ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-7207/2018

город Ростов-на-Дону

26 сентября 2024 года

15АП-10409/2024

                                                                                                                15АП-10410/2024

                                                                                                                15АП-10786/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 сентября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 сентября 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Деминой Я.А.,

судей Сурмаляна Г.А., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ситдиковой Е.А.,

при участии посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

от финансового управляющего ФИО1: представителя ФИО2 по доверенности от 12.01.2024,

от конкурсного управляющего ООО "АгроГарант" ФИО3: представителя ФИО4 по доверенности от 03.05.2024,

от ФИО5: представителя ФИО6 по доверенности от 09.08.2024,

от ФИО7: представителя ФИО8 по доверенности от  12.08.2024,

от ФИО9: представителя ФИО10 по доверенности от 13.08.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы            ФИО9, ФИО7,            ФИО5 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 22.05.2024 по делу № А32-7207/2018 по заявлению финансового управляющего ФИО1 о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки к обществу с ограниченной ответственностью "АгроГарант", ФИО9, ФИО7, ФИО11, ФИО5 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО12;

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО12 (далее – должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратился финансовый управляющий ФИО1  с заявлением о признании недействительной прикрываемую сделку по созданию ООО "АгроГарант" (ИНН 

<

***>) номинальным участником общества ФИО7, а также последующей реализации 100 % доли уставного капитала номинальным участникам: ФИО13, ФИО5, ФИО9; применении последствий недействительности сделки в виде установлении права собственности на долю в размере 100% уставного капитала ООО "АгроГарант" за ФИО12.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.05.2024 по делу № А32-7207/2018 в удовлетворении заявленных ходатайств отказано. Признана недействительной совокупность сделок – договоров купли-продажи доли в уставном капитале ООО "АгроГарант", заключенных ФИО7 и ФИО11 от 01.11.2016 (дата государственной регистрации в ЕГРЮЛ 09.11.2016), ФИО11 и ФИО5 от 11.12.2018 (дата государственной регистрации в ЕГРЮЛ 15.01.2019), ФИО5 и ФИО9 от 06.05.2022 (дата государственной регистрации в ЕГРЮЛ 17.05.2022), направленных на установление корпоративного контроля над ООО "АгроГарант". 

Применены следующие последствия недействительной сделки: 

- восстановить корпоративный контроль ФИО12 над ООО "АгроГарант" путем установления права ФИО12 на долю в размере 100% в уставном капитале ООО "АгроГарант" (ИНН 

<

***>) и обязать регистрирующий орган внести соответствующие изменения в Единый государственный реестр юридических лиц (реестр); 

- обязать МИФНС № 15 по Кемеровской области - Кузбасу в регистрационной записи в Едином государственном реестре юридических лиц ГРН от 22.12.2015 № 1154205019022 внести следующие данные об учредителе (участнике) – физическом лице (строки 21, 22, 23, 24, 25): ФИО12, ИНН 

<

***>, ИНН ФЛ по данным ЕГРН 

<

***>; 

- обязать МИФНС № 15 по Кемеровской области – Кузбасу аннулировать следующие регистрационные записи в Едином государственном реестре юридических лиц ГРН: от 09.11.2016 № 2164205643952, от 15.01.2019 № 2194205039631, от 17.05.2022 № 2224200156618.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО9, ФИО7 и ФИО5 в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обжаловали определение от 22.05.2024, просили его отменить, принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба ФИО9 мотивирована тем, что судебный акт вынесен с нарушением норм материального и процессуального права. В материалах дела отсутствует договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО "АгроГарант" от 01.11.2016, заключенный между ФИО7 и ФИО11, договор не исследовался. Последствия недействительности сделок применены неверно. ФИО12 никогда не являлся участником ООО "АгроГарант" и, соответственно, стороной какой-либо из перечисленных сделок. Первоначальным участником являлся ФИО7 Факт аффилированности ФИО7,          ФИО5, ФИО9 с должником не установлен. Выводы суда о создании ФИО12 ценного актива на стороне, защищенного от притязаний его кредиторов, спорными сделками противоречат фактическим обстоятельствам. Вывод суда о наличии противоправной цели создания общества ФИО12, осведомленности ответчиков о целях совершения цепочки сделок является ошибочным. Не установлено наличия совокупности обстоятельств, позволяющей признать оспариваемые договоры недействительными.

Апелляционная жалоба ФИО7 мотивирована тем, что судебный акт вынесен при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения обособленного спора, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Создание общества не могло нарушить и не нарушало имущественные права кредиторов ФИО12, наличие противоправной цели не установлено, как и порок воли ФИО7 Выводы суда не подтверждены надлежащими доказательствами.

Апелляционная жалоба ФИО5 мотивирована тем, что выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Доводы ответчика не рассмотрены судом первой инстанции, им не дана оценка. Не установлено наличия совокупности обстоятельств, позволяющей признать оспариваемые договоры недействительными.

Определением и.о. председателя Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2024 в порядке части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Долговой М.Ю. на судью Сурмаляна Г.А.

В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение апелляционной жалобы начато с самого начала.

Определением от 15.08.2024 суд истребовал от нотариуса ФИО14 договор купли-продажи доли в уставном капитале            ООО "АгроГарант" от 01.11.2016, заключенный между ФИО7 и ФИО11.

От нотариуса ФИО14 поступил ответ на запрос суда, из которого усматривается, что истребуемый договор ею удостоверен не был.

От ФИО7 посредством сервиса подачи документов в электронном виде "Мой Арбитр" поступило ходатайство о приобщении к материалам дела копии договора купли-продажи в уставном капитале ООО "АгроГарант" от 01.11.2016.

От ФИО9 посредством сервиса подачи документов в электронном виде "Мой Арбитр" поступило ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы. Представлен ответ экспертной организации ООО "Логика-Эксперт" о возможности проведения экспертизы,  перечень вопросов для постановки перед экспертом:

- Какова величина рыночной стоимости 100 % доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственности "АгроГарант" (ИНН 

<

***>) по состоянию на 01.11.2016?

- Какова величина рыночной стоимости 100 % доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственности "АгроГарант" (ИНН 

<

***>) по состоянию на 11.12.2018?

- Какова величина рыночной стоимости 100 % доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственности "АгроГарант" (ИНН 

<

***>) по состоянию на 06.05.2022?

От ФИО5 посредством сервиса подачи документов в электронном виде "Мой Арбитр" поступило ходатайство о приобщении к материалам дела ответа эксперта, платежного поручения, подтверждающего перечисление денежных средств на депозитный счет суда в счет оплаты услуг эксперта.

От финансового управляющего ФИО1 посредством сервиса подачи документов в электронном виде "Мой Арбитр" поступили возражения на ходатайство о назначении судебной экспертизы, возражения на отзыв.

Представитель финансового управляющего ФИО1 возражал против удовлетворения ходатайства.

Представитель ФИО5 поддержал ходатайство о назначении судебной экспертизы.

Представитель ФИО7 поддержал ходатайство о назначении судебной экспертизы.

Представитель конкурсного управляющего ООО "АгроГарант" ФИО3 поддержал ходатайство о назначении судебной экспертизы.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев заявленное ходатайство, пришел к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения.

В силу статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Назначение экспертизы по делу является правом, а не обязанностью суда. Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных участниками спора доказательств (статьи 64, 66, 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства, в том числе заключения судебной экспертизы, не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Как следует из абзаца второго статьи 3 Федерального закона от 29.07.1998           N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства.

В месте с тем, ответчиками не обоснована возможность установления на основании заключения эксперта по поставленным ими вопросам обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения именно настоящего обособленного спора, поскольку согласно пояснениям финансового управляющего разумность поведения ответчиков по совершению оспариваемых сделок по номинальной стоимости, следует определять с учетом иных обстоятельств ("Джентельменское соглашение"; вложения должником в ООО "АгроГарант" более 100 млн. руб. за 2 недели до продажи ФИО11 доли в обществе ФИО5; на момент совершения сделки с ФИО9 состав активов и пассивов ООО "АгроГарант" подтвержден вступившими в законную силу судебными актами, где активы заметно превышали более 100 млн. руб.) и качественных, а не стоимостных характеристик пассивов ("искусственная" кредиторская задолженность), что относится к правовой оценке, находящейся в компетенции суда, а не эксперта-оценщика.

Таким образом, при рассмотрении настоящего обособленного спора, суд считает возможным рассмотреть заявление конкурсного управляющего по имеющимся в материалах дела документам.

Представитель ФИО5 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, ходатайство о назначении судебной экспертизы, просил определение суда отменить.

Представитель ФИО7 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, ходатайство о назначении судебной экспертизы, просил определение суда отменить.

Представитель ФИО9 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, ходатайство о назначении судебной экспертизы, просил определение суда отменить.

Представитель конкурсного управляющего ООО "АгроГарант" ФИО3 поддержал ходатайство о назначении судебной экспертизы, просил определение суда отменить.

Представитель финансового управляющего ФИО1 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционные жалобы, возражал против удовлетворения ходатайства о назначении судебной экспертизы, просил определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, государственная корпорация "Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)" обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании индивидуального предпринимателя ФИО12 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.02.2018 заявление принято, возбуждено производство по делу о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.01.2019 индивидуальный предприниматель ФИО12 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества.

Согласно сведениям, размещенным в официальном источнике (издательский дом - "КоммерсантЪ"), сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства (реализация имущества гражданина) опубликовано 26.01.2019 № 14.

В рамках процедуры реализации имущества гражданина финансовым управляющим проведен анализ сделок должника, по результатам которого установлено следующее.

01 декабря 2015 года принято решение учредителя о создании ООО "АгроГарант"; определен размер уставного капитала общества в размере 10 000,00 рублей; определено, что ФИО7 принадлежит 100% в уставном капитале общества.

ФИО7 обратился в уполномоченный орган с заявлением о создании ООО "АгроГарант" (ИНН 

<

***>).

22 декабря 2015 года в ЕГРЮЛ внесена запись о создании ООО "АгроГарант".

Таким образом, ФИО7 являлся 100% участником ООО "АгроГарант" и генеральным директором данного общества с момента регистрации общества.

30 сентября 2016 года решением единственного участника ООО "АгроГарант" ФИО7 изменено наименование должности единоличного исполнительного органа общества с генерального директора на президента. На должность президента общества назначен ФИО11.

01 ноября 2016 года между ФИО7 (продавец) и ФИО11 (покупатель) заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале общества, по условиям которого продавец продает, а покупатель покупает на условиях, указанных в настоящем договоре, всю принадлежащую ему долю в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью АгроГарант" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, свидетельство о государственной регистрации юридического лица серия 42 № 003842460, дата государственной регистрации: 22.12.2015, наименование регистрирующего органа: Инспекция Федеральной налоговой службы по г. Кемерово, код причины постановки на учет (КПП): 420501001, адрес юридического лица: 

<

...>.

Размер, принадлежащей продавцу доли в уставном капитале общества, составляет 100% (пункт 1 договора).

Согласно пункту 2 договора стороны оценивают указанную долю в уставном капитале общества в 10 000,00 рублей.

Пунктом 3 договора установлено, что покупатель покупает у продавца, указанную долю в уставном капитале общества, за 10 000,00 рублей. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.

09 ноября 2016 года в ЕГРЮЛ внесена запись о внесении изменений в сведения о юридическом лице ООО "АгроГарант", согласно которым прекращено участие в обществе ФИО7; участником общества в размере 100% в уставном капитале зарегистрирован ФИО11 (основанием явился документ от 01.11.2016).

01 ноября 2016 года между ПАО АКБ "Кузбассхимбанк" (арендодатель) и ООО "АгроГарант" (арендатор) заключен договор аренды недвижимого имущества № 01/10/16- КХБ-АГ, по условиям которого арендодатель передал в пользование арендатору недвижимое имущество (нежилые помещения площадью 1 123,1 кв.м и 1 727,5 кв.м по адресу: 

<

...>).

20 марта 2017 года решением единственного участника ООО "АгроГарант" ФИО11 изменено место нахождения общества: 

<

...>.

11 декабря 2018 года между ФИО11 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале общества, по условиям которого продавец обязался передать долю в размере 100% (номинальной стоимостью 10 000 рублей) уставного капитала ООО "АгроГарант" покупателю, а покупатель обязался принять долю в обществе и оплатить за нее 10 000 рублей.

15 января 2019 года в ЕГРЮЛ внесена запись о внесении изменений в сведения о юридическом лице ООО "АгроГарант", согласно которым прекращено участие в обществе ФИО11; участником общества в размере 100% в уставном капитале зарегистрирован ФИО5 (основанием явился документ от 29.12.2018).

На основании заявления от 12.02.2019 в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении полномочий Президента общества ФИО11; на должность президента общества назначена ФИО15.

01 апреля 2020 года решением единственного участника ООО "АгроГарант" ФИО5 прекращены полномочия президента общества ФИО15; на должность президента общества назначен ФИО16.

06 мая 2022 года между ФИО5 (продавец) и ФИО9 (покупатель) заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале общества, по условиям которого продавец обязался передать долю в размере 100% (номинальной стоимостью 10 000 рублей) уставного капитала ООО "АгроГарант" покупателю, а покупатель обязался принять долю в обществе и оплатить за нее 10 000 рублей.

17 мая 2022 года в ЕГРЮЛ внесена запись о внесении изменений в сведения о юридическом лице ООО "АгроГарант", согласно которым прекращено участие в обществе ФИО5; участником общества в размере 100% в уставном капитале зарегистрирован ФИО9.

Полагая, что цепочка оспариваемых договоров совершена с целью причинения вреда кредиторам должника в период его неплатежеспособности в пользу аффилированного лица, конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о признании последовательно совершенных сделок недействительными применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При проверке обоснованности требований заявителя суд обоснованно руководствовался следующим.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63) установлено, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским законодательством.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, в силу нормы пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве недостаточностью имущества должника является превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью должника Закон понимает прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Возможность оспаривания сделки, состоящей из цепочки взаимосвязанных последовательных сделок, предусмотрена пунктом 6 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.11.2008 № 126 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения". Верховный суд в Определении от 23 июня 2016 г. № 307-ЭС14-8084 по делу № А56-15410/2011 подтвердил наличие такого механизма, как оспаривание последовательно совершенных сделок.

В соответствии с абзацем 3 пункта 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне.

Таким образом, в случае признания недействительной цепочки взаимосвязанных сделок заявление об оспаривании сделки предъявляется ко всем участникам цепочки сделок.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25)).

Согласно пункту 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021) при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества.

Таким образом, цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2      статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в абзаце 3 пункта 86, абзаце 1 пункта 87, абзаце 1 пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании п. 2 ст. 170 ГК РФ. При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок. Поскольку бенефициар является стороной прикрываемой (единственно реально совершенной) сделки, по которой имущество выбывает из владения должника, право кредиторов требовать возврата имущества в конкурсную массу подлежит защите с использованием правового механизма, установленного статьей 167 ГК РФ, а не путем удовлетворения виндикационного иска. Споры о признании недействительными сделок, совершенных несостоятельными должниками в преддверии банкротства, и о применении последствий их недействительности отнесены к компетенции арбитражных судов, рассматривающих дела о банкротстве (п. 1 ст. 61.8 Закона о банкротстве).

Вред кредиторам может быть причинен не только путем вывода ликвидных активов должника, но и также умышленными действиями, направленными на создание невозможности получения кредиторами полного исполнения за счет имущества должника, в том числе - путем оформления имущества для вида на иное лицо, с которым у должника имеются доверительные отношения, либо служебного подчинения, тем самым создается ситуация, при которой лицо, которому формально принадлежит имущество, является его мнимым собственником (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), в то время как действительный собственник - должник - получает возможность владения, пользования и распоряжения имуществом, извлечения возможной прибыли без угрозы обращения на него взыскания по долгам со стороны кредиторов.

Сделка, совершенная с целью скрыть ту же сделку, но с иным субъектным составом, вписывается в диспозицию пункта 2 статьи 170 ГК РФ в случае, когда обе стороны осознают, кто является истинным бенефициаром сделки. Если признаки притворности установлены, подлежит применению фикция: сделка видоизменяется так, будто бы изначально актив принадлежал/продан не номиналу, а напрямую должнику. В результате предмет сделки становится источником удовлетворения требований кредиторов должника.

Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.02.2018 возбуждено дело о банкротстве ФИО12 по заявлению конкурсного кредитора государственной корпорации "Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)". Оспариваемые сделки совершены 22.12.2015, 01.11.2016, 11.12.2018, 06.02.2022, то есть в период подозрительности, установленный  пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Финансовый управляющий полагает, что ФИО12 по отношению к ООО "АгроГарант" является бенефициаром, то есть лицом обладающим совокупностью прав и обязанностей и реализующим их своей волей и в своем интересе, что при обычном течении гражданского оборота присуще собственнику/владельцу, постольку создание ООО "АгроГарант" с номинальным участником и последующая смена таковых (участников), следует рассматривать как цепочку последовательных притворных сделок, прикрывающих одну сделку по выводу имущества должника - переоформления активов на подконтрольных должнику лиц с целью исключения имущества должника из конкурсной массы и причинения вреда кредиторам должника.

Такая сделка, охватываемая единым умыслом, началась в период возникновения неплатежеспособности группы компаний Кем-Ойл, конечным бенефициаром которой является сам должник с общей целью - причинить вред кредиторам должника (исключение возможности обращения взыскания на имущество, принадлежащее должнику – долю в уставном капитале ООО "АгроГарант"), о чем стороны знали и добивались именно этой цели, оставив ФИО12 фактический контроль над его имуществом.

Достижению общей цели способствовало формирование у подконтрольных ему организаций искусственной кредиторской и реальной дебиторской задолженности друг перед другом.

Одним из таких предприятий, подконтрольных должнику, и является общество "АгроГарант", выполнявшее функции по поставке комбикормов ООО "Алтаймясопром" и аккумулирующее на себе активы: наращивало искусственную кредиторскую задолженность перед аффилированными лицами, а также - текущую реальную дебиторскую задолженность ООО "Алтяймясопром".

Наращивание искусственной кредиторской задолженности перед аффилированными лицами до степени, в которой активы ООО "АгроГарант" были меньше, либо ей сопоставимы, в означенной схеме позволяло реализовать следующие промежуточные цели, направленные против интересов независимых кредиторов:

Во-первых, моделировалась ситуация, в которой при вхождении ООО "АгроГарант" в процедуру банкротства удовлетворение требований аффилированных лиц будет произведено за счет имущества группы лиц, конечным бенефициаром которых является семья Юган, и в пользу семьи Юган. При этом независимые кредиторы ООО "АгроГарант" уже не могли рассчитывать на 100% удовлетворение своих требований (данная смеха исследована в определении Арбитражного суда Кемеровской области от 28.10.2022, оставленном без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2023 по делу № А27-7970/2019).

Во-вторых, превышение пассивов над активами ООО "АгроГарант" позволяло мнимым собственникам утверждать, что номинальная стоимость доли в уставном капитале являлась ее рыночной, и поэтому уплаченная сумма в 10 000 тыс. руб. за данный актив является равноценным встречным исполнением, т.е. искусственно создавался "иммунитет" к возврату спорного имущества (100 % доли в УК) во владение должника под эгидой "добросовестного" приобретателя по рыночной стоимости. Данная мера разработана на случай, если аффилированные лица не смогли установить свои требования в РТК, и направлена на причинение вреда независимым кредиторам должника, когда последние не могут рассчитывать на ликвидационную квоту ООО "АгроГарант", которая составляла более 300 млн. руб.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 18.12.2017 № 305-ЭС17-12763, от 12.03.2018 № 305-ЭС17- 17342, фактически в деле о банкротстве в целях защиты кредиторов от недобросовестного поведения должника и части его контрагентов, а также в целях соблюдения принципов очередности и пропорциональности удовлетворения требований всех кредиторов потенциально могут оспариваться любые юридические факты, которые негативно влияют на имущественную массу должника.

Таким образом, вопреки доводам конкурсного управляющего                         ООО "АгроГарант", суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что сделка по установлению корпоративного контроля над ООО "АгроГарант" может быть оспорена в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника.

В обоснование того, что на момент совершения оспариваемых сделок, должник отвечал признаку неплатежеспособности, конкурсный управляющий указывает на то, что в период совершения цепочки оспариваемых сделок должник имел неисполненные обязательства перед кредиторами.

Как следует из материаловдела, должник являлся поручителем по обязательствам ООО "Алтаймясопром" (участником которого является) перед ГК "ВЭБ" по договорам, заключенным в 2010 году, а именно:

по договору поручительства от 12.11.2010 № 110100/1175-ДП/ФИО12 в качестве обеспечения исполнения всех платежных обязательств ООО "Алтаймясопром" по кредитному соглашению от 12.11.2010 № 110100/1175;

по договору поручительства от 12.11.2010 № 110100/1176-ДП/ФИО12 в качестве обеспечения исполнения всех платежных обязательств ООО "Алтаймясопром" по кредитному соглашению от 12.11.2010 № 110100/1176.

Решением Мещанского районного суда города Москвы от 10.08.2016, оставленным без изменения апелляционным определением Московского городского суда от 24.08.2017, с ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20 (поручителей по обязательствам ООО "Алтаймясопром" перед ГК "ВЭБ") в пользу Внешэкономбанка солидарно взыскана задолженность в размере 3 584 722 895,71 рублей - по кредитному соглашению от 12.11.2010 № 110100/1175 и 7 410 919 евро 38 евроцентов - по кредитному соглашению от 12.11.2010 № 110100/1178.

Согласно расчету ГК "ВЭБ" просроченный основной долг у должника ФИО12 по вышеуказанным обязательствам возник с 13.11.2014.

Кроме того, определением суда от 22.07.2019 по настоящему делу удовлетворено заявление ООО "Финойл" (правопреемник ПАО "Московский кредитный банк") о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 21 892 949 136,22 рублей, возникшей в результате неисполнения должником условий договоров поручительства с ПАО "Московский кредитный банк".

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3), по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления N 63 наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.       При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что по состоянию на период совершения оспариваемых сделок с 22.12.2015 по 06.02.2022 у должника имелись признаки неплатежеспособности.

При этом судом правомерно учтено, что ФИО17, будучи участником ООО "Алтаймясопром", не мог не знать о неудовлетворительном экономическом состоянии названного общества, поручителем по обязательствам которого являлся, и поэтому не имел разумных ожиданий относительно того, что кредитные обязательства будут исполнены основным должником.

Принимая во внимание, что кризисная ситуация, как правило, возникает не одномоментно, ей предшествует период снижения прибыльности, который переходит в стадию объективного банкротства, ФИО17 не представил доказательств того, что в преддверии банкротства имелась реальная возможность исполнения кредитных обязательств, которая была утрачена в относительно короткий промежуток времени.

Кроме того, о наличии кризисной ситуации, свидетельствующей о неудовлетворительном финансовом состоянии ООО "Алтаймясопром", свидетельствует также неоднократная реструктуризация его кредитных обязательств и дофинансирование

В соответствии с абзацами 2, 3 пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16- 20056(6) по делу № А12-45751/2015).

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014 изложена правовая позиция, согласно которой доказывать наличие фактической аффилированности возможно любыми не запрещенными процессуальным законом средствами.

Формальное отсутствие установленных пунктами 1 и 3 статьи 19 Закона о банкротстве признаков заинтересованности между должником и ответчиком не препятствует оценить обстоятельства, свидетельствующие о фактической аффилированности.

Следовательно, установить наличие фактической аффилированности, как правомерно указано судом первой инстанции, возможно на основании любых представленных в дело доказательств (обстоятельств совершения и исполнения сделки).

Факт аффилированности ФИО17 и ООО "АгроГарант" подтверждается следующими обстоятельствами.

ООО "Алтаймясопром" и ООО "Кузбассмясопром" входят в Холдинг КемОйлГрупп, о чем в публичных источниках размещена соответствующая информация (https://ngs42.ru/text/gorod/2016/01/25/2333813/).

Определениями Арбитражного суда Кемеровской области от 10.11.2017 дело № А27-20801/2015 и от 08.12.2017 по делу № А27-311/2017, решением от 24.10.2017 по делу № А27-1632/2017 установлены конечные бенефициары Группы компаний КемОйл, в том числе ФИО12

Общность интересов группы компаний ООО "Алтаймясопром", ООО "Кузбассмясопром" и ООО "АгроГарант", подконтрольных семье Юган, подтверждается выводами, сделанными в постановлении Седьмого апелляционного суда от 06.02.2023 по делу № А27-7970/2019, определении Арбитражного суда Кемеровской области от 05.07.2021 по делу № А27-7970/2019.

Согласно отчету от 12.03.2018, выполненному ООО "Грин Девелопмент", по результатам комплексной проверки ООО "Алтаймясопром" за период с 01.01.2015 по 30.09.2017 (поступил посредством сервиса подачи документов в электронном виде "Мой Арбитр" 19.06.2023) следует, что ООО "Алтаймяспром" передало вспомогательные производственно-логистические функции взаимосвязанным с ним различным организациям:

- до 85% реализации готовой продукции проводилось через ООО "Торговый дом "АМП" и ООО "Компания Бизнес Альянс";

- до 75% всех закупок осуществлялось через ООО "Торговый дом "АМП", ООО "АМП АГРО", ООО "Кузбассмясопром", ООО "АгроГарант".

В обвинительном заключении по уголовному делу № 11801010037000122 по обвинению ФИО12 в совершении преступлений, ответственность за которые предусмотрена частью 1 статьи 195, части 4 статьи 159 УК РФ, сделаны следующие выводы (поступило посредством сервиса подачи документов в электронном виде "Мой Арбитр" 23.11.2023):

"Вся хозяйственная деятельность полностью контролировалась Холдингом. Поставка кормов для свиней шла через аффилированные фирмы: ООО "Торговый дом АПМ", позже – ООО "АгроГарант". Реализация свиней (живым весом), осуществлялась через: ООО "Торговый дом АПМ", с 2014 года через ООО "Компания "Бизнес Альянс", а также ООО "АМП Сбыт". Смена фирм, через которые работало ООО "Алтаймясопром", была обусловлена тем, что в 2014 году было заключено 3-е кредитное соглашение с ГК "Внешэкономбанк", по условиям которого ООО "Алтаймясопром" запрещалось вести хозяйственную деятельность посредством аффилированных фирм. При этом фактически новые фирмы также были аффилированы Югану и Холдингу Кем-Ойл".

По результатам предварительного расследования следствием сделаны следующие выводы: "Рассматривая документы регистрационных дел во взаимосвязи с показаниями свидетелей по уголовному делу, прослеживается аффилированность ООО "Алтаймясопром", ООО "Кузбассмясопром", АО "УК "Кем-Ойл", ООО "Кем-Ойл трейд", ООО "Новые технологии", ООО "АгроГарант", ООО "Компания "БизнесАльянс" и ООО "Мегаполис" ФИО12 В разные периоды времени ФИО12 лично выступал в роли руководителя и собственника ряда фирм (ООО "Кузбассмясопром", АО "УК "КемОйл"), постепенно подменяя свое участие на номинальных лиц, либо сразу использовал номинальных лиц (ООО "Кем-Ойл трейд", ООО "Новые технологии", ООО "АгроГарант", ООО "Компания "БизнесАльянс", ООО "Мегаполис")".

В постановлении Тверского районного суда г. Москвы от 25.05.2021 о наложении ареста на имущество по уголовному делу № 11901450149005679 установлены следующие обстоятельства.

"В ходе предварительного следствия установлено, что выдача кредитных денежных средств ООО "Алтаймясопром" осуществлялась с целью строительства и ввода в эксплуатацию указанной организацией свиноводческого комплекса на территории Алтайского края. Также установлено, что с целью создания искусственной ситуации невозможности выполнения обязательств                           ООО "Алтаймясопром" перед ГК Развития "ВЭБ.РФ" по указанным выше кредитным договорам разработана следующая схема выбытия кредитных денежных средств в адрес, аффилированных обвиняемому ФИО12 организаций. Так, между ООО "Алтаймясопром" и ООО Компания "Бизнес Альянс" ИНН 

<

***> заключен договор № 17 от 01.10.2014, в рамках которого ООО "Алтаймясопром" продавало ООО Компания "Бизнес Альянс" свиней, при этом частичную оплату за свиней ООО Компания "Бизнес Альянс" производило не в адрес                                 ООО "Алтаймясопром", а по письму указанной организации в адрес аффилированной ФИО12 ООО "АгроГарант" ИНН 

<

***> как оплату за ООО "Алтаймясопром" по договору поставки №23/АМП/16 от 11.01.2016, заключенному ООО "Алтаймясопром" и ООО "АгроГарант". В дальнейшем на полученные от ООО Компания "Бизнес Альянс" денежные средства                       ООО "АгроГарант" приобретало сырье (в том числе комбикорм) у 3-х лиц, которое по завышенной стоимости в рамках договора поставки от 11.01.2016 № 23/АМП/16 поставляло ООО "Алтаймясопром". Аффилированность ООО Компания "Бизнес Альянс" и ООО "АгроГарант" к ООО "Алтаймясопром", бенефициаром которого являлся обвиняемый ФИО12, установлена вступившим в законную силу решением Апелляционного суда Кемеровской области, а также материалами уголовного дела № 11801010037000122 по обвинению ФИО12 в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.195, ч.4 ст.159 УК РФ, находящегося в производстве СЧ ГСУ ГУ МВД России по Алтайскому краю".

По результатам рассмотрения уголовного дела 20.02.2023 Тальменским районным судом Алтайского края вынесен приговор по делу № 1-1/2023 в отношении ФИО12.

Из показаний свидетеля ФИО11 (один из учредителей должника), данных в рамках уголовного дела, усматривается (л. 81, 82 приговора), что "в 2008 году он познакомился с ФИО12, который предложил ему работу, а именно: должность исполнительного директора Анжерской нефте-газовой компании.               Он согласился и с этого времени до лета 2018 года работал под руководством ФИО12

Помимо Анжерской нефте-газовой компании ФИО12 создал и возглавлял, как лично, так и через доверенных лиц, несколько компаний, которые входили в так называемый Холдинг КемОйлГрупп. До 2015 года он занимался исключительно вопросами строительства и эксплуатации Анжерского нефтеперерабатывающего завода. Ему было известно, что ФИО12 начал сельскохозяйственный проект в Алтайском крае, но до 2015 года он не имел никакого представления, всеми вопросами реализации проекта занимался сам  ФИО12 и доверенные ему лица. Работая с ФИО12, он всегда осуществлял техническую работу на его объектах. Вопросами развития проектов, их финансированием, общей стратегией развития, а также всеми кадровыми вопросами, всегда занимался исключительно ФИО12, он всегда выполнял указания ФИО12, не задавая "лишних" вопросов.

Так, по решению ФИО12, в середине 2016 года он назначен президентом ООО "АгроГарант". Общество занималось поставкой кормов для  ООО "Алтаймясопром" - свиноводческого комплекса в Тальменском районе Алтайского края, принадлежащего ФИО12 При его переходе в                            ООО "АгроГарант" ФИО12 лично пояснил, что ООО "Алтаймясопром" будет получать корма только от ООО "АгроГарант", в его задачи входит лишь обеспечение этих поставок. Работа в Холдинге Кем-Ойл организована следующим образом: все компании холдинга обеспечивались одним персоналом, несмотря на формальное трудоустройство. Внутри холдинга деление на группы (юристы, бухгалтеры, коммерческий отдел и т.д.). Каждый отдел выполнял свои функции, работая на все компании, руководящую роль выполнял сам ФИО12 Применительно к ООО "АгроГарант" - все решения о поставках кормов, поставщике, объемах поставок, стоимости принимались ФИО12 Сотрудники отделов холдинга подготавливали соответствующие документы и передавали их ему на подпись. Самостоятельно он финансово-хозяйственной или организационно-распорядительной деятельностью ООО "АгроГарант" не занимался. Доступа к финансам не имел, счетом общества не распоряжался. Вся документация            ООО "АгроГарант" оставалась у сотрудников холдинга Кем-Ойл по отделам".

Из показаний свидетеля ФИО21, данных в рамках уголовного дела (л. 92 приговора) следует, что "с 17.05.2017 по 23.03.2018 она работала вице-президентом по правовому обеспечению в ООО "АгроГарант". Юридический и фактический адрес организации: 

<

...>. Президентом организации был ФИО11 ООО "АгроГарант" входило в холдинг Кем-Ойл, руководителем которого был ФИО22 Таким образом, ООО "АгроГарант" полностью находилось в подчинении у ФИО22, указания и распоряжения которого были обязательны к исполнению. Она напрямую подчинялась ФИО22, но и указания ФИО11 тоже выполняла. Кабинет ФИО22 находился по адресу: г. Кемерово, пр. Молодежный, 17, т.е. по тому же адресу, что и ООО "АгроГарант".

На странице 130 приговора по уголовному делу от 20.02.2023 № 1-1/2023, вынесенному Тальменским районным судом Алтайского края, сделаны следующие выводы:

"ФИО22 контролировал еще ряд юридических лиц, в том числе ООО "Кузбассмясопром", где он являлся единственным учредителем, АО "Управляющая компания "Кем-Ойл Трейд", ООО "Новые технологии", ООО "АгроГарант", через подконтрольных ему лиц – ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, которые являлись номинальными фигурами".

В силу части 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Кроме того, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО27 (дело № А32-39877/2018) судами установлена фактическая аффилированность ФИО27 (сын), ФИО12 (отец) и ПАО "АКБ "Кузбассхимбанк" (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 04.03.2021           № Ф08-1872/2021 по делу № А32-39877/2018).

Из материалов настоящего дела также следует, что именно ПАО АКБ "Кузбассхимбанк" предоставил ООО "АгроГарант" помещение, в котором находился офис общества (

<

...>).

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что сложилась ситуация, при которой ООО "Алтаймясопром" в состоянии имущественного кризиса не могло осуществлять хозяйственную деятельность от своего имени. Должник создал корпоративную структуру подконтрольных обществ, где все функции ООО "Алтаймясопром" переданы подконтрольным организациям, что позволило в период 2017 – 2018 годах осуществлять текущую хозяйственную деятельность ООО "Алтаймясопром", при этом потоки денежных средств направлялись в обход расчетных счетов                      ООО "Алтаймясопром".

Создание ООО "АгроГарант" происходило по воле ФИО22

Из показаний ФИО11, данных им в рамках уголовного дела, следует, что он не мог самостоятельно распоряжаться правом 100% доли в участии ООО "АгроГарант" и продать ее третьему лицу, а, следовательно, суд правомерно указал, что ФИО5 и ФИО9 также являлись доверенными лицами должника.

Подтверждением того, что корпоративный контроль над ООО "АгроГарант" находился у ФИО12, а не у иных лиц, являются следующие распоряжения ООО "АгроГарант", представленные в материалы настоящего обособленного спора в оригиналах:

- от 23.12.2016 № 3 "О внесении изменений в согласование договоров на сумму свыше 300 тыс. рублей с НДС";

- от 26.12.2016 № 4 "О временном возложении обязанностей";

- от 09.01.2017 № 1 "Об утверждении целей ООО "Алтаймясопром" и ООО "Кузбассмясопром" на 2017";

- от 12.01.2017 № 2 "О внесении изменений в процесс согласования финансово-бухгалтерских документов".

Указанные распоряжения подписаны председателем совета директоров ФИО12

Из текста данных распоряжений следует, что ФИО12 является действительным руководителем ООО "АгроГарант" и определяет как организационную, так и финансовую политику работы общества, которая направлена, в том числе на осуществление производственных потребностей ООО "Алтаймясопром".

Согласно представленным в материалы спора доказательствам следует, что ООО "АгроГарант" никогда не находилось под контролем ФИО7, ФИО11, ФИО5 и ФИО9, а контролировалось самим должником в рамках созданной им "схемы" хозяйственных обществ "Холдинга КемОйлГрупп".

Номинальный характер участия в ООО означает наличие фактического участника, контролирующего юридическое лицо неформально и получающего выгоду от такого характера отношений.

То есть контролирующее лицо реализует свои интересы через номинального участника, в действиях которого находит свое выражение его воля. В данном случае существенный актив должника (100% доли в обществе) переоформлен на номинальных участников.

Не менее важным обстоятельством является цена сделки – 10 000 рублей, что также свидетельствует о создании общества и последующем переоформлении общества по воле ФИО12

Договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО "АгроГарант"        (ИНН 

<

***>) заключен между ФИО11 (покупатель) и ФИО7 (продавец) и удостоверен нотариусом только 01.11.2016.

Сделка совершена по цене 10 000,00 рублей, тогда как по итогам 2016 года чистая прибыль общества составила 1 946 000,00 рублей.

Таким образом, экономическая целесообразность реализации доли по цене 195 раз ниже прибыли общества ФИО7 не доказана.

ФИО26 действовал только по распоряжению ФИО12, соответственно, реализация 100 % доли в уставном капитале общества была в волеизъявлении последнего.

Целью сделки являлось приобретение реституционного иммунитета через создание видимости добросовестного приобретателя, что подтверждается следующим:

Сделка между ФИО11 и ФИО5 совершена также по номинальной стоимости – 10 000,00 рублей, при том, что по итогам 2018 года убыток общества составил 13 846 000, 00 рублей.

В свою очередь, ФИО5 не раскрыты разумные экономические мотивы совершения сделки по приобретению общества с убытком в 13 миллионов рублей, отсутствием основных средств и кредиторской задолженностью превышающей дебиторскую. ФИО5 не доказано и последующее вложение им инвестиций в ООО "АгроГарант".

При этом, как установлено в рамках рассмотрения дела № А27-7970/2019 (определение Арбитражного суда Кемеровской области от 28.10.2022), в период с 27.08.2018 по 30.11.2018 фактически аффилированные (подконтрольные) семье Юган лица (ИП ФИО28 и ООО "Альянс-Инжиниринг") выкупили у АО "Кемеровский социально-инновационный банк" право требования задолженности ООО "АгроГарант" по кредитным договорам за сумму 106 194 597,94 рублей., т.е. аффилированные ФИО12 лица, формально исполняя личные обязательства перед внешним кредитором (Банком) по уплате цессии, фактически произвели погашение обязательств должника перед Банком по возврату кредита, полученного в интересах группы компаний, за счет стоимости имущества, входившего в бизнес, контролируемый семьей Юган.

Таким образом, складывается ситуация, при которой ФИО12 вкладывает в ООО "АгроГарант" более 100 млн. руб., при этом практически в это же время (11.12.2018) дает распоряжение ФИО26 продать 100 % доли в УК ООО "АгроГарант" за 10 000 рублей ФИО5, целью чего очевидно не может являться совершение сделки по рыночной стоимости, на чем настаивает последний.

Таким образом, реальной целью совершения сделки между ФИО26 и ФИО5 по номинальной стоимости являлась смена титульного собственника на формально неаффилированное, но фактически (номинальное/подконтрольное) лицо, чтобы в последующем обеспечить аффилированным семье Юган кредиторам процесс включения в реестр требований кредиторов ООО "АгроГарант" и не допустить обращения взыскания на 100% доли в УК ООО "АгроГарант" в счет расчетов по обязательствам группы компаний Кем-Ойл.

Смена титула собственника ООО "АгроГарант" с ФИО5 на ФИО9 06.05.2022 под контролем ФИО12 через фактически аффилированного (номинального/подконтрольного) ФИО5

На момент заключения сделки 06.05.2022 не было никаких экономических предпосылок к тому, чтобы избавляться от данного актива путем продажи по номинальной стоимости:

- 29.06.2021 определением Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-7970-4/2019 отказано во включении в реестр требований кредиторов ООО "АгроГарант" ИП ФИО29 в сумме 28 797 997,60 рублей;

- 21.10.2021 Верховным Судом Российской Федерации отказано обществу с ограниченной ответственностью "Алтаймясопром" в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 20.11.2020 по делу №А27-16828/2019, оставленным без изменения постановлениями суда апелляционной инстанции от 20.03.2021 и суда округа от 13.07.2021, с ООО "Алтаймясопром" в пользу ООО "АгроГарант" взысканы 335 730 093,44 рублей основного долга по договору поставки от 11.01.2016 № 23/АМП/16,               100 273 820,09 рублей пени по состоянию на 10.07.2019, а также неустойка в размере 0,05% от суммы основного долга 335 730 093,44 рублей с 11.07.2019 по день фактического исполнения обязательства, 200 000 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

Данная задолженность формировалась в 2017 – 2018 гг., т.е. в период, когда титульным собственником был ФИО26, что противоречит тезису ФИО30 о его роли в увеличении объема активов ООО "АгроГарант".

- данное требование относится к 4-й очереди текущих платежей ООО "Алтаймясопром";

- в конкурсную массу ООО "Алтаймясопром" включено имущество балансовой стоимостью 3 221 286 968,00 руб., рыночная стоимость активов должника составляет 3 221 286 968,00 руб. (отчет конкурсного управляющего по состоянию на 02.11.2021);

- 10.11.2021 в отношении ООО "АгроГарант" введено конкурсное производство;

- согласно бухгалтерской отчетности должника по состоянию на 31.12.2021  активы ООО "АгроГарант" составляли 462 555 000 рублей, т.е. вышеуказанная дебиторская задолженность, а пассивы 360 889 000 руб., соответственно потенциальная выгода от владения 100 % доли в УК ООО "АгроГарант" составляла более 100 млн. руб.

В такой ситуации нет никаких разумных экономических, либо управленческих мотивов совершать ФИО5, а равно ФИО12 сделку по отчуждению 100 % доли в УК ООО "АгроГарант" в пользу ФИО9 по номинальной стоимости – 10 000 рублей.

Реальной целью совершения сделки между ФИО5 и     ФИО9 по номинальной стоимости являлась смена титульного собственника на формально неаффилированное, но аффилированное фактически (номинальное/подконтрольное) лицо, чтобы в последующем претендовать на ликвидационную квоту.

Предпосылкой же к смене ФИО5 стало желание ФИО12 укрепить статус добросовестного приобретателя у титульного собственника и создать реституционный иммунитет, поскольку показания свидетелей данных в рамках уголовного дела № 11801010037000122, а также складывающаяся судебная практика в отношении реального бенефициара ООО "АгроГарант", указывали именно на ФИО12

Факт совершения сделок между мнимыми участниками общества по продаже 100% доли в ООО "АгроГарант" по номинальной стоимости в размере10 000 рублей, при активах общества в размере более 400 млн. рублей, свидетельствует об отсутствии реальных хозяйственных операций по смене учредителей ООО "АгроГарант".

Факт отчуждения актива по заниженной стоимости и аффилированность сторон – в своей совокупности являются обстоятельствами достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда кредитору в результате совершения сделки (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4)).

У ООО "АгроГарант" имеется право требования к ООО "Алтаймясопром" на сумму 436 003 913,53 рублей.

Доля в уставном капитале является активом, который предоставляет право на участие в распределении прибыли и может быть реализована в случае банкротства должника – правообладателя доли в уставном капитале.

В результате отчуждения должником спорного имущества самому должнику и его кредиторам причинен вред, поскольку в результате этой сделки из собственности должника выбыло ликвидное имущество без какой-либо оплаты за него или иного встречного предоставления.

Отчуждение в преддверии банкротства должника имущества в пользу заинтересованного лица на невыгодных, фактически безвозмездных условиях не соответствует содержанию аналогичных сделок и свидетельствует о заключении такой сделки на невыгодных для должника условиях.

В данном случае, как правомерно указано судом первой инстанции, оспариваемая сделка совершена с противоправными целями, а именно, направлена на исключение возможности обращения взыскания на имущество, принадлежащее должнику – долю в уставном капитале ООО "АгроГарант".

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для признания сделки должника недействительной по правилам пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В пункте 29 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (п. 2 ст. 167 ГК РФ, п. 1 ст. 61.6 и абз. второй п. 6 ст. 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Таким образом, судом первой инстанции обоснованно применены последствия недействительной сделки в виде изъятия имущества у номинальных (мнимых) собственников и возврата его в конкурсную массу должника путем восстановления корпоративного контроля ФИО12 над  ООО "АгроГарант", посредством установления права ФИО12 на долю в размере 100% в уставном капитале ООО "АгроГарант"  (ИНН 

<

***>), обязания регистрирующий орган внести соответствующие изменения в Единый государственный реестр юридических лиц (реестр).

Довод апелляционной жалобы о том, что в отсутствие договора между ФИО7 и ФИО11 анализировать сделку на предмет ее законности невозможно, подлежит отклонению, учитывая, что из материалов регистрационного дела усматривается, что ФИО7 (продавец) и ФИО11 (покупатель) заключили договор купли-продажи доли в уставном капитале общества от 01.11.2016, согласно которому продавец обязался передать долю в размере 100% (номинальной стоимостью 10 000 рублей) уставного капитала            ООО «АгроГарант» покупателю, переход права на долю состоялся и зарегистрирован в Реестре.

Иные доводы, приведенные в апелляционных жалобах, не могут служить основанием для отмены обжалованного судебного акта, поскольку не опровергают сделанных судом выводов и направлены по существу на переоценку доказательств и обстоятельств, установленных судом первой инстанции.

Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела или иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционных жалобах, у суда апелляционной инстанции не имеется. Апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам относятся на их заявителей.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 22.05.2024 по делу № А32-7207/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                               Я.А. Демина

 

Судьи                                                                                             Г.А. Сурмалян

 

Н.В. Шимбарева