ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определение арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-3190/2022, 11АП-3183/2022, 11АП-8110/2022, 11АП-8109/2022

19 июля 2022 г.                                                                                 Дело № А55-8360/2019

Резолютивная часть постановления оглашена 12 июля 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 19 июля 2022 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Серовой Е.А.,

судей Копункина В.А., Мальцева Н.А.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

с участием:

от ФИО2 - ФИО3 по доверенности от 07.04.2022г.,

от ФИО4 - ФИО3 по доверенности от 15.03.2022г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №4, 

апелляционные жалобы  ФИО2, ФИО4

на определение Арбитражного суда Самарской области от 24 января 2022 года, и на  дополнительное определение  Арбитражного суда Самарской области от 16 февраля 2022 года, принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о признании сделок недействительными

в рамках дела № А55-8360/2019 

о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью  «ТДРВ»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Самарской области от 11.11.2019 в отношении ООО «ТДРВ» введена процедура конкурсного производства на шесть месяцев. Конкурсным управляющим утверждена ФИО5.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением, в котором с учетом уточнения просил признать недействительными платежи, совершенные должником в пользу  ФИО2 за период с 10.11.2017г. по 10.09.2018г. в общем размере 326 173 руб. и в пользу ФИО4 за период с 03.11.2017г. по 10.10.2018г. в общем размере 1 834 712,59 руб., применить последствия признания сделок недействительными.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 24 января 2022 года заявление удовлетворено частично.

Признаны недействительными перечисления денежных средств с расчетного счета ООО «ТДРВ» в период с 10.11.2017г. по 10.09.2018г. в пользу ФИО2 с учетом определения об исправлении описки от 18.02.2022 года в размере 326 173 руб., в т.ч. возврат займа - 207 306 руб., оплата по договору аренды а/м № 1 от 10.12.2015 - 118 867 руб. и применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в пользу должника денежных средств в сумме 326 173 руб.

Признаны недействительными перечисления денежных средств с расчетного счета ООО «ТДРВ» в период с 03.11.2017г. по 10.10.2018г. в пользу ФИО4 в  размере 1 726 271,52 руб., в т.ч. возврат займа - 726 203,61 руб., оплаты по договору аренды а/м без экипажа №3 от 01.07.2017г. - 1 000 067,91 руб., применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в пользу должника денежных средств в сумме 1 726 271,52 руб.

В остальной части заявление конкурсного управляющего оставлено без удовлетворения. 

Определением дополнительным от 16 февраля 2022 года с учетом определения об исправлении описки от 25 февраля 2022 года восстановлено право требования ФИО2 в размере 207 306 руб. к ООО «ТДРВ» подлежащее удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Восстановлено право требования ФИО4 в размере 726 203,61 руб. к ООО «ТДРВ» подлежащее удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 и ФИО4 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение Арбитражного суда Самарской области от 24 января 2022 года и дополнительное определение от 16 февраля 2022 года в части удовлетворения заявленных конкурсным управляющим требований.

Определениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 01 апреля 2022 года апелляционные жалобы на определение Арбитражного суда Самарской области от 24 января 2022 года приняты к производству. Судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб назначено на 28 апреля 2022 года.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28 апреля 2022 года отложено рассмотрение апелляционных жалоб на 26 мая 2022 года.

Определениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24 мая 2022 года приняты к производству апелляционные жалобы ФИО4 и ФИО2 на дополнительное определение Арбитражного суда Самарской области от 16 февраля 2022 года. Судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб назначено на 12 июля 2022 года.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26 мая 2022 года отложено рассмотрение апелляционных жалоб на определение от 24 января 2022 года для совместного рассмотрения с апелляционными жалобами на дополнительное определение от 16 февраля 2022 года.

В судебном заседании представитель ФИО4 и ФИО2 апелляционные жалобы поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2020 года №12  «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» указано, что при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания

В соответствии с разъяснением, содержащимся в абзацах 3 и 4 пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" арбитражный суд апелляционной инстанции пересматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы.

Возражений относительно проверки только части судебного акта от сторон не поступило.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения  судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Самарской области от 16 февраля 2022 года, принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о признании сделок недействительными в рамках дела № А55-8360/2019, в связи со следующим.

В ходе проведения процедур банкротства конкурсным управляющим установлено, что должником совершены платежи в период с 03.11.2017г. по 10.10.2018г., в пользу ФИО2 с назначением платежа "возврат займа по договору № 2 от 27.01.2016г.", «возврат займа по договору № 11 от 01.08.2018г. », «возврат займа по договору № 13 от 05.09.2018г.» и «частичная оплата по договору аренды а/м № 1 от 10.12.2015г.».

Кроме того, должником совершены платежи в пользу ФИО4 с назначением платежа "перечисление в подотчет", с назначением платежа "возврат займа по договору №12 от 06.09.2017", с назначением платежа "возврат займа по договору №1 от 02.04.2018", с назначением платежа "возврат займа по договору №2 от 05.04.2018", с назначением платежа "возврат займа по договору №3 от 25.04.2018", с назначением платежа "возврат займа по договору №4 от 16.05.2018", с назначением платежа "возврат займа по договору №5 от 17.05.2018", с назначением платежа "возврат займа по договору №6 от 11.06.2018", с назначением платежа "возврат займа по договору №7 от 18.06.2018", с назначением платежа "возврат займа по договору №8 от 29.06.2018", с назначением платежа "возврат займа по договору №9 от 02.07.2018" и с назначением платежа «оплата по договору аренды а/м без экипажа № 3 от 01.07.2017г.».

Полагая, что указанные платежи совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, и являются недействительными по специальным основаниям ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», при аффилированности должника и ответчика конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчики указали на совершение оспариваемых сделок в интересах должника.

Так ФИО4, ФИО2 в подтверждение своих доводов представлены в материалы спора доказательства поступления должнику денежных средств от ответчиков, а также доказательства расходование денежных средств должником на текущую деятельность предприятия, расчеты с должником по договорам подряда с третьими лицами. 

Поскольку доказательств, подтверждающих недостоверность представленных в материалы дела документов не представлено, при этом установлен встречный характер исполнения обязательств суд первой инстанции правомерно признал отсутствие оснований для применения пункта 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в части оспаривания платежей по «возврату займа» оставлено без удовлетворения.

Вместе с тем, признавая недействительными платежи по возврату займов, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Из материалов дела следует, что в период совершения оспариваемых платежей ФИО4 являлся единственным участником должника с 15.11.2013 по 25.12.2018, ФИО2 состоит в родственных отношениях с учредителем должника. Ответчиками данные обстоятельства не оспорены.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. При этом сама по себе выдача займа (руководителем) должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства.

Вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

В соответствие с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556 (1) по делу N А32-19056/2014, при функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами.

Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 305-ЭС17-17208).

Изъятие вложенного участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами в силу недобросовестности такого поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Лица, финансирующее общество-должника (возврат приобретшего корпоративную природу финансирования) не могут находиться в приоритете перед требованиями иных независимых кредиторов.

Согласно разъяснениям, изложенным в определении Верховного Суда РФ N 305-ЭС15-5734 (4, 5) от 12.02.2018 по делу N А40-140479/2014 изъятие вложенного мажоритарным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера). Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 ГК РФ как совершенные со злоупотреблением правом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 305-ЭС17-17208 и 21.02.2018 N 310-ЭС17-17994 (1, 2).

Из материалов дела следует, основанием для признания должника банкротом послужило наличие задолженности перед ООО «Южный полюс».

При рассмотрении обоснованности заявленного требования установлено, что ООО «ТДРВ» с 18.10.2017г. (акт приемки по качеству товара) знало о поставке им некачественного товара и возникновении обязательства перед ООО «Южный полюс».

Из анализа финансового положения должника по имеющимся документам конкурсным управляющим установлено, что на момент совершения оспариваемых сделок платежеспособность предприятия на достаточно низком уровне, в разумные сроки предприятие не может рассчитаться с кредиторами, должник на конец 2017 года имел убыток 353 тыс. руб.

Бухгалтерская отчетность в налоговые органы за 2018г. контролирующим должника лицом не сдавалась.

По итогам проведения конкурсным управляющим ООО «ТДРВ» инвентаризации имущества должника, имущество не обнаружено.

Следовательно, должник обладал признаками неплатежеспособности на момент перечисления спорных платежей.

Учитывая изложенное, на даты выдачи займов, в рамках возврата которых совершены оспариваемые перечисления, у ООО «ТДРВ» уже имелись признаки объективного банкротства, которые не могли не быть очевидны аффилированным лицам должника ввиду их корпоративной взаимосвязи.

Ссылка на уточненную декларацию по должнику за 2017 год, приобщенную судом апелляционной инстанции в порядке ст.268 АПК РФ по ходатайству ответчика, как на обстоятельство, не подтверждающее наличие убытка, а соответственно отсутствие признаков несостоятельности, не принимается судом.

Так, в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710, применимой к рассматриваемым правоотношениям, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Приведенная модель финансирования свидетельствует о неэффективном управлении ФИО4 подконтрольным ему обществом и намерении, прибегнув к гражданско-правовой конструкции займа (вместо корпоративного финансирования), временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника.

Изъятие ранее переданных денежных средств, названными ответчиками не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Исходя из позиции, изложенной в Обзоре судебной практики N 2 обстоятельства, свидетельствующие о совершении действий, оформленных в качестве возврата займов (изъятие вложенного), имеют пороки, выходящие за пределы дефектов подозрительных сделок.

Вред имущественным правам кредиторов должника заключается в том, что контролирующие лица Должника, предоставив по договору займа обществу "ТДРВ" по своей сути компенсационное финансирование и возвратив его себе по оспариваемым перечислениям, фактически уменьшило размер имущественной массы должника, за счет которой должны были быть приоритетно погашены требования независимых кредиторов (заинтересованное лицо переложило собственный риск непреодоления кризиса на иных независимых кредиторов).

Поскольку предоставление должнику денежных средств его учредителем и его родственником носило характер корпоративного, возврат предоставленного финансирования осуществлен при наличии неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу оспариваемые сделки подлежат признанию недействительными в соответствии со статьей 10 ГК РФ.

При этом ссылка на то, что в указанный период в пользу должника 29 июня 2018 года Специализированный межрайонный экономический суд Восточно-Казахстанской области вынес решение о взыскании с ТОО «Кебларо» в пользу должника ООО «ТДРВ» 6294804 тенге, что составляло 1026682,53 руб., как на обстоятельство, подтверждающее финансовую состоятельность должника, является необоснованной, поскольку доказательств исполнения данного решения и возврата денежных средств не представлено. 

Напротив, указанное обстоятельство свидетельствует о том, что ответчики не могли не осознавать, что в добровольном порядке ТОО «Кебларо» возвращать денежные средства отказалось.

На основании изложенного, спорные сделки, оформленные в качестве возврата займа  правомерно признаны недействительными по правилам статей 10 и 168 ГК РФ как совершенные со злоупотреблением правом.

Аналогичная позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 05.09.2019 по делу N А57-16940/2017, от 16 января 2020 г. по делу N А12-38395/2017.

Доводы о неправомерном применении ст.10, ст.168 ГК РФ, поскольку таких требований конкурсный не заявлял подлежат отклонению, поскольку согласно разъяснениям, содержащимся в п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 наличие в Федеральном законе "О несостоятельности (банкротстве)" специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

При этом, в рассматриваемом случае приведенные в основание требований доводы свидетельствовали о наличии у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок. 

Доводы о необходимости применения разъяснений, отраженных в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 14.02.2019г. № 304-ЭС18-14031 отклоняются судебной коллегией, поскольку указанные выводы сделаны судом при иных обстоятельствах дела.

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий просил также признать недействительными платежи по оплате по договору аренды а/м без экипажа.

Доводы ответчиков о совершении оспариваемых сделок в интересах должника правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку не подтверждены представленными в материалы дела доказательствами.

Так представленные ответчиками в подтверждение своих доводов договор аренды а/м № 1 от 10.12.2015, договор аренды а/м без экипажа № 3 от 01.07.2017г., акты приемки транспортных средств сами по себе не подтверждают совершение оспариваемых сделок в интересах должника.

Ответчиками не было документально подтверждено, что транспортные средства использовалась в целях осуществления предпринимательской деятельности должника.

В соответствии с п. 9 Приказ Минтранса России от 18.09.2008 № 152 «Об утверждении обязательных реквизитов и порядка заполнения путевых листов» (далее -Приказ Минтранса России от 18.09.2008 № 152) путевой лист оформляется на каждое транспортное средство, используемое юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем для осуществления перевозок грузов, пассажиров и багажа автомобильным транспортом и городским наземным электрическим транспортом в городском, пригородном и междугородном сообщениях.

Основываясь на положениях ч. 1 ст. 20 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», обязывающих всех юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, которые осуществляют любую деятельность, связанную с эксплуатацией транспортных средств, организовывать работу водителей в соответствии с требованиями, обеспечивающими безопасность дорожного движения, суды приходят к выводу о том, что нормы Приказа Минтранса России от 18.09.2008 № 152 об обязательном оформлении путевого листа при перевозке пассажиров и грузов распространяются и на те организации, которые производят такие перевозки для собственных нужд ( Определение Верховного Суда РФ от 01.09.2014 № 302-КП4-529).

Однако доказательств оформления путевых листов материалы дела не содержат.

Доводы об отсутствии необходимости в составлении путевых листов отклоняются судебной коллегией, поскольку основаны на неверном толковании норм права.

Осуществление юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями перевозок пассажиров (перемещения лиц, кроме водителя) на арендованном транспортном средстве не освобождает их от обязанности соблюдения правил обеспечения безопасности перевозок автомобильным транспортом и не противоречит положениям части 2 статьи 6 Устава.

Указанное положение применимо ко всем юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям, оказывающим услуги по перевозке грузов, пассажиров и багажа, и не нуждается в конкретизации посредством указания на цель эксплуатации транспортного средства.

Кроме того, в соответствии с правовой позицией, изложенной в Апелляционном определении Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 03.08.2021 N АПЛ21-250 предпринимательская деятельность, связанная с эксплуатацией автомобилей для целей перевозки пассажиров по дорогам общего пользования, подразумевает, что ее участники являются участниками дорожного движения, поэтому осуществляющие названную деятельность юридические лица и индивидуальные предприниматели обязаны вне зависимости от вида и особенностей перевозок обеспечивать безопасность перевозок пассажиров и грузов автомобильным транспортом, включая наряду с прочим соблюдение порядка заполнения путевых листов, указывать в них обязательные реквизиты и осуществлять контроль технического состояния транспортных средств.

Доказательств, подтверждающих необходимость и экономическую целесообразность в заключения двух договоров аренды транспортного средства без экипажа и использование транспортных средств в один период, по которым во владение и пользование передавались автомобили премиум-класса, как следует из перечисления денежных средств по расчетным счетам должника материалы дела не содержат.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что оспариваемые сделки совершены с целью прикрыть действия ответчиков по выводу ликвидных активов должника для последующего недопущения обращения на него взыскания.

Кроме того, как верно указано судом первой инстанции, отсутствие доказательств использования транспортного средства в целях осуществления предпринимательской деятельности, а также хаотичный порядок уплаты денежных средств по названным договорам, свидетельствуют о том, что воля сторон оспариваемых сделок не была направлена на совершение договора аренды транспортного средства и его исполнение путем уплаты арендных платежей. 

Как указывалось ранее, на момент совершения оспариваемых платежей должник отвечал признаку недостаточности имущества.

Указанное обстоятельство также подтверждает, что платежи по договорам аренды а/м без экипажа, при наличии задолженности перед другими кредиторами совершены в целях причинения вреда кредиторам и вывода имущества из конкурсной массы должника.

Доводы ФИО4 о том, что к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора не был привлечен финансовый управляющий, поскольку ФИО4 решением от 30.06.2021 признан банкротом отклоняются судебной коллегией, поскольку в настоящий момент процедура банкротства завершена. Следовательно отсутствует необходимость в привлечении к участию в настоящем обособленном споре финансового управляющего.

Более того, из материалов дела следует, в судебном заседании 26.11.2021 от ФИО4 участвовала ФИО6 по доверенности от 17.03.2020, которая в последующем утверждена финансовым управляющим ФИО4

Согласно п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

На основании изложенного судом первой инстанции правомерно применены последствия недействительности оспариваемых платежей в виде взыскания перечисленных денежных средств с ответчиков в пользу должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. 

В силу абзаца 2 пункта 25 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63 в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику считается существовавшим независимо от совершения этой сделки.

Суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что в данном случае подлежит применению двусторонняя реституция - восстановление права требования ФИО2, ФИО4 к должнику по обязательствам, исполнение по которым признано судами недействительной сделкой. 

Поскольку требования, носящие корпоративный характер, не могут конкурировать с обязательствами должника перед иными кредиторами - участниками гражданского оборота, они подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. 

Также конкурсный управляющий просил признать недействительные платежи в адрес ФИО4- подотчетные суммы - 108 441,07 руб. за период с 03.11.2017г. по 10.10.2018г.

Между тем, из материалов дела следует, что в подтверждение обоснованности перечисления денежных средств ответчиком представлены авансовые отчеты по расходованию денежных средств с приложением соответствующих документов за спорный период, в том числе чеки о расходовании суммы (том 3 л.д. 8- 206).

Следовательно,   указанные   платежи   совершены   в   рамках   хозяйственной деятельности должника и не подлежат признанию недействительными.

В указанной части судебный акт не обжалуется и апелляционному пересмотру не подлежит.

C позиции изложенных обстоятельств суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделав правильные выводы по существу требований заявителя, а потому определение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 24 января 2022 года и  дополнительное определение  Арбитражного суда Самарской области от 16 февраля 2022 года, принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о признании сделок недействительными в рамках дела № А55-8360/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                       Е.А. Серова

Судьи                       В.А. Копункин

                                                                                                                      Н.А. Мальцев