АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  

НИЖЕГОРОДСКОЙ  ОБЛАСТИ

 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А43-8070/2023

г. Нижний Новгород                                                                                    04 декабря 2023 года

 

Резолютивная часть решения оглашена 27 ноября 2023 года

Текст решения в полном объеме изготовлен 04 декабря 2023 года

 

Арбитражный суд Нижегородской области в составе судьи Чепурных Марии Григорьевны (вн. шифр 43-144), при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, с использованием системы онлайн-заседания, рассмотрел в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью "Феррони Йошкар-Ола" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании недействительным и отмене решения Приволжской электронной таможни от 13.01.2023 о внесении изменений в сведения, заявленные в декларации на товары №10418010/311022/3205073,   об обязании Приволжской электронной таможни возвратить ООО "Феррони Йошкар-Ола" излишне уплаченные по декларации на товар №10418010/311022/3205073 таможенные платежи в размере 3919009,84 руб.,

в присутствии представителей сторон: 

от заявителя: ФИО2 (доверенность от 24.07.2023),

от Приволжской электронной таможни: ФИО3 (доверенность от 29.12.2022), ФИО4 (доверенность от 15.03.2022),

установил:

в Арбитражный суд Нижегородской области обратилось "Феррони Йошкар-Ола" (далее - заявитель, общество) с заявлением к Приволжской электронной таможне (далее – ответчик, таможенный орган), содержащим указанное требование.

В обоснование заявленного требования общество указывает, что уплата платежей за использование программного обеспечения не является условием продажи оборудования по контракту с IRON Srl., плата за использование программного обеспечения (лицензионный платеж) установлена в п. 2.2. контракта, не включена в цену товара и составляет 200 000 евро. Из условий контракта с IRON Srl. не следует, что продавец обязывает при покупке товара осуществлять закупку программного обеспечения.

Товар отгружен продавцом в октябре 2022 года и поставлен покупателю в ноябре 2022 года без уплаты лицензионных платежей за программное обеспечение.

Заявитель считает, что таможенным органом при вынесении оспариваемого решения не соблюдены требования подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, до настоящего времени лицензионные платежи за использование программного обеспечения не оплачены покупателем в полном объеме, в то время как оборудование оплачено и получено.

Общество ссылается на судебную практику и отмечает, что программное обеспечение, лицензию на использование которого приобрело общество по контракту №20191129 от 02.12.2019 не входит в комплект поставки согласно Спецификации, не ввозилось обществом по ДТ № 10418010/311022/3205073, а предоставлено по электронным средствам связи путем предоставления безопасного электронного доступа к файлам для их скачивания, без фактического перемещения через таможенную границу.

В связи с указанным плата за использование программного обеспечения, по мнению заявителя, не подлежит включению в таможенную стоимость, а решение таможенного органа об изменении таможенной стоимости незаконно.

Подробно позиция общества изложена в заявлении, письменных пояснениях по делу, отзыве на возражения таможенного органа и поддержана представителем в судебном заседании.

Приволжская электронная таможня возражает относительно удовлетворения заявленного требования, указывая, что на этапе совершения таможенных операций по результатам контроля таможенной стоимости товара, сведения о котором заявлены в рассматриваемой ДТ, таможенным органом выявлены признаки, указывающие на то, что сведения о таможенной стоимости товаров могут являться недостоверными либо заявленные сведения должным образом не подтверждены. Таможенная стоимость товара определена, исходя из стоимости товара, при этом в цену контракта входит также стоимость программного обеспечения, которая документально не подтверждена. 

Таможенный орган считает, что не представляется возможным сопоставить заявленные расходы по страхованию с представленными документами; идентифицировать сведения о страховой сумме со стоимостью оборудования не представляется возможным. Отдельные сведения, заявленные декларантом не являются количественно определяемой и документально подтвержденной информацией: не представлен прайс-лист/коммерческое предложение, свидетельствующие о том, таможенная стоимость товаров основывается на действительной стоимости товаров, под которой в соответствии с пунктом 2 статьи VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года понимается цена, по которой во время и в месте, определённых законодательством страны ввоза, такой или аналогичный товар продаётся или предлагается для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции.

В ходе проверки установлено, что сведения о таможенной стоимости товара в ДТ № 10418010/311022/3205073 и в ДТС-1 не соответствуют фактическим сведениям, выявленным по результатам таможенного контроля заявленных сведений.

Отсутствие факта оплаты покупателем стоимости программного обеспечения и акта окончательной приемки на заводе покупателя не свидетельствует об отсутствии необходимости включения данной стоимости программного обеспечения, которое относится к товару, перемещаемому через таможенную границу ЕАЭС, в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за товар. Требование о включении в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за товар, только фактически оплаченных расходов таможенным законодательством не установлено; напротив, прямо предусмотрена необходимость включения таких расходов в размере, подлежащем уплате.

В оспариваемом решении таможенного органа лицензионные платежи по спорному внешнеторговому контракту не вменяются декларанту и не являлись основанием для доначисления таможенных платежей по оспариваемой ДТ.

Подробно доводы Приволжской электронной таможни изложены в отзыве на заявление, возражениях на письменные пояснения, возражениях на ходатайство заявителя от 05.09.2023, возражениях на письменный отзыв и поддержаны представителями в судебном заседании.

Рассмотрев материалы дела, заслушав доводы лиц, участвующих в деле, суд отказывает заявителю в удовлетворении заявленного требования в силу следующего.

Как следует из материалов дела, 31.10.2022 ООО «ФЕРРОНИ ЙОШКАР-ОЛА» на Приволжский таможенный пост (Центр электронного декларирования) Приволжской электронной таможни подана декларация на товары (далее - ДТ) № 10418010/311022/3205073 в целях помещения под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления товара «линия гибки и пробивки», модель mm 1250x1,5x2500, серийный номер 11609, предназначена для изготовления полотна входной двери используемых при производстве стальных входных дверей, посредством гибки и пробивки стального листа шириной до 1250 мм: не является товаром военного назначения, заготовки из листового металла осуществляется многоштамповальными пробивными прессами с целью пробивки отверстий с левой/правой стороны заготовки, гильотинными ножницами с целью резки заготовки до заданной длинны, блоками продольной и поперечной гибки с целью создания внутренних и внешних загибов на каждой из сторон, максимальная длина/ширина обрабатываемого листа: 2500/1250 мм, максимальная/минимальная толщина обрабатываемого листа: 1,5/0,7 мм. комплект линии состоит из компонентов в соответствии с технической документацией, всего 1 комплект, поставляется в разобранном виде, тов.знак отсутствует, мест: 43, фактурная стоимость: 3 553 000 евро, статистическая стоимость: 3 664 310,61 долл.США, таможенная стоимость: 225 480 788,31 руб., заявлен код товара 8462 29 000 0 ТН ВЭД ЕАЭС * за кг нетто (указано 212 074): 1 063,22 руб. = 17,39 EUR = 17,28 долл.США * за шт. (указано 1): 225 480 788.31 руб. = 3 688 376.59 EUR = 3 664 310.61 долл.США вес нетто: 212 074 кг (99.79% брутто), вес брутто: 212 526 кг.

Производителем товара является компания «IRON SRL.» (Италия).

22.12.2022 таможенным органом принято решение о классификации товара № РКТ-10418000-22/000903 и код заявленный декларантом изменен на 8462 90 001 5 ТН ВЭД ЕАЭС.

В графу 31 внесены следующие изменения: «предназначена для изготовления полотна входной двери посредством гибки и пробивки стального листа. Обработка заготовки из листового металла осуществляется многоштамповальными пробивными прессами с целью пробивки отверстий с левой/правой стороны заготовки, гильотинными ножницами с целью резки заготовки до заданной длинны, блоками продольной и поперечной гибки с целью создания внутренних и внешних загибов на каждой из сторон. Существует возможность выполнять действия по настройке и пошаговым проверкам программы. После обработки изделия на технологической операции поперечной отрезки изделие приобретает вид заготовки полотна двери с технологическими отверстиями (под петли, глазок, ручки, доводчики, противосъемные штыри, замок, задвижку) (с учетом допуска на технологическую операцию поперечная гибка)».

Товары ввезены из Италии на таможенную территорию Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС) в рамках исполнения внешнеторгового контракта № 20191129 от 02.12.2019, заключённого между ООО «ФЕРРОНИ» (Россия) и компанией «IRON SRL.» (Италия) на условиях поставки FCA - MARENO DI PIAVE (Италия). Транспортировка товаров осуществлялась автомобильным видом транспорта. В графах 4 «Место погрузки», 21 «Место составления» транспортных накладных указаны сведения «Асопе, Латвия».

Таможенная стоимость ввезенных товаров определена декларантом методом по стоимости сделки с ввозимыми товарами в соответствии со статьей 39 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС).

Для подтверждения заявленных сведений о таможенной стоимости декларантом представлены следующие документы: ДТС-1, учредительные документы, внешнеторговый контракт с дополнительными соглашениями и приложениями, декларация соответствия, транспортные накладные, инвойс, счета-проформы к договору, страховой полис, договор по перевозке, погрузке, разгрузке/перегрузке, счет на дополнительные расходы, счет на перевозку, транзитные декларации, сертификат о происхождении товара, вывозные декларации страны отправления, страховая декларация.

За основу для определения таможенной стоимости декларантом взята стоимость товаров по инвойсу № 15/VE от 16.02.2022 (3 553 000.00 евро), сведения о котором указаны в графе 44 ДТ №10418010/311022/3205073.

Пунктом 2.2 внешнеторгового контракта оговорено, что общая стоимость контракта состоит:

-           стоимость оборудования;

-           стоимость программного обеспечения оборудования;

-           стоимости пуско-наладочных работ.

С учетом дополнительного соглашения № 1 от 28.10.2020 внешнеторгового контракта следует, что общая стоимость контракта составляет 4 053 000,00 евро:

-           стоимость оборудования - 3 553 000,00 евро;

-           стоимость программного обеспечения - 200 000,00 евро;

-           стоимости пуско-наладочных работ - 300 000,00 евро.

В уполномоченном банке на контракт № 20191129 от 02.12.2019 открыт УНК № 19120005/2590/0040/9/1, в пункте 3 «Общие сведения о контракте» раздела I «Учетная информация» указана «Сумма контракта» 4 053 000,00 евро.

Пунктом 1.3 внешнеторгового контракта оговорено, что «....продавец обязуется передать покупателю программное обеспечение для линии гибки и пробивки. Передача должна быть осуществлена по электронным средствам связи».

Пунктами 3.2.7, 3.2.8 внешнеторгового контракта определено, что частично (42%) «стоимость программного обеспечения оплачивается в авансовом порядке после успешных испытаний на заводе Продавца и перед отгрузкой» и частично (58%) «оплачивается после успешных испытаний на заводе покупателя».

Пунктом 4.1 внешнеторгового контракта оговорено, что «продавец изготавливает оборудование, исходя из того, что получаемые с использованием оборудования готовые изделия должны соответствовать чертежам, предоставленным покупателем. Чертежи передаются покупателем по электронной почте продавца».

Пунктами 4.2, 4.3, 4.4, 4.5, 4.6 внешнеторгового контракта оговорено, что «покупатель обязуется ...направить продавцу инструмент и материал, необходимый ДЛЯ проведения испытаний на заводе продавца до отгрузки оборудования. Покупатель обеспечивает явку представителей на завод Продавца, расположенный по адресу: Виа Ферми 20, МАРЕНО ДИ ПЬЯВЕ (провинция Тревизо), Италия. Точная дата испытаний согласовывается сторонами дополнительно путем обмена сообщениями по электронным почтам сторон. Предварительные испытания включает в себя проверку работоспособности оборудования с использованием оснастки и материалов покупателя. Результатом испытаний являются изготовленные готовые изделия по чертежам покупателя с учетом приложения № 1. По результатам предварительных испытаний уполномоченные представители сторон, подписывают акт предварительных испытаний на заводе Продавца. Если по результатам таких испытаний будут выявлены недостатки или несоответствие оборудования условиям контракта и приложений к нему, и данные недостатки не позволяют произвести предварительные испытания оборудования, то стороны указывают недостатки в акте предварительных испытаний на заводе продавца, согласовывают сроки устранения недостатков и новую дату проведения предварительных испытаний. Испытания признаются успешными, если оборудование продемонстрировало изготовление готовых изделий по чертежам покупателя с учетом приложения № 1».

Пунктом 4.10 внешнеторгового контракта установлено, что «разработанная документация по обслуживанию, программированию и чертежи, 3D модели оснастки и инструментов должны быть предоставлены в соответствующем формате: pdf, doc, step, dxf. Документы и файлы передаются в электронном виде по электронной почте».

Контрактными условиями (пункт 5.11) установлено, что «покупатель обязуется направить продавцу по адресу электронной почты инструкции по заполнению отгрузочных документов до планируемой даты отгрузки».

На этапе совершения таможенных операций по результатам контроля таможенной стоимости товара, сведения о котором заявлены в рассматриваемой ДТ, таможенным органом выявлены признаки, указывающие на то, что сведения о таможенной стоимости товаров могут являться недостоверными либо заявленные сведения должным образом не подтверждены:

-           таможенная стоимость товара определена исходя из стоимости товара (3 553 000 евро), при этом в цену контракта входит также стоимость программного обеспечения, которая документально не подтверждена.

Так, согласно пункту 2.2 контракта от 02.12.2019 № 20191129 и дополнительного соглашения от 28.10.2020 № 2 к контракту стоимость оборудования составляет 3 553 000 евро; стоимость программного обеспечения составляет 200 000 евро; согласно ст. 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары. Документы по оплате товара не представлены. При этом, исходя из условий пункта 3.2 контракта от 02.12.2019 № 20191129, на данный момент должно быть оплачено 100% товара и 42% от стоимости программного обеспечения (платежи №№ 1-7), а также не представлена ведомость банковского контроля, что на момент таможенного декларирования не даёт возможность таможенному органу определить какие товары оплачены фактически, а какие суммы зачтены в счет следующих поставок;

-           отдельные сведения, заявленные декларантом не являются количественно определяемой и документально подтвержденной информацией: согласно представленной страховой декларации страховая (фактическая) стоимость указана в размере 3 680 500 евро; страховой тариф - 0,035 евро; страховая премия - 1 288,17 евро. Страховой полис представлен на страховую сумму в размере 1 633 170,84 евро; страховая премия - 0,018% от страховой суммы 293,97 евро. Страховые полисы на иные суммы не представлены; счет по оплате расходов по страхованию не представлен; документы по оплате услуг по страхованию также не представлены. Кроме того, в графе 19 ДТС-1 расходы по страхованию указаны в размере 77 430,1 руб.; в графе "*" ДТС-1 отсутствует указание суммы пересчета. Таким образом, не представляется возможным сопоставить заявленные расходы по страхованию с представленными документами; идентифицировать сведения о страховой сумме со стоимостью оборудования не представляется возможным;

-           отдельные сведения, заявленные декларантом не являются количественно определяемой и документально подтвержденной информацией: не представлен прайс-лист/коммерческое предложение, свидетельствующие о том, таможенная стоимость товаров основывается на действительной стоимости товаров, под которой в соответствии с пунктом 2 статьи VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года понимается цена, по которой во время и в месте, определённых законодательством страны ввоза, такой или аналогичный товар продаётся или предлагается для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции.

В связи с выявленными признаками недостоверного декларирования таможенной стоимости товаров и недостаточным документальным подтверждением заявленных сведений, необходимо дополнительное выяснение обстоятельств рассматриваемой сделки и условий продажи товаров, а также получение разъяснений относительно выявленных признаков недостоверности заявленных сведений о таможенной стоимости декларируемых товаров.

Таможенным органом открыта проверка таможенных, иных документов и сведений, в процессе которой декларанту направлен запрос о представлении дополнительных документов, сведений и пояснений и установлен срок для их представления - 30.12.2022.

Таможенный орган проинформировал декларанта о возможности произвести выпуск товаров в соответствии со статьей 121 ТК ЕАЭС и одновременно направил расчет размера обеспечения исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов. Размер обеспечения составил 3 472 343,04 рубля.

Товары выпущены в соответствии со статьёй 121 ТК ЕАЭС до завершения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении их таможенной стоимости под обеспечение уплаты таможенных платежей.

В установленный таможенным органом срок ООО «ФЕРРОНИ ЙОШКАР-ОЛА» представлены дополнительно запрошенные документы.

Представленные документы не устранили основания для проведения проверки, на основании чего 28.12.2022 в соответствии с пунктом 15 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенным органом декларанту был направлен запрос дополнительных документов и (или) сведений.

В том числе, таможенным органом запрошены пояснения:

-           в связи с чем стоимость программного обеспечения в размере 200 ООО евро не включена в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимый товар, задекларированный в рассматриваемой декларации на товары;

-           подписанные обеими сторонами сделки «Акт предварительных испытаний на заводе продавца», по формам, установленным приложениями к контракту № 20191129 от 02.12.2019, подтверждающие установку программного обеспечения;

-ведомость банковского контроля  по УНК №  19120005/2590/0040/9/1   на последнюю дату.

-           ООО «ФЕРРОНИ ЙОШКАР-ОЛА» представлены 30.12.2022 документы: -ведомость  банковского  контроля  по  УНК  №   19120005/2590/0040/9/1   на

29.12.2022;

-           дополнительное соглашение № 13 от 15.12.2022 к внешнеторговому контракту в отношении продления срока монтажа и пусконаладочных работ до 28.02.2023;

-           приложение № 3 к внешнеторговому контракту о выполнении предварительных испытаний в отношении оборудования и подтверждение, что выпускаемая продукция и оборудование соответствует требованиям ООО «ФЕРРОНИ ЙОШКАР-ОЛА». Приложение подписано сторонами контракта 04.02.2022.

Декларантам представлены пояснения о том, что «банковские документы на оставшуюся часть оплаты за программное обеспечение и работы предоставить не имеется возможным, так как данная оплата не была произведена».

ООО «ФЕРРОНИ ЙОШКАР-ОЛА» представило в уполномоченный банк документы, подтверждающие выполненние работ от 13.01.2023 на общую сумму 500 000,00 евро (раздел III «Сведения о подтверждающих документах» ВБК по УНК № 19120005/2590/0040/9/1).

Анализ информации, указанной в ВБК по УНК № 19120005/2590/0040/9/1 показал следующее:

-           с учетом пунктов 3.2.1, 3.2.2, 3.2.3, 3.2.4, 3.2.5, 3.2.6 (авансовые платежи за товар (оборудование) с кодом валютных операций «11100» - «расчеты резидента в виде предварительной оплаты нерезиденту товаров, ввозимых на таможенную территорию РФ» 08.05.2020, 08.06.2020, 10.08.2020, 17.11.2020, 30.04.2021, 03.10.2022 осуществлены платежи в общей сумме 3553000,00 евро за товар «оборудование»;

-           с учетом пункта 3.2.7 (авансовые платежи за программное обеспечение после успешных испытаний на заводе продавца и перед отгрузкой) с кодом валютной операции «21100»- «расчеты резидента в виде предварительной оплаты выполняемых нерезидентом работ, оказываемых услуг» 03.10.2022 г. осуществлен платеж в сумме 31 875,00 евро.

Анализ документов и сведений, представленных декларантом при декларировании товаров, показал следующее:

ООО «ФЕРРОНИ ЙОШКАР-ОЛА» в отношении товара № 1 указана общая сумма по счёту (гр. 42 ДТ) 3 553 ООО EUR и общая таможенная стоимость (гр. 45 ДТ) в размере 225 480 788.31 руб. Одновременно с ДТ №10418010/311022/3205073 представлена декларация таможенной стоимости (ДТС-1), которая, на основании п. 2 ст. 105 ТК ЕАЭС, является неотъемлемой частью ДТ, и в которой производится расчет таможенной стоимости товара.

Гр.11(а) цена сделки в валюте счета 3 553 000 EUR = 217 204 838.4 руб., гр.17 расходы по доставке до (место ввоза) 134110 EUR = 8 198 519.81 руб., гр. 19 расходы на страхование в связи с международной перевозкой товаров 77 430.1 руб. Итого гр.25 (Заявленная таможенная стоимость) 225 480 788.31 руб.

Согласно представленным документам, на момент подачи декларации в распоряжении декларанта находилось дополнительное соглашение № 1 от 28.10.2020 к контракту № 20191129 от 02.12.2019, на общую сумму 4 053 000 EUR, согласно которому стоимость ввозимого оборудования по рассматриваемой поставке товар № 1 составляет 3 553 000 Евро, стоимость программного обеспечения составляет 200 000 Евро, стоимость ввода в эксплуатацию составляет 300 000 Евро.

В ходе проверки таможенным органом установлено, что сведения о таможенной стоимости товара в ДТ № 10418010/311022/3205073 и в ДТС-1 не соответствуют фактическим сведениям, выявленным по результатам таможенного контроля заявленных сведений.

В ходе проверки на вопрос таможенного органа о причинах не включения в основу для расчета ДТС-1 (цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за ввозимый товар) стоимости программного обеспечения в размере 200 000 Евро, декларантом письмом № 30/12/22-1 от 30.12.2022 были представлены следующие пояснения: «согласно подпункту 1 пункта 2 ст. 40 ТК ЕАЭС, таможенная стоимость ввозимых товаров не должна включать в себя расходы на производимые после ввоза товаров на таможенную территорию Союза строительство, возведение, сборку, монтаж, обслуживание или оказание технического содействия в отношении таких товаров, как промышленные установки, машины или оборудование, при условии, что они выделены из цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате, заявлены декларантом и подтверждены им документально. На основании вышеизложенного данная сумма расходов нами не была включена в таможенную стоимость, так как эта сумма выделена из цены, фактически уплаченной за товар, что изначально было оговорено и документально подтверждено условиями контракта № 20191129 от 02.12.2019 года, что соответствует условиям ст.40 ТК ЕАЭС».

На основании вышеизложенного, таможенный орган пришел к выводу, что заявленная декларантом таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к её определению, не основываются на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации; в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, не включены все платежи за эти товары, осуществленные или подлежащие осуществлению покупателем непосредственно продавцу; программное обеспечения, которое относится к товару, перемещаемому через таможенную границу ЕАЭС, стоимость которого составляет 200 000 Евро, не включена в основу для расчета ДТС-1, что является нарушением пункта 10 статьи 38, пунктов 1, 3, 9 статьи 39 ТК ЕАЭС, пункта 5.1 Решения ЕЭК № 283.

Таможенным органом принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации по результатам проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров.

Таможенная стоимость товара определена исходя из следующей информации: ТС = (3 553 000 EUR (стоимость оборудования) + 200 000 EUR (стоимость программного обеспечения)) * 61.1328 (курс) + (134 110 (расходы по доставке) * 61.1328 (курс)) + 77 430.1 руб. (расходы на страхование) = 229 431 398.4 руб. + 8 198 519.81 руб. + 77 430.1 руб. = 237 707 348.31 руб.

Не согласившись с решением таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, ООО «ФЕРРОНИ ЙОШКАР-ОЛА» обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с рассматриваемым требованием.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. 

По смыслу приведенной нормы, необходимым условием для признания ненормативного правового акта, действий (бездействия) недействительными является одновременно несоответствие оспариваемого акта, действия (бездействия) закону или иному нормативному акту и нарушение прав и законных интересов организации в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

На основании статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой (главой 5), если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза. Положения главы 5 ТК ЕАЭС не могут рассматриваться как ограничивающие или ставящие под сомнение права таможенных органов убеждаться в достоверности или точности любого заявления, документа или декларации, представленных для подтверждения таможенной стоимости товаров. Таможенная стоимость товаров определяется декларантом, а в случае, если в соответствии с пунктом 2 статьи 52 и с учетом пункта 3 статьи 71 Кодекса таможенные пошлины, налоги, специальные, антидемпинговые, компенсационные пошлины исчисляются таможенным органом, таможенная стоимость товаров определяется таможенным органом (пункт 14 статьи 38 ТК ЕАЭС). Статьей 324 ТК ЕАЭС определено, что таможенный орган осуществляет проверку таможенных, иных документов и (или) сведений.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Согласно статье 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

- отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

- продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

- никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса могут быть произведены дополнительные начисления;

- покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

В соответствии с пунктом 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, а также пунктом 5.1 Решения Коллегии ЕЭК № 283 от 20.12.2012 "О применении метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1) (далее - Решение ЕЭК № 283) ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца.

Лицо, декларирующее таможенную стоимость ввозимых товаров, обязано подтвердить соответствие заявленных им сведений действительности (достоверность), представив в таможенный орган количественно определяемую и документально подтвержденную информацию (статья 38 ТК ЕАЭС, пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 N 49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза").

Согласно пунктам 1,3 статьи 39 Таможенного кодекса ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса ЕАЭС. Ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца.

Так, согласно пункту 7 Приложения III к Соглашению по применению статьи VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, включает все платежи, фактически произведённые или подлежащие уплате как условие продажи импортных товаров покупателем продавцу или покупателем третьему лицу для покрытия обязательства продавца.

Цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за ввозимые товары, включает в себя все платежи, осуществлённые или подлежащие осуществлению покупателем непосредственно продавцу или в пользу продавца и связанные с ввозимыми товарами, что соответствует положениям по оценке товаров для таможенных целей Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (ГАТТ 1994).

При сохранении неполноты документального подтверждения таможенной стоимости и (или) сомнений в достоверности заявленной декларантом таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля, по смыслу пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС, решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, может быть принято таможенным органом с учетом информации, имеющейся в его распоряжении и указывающей на подтверждение того, что таможенная стоимость ввозимых товаров не соответствует их действительной стоимости. (Данная правовая позиция согласуется с позицией, изложенной в абзаце 4 пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 N 49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу таможенного кодекса евразийского экономического союза").

В соответствии с подпунктом 2 "г" пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляется стоимость следующих товаров и услуг, прямо или косвенно предоставленных покупателем продавцу бесплатно или по сниженной цене для использования в связи с производством и продажей для вывоза оцениваемых (ввозимых) товаров на единую таможенную территорию ЕАЭС, в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары: проектирование, разработка, инженерная, конструкторская работа, художественное оформление, дизайн, эскизы и чертежи, выполненные вне единой таможенной территории ЕАЭС и необходимые для производства ввозимых товаров.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 16 Постановления N 49 рассматривая споры, связанные с обоснованностью применения первого метода таможенной оценки, судам необходимо принимать во внимание, что данный метод основывается на учете цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, определяемой в соответствии с пунктом 3 статьи 39 Таможенного кодекса и увеличенной на ряд дополнительных начислений, перечень которых приведен в статье 40 Таможенного кодекса.

В рассматриваемом случае общество в своем заявлении ссылается на подпункт 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС.

Из текста оспариваемого решения следует, что оно вынесено таможенным органом в соответствии с положениями пунктов 1, 3, 9 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Из материалов дела следует, что в соответствии с пунктом 2.2 внешнеторгового контракта общая стоимость контракта состоит из:

-   стоимости оборудования;

-   стоимости программного обеспечения оборудования;

-   стоимости пуско-наладочных работ.

С учетом дополнительного соглашения № 1 от 28.10.2020 внешнеторгового контракта следует, что общая стоимость контракта составляет 4 053 000,00 евро:

-   стоимость оборудования - 3 553 000,00 евро;

-   стоимость программного обеспечения - 200 000,00 евро;

- стоимости пуско-наладочных работ - 300 000,00 евро.

Исходя из пунктов 3, 9 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществлённых или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или в пользу продавца и связанных с ввозимыми товарами.

Для принятия решения о необходимости включения расходов в таможенную стоимость ввозимых товаров на основании пунктов 1, 3, 9 статьи 39 ТК ЕАЭС в составе цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, необходимо одновременное выполнение следующих условий:

- данные расходы относятся к ввозимым товарам,

- соответствующий платеж осуществлен или подлежит осуществлению покупателем непосредственно продавцу или в пользу продавца.

При этом вывод о выполнении первого условия может быть сделан в случае, если данные расходы необходимы для разработки, производства, функционирования, использования и/или эксплуатации ввозимого товара или иным образом связаны с ввозимыми товарами.

Таким образом, расходы, которые считаются формирующими часть цены, используемой для таможенных целей (в том числе платежи за использование объектов интеллектуальной собственности), либо включаются в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за товары (на основании пунктов 1, 3, 9 статьи 39 ТК ЕАЭС), либо дополнительно начисляются к ней (на основании пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС).

В ходе проверки на вопрос таможенного органа о причинах не включения в основу для расчета ДТС-1 (цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за ввозимый товар) стоимости программного обеспечения в размере 200 000 Евро, декларантом письмом № 30/12/22-1 от 30.12.2022 обществом представлены следующие пояснения: «согласно подпункту 1 пункта 2 ст. 40 ТК ЕАЭС, таможенная стоимость ввозимых товаров не должна включать в себя расходы на производимые после ввоза товаров на таможенную территорию Союза строительство, возведение, сборку, монтаж, обслуживание или оказание технического содействия в отношении таких товаров, как промышленные установки, машины или оборудование, при условии, что они выделены из цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате, заявлены декларантом и подтверждены им документально. На основании вышеизложенного данная сумма расходов не включена в таможенную стоимость, так как эта сумма выделена из цены, фактически уплаченной за товар, что изначально оговорено и документально подтверждено условиями контракта № 20191129 от 02.12.2019 года, что соответствует условиям статьи 40 ТК ЕАЭС».

Однако данные причины и обстоятельства, указанные декларантом в пояснениях, не являются основанием для невключения стоимости программного обеспечения в размере 200 000 Евро в основу для расчета ДТС-1 (цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за ввозимый товар), поскольку стоимость программного обеспечения не относится к расходам, которые не должна включать в себя таможенная стоимость ввозимых товаров, при условии, что они выделены из цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате, заявлены декларантом и подтверждены им документально, предусмотренным подпунктами 1, 2 пункта 2 статьи 40 ТК ЕАЭС.

Материалами дела подтверждается, что скорректированная таможенная стоимость определена таможенным органом методом по стоимости сделки с ввозимыми товарами. При этом стоимость программного обеспечения включена не в дополнительные начисления к цене товара (ст. 40 ТК ЕАЭС), а в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за товар, то есть в основу для определения таможенной стоимости (на основании пунктов 1, 3, 9 статьи 39 ТК ЕАЭС), поскольку стоимость программного обеспечения относится к ввозимому станку и оплачена (частично) покупателем продавцу; данные расходы относятся к расходам, формирующим часть цены, используемой для таможенных целей; соответствующий платёж является частью цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за товар.

Стоимость программного обеспечения относится к ввозимому станку и, следовательно, относится к товару, перемещаемому через таможенную границу ЕАЭС, является частью цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимый товар, и, соответственно, включается в его таможенную стоимость.

В оспариваемом решении таможенного органа лицензионные платежи по спорному внешнеторговому контракту не вменяются декларанту и не являлись основанием для доначисления таможенных платежей по ДТ №10418010/311022/3205073, в связи с чем судом отклоняется довод заявителя в данной части.

Таким образом, довод заявителя о несоблюдении таможенным органом условий, предусмотренных подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, основан на ошибочном толковании норм материального права, поскольку пункт 2.2 внешнеторгового контракта не содержит указания на лицензионные платежи, и положения статьи 40 ТК ЕАЭС не подлежат применению к спорному товару. Таможенным органом правомерно применены положения пунктов 1, 3, 9 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Ссылка заявителя на то обстоятельство, что до настоящего времени лицензионные платежи за использование программного обеспечения не оплачены покупателем в полном объеме, сама по себе не свидетельствует о незаконности оспариваемого решения, так как в соответствии с пунктом 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, в том числе, еще не уплаченных, но подлежащих уплате покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца.

Довод заявителя об отсутствии необходимости включения стоимости программного обеспечения в таможенную стоимость товара основан на неправильном применении норм материального права и судом также отклоняется ввиду следующих обстоятельств.

Требование о включении в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за товар, только фактически оплаченных расходов таможенным законодательством не установлено. Более того, прямо предусмотрена необходимость включения расходов в размере, подлежащем уплате.

Отсутствие факта полной оплаты заявителем стоимости программного обеспечения не свидетельствует об отсутствии необходимости включения данных расходов в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за товар.

Более того, независимо от периода оплаты (до или после декларирования товаров) цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за ввозимый товар (в том числе стоимость программного обеспечения), подлежит учёту при определении таможенной стоимости товара в валюте счёта.

Так, исходя из пунктов 1, 3 статьи 39 ТК ЕАЭС метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами основывается на учёте цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, под которой понимается общая сумма всех платежей за эти товары, осуществлённых или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца.

Судебная практика, на которую ссылается общество в своем заявлении, не может быть принята во внимание судом, так как не относится к предмету настоящего спора.

В данном случае для решения вопроса о включении стоимости ПО в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за товар, то есть в основу для определения таможенной стоимости (на основании пунктов 1, 3, 9 статьи 39 ТК ЕАЭС) не имеет правового значения обстоятельства «возможного» приобретения и использования на ввезенном оборудовании программного обеспечения третьих лиц.

Учитывая, что стоимость программного обеспечения для производства деталей заказчика ООО «ФЕРРОНИ ЙОШКАР-ОЛА» на ввезенной линии оборудования относится к ввозимой линии и частично оплачена покупателем продавцу, что сторонами не оспаривается, данные расходы относятся к расходам, формирующим часть цены, используемой для таможенных целей, то соответствующий платёж является частью цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за товар, и, соответственно, включается в таможенную стоимость товара на основании пунктов 1, 3, 9 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, оспариваемое решение соответствует требованиям действующего законодательства и не нарушает права и законные интересы заявителя, что в соответствии с частью 3 статьи 201 АПК РФ является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования. 

Государственная пошлина в размере 3000 руб. за требование о признании ненормативного правового акта недействительным подлежит отнесению на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 180-182, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленного требования заявителю отказать.

Расходы по уплате государственной пошлины отнести на заявителя.

Настоящее решение вступает в законную силу по истечении одного месяца со дня принятия и может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области в месячный срок со дня принятия решения.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети "Интернет".

 

Судья                                                                                                                        М.Г.Чепурных