ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-43637/2020

город Ростов-на-Дону

29 ноября 2022 года

15АП-18186/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 25 ноября 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 29 ноября 2022 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Деминой Я.А., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от индивидуального предпринимателя ФИО2: представитель по доверенности от 04.04.2022 ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "КИМ" на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 06.09.2022 по делу № А32-43637/2020 по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "Альфа-Транс" ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Альфа-Транс",

 ответчик: индивидуальный предприниматель ФИО2; 

третье лицо: ФИО5

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Альфа-Транс" (далее также - должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратился конкурсный управляющий должника ФИО4 с заявлением о признании недействительными сделками перечисление денежных средств в адрес ФИО2, совершенные в период с 05.07.2019 по 14.04.2020 на общую сумму 11 785 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.09.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Не согласившись с принятым судебным актом, общество с ограниченной ответственностью "КИМ" обжаловало определение суда первой инстанции от 06.09.2022 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просило обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что каких-либо первичных бухгалтерских документов, кредитных договоров, договоров предоставления вагонов, товарных накладных, универсальных передаточных актов, а также сведений о возврате денежных средств на счета предприятия в различные кредитные организации, иные документы, подтверждающие обоснованность расходования денежных средств, в распоряжении конкурсного управляющего и кредитора отсутствуют. Отсутствие первичной документации, подтверждающей обоснованность перевода денежных средств, а также отчетов об их расходовании, свидетельствует о недействительности указанных платежей. В результате перечисления денежных средств в пользу ФИО2 был причинен имущественный вред правам кредиторов должника, выразившийся в уменьшении активов должника на общую сумму 11 785 000 рублей. Кроме того, в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора судом первой инстанции не дана должная оценка аффилированности как фактической, так и юридической контролирующего лица должника ФИО5 и контрагента ФИО2

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2 просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ответчика поддержала доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

24 ноября 2022 года в суд апелляционной инстанции посредством системы "Мой арбитр" поступило ходатайство ООО "КИМ" об отложении судебного заседания либо о приостановлении производства по апелляционной жалобе, мотивированное тем, что до настоящего времени не представлена кандидатура арбитражного управляющего, должник находится без конкурсного управляющего, в связи с чем, общество полагает, что необходимо приостановить либо отложить судебное заседание до решения вопроса о назначении конкурсного управляющего.

Рассмотрев указанное ходатайство, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Таким образом, совершение данного процессуального действия является правом суда, а не обязанностью. В каждой конкретной ситуации суд, исходя из обстоятельств дела и мнения лиц, участвующих в деле, самостоятельно решает вопрос об отложении дела слушанием, за исключением тех случаев, когда суд обязан отложить рассмотрение дела ввиду невозможности его рассмотрения в силу требований Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Заявляя ходатайство об отложении рассмотрения дела, лицо, участвующее в деле, должно указать и обосновать, для совершения каких процессуальных действий необходимо отложение судебного разбирательства. Заявитель ходатайства должен также обосновать невозможность разрешения спора без совершения таких процессуальных действий.

Кредитором не обоснована необходимость участия в судебном заседании конкурсного управляющего.

Исследовав материалы дела, оценив доказательства по делу, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу по имеющимся в деле доказательствам в порядке части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Препятствия для рассмотрения апелляционной жалобы отсутствуют. В ходатайстве об отложении судебного разбирательства также не указано, что возникла необходимость истребования или представления дополнительных доказательств по спору.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения ходатайство об отложении суд апелляционной инстанции не усматривает.

Рассмотрев заявленное ходатайство о приостановлении производства по обособленному спору, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

Данная норма направлена на устранение конкуренции между судебными актами по делам, пересекающимся предметом доказывания.

Законодатель связывает обязанность арбитражного суда приостановить производство по делу не с наличием другого дела или вопроса, рассматриваемого в порядке конституционного, гражданского, уголовного или административного производства, а с невозможностью рассмотрения спора до принятия решения по другому вопросу, то есть с наличием обстоятельств, в силу которых невозможно принять решение по данному делу.

Рассмотрение одного спора до разрешения другого спора следует признать невозможным, если обстоятельства, исследуемые в другом споре, либо результат рассмотрения другого спора имеют значение для данного спора, то есть могут повлиять на результат его рассмотрения по существу. Следовательно, невозможность рассмотрения спора обусловлена тем, что существенные для спора обстоятельства подлежат установлению при разрешении другого спора в арбитражном суде.

Суд установил, что определением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.11.2022 ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО "Альфа-Транс". Судебное разбирательство по рассмотрению вопроса об утверждении конкурсного управляющего назначено в судебном заседании арбитражного суда на 21 декабря 2022 года в 12 час. 10 мин. 

Между тем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что решение по указанному делу не влияет на возможность рассмотрения настоящего обособленного спора, а потому ходатайство о приостановлении производства по обособленному спору не подлежит удовлетворению ввиду отсутствия предусмотренных статьей 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований.

При этом, суд апелляционной инстанции отмечает, что в силу прямого указания пункта 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзывов, выслушав представителя ответчика, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью "КИМ" обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью "Альфа-Транс" несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.10.2020 заявление принято, возбуждено производство по делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.03.2021 в отношении ООО "Альфа-Транс" введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО4.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.06.2021 общество с ограниченной ответственностью "Альфа-Транс" признано несостоятельным (банкротом) , в отношении общества введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью "Альфа-Транс" утвержден ФИО4.

Сведения о признании должника банкротом и введении процедуры конкурсного производства опубликованы в газете "Коммерсантъ" 10.07.2021 № 119 (7081).

В арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительными сделками перечисление и применении последствий недействительности сделок.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью).

Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы Закона о банкротстве подчинена общей цели названной процедуры - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности. Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 № 305-ЭС17-3098 (2) № А40-140251/2013).

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что по правилам главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

Лица, уполномоченные подавать заявления об оспаривании сделки должника, определены в статье 61.9 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

По смыслу правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", периоды предпочтительности и подозрительности исчисляются с момента возбуждения дела о банкротстве на основании заявления первого кредитора даже независимо от того, что обоснованным может быть признано только следующее заявление, поданное в рамках указанного дела.

Данная правовая позиция нашла отражение и в судебной практике, что подтверждается определением Верховного Суда Российской Федерации от 23.10.2018 № 308-ЭС18-16378 по делу N А63-5243/2016.

Как следует из материалов дела, оспариваемые перечисления совершены в период с 05.07.2019 по 14.04.2020, то есть в течение трех лет до и в течении года до принятия заявления о признании должника банкротом (13.10.2020).

Учитывая вышеприведенные разъяснения, действительность оспариваемых в рамках настоящего спора сделок (перечислений) оценивается судом применительно к правилам как пункта 1, так и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.

Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Судом установлено, что в период с 05.07.2019 по 14.04.2020 со счета должника на счет ФИО2 перечислены денежные средства на общую сумму 11 785 000 рублей.

В обоснование заявленных требований управляющий ссылался на отсутствие первичной документации, подтверждающей правомерность оспариваемых платежей, на дату перечисления денежных средств, должник обладал признаками неплатежеспособности.

Вместе с тем, возражая относительно предъявленных требований, ответчиком в материалы дела представлен ряд первичных документов, подтверждающих наличие договорных отношений между должником и предпринимателем, наличие материально-технической возможности оказания услуг по предоставлению железнодорожных вагонов.

Как следует из представленных в материалы дела доказательств, между индивидуальным предпринимателем ФИО2 (далее также - исполнитель) и ООО "Альфа-Транс" (далее также - заказчик) заключен договор № 11/01/19 на оказание услуг по предоставлению собственных (арендованных) вагонов для осуществления железнодорожных перевозок от 11.01.2019.

Согласно пункту 1.1 договора, исполнитель за вознаграждение принимает на себя обязанность оказать заказчику услуги, связанные с предоставлением собственного (арендованного) железнодорожного подвижного состава, далее вагоны, для осуществления заказчиком перевозок грузов по направлениям и в объемах, указанных в заявках и приложениях к настоящему договору, а заказчик обязуется принять и оплатить эти услуги на согласованных сторонами условиях.

В соответствии с пунктом 5.1 договора, после отправки груза исполнитель оформляет акт выполненных работ и направляет его заказчику посредством факсимильной/электронной связи. В акте выполненных работ указывается вознаграждение исполнителя.

Согласно пункту 6.1 договора, заказчик производит 100% предварительную оплату расходов и вознаграждения исполнителя, согласно счета исполнителя.

Согласно пункту 6.3 стоимость услуг и размер вознаграждения исполнителя устанавливается сторонами в приложениях, которые являются неотъемлемой частью договора.

Согласно пункту 2 приложения № 2 к договору № 11/01/19 (Протокол согласования договорной цены № 1 на оказание услуг по предоставлению собственных (арендованных) вагонов для осуществления железнодорожных перевозок), в соответствии с пунктом 6.3 договора стороны согласовали следующую ставку исполнителя за один вагон: 19500 рублей (т.д. 1. л.д. 40).

В материалы дела представлены акты сверки взаимных расчетов между ИП ФИО2 и ООО "Альфа - Транс" за период 2019 - 2020 гг.

Представленные в материалы дела договор № 11/01/19, акты сверки, подписанные с двух сторон, а также заверены печатью организации.

В силу пункта 5 статьи 2 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" общество вправе иметь штампы и бланки со своим фирменным наименованием, собственную эмблему, а также зарегистрированный в установленном порядке товарный знак и другие средства индивидуализации. Юридическое значение штампа (печати) общества заключается в удостоверении его оттиском подлинности подписи (подписей) лица (лиц), управомоченного представлять общество, а также того факта, что соответствующий документ исходит от индивидуально определенного общества как юридического лица, являющегося самостоятельным участником гражданского оборота.

Печать юридического лица является средством индивидуализации хозяйственного общества.

Следовательно, наличие печати компании в процессуальных документах, представленных в материалы дела, позволяет установить (индивидуализировать) юридическое лицо, от имени которого подписаны соответствующие документы, в рассматриваемом случае - ответчика.

В отсутствие доказательств утраты или похищения печати, суд апелляционной инстанции исходит из того, что лицо, владевшее печатью данного юридического лица, действовало от имени юридического лица, то есть его полномочия в силу владения печатью явствовали из обстановки, так как по своей правовой сути проставление оттиска печати на документе преследует основную цель дополнительного удостоверения подлинности документа, а свободное распоряжение печатью организации свидетельствует о полномочиях лица на совершение операций от лица данной организации.

О фальсификации доказательств заявлено не было.

В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ основным видом деятельности индивидуального предпринимателя ФИО2 является деятельность железнодорожного транспорта: грузовые перевозки (код по ОКВЭД 49.20). 

Как указывает ответчик и подтверждается материалами дела, аналогичные услуги по предоставлению железнодорожных вагонов в исследуемый период были оказаны ответчиком и другим заказчикам, помимо должника, по договорам с ООО "Альпикастройсервис", ООО "Олимп-14". 

Таким образом, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции, что данные обстоятельства указывают на то, что оказание услуг по предоставлению железнодорожных вагонов является обычной экономической деятельностью для ответчика с 03.12.2018.

Также между ООО "Альфа-Транс" (далее также - исполнитель) и ИП ФИО2 (далее также - заказчик) заключен договор поставки от 02.09.2019 № 02/09/19.

Согласно пункту 1.1 договора, поставщик обязуется осуществить поставку продукции: инертные материалы (далее также - продукция), в количестве и по ценам, согласованным в спецификациях, а заказчик обязуется принять инертный материал, оплатить услуги по его поставке, согласно условиям настоящего договора.

Во исполнение обязательства по оплате ФИО2 перечислил должнику 1 300 000 рублей платежными поручениями от 13.09.2019 № 30, 17.09.2019 № 32, 04.02.2020 № 19. 

Общий объем инертных материалов, приобретенных ИП ФИО2 у ООО "Альфа-Транс", составил 10 665 590, 03 рублей, что подтверждается представленными счетами-фактурами.

Двусторонний характер хозяйственных отношений между должником и ответчиком подтверждает реальность их экономических связей, возмездный и рыночный характер поставок товаров и оказания услуг, а также свидетельствует об отсутствии признаков направленности оспариваемых сделок на вывод активов должника.

В отношении доводов об аффилированности должника и ответчика судом установлено и из материалов дела следует.

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным Законом от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Презумпция осведомленности ответчика о неплатежеспособности/ недостаточности имущества должника на момент совершения сделки распространяется только на аффилированных должнику лиц.

При этом, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Для установления признаков фактической аффилированности учитываются общность экономических интересов лиц, наличие между ними правоотношений, не соответствующих рыночным условиям, согласованность действий в отношениях с третьими лицами, наличие иных обстоятельств.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Как следует из сведений, содержащихся в выписках из Единого государственного реестра юридических лиц, с 01.02.2017 ФИО5 является единственным единоличным руководителем и учредителем должника. 

В свою очередь, ФИО6 (ответчик) с 27.10.2017 является участником ООО "Строй-Универсал" с долей 50%, оставшиеся 50% доли уставного капитала принадлежат самому обществу. 

В указанной части, кредитором указано, что ранее вторым участником названного общества являлся ФИО5

Между тем, как обоснованно указано судом первой инстанции, само по себе участие ФИО5 в капитале организации в более ранний период не указывает на наличие признаков аффилированности или заинтересованности сторон сделки, поскольку оспариваемые сделки совершены в другой период и между иными лицами. 

Как обоснованно указано судом первой инстанции, на момент совершения оспариваемых платежей руководитель должника ФИО5 не являлся участником ООО "Строй-Универсал", соответственно не мог влиять ни на хозяйственную деятельность указанного общества, ни на хозяйственную деятельность ответчика. 

Как следует из материалов дела, ответчик не является и никогда не являлся членом коллегиального органа управления или членом коллегиального исполнительного органа должника, либо лицом, осуществляющим полномочия его единоличного исполнительного органа; никогда не входил в число учредителей (участников) должника и не имел права распоряжаться голосами участников должника или уставным капиталом должника.

С учетом вышеизложенного, наличие у должника в аналогичный период неоплаты по договору, заключенному с ООО "КИМ", не доказывает, что ИП ФИО2 был осведомлен о задолженности должника.

Согласно карточке дела № А40-333291/2019 заявление о взыскании задолженности с ООО "Альфа-Транс" подано ООО "КИМ" 20.12.2019, то есть уже после заключения сторонами договора на оказание услуг от 11.01.2019 и договора поставки  № 02/09/19 от 02.09.2019. 

Как установлено судом, все оспариваемые платежи совершены до вступления в законную силу решения Арбитражного суда города Москвы от 22.01.2020 по делу № А40-333291/2019 о взыскании задолженности с должника в пользу ООО "КИМ".

Сама по себе информация о наличии исполнительных производств, либо судебных споров не может являться прямым и единственным доказательством неплатежеспособности или недостаточности имущества у должника на момент их совершения, а также осведомленности контрагента по сделкам или возможности такой осведомленности об ущемлении интересов кредиторов должника, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 10.07.2017 N Ф08-4257/2017 по делу N А53-20523/2015, определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.09.2017 N 308-ЭС17-12596.

Как указал Президиум Высшего Арбитражного суда Российской Федерации в постановлении от 23.04.2013 № 18245/12 и Верховный Суд Российской Федерации в ряде соответствующих определений, не следует отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельным кредиторам.

Таким образом, в рассматриваемом случае конкурсным управляющим не доказано, что в период совершения оспариваемых платежей с 05.07.2019 по 14.04.2020 должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, о чем ответчик знал или мог знать.

Учитывая изложенные обстоятельства, судебная коллегия приходит к выводу о недоказанности факта осведомленности ответчика о наличии признаков неплатежеспособности у должника, а также о наличии у него цели причинение вреда имущественным интересам кредиторов.

При обращении с рассматриваемым заявлением, в обоснование заявленных требований управляющий также ссылался на положения статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Из приведенных норм права следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N25), следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Согласно правовой позиции сформированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069 по делу N А40-17431/2016: во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления N 63).

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником - банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления N 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

При отсутствии специальных банкротных оснований недействительности (статьи 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве) нормы о злоупотреблении правом могут быть применены, только если сделка имела пороки, выходящие за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Следовательно, заявление об оспаривании сделки по общегражданским основаниям подлежит удовлетворению при наличии оснований, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Исследовав материалы дела, и оценив доводы сторон, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что доказательств недействительности спорных платежей по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлены.

Правовая позиция заявителя по спору сводится к совершению спорных сделок в условиях неплатежеспособности, в целях причинения вреда кредиторам, в пользу аффилированного лица.

Обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, сделки с предпочтительностью управляющим не указаны.

Поскольку оспариваемые платежи укладываются в понимание сделок с пороками, не выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, оснований для признания их недействительными в силу ничтожности, как противоречащие положениям, предусмотренным статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, судом не установлено.

Доказательств мнимости, фиктивности договоров в материалы дела также не представлено, напротив, документально подтверждено перечисление должником денежных средств на расчетный счет ответчика, в связи с чем, основания для признания спорной сделки заключенной со злоупотреблением правом на основании статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Довод кредитора о том, что в рамках рассмотрения обособленного спора судом не истребована, а конкурсным управляющим не запрошена информация в Главном вычислительном центре - филиале ОАО "РДЖ" ГВЦ подлежит отклонению, как противоречащий материалам дела.

Так в материалы дела представлены электронные квитанции о приеме груза, подписанные ЭЦП перевозчика ОАО "РЖД". Обратное в материалы дела не доказано, о фальсификации указанных документов не заявлено.

Отсутствие в распоряжении конкурсного управляющего и кредитора первичных бухгалтерских документов само по себе не свидетельствует о недействительности сделок, податель жалобы не был лишен возможности ознакомиться с материалами дела и представленными документами. 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом определении.

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Фактически доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были бы учтены судом при рассмотрении дела.

Нарушений, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для безусловной отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении заявленных ходатайств об отложении судебного разбирательства по рассмотрению апелляционной жалобы, о приостановлении производства по апелляционной жалобе отказать.

Определение Арбитражного суда Краснодарского края от 06.09.2022 по делу № А32-43637/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через Арбитражный суд Краснодарского края.

Председательствующий Г.А. Сурмалян

СудьиЯ.А. Демина

  Н.В. Шимбарева