Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-18972/2017

4 февраля 2022 года

г.Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 3 февраля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 4 февраля 2022 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Уманя И.Н.,

судей Бронниковой И.А., Волковой И.А.,

при участии в судебном заседании представителя ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 13.11.2021, удостоверение адвоката),

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 15 июля 2021 года и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 19 октября 2021 года по делу № А19-18972/2017,

установил:

производство по делу № А19-18972/2017 о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Креста» (ОГРН 

<

***>, г.Иркутск, далее - ООО «Креста», должник) возбуждено на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Альянс Строй Сервис», принятого определением Арбитражного суда Иркутской области от 25 октября 2017 года.

Решением от 21 декабря 2017 года ООО «Креста» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, предусмотренной параграфом 1 главы ХI Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее - Закон          о банкротстве) до 18.04.2018, срок которого неоднократно продлевался          Арбитражным судом Иркутской области, последний раз до 20.04.2022 определением от 19 января 2022 года.

ФИО3, утвержденный конкурсным управляющим ООО «Креста» определением от 13 августа 2018 года (далее - конкурсный управляющий), обратился 26.09.2020 в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении спора в суде первой инстанции, о привлечении солидарно ФИО1 (бывший руководитель, далее – ФИО1) и ФИО4 (названный в заявлении выгодоприобретателем по выводу активов, далее – Петри Д.А.) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением от 15 июля 2021 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 19 октября 2021 года, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Креста», рассмотрение заявления приостановлено до окончания расчетов с кредиторами, а в удовлетворении заявления в остальной части отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить определение от 15 июля 2021 года и постановление от 19 октября 2021 года в части признания доказанным наличия оснований для ее привлечения к субсидиарной ответственности, принять новый судебный акт которым отказать в удовлетворении заявления в полном объеме.

Заявитель кассационной жалобы указывает на то, что конкурсный управляющий не доказал каким образом отсутствие документации повлияло на проведение конкурсного производства в отношении ООО «Креста»; на получение ФИО5 (конкурсный управляющий должника с 14.12.2017 по 18.07.2018, далее – ФИО5) от ФИО1 документов, относящихся к деятельности ООО «Креста»; на то, что у ФИО1 имелся финансовый план по выведению должника из кризисного состояния, заключенные контракты и договоры; на недоказанность вины в действиях ФИО1 по доведению ООО «Креста» до банкротства, причинно-следственной связи между оспоренными конкурсным управляющим сделками и банкротством должника.

Отзывы на кассационную жалобу не поступили.

Определение от 30 декабря 2021 года о назначении на 15 часов 20 минут  03.02.2022 судебного заседания для рассмотрения кассационной жалобы ФИО1 на определение от 15 июля 2021 года и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 19 октября 2021 года по делу № А19-18972/2017 выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем лица, участвующие в деле, извещены о судебном разбирательстве в суде округа посредством его размещения 31.12.2021 на официальном общедоступном сайте суда в сети «Интернет».

Для участия в судебном заседании явился представитель заявителя кассационной жалобы ФИО2

Кассационная жалоба рассмотрена на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие конкурсного управляющего, в порядке, установленном главой 35 вышеназванного Кодекса.

Представитель ФИО1 – ФИО2 поддержал в судебном заседании доводы кассационной жалобы.

Выслушав представителя участника обособленного спора, явившегося в судебное заседание, проверив соответствие выводов Арбитражного суда Иркутской области и Четвертого арбитражного апелляционного суда о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам, правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении заявления конкурсного управляющего о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не находит оснований, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, для отмены определения от 15 июля 2021 года и постановления от 19 октября 2021 года.

Как предусмотрено частью 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при проверке арбитражным судом округа законности решений, постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливается правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении спора и принятии обжалуемых судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Заявитель кассационной жалобы выражает несогласие судебным актам, принятым Арбитражным судом Иркутской области и Четвертого арбитражным апелляционным судом по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего, указывая на недоказанность наличия оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, не оспаривая законности определения от  15 июля 2021 года и постановления от 19 октября 2021 года в остальной части.

Как установлено при рассмотрении спора по существу и видно из его материалов, ФИО1 как единственным участником  принято 04.10.2017 решение о начале ликвидации ООО «Креста» и о назначении ликвидатором ФИО1, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись от 12.10.2017.

Согласно бухгалтерской отчетности баланс активов ООО «Креста», как это  следует из решения от 21 декабря 2017 года, по состоянию на 30.11.2017 составлял 302.344.000 рублей, в том числе, 20.780.000 рублей основных средств, 263.327.000 рублей дебиторской задолженности, 28.000 рублей денежных средств и денежных эквивалентов.

Кредиторская задолженность ООО «Креста» составляла по состоянию на 30.11.2017 сумму в 440.797.000 рублей, заемные средства 89.862.000 рублей.

Из бухгалтерского баланса на 31.12.2017 следует, что должнику принадлежали основные средства на сумму 20.573.000 рублей, запасы на 558.000 рублей, финансовые вложения на 850.000 рублей и дебиторская задолженность на 28.145.000 рублей.

Наряду с этим, согласно данным бухгалтерского баланса на 31.12.2017 в  сравнении с 2016 годом в 2017 году имело место выбытие дебиторской задолженности                  ООО «Креста» на сумму 89.796.000 рублей и прочих оборотных активов на         71.266.000 рублей.

Решением от 21 декабря 2017 года ООО «Креста» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, разъяснено, что с даты принятия указанного решения наступают последствия, установленные статьей 126 Закона о банкротстве.

Определением от 25 сентября 2018 года на бывшего руководителя и ликвидатора ООО «Креста» ФИО1 возложена обязанность по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего передать документы, касающиеся деятельности должника, его материальные и иные ценности (30 позиций, в том числе, годовую бухгалтерскую отчетность за 2014-2017 годы, электронную «База 1С.бухгалтерия», декларации по налогу на прибыль за 2014-2017 годы, кассовые книги за 2014-2017 годы, первичные документы по поставщикам работ, товаров и услуг за 2014-2017 годы). Срок исполнения обязанности установлен до 01.10.2018.

Документы, подтверждающие исполнение определения от 25 сентября 2018 года, в материалах дела, поступивших в суд округа, отсутствуют.

ФИО1, находясь в должности директора ООО «Креста», совершила сделки, причинившие ущерб имущественным правам кредиторов, признанные в рамках настоящего дела о банкротстве недействительными:

- определением от 24 июня 2019 года признана недействительной сделка по передаче должником в пользу общества с ограниченной ответственностью «Астарта» простого векселя серии ААА № 1477 на сумму 250.000 рублей вследствие отсутствия доказательств наличия между сторонами договорных отношений и законных оснований для передачи, применены последствия недействительности в виде взыскания в конкурсную массу 250.000 рублей,

- определением от 25 сентября 2019 года признана недействительным передача должником в пользу общества с ограниченной ответственностью «Эврика» простых векселей серии ААА № 1419 и серии ААА № 1420 на сумму 5.000.000 рублей, каждого, вследствие отсутствия доказательств наличия между сторонами договорных отношений и законных оснований для передачи, применены последствия недействительности в виде взыскания в конкурсную массу 10.000.000 рублей,

- определением от 13 января 2020 года признан недействительным договор купли-продажи 2-комнатной квартиры площадью 47,7 квадратных метров с кадастровым номером 38:36:000026:8253 от 13.09.2017, заключенный между ООО «Креста» и ФИО6 (далее – ФИО6), вследствие его ничтожности на основании статьи 10 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, при этом посягающая на публичные интересы), применены последствия недействительности в виде возврата объекта недвижимости в конкурсную массу,

- определением от 14 января 2020 года признан недействительным договор купли-продажи 2-комнатной квартиры площадью 47,7 квадратных метров с кадастровым номером 38:36:000026:7887 от 13.09.2017, заключенный между ООО «Креста» и ФИО6, по причине его ничтожности на основании статьи 10 и пункта 2      статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, при этом посягающая на публичные интересы), применены последствия недействительности в виде возврата объекта недвижимости в конкурсную массу,

- определением от 6 ноября 2020 года признана недействительной сделка по отчуждению права аренды земельного участка с кадастровым номером 38:27:000133:13, площадью 20.000 квадратных метров, совершенная ООО «Креста» посредством заключения с обществом с ограниченной ответственностью «Антис Плюс» соглашения    о переуступке прав и обязанностей по договору аренды земельного участка от    21.09.2017, по причине неравноценного встречного исполнения, применены последствия недействительности в виде взыскания в конкурсную массу 4.844.000 рублей, составляющих действительную стоимости отчужденных прав.

Судебные акты обладают законной силой.

В результате совершения ООО «Креста» в лице бывшего директора ФИО1 вышеперечисленных сделок произошло уменьшение конкурсной массы на общую сумму 15.095.000 рублей, а также отчуждены два объекта недвижимого имущества.

Признавая доказанными основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, Арбитражный суд Иркутской области руководствовался статьями 10, 126, 61.10, 61.11, 61.14, 61.16 Закона о банкротстве, исходил из не передачи конкурсному управляющему бывшим руководителем необходимой ему документации должника, в связи с чем существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве ООО «Креста», а также осуществление мероприятий, направленных на формирование конкурсной массы, не позволяя конкурсному управляющему иметь полную информацию об активах должника и совершенных им сделках, принять меры, направленные на поиск, выявление и возврат его имущества, находящегося у третьих лиц, а также пополнить конкурсную массу за счет взыскания дебиторской задолженности; из имевших место фактов заключения должником в лице ФИО1 сделок, направленных на вывод активов, и, соответственно - на причинение вреда кредиторам.

Четвертый арбитражный апелляционный суд признал правильными обстоятельства, установленные определением от 15 июля 2021 года, и по результатам повторного рассмотрения обособленного спора по апелляционной жалобе ФИО1 оставил его без изменения постановлением от 19 октября 2021 года.

С заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Иркутской области    26.09.2020, указывая на обстоятельства, имевшие место после 30.07.2017, в связи с чем согласно статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации при рассмотрении данного спора подлежат применению нормы о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях».

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт второй пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу ему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

Указанное требование Закона о банкротстве обусловлено, прежде всего, тем, что отсутствие необходимых документов, в том числе бухгалтерского учета, не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника, о совершенных сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 названного Закона, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании, а также оспаривать все подозрительные сделки должника, а не только те, о которых стало известно конкурсному управляющему.

По этой причине невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует о его недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов, а также обо всех совершенных сделках, которые могут являться подозрительными.

В силу пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта второго пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

- по организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника,

- ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Согласно пункту 3 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон о бухгалтерском учете) экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Закона о бухгалтерском учете ведение бухгалтерского учета и хранение его документов возлагается на руководителя экономического субъекта.

Заявление о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленному конкурсным управляющим основанию подлежит удовлетворению при условии, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или, доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанности по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

По смыслу подпункта первого пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе, предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) названного Закона. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности.

Согласно пункту 1 Обзора судебной практики № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, субсидиарная ответственность контролирующего лица наступает тогда, когда в результате его поведения должник стал банкротом, то есть лицом, не способным удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства, представленные участниками спора, суды первой и апелляционной инстанций, установив обстоятельства, входящие в предмет исследования при проверке обоснованности заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, учли факт не передачи ФИО1 конкурсному управляющему документов, содержащих сведения о составе и стоимости активов должника, что существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе проведение мероприятий, направленных на формирование конкурсной массы; приняли во внимание то, что ФИО1 в период осуществления полномочий руководителя ООО «Креста» совершались сделки по выведению активов, направленные на причинение существенного вреда кредиторам ООО «Креста».

Установив названные обстоятельства, Арбитражный суд Иркутской области и Четвертый арбитражный апелляционный суд пришли к выводу о признании доказанным наличие оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

Вывод, к которым пришли суды первой и апелляционной инстанций при рассмотрении и повторном рассмотрении обособленного спора, представляется правильным, соответствующим установленным обстоятельствам, и не опровергнут доводами кассационной жалобы.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53), согласно подпункту первому пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону.

Сделки, признанные недействительными определениями от 24 июня 2019 года, от 25 сентября 2019 года, от 13 января 2020 года, от 14 января 2020 года и от 6 ноября 2020 года, совершены в отсутствие доказательств встречного исполнения.

Совершение признанных недействительными сделок по отчуждению активов ООО «Креста», в том числе в преддверии его банкротства, причинило вред имущественным правам кредиторов, что установлено при рассмотрении спора по существу на основании доказательств, приобщенных к материалам дела, и не опровергнуто доводами кассационной жалобы.

Приведенные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве обстоятельства отсутствия документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота представляют собой опровержимую презумпцию, облегчающую процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора.

В соответствии с абзацем пятым пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты необходимые меры для исполнения обязанности по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась.

Между тем, названная выше презумпция ФИО1, являющейся контролирующим должника лицом, на которую возлагалась обязанность в соответствии с пунктом 1 статьи 7 Закона о бухгалтерском учете ведения бухгалтерского учета и хранения документов, не опровергнута.

Ссылка заявителя кассационной жалобы на наличие у ФИО1 экономически обоснованного плана по выведению должника из кризисного состояния не имеет, в данном случае, правового значения, поскольку конкурсный управляющий, инициируя обособленный спор, не указывал на неисполнение контролирующим должника лицом обязанности по обращению с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Довод кассационной жалобы о передаче документов бывшему конкурсному управляющему ФИО5 документально не подтвержден, тем более полномочия ФИО5 прекращены 18.07.2018, а обязанность по передаче конкурсному управляющему документов должника возложена на ФИО1 25.09.2018.

Полномочия для переоценки доказательств с целью установления иных обстоятельств, на которую направлены иные доводы кассационной жалобы, суду округа законодатель не предоставил (часть 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Дополнения к кассационной жалобе, поступившие от ФИО1 в суд округа 03.02.2022, не могут быть предметом рассмотрения в силу статей 9 и 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку его копии не вручены и не направлены другим участникам спора как этого требует часть 3 статьи 277 названного Кодекса (пункт 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

При отсутствии оснований, перечисленных в статье 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены обжалуемых судебных актов, определение Арбитражного суда Иркутской области от 15 июля 2021 года и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 19 октября 2021 года по делу № А19-18972/2017 в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 287 этого же Кодекса подлежат оставлению без изменения, а кассационная жалоба - без удовлетворения.

Статья 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации не предусматривает уплаты государственной пошлины за рассмотрение кассационных жалоб на судебные акты, принятые арбитражным судом по результатам разрешения в делах о банкротстве юридических лиц заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности.

Руководствуясь статьями 274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Иркутской области от 15 июля 2021 года и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 19 октября 2021 года по делу № А19-18972/2017 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение двух месяцев, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

Судьи

 

И.Н.Умань

И.А.Бронникова

И.А.Волкова