АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-40019/2019

г. Краснодар

28 июля 2023 года

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе судьи Аваряскина В.В., рассмотрев без вызова заявителя – общества с ограниченной ответственностью «Ареопаг Сибири», истца – индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 312230825600092), ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Гарантстрой комплекс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Ареопаг Сибири» на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 06.03.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2023 по делу № А32-40019/2019, установил следующее.

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – предприниматель) обратился в арбитражный суд с иском к ООО «Гарантстрой комплекс» (далее – общество) о взыскании 611 747 рублей 96 копеек задолженности, 5978 рублей 39 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами. 

Дело рассмотрено в порядке упрощенного производства по правилам, предусмотренным положениями главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс).

21 октября 2019 года суд первой инстанции принял решение путем подписания резолютивной части, в соответствии с которой с общества в пользу предпринимателя взыскано 611 747 рублей 96 копеек задолженности, 5978 рублей 39 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами с 10.06.2019 по 19.08.2019, а также 15 355 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

В связи с поступлением апелляционной жалобы ООО «Ареопаг Сибири» (конкурсного кредитора общества, далее – компания) суд первой инстанции составил мотивированное решение от 06.03.2023.

Постановлением апелляционного суда от 18.04.2023 решение суда от 06.03.2023 (резолютивная часть от 21.10.2019) оставлено без изменения. С компании в доход федерального бюджета взыскано 3 тыс. рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе. 

В кассационной жалобе компания просит отменить решение и постановление. Податель жалобы указывает, что общество и предприниматель являются аффилированными лицами, взыскание денежных средств по данному делу привело к искусственно созданной дебиторской задолженности. В один промежуток времени ФИО2, ФИО3 и ФИО4 одновременно являются представителями и общества, и предпринимателя. В деле о банкротстве общество добровольно выплатило задолженность первому заявителю – ФИО5 для того, чтобы второй кредитор – предприниматель стал конкурсным кредитором с правом выбора СРО и арбитражного управляющего. Указанное действие также подтверждает согласованность действий общества и предпринимателя. Предприниматель не доказал фактическое оказание услуг и основания возникновения задолженности. Апелляционный суд не рассмотрел надлежащим образом довод кредитора о мнимости сделки между обществом и предпринимателем. Транспортное средство, указанное в актах, предпринимателю не принадлежит. У предпринимателя отсутствует штат работников для оказания заявленных услуг.

В силу части 2 статьи 288.2 Кодекса кассационные жалобы на решения арбитражного суда первой инстанции и постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, принятые по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде кассационной инстанции судьей единолично без вызова сторон. 

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что постановление апелляционного суда подлежит отмене по следующим основаниям. 

Из материалов дела видно и судами установлено, что 01.04.2018 общество (заказчик) и предприниматель (исполнитель) заключили договор оказания услуг строительной техники № 09/2018, по условиям которого исполнитель обязан в течение срока действия договора оказывать услуги специализированной техникой на территории строительного объекта заказчика по адресу: 

<

...>, по погрузке-разгрузке, перевалке технических и прочих ресурсов заказчика специализированными транспортными средствами, принадлежащими исполнителю, в соответствии с потребностями заказчика. 

Пунктом 2.2 договора установлено, что оплата производится по факту оказания услуг, но не позднее 5 банковских дней с момента подписания первичных документов, а именно: актов приема-передачи оказанных услуг, справки для расчета за выполненные работы, рапортов учета работы строительной машины. 

Во исполнение условий договора предприниматель оказал услуги на сумму 4 588 547 рублей 96 копеек, что подтверждается актами, подписанными сторонами и скрепленными печатями. 

Общество обязательства по оплате оказанных услуг в полном объеме не исполнило, задолженность составила 611 474 рубля 96 копеек.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения предпринимателя в суд с рассматриваемым иском. 

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, анализируя представленные доказательства в совокупности, пришел к выводу о реальности оказанных, но не оплаченных услуг, а также признании обществом исковых требований, в связи с чем взыскал с общества в пользу предпринимателя 611 747 рублей 96 копеек задолженности по договору оказания услуг строительной техникой, 5978 рублей 39 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами с 10.06.2019 по 19.08.2019; распределил судебные расходы. 

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции, при этом, отклоняя доводы компании о том, что спор был инициирован сторонами с целью создания мнимой задолженности в преддверии банкротства общества, указал, что реальность оказания услуг документально подтверждена, отношения сторон сложились в 2019 году, то есть задолго до банкротства. Довод об аффилированности общества и предпринимателя апелляционный суд отклонил, в связи с тем, что наличие аффилированности между сторонами сделок в отсутствие доказательств причинения вреда кредиторам или должнику данными сделками, не является безусловным основанием для признания их недействительными. Апелляционный суд указал, что компания не привела новых доводов, не представила каких-либо доказательств, опровергающих правомерность заявленных предпринимателем требований на основании представленных в материалы дела доказательств, получивших оценку судом. Предоставленная конкурсному кредитору возможность экстраординарного обжалования не снимает с него бремя доказывания доводов о недостоверности доказательств по правилам статей 9 и 65 Кодекса и не может восприниматься как дозволяющая конкурсному кредитору в отсутствие обоснованных сомнений добиваться пересмотра судебных актов с участием должника.

Апелляционный суд отклонил ссылку подателя жалобы на наличие аффилированности между сторонами на основании того, что их интересы в судах представляли общие представители, поскольку сам по себе факт оказания сторонам услуг по представлению интересов в суде одними и теми же юристами не свидетельствует об их аффилированности. Положения действующего законодательства не содержат запрет для представительства разных лиц или ограничений юридических лиц при выборе представителя по основанию представления таким лицом интересов контрагента или иных лиц. 

Апелляционный суд отклонил также доводы жалобы о том, что предпринимателем не доказан факт оказания услуг, в том числе с учетом отсутствия у предпринимателя необходимой техники и невозможность оказания заявленного объема услуг одним работником. Условия договора не ограничивают в возможности исполнителя привлекать к исполнению третьих лиц. Наличие либо отсутствие у истца права собственности на строительную технику не препятствует оказанию услуг.

Суд кассационной инстанции полагает, что постановление апелляционного суда вынесено без учета следующего.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 25.04.2022 по делу № А32-20867/2021 заявление предпринимателя признано обоснованным. Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства на 5 месяцев. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.02.2023 по делу № А32-20867/2021 заявление компании об установлении размера требований кредитора принято к производству. 

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.04.2014 № 12278/13, если лицу в судебном разбирательстве противопоставляется судебный акт по другому разбирательству, в котором оно не участвовало, правопорядок должен обеспечивать этому лицу право на судебную защиту, в том числе путем обеспечения возможности представить свои доводы и доказательства по вопросу, решенному этим судебным актом.

В настоящее время одним из способов обеспечения защиты такого лица в подобной ситуации, признаваемым правопорядком, является предоставление ему права обжалования соответствующего судебного акта: такая возможность, в частности, предусмотрена для кредиторов находящихся в процедуре банкротства должника, полагающих, что судебный акт о взыскании долга или об утверждении мирового соглашения нарушает их права и законные интересы (пункт 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума № 35) и постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.04.2013 № 13596/12, от 12.02.2013 № 12751/12, от 29.06.2010 № 2070/10 и от 08.06.2010 № 2751/10).

В рассматриваемом случае, поскольку судебный акт затрагивает права и законные интересы других лиц (в настоящем деле – компании) не непосредственно, а косвенно и напрямую о них не высказывается, его обжалование происходит не по правилам статьи 42 Кодекса. С целью учета таких ценностей, как правовая определенность и стабильность судебного акта, также являющихся проявлением права на судебную защиту (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17.11.2005 № 11-П и пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках») и обеспечения справедливого баланса между интересами всех затрагиваемых лиц суд при принятии жалобы соответствующего лица или постановке вывода о ее рассмотрении по существу оценивает не только наличие обоснованных оснований полагать, что обжалуемый акт существенным образом влияет на его права и законные интересы, но и наличие у него обоснованных и убедительных доводов о принятии такого акта с нарушением закона и потому необходимости его отмены.

При этом для уравнивания кредиторов в правах суд в силу пункта 3 статьи 9 Кодекса должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

В качестве доводов апелляционной и кассационной жалоб компания ссылался на: мнимость совершенных между сторонами сделок (договоров), а также недоказанность относимыми и допустимыми документами оказанных предпринимателем услуг, недоказанность реального исполнения сторонами договоров, создание сторонами искусственной задолженности.

В пункте 26 постановления Пленума № 35 разъяснено, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности, мнимости сделок.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Указанная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Применительно к данному спору исполнитель должен доказать действительность принадлежащего ему требования, основанного на факте реального осуществления действий по оказанию услуг.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. Следует также учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», далее – постановление Пленума № 25).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

Следовательно, при рассмотрении вопроса о мнимости спорного договора и документов, подтверждающих оказание услуг, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов, установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства, в том числе – составленные с участием незаинтересованных лиц, свидетельствующие об объективности факта наличия хозяйственных операций.

Вопреки указанным правовым нормам, апелляционный суд неполно рассмотрел доводы компании, в том числе о мнимости договора, который, по мнению заявителя кассационной жалобы, совершен для вида и без намерения создать правовые последствия, свойственные правоотношениям по оказанию услуг, реальной целью спорной сделки было формальное подтверждение искусственно созданной задолженности в целях участия в процедурах банкротства и распределения конкурсной массы.

Между тем к отношениям, отягощенным банкротным элементом, применим повышенный стандарт доказывания истцом обстоятельств, положенных в основание требований, существенно отличающийся от обычного бремени доказывания в сходном частноправовом споре, поскольку это обусловлено публично-правовым характером процедур банкротства, который неоднократно отмечался Конституционным Судом Российской Федерации (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П, определения от 17.07.2014 № 1667-О, 1668-О, 1669-О, 1670-О, 1671-О, 1672-О, 1673-О и 1674-О).

Таким образом, апелляционному суду надлежало подвергнуть более подробной проверке обоснованность имущественных притязаний истца к ответчику, исходя из повышенного стандарта доказывания факта наличия взаимоотношений сторон по спорному договору.

Апелляционный суд не применил в данном случае принцип повышенного стандарта доказывания, возложив, по сути, бремя доказывания на конкурсного кредитора обстоятельств нереальности исполнения спорного договора.

Указанные обстоятельства и доводы компании подлежат анализу, судебной оценке и отражению в судебных актах с указанием мотивов, к которым апелляционный суд пришел при их исследовании.

В силу абзаца 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 1 постановления Пленума № 25 разъяснено, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 Гражданского кодекса), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса. Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона, соответственно, наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 Гражданского кодекса).

Учитывая, что судами не исследовались указанные выше обстоятельства, выводы судов о наличии между сторонами реальных правоотношений и, как следствие, удовлетворение исковых требований предпринимателя о взыскании с общества денежных средств, являются преждевременными и могут повлечь нарушение прав кредиторов общества.

Как следует из правовой позиции, содержащейся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.04.2014 № 12278/13, если лицу в судебном разбирательстве противопоставляется судебный акт по другому разбирательству, в котором оно не участвовало, правопорядок должен обеспечивать этому лицу право на судебную защиту, в том числе путем обеспечения возможности представить свои доводы и доказательства по вопросу, решенному этим судебным актом.

С учетом изложенного, поскольку обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, апелляционным судом по жалобе компании в полной мере не установлены, постановление подлежит отмене на основании части 1 статьи 288 Кодекса, а дело направлению на новое рассмотрение в апелляционный суд (пункт 3 части 1 статьи 287 Кодекса).

Руководствуясь статьями 274, 284, 286 ? 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2023 по делу № А32-40019/2019 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Судья                                                                                                                      В.В. Аваряскин