов возражал.

Судом возражения на отзыв с приложенными документами приобщены к материалам дела в порядке ст.81, ст.75 АПК РФ.

Налоговый орган просит приобщить к материалам дела решение инспекции. Судом решение инспекции приобщено к материалам дела в порядке ст.75 АПК РФ.

Заявитель ходатайствует об объявлении перерыва в судебном заседании для ознакомления с дополнительными документами налогового органа.

В судебном заседании 18.02.2025 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв до 04.03.2025. Информация о перерыве размещена в общем доступе в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на официальном сайте Арбитражного суда Республики Татарстан. После перерыва продолжено в том же судебном составе.

24.02.2025 от заявителя в материалы дела поступили возражения на отзыв налогового органа. Судом возражения заявителя приобщены к материалам дела в порядке ст.75 АПК РФ.

В ходе судебного заседания заявитель требования поддержал по основаниям, изложенным в заявлении. Налоговый орган требования не признал по основаниям, изложенным в отзыве.

Дело рассмотрено в соответствии со ст. 200 АПК РФ с участием представителей сторон и третьего лица по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Как следует из материалов дела, Инспекцией проведена камеральная налоговая проверка представленной 13.04.2023 ООО ПКФ «ТАЛ» налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость (далее - НДС) за 1 квартал 2023 года, по окончании которой составлен акт камеральной налоговой проверки от 27.07.2023 №5677, дополнение к акту налоговой проверки от 03.11.2023 №139.

По итогам рассмотрения материалов налоговой проверки инспекцией принято оспариваемое решение, которым налогоплательщик привлечен к налоговой ответственности, предусмотренной п. 3 ст. 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ, Кодекс), в виде штрафа на сумму 38 967 руб., доначислена сумма налога на добавленную стоимость, излишне полученной в заявительном порядке и подлежащую возврату в бюджет в размере 389 667 руб.

Основанием для отказа в применении налоговых вычетов по НДС послужили выводы налогового органа о нарушении проверяемым налогоплательщиком положений ст. 54.1, ст. 169, п. 1 ст. 171, п. 1 ст. 172 НК РФ, выразившимся в оформлении сделки с контрагентом ООО «АВТОСТАРТ».

Не согласившись с выводами налогового органа, заявитель обратился с жалобой в УФНС России по Республике Татарстан, в которой просил отменить решение налогового органа полностью.

Решением УФНС России по Республике Татарстан от 19.11.2024 № 2.7-18/034851® апелляционная жалоба налогоплательщика оставлена без удовлетворения.

Не согласившись с вышеуказанным решением Инспекции, налогоплательщик обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением, в котором просит признать его незаконным.

В заявлении налогоплательщик выражает несогласие и просит отменить обжалуемое решение налогового органа, приводя доводы о недоказанности выводов налогового органа. По мнению заявителя, доводы инспекции являются необоснованными, носят предположительный характер.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации организации вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия)  государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие – либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частями 4 и 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 №6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативного акта государственного органа или органа местного самоуправления недействительным, является, одновременно, как его несоответствие закону или иному нормативно-правовому акту, так, и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов граждан или юридических лиц, обратившихся в суд с соответствующим требованием.

Ввиду изложенного, требование о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, может быть удовлетворено судом при одновременном наличии двух обстоятельств: оспариваемые решение и действия (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушают права и законные интересы заявителя.

В соответствии со статьями 11, 143 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) плательщиками налога на добавленную стоимость (далее – НДС) являются юридические лица, образованные в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Пунктами 1 и 2 статьи 171 НК РФ предусмотрено, что налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на полагающиеся налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с НК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг). Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг).

В силу пункта 1 статьи 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав (включая комиссионера, агента, которые осуществляют реализацию товаров (работ, услуг), имущественных прав от своего имени) сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном настоящей главой.

При этом, данные первичных документов, составляемых при совершении хозяйственной операции должны отвечать установленным законодательством требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает реализацию права на осуществление налоговых вычетов.

Таким образом, для получения налогового вычета необходима совокупность следующих условий: наличие счетов-фактур, документов, подтверждающих фактическую уплату НДС, принятие указанных товаров (работ, услуг) на учет, а также строгое соответствие выставленных счетов-фактур требованиям пунктов 5, 6 статьи 169 НК РФ.

Представление налогоплательщиком документов в обоснование налоговых вычетов по НДС, само по себе не является достаточным основанием для получения соответствующей налоговой выгоды, если налоговым органом доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Такие разъяснения содержатся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 г. N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды".

Оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок. Установление наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. При этом учитываются представленные доказательства, касающиеся взаимодействия налогоплательщика с контрагентами в рамках проводимых операций, проявление им должной осмотрительности при осуществлении такого взаимодействия.

Совершение операций, рассчитанных на получение дохода за счет средств бюджета, не может рассматриваться как законная предпринимательская деятельность и, следовательно, не является основанием для применения тех норм налогового законодательства, которые регулируют налоговые последствия действий, совершенных в рамках реальной предпринимательской деятельности.

Отсутствие фактов реальной деятельности устанавливается на основе обстоятельств, содержащих признаки экономически не мотивированного поведения налогоплательщика.

В силу пункта 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с пунктом 2 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Из положений статей 9, 65, 67, 68 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что судебной оценке подлежат все имеющиеся в деле доказательства, входящие в предмет доказывания по данному делу, в их совокупности и взаимосвязи. Если налоговый орган представляет доказательства того, что в действительности хозяйственные операции с заявленными налогоплательщиком контрагентами не осуществлялись и не могли осуществляться, суды не могут ограничиваться проверкой формального соответствия представленных налогоплательщиком документов требованиям Кодекса, а должны оценить все доказательства по делу в совокупности и во взаимосвязи с целью исключения внутренних противоречий и расхождений между ними.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, Инспекцией проведена камеральная налоговая проверка представленной 13.04.2023 ООО ПКФ «ТАЛ» налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость (далее - НДС) за 1 квартал 2023 года, по окончании которой составлен акт камеральной налоговой проверки от 27.07.2023 №5677, дополнение к акту налоговой проверки от 03.11.2023 №139.

По итогам рассмотрения материалов налоговой проверки инспекцией принято оспариваемое решение, которым налогоплательщик привлечен к налоговой ответственности, предусмотренной п. 3 ст. 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ, Кодекс), в виде штрафа на сумму 38 967 руб., доначислена сумма налога на добавленную стоимость, излишне полученной в заявительном порядке и подлежащую возврату в бюджет в размере 389 667 руб.

Основанием для отказа в применении налоговых вычетов по НДС послужили выводы налогового органа о нарушении проверяемым налогоплательщиком положений ст. 54.1, ст. 169, п. 1 ст. 171, п. 1 ст. 172 НК РФ, выразившимся в оформлении сделки с контрагентом ООО «АВТОСТАРТ».

Исследовав материалы дела, оценив доводы и возражения сторон в соответствии со ст. 71 АПК РФ в совокупности с представленными в материалы дела доказательствами, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, в ходе камеральной налоговой проверки налогоплательщиком по взаимоотношениям с ООО «Автостарт» представлены следующие документы:

1)         Счета-фактуры: № 49 от 16.02.2023, № 52 от 16.02.2023, № 63 от 21.02.2023, № 111 от 16.03.2023 на общую сумму 2 338 000 рублей, в т.ч. НДС 389 666,67 рублей;

2)         Договор поставки № 50 от 01.07.2019;

3)         Счета-фактуры по реализации товаров в дальнейшем на экспорт в адрес ТОО

«EuroTrade-Motors» (Республика Казахстан). Согласно условиям договора доставка осуществлена самовывозом.

Согласно анализу книги покупок за 1 квартал 2023 года ООО «ПКФ ТАЛ» принято к вычету НДС по счетам-фактурам по приобретению запасных частей к автомобилям, оформленным от имени ООО «Автостарт».

Как установлено судом из материалов дела, в оспариваемом решении Инспекция пришла к выводу о том, что в нарушение положений пп.2 п.2 ст. 54.1, ст. 169, 171, 172 НК РФ, налогоплательщиком в проверяемом периоде неправомерно включены в состав налоговых вычетов суммы НДС по взаимоотношениям ООО «Автостарт».

Основанием для данного вывода налогового органа послужили следующие обстоятельства:

- у ООО «Автостарт» отсутствуют необходимые ресурсы для осуществления реальных хозяйственных операций (основные средств, транспорт, складские и офисные помещения). Налоговым органом не установлено место хранения запасных частей до их реализации в адрес ООО «ПКФ ТАЛ». Согласно показаниям заместителя генерального директора и завсклада ООО «ПКФ ТАЛ» поставка товара производилась силами ООО «Автостарт», 

- отсутствуют операции, связанные с обеспечением хозяйственной деятельности ООО «Автостарт», в том числе: по аренде помещений, аренде транспортных средств, покупке канцелярских товаров, расходы на связь и интернет, коммунальные платежи, отсутствие сайта организации и т.д., 

- руководитель ООО «Автостарт» уклонился от явки в налоговый орган; 

- отсутствуют поступления товаров (запасных частей) от реальных поставщиков согласно анализу книги покупок за период с 01.01.2023 по 31.03.2023, 

- отсутствие информации о способе доставке товаров в адрес ООО «ПКФ ТАЛ»;

- представленная информация о поставщике товаров ИП ФИО4 не соответствует действительности, так как отсутствует закуп товаров; заявленный в учредительных документах вид деятельности не соответствует фактически осуществляемой деятельности, т.е. деятельность ИП ФИО4 не связана с реализацией запасных частей; 

- юридический адрес организации находится по адресу места жительства руководителя; в проверяемом периоде у организации отсутствуют договора аренды помещений (офисных, складских); 

- обналичивание ООО «Автостарт» поступивших денежных средств от ООО «ПКФ ТАЛ» за реализацию запасных частей; 

- ФИО5 - руководитель ООО «Автостарт» также является руководителем ООО «ТД Автостарт», создает организации для фиктивного документооборота, является номинальным директором «транзитной» организации ООО «Автостарт»;

- согласно представленным на камеральную проверку документам ООО «ПКФ ТАЛ» по взаимоотношениям с ООО «Автостарт» и документам, поданным на государственную регистрацию организации ООО «Автостарт», инспекцией установлено несоответствие в подписях ФИО5,

- согласно анализу финансово-хозяйственной деятельности ООО «Автостарт» установлено, что начиная с 4 квартала 2022 происходит резкое увеличение оборотов за счет использования «фирм-однодневок», транзитных организаций.

Данные обстоятельства, по мнению налогового органа, свидетельствуют о создании заявителем формального документооборота при предъявлении налоговых вычетов по НДС по операциям по приобретению ТМЦ у ООО «Автостарт» с целью имитации видимости несения заявителем затрат и получения налоговой экономии, в виде применения налоговых вычетов по НДС.

Оспаривая указанное решение, заявитель указывает, что доводы налогового органа, указанные в решении, являются голословными, налоговым органом фактически не проведен анализ деятельности контрагента за период до 4 квартала 2021 года. Суждения и выводы Инспекции об оцениваемых фактах финансово-хозяйственных операций не подтверждены достаточными и достоверными доказательствами.

Как указывает заявитель, спорный контрагент в проверяемом периоде являлся действующим, осуществлял реальную хозяйственную деятельность. При этом, обращая внимание на длительность взаимоотношений с указанным контрагентом, а именно с 2019 года и отсутствие претензий налогового органа к указанной организации по предыдущим периодам налогообложения.

По мнению заявителя, Инспекцией не установлены и не доказаны обстоятельства, свидетельствующие об умышленных действиях общества, направленных на искажение фактов хозяйственной жизни в части отражения в учете нереальных операций (создании фиктивного документооборота); о совершении сделок со спорным контрагентом, в отсутствие экономической обоснованности и разумной деловой цели; о согласованности действий между обществом и спорным контрагентом в целях занижения налога обществом; о том, что общество контролировало деятельность организаций - контрагентов, использовало их с целью уклонения от уплаты налогов путем создания фиктивного документооборота по нереальным сделкам (поставкам).

По смыслу части 1 статьи 65 АПК РФ заявитель должен доказать факт нарушения обжалуемыми актами, решениями, действиями (бездействием) своих прав и законных интересов.

В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды, в т.ч. уклонения от налогообложения. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

Таким образом, налогоплательщик обязан представить в установленном порядке документы, подтверждающие обоснованность заявленных налоговых вычетов и расходов, а налоговый орган обязан документально подтвердить правомерность отказа в применении вычета по налогу и принятия затрат в состав расходов.

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 3 Налогового кодекса законодательство о налогах и сборах исходит из всеобщности и равенства налогообложения, необходимости взимания налогов в соответствии с их экономическим основанием и недопустимости произвольного налогообложения, что предполагает необходимость учета экономических аспектов регулирования в сфере налогообложения при разрешении споров.

В соответствии с пунктом 2 статьи 171 НК РФ вычетам подлежат суммы налога на добавленную стоимость, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров (работ, услуг).

Налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), и при наличии соответствующих первичных документов (пункт 1 статьи 172 НК РФ).

При этом документы, представленные налогоплательщиком в подтверждение правомерности применения налоговых вычетов, должны отвечать установленным требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые последствия.

Согласно пункту 2 статьи 169 НК РФ счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 названной статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Таким образом, налогоплательщик обязан представить в установленном порядке документы, подтверждающие обоснованность заявленных налоговых вычетов и расходов, а налоговый орган обязан документально подтвердить правомерность отказа в применении вычета по налогу и принятия затрат в состав расходов.

Как указывалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 28.03.2000 N 5-П, от 03.06.2014 N 17-П, от 10.07.2017 N 19-П, от 28.11.2017 N 34-П, от 30.06.2020 N 31-П, определение от 19.10.2021 N 2134-О и др.) и кассационной практике Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (определения от 03.10.2017 N 305-КГ17-4111, от 13.09.2018 N 309-КГ18-7790, от 25.01.2021 N 309-ЭС20-17277 и др.), по своей экономико-правовой природе НДС является косвенным налогом на потребление товаров (работ, услуг), взимаемым на каждой стадии их производства и реализации субъектами хозяйственного оборота до передачи потребителю, исходя из стоимости (цены), добавленной на каждой из указанных стадий, и перелагаемым на потребителей в цене реализуемых им товаров, работ и услуг.

В процессе производства и коммерческой реализации товаров (работ, услуг) расходы поставщика по уплате налога в бюджет фактически перекладываются на покупателя, который, осуществляя, в свою очередь, реализацию полученного товара как поставщик, также получает компенсацию, но уже от последующего покупателя. Цепь переложения налога завершается тогда, когда имеет место реализация товаров (работ, услуг) их потребителю, который и несет фактическое налоговое бремя НДС. С этой целью законодателем предусмотрен механизм определения суммы налога к уплате с учетом налоговых вычетов (суммы налога, перечисленной налогоплательщиком своим поставщикам товаров (работ, услуг), которые в соответствии с пунктом 2 статьи 171 Налогового кодекса уменьшают его налоговую базу по НДС.

Исходя из указанных положений вычет налогоплательщиком - покупателем сумм НДС, предъявленных ему контрагентами при приобретении товаров (работ, услуг), не является факультативным элементом налогообложения. Право покупателя на вычет "входящего" налога обусловлено правовой природой НДС как налога на потребление, в связи с чем, вопрос о предоставлении вычета не может решаться произвольно.

В частности, согласно неоднократно высказанной Конституционным Судом Российской Федерации правовой позиции (пункт 2.2 Постановления N 41-П, определения от 10.11.2016 N 2561-О, от 26.11.2018 N 3054-О и др.), право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц. Иное, вопреки конституционному принципу равенства (статья 19 Конституции Российской Федерации) и связанному с ним принципу поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, могло бы лишить налогоплательщиков предсказуемости последствий исполнения ими закона.

В пунктах 1 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление N 53) разъяснено, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы; налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Подпунктом 2 пункта 6 данного Постановления указано, что судам необходимо иметь в виду, что взаимозависимость участников сделок сама по себе не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной. Однако, это обстоятельство в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, в частности, указанными в пункте 5 настоящего Постановления, могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

На основании положений статьи 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 16.07.2009 N 924-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы открытого акционерного общества "ЛК Лизинг" на нарушение конституционных прав и свобод положениями статей 106, 110, 169, 171 и 172 НК РФ", нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, так арбитражные суды в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение юридически значимых обстоятельств (факт оказания услуг, реализации товара, наличие иных документов, подтверждающих хозяйственные операции, и другие) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24.01.2008 N 33-О-О и от 05.03.2009 года N 468-О-О).

При оценке обоснованности налоговой выгоды согласно пункту 1 постановления Пленума N 53 предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В качестве основания для отказа в предоставлении налогового вычета заинтересованное лицо в оспариваемом решении ссылается на отсутствие фактических взаимоотношений с проблемным контрагентом.

В то же время суд отмечает, что ни в ходе мероприятий налогового контроля, ни в ходе судебного разбирательства налоговым органом не представлены доказательства, которые с достаточной и необходимой степенью достоверности подтверждают данные обстоятельства.

В материалы дела представлены первичные документы, в том числе договор поставки, заключенный между обществом и спорным контрагентом, счета- фактуры по приобретению спорного ТМЦ и счета-фактуры по реализации спорного ТМЦ.

Перечисленные документы в полной мере подтверждают реальность сделок со спорным контрагентом, при этом налоговым органом реализация спорного ТМЦ в адрес покупателей не оспаривается.

Довод об отсутствии у спорного контрагента имущественных ресурсов, по мнению суда, не доказывает технический характер контрагента и не опровергает факт поставки товара, поскольку отсутствие у ООО «Автостарт» основных и транспортных средств не может выступать квалифицирующими признаками возможности или невозможности ведения предпринимательской деятельности (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 29.06.2018 N А12-37867/2017, Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2023 N 11АП-2487/2023 по делу N А55-30421/2022).

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 N 305-КГТ6-10399 отсутствие работников у контрагента само по себе не является признаком недобросовестности, поскольку закон не обязывает организацию иметь собственные основные средства и штат работников при осуществлении хозяйственной деятельности. Если у контрагента нет имущества, это не означает, что он не может вести деятельность. Аналогичная правовая позиция получила свое отражение в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 19.04.2017 по делу N А12-20203/2016.

Отсутствие у ООО «Автостарт» задекларированной материально-технической базы, персонала, неисполнительность в своих налоговых обязанностях, сами по себе не порочат сделки с его участием по налоговым последствиям для Общества, а касаются оценки деятельности спорного контрагента, за которую заявитель ответственность нести не может.

Аналогичная правовая позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 31.05.2019 N Ф06-47098/2019 по делу N А12-23867/2018 из которой следует, что факт отсутствия материальных и трудовых ресурсов у контрагентов налогоплательщика не исключает возможности реального осуществления хозяйственных операций и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды, поскольку привлечение работников возможно по договорам гражданско-правового характера, а также аутсорсинга и аутстаффинга (аренда персонала). Отсутствие у контрагентов управленческого и технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств, а также не осуществление платежей, сопровождающих фактическое осуществление деятельности (оплата за связь, коммунальные услуги, перечисление заработной платы и др.), не являются квалифицирующими признаками возможности (невозможности) ведения соответствующей предпринимательской деятельности.

Более того, указанные обстоятельства не имеют значения для поставки товара, т.к. это не подрядные работы или услуги, где необходимы специалисты, осуществляющие работы (оказывающие услуги), а в обязанности поставщика входит только передача товара в месте и в дату, установленные соглашением сторон. Эту обязанность спорный контрагент выполнил, товар был передан налогоплательщику и указанные операции обоснованно отражены в налоговом учете налогоплательщика. Инспекция не указывает, какие, по ее мнению, земельные и "имущественные" ресурсы должно иметь ООО «Автостарт» для ведения реальной хозяйственной деятельности и поставки товаров Обществу.

Таким образом, довод налогового органа об отсутствии собственных средств (транспорта, складов и т.д.) не доказывает технический характер контрагента и нереальность поставок, а, следовательно, и необоснованность получения налогоплательщиком налоговой выгоды, в связи с чем, доначисление заявителю сумм НДС за 4 квартал 2021 года нельзя признать правомерным.

Выводы налогового органа об отсутствии у ООО «Автостарт» платежей на обеспечение ведения обычной хозяйственной деятельности не может приниматься во внимание, поскольку для подтверждения факта отсутствия хозяйственных расходов (арендная плата, услуги связи, коммунальные услуги, реклама в средствах массовой информации и т.д.) отсутствия выплаты заработной платы персоналу, недостаточно провести анализ движения денежных средств по расчетным счетам, так как оплата этих расходов может производится из кассы предприятия, путем взаимозачетов, по акту приемки-передачи векселя и другими не запрещенными законодательством РФ способами. 

Кроме того, как указывает налоговый орган в оспариваемом решении (стр. 42 том 1), ООО «Автостарт» в 1 квартале 2023 года осуществлены перечисления в адрес ООО «Единство-Капитал» в размере 54 789 руб., с назначением платежа «Арендная плата по счету…». Директор ООО «Единство-Капитал» подтвердил налоговому органу, что ООО «Автостарт» арендует офисное помещение 202 по адресу: 

<

...>.

Следует также учитывать, что, приобретая товар у спорного контрагента, налогоплательщик в силу закона (банковской тайны) не мог обладать сведениями о движении денежных средств по его расчетным счетам. Кроме того, товар был оплачен проверяемым налогоплательщиком, что налоговым органом не оспаривается.

Доводы налогового органа об обналичивании денежных средств проблемным контрагентом не могут приняты судом, поскольку факт возврата денежных средств налогоплательщику материалами проверки не установлен, в то время как налогоплательщик при добросовестном осуществлении предпринимательской деятельности не может нести ответственность за деятельность третьих лиц.

При этом, суд считает необходимым отметить, что налоговых разрывов по первому звену не установлено, сделка отражена в книге покупок-продаж сторон.

Доводы инспекции об отсутствии закупа реализованного заявителю товара судом отклоняются, поскольку Инспекция, проверяя налогоплательщика, ограничилась анализом движения денежных средств по счетам контрагента только за проверяемый период, не учитывая того, что товар мог быть приобретен в более ранний период.

Таким образом, по мнению суда, налоговый орган не доказал отсутствие платежей в оплату товаров и на ведение обычной хозяйственной деятельности проблемным контрагентом, а также не доказал отсутствие оплаты за товар иными незапрещенными законом способами. В связи с чем, довод налогового органа об отсутствии права у заявителя права включить в сумму НДС по сделкам с проблемным контрагентом в состав покупок и получить возмещение по НДС не обоснован.

Следует так же отметить, что отсутствие контрагентов по юридическому адресу само по себе не препятствует налогоплательщику реализовать свое право на вычет, что подтверждается соответствующей судебной практикой (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 06.06.2018 N Ф09-3371/18 по делу N А34-7958/201, Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 08.06.2018 N Ф10-2079/2018 по делу N А64-6587/2016, Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 23.05.2018 N Ф07-4815/2018 по делу N А56-68921/2017).

Таким образом, отсутствуют основания полагать, что спорный контрагент не находился по фактическому адресу места ведения деятельности в проверяемый период, доказательств обратного налоговым органом не представлено, что в свою очередь свидетельствует о необоснованности утверждений Инспекции о техническом характере ООО «Автостарт».

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, в проверяемом налоговом периоде ООО «Автостарт» числилось в ЕГРЮЛ, зарегистрировано в установленном законом порядке, поставлено на налоговый учет, согласно картотеке арбитражных дел в производстве судов имеются 9 дел, что говорит о факте взаимоотношений между указанным обществом и иными лицами, в реестре недобросовестных юридических лиц не значился, осуществлял реальную хозяйственную деятельность, что не может свидетельствовать о его неблагонадежности. Налоговым органом не представлено доказательств, свидетельствующих об обратном.

Налоговый орган обращает внимание, что подпись директора ООО «Автостарт» на УПД, представленных контрагентом по встречной проверке визуально отличаются от подписи в учредительных документах ООО «Автостарт».

Вместе с тем, почерковедческая экспертиза инспекцией не проводилась, сведений о том, что директор «Автостарт» отрицает факт поставки товара в адрес заявителя и считает первичные документы с его подписью подложными, в материалах дела не имеется.

Суд так же отмечает, что непредставление обществом товарно-транспортных накладных (далее - ТТН) само по себе не свидетельствует об отсутствии правовых оснований для применения налогового вычета по НДС по операции приобретения товара. Отсутствие ТТН, при отсутствии со стороны налогового органа иных надлежащих, относимых и допустимых доказательств недобросовестности самого заявителя не искажает информации о произведенных хозяйственных операциях и их участниках и не является бесспорным основанием для отказа заявителю в получении вычетов по НДС. Кроме того, анализ действующего законодательства позволяет сделать вывод, что оформление ТТН является обязательным только в случаях, когда товар перевозит специализированная организация.

Кроме того, судом установлено, что согласно показаниям свидетелей (ФИО6, ФИО7), ООО «Автостарт» осуществляло доставку запасных частей собственными силами либо наемным транспортом по юридическому адресу ООО «ПКФ ТАЛ». Таким образом, свидетели не опровергают, что спорный ТМЦ доставлялся в адрес заявителя. 

По мнению суда, доводы налогового органа о выявленных нарушениях не носят бесспорный характер и опровергаются установленными в ходе судебного разбирательства фактами и доказательствами.

Из п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" следует, что факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом. 

Налоговая выгода может быть также признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что деятельность налогоплательщика направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей.

Между тем, соответствующих доказательств в материалы дела налоговым органом не представлено. В частности, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что применительно к спорным сделкам у Общества отсутствовала разумная экономическая цель, либо то, что Общество действовало совместно со спорными контрагентами с целью получения необоснованной налоговой выгоды, либо имеются иные обстоятельства, которые позволили бы утверждать о недобросовестности налогоплательщика.

Таким образом, вывод о формальном документообороте сделан проверяющими при отсутствии достаточного количества доказательств и основан на субъективных предположениях. Доказательствами могут являться только факты, а не отсутствие фактов.

При этом налоговым органом не доказано, что основной целью сделок являлась налоговая экономия, в чем конкретно она выражалась, не установлена причинно-следственная связь между действиями должностных лиц Общества и спорных контрагентов при совершении сделок, в чем заключаются потери бюджета РФ (если они имеют место быть).

Вместе с тем, суд считает необходимым отметить, что по своей экономико-правовой природе НДС является косвенным налогом на потребление товаров (работ, услуг), взимаемым на каждой стадии их производства и реализации субъектами хозяйственного оборота до передачи потребителю, исходя из стоимости (цены), добавленной на каждой из указанных стадий, и перелагаемым на потребителей в цене реализуемых им товаров, работ и услуг.

Обусловленная природой НДС стадийность взимания данного налога в процессе производства и коммерческой реализации товаров (работ, услуг) предполагает, что использование права на вычет налога покупателем предопределяется непрерывным предъявлением налога по мере движения товаров (работ, услуг) от одного хозяйствующего субъекта к другому (п. 1 ст. 168 НК РФ) и принятием в связи с этим каждым из участников оборота обязанности по уплате в бюджет предъявляемых сумм налога (п. 1 ст. 173 НК РФ).

Соответственно, отказ в праве на налоговый вычет может иметь место, если процесс реализации товаров (работ, услуг) не сопровождается соблюдением корреспондирующей этому праву обязанности по уплате НДС в бюджет в денежной форме, на что обращено внимание в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.11.2004 N 324-О (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (утв.Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020).

Обстоятельства, на которые ссылается налоговый орган, не могут служить основанием для возложения соответствующих негативных последствий на Общество, являющееся покупателем товаров (работ, услуг). Инспекцией не соблюдены рекомендации, указанные в Методических рекомендациях об исследовании и доказывании фактов умышленной неуплаты или неполной уплаты сумм налогов (далее - Методические рекомендации), разработанные ФНС России совместно со Следственным комитетом РФ, а именно не проверено, имеются ли внешние источники, которые подтверждают наличие умысла в противоправных действиях должностных лиц (п. 6 Методических рекомендаций), не собраны доказательства умышленного уклонения от налогов (п. 7 Методических рекомендаций), не собраны свидетельства умышленного уклонения от налогов, цели и мотивы действий должностных лиц, виновность которых доказывается (п. п. 4, 8 Методических рекомендаций). 

Согласно правовой позиции КС РФ, выраженной в Определении № 329-0 от 16.10.2003, налоговое законодательство не возлагает на налогоплательщика обязанность по проверке деятельности его контрагентов, которые являются самостоятельными налогоплательщиками и несут в случае недобросовестного исполнения налоговых обязательств налоговую ответственность. 

Тем более, Общество не может нести ответственность за всю цепочку контрагентов и контролировать налоговую добросовестность поставщиков товаров, работ, услуг 2-го, 3- го и прочих звеньев, что подтверждается, в том числе Письмом ФНС России от 23.03.2017 № ЕД5- 9/947@, из которого следует, что Общество, как налогоплательщик, не несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет. 

При этом, суд считает необходимым отметить, что ни Общество, ни его контрагенты, ни иные налогоплательщики не имеют доступа к ИР ФКУ «Налог-сервис» и иным специальным информационным ресурсам, к которым имеют доступ должностные лица налоговых органов. Налогоплательщики могут использовать только данные, имеющиеся в открытом доступе, а также документы, предоставленные самим контрагентом.

Исходя из письма Минфина РФ от 31.12.2008 № 03-02-07/2-231, совместного письма Минфина РФ и ФНС России от 11.02.2010 № 3-7-07/84, письма Минфина РФ от 29.11.2013 № 03-02-07/1/51753, меры по установлению надлежащей деловой репутации контрагента и проявлению должной осмотрительности включают в себя, в частности, получение налогоплательщиком от контрагента копии свидетельства о постановке на учет в налоговом органе, проверку факта занесения сведений о контрагенте в Единый государственный реестр юридических лиц, получение доверенности или иного документа, подтверждающего необходимые полномочия представителя на подписание документов от имени контрагента, использование официальных источников, характеризующих деятельность контрагента.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика. 

В свою очередь, на налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. 

Иными словами, налоговый орган, вменяя налогоплательщику создание формального документооборота должен доказать, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности. 

Так, декларации по НДС проходят автоматизированную камеральную налоговую проверку. Для этого используется АСК «НДС-2» (письмо ФНС России от 05.05.2016 № ЕД4-15/8122). Эта система в автоматическом режиме проверяет, правильно ли рассчитан НДС и заявлены вычеты (возмещение); анализирует данные деклараций по НДС, сопоставляя их с данными деклараций всех контрагентов. 

АСК «НДС-2» позволяет сравнивать показатели счетов-фактур, книг покупок и продаж, журналов учета полученных и выставленных счетов-фактур плательщиков с аналогичными данными у контрагентов. В результате такой перекрестной проверки налоговый орган не только проверяет, в полном ли объеме исчислен и уплачен в бюджет НДС, но и отслеживает, заявленные вычеты по НДС с операций, по которым контрагент не уплатил налог в бюджет, то есть выявляет налоговый разрыв. Следовательно, уже на моменте принятия деклараций по НДС и ее камеральной налоговой проверки инспекция устанавливает факт неотражения реализации контрагентом. 

Далее происходит сопоставление записей о счетах-фактурах у покупателя и продавца и в случае выявления расхождений автоматически формируется требование с протоколом расхождений. В рамках камеральной проверки, представленных налогоплательщиками налоговых деклараций по НДС, налоговый орган направляет им требование о представлении пояснений и представлении уточенной декларации. Общество не должно нести ответственность за недобросовестное поведение юридических лиц, являющихся самостоятельными налогоплательщиками. О самостоятельности и осуществлении реальной хозяйственной деятельности контрагентов свидетельствует наличие взаимоотношений с иными контрагентами, представление налоговой отчетности, уплаты налогов, что подтверждается выписками с расчетных счетов контрагентов. 

Согласно требованиям налогового законодательства (п. 3 ст. 100, п. 4, 5 ст. 101 НК РФ) факты, отраженные в акте и в решении налоговой инспекции, должны быть результатом тщательно проведенной проверки, исключающей неточности и обеспечивающей полноту вывода о несоответствии налоговому законодательству совершенных проверяемым лицом действий. Решение не должно содержать предположений, не основанных на доказательствах. Каждый вывод о допущенных проверяемым лицом нарушениях, в том числе о не проявлении должной осмотрительности должен быть подтвержден первичными документами и ссылками на эти первичные документы либо иными доказательствами. 

Согласно п. 2 ст. 87 НК РФ налоговые проверки проводятся в целях контроля за соблюдением налогоплательщиком законодательства о налогах и сборах. Установленный законодательством о налогах и сборах порядок должен обеспечивать надлежащую реализацию прав и законных интересов налогоплательщиков в правовом государстве, что предполагает обязанность руководителя (заместителя руководителя) налогового органа провести всестороннюю и объективную проверку обстоятельств, влияющих на вывод о наличии недоимки (суммы налога, не уплаченной в срок), не ограничиваясь содержанием налоговой декларации, установить действительный размер налоговой обязанности, в том числе при разумном содействии налогоплательщика - с учетом сведений и документов, представленных им с возражениями на акт налоговой проверки и в ходе рассмотрения материалов налоговой проверки в соответствии с п. 6 ст. 100, п. 4 ст. 101 НК РФ. 

При этом, исходя из положений п. 2 ст. 22 НК РФ, устанавливающих обязанность налоговых органов обеспечивать права налогоплательщиков, налоговое администрирование должно осуществляться с учетом принципа добросовестности, предполагающего учет законных интересов плательщиков налогов и недопустимость создания формальных условий для взимания налогов сверх того, что требуется по закону.

Вместе с тем из обстоятельств, установленных в ходе рассмотрения дела и анализа доказательств, имеющихся в материалах дела, следует, что Обществом соблюдены требования ст.ст. 169, 171, 172, п. 1 ст. 54.1 НК РФ по сделкам с контрагентами. Заявителем в материалы дела представлены доказательства сформирования источника возмещения НДС на первом звене, в связи с чем, реальность осуществления финансово-хозяйственной деятельности в производственном процессе Общества налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ не оспорена. 

Также в оспариваемом решении не приведены доказательства того, что целью перечисления налогоплательщиком денежных средств на расчетные счета контрагентов было их последующее «обналичивание» в интересах именно заявителя; отсутствуют доказательства не проявления обществом должной осмотрительности при выборе контрагентов. 

Так, налоговый орган в целях легализации объектов налогообложения на постоянной основе приглашает налогоплательщиков на комиссии, в том числе и налогоплательщиков с низкой налоговый нагрузкой. Следовательно, именно налоговый орган обязан своевременно выявлять допущенные налогоплательщиками нарушения налогового законодательства, запрашивать у налогоплательщиков причины низкой налоговой нагрузки, пресекать участие в схемах уклонения от налогообложения и предпринимать меры к легализации плательщиками объектов налогообложения. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017 года, факт неисполнения поставщиком обязанности по уплате налогов сам по себе не может являться основанием для возложения негативных последствий на налогоплательщика, проявившего должную осмотрительность при выборе контрагента, при условии реального исполнения заключенной сделки. 

В связи с указанным, суд находит обоснованным довод Общества об отсутствии у него реальной возможности убедиться как в указанных обстоятельствах, так и в иных фактах финансово-хозяйственной деятельности контрагентов, их взаимоотношений с налоговыми органами, как в силу банковской, так и налоговой тайны. 

В свою очередь, меры по установлению надлежащей деловой репутации контрагента по гражданско-правовому договору включают в себя, в частности, получение налогоплательщиком от контрагента копии свидетельства о постановке на учет в налоговом органе, проверку факта занесения сведений о контрагенте в Единый государственный реестр юридических лиц, получение доверенности или иного документа, подтверждающего необходимые полномочия представителя на подписание документов от имени контрагента, использование официальных источников информации, характеризующих деятельность контрагента (письмо Минфина РФ и ФНС России от 11.02.2010 N 3-7-07/84, письмо Минфина РФ от 31.12.2008 N 03-02-07/2-231, письмо Минфина РФ от 29.11.2013 N 03-02- 07/1/51753). 

Таким образом, оценив и исследовав в совокупности и взаимосвязи, установленные факты, с обстоятельствами, положенными налоговым органом в основу оспариваемого решения, суд считает выводы налогового органа об отсутствии реальности сделок со спорным контрагентом необоснованными, и приходит к выводу о недоказанности налоговым органом наличия согласованных неправомерных и умышленных действий заявителя и спорного контрагента, а также создании видимости гражданско-правовых отношений направленных на получение заявителем необоснованной налоговой выгоды

При этом, согласно п. 7 ст. 3 НК РФ, все неустранимые сомнения, противоречия и неясности акта законодательству о налогах и сборах трактуются в пользу налогоплательщика.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от № 305-КГ16-10399 противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность товародвижения от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и более дальних звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что налоговый орган не доказал факт получения Обществом необоснованной налоговой выгоды по взаимоотношениям со спорным контрагентом.

По мнению суда, обстоятельства, на которые ссылается налоговый орган, не опровергают доводы заявителя и не свидетельствуют о недобросовестности Общества, относятся исключительно к деятельности рассматриваемого контрагента. Указанные обстоятельства не могут служить основанием для возложения соответствующих негативных последствий на общество, являющегося покупателем товаров.

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу, что из обстоятельств, установленных в ходе рассмотрения дела и анализа доказательств, имеющихся в материалах дела, следует отсутствие бесспорных доказательств несоблюдения Обществом требований ст. ст. 169, 171, 172, п. 1 ст. 54.1 НК РФ по сделкам со спорным контрагентом.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений. Пунктом 1 названной статьи, и пунктом 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения, возложена на налоговый орган, который принял решение.

В связи с этим, при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

Однако такого рода обстоятельства, налоговым органом в ходе проведения налоговой проверки установлены не были и в ходе судебного разбирательства соответствующие доказательства суду также не представлены.

Материалами дела подтвержден факт представления налогоплательщиком на проверку налоговому органу всех необходимых документов, подтверждающих взаимоотношения между заявителем и спорным контрагентом. Указаний на наличие недостатков при оформлении счетов-фактур (УПД), представленных заявителем в ходе проверки, решение не содержит.

Приведенные налоговым органом в решении выводы сами по себе, безусловно не могут свидетельствовать о не совершении Обществом хозяйственных операций, о наличии в его действиях умысла без наличия доказательств, что оно знало об указанных фактах и заключило с данным контрагентом сделки, желая либо сознательно допуская наступление вредных последствий.

Таким образом, из оспариваемого решения налогового органа не следует, что применительно к спорному налоговому периоду спорный контрагент не исполнял своих обязанностей по уплате налогов, в том числе по взаимоотношениям с Обществом. Также в оспариваемом решении отсутствуют доказательства не проявления обществом должной осмотрительности при выборе контрагента. Как следует из материалов дела, взаимоотношения заявителя и спорного контрагента являлись длительными с 2019 года, и претензий к данному контрагенту ранее у налогового органа не имелось.

В рассматриваемом случае, указывая на минимизацию налоговых обязательств за счет использования "технической" организации, не исчислившей НДС, налоговый орган не учел, что в случае отсутствия поступления в бюджет НДС вследствие неправомерных действий контрагентов первого, второго и более дальних звеньев это является основанием для предъявления налоговых претензий к этим компаниям и контролирующим их лицам. При этом неправомерно возлагать ответственность за неуплату налогов и сборов на налогоплательщика, если между ним и контрагентами не доказан сговор (Определение ВС РФ от 28.05.2020 г. N 305-ЭС19-16064, п. 6 письма ФНС от 28.07.2020 г. N БВ-4-7/12120).

Иная трактовка означала бы возложение ответственности за неуплату налогов, допущенную иными лицами, на покупателя, у которого не было возможности предотвратить это нарушение (Определение ВС от 14.05.2020 г. N 307-ЭС19-27597, п. 5 письма ФНС от 28.07.2020 г. N БВ-4-7/12120).

Так, пунктом 1 статьи 105.1 Кодекса предусмотрено, что взаимозависимыми признаются лица, особенности взаимоотношений между которыми могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых между ними, и (или) экономические результаты деятельности этих (представляемых ими) лиц.

Лица, признаются взаимозависимыми в случаях, прямо предусмотренных пунктом 2 статьи 105.1 НК РФ. При этом взаимозависимость участников сделок сама по себе не является доказательством получения какой-либо налоговой выгоды. Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами. 

То есть, налоговый орган должен представить доказательства, подтверждающие, что контрагенты налогоплательщика (взаимозависимые с ними лица) или налогоплательщик имели возможность влиять на определение условий совершаемых ими друг с другом сделок, а контрагент налогоплательщика или сам налогоплательщик действовал в общих экономических интересах группы, к которой они принадлежат, были связаны в полноте свободы принятия решений в сфере своей финансово-хозяйственной деятельности, что должно было сказаться на условиях и результатах исполнения соответствующих сделок.

В Постановлении от 06 апреля 2010 года № 17036/09 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал на то, что по делам, связанным с взаимозависимостью участников сделки, следует устанавливать, каким образом взаимозависимость повлекла необоснованную выгоду и за счет чего конкретно, такая выгода образовалась. Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 26 сентября 2014 года по делу № А72-10625/2013.

В нарушение вышеуказанных положений, налоговым органом в ходе проверки не собраны достаточные доказательства и не установлены факты согласованности действий группы лиц, факты подконтрольности фирм, с которыми заключены сделки; факты имитации хозяйственных связей с фирмами; сложность, запутанность повторяющихся (продолжающихся) действий налогоплательщика, свойственные налоговым схемам, а не обычной деятельности. Доказательства управления финансово-хозяйственной деятельностью спорных контрагентов именно заявителем в материалах дела также отсутствуют.

Таким образом, оснований для доначисления НДС у Инспекции в рассматриваемом случае не имелось.

С учетом изложенного, принимая во внимание установленные судом обстоятельства дела, а также учитывая отсутствие доказательств умышленных действий заявителя, суд приходит к выводу о необоснованном привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения, по п. 3 ст. 122 НК РФ.

Согласно частям 2 и 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными, а, в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Из содержания  частей 2 и  3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует вывод о том, что для признания оспариваемого ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц незаконными суд должен установить наличие двух условий в совокупности: 

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту; 

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу  части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

С учетом изложенного, принимая во внимание установленные судом обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что оспариваемое решение не соответствует требованиям Налогового кодекса Российской Федерации и нарушает права и законные интересы заявителя, что в силу статьей 198, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для признания его недействительным, и, возложения на налоговый орган обязанности устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на налоговый орган.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 169, 170, 176, 201  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

Р Е Ш И Л :

Заявление удовлетворить.

Признать недействительным решение Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Набережные Челны Республики Татарстан от 10.10.2024 №7245 о привлечении Общества с ограниченной ответственностью Промышленно-коммерческая фирма "ТАЛ" к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Обязать Инспекцию Федеральной налоговой службы по г. Набережные Челны Республики Татарстан устранить допущенное нарушение прав и законных интересов Общества с ограниченной ответственностью Промышленно-коммерческая фирма "ТАЛ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Взыскать с Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Набережные Челны Республики Татарстан в пользу Общества с ограниченной ответственностью Промышленно-коммерческая фирма "ТАЛ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) расходы по уплате государственной пошлины в размере 50 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Республики Татарстан.

Судья                                                                                                      Л.Н. Абдрафикова