СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-1108/2019-АК

г. Пермь

28 марта 2022 года

Дело № А60-35179/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 22 марта 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 марта 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Борзенковой И.В.,

судей Гуляковой Г.Н., Шаламовой Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии: 

представителя истца, акционерного общества "Альфастрахование",  ФИО2, действующего по доверенности от 07.05.2020 № 0714/20, предъявлены паспорт, диплом;

представителя истца, открытого акционерного общества Авиакомпания "Уральские авиалинии", ФИО3,  действующей по  доверенности № 65 от 28.05.2021, предъявлены паспорт, диплом;

представителей ответчика, ФИО4, действующей по доверенности № 059/КЛЦ от 18.02.2022, предъявлены паспорт, диплом, ФИО5, действующей по доверенности 069/КЛЦ 01.03.2022, предъявлены паспорт, диплом;

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы истца, акционерного общества "Альфастрахование", ответчика, публичного акционерного общества "Аэропорт Кольцово", третьего лица, акционерного общества "Страховое общество газовой промышленности",

на решение Арбитражного суда Свердловской области 

от 28 декабря 2021 года 

по делу № А60-35179/2018

по иску акционерного общества "Альфастрахование" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

и открытого акционерного общества Авиакомпания "Уральские авиалинии" (ИНН 

<

***>), 

к публичному акционерному обществу "Аэропорт Кольцово" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

третьи лица: акционерное общество "Страховое общество газовой промышленности" 

о взыскании убытков,

установил:

Акционерное общество "Альфастрахование" (далее – истец, АО «Альфастрахование») обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к публичному акционерному обществу "Аэропорт Кольцово" (далее – ответчик, ПАО «Аэропорт Кольцово») о взыскании ущерба в порядке суброгации в сумме: 263 463,46 долларов США; 313 241,17 Евро; 762 411,49 руб. (с учетом уточнения, принятого судом на основании ст. 49 АПК РФ).

Открытое акционерное общество Авиакомпания "Уральские авиалинии" (далее – соистец, ОАО Авиакомпания «Уральские авиалинии» вступила в дело в качестве соистца с требованием к ПАО «Аэропорт Кольцово» о взыскании убытков в размере 7 357 027 рублей 07 копеек, в том числе, расходы по выполнению перегоночного рейса U6 9879 по маршруту «Домодедово - Екатеринбург», расходы по аэропортовому и наземному обслуживанию по вылету рейса из Домодедово, по прилету рейса в Екатеринбург, расходы по заправке, расходы по аэронавигационному обслуживанию по трассе, себестоимость рейса U6 9879 по маршруту «Домодедово - Екатеринбург», расходы в связи с задержкой рейса U6 3725 по маршруту Екатеринбург – Анталия, расходы в связи с вынужденным возвратом воздушного судна в аэропорт г. Екатеринбурга, расходы в связи с франшизой 100 000 долларов США.

На основании ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено акционерное общество "Страховое общество газовой промышленности" (далее – третье лицо, АО «СОГАЗ»)

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 27.07.2020 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Семнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 12.10.2020 решение оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 29.01.2021 решение Арбитражного суда Свердловской области от 27.07.2020 и Постановление Семнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 12.10.2020 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 28 декабря 2021 года с ПАО «Аэропорт Кольцово» в пользу АО «Альфастрахование» взысканы денежные средства в рублях в сумме, эквивалентной 313 528, 83 евро и 40 924, 71 долларов США по курсу Центрального банка Российской Федерации на день оплаты, 750 руб. 00 коп., а также в возмещение расходов по уплате государственной пошлины по иску денежные средства в сумме 200 000 руб. 00 коп., в возмещение расходов на оплату судебной экспертизы денежные средства в сумме 269 850 руб. 00 коп. В остальной части требований в иске  отказано. 

С ПАО «Аэропорт Кольцово» в пользу ОАО Авиакомпания «Уральские авиалинии» взысканы убытки в сумме 7 357 027 руб. 07 коп., а также в возмещение расходов по уплате государственной пошлины по иску денежные средства в сумме 59 359 руб. 00 коп., в возмещение расходов на оплату стоимости судебной экспертизы денежные средства в сумме 92 850 руб. 00 коп.

Не согласившись с принятым судебным актом, АО «Альфастрахование», ПАО «Аэропорт Кольцово», АО «СОГАЗ» обратились с апелляционными жалобами.

АО «Альфастрахование» в своей апелляционной жалобе просит отменить решение в части отказа в удовлетворении требований АО «АльфаСтрахование» к ПАО «Аэропорт Кольцово», вынести в данной части новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. 

В обоснование жалобы приводит доводы о том, что АО «Альфастрахование» в порядке суброгации и АО «Уральские авиалинии» заявлены убытки в виде фактически произведенных расходов, то есть убытков, которые уже понесла авиакомпания, частично возмещенные страховщиком. 

Все понесенные расходы подтверждены первичными документами, имеющимся в материалах дела. Полагает, решение суда о принятии заключения эксперта во внимание прямо противоречит правоприменительной практике Верховного суда Российской Федерации, поскольку экспертом необоснованно исключена часть понесенных страхователем в результате авиационного инцидента расходов, которые были компенсированы АО «Альфастрахование». Считает, судом допущено нарушение  процессуального законодательства, выразившееся в отказе в назначении по делу повторной судебной экспертизы. 

Ходатайствует о назначении по делу повторной судебной летно-технической экспертизы с поручением производства по ней ООО «Вентурбо».

В представленном в материалы дела отзыве на апелляционную жалобу истца ПАО «Аэропорт Кольцово» возражает против позиции АО «Альфастрахование», просит оставить ее без удовлетворения.

ПАО «Аэропорт Кольцово» в своей апелляционной жалобе просит отменить решение и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований ОАО Авиакомпания «Уральские авиалинии» и АО «Альфастрахование» в полном объёме.

В апелляционной жалобе отмечает, что вопрос о наличии вины ответчика в наступлении авиационного инцидента 12.05.2017 является ключевым, юридически значимым обстоятельством для правильного разрешения возникшего спора. Указывает, что Отчёт по результатам расследования авиационного инцидента с самолётом А321- 211 VQ-BKJ, утв. Уральского МТУ Росавиации 11.09.2017, содержит выявленные недостатки, которые не оказали непосредственного влияния на исход спорного полета, что не свидетельствует о наличии вины ответчика в причинении повреждений воздушному судну и не состоят в причинно-следственной связи с наступлением обстоятельств авиационного инцидента. Отчёт не содержит выводов о недостаточности количества мер, предпринятых ответчиком, для предотвращения столкновения воздушного судна с птицей.

Считает,   суд   применил   закон,  не   подлежащий   применению: приказ Министерства транспорта Российской Федерации от 02.10.2000 №110 «Об аэронавигационных и аэропортовых сборах, тарифах за обслуживание воздушных судов в аэропортах и воздушном пространстве Российской Федерации" утратил силу в связи с принятием приказа Минтранса России от 17 июля 2012 г. N 241; в соответствии с п.4.3 Руководства по орнитологическому обеспечению полётов в гражданской авиации (РООП ГА-89) визуальное орнитологическое наблюдение на аэродромах осуществляют диспетчеры старта, которые относятся к должностям, состоящим в штате ФГУП «Государственная корпорация по организации воздушного движения в Российской Федерации», т.е. не относятся к работникам ответчика. 

По мнению ПАО «Аэропорт Кольцово», состоявшиеся судебные акты по делу №А41-46021/2014 по схожим обстоятельствам следует рассматривать в качестве обычая и применить при рассмотрении настоящего дела в силу статьи 5 ГК РФ. 

Полагает, расходы, указанные в пунктах 1-3 искового заявления №1.7-11197 от 09.11.2018 ОАО АК «Уральские авиалинии», вызваны непосредственно действиями (бездействием) самого истца. При обеспечении истцом наличия резервного воздушного судна в аэропорту базирования - Екатеринбург (Кольцово) расходы по выполнению перегоночного рейса U6 9879 по маршруту «Домодедово - Екатеринбург» за 12.05.2017 в сумме 539 917руб., расходы по обеспечению пассажиров горячим питанием и прохладительными напитками в сумме 88 000руб., расходы по оплате услуг гостиницы для размещения пассажиров и их питанию 212 144,07руб. истец мог избежать.

Убежден, что в порядке суброгации к истцу перешло право требования в размере 38 895 006,53 руб., которое было исчислено, исходя из произведённых выплат на основании страховых актов по курсу Банка России на дату платежа. Соответственно, удовлетворение исковых требований АО «АльфаСтрахование» в части в рублях в сумме, эквивалентной 313 528,83 евро, 40 924,71 долларов США по курсу Центрального банка РФ на день оплаты не соответствует п.1 ст.965 ГК РФ.

Указывает, что расчёт убытков, которые не покрываются страховым возмещением, по требованию о взыскании франшизы в размере 100 000 долларов США или 6 073 970 рублей по курсу на день производства расчётов страховой организацией, истцом в материалы дела не представлен.

Обращает внимание на то, что себестоимость лётного часа и затраты, которые учитываются при формировании такой себестоимости никоим образом не зависят от поведения ПАО «Аэропорт Кольцово» по орнитологическому обеспечению полётов и непосредственно не связаны с авиационным инцидентом, произошедшим 12 мая 2017 года, т.е. по своей правовой природе реальным ущербом применительно к заявленным требованиям и рассматриваемому спору не являются. 

ОАО Авиакомпания «Уральские авиалинии» представлен письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому находит доводы ПАО «Аэропорт Кольцово» несостоятельными, не подлежащими удовлетворению; просит оставить решение в части удовлетворения требований ОАО Авиакомпания «Уральские авиалинии» без изменения.

АО «СОГАЗ» в своей апелляционной жалобе просит решение суда отменить; принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований АО «АльфаСтрахование» и ОАО «Уральские авиалинии». 

Приводит доводы о том, что ссылка на результаты расследования авиационного инцидента с ВС А321 VQBKJ, отраженные в Отчете Росавиации от 11.09.2017, как на доказательство вины ответчика в неисполнении договорных обязательств перед авиакомпанией, является необоснованной, так как установление чьей-либо вины и ответственности не является целью расследования авиационного происшествия или инцидента.

Отмечает, в судебной практике по аналогичным делам сложился подход, согласно которому столкновение воздушного судна с одиночно летящей птицей признается случайным событием и не может свидетельствовать о ненадлежащем исполнении аэропортом своих обязанностей при выполнении всех мероприятий по обеспечению орнитологической безопасности полетов. 

ПАО «Аэропорт Кольцово» в своем письменном отзыве соглашается с позицией АО «СОГАЗ», поддерживает доводы апелляционной жалобы третьего лица.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца АО "Альфастрахование" доводы, изложенные в своей жалобе, поддержал в полном объеме; просил решение суда первой инстанции в обжалуемой части отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. Против доводов апелляционных жалоб  ответчика и третьего лица возражал. 

Представитель истца ОАО Авиакомпания "Уральские авиалинии" с позицией АО "Альфастрахование" согласился; просил отказать в удовлетворении апелляционных жалоб ответчика и третьего лица по основаниям, указанным в отзыве. 

Представители ответчика, ПАО "Аэропорт Кольцово", выразили несогласие с решением суда первой инстанции; настаивали на доводах своей апелляционной жалобы и жалобы третьего лица; просили решение суда первой инстанции в обжалуемой части отменить. Выразили несогласие с апелляционной жалобой истца по мотивам письменного отзыва. 

Представитель АО "Альфастрахование" поддержал заявленное ходатайство о назначении по делу повторной судебной летно-технической экспертизы с поручением производства по ней ООО «Вентурбо». Представитель истца ОАО Авиакомпания "Уральские авиалинии" не возражает; представители ответчика возражают.

Согласно ч. 1 ст. 87 АПК РФ при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту.

В соответствии с ч. 2 ст. 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта при наличии противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

На основании ч. 2 ст. 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него. Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия судом апелляционной инстанции.

Назначение судом апелляционной инстанции повторной экспертизы возможно в случае необоснованного отклонения судом первой инстанции ходатайства о назначении такой экспертизы.

Из материалов дела следует, что ходатайство АО "Альфастрахование" о проведении повторной экспертизы было рассмотрено судом первой инстанции и отклонено в связи с отсутствием предусмотренных законом оснований (ч. 2 ст. 87 АПК РФ).

Арбитражным судом апелляционной инстанции не выявлено обстоятельств, установление которых повлекло бы необходимость назначения дополнительной либо повторной экспертизы (ст. 87 АПК РФ). Суд считает, что исходя из обстоятельств настоящего дела, спор может быть разрешен по имеющимся в деле доказательствам.

Рассмотрев заявленное ходатайство, принимая во внимание мнение сторон, суд апелляционной инстанции процессуальных оснований, предусмотренных названными нормами, для назначения повторной или дополнительной экспертизы не установил. Обстоятельств, свидетельствующих о необоснованности экспертного заключения или наличии противоречий в выводах экспертов судом, о неясности, неполноте или недостаточности экспертного заключения заявителем не приведено, соответствующих доказательств не представлено. Несогласие стороны с результатом экспертизы само по себе не влечет необходимости в проведении повторной экспертизы, а выводы экспертов, изложенные в представленном суду заключении, не содержат противоречий и неясностей.

Как следует из материалов дела, между ОАО АК «Уральские авиалинии» (перевозчик) и АО «Аэропорт Кольцово» (Аэропорт) подписано и действует Стандартное соглашение о наземном обслуживании № 231 -204/ВС- 14/УА, Приложение В1.0/2.0-Наземное обслуживание к которому установлена обязанность аэропорта оказывать орнитологическое обеспечение полетов в районе аэропорта.

В соответствии с пунктом 4.1.4 Стандартного соглашения о наземном обслуживании от 16.12.2014 № 231-204/ВС-14, обслуживающая компания (ПАО «Аэропорт Кольцово») возмещает перевозчику документально подтвержденный реальный ущерб, возникший в результате доказанных виновных действий/бездействия обслуживающей компании при исполнении настоящего соглашения.

11.05.2017 в период действия названного соглашения при выполнении рейса U6 3725 по маршруту Екатеринбург - Анталия, при взлете на ВС А321 VQ-BKJ произошло столкновение с птицей. Воздушное судно вернулось в аэропорт Кольцово.

При осмотре ВС после посадки выявлены повреждения двигателя ESN 779367, зафиксированные Техническим актом оценки технического состояния ВС от 12.05.2017.

Отчетом по результатам расследования авиационного инцидента, происшедшего с самолетом А321 VQ-BKJ 11.05.2017, установлено, что причиной авиационного инцидента явилось столкновение с птицей группы «крупных белоголовых чаек» при выполнении взлета 11.05.2017 в аэропорту Екатеринбург (Кольцово).

ОАО «Уральские авиалинии» указывает, что ответчик предпринял недостаточное количество мер для предотвращения столкновений воздушных судов с птицами, что свидетельствует о наличии вины ответчика в авиационном инциденте.

В связи с ненадлежащим исполнением ответчиком договорных обязательств, принятых им на себя по Стандартному соглашению о наземном обслуживании № 231-204/ВС-14/УА у ОАО «Уральские авиалинии» возникли убытки в размере 7 357 027 руб. 07 коп.

Так, ОАО «Уральские авиалинии» в качестве доказательств несения убытков представлены в материалы дела реестр 36592 к счет-фактуре 36592 от 15.05.2017, реестр 36400 к счет-фактуре 36400 от 15.05.2017, реестр 36399 к счет-фактуре 36399 от 15.05.2017, акт приема передачи нефтепродуктов к счет-фактуре №05-0723 от 15.05.2017, реестр документов к счет-фактуре 36471 от 15.05.2017 и реестр полетов воздушных судов в районах аэродрома за май 2017г. к счету 1218/0517р01/00/1601 от 31.05.2017. Как указала авиакомпания, в целях подтверждения несения расходов по оплате прохладительных напитков и горячего питания для пассажиров в количестве 220 человек, в суд представлены счет на оплату №10 от 31.05.2017, платежное поручение №11103 19.06.2017, а также реестр пассажиров.

АО «Альфастрахование» также полагает, что столкновение воздушного судна с одиночной птицей (не из стаи), не является обстоятельством непреодолимой силы.

На момент авиационного инцидента воздушное судно А321 VQ-BKJ было застраховано в АО «АльфаСтрахование» по договору страхования воздушных судов и запасных частей № 4394Z/747/02128/6 от 07.11.2016 (далее - Договор страхования).

В соответствии с условиями Договора страхования АО «АльфаСтрахование» признало событие, произошедшее 11.05.2017, страховым.

Страховщиком были составлены страховые акты, и было выплачено страховое возмещение за вычетом франшизы, составляющей 100 000 Долларов США.

В связи с большим количеством ремонтных воздействий выплата страхового возмещения производилась частями:

- по страховому акту № 4394Z/747/00001665/17 от 12.06.2017 платежным поручением № 16817 от 14.07.2017 в сумме 27 082 620 руб. (450 000 Долларов США по курсу на 14.07.2017).

-по страховому акту № 4394Z/747/00001665/17-1 от 01.03.2018 платежным поручением № 61379 от 02.03.2018 в сумме 11 812 386,53 руб. (363 463,46 Долларов США по курсу на 02.03.2018 + 313 241,17 Евро по курсу на 02.03.2018 - 550 000 Долларов США по курсу на 02.03.2018 + 762 411,49 руб.).

Таким образом, страховое возмещение по страховому случаю от 11.05.2017 составило: 263 463,46 Долларов США; 313 241,17 Евро; 762 411,49 руб., что составило 38 895 006,53 руб.

Полагая, что АО «Аэропорт Кольцово» ненадлежащим образом исполнил свои обязательства по обеспечению орнитологической безопасности полетов в отношении воздушного судна А321-211 VQ-BKJ, вследствие чего 12.05.2017 произошло столкновение с птицей на территории аэропорта Кольцово, истцы обратились с исковыми заявлениями о взыскании возникших убытков в арбитражный суд.

Судом первой инстанции принято вышеприведенное решение.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, заслушав представителей сторон, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков.

Пунктом 1 ст. 929 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В силу положений ст. 387, п. 1 ст. 965 Гражданского кодекса Российской Федерации к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое выгодоприобретатель имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

При суброгации происходит перемена лиц в обязательстве на основании закона, поэтому перешедшее к страховщику право осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем и лицом, ответственным за убытки.

В соответствии со статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. При этом убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса, согласно которым лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 4 Постановления Пленума от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Кодекса).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков (пункт 5 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7).

В силу пункта 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из изложенного следует, что в предмет доказывания по делам о взыскании убытков входит установление следующих обстоятельств: противоправность действий (бездействия) ответчика; наличие и размер вреда (убытков); причинная связь между действиями (бездействием) ответчика и возникшим ущербом (убытками); вина ответчика в возникновении убытков.

Для удовлетворения требований истца необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Отсутствие хотя бы одного из этих условий, необходимых для применения ответственности в виде взыскания убытков, влечет отказ в удовлетворении исковых требований.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23.06.2015 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пунктах 1, 2, 4, 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 7 от 24.03.2016 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из закона, возмещению подлежат только те убытки, которые причинены ненадлежащим исполнением или неисполнением обязательств (п. 1 ст. 393 ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы  избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.

В соответствии со статьей 95 Воздушного кодекса Российской Федерации авиационное происшествие или инцидент с гражданским, государственным или экспериментальным воздушным судном Российской Федерации либо с воздушным судном иностранного государства на территории Российской Федерации подлежат обязательному расследованию.

Целями расследования авиационного происшествия или инцидента являются установление причин авиационного происшествия или инцидента и принятие мер по их предотвращению в будущем. Установление чьей-либо вины и ответственности не является целью расследования авиационного происшествия или инцидента. Расследования, классификация и учет авиационных происшествий или инцидентов осуществляются уполномоченными органами, на которые возложены эти полномочия соответственно в гражданской, государственной или экспериментальной авиации.

Полномочия комиссии по расследованию авиационного происшествия или инцидента предусмотрены статьей 96 Воздушного кодекса РФ.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 18.06.1998 N 609 утверждены Правила расследования авиационных происшествий и инцидентов с гражданскими воздушными судами в Российской Федерации.

В силу пункта 3.4.7 Правил итоговым документом работы комиссии по расследованию авиационного инцидента является отчет по результатам расследования авиационного инцидента, который составляется с учетом результатов проведенных работ.

Как следует из материалов дела, отчетом по результатам расследования авиационного инцидента с самолетом АЗ21-211 VQ- BKJ от 11.07.2017 (далее -  Отчет) установлено:

п. 5.2. Отчета - на аэродроме Екатеринбург (Кольцово) радиолокационный контроль за орнитологической обстановкой как перспективный метод, предусмотренный Главой 12 Doc 9137 AN/898 Part 3 и пунктом 8.24 ФАЛ-128, отсутствует; 

п. 6.2.6 Отчета - не применены химикаты вдоль ИВПП для удаления дождевых червей в соответствии с действующими национальными правилами согласно пункту 4.6 Doc 9137 AN/898 Part 3, либо металлические «канавки», через которые червям не переползти;

не высажены растения, которые не привлекают представителей дикой природы или в некоторой степени ядовиты для них. Например, виды овсяниц, которые содержат грибковые эндофиты, неприятные на вкус для луговых птиц, млекопитающих и насекомых, согласно пункту 4 подпункта «Ф> пункта 7.4.1 Doc 9137 AN/898 Part 3;

п. 6.2.7. Отчета установлено недостаточное количество технических средств отпугивания на территории аэродрома с обеспечением установки технических средств отпугивания на всей территории аэродрома с учетом перекрытия зон воздействия, а также количество внештатных сотрудников, имеющих право применения летальных средств;

Таким образом, указание в разделе 5 Отчета по результатам расследования целого списка выявленных недостатков свидетельствует о невыполнении ответчиком всех возможных мер для надлежащего исполнения обязательств.

Доводы Ответчика о том, что выявленные недостатки, не оказали непосредственного влияния на исход данного полёта, но отрицательно влияют на безопасность полетов в целом, не свидетельствует о наличии вины ответчика и не состоят в причинно-следственной связи с наступлением обстоятельств авиационного инцидента, не могут быть приняты во внимание, поскольку именно совокупность недостатков, выявленных при расследовании, способствовали появлению птиц на территории аэропорта Кольцово.

Доводы об отсутствии в Отчете выводов о недостаточности мер, предпринятых Ответчиком, не соответствует действительности, поскольку п. 5.2 Отчета, указывающий на отсутствие радиолокационного контроля за орнитологической обстановкой как перспективного метода, содержится именно в Разделе 5 «Недостатки, выявленные при расследовании».

Согласно пункту 1.3 приказа Федеральной службы воздушного транспорта России от 06.05.2000 № 121 «Об утверждении и введении в действие Федеральных авиационных правил «Сертификационные требования к юридическим лицам, осуществляющим аэропортовую деятельность по аэродромному обеспечению полетов воздушных судов» аэропортовая деятельность по аэродромному обеспечению полетов гражданских воздушных судов на внутренних и международных воздушных линиях Российской Федерации обязательно включает в себя орнитологическое обеспечение.

Разделом III «Аэропортовые сборы» приказа Министерства транспорта Российской Федерации от 02.10.2000 № 110 «Об аэронавигационных и аэропортовых сборах, тарифах за обслуживание воздушных судов эксплуатантов Российской Федерации в аэропортах и воздушном пространстве Российской Федерации» установлены сборы, в том числе, и за услуги по орнитологическому обеспечению безопасности полетов в районе аэропорта.

В соответствии с пунктом 2.8 Руководства по орнитологическому обеспечению полетов в гражданской авиации (РООП ГА-89) (далее – Руководство) на аэродромах должны приниматься все возможные меры по предотвращению столкновений воздушных судов с птицами.

Согласно пункту 2.5 Руководства одним из обязательных мероприятий по орнитологическому обеспечению полетов является радиолокационный контроль за птицами на пути движения воздушного судна, то есть зондирование пространства впереди летящих объектов (птиц, самолетов), высвечивая на экране локатора расстояние до объекта, размер и пространственную ориентацию, после чего обслуживающая компания обязана оповестить экипаж воздушного судна о птицах, обнаруженных на пути движения воздушного судна.

Пункт 4.7.1.1 Руководства содержит перечень действий, необходимых для обеспечения орнитологической обстановки в районе аэропорта.

Пунктом 4.7.1.1 Руководства предусмотрено, что отпугивание птиц от аэродромов может производиться с помощью большого числа различных средств: биоакустических установок, ружей, ракетниц, газовых пушек, трещоток, зеркальных шаров, сетей, тушек мертвых птиц и т.д. Выбор и применение наиболее целесообразных средств отпугивания птиц осуществляется на каждом аэродроме, исходя из местных особенностей орнитологической обстановки согласно пункту 4.7.1.3 Руководства.

Пунктом 4.3 Руководства предусмотрено визуальное наблюдение за птицами, в частности, согласно пункту 4.3.1 визуальное орнитологическое наблюдение на аэродромах осуществляют диспетчеры.

При обнаружении птиц, находящихся на траектории полета воздушного судна или поблизости от него, диспетчер старта информирует экипаж воздушного судна, выполняющего взлет или заход на посадку.

Зона ответственности аэропорта определена Руководством по системе информации ИКАО о столкновениях с птицами (IBIS).doc.9332-AN/909, согласно которому столкновением с птицами в аэропортах считаются те столкновения, который происходят на высоте от 0 до 200 футов (60,98 м) при заходе на посадку и от 0 до 500 футов (152,4) при наборе высоты, или  выполнении стоянки, руления, этапов разбега при взлете или пробега после посадки.

Таким образом, по смыслу приведенных норм на аэропорте, в чьем ведении находится зона повышенной опасности, в силу закона лежит обязанность по орнитологическому обеспечению полетов, что предусматривает повышенную ответственность аэропорта за обеспечение безопасности полетов.

Следовательно, попадание в воздушное судно птицы не может считаться обстоятельством непреодолимой силы, имеющей чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер и служащей основанием для освобождения аэропорта от ответственности.

С учетом вышеизложенных обстоятельств, также необходимости установления размера убытков с учетом всего объема имеющихся в деле доказательств, судом в рамках нового рассмотрения дела по ходатайству истцов была назначена дополнительная судебная летно-техническая экспертиза. 

Согласно выводам судебной летно-технической экспертизы ЗАО «Эйрклэймс» («Си-Ай-Эс»), проведенной экспертом  ФИО6, изложенным в заключении от 18.06.2021, состав и общий размер затрат по восстановительному ремонту воздушного суда A321 VQ-BKJ, фактически понесенных ОАО «Уральские авиалинии» в результате авиационного инцидента от 12.05.2017 в 04 час. 23 мин. местного времени на аэродроме Кольцово, могут быть признаны обоснованными в размере: Ремонт воздухозаборника – 280 671, 00 евро, Ремонт створки реверса – 1 697, 00 евро, Расходы на транспортировку воздухозаборника и реверса – 6 734,71 долл. США, Таможенные расходы при ввозе воздухозаборника и реверса – 750,00 руб., Расходы на замену акустических панелей – 31 160, 83 евро., Расходы на замену направляющих лопаток вентилятора – 33 500, 00 долл. США, Расходы на доставку направляющих лопаток вентилятора – 690,00 долл. США. Всего: 313 528 , 83 евро 40924, 71 долл. США 750, 00 руб.

Также установлено, что выполнить весь объем ремонтных работ в условиях авиационного технического центра ОАО «Уральские авиалинии» было невозможно. Ремонт поврежденных воздухозаборника и створки реверса с повреждением композитных элементов требовал применения специального оборудования в частности, автоклава для сушки и полимеризации композитных материалов. На территории Российской Федерации нет технических центров, выполняющих комплекс работ по восстановлению поврежденных композитных элементов воздухозаборников и створок реверса самолетов типа А320 и имеющих одобрение разработчика воздушного судна – компании Эрбас (Airbus SE).

Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Основания относиться к данному доказательству критически у суда апелляционной инстанции отсутствуют, поскольку при рассмотрении дела в суде первой инстанции эксперты представили подробные пояснения по проведенному исследованию.

АО «АльфаСтрахование» настаивает, что экспертом необоснованно исключена часть понесенных страхователем в результате авиационного инцидента расходов. 

Согласно ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно заключению экспертизы ряд расходов, заявленных в качестве убытков со стороны истца, не находятся в причинной связи с ненадлежащим исполнением условий обязательства со стороны ответчика. Между тем, наличие причинной связи (вопреки доводам истца о достаточности факта несения убытков как безусловного основания для взыскания их в судебном порядке) является одним из необходимых условий для возмещения убытков, наряду с разумной степенью достоверности расходов. 

Так, согласно техническому акту от 12.05.2017, на который эксперт ссылался и оценивал, указано на повреждение 27 лопаток двигателя №1 по результатам инспекции ВС после попадания птицы. Однако, установить явились ли такие повреждения следствием попадания птицы из представленного акта не представляется возможным.

Кроме того, акт осмотра №012 от 12.05.2017 содержит сведения о многочисленных повреждениях лопаток, не превышающих допуск Руководства по ТО и ремонту ВС 72-21- 00-210-009. Необходимо отметить, что в акте осмотра №012 от 12.05.2017 осмотрены 36 лопаток, из которых за пределами допустимых значений - 23 лопатки. Акт осмотра №012 от 12.05.2021 не содержит выводов о причинах состояния лопаток «за пределами допустимых значений».

Сведения о ранее имевшихся повреждениях в материалы дела не представлены. Не представлен в материалы дела список лопаток (либо любой иной документ) с указанием серийных номеров и причины обнаруженных повреждений по каждой из них.

Эксплуатационная (техническая) документация на повреждённое воздушное судно, в которой должны фиксироваться все повреждения и допуски к дальнейшей эксплуатации, в полном объёме в материалах дела отсутствует.

Имеющийся в деле документ «Журнал регистрации повреждений воздушного судна (ALDB)» содержит информацию о повреждениях ВС, только начиная с марта 2017 года. Кроме того, в указанном Журнале нет сведений о повреждении лопаток 12 мая 2017 года. Таким образом, в материалах дела отсутствуют документ, содержащие сведения об обнаруженных повреждениях, позволяющие установить причинно-следственную связь между столкновением воздушного судна с птицей и повреждением 27 лопаток двигателя №1, на что указано в экспертном заключении.

Выводы эксперта, проводившего дополнительную лётно-техническую экспертизу в рамках настоящего дела, основаны на тех документах, которые представлены сторонами в материалы дела.

Кроме того, в деле отсутствуют документы о стоимости замены 7 утилизированных лопаток, а также работ по замене. Как отмечено экспертом при его вызове в судебное заседание, стоимость работ по замене лопаток может быть разной, в зависимости от того, заменяются лопатки в авиакомпании или в ремонтной организации.

В ходе допроса эксперта в судебном заседании при ответе на вопрос ответчика о возможности ремонта двигателя в условиях авиационно-технического центра на территории Российской Федерации и о примерной стоимости такого ремонта эксперт ответил, что такая возможность имеется, например, авиационно-технический центр авиакомпании «S7 Airlines»; стоимость ремонтных работ на территории РФ, исходя из практики работы, меньше заявленной истцом в 10 раз.

Кроме того, истец заявляет, что к страховому возмещению было принято 214 713,75долларов США из 327 448,75 долларов США (общая стоимость ремонта двигателя, в т.ч., расходы на ремонтные работы, не связанные с авиационным инцидентом 12.05.2017). Однако, истец заявляет об обоснованности расходов на доставку двигателя в Швейцарию в размере 175 726руб. и расходы на таможенное оформление двигателя в сумме 1500 руб. в полном объёме без учёта того, что только часть расходов на ремонт и, соответственно, на доставку двигателя и таможенное оформление связана с авиационным инцидентом.

Таким образом, оценив экспертное заключение наряду с иными доказательствами, имеющимися в материалах дела, суд принял обоснованное решение об отказе в удовлетворении в заявленной части требований.

Ответчик считает, что судом не дана правовая оценка заключению эксперта в части эколого-орнитологической экспертизы (заключения от 30.08.2019 и от 07.04.2020) относительно виновности поведения ответчика.

Отклоняя указанные доводы, апелляционный суд исходит из следующего. 

Согласно Оценке орнитологической обстановки, 2016 год, ООО «Экология Развития Бизнеса» отмечается: «Чайки... Преимущественно дневные птицы, хотя нередко летают и ищут пищу по ночам, (страница 20 Отчета).

Указанное свидетельствует, что вывод Эксперта об исключительности перелета чайки 12.05.2017с 04 час. 00 мин, до 04 час. 50 мин, местного времени, признанный случайным событием - случайным неконтролируемым природным фактором, который Ответчик не мог предвидеть, сделан без учета обстоятельств, установленных Отчетом.

Более того, Экспертом установлен непредсказуемый характер события исходя из вида птицы, следовательно ПАО «Аэропорт Кольцово» оказывает орнитологическое обеспечение полета исходя из вида птиц. При этом орнитологическое обеспечение полетов подразумевает полное исключение возможности столкновения ВС с птицей, вне зависимости от ее вида.

Следовательно, столкновение с конкретным видом птицы не может являться обстоятельством непреодолимой силы.

Эксперт также указал, что меры, принимаемые ПАО «Аэропорт Кольцово» по обеспечению орнитологической безопасности в рамках соглашения о наземном обслуживании от 16.12.2014, не позволяют полностью исключить возможность перелета на территории аэропорта одиночной птицы. Это связано не с недостаточностью мер для безопасности полетов, а вызвано случайным непредсказуемым характером события, вероятность которого полностью исключить невозможно.

Указанные выводы сделаны без учета п. 5.2., 6.2.6., 6.2.7. Отчета.

Кроме того, эксперт указал - районы регистрации гнездования барабинской чайки расположены за пределами внешней горизонтальной поверхности приаэродромной территории аэропорта Кольцово. Регулярные перелеты барабинской чайки в окрестностях г. Екатеринбург существуют за пределами этой зоны.

Принимая во внимание объяснительную от 15.05.2017, описание которой содержится в Отчете (страница 15), выводы эксперта об исключительности инцидента основаны на том, что пролет чаек над приаэродромной территорией аэропорта Кольцово является редким явлением, однако они сделаны без учета положений отчета о том, что группа чаек (три, а не одна) находились непосредственно на ВПП, а не пролетали над ней, следуя к месту гнездования.

Кроме того, в 23:10 техник аэродромной службы ПАО «Аэропорт Кольцово» осуществил оценку состояния параметров аэродромного покрытия лётного поля и в процессе осмотра птиц видно не было (стр.14 Отчёта). По мнению ответчика, это свидетельствует о надлежащем орнитологическом обслуживании. Однако Журнал эколого-орнитологического обследования территории Екатеринбург (Кольцово) не соответствует положениям пункта 4.3.2 Рос 9137 AN/898 Part 3 в части пополнения данными через каждые 30 минут в течение дня о предпринятых действиях для отпугивания птиц и результатов подобных действий (страница 20 Отчета).

Указанное свидетельствует, что услуги, оказываемые Ответчиком в рамках Соглашения, не соответствуют нормативным требованиям, ответчик ограничивается визуальным осмотром полосы техником без привлечения соответствующих квалифицированных специалистов и спецсредств.

Судом обоснованно отклонены доводы ответчика, аналогичные заявленные в апелляционной жалобе, о необоснованности несения расходов по выполнению перегоночного рейса U6 9879 по маршруту «Домодедово - Екатеринбург» за 12.05.2017 в сумме 539 917 руб. Действующее законодательство Российской Федерации, устанавливающее требование о наличии резервных воздушных судов, не содержит указаний о месте их нахождения.

Как установлено судом, в связи с указанным выше повреждением была произведена перегонка Воздушного судна в Екатеринбург в целях отправки пассажиров рейса U6 3725 по маршруту Екатеринбург - Анталия, для чего Авиакомпанией «Уральские авиалинии» был выполнен перегоночный рейс U6 9879 по маршруту «Домодедово - Екатеринбург» 12.05.2017.

В связи с выполнением указанного рейса Авиакомпанией «Уральские авиалинии» были понесены следующие расходы:

-Расходы по аэропортовому и наземному обслуживанию по вылету рейса из Домодедово, по прилету рейса в Екатеринбург в сумме 88 925 руб., что подтверждается расчетом расходов по перегонке рейса U6 9879 по маршруту «Домодедово - Екатеринбург» за 12.05.2017, счетом- фактурой №36592 от 15.05.2017 г., счетом-фактурой №36591 от 15.05.2017 г., счетом-фактурой №36400 от15.05.2017 г., счетом-фактурой № 63069 от 31.05.2017 г., счетом-фактурой № 36399 от 15.05.2017г., счетом-фактурой № 36471 от 15.05.2017 г., счетом-фактурой № 508 от 31.05.2017 г., платежным поручением №8335 от 18.05.2017 г., платежным поручением №8218 от 16.05.2017 г., платежным поручением №8410 от 18.05.2017 г., платежным поручением №11712 от 03.07.2017 г., платежным поручением № 11779 от 29.06.2017 г.

-Расходы по заправке топливом в сумме 152 772 руб., что подтверждается Расчетом суммы расходов по заправке топливом, счетом-фактурой №05-0723 от 15.05.2017 г., платежным поручением №7994 от 11.05.2017 г. с приложением реестра заправок.

-Расходы по аэронавигационному обслуживанию по трассе в сумме 9 420 руб., что подтверждается расчетом расходов по перегонке рейса, счетом №1218/0517р01/00/1601 от 31.05.2017г., платежным поручением №11723 от 03.07.2017 г.

-Себестоимость рейса U6 9879 по маршруту «Домодедово - Екатеринбург» за 12.05.2017 (исходя из стоимости летного часа) составляет 288 800 руб., что подтверждается Расчетом себестоимости; Показателями себестоимости, утвержденными Генеральным директором Авиакомпании «Уральские авиалинии»; заданием на полет U6 9879 по маршруту «Домодедово - Екатеринбург» за 12.05.2017 .

Таким образом, представленные ОАО «Уральские авиалинии» финансовые документы бесспорно свидетельствуют о несении заявленных расходов. Таким образом, факт их несения и размер подтверждены истцом документально (статья 65 АПК РФ).

Доводы ответчика о необоснованности несения расходов в связи с вынужденным возвратом воздушного судна в аэропорт г. Екатеринбурга в сумме 442 996 руб. также были предметом рассмотрения  судом первой инстанции и  справедливо отклонены.

Так, расходы по аэропортовому, аэронавигационному и наземному обслуживанию по вылету рейса из Екатеринбурга, по прилету рейса в Екатеринбург в сумме 286 208 руб. подтверждаются расчетом расходов по возврату ВС VQ-BKJ Екатеринбург-Екатеринбург, актом сдачи-приемки №5641 от 15.05.2017 г., счетом-фактурой №5642 от 15.05.2017 г., платежным поручением №8253 от 16.05.2017г., счетом №735/0517р01/00/0601 от 31.05.2017 г., платежным поручением №11715 от 03.07.2017.

Расходы по заправке топливом в сумме 61 788 руб. подтверждаются Расчетом суммы расходов по заправке топливом, счетом-фактурой №23973 от 15.05.2017 г., счетом-фактурой №23978 от 15.05.2017, платежным поручением №7835 от 11.05.2017.

Расходы на летный час составили 95000 рублей.

Себестоимость летного часа является основным показателем целесообразности использования воздушных судов, отражаются все стороны производственной и финансово-хозяйственной деятельности, в том числе степень использования материальных, трудовых и финансовых ресурсов.

В себестоимость включаются фактические затраты на производство продукции (работ, услуг) и эти затраты производятся истцом на совершение летного часа, то они в соответствии со статьей 15 ГК РФ являются реальным ущербом.

На момент авиационного инцидента воздушное судно А-321-200 VQ-BKJ было застраховано в АО “АльфаСтрахование» по договору страхования воздушных судов и запасных частей №439Z/747/02128/6 от 07.11.2016 (далее - Договор страхования).

В соответствии с условиями Договора страхования АО «АльфаСтрахование» признало событие, произошедшее 11.05.2017 страховым.

Страховое возмещение в рублевом эквиваленте составило 38 895 006,53 руб., что подтверждается платежными поручениями №61379, 16817 представленными Истцом.

Согласно п. 2.6.1. Договору страхования, в отношении каждого застрахованного воздушного судна устанавливается франшиза в размере 100 000 долларов США, по каждому страховому случаю и серии случаев в результате одного происшествия.

Предоставление некого расчета непокрытых убытков, на который ссылается ПАО «Аэропорт Кольцово» не может быть представлен, поскольку в данном случае, речь идет о фиксированной сумме в отношении всего убытка. Сумма франшизы не состоит из перечня непокрытых расходов Истца.

Сумма страхового возмещения определятся как, убытки Застрахованного лица, полученные в инциденте, признанным со страховым случаем, за вычетом суммы безусловной франшизы в размере USD 100 000.

Таким образом, Авиакомпания понесла дополнительные расходы в размере 100 000 долларов США, в связи с применением норм регулирующих размер суммы не подлежащей выплате Страхователю, соответствующие доводы ответчика подлежат отклонению.

Ссылки ответчика на имеющуюся судебную практику не могут быть приняты во внимание в силу того, что обстоятельства настоящего дела не равнозначны приведенному апеллянтом делу №А41-46021/2014, поскольку судебные акты были вынесены при иных фактических обстоятельствах. 

Согласно пункту 2.5. Руководства по орнитологическому обеспечению полетов в гражданской авиации (РООП ГА-89) (утв. Приказом МГА СССР от 26.12.1988 No209) орнитологическое обеспечение полетов представляет собой комплекс мероприятий. Основными из этих мероприятий являются: визуальный и радиолокационный контроль за скоплениями и массовыми перелетами птиц на пути движения ВС, который в свою очередь отсутствовал на момент авиационного инцидента в аэропорту Кольцово.

Решением по делу А41-46021/2014 установлено, что ответчиком все мероприятия по орнитологическому обеспечению полетов, рекомендованные нормативными документами, на момент события выполнялись надлежащим образом в полном объеме.

В авиационном инциденте с участием воздушного судна ОАО АК «Уральские авиалинии» отчетом установлено, что ПАО «Аэропорт Кольцово»  не выполняется требование о наличии радиолокационного контроля за скоплениями и массовыми перелетами птиц на пути движения ВС.

Следовательно, ответчиком не в полной мере были предприняты мероприятия по орнитологическому обеспечению полетов, предусмотренные нормативными документами.

Кроме того, авиационном инциденте в аэропорту Шереметьево была зафиксирована одна птица, что также не соотносится с авиационным инцидентом от 11.05.2017 в аэропорту Кольцово, где было зафиксировано несколько птиц.

Вопреки доводам ответчика, из указанного выше следует, что факт причинения ущерба истцам со стороны ответчика доказан, поскольку в материалах дела имеются подтверждения, что повреждение воздушного судна произошло именно в аэропорту Екатеринбург (Кольцово).

Иных доводов о неправомерности принятого судебного акта апеллянтами не заявлено.

При таких обстоятельствах, установив доказательства,  однозначно свидетельствующие, что воздушное судно повреждено в аэропорту Екатеринбург (Кольцово), обязанность по осуществлению эксплуатационного содержания которого и обеспечения авиационной безопасности возложена на ответчика, суд первой инстанции пришел к обоснованному и достаточно мотивированному выводу о том, что истцами с разумной степенью достоверности доказана причинно-следственная связь между понесенными убытками и выполнением ответчиком аэропортовых услуг в аэропорту Кольцово. Иного истцом не доказано (статьи 9, 65 АПК РФ).

В соответствии со ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами.

Поскольку орнитологическое обеспечение полетов - комплекс мероприятий, направленных на предотвращение столкновений ВС с птицами, именно исключение фактов столкновения ВС с птицами является свидетельством надлежащего исполнения ответчиком обязательств, принятых на себя в силу действующего законодательства и в рамках заключенного с истцом соглашения, и критерием качества оказываемых услуг.

По смыслу приведенных норм на аэропорте, в чьем ведении находится зона повышенной опасности, в силу закона лежит обязанность по орнитологическому обеспечению полетов, что предусматривает повышенную ответственность аэропорта за орнитологическое обеспечение, ответчик мог и должен был непрерывно предпринимать комплекс соответствующих мероприятий в целях исключения попадания в двигатель воздушного судна любого постороннего предмета (птицы, мелкого дикого животного или кого-либо еще).

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, ПАО «Аэропорт Кольцово» не предприняло всех зависящих от него необходимых действий для минимизации случаев попадания в двигатель воздушного судна постороннего предмета, что свидетельствует о наличии его вины в причинении ущерба в результате авиационного инцидента, произошедшего 11.05.2017.

Следовательно, попадание в воздушное судно птицы не может считаться обстоятельством непреодолимой силы, имеющей чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер и служащей основанием для освобождения аэропорта от ответственности.

Поскольку исключение фактов столкновения ВС с птицами напрямую влияет на безопасность воздушных перевозок пассажиров, обозначенная позиция обоснованно применена судом в настоящем споре.

Таким образом, в нарушение ст. ст. 309 и 310 ГК РФ ответчиком допущено нарушение принятых на себя согласно условиям соглашения обязательств по орнитологическому обеспечению полетов ВС, которое повлекло возникновение у истцов убытков.

Ответчик размер причиненных убытков не оспорил, не представил в материалы дела доказательства в опровержение понесенных истцами расходов, не оспорил объем и стоимость использованных для ремонта материалов, количество времени, затраченного на выполнение работ по восстановлению воздушного судна (трудоемкость). Доказательства надлежащего исполнения обязательств в период произошедшего авиационного инцидента с той степенью заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него по характеру обязательства и условиям оборота ответчиком в материалы дела не представлены (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, поскольку вина ответчика, причинно-следственная связь между возникшими убытками и действиями (бездействиями) сотрудников ПАО «Аэропорт Кольцово» (их вина) подтверждаются материалами дела, требования ОАО Авиакомпания «Уральские авиалинии», АО «АльфаСтрахование» правомерно судом первой инстанции удовлетворены.

Согласно пункту 1 статьи 317 Гражданского кодекса Российской Федерации денежные обязательства должны быть выражены в рублях (статья 140).

В денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах (экю, "специальных правах заимствования" и др.).

В этом случае подлежащая уплате в рублях сумма определяется по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день платежа, если иной курс или иная дата его определения не установлены законом или соглашением сторон (пункт 2 названной статьи).

В пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.11.2002 N 70 "О применении арбитражными судами статей 140 и 317 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что если законом или соглашением сторон курс и дата пересчета не установлены, суд в соответствии с пунктом 2 статьи 317 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает, что пересчет осуществляется по официальному курсу на дату фактического платежа.

Определяя курс и дату пересчета, суд указывает курс и дату, установленные законом или соглашением сторон.

Если законом или соглашением сторон курс и дата пересчета не установлены, суд в соответствии с пунктом 2 статьи 317 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает, что пересчет осуществляется по официальному курсу на дату фактического платежа.

В п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении" разъяснено следующее: по общему правилу валютой долга и валютой платежа является рубль (пункт 1 статьи 317 ГК РФ).

Вместе с тем согласно пункту 2 статьи 317 ГК РФ в денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате в рублях (валюта платежа) в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах (валюта долга).

В этом случае подлежащая уплате в рублях сумма определяется по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день платежа, если иной курс или иная дата его определения не установлены законом или соглашением сторон.

Руководствуясь изложенными выше нормами гражданского законодательства, а также разъяснениями Пленума Верховного суда РФ, суд первой инстанции обоснованно указал, что убытки подлежат взысканию с ответчика по курсу Центрального Банка РФ на дату фактического исполнения решения суда.

Следует признать, что дело рассмотрено судом первой инстанции полно и всесторонне, нормы материального и процессуального права не нарушены, выводы суда о применении норм права соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся доказательствам, в связи с чем, у апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для изменения или отмены принятого решения и удовлетворения апелляционной жалобы.

Ссылка АО «СОГАЗ» на иную судебную практику судом апелляционной  инстанции отклоняется, поскольку обстоятельства, установленные по иным делам, не являются преюдициальными при рассмотрении настоящего дела (часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), по указанным делам имели место иные обстоятельства, не связанные с фактическими обстоятельствами, установленными судом при рассмотрении настоящего дела. Таким образом, правовая позиция судов по другим делам, основанная на оценке иных доказательств, не влияет на оценку доказательств при рассмотрении настоящего дела.

Доводы апелляционной жалобы АО «АльфаСтрахование» о неполноте, необоснованности выводов эксперта, а также о неправомерном отклонении судом первой инстанции ходатайства о проведении повторной экспертизы не принимаются в силу следующего.

В соответствии с ч. 2 ст. 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Заключение экспертизы исследовано Арбитражным судом Свердловской области наряду с другими документами и признано надлежащим доказательством, оценено им наряду с другими представленными сторонами доказательствами (статьи 64, 71, часть 3 статьи 86 АПК РФ).

Вопрос о необходимости проведения экспертизы согласно ст. 82 и 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу. Удовлетворение ходатайства о проведении повторной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора. 

В рассматриваемом случае суд не усмотрел предусмотренных в ст. 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для проведения повторной экспертизы.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что несогласие с выбором организации, проводившей экспертизу, не принимается во внимание.

Ходатайство об отводе кандидатуры экспертов, проводивших экспертизу, на основании ст. 23, ч. 3 ст. 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не заявлено.

Нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь изменение или отмену решения суда первой инстанции, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по государственной пошлине по апелляционным жалобам в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителей жалоб.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 28 декабря 2021 года по делу № А60-35179/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы акционерного общества "Альфастрахование", публичного акционерного общества "Аэропорт Кольцово", акционерного общества "Страховое общество газовой промышленности", - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

И.В. Борзенкова

 

Г.Н. Гулякова

Судьи

 

Ю.В. Шаламова