АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2828/22 

Екатеринбург

30 ноября 2022 г.

 

Дело № А07-13166/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 23 ноября 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 ноября 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Соловцова С.Н., Новиковой О.Н.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 12.07.2022 по делу № А07-13166/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании, проведенном посредством путем использования системы веб-конференции, принял участие арбитражный управляющий ФИО2 (лично, паспорт).

 

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 25.12.2020 Муниципальное унитарное предприятие Управление электротранспорта городского округа город Уфа Республики Башкортостан (далее – МУЭТ г. Уфы, должник) признано несостоятельным (банкротом) в отношении него введена процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на арбитражного управляющего ФИО3.

Определением от 19.03.2021 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2.

Представитель комитета кредиторов должника ФИО4 обратился с заявлением о признании действий конкурсного управляющего МУЭТ г. Уфы ФИО2 незаконными и об отстранении арбитражного управляющего от исполнения обязанностей конкурсного управляющего МУЭТ г. Уфы.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 12.07.2022, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2022, жалоба представителя комитета кредиторов признана обоснованной, ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) МУЭТ г. Уфы.

Не согласившись с указанными судебными актами, арбитражный управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение норм материального права, нарушение процессуального права и несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и материалам дела, просит указанные судебные акты отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

В обоснование кассационной жалобы ответчик указывает на то, что при рассмотрении требований об отстранении его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего судами не была оценена существенность допущенных нарушений. В качестве нарушения процессуального права ответчик указывает, что в нарушение разъяснений, приведенных в подпункте 6 пункта 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35), орган по контролю (надзору) (Росреестр) не был привлечен к участию в споре. Кассатор настаивает на доводах о том, что нарушений в части отдельного учета залогового имущества не допущено, поскольку рыночная стоимость каждой позиции залогового имущества в отчете об оценке указана отдельно, при оценке имущества был учтен его залоговый статус. Заявитель кассационной жалобы отмечает, что при рассмотрении жалобы в части доводов о нарушении порядка публикации итогов инвентаризации имущества должника судами не были учтены сведения о том, что кредиторы были ознакомлены с материалами инвентаризации на заседании комитета кредиторов, соответственно, права кредиторов не были нарушены. Ответчик не согласен с выводами судов относительно нарушения порядка проведения инвентаризации вновь выявленного имущества. Кассатор отмечает, что вывод о его бездействии по согласованию проекта Положения о реализации имущества с залоговым кредитором до даты заседания комитета кредиторов не соответствует обстоятельствам дела. Кроме того, ответчик полагает, что выводы судов о нарушении требований Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) по согласованию с органами местного самоуправления условий, порядка эксплуатации социально-значимого имущества ошибочны, поскольку решение о признании за имуществом должника статуса социально-значимого не было принято, при этом управляющий обращался к Администрации г. Уфы с вопросом об отнесении имущественного комплекса к социально-значимому. Кассатор полагает ошибочными выводы судов о предоставлении кредиторам недостоверных сведений о работе с дебиторской задолженность, отмечает, что судами неверно истолкованы пояснения по обстоятельствам работы с дебиторами (акционерным обществом «Уфимский трамвайно-троллейбусный завод» (далее – общество «УТТЗ»), и обществом с ограниченной ответственностью «Стандарт» (далее – общество «Стандарт»)), а также не учтены фактические обстоятельства дела (существование различных отношений с обществом «Стандарт», особенности отражения задолженности перед указанным дебитором в бухгалтерской отчетности и зачет встречных требований с ним; отсутствие регистрации объектов недвижимости за должником, препятствующее предъявлению требований о взыскании арендной платы). Кассатор также отмечает, что им в полном объеме были проведены все необходимые действия в отношении акций общества «УТТЗ», вопрос об обоснованности привлечения общества с ограниченной ответственностью «ЧОА «Центурион» не ставился заявителем, при этом привлечение указанного специалиста было обусловлено целями охраны объектов, расходы соответствуют установленным Законами лимитам. Кассатор также приводит доводы о том, что им были предприняты все зависящие от него меры по страхованию ответственности, однако получены отказы от страховых компаний, что, по мнению управляющего, исключает его вину в допущенном нарушении (отсутствии дополнительного страхования ответственности арбитражного управляющего). Арбитражный управляющий ссылается на то, что все выявленные расхождения в отчетах были обусловлены динамическими изменениями данных по процедуре с учетом значительного продолжения должником хозяйственной деятельности. Кассатор не согласен с выводами судов о нарушении сроков опубликования сообщений о судебных актах, принятых по результатам рассмотрения споров о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а также об обращении с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, отмечает, что сообщение об обращении с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности было опубликовано в день направления указанного заявления, а судебный акт о привлечении к субсидиарной ответственности был опубликован после апелляционного производства, то есть после вступления в законную силу, в целях сокращения судебных расходов.

Ассоциация «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» и конкурсный управляющий должником ФИО5 в отзывах на кассационную жалобу по доводам арбитражного управляющего ФИО2 возражают, просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, арбитражный управляющий ФИО2 исполнял обязанности конкурсного управляющего МУЭТ г. Уфы.

Ссылаясь на ряд нарушений, представитель комитета кредиторов должника обратился с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО2, а также с заявлением об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником.

В качестве нарушений представитель комитета кредиторов просил признать незаконными действия конкурсного управляющего МУЭТ г. Уфы ФИО2 по ненадлежащему исполнению своих обязанностей в следующей части:

1) нарушения порядка учета и оценки залогового имущества;

2) непроведения инвентаризации в трехмесячный срок;

3) опубликования инвентаризации без идентификации конкурсной массы;

4) непроведения инвентаризация вновь выявленного имущества, в том числе переданного в порядке утвержденного судом мирового соглашения от 28.10.2020;

5) затягивания процедуры конкурсного производства предоставлением заведомо несоответствующего Закону о банкротстве Положения о торгах;

6) не согласования с органами местного самоуправления условий, порядка эксплуатации социально значимого имущества, в том числе ответственности при нарушении обязательных условий;

7) проведения оценки и предложения реализации имущественного комплекса МУЭТ г. Уфы без государственной регистрации имущества в качестве имущественного комплекса;

8) использования более одного расчетного счета должника при осуществлении деятельности конкурсного производства;

9) предоставления недостоверных сведения по работе с дебиторской задолженностью;

10) не включения в инвентаризацию и непроведение реализации 30 акций общества «УТТЗ»;

11) превышения лимита на привлеченных специалистов в соответствии с частью 3 статьи 20.7 Закона о банкротстве;

12) отсутствия страхования дополнительной ответственности;

13) нарушения конкурсным управляющим требований Общих правил, Типовых форм, а также требований пункта 2 статьи 143 Закона о банкротстве.

При рассмотрении жалобы представителя комитета кредиторов суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что по смыслу Закона о банкротстве с учетом положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при обжаловании действий арбитражного управляющего бремя доказывания распределено следующим образом – податель жалобы должен указать нормы права, которым не соответствуют оспариваемые действия (бездействие), и доказать факт нарушения указанными действиями (бездействием) своих прав и законных интересов; в свою очередь арбитражный управляющий обязан доказать соответствие оспариваемых действий (бездействия) закону, законность совершения оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельства, послужившие основанием для их совершения (несовершения).

Основанием для удовлетворения жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов действием (бездействием) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом фактов несоответствия этих действий (бездействия) законодательству и нарушения такими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов должника.

Так, обращаясь с рассматриваемой жалобой, заявитель приводил доводы о том, что конкурсным управляющим ФИО2 не проведена работа по отдельному учету залогового имущества с целью согласования с залоговыми кредиторами, по проведению оценочных работ залогового имущества в порядке абзаца 2 части 2 статьи 131 Закона о банкротстве, при этом, отчет конкурсного управляющего о своей деятельности и результатах проведения конкурсного производства от 28.01.2022 не содержит сведений об отдельном учете залогового имущества и его стоимости.

Рассматривая жалобу представителя комитета кредиторов в указанной части, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что в соответствии с абзацем 2 части 2 статьи 131 Закона о банкротстве в составе имущества должника отдельно учитывается и подлежит обязательной оценке имущество, являющееся предметом залога.

В пункте 14 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя» разъяснено, что при проведении оценки предприятия должно быть отдельно оценено заложенное имущество.

При рассмотрении спора суды исходили из того, что часть имущества МУЭТ г. Уфы является предметом залога по договору залога движимого имущества от 10.04.2015№ 102-258/18/60-15-3/58, а требования, обеспеченные залогом этого имущества, включены в реестр.

Исследовав материалы дела и установив, что опубликованная конкурсным управляющим ведомость учета результатов, выявленных инвентаризацией, не позволяет кредиторам получить исчерпывающую информацию о составе и балансовой стоимости залогового имущества, отчет конкурсного управляющего от 28.01.2022 также не содержит сведений об отдельном учете и обязательной оценке имущества должника, являющегося предметом залога, при этом из представленных в материалы дела отчетов об оценке имущества МУЭТ г. Уфы можно сделать вывод о том, что имущество, находящееся в залоге оценено совместно с имуществом, свободным от залога, без указания на имеющееся обременение, суды сделали вывод, что не исполнение конкурсным управляющим предусмотренной Законом о банкротстве обязанности по отдельному учету и оценке заложенного имущества вводит кредиторов Должника в заблуждение относительно состава и рыночной стоимости конкурсной массы.

При рассмотрении второго и третьего довода жалобы (нарушение срока проведения инвентаризации должника и опубликование инвентаризации без идентификации конкурсной массы), суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что в соответствии со статьей 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника и включить в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведения о результатах инвентаризации имущества должника в течение трех рабочих дней с даты ее окончания.

Исследовав материалы дела и результаты рассмотрения заявлений конкурсного управляющего о продлении проведения инвентаризации имущества должника, суды установили, что определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.04.2021 было удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего о продлении сроков инвентаризации, срок инвентаризации продлен до 24.06.2021. 

Судами также установлено, что результаты инвентаризации имущества должника и дебиторской задолженности были опубликованы (сообщения от 24.05.2021 № 6704256 и от 29.04.2021 № 6592542) в пределах установленного судом срока инвентаризации до 24.06.2021.

Между тем, проанализировав опубликованные сообщения, суды установили, что опубликованная ведомость не раскрывает сведения о результатах проведенной инвентаризации с указанием состава имущества, его количества и балансовой стоимости.

Арбитражный управляющий ФИО2 представлял пояснения о том, что ввиду отсутствия технической возможности опубликования полных сведений о результатах инвентаризации единым сообщением им принято решение опубликовать в ЕФРСБ сводный документ, а основной массив материалов по инвентаризации имущества должника представить кредиторам в рамках комитета кредиторов.

В рамках заседания комитета кредиторов от 01.06.2021 принято решение об утверждении итогов инвентаризации (публикация по итогам комитета кредиторов – от 03.06.2021№ 6769638).

Рассмотрев доводы заявителя о неполноте опубликованных сведений в ЕФРСБ и возражения конкурсного управляющего об отсутствии технической возможности опубликовать результаты инвентаризации одним сообщением, содержащим полные сведения о результатах инвентаризации, и сведения о доведении до кредиторов информации о результатах инвентаризации иным путем (в рамках заседания комитета кредиторов), суды сделали вывод, что значительный объем данных, не позволяющий прикрепить документ с инвентаризационными описями к сообщению в ЕФРСБ, не является обстоятельством, освобождающим конкурсного управляющего от обязанности, предусмотренной статьей 129 Закона о банкротстве, предоставление сведений на заседании комитета кредиторов не исключает факт допущенного нарушения.

Суды также отметили, что конкурсным управляющим не представлено доказательств, подтверждающих отсутствие технической возможности публикации итогов инвентаризации в ЕФРСБ несколькими сообщениями (к чему ответчик прибегал в рамках иных дел о банкротстве ((сообщения в ЕФРСБ от 11.04.2016 № 1024302 и от 11.04.2016№ 1024277)), либо возможности изменения формата, расширения файла, содержащего инвентаризационные описи, с целью уменьшения его размера до допустимого для публикации в ЕФРСБ.

В обоснование четвертого довода жалобы заявитель указывал, что согласно подписанному акту от 30.09.2020 во исполнение мирового соглашения от 28.10.2020 передано имущество в МУЭТ г. Уфы, между тем, факт передачи не был отражен в соответствующих актах инвентаризации, что вводит в заблуждение конкурсных кредиторов о добросовестности исполнения Администрацией г. Уфа своих обязанностей по выполнению условий мирового соглашения; отсутствие результатов инвентаризации имущества с указанием состава имущества, его количества и балансовой стоимости не позволяет идентифицировать имущество, переданное в состав конкурсной массы МУЭТ г. Уфы, что нарушает принцип публичности осуществления полномочий конкурсного производства.

Относительно приведенного требования ФИО2 не оспаривал факт опубликования Ведомости учета результатов выявленных инвентаризацией от 20.05.2021 без инвентаризационных ведомостей в отношении имущества МУП УЭТ г. Уфы, однако отмечал, что передача имущества из МУП УИТ в МУЭТ г. Уфы по мировому соглашению, утвержденному определением Арбитражного суда от 28.10.2020, имела место до введения в отношении должника конкурсного производства, сведения о нем были включены в инвентаризацию на общих основаниях.

При рассмотрения жалобы в указанной части суды приняли во внимание доводы конкурсного управляющего о проведении инвентаризации переданного от МУП УИТ имущества совместно с имуществом, находящимся в МУЭТ г. Уфы до заключения мирового соглашения, однако отметив публичность осуществления полномочий конкурсного производства в части нарушения порядка публикации результатов инвентаризации имущества должника, признали факт представления ответчиком недостоверных сведений.

Рассмотрев пятый довод жалобы (затягивание процедуры конкурсного производства предоставлением заведомо несоответствующего Закону о банкротстве Положения о торгах), суды установили, что конкурсным управляющим было подготовлено и представлено на утверждение комитета кредиторов Положение о порядке, сроках и условиях продажи имущественного комплекса социально значимых объектов МУП МУЭТ г. Уфы, в том числе имущества, находящегося в залоге; на заседании комитета кредиторов 18.03.2022 принято решение о снятии вопроса об утверждении Положения, представленного конкурсным управляющим, в связи с наличием замечаний о составе включаемого в него имущества и отсутствии компетенции комитета кредиторов по утверждению порядка продажи залогового имущества, а также  высказана позиция о недопустимости реализации имущества, находящегося в залоге, совместно с незаложенным имуществом, поскольку это непосредственно затрагивает интересы залоговых кредиторов и противоречит положениям Закона о банкротстве.

Рассматривая доводы заявителя о том, что представленный проект Положения не соответствовал требованиям Закона о банкротстве, поскольку предполагал реализацию залогового имущества без получения предварительного одобрения залогодержателей (залоговых кредиторов), а также самостоятельное определение конкурсным управляющим начальной цены продажи заложенного имущества, а также возражения управляющего о том, что Закон о банкротстве и правоприменительная практика допускают реализацию заложенного и незаложенного имущества в рамках единого лота, если такие действия приведут к наиболее полному удовлетворению требований кредиторов и соответствуют интересам должника, при этом законодательство и правоприменительная практика не устанавливают последовательность согласования Положения в случае осуществления совместной реализации заложенного и незаложенного имущества, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что в соответствии со статьей 138 Закона о банкротстве продажа предмета залога осуществляется в порядке, установленном пунктами 4, 5, 8-19 статьи 110 и пунктом 3 статьи 111 Закона о банкротстве.

Исходя из того, что согласно пункту 9 постановления № 58 порядок и условия проведения торгов определяются конкурсным кредитором, требования которого обеспечены залогом реализуемого имущества, в той мере, в которой это допускается указанными положениями Закона о банкротстве, суды сделали вывод, что вынесение на утверждение комитета кредиторов Положения о продаже, включающего условия реализации залогового имущества, является нарушением прав залоговых кредиторов со стороны конкурсного управляющего.

При рассмотрении спора суды отметили, что продажа заложенного имущества в составе единого лота вместе с незаложенным имуществом возможна только с согласия залогового кредитора и только при условии выделения (установления порядка выделения, в том числе, в отчете об оценке имущества) доли залогового кредитора в составе полученной выручки, отступление от названного подхода (преодоление отказа залогового кредитора) допустимо только в исключительных случаях при явно недобросовестном уклонении залогодержателя от дачи согласия на продажу имущества в составе единого лота (в частности, когда для него явно намного выгоднее продать имущество единым лотом, но он по каким-либо иным причинам, не связанным с экономической целесообразностью, не соглашается с подобными условиями, причиняя тем самым вред остальным кредиторам) (пункт 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.03.2018).

Учтя позицию залогового кредитора, заявившего о нарушении своих прав при вынесении на утверждение комитета кредиторов Положения о порядке продажи имущества МУЭТ г. Уфы, отсутствие обоснованных мотивов, подтверждающих необходимость продажи имущества должника единым лотом, а также факт отсутствия со стороны конкурсного управляющего совершения всех необходимых действий, направленных на предварительное согласование порядка реализации заложенного имущества совместно с иным имуществом, признали доводы заявителя в указанной части обоснованными.

В обоснование шестого довода заявитель указывал, что при разработке Положения о порядке, сроках и условиях реализации имущества должника управляющим не были учтены положения Закона о банкротстве, определяющие особенности реализации социально значимых объектов (части 4, 4.1, 4.2 статьи 132 Закона о банкротстве), а также не был согласован с публично-правовым образованием текст соглашения, заключаемого с победителем конкурса и определяющего условия, порядок эксплуатации социально-значимого имущества и ответственность при нарушении данных условий.

Рассматривая спор в указанной части, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего. 

Согласно абзацу 2 части 4 статьи 132 Закона о банкротстве обязательными условиями конкурса по продаже социально значимых объектов являются обязательства покупателей обеспечивать надлежащее содержание и использование указанных объектов в соответствии с их целевым назначением, а также выполнение иных устанавливаемых в соответствии с законодательством Российской Федерации обязательств.

После проведения торгов по продаже имущества в форме конкурса, посредством публичного предложения или получения акцепта одной из поступивших оферт орган местного самоуправления заключает с покупателем социально значимых объектов соглашение об исполнении условий, указанных в пункте 4 настоящей статьи (пункт 4.2 статьи 132 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу 2 пункта 4.2 статьи 132 Закона о банкротстве нарушение условий соглашения со стороны покупателя влечет расторжение договора купли-продажи и связанного с ним соглашения с возвратом объектов в собственность муниципального образования.

Суды, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса проект Положения, представленный комитету кредитору, установили, что конкурсным управляющим при подготовке проекта Положения не были учтены приведенные выше особенности реализации социально значимых объектов, в том числе не согласован текст соглашения, заключаемого с победителем конкурса и определяющего условия, порядок эксплуатации социально-значимого имущества и ответственность при нарушении данных условий, в связи с чем сделали последовательный и обоснованный вывод о несоответствии действий конкурсного управляющего по вынесению на утверждение комитета кредиторов Положения в представленной редакции (без условий конкурса по продаже социально значимых объектов) Закону о банкротстве.

В качестве седьмого довода представитель комитета кредиторов указывал на бездействие конкурсного управляющего по постановке на государственный кадастровый учет имущественного комплекса и его государственной регистрации. 

Возражая против заявленных требований, конкурсный управляющий приводил возражения о том, что в рамках подготовки Положения имущественный комплекс рассматривался им как совокупность объектов, образующих социально значимое имущество МУЭТ г. Уфы.

Оценив доводы сторон, суды установили, что, исходя из обстоятельств дела, при подготовке Положения о продаже имущества МУЭТ г. Уфы под имущественным комплексом конкурсный управляющий подразумевал совокупность различных объектов, находящихся на балансе должника и составляющих конкурсную массу, а не предприятие как единый объект гражданских прав, требующий в таком качестве проведения государственной регистрации, в связи с чем заключили, что проведение государственной регистрации имущества МУЭТ г. Уфы в качестве единого объекта гражданских прав не является необходимым для его реализации и не влияет на повышение доступа публики к торгам, а также уровень конкуренции среди участников торгов.

В обоснование восьмого довода жалобы (использование более одного расчетного счета должника при осуществлении деятельности конкурсного производства) представитель комитета кредиторов указывал, что в отчете конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства от 28.01.2022 содержится противоречивая информация о расчетных счетах, используемых должником в ходе конкурсного производства, усматривается использование нескольких расчетных счетов в нарушение требований Закона о банкротстве. 

Рассматривая жалобу в указанной части, суды руководствовались следующим.

Согласно части 1 статьи 133 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обязан использовать только один счет должника в банке или иной кредитной организации (основной счет должника), а при его отсутствии или невозможности осуществления операций по имеющимся счетам обязан открыть в ходе конкурсного производства такой счет. Другие известные на момент открытия конкурсного производства, а также обнаруженные в ходе конкурсного производства счета должника в кредитных организациях подлежат закрытию конкурсным управляющим по мере их обнаружения, если иное не предусмотрено настоящей статьей.

Согласно части 3 статьи 138 Закона о банкротстве конкурсный управляющий открывает в кредитной организации отдельный счет должника, который предназначен только для удовлетворения требований кредиторов за счет денежных средств, вырученных от реализации предмета залога, в соответствии с настоящей статьей (специальный банковский счет должника).

Установив, что согласно сведениям о счетах должника, представленным уполномоченным органом по запросу суда, на момент обращения с рассматриваемой жалобой у должника имелось три счета (основной счет, специальный счет для приема задатков и специальный залоговый счет) суды признали доводы заявителя о нарушении ответчиком правил открытия и ведения счетов должника в конкурсном производстве (статьи 133, 138 Закона о банкротстве) несостоятельными.

Вместе с тем, проанализировав отчеты конкурсного управляющего, суды установили, что ответчиком не доведены до сведения кредиторов результаты работы по закрытию счетов должника, что ввело кредиторов в заблуждение относительно соответствия действий конкурсного управляющего Закону о банкротстве.

Исследовав материалы дела применительно к девятому доводу жалобы (о предоставлении ответчиком недостоверных сведений по работе с дебиторской задолженностью), суды установили, что дебиторами должника являются общества «УТТЗ» и «Стандарт», при этом, в акте инвентаризации дебиторской задолженности от 26.04.2021 № 9 содержатся сведения о дебиторской задолженности общества «УТТЗ» в размере 9 493 651 руб. 93 коп. и задолженности общества «Стандарт» в размере 8 030 041 руб. 93 коп.

В рамках рассмотрения спора ответчик приводил доводы о том, что дебиторская задолженность носит динамический характер, в связи с чем данные по дебиторской задолженности на момент составления отчета конкурсного управляющего могли изменяться как в сторону уменьшения, так и в сторону увеличения, а также пояснения о том, что инвентаризация дебиторской задолженности была проведена путем переноса сведений из системы бухгалтерского учета 1С должника без документального подтверждения наличия соответствующих задолженностей и их размера.

Принимая во внимание то обстоятельство, что по сведениям самого конкурсного управляющего документарная комиссионная инвентаризация дебиторской задолженности не была им проведена, суммы задолженностей не были подтверждены дебиторами, как на то было указано в самих актах инвентаризации, суды признали доводы заявителя о ненадлежащем проведении инвентаризации дебиторской задолженности обоснованными, и отметили, что нарушения, допущенные управляющим при работе с дебиторской задолженностью, ставят под угрозу выявление прав требования к кредиторам и возможность пополнения конкурсной массы.

Возражения управляющего о невозможности корректного отражения сведений о составе и размере дебиторской задолженности вследствие динамики были рассмотрены и отклонены как несостоятельные.

В обоснование десятого довода жалобы (невключение в инвентаризацию и непроведение реализации 30 акций общества «УТТЗ»), заявитель указывал, что при проведении процедуры внешнего управления было установлено, что должник обладает 30 обыкновенными акциями общества «УТТЗ», однако на момент обращения с жалобой конкурсный управляющий не предпринял мер по реализации указанного имущества.

Возражая против заявленного довода, ответчик указывал, что им в полной мере и надлежащим образом проведена работа с указанными акциями, в том числе проведена их инвентаризация и оценка.

Исследовав материалы дела, доводы и возражения сторон относительно работы с указанными акциями, суды установили, что ранее в ходе внешнего управления произведена их оценка (согласно отчету от 30.07.2019 № 19-06-105, рыночная стоимость акций составляла 388 000 руб.), в последующем конкурсным управляющим акции включены в сводную ведомость итогов инвентаризации, опубликованную в ЕФРСБ сообщением от 24.05.2021 № 6704256, в отношении указанного имущества была проведена повторная оценка, получен отчет от 21.06.2021 № 01-РСП/04-2021, получено положительное заключение Территориального Управления Росимущества по Республике Башкортостан письмом от 30.07.2021  № 02-УГ-07/6484.

Судами также было установлено, что в последующем управляющим была проведена повторная оценка имущества (акций), по результатам которой получен отчет № 01-РСП/04-2022 от 11.04.2022 (опубликован в ЕФРСБ сообщением от 12.04.2022 № 8583175), направлен в Территориальное Управление Росимущества по Республике Башкортостан для получения заключения.

Проанализировав указанные мероприятия, суды установили, что конкурсный управляющий неоднократно проводил оценку одного и того же имущества, что безосновательно увеличило судебные расходы на конкурсное производство и, соответственно, привело к нарушению прав конкурсных кредиторов, при этом в нарушение положений пункта 1 статьи 130 Закона о банкротстве не опубликовал отчет об оценке от 21.06.2021 № 01-РСП/04-2021 в течение двух рабочих дней с даты его поступления, чем нарушил права кредиторов на своевременное получение указанных сведений, а также после получения заключения Территориального Управления Росимущества по Республике Башкортостан на отчет об оценке от 21.06.2021 № 01-РСП/04-2021 длительный период времени подготавливал порядок продажи акций, в связи с чем, отметив, что на момент рассмотрения спора в отношении акций общества «УТТЗ» не утвержден порядок продажи, положительное заключение Территориального Управления Росимущества по Республике Башкортостан на отчет об оценке от 11.04.2022 № 01-РСП/04-2022 не получено, признали обоснованными доводы заявителя о ненадлежащем проведении конкурсным управляющим работы по инвентаризации, оценке и подготовке к реализации акций.

В качестве иного довода представитель комитета кредиторов указывал на превышение конкурсным управляющим лимитов на оплату услуг привлеченных специалистов (часть 3 статьи 20.7 Закона о банкротстве), при этом при определении расходов заявитель учитывал оплату услуг кадастрового инженера ФИО6 и на охрану имущества МУЭТ г. Уфы.

Возражая против заявленных доводов, управляющий указывал, что расходы на аудитора, оценщика и на обеспечение сохранности имущества относятся к расходам, связанным с текущей хозяйственной деятельностью предприятия, а не с исполнением конкурсным управляющим своих обязанностей, соответственно, не включаются в расчет лимитов в силу части 3 статьи 20.7 Закона о банкротстве. Ответчик также указывал, что лицами, в отношении услуг которых действуют лимиты, в процедуре несостоятельности МУЭТ г. Уфы являются только организатор торгов и физические лица, привлеченные конкурсным управляющим по договорам гражданско-правового характера, при этом отмечал, что общие расходы на указанных лиц составили 250 000 руб., что не превышает установленный лимит.

При рассмотрении жалобы в указанной части суды исходили из того, что с учетом балансовой стоимости активов должника (343 848 тыс. руб.) и положений части 3 статьи 20.7 Закона о банкротстве лимит расходов на привлеченных специалистов составляет 2 338 848 руб. 

По достижении установленного пункта 3 статьи 20.7 Закона о банкротстве лимита расходов последующее привлечение арбитражным управляющим специалистов с условием оплаты их услуг за счет средств должника осуществляется исключительно на основании соответствующего определения арбитражного суда.

Таким образом, вопрос об оплате за счет имущества должника услуг привлекаемых конкурсным управляющим специалистов, стоимость которых превышает общую сумму расходов на оплату услуг привлеченных лиц, входит в полномочия арбитражного суда.

Судами также было учтено, что в указанные лимиты входят расходы на оплату услуг лиц, привлекаемых арбитражным управляющим для обеспечения своей деятельности, при этом расходы, предусмотренные статьей 20.7 Закона о банкротстве, не включают в себя расходы на оплату услуг лиц, привлекаемых для обеспечения текущей деятельности должника при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Суд согласился с доводами конкурсного управляющего об отнесении расходов на услуги оценщика и обязательного аудита к категории расходов, не включаемых в лимиты на привлеченных специалистов в силу прямого указания Закона о банкротстве (часть 2 статьи 20.7 Закона о банкротстве).

Исходя из того, что обязанность конкурсного управляющего обеспечить сохранность имущества должника путем принятия соответствующих мер предусмотрена абзацем пятым пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве, суды квалифицировали расходы на оплату услуг по обеспечению охраны имущества должника в качестве расходов на оплату услуг лица, привлекаемого арбитражным управляющим для обеспечения своей деятельности, в связи с чем сделали вывод, что соответствующие расходы включаются в лимиты по привлечению специалистов.

Между тем, исходя из того, что конкурсным управляющим не отрицается заключение договора на охрану имущества МУЭТ г. Уфы с обществом «Центурион» и наличие задолженности по данному договору в размере 4 682 064 руб., что превышает установленные Законом лимиты, а также отметив, что по достижении установленного пунктом 3 статьи 20.7 Закона о банкротстве лимита управляющий не обратился с ходатайством о привлечении указанного специалиста, суды признали действия конкурсного управляющего по привлечению специалиста за счет имущества должника с превышением лимита расходов, без рассмотрения вопроса об их увеличении в судебном порядке,  не соответствующими закону.

В качестве иного довода жалобы (двенадцатого) представитель комитета кредиторов указывал на отсутствие в период с 28.12.2021 по 10.02.2022 у конкурсного управляющего договора дополнительного страхования ответственности.

Возражая против заявленного довода, управляющий указывал, что им предпринимались все меры для своевременного заключения договора страхования дополнительной ответственности, однако в заключении такого договора страховыми компаниями было отказано.

Рассматривая доводы и возражения сторон в указанной части, суды исходили из того, что положения абзаца второго пункта 2 статьи 24.1 Закона о банкротстве возлагают на конкурсного управляющего обязанность в течение десяти дней с даты его утверждения арбитражным судом заключить договор обязательного страхования своей ответственности в дополнение к основному договору (указанному в абзаце первом названного пункта), минимальный размер страховой суммы по которому составляет 10 млн. руб. в год. 

Установив, что в нарушение пункта 2 статьи 24.1 Закона о банкротстве арбитражный управляющий ФИО2 не заключил дополнительный договор обязательного страхования своей ответственности по возмещению убытков в период с 28.12.2021 по 10.02.2022, а также отметив, что страхование ответственности арбитражного управляющего является формой финансового обеспечения его ответственности и гарантией прав и интересов лиц, которым он может причинить убытки при осуществлении своих обязанностей, не соблюдение арбитражным управляющим требований пункта 2 статьи 24.1 Закона о банкротстве (отсутствие дополнительного страхования ответственности) явилось нарушением законных интересов должника и его кредиторов, суды признали жалобу в соответствующей части обоснованной.

В обоснование тринадцатого довода жалобы заявитель указывал, что конкурсным управляющим допущены многочисленные нарушения при составлении отчета о своей деятельности и результатах проведения конкурсного производства, в том числе отчет конкурсного управляющего от 28.01.2022 содержит недостоверные сведения о составе и рыночной стоимости конкурсной массы (в части акций общества «УТТЗ»), неполные сведения о количестве привлеченных специалистов, суммах вознаграждений, предмете заключенных договоров, к отчету управляющий не прикладывал копии заключенных договоров с привлеченными специалистами, отчет от 28.01.2022 противоречит отчету от 04.05.2022 в части сведений о размере вознаграждения специалистов.

Возражая против заявленных требований, управляющий указывал, что стоимость услуг привлеченных специалистов определяется в соответствии с объемом выполняемых ими работ, общий размер задолженности перед указанными лицами составил 205 000 руб. по состоянию на 18.02.2022 в соответствии с актами оказанных услуг; разница в стоимости акций общества «УТТЗ» обусловлена представленными замечаний Территориальным Управлением Росимущества по Республике Башкортостан; приложения к отчету не были направлены ввиду их объема, при этом кредиторы имели возможность ознакомиться с соответствующими документами.

Исследовав доводы и возражения лиц, участвующих в обособленном споре, оценив представленные в их обоснование доказательства с соблюдением требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций установили, что конкурсным управляющим суду не представлено доказательств доведения до кредиторов МУЭТ г. Уфы общего размера вознаграждения, выплаченного привлеченным специалистам, также конкурсным управляющим не приведены обоснования расхождения сумм вознаграждений в отчетах от 28.01.2022и 04.05.2022; возражения конкурсного управляющего о причине возникновения данной разницы, заключающейся в изменении стоимости имущества Должника с учетом представленных замечаний ТУ Росимущества, несостоятельны поскольку на момент составления и публикации конкурсным управляющим отчета о своей деятельности ему была известна окончательная рыночная стоимость акций, однако в отчете отражены неверные сведения, значительно отличающиеся от актуальных на тот момент, что ввело кредиторов в заблуждение относительно рыночной стоимости конкурсной массы; представленный в материалы дела отчет конкурсного управляющего о своей деятельности и результатах проведения конкурсного производства от 28.01.2022 не соответствует утвержденной форме отчета конкурсного управляющего; конкурсным управляющим в материалы дела не представлено доказательств надлежащего выполнения обязанности по приложению к отчету копий документов, подтверждающих сведения, отраженные в отчете, в связи с чем признали доводы заявителя обоснованными, ненадлежащее оформление и представление отчетов о результатах проведения процедуры банкротства, включение в них недостоверной, ошибочной, либо неполной информации -нарушающими права кредиторов на своевременное получение полной и достоверной информации.

В дополнении к заявлению об отстранении конкурсного управляющего заявитель приводил довод о не соблюдении конкурсным управляющим сроков публикации в ЕФРСБ сведений о судебном акте, вынесенном по результатам рассмотрения по существу заявления о привлечении к ответственности.

Возражая против заявленного довода, управляющий указывал, что сведения о судебном акте, вынесенном по результатам рассмотрения по существу заявления о привлечении к ответственности, в целях экономии конкурсной массы было опубликовано после вступления судебного акта в законную силу.

Рассматривая жалобу в указанной части, суды исходили из того, что в соответствии с пунктом 1 статьи 61.22 Закона о банкротстве сведения о подаче заявления о привлечении к ответственности, о судебных актах, вынесенных по результатам рассмотрения по существу такого заявления, и судебном акте о его пересмотре подлежат включению в ЕФРСБ.

Согласно пункту 3.1 Порядка формирования и ведения Единого федерального реестра сведений о фактах деятельности юридических лиц и Единого федерального реестра сведений о банкротстве, утвержденного Приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 05.04.2013 № 178 сведения подлежат внесению (включению) в информационный ресурс в течение трех рабочих дней с даты, когда пользователь узнал о возникновении соответствующего факта, за исключением случаев, предусмотренных настоящим пунктом.

Исследовав материалы дела, суды установили, что согласно сведениям, размещенным на сайте kad.arbitr.ru, 01.06.2020 арбитражным управляющим ФИО2 в арбитражный суд подано заявление о привлечении Администрации г. Уфа к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 1 260 924 362 руб. 64 коп.; определением суда первой инстанции от 10.11.2021 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего было отказано; постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2022 в удовлетворении апелляционной жалобы ФИО2 на определение от 10.11.2021 отказано.

С учетом приведенных выше положений и указанных фактических обстоятельств сообщение о результатах рассмотрения требования о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника должно быть опубликовано в ЕФРСБ не позднее 15.11.2021, однако, в нарушение сведения о подаче заявления о привлечении к ответственности опубликованы в ЕФРСБ только 06.04.2022, то есть спустя значительное время; аналогичное нарушение допущено и в отношении опубликования судебного акта апелляционной инстанции по результатам пересмотра рассмотрения заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности (сообщение о принятии постановления Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2022 опубликован о в ЕФРСБ только 19.04.2022).

Доводы управляющего о том, что указанное сообщение было опубликовано после вступления в законную силу судебного акта, отклонены как основанное на ошибочном толковании норм материального права, поскольку приведенные нормы не содержат указания на опубликование только тех судебных актов, которые вступили в законную силу.

Таким образом, судом сделан обоснованный вывод о нарушении конкурсным управляющим предусмотренных законом сроков публикации сведений о судебных актах, вынесенных по результатам рассмотрения заявления о привлечении к ответственности.

Рассматривая требование заявителя об отстранении арбитражного управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 145 Закона о банкротстве конкурсный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего на основании ходатайства собрания кредиторов (комитета кредиторов) в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на конкурсного управляющего обязанностей; в связи с удовлетворением арбитражным судом жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, на неисполнение или ненадлежащее исполнение конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей при условии, что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей нарушило права или законные интересы заявителя жалобы, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки должника либо его кредиторов.

Исходя из смысла указанных норм также следует, что конкурсный управляющий может быть отстранен от исполнения обязанностей по заявлению лица, участвующего в деле о банкротстве, только при наличии одновременно нескольких условий: доказанности фактов неисполнения или ненадлежащего исполнения конкурсным управляющим своих обязанностей, нарушения прав и законных интересов заявителя, причинения или возможности причинения убытков должнику или кредиторам.

Как следует из разъяснений, изложенных в пунктах 7, 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих» (далее – Информационное письмо № 150) обязательным условием для отстранения конкурсного управляющего в связи с удовлетворением жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, является наличие или возможность убытков для должника либо его кредиторов. Отсутствие доказательств, подтверждающих точный размер убытков, а равно и фактическое отсутствие убытков не являются препятствием для отстранения конкурсного управляющего, если установлена возможность причинения таких убытков в результате допущенных им нарушений.

В силу пункта 56 Постановления № 35 неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей является основанием для отстранения такого управляющего по ходатайству собрания (комитета) кредиторов либо лица, участвующего в деле о банкротстве.

Отстранение арбитражного управляющего по данному основанию связано с тем, что арбитражный управляющий утверждается для осуществления процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2 и пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей, выражающееся в нарушении им законодательства при осуществлении своих полномочий, приводит к возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства.

В соответствии с пунктом 9 Информационного письма № 150 при рассмотрении ходатайства собрания кредиторов об отстранении конкурсного управляющего наличие или возможность причинения убытков не является необходимым условием для его отстранения. Для удовлетворения такого ходатайства достаточно самого факта допущенных нарушений и решения собрания кредиторов об обращении в суд с ходатайством об отстранении конкурсного управляющего.

Содержание протокола собрания кредиторов об обращении в суд с ходатайством об отстранении конкурсного управляющего не имеет определяющего и ограничивающего для суда значения, а конкретизация в этом протоколе допущенных конкурсным управляющим нарушений не является обязательной. Суд, в силу своей контрольной функции в деле о банкротстве, при рассмотрении ходатайства собрания кредиторов об отстранении конкурсного управляющего не связан (не ограничен) конкретными нарушениями, отраженными в протоколе собрания кредиторов. Рассматривая соответствующий вопрос и оценивая все представленные доказательства, суд решает, является ли исполнение обязанностей конкурсным управляющим надлежащим или нет. В случае если суд придет к выводу об отсутствии нарушений со стороны конкурсного управляющего, в удовлетворении ходатайства должно быть отказано. Если же с учетом имеющихся доказательств судом будут установлены соответствующие нарушения и при этом будут отсутствовать основания к отказу в удовлетворении ходатайства об отстранении (например, несущественность допущенных нарушений), суд отстраняет конкурсного управляющего (пункт 4 Информационного письма № 150).

Согласно пункту 10 Информационного письма № 150 арбитражный суд не может удовлетворить ходатайство об отстранении конкурсного управляющего, если допущенные нарушения не являются существенными. Отстранение конкурсного управляющего должно применяться тогда, когда конкурсный управляющий показал свою неспособность к надлежащему ведению конкурсного производства, что проявляется в ненадлежащем исполнении обязанностей конкурсного управляющего.

Исходя из совокупности установленных обстоятельств, установив существенность установленных нарушений, отметив, что в рамках ведения процедур банкротства арбитражный управляющий ФИО2 неоднократно привлекался к административной ответственности за ненадлежащее исполнение обязанностей конкурсного управляющего, дважды был отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего определениями арбитражных судов по заявлениям кредиторов, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии необходимых и достаточных условий для отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего МУЭТ г. Уфы в порядке статьи 145 Закона о банкротстве.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела суд округа считает указанные выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствующим установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основанным на применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Довод ответчика о том, что орган по контролю (надзору) не был привлечен к участию в споре, судом округа отклоняется, поскольку названный факт опровергается материалами дела, более того, определением от 12.05.2022 суд первой инстанции предложил Управлению Росреестра по Республике Башкортостан представить отзыв.

Возражения управляющего о том, что им предпринимались попытки установить статус социально значимого имущества, для чего в адрес Администрации г. Уфы были направлены соответствующие письма, основанием для отмены обжалуемых судебных актов не являются, поскольку из материалов дела следует, что соответствующие обращения имели место уже после обращения с рассматриваемой жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего.

Относительно доводов о том, что управляющим были предприняты меры по заключению договора дополнительного страхования своей ответственности, однако получены отказы от страховых компаний, суд округа отмечает следующее.

Заключение договора дополнительного страхования ответственности направлено на предоставление кредиторам дополнительных гарантий удовлетворения их требований на случай, если кредиторам будут причинены убытки вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим обязанностей, возложенных на него в деле о банкротстве.

Заключение договора дополнительного страхования ответственности является для арбитражного управляющего обязанностью (абзац второй пункта 2 статьи 24.1 Закона о банкротстве), в то время как другая сторона (страховщик) осуществляет заключение подобного договора на добровольных началах (пункт 2 статьи 927, пункт 2 статьи 929, статья 931 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом отказы страховых компаний в заключении с управляющими договоров относятся судебной практикой к числу обстоятельств, наступление которых, как правило, зависит от личности, воли или действий самого управляющего, а потому негативные последствия этих отказов не могут перекладываться на кредиторов, не являющихся страхователями, снижать уровень защиты их прав (лишать возможности компенсировать убытки через получение страхового возмещения). Управляющий в отношениях с кредиторами не праве ссылаться на упомянутые отказы как на уважительную причину осуществления полномочий в отсутствие страхового обеспечения (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.10.2021 № 306-ЭС21-10251).

Кроме того, в материалах дела отсутствуют как таковые ответы страховых организаций, из которых бы следовал безусловный отказ в заключении договоров дополнительного страхования ответственности. Более того, представленная конкурсным управляющим переписка со страховыми организациями, напротив, подтверждает готовность страховых организаций продлять подобные договоры.

Иные доводы судом кассационной инстанции изучены и отклонены, поскольку аналогичны доводам апелляционной жалобы, являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, получили надлежащую правовую оценку в мотивировочной части обжалуемых судебных актов и выводов судов об обстоятельствах деятельности ФИО2 в качестве конкурсного управляющего должником не опровергают, о нарушении судами норм права при вынесении обжалуемых судебных актов не свидетельствуют, сводятся к несогласию заявителей с оценкой, данной судами приведенным участниками спора обстоятельствам и представленным ими доказательствам. Между тем их иная оценка заявителями не свидетельствует о неправильном применении норм права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов. У суда округа оснований для иной оценки доказательств и сделанных на их основании выводов не имеется в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 12.07.2022 по делу № А07-13166/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Ф.И. Тихоновский 

 

Судьи                                                                            С.Н. Соловцов 

 

                                                                                             О.Н. Новикова