ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-15639/2023

г. Челябинск

14 декабря 2023 года

Дело № А76-3895/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 07 декабря 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 декабря 2023 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кожевниковой А.Г., 

судей Матвеевой С.В., Поздняковой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 09.10.2023 по делу № А76-3895/2018.

В судебном заседании принял участие представитель финансового управляющего ФИО2 ФИО3 - ФИО4 (паспорт, доверенность от 26.01.2023 сроком на 1 год).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 12.03.2018 возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Генстрой» (далее – ООО «Генстрой», должник). 

Определением арбитражного суда от 18.06.2019 в отношении ООО «Генстрой» введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО5 из числа членов Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Дело». 

Решением арбитражного суда от 28.11.2019 (резолютивная часть от 25.11.2019) ООО «Генстрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО5. 

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №226(6706) от 07.12.2019. 

Конкурсный управляющий ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением (вх. от 15.06.2022), в котором просит: 

1. Привлечь ФИО2 (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности в размере, равном совокупному размеру неудовлетворенных требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «Генстрой», а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам. 

2. Приостановить производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица до окончания расчетов с кредиторами, установив основания для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

3. Взыскать с ФИО2 в пользу ООО «Генстрой» убытки, причиненные действиями ответчика, в размере 5 506 590 руб. 93 коп.

Определением от 09.10.2023 заявление удовлетворено частично. С ФИО2 в пользу ООО «Генстрой» взысканы убытки в сумме 6 000 000 руб. В удовлетворении заявления в остальной части отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

В обоснование доводов апелляционной жалобе ее податель указал, что судом не установлено наличия причинно-следственной связи между отсутствием финансово-экономической документации общества и наступившим негативным последствием в виде невозможности полного погашения требований кредиторов. Таким образом, основания полагать, что непередача каких-либо документов должника, а равно деяния ФИО2 привели к убыткам, отсутствуют ввиду недоказанности. Относительно заключения договора аренды: имеется вступивший в законную силу судебный акт, которым установлен факт добросовестного поведения ФИО2 по отношению к расчетам ООО «Генстрой» со своими кредиторами. Тем самым ФИО2 перераспределял активы, в том числе, свои личные, внутри одной корпоративной группы в целях достижения единого экономического результата – достройки жилых помещений. Все свободные денежные средства направлялись на строительство объектов в г. Копейске, в связис чем отсутствовала целесообразность в транзитном перечислении арендной платы, которая в последующем была бы направлена на достижение общей экономической цели группы компаний.

Определением от 07.11.2023 апелляционная жалоба принята к производству, назначено судебное разбирательство на 07.12.2023.

В судебном заседании представитель финансового управляющего ФИО2 ФИО3 с определением суда не согласился просил определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить. 

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ) ООО «Генстрой» зарегистрировано в качестве юридического лица 06.07.2007; основным видом деятельности должника является строительство жилых и нежилых зданий. С 10.11.2010 единоличным исполнительным органом должника и участником Общества с долей в размере 100% уставного капитала являлся ФИО2 

Дело о банкротстве должника возбуждено 12.03.2018 по заявлению уполномоченного органа от 08.02.2018.

В реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов на общую сумму более 19 млн. руб. 

Конкурсный управляющий просил привлечь бывшего руководителя и учредителя (участника) к субсидиарной ответственности по основаниям: 

- несоблюдение руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании Общества банкротом; 

- нарушение обязанности по передаче документов бухгалтерского учета и отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации; 

а также взыскать с ФИО2 убытки в размере 5 506 590, 93 руб.

По мнению конкурсного управляющего обязанность по подаче в арбитражный суд заявления о признании Общества «Генстрой» несостоятельным (банкротом) возникла по итогам 2017 финансового года, когда должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, имел неисполненные перед уполномоченным органом и кредиторами обязательства. Данная обязанность не исполнена в срок до 09.02.2018. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце втором пункта 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. 

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. 

Исходя из положений п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. В этой связи именно на заявителя возлагается обязанность доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. 

Учитывая сходный характер отношений, при рассмотрении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности следует учитывать подходы, изложенные в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 года N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица". 

Соответственно, при рассмотрении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности в предмет доказывания входит установление совокупности следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба.

При недоказанности хотя бы одного из вышеперечисленных обстоятельств (условий ответственности) требование о привлечении соответствующего лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника удовлетворению не подлежит.

В соответствии с абзацем 34 статьи 2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) контролирующим должника лицом признается лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266- ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266- ФЗ. 

В случае если правонарушение, послужившее основанием для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности, имело место до 01.07.2017, положения Закона N 266-ФЗ применяются к соответствующим правоотношениям лишь в части, относящейся к регулированию процессуальных вопросов, в то время как нормы материального права подлежат применению исходя из даты совершения нарушения. 

Поскольку обстоятельства, с которыми конкурсный управляющий связывает основания для привлечения руководителя и учредителя должника к субсидиарной ответственности, имели место после 01.07.2017, суд применил к обособленному спору положения статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Суд пришел к выводу, что  действия руководителя должника не выходили за пределы обычного делового риска с учетом специфики осуществляемой должником деятельности в строительном бизнесе и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов.

Суд установил, что доказательства того, что ответчик совершал действия, которые привели к негативным последствиям, извлек из этого поведения личную выгоду, не представлено, из материалов дела не следует. Реализации ответчиком каких-либо недобросовестных схем по выводу активов судом не выявлено; фактов, свидетельствующих о деятельности заинтересованного лица вопреки интересам должника, не установлено. То, что деятельность должника в итоге не привела к прибыли, вызвано не целенаправленными противоправными действиями ответчика, а значит, есть основания полагать, что причиной банкротства Общества явились объективные факторы. Незапланированное увеличение стоимости строительства является спецификой строительной деятельности, в связи с незапланированными дополнительными расходами стоимость строительства превышает размер инвестирования, вследствие чего деятельность общества становится убыточной. За убыточность проекта в экономически неблагоприятный период, не связанную с противоправными действиями руководителя, не может быть возложена ответственность по обязательствам общества. В отсутствие иных установленных обстоятельств, с учетом специфики деятельности должника, являвшегося строительной организацией, банкротство общества не было следствием действий контролирующего должника лица.

При наличии проблем с расчетами с кредиторами в условиях нестабильных рыночных условий в строительной отрасли, на руководителя не может быть возложена гражданско-правовая ответственность в виде привлечения к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве должника. В данной части определение суда ни кем не обжалуется.

При этом в части не передачи документации суд пришел к выводу о виновности ответчика и как следует из абзаца 3 страницы 10 обжалуемого определения, суд взыскал с ФИО2 в пользу должника убытки, как за не передачу документов, так и за заключение договора аренды на невыгодных для должника условиях, в общей сумме 6 000 000 руб.

В части привлечения ответчика к ответственности  за не передачу документов на сумму 496 409,07 руб. (6 000 000,00 - 5 503 590 руб. 93 коп. (убытки по сделке), суд апелляционной инстанции не может согласиться, ввиду следующего.

В соответствии с п. 1,2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства: 

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 28.05.2020 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего об истребовании у бывшего руководителя ООО «Генстрой» имущества и документов должника.

Конкурсный управляющий указал, что последний сданный бухгалтерский баланс был составлен за 12 месяцев 2018 года, подписан руководителем и единственным участником должника ФИО2 

В указанном балансе отражены, в частности, следующие сведения об активах должника: совокупный размер активов- 31 582 000руб., в том числе: основные средства – 3 378 000 руб., запасы – 5 963 000,00 руб., дебиторская задолженность – 22 435 000,00 руб.

Относительно данных строк баланса расшифровка не представлена, что существенно осложнило проведение мероприятий конкурсного производства. 

Отраженные в балансе основные средства предположительно отражены по балансовой стоимости принадлежащего должнику офисного помещения, расположенного по адресу: 

<

...>. 

Информация о месте нахождения имущества, отраженного по строке «запасы», не представлена и в ходе мероприятий процедуры конкурсного производства данное имущество конкурсным управляющим не выявлено. 

С конца 2016 года по конец 2018 года показатели размера дебиторской задолженности, отражаемые в бухгалтерском балансе, изменялись следующим образом: 31.12.2016г.- 22 017 тыс. руб., 31.12.2017г- 18 140 тыс. руб., 31.12.2018г.- 22 435 тыс. руб. 

При этом по расчетному счету ООО «Генстрой» расчеты дебиторы не производили. 

Из открытых данных об участии ООО «Генстрой» в судебных делах следует, что работа по взысканию дебиторской задолженности в Арбитражных судах не производилась.

В силу п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. 

В п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 разъяснено, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. 

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

Следовательно, для привлечения лица к субсидиарной ответственности по указанному основанию необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

По общему правилу бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо лежит на заявителе соответствующего требования (статья 65 АПК РФ, пункт 56 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53).

Между тем, в настоящем случае сведений о том, что в распоряжении ответчика находятся какие-либо документы и имущество должника, которые им скрываются и умышленно не передаются конкурсному управляющему, в материалах дела не имеется. Не доказан факт сокрытия ответчиком первичных документов, подтверждающих существование дебиторской задолженности. 

В данном случае конкурсным управляющим не представлены доказательства возникновения объективных признаков банкротства в результате невзыскания ответчиком дебиторской задолженности. 

Согласно пояснениям стороны ответчика, запасы с учетом вида деятельности должника были использованы в рамках выполнения подрядных работ, в связи с чем не могут быть переданы руководителем. 

Проведенные в ходе процедуры банкротства мероприятия, в том числе по реализации имущества должника, оспариванию сделок, свидетельствуют о наличии у конкурсного управляющего первичных документов ООО «Генстрой». 

Судом учтено, что часть документов изымалась правоохранительными органами, бездействие ответчика в ответ на требование передать документацию нельзя определять как намерение скрывать (утаивать) от арбитражного управляющего документацию должника. 

В рассматриваемом случае установленный судом факт непередачи документов не может являться основанием для вывода о виновности ответчика в банкротстве должника и для привлечения его к субсидиарной ответственности по долгам предприятия. 

Ранее ФИО2 пояснял суду и финансовому управляющему, что большая часть запрошенных документов была передана конкурсному управляющему по актам приема-передачи. Часть документации, в том числе цифровые носители, были изъяты в ходе проведения следственных действий в рамках расследования уголовного дела. Руководитель должника предпринимал меры к передаче управляющему необходимой информации, что также подтверждается копией акта приема-передачи от 26.04.2023, согласно которому ФИО2 передал ФИО5 электронный носитель - жесткий диск S/N WMC4M0D2AJPR, ёмкостью 1 ТВ. Основными дебиторами должника с большей степенью вероятности являются застройщики, но все они находятся в стадии банкротства.

Смысл презумпций, закрепленных в подпунктах 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, состоит в том, что если лицо, контролирующее должника - банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов (пункт 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденного Президиумом 10.06.2020).

Данная ответственность соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности применительно к статьям 6 и 17 Федерального закона "О бухгалтерском учете" и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию в соответствии с требованиями статей 64 и 126 Закона о банкротстве. 

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника. 

Кроме того, субсидиарная ответственность является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. 

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. 

В п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 разъяснено, что независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. 

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (пунктом 3 статьи 53 Кодекса (в ранее действовавшей редакции)), суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков (абзац четвертый пункта 20 постановления N 53, абзац первый пункта 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве"). 

Согласно правовой позиции, изложенной в абз. 1 п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53, под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов в любом случае сопровождается изучением причин несостоятельности должника. 

Удовлетворение подобного рода требований возможно, если суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчика. И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов. 

В данном случае, суд апелляционной инстанции полагает, что отсутствуют основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за не  передачу документов.

При этом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о необходимости взыскания убытков с ФИО2 в размере 5 503 590 руб. 93 коп. (за совершение сделки) в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона. 

В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков либо специальные правила о субсидиарной ответственности, - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. 

В данном случае, поскольку признаны недоказанными основания субсидиарной ответственности ФИО2, то есть не установлено, что неправомерные действия (бездействие) этого контролирующего лица имели существенное негативное воздействие на деятельность должника (статья 61.11 Закона о банкротстве), то применению подлежат общие положения о возмещении убытков. 

Так как ответственность за причинение убытков носит гражданско-правовой характер, убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу пунктов 1, 2 которой, лицо, чьи права нарушены, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу. 

В силу пунктов 2 и 3 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Судом установлено, что конкурсный управляющий обращался в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительной сделкой договор аренды нежилого помещения от 10.11.2014, заключенный между ООО «Генстрой» и ООО «СтройВыбор», применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «СтройВыбор» в пользу ООО «Генстрой» арендной платы за период с 10.11.2014 по 30.07.2020 в размере 5 503 590 руб. 93 коп.

Определением арбитражного суда 22.06.2021 при рассмотрении данного обособленного спора установлены следующие обстоятельства. 

10.11.2014 между ООО «Генстрой» (арендодатель) и ООО «СтройВыбор» (арендатор) подписан договор аренды нежилого помещения, по условиям которого арендодатель обязуется предоставить нежилое помещение, общей площадью 173,6 кв.м, расположенное по адресу: 

<

...>, № 69, во временное владение и пользование арендатору, а также обеспечить свободный доступ в помещение (п. 1.1 договора). 

Согласно п. 4.1 срок аренды составляет 11 месяцев. Арендатор уплачивает арендодателю арендную плату в размере 1 руб. в месяц (п. 5.1 договора). 

Помещение передано по передаточному акту от 10.11.2014. Арендная плата, предусмотренная договором от 10.11.2014, существенно занижена по сравнению с рыночной арендной платой, что не является равноценным встречным предоставлением. 

Из анализа периодов возникновения задолженности ООО «Генстрой» перед реестровыми кредиторами следует, что задолженность возникла после 2015 года. 

Доказательств, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности и имел просроченную задолженность по денежным обязательствам, в деле не имеется. 

Сделан вывод о фактическом влиянии ООО «Стройвыбор» на деятельность должника, о том, что обстоятельства заключения оспариваемой сделки свидетельствуют о злоупотреблении правом со стороны ее участников. При этом доказательств наличия задолженности перед кредиторами в момент заключения договора аренды, которая могла бы быть погашена за счет поступающих арендных платежей, в деле не имелось, что не позволило сделать вывод о том, что сделка заключена с целью причинения вреда кредиторам. 

При рассмотрении этого обособленного спора установлено, что ответчик и должник являются лицам, аффилированными друг другу на протяжении всего периода их деятельности. Деятельность указанных предприятий неразрывно взаимосвязана. 

Ответчик на протяжении указанного в заявлении периода времени использовал имущество, принадлежащее должнику, юридический адрес ответчика совпадает с адресом арендованного помещения. С ответчика в пользу должника взысканы необоснованно сбереженные денежные средства в размере 5 503 590 руб. 93 коп., соответствующие размеру арендной платы при согласовании в договоре ее рыночной стоимости.

Таким образом, в результате заключения и исполнения договора аренды действия руководителя Общества «Генстрой» не соответствовали требования разумности и добросовестности, вследствие чего должнику причинены убытки на сумму 5 503 590 руб. 93 коп. 

Арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). 

В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности (абзац 2 пункта 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62). 

Таким образом, правомерно подлежат взысканию с ФИО2 в пользу должника убытки за заключение договора аренды на невыгодных для должника условиях в размере 5 503 590 руб. 93 коп; в удовлетворении заявления в части привлечения ответчика к ответственности  за не передачу документов в размере 496 409,07 руб. (6 000 000,00 - 5 503 590 руб. 93 коп.) следует отказать.

С учетом изложенного, определение суда первой инстанции следует изменить по п.3 ч. 1 ст. 270 АПК - несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела.

Апелляционную жалобу следует удовлетворить частично.

С учетом положений статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины при обращении с настоящим заявлением, а также при подаче апелляционной жалобы на указанное определение не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 09.10.2023 по делу № А76-3895/2018 изменить, апелляционную жалобу ФИО2 – удовлетворить частично.

Изложить абзац второй определения Арбитражного суда Челябинской области от 09.10.2023 в следующей редакции: «Взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Генстрой» убытки в сумме 5 503 590,93 руб.».

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий  судья

Судьи

А.Г. Кожевникова

С.В. Матвеева

Е.А. Позднякова