РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-174574/23-72-1455

г. Москва

17 ноября 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 30 октября 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 17 ноября 2023 года. 

Арбитражный суд в составе судьи Немовой О. Ю., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Саморегулируемой организации Союз организаций «Автоматизированные системы безопасности» (Малый Кисельный 

<

...>, комн. 2, Москва, 107031, ОГРН 

<

***>)

к заинтересованном лицу – Федеральной антимонопольной службы (ул. Садовая-Кудринская, 

<

...>, ОГРН 

<

***>) 

третьи лица – 1) АО «Центр безопасности «Охрана помещений» (7-ая Красноармейская ул., д. 26, лит. А, пом. 4-Н, оф. 204, Санкт-Петербург, 190005, ОГРН 

<

***>), 2) Главное управление МЧС России по 

<

...> морская, д. 40, лит. А, Адмиралтейский округ, СанктПетербург, 190031, ОГРН 

<

***>), 3) МЧС России (Театральный пр-д, 

<

...>, ОГРН 

<

***>)

о признании недействительным решения Федеральной антимонопольной службы  от 21.02.2023 № КТ/12736/23 и об обязании устранить допущенные нарушения прав и законных интересов,

при участии представителей:

от заявителя: ФИО2 дов. от 14.04.2022, ФИО3 дов. от 12.04.2022 года, диплом

от заинтересованного лица: ФИО4 доверенность, диплом

от третьего лица: 1) ФИО5 по  дов. от 16.05.2023 года, диплом  2) не явился, извещен 3) не явился извещен

УСТАНОВИЛ:

Саморегулируемая организация Союз Организаций «Автоматизированные системы безопасности» (далее – Заявитель, СРО) обратилась в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании недействительным решения Федеральной антимонопольной службы (далее – ФАС, Антимонопольный орган, Заинтересованное лицо) № КТ/12736/23 от 21.02.2023 г. и об обязании устранить допущенные нарушения прав и законных интересов путём рассмотрения вопроса о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства по заявлению СРО (вх.№ 18634-ЭП/23 от 08.02.2023 г.) с учётом решения суда.

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены Акционерное общество «Центр безопасности «Охрана помещений» (далее – Общество), Главное управление МЧС России по городу Санкт-Петербургу (далее – ГУ МЧС по СПб), а также МЧС России (далее – МЧС)

Заявитель в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме по доводам заявления. 

Заинтересованное лицо против удовлетворения требований возражает по доводам письменного отзыва. 

Третьи лица считают решение ФАС законным и обоснованным по доводам письменного отзыва. 

Судом проверено и установлено, что срок, предусмотренный ч. 4 ст. 198 АПК РФ, заявителем соблюден.

Заслушав представителей сторон, исследовав и оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, проверив оспариваемое решение на соответствие закону, суд полагает, что заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела СРО обратилось в Федеральную антимонопольную службу с заявлением о нарушении требований ст.14.4 и 14.5 Федерального закона от 26.07.2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон «О защите конкуренции») со стороны АО «Центр безопасности «Охрана помещений» (далее = Общество) и Главного управления МЧС России по городу Санкт-Петербургу (вх.№ 18634-ЭП/23 от 08.02.2023).

Согласно данному заявлению предметом обращения СРО являлось оспаривание:

- приобретения АО «Центр безопасности «Охрана помещений» права на обозначение «программно-аппаратный комплекс с условным наименованием ПАК «Стрелец-Мониторинг» системы мониторинга, обработки и передачи данных о параметрах возгорания, угрозах и рисках развития крупных пожаров в сложных зданиях и сооружениях с массовым пребыванием людей, в том числе в высотных зданиях (ч.1 ст. 14.4. Закона «О защите конкуренции») (стр.1 обращения СРО);

- изготовления, продажи и использования АО «Центр безопасности «Охрана помещений» продукции под маркой СПИ «ЦАСПИ» и программно-аппаратный комплекс («ПАК ЦАСПИ «ЦУКС»), в состав которого входит ПАК «Стрелец-Мониторинг» (ст.14.5 Закона «О защите конкуренции» (стр.1 обращения СРО).

Как указывает Заявитель, в 2009 году Общество заключило государственный контракт с ГУ МЧС по СПб № 4 от 21.09.2009 года (далее – Контракт). В ходе исполнения Контракта Общество было включено в реестр недобросовестных поставщиков, а сам контракт был признан недействительным в рамках дела №А56-9150/2011. Однако, впоследствии к указанному Контракту было заключено дополнительное соглашение от 21.10.2013 года, в ходе которого была проведена модернизация приёмного оборудования системы передачи информации о пожарах на территории Санкт-Петербурга (стр. 3 Обращения СРО). 

Заявитель указывает, что в результате модернизации было установлено оборудование Общества ПАК ЦАСПИ ЦУКС, якобы созданное с использованием результата интеллектуальной деятельности – ПАК «Стрелец-Мониторинг», права на который принадлежат Российской Федерации (стр.3-4 Обращения СРО). Впоследствии Общество зарегистрировало программы для ЭВМ, а именно: «Программа автоматизированного рабочего места диспетчерской службы ЦАСПИ», «ЦАСПИ ПАК 50 000», «ПО АУ ЦАСПИ-2», «ПО АУ ЦАСПИ-М», «Система передачи извещений ЦАСПИ». 

По мнению, Заявителя, это привело к получению статуса обладателя интеллектуальных прав на обозначение специальной продукции ПАК «Стрелец-Мониторинг» и «Система мониторинга, обработки и передачи данных», что в свою очередь привело к включению ПАК «Стрелец-Мониторинг» и Системы мониторинга, обработки и передачи данных в ПАК ЦАСПИ ЦУКС и СПИ «ЦАСПИ». Также согласно обращению, Заявитель полагает,  что Общество, проведя сертификацию оборудования СПИ «ЦАСПИ», незаконно приобрело права на средства индивидуализации товара (стр.5 Обращения СРО).

При этом, по мнению Заявителя, Система мониторинга, обработки и передачи данных, в составе с программными средствами Общества была введена в эксплуатацию с нарушениями, а сама модернизация наделила Общество функциями по организации эксплуатации сети связи, предназначенной для вызова пожарной охраны «01», обеспечению её надежности, информационной безопасности и оперативности (стр.12 Обращения СРО).

В своём обращении в ФАС Заявитель ссылался на то, что общество незаконно модифицировало и использует результаты интеллектуальной деятельности на ПАК «Стрелец-Мониторинг» и Систему мониторинга, обработки и передачи данных, включив их в ПАК ЦАСПИ ЦУКС и СПИ «ЦАСПИ».

Решением Федеральной антимонопольной службы № КТ/12736/23 от 21.02.2023 г.  было отказано в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства ввиду того, что из сведений, содержащихся в самом заявлении и приложенных к нему материалах, не усматривается наличие признаков недобросовестной конкуренции по смыслу пункта 9 статьи 4 Закона «О защите конкуренции». Поскольку ГУ МЧС по СПб не является хозяйствующим субъектом в понимании п.5 ст. 4 Закона «О защите конкуренции». (стр.3 Решения), а то обстоятельство, что  обозначения «ПАК «Стрелец-Мониторинг» и «Система мониторинга, обработки и передачи данных»  являются товарными знаками, свидетельства, на которые принадлежат Обществу из заявления также не следует  (стр.5 Решения). 

Кроме того, ФАС указал, что Заявитель не наделен полномочиями со стороны правообладателя (либо его представителя) заявлять о незаконности действий, якобы осуществленных Обществом в рамках дополнительного соглашения к Контракту. 

В равной степени сам Заявитель не является хозяйствующим субъектом по смыслу п.5 ст.4 Закона «О защите конкуренции», а из заявления невозможно установить круг лиц, являющихся хозяйствующими субъектами, по отношению к которым действия Общества могли бы рассматриваться как нарушающие нормы антимонопольного законодательства, направленные на получение необоснованных преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, как те, что могли бы причинить убытки либо нанести вред деловой репутации заявителю (стр.5-6 Решения).

СРО, не согласившись с указанным Решением, обжаловала его в Суд по интеллектуальным правам, который определением от 18 июля 2023 года по делу № СИП-237/2023 передал заявление СРО по подсудности на рассмотрение Арбитражного суда города Москвы.

В обоснование заявленных требований СРО указало, что заявление было подано по факту нарушения ст. 14.4, 14.5 и 14.6 Закона «О защите конкуренции».

 Однако, по мнению Заявителя, в нарушение ст.44, 45.1 и п.1 ч.1 ст.49 Закона «О защите конкуренции», ФАС дала оценку доводам и доказательствам, изложенным в Обращении СРО, вместо того, чтобы дать общую оценку факту наличия в Обращении СРО доводов относительно признаков нарушения антимонопольного законодательства в тех действиях, на которые указал сам Заявитель, а также факту формального наличия доказательств, которыми Заявитель подкрепляет собственные доводы.

Также Заявитель считает, что ФАС ошибочно определила статус самого Заявителя, указывая на отсутствие у последнего полномочий на обращение в антимонопольный орган. 

СРО полагает, что в силу п.5 ч.1 ст.6 и п.2 ч.3 ст.6 Федерального закона от 01.12.2007 № 315-ФЗ «О саморегулируемый организациях» вправе было оспаривать действия, нарушающие права и законные интересы членов СРО. При этом нарушение прав членов СРО, по утверждению заявителя, заключается в том, что действия Общества и ГУ МЧС по СПб препятствуют соблюдению членами СРО на территории Санкт-Петербурга лицензионных требований при оказании услуг в рамках заключенных договоров (контрактов) в целях обеспечения требований ч.7 ст.83 Федерального закона от 22.07.2008 г. № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности». Так, Заявители указывают, что в результате использования ГУ МЧС по Санкт-Петербургу контрафактной, фальсифицированной и недоброкачественной продукции члены СРО не имеют возможности исполнять условия Контрактов, поскольку не вправе обслуживать оборудование, не отвечающее требованиям закона. Таким оборудованием Заявитель считает СПИ «ЦАСПИ» и ПАК ЦАСПИ ЦУКС.

В заявлении об уточнении требований СРО в дополнение к ранее изложенным доводам также указало на то, что ФАС надлежало расценивать действия, осуществляемые Обществом в рамках Контракта и дополнительного соглашения к нему, а также действий по сертификации СПИ «ЦАСПИ» в качестве «единой ничтожной антисоциальной сделки», а также что действия ГУ МЧС и Общества привели к организации на территории Санкт-Петербурга «искусственного рынка» оказания услуг по обеспечению функционирования элементов передачи информации СПИ «ЦАСПИ» для передачи извещений о пожарах в подразделения пожарной охраны, препятствующего оказанию лицензированной деятельности по монтажу, техническому обслуживанию и эксплуатации средств обеспечения пожарной безопасности и пожаротушения.

Рассмотрев материалы дела, суд пришел к выводу о том, что доводы Заявителя не находят своего подтверждения и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, и, отказывая в удовлетворении требований Заявителя исходит из следующего.

В соответствии с ч.2 ст. 39 Закона «О защите конкуренции» основанием для возбуждения и рассмотрения антимонопольным органом дела о нарушении антимонопольного законодательства является:

1) поступление из государственных органов, органов местного самоуправления материалов, указывающих на наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства (далее - материалы);

2) заявление юридического или физического лица, указывающее на признаки нарушения антимонопольного законодательства (далее - заявление);

3) обнаружение антимонопольным органом признаков нарушения антимонопольного законодательства;

4) сообщение средства массовой информации, указывающее на наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства;

5) результат проверки, при проведении которой выявлены признаки нарушения антимонопольного законодательства коммерческими организациями, некоммерческими организациями, федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, государственными внебюджетными фондами.

Согласно статье 44 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон «О защите конкуренции») заявление о нарушении антимонопольного законодательства подается в письменной форме в антимонопольный орган и должно содержать следующие сведения:

1) сведения о заявителе (фамилия, имя, отчество и адрес места жительства для физического лица; наименование и место нахождения для юридического лица);

2) имеющиеся у заявителя сведения о лице, в отношении которого подано заявление;

3) описание нарушения антимонопольного законодательства;

4) существо требований, с которыми заявитель обращается;

5) перечень прилагаемых документов.

К заявлению прилагаются документы, свидетельствующие о признаках нарушения антимонопольного законодательства (далее - документы). В случае невозможности представления документов указывается причина невозможности их представления, а также предполагаемые лицо или орган, у которых документы могут быть получены.

Таким образом, согласно Закону «О защите конкуренции» на лицо, подающее заявление о нарушении антимонопольного законодательства, возложена обязанность описать в заявлении нарушение антимонопольного законодательства.

В свою очередь, антимонопольный орган при рассмотрении поступившего заявления устанавливает наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства и определяет нормы, которые подлежат применению (пункт 2 части 5 статьи 44 Закона «О защите конкуренции»).

Пунктом 8 ст.44 Закона о защите конкуренции предписано, что по результатам рассмотрения заявления, материалов антимонопольный орган принимает одно из следующих решений:

1) о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства;

2) об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства;

3) о выдаче предупреждения в соответствии со статьей 39.1 настоящего Федерального закона.

Как разъяснено в пункте 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства» решение антимонопольного органа об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства может быть оспорено в арбитражном суде лицами, выступавшими заявителями при обращении в антимонопольный орган и обладающими заинтересованностью в возбуждении дела (пункт 2 части 2 статьи 39, статья 44 и часть 1 статьи 52 Закона, пункт 1 статьи 11 Гражданского кодекса).

При рассмотрении данной категории споров судам необходимо учитывать, что по смыслу положений частей 1 и 2 статьи 44 Закона о защите конкуренции на стадии возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства антимонопольный орган не рассматривает по существу вопрос о наличии нарушения, но анализирует, приведены ли в заявлении обстоятельства, которые могут свидетельствовать о наличии в действиях конкретного лица признаков нарушения антимонопольного законодательства, и представлены ли в подтверждение этих обстоятельств доказательства (либо указано на невозможность представления определенных документов и лицо, у которого они могут быть истребованы). 

Антимонопольный орган также не связан квалификацией указанных в заявлении действий, которую дает заявитель, а самостоятельно дает им квалификацию, в том числе на стадии возбуждения дела, исходя из содержания заявления и приложенных к нему доказательств.

В связи с этим при оценке законности отказа в возбуждении дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 части 9 статьи 44 Закона, арбитражный суд проверяет правильность выводов антимонопольного органа о возможной квалификации нарушения, а также полноту проверки доводов заявителя, свидетельствующих о возможном наличии нарушения антимонопольного законодательства в поведении соответствующих лиц.

В силу взаимосвязанных положений ст. 22, 39, 44 Закона «О защите конкуренции» предоставленный антимонопольным органам объем полномочий предполагает наличие у них соответствующей обязанности по проверке поступивших материалов (обращений, заявлений) на наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства. 

При этом на стадии возбуждения дела не устанавливается наличие или отсутствие факта нарушения антимонопольного законодательства, а проверяется достаточность имеющихся признаков для возникновения подозрений в совершении нарушения (п.21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2020).

В данном случае, как следует из Решения, рассмотрение Обращения СРО осуществлялось антимонопольным органом в полном соответствии с Законом о защите конкуренции. 

При этом суд полагает, что антимонопольный орган, проанализировав содержание заявления, правомерно не установил признаков нарушения антимонопольного законодательства, что послужило основанием для отказа в возбуждении антимонопольного органа.

Согласно пункту 9 статьи 4 Закона «О защите конкуренции» недобросовестная конкуренция – любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам-конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации.

С учетом положений части 2 статьи 39 Закона «О защите конкуренции», для возбуждения антимонопольным органом дела о нарушении антимонопольного законодательства необходимо, чтобы само заявление содержало сведения о наличии в действиях хозяйствующего субъекта всех признаков недобросовестной конкуренции, установленных в пункте 9 статьи 4 Закона «О защите конкуренции», а именно:

- осуществление действий хозяйствующим субъектом – конкурентом;

- направленность действий хозяйствующего субъекта на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности;

- противоречие указанных действий положениям действующего законодательства, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости;

- причинение или способность причинения указанными действиями убытков другому хозяйствующему субъекту-конкуренту, либо нанесения ущерба его деловой репутации.

Отсутствие соответствующих сведений, а равно отсутствие доказательств соответствующих сведений влечет отказ в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства. 

Для установления признаков совершения правонарушений, запрет на которые содержат статьи 14.1 – 14.7 Закона «О защите конкуренции», необходимо также установление специальных признаков, предусмотренных указанными статьями. 

В данном случае, из приведенных Заявителем сведений не усматривается наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства. 

В первоначальном заявлении в антимонопольный орган в качестве сведений, составляющих предмет жалобы, были обозначены приобретение Обществом права на обозначение «программно-аппаратный комплекс с условным наименованием ПАК «Стрелец-Мониторинг», изготовление, продажа и использование Обществом продукции под маркой СПИ «ЦАСПИ» и программно-аппаратный комплекс («ПАК ЦАСПИ «ЦУКС»), в состав которого входит ПАК «Стрелец-Мониторинг». 

Прочие доводы Заявителя отсутствовали в исходном обращении в Антимонопольный орган, и появились лишь при обращении в суд. 

В связи с чем, наличие указанных доводов о незаконности оспариваемого решения не свидетельствуют.

Довод Заявителя о том, что Общество незаконно приобрело права на ПАК «Стрелец-Мониторинг» документально не подтвержден. 

Контракт, исполнителем по которому выступало Общество, заключался на выполнение работ по построению центральной автоматизированной системы передачи извещений о происходящих (возникающих) на объектах пожарах и чрезвычайных ситуациях в ГУ ЦУС и пожарные части ФПС по г. Санкт-Петербургу (СПИ «ЦАСПИ»), а также на оказание услуг по обеспечению постоянной работоспособности указанной системы. Такая система была построена, что следует из пояснений лиц, участвующих в деле.

Ссылки Заявителей на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу №А56-9150/2011 не подтверждают доводов о признании Контракта недействительном и отсутствии результата работ, поскольку в указанном решении речь идёт о расторжении государственного контракта №149/13/10/09/15-18 от 03.11.2009 г. в связи с существенным нарушением сроков выполнения работ, тогда как Заявители ссылаются на признание недействительным Контракта № 4 от 21.09.2009 года.

Довод СРО о том, что в результате модернизации, проведённой по дополнительным соглашениям к Контракту в ПАК «Стрелец-Мониторинг», была фактически поглощена СПИ «ЦАСПИ», якобы созданной на основе указанной системы, не подтверждается материалами дела и противоречит обстоятельствам, установленным судами в рамках дела №А56-118534/2021.

Так, согласно Постановлению Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.09.2022 г. по делу №А56-118534/2021, имеющему общеобязательное значение в силу ст. 16 АПК РФ, установлено, что довод о незаконном вмешательстве в оборудование ПАК «Стрелец Мониторинг» правомерно отклонен судом первой инстанции. Централизованная автоматизированная СПИ «ЦАСПИ» создана ЗАО «ЦБОП» согласно государственному контракту от 21.09.2009 года №4 (далее - контракт № 4), заключенному на основании протокола №090814/004618/46/2 открытого аукциона, проведенного 10.09.2009 года. СПИ «ЦАСПИ» функционирует в ЦУКС ГУ МЧС по СПб с 2010 года. Согласно п.3.2 контракта № 4 контракт действует в течение всего времени использования ЦАСПИ. 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд установил также, что ЗАО «ЦБОП» выполнена работа по построению ЦАСПИ, осуществлена поставка и введено в эксплуатацию оборудование АРМ (автоматизированное рабочее место), которое передано на ответственное бессрочное хранение в 43 пожарные части, АРМ ПЧ подключен через сервис GPRS по GSM-каналу к ПЦН ЗАО «ЦБОП» (Safe Inside), оборудование передано ЦУКС ГУ МЧС по СПб на ответственное хранение.

АО «ЦБОП» в рамках модернизации приобрело у ЗАО «Аргус-Спектр» на основании договора поставки № 173 от 17.06.2013 года Программно-аппаратный комплекс системы мониторинга, обработки и передачи данных о параметрах возгорания, угрозах и рисках развития крупных пожаров в сложных зданиях и сооружениях с массовым пребыванием людей, в том числе, в высотных зданиях, ПАК «Стрелец-Мониторинг». 

Тем самым АО «ЦБОП» расширило состав оборудования, которое позволяло обеспечить параллельную и независимую друг от друга работу двух систем как СПИ ЦАСПИ, так и ПАК «Стрелец-Мониторинг», поскольку центральный терминал ЦАСПИ-2 на базе «Стрелец-Мониторинг» функционирует на базе закупленного у ЗАО «Аргус-Спектр» приемного оборудования ПАК «Стрелец-Мониторинг-ПЧЗ». 

Довод о том, что сертификация оборудования СПИ «ЦАСПИ» повлекла приобретение прав на средства индивидуализации товара основан на неверном толковании закона.

Согласно ст.1 Федерального закона от 21.12.1994 № 69 «О пожарной безопасности» подтверждение соответствия в области пожарной безопасности - документальное удостоверение соответствия продукции или иных объектов, выполнения работ и оказания услуг требованиям технических регламентов, документов по стандартизации, принятых в соответствии с законодательством Российской Федерации о стандартизации, норм пожарной безопасности или условиям договоров.

Согласно ч.2 ст. 25 Федерального закона от 27.12.2002 № 184 «О техническом регулировании» соответствие продукции требованиям технических регламентов подтверждается сертификатом соответствия, выдаваемым заявителю органом по сертификации.

Из вышеприведённых норм следует, что соответствие системы передачи извещений о пожаре требованиям законодательства подтверждается именно сертификатами соответствия, выдаваемыми органом по сертификации. Таким образом, сертификация не может рассматриваться как приобретение прав на средства индивидуализации товара. 

Суд соглашается с позицией ФАС, согласно которой из поданного обращения СРО не следует, что обозначения «ПАК «Стрелец-Мониторинг» и «Система мониторинга, обработки и передачи данных» являются товарными знаками, свидетельства, на которые принадлежат Обществу.

Доводов и доказательств, обоснованно указывающих на то, что СПИ «ЦАСПИ» была введена в эксплуатацию с нарушениями, Заявитель также не представил.

Кроме того, указанные доводы Заявителя касаются обстоятельств, имевших место за рамками сроков возбуждения антимонопольного законодательства.

Согласно статье 14.1 ФЗ «О защите конкуренции» дело о нарушении антимонопольного законодательства не может быть возбуждено, и возбужденное дело подлежит прекращению по истечении трех лет со дня совершения нарушения антимонопольного законодательства, а при длящемся нарушении антимонопольного законодательства - со дня окончания нарушения или его обнаружения. 

События, на которые ссылается СРО, имели место в период времени, находящийся за рамками указанного трёхлетнего срока.

Кроме того, Заявитель не представил доводов и доказательств того, что действиями Общества и ГУ МЧС по СПб нарушаются его права, либо права иных лиц, в интересах которых он вправе действовать. 

Согласно п.2 ч.3 ст. 6 Федерального закон от 01.12.2007 № 315-ФЗ «О саморегулируемых организациях» саморегулируемые организации вправе от своего имени оспаривать в установленном законодательством Российской Федерации порядке любые акты, решения и (или) действия (бездействие) органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления, нарушающие права и законные интересы саморегулируемой организации, ее члена или членов либо создающие угрозу такого нарушения.

Заявитель ссылается на нарушение интеллектуальных прав Российской Федерации действиями Общества и ГУ МЧС по СПБ, поскольку интеллектуальные права на ПАК «Стрелец-Мониторинг» принадлежат Российской Федерации. Между тем закон не предоставляет права СРО обращаться в защиту интересов и прав Российской Федерации. Доводы Заявителя не указывают на потенциальное нарушение интеллектуальных прав самого Заявителя либо его членов.

Кроме того, в судебном заседании представитель Общества пояснял, что Общество является производителем оборудования СПИ «ЦАСПИ». Заявитель, в свою очередь, представил пояснения, что действует в интересах организаций, осуществляющих деятельность по монтажу, техническому обслуживанию и эксплуатации средств обеспечения пожарной безопасности и пожаротушения. Следовательно, Общество не является конкурентом по отношению к СРО или его членам по смыслу п.7 ст.4 Закона «О защите конкуренции».

Прочие доводы Заявителя не только выходят за рамки предмета первоначального обращения в Антимонопольный орган, но и не подтвердились в ходе рассмотрения настоящего дела. 

Согласно ст. 13 ГК РФ, ч. 1 ст. 198 АПК РФ, пункту 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.96 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным являются одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом охраняемых законом интересов юридического лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием.

В данном случае, проверив доводы Заявителя, суд приходит к выводу, что Решение ФАС об отказе в возбуждении антимонопольного дела не нарушает норм действующего законодательства, не нарушает прав и законных интересов Заявителя, равно как и членов СРО и не создает препятствий для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В связи с чем, требования заявителя в силу ч. 3 ст. 201 АПК РФ удовлетворению не подлежат, в то время как все доводы заявителя об обратном не свидетельствуют и отклоняются судом, как основанные на ошибочном толковании норм права.

Руководствуясь статьями 110, 167-179 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Москвы

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований отказать полностью.

Проверено на соответствие действующему законодательству.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:                                                                                                        О.Ю. Немова