﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень	Дело № А45-6182/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 03 марта 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 марта 2020 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего			Забоева К.И.,

судей							Дерхо Д.С.,

							Мальцева С.Д.

при протоколировании судебного заседания с использованием средств аудиозаписи рассмотрел кассационную жалобу федерального казенного учреждения «Колония-поселение № 3 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Кемеровской области» на решение Арбитражного суда Новосибирской области от 13.09.2019 (судья Суворова О.В.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2019 (судьи Аюшев Д.Н., Сбитнев А.Ю., Ходырева Л.Е.) по делу № А45-6182/2018 по иску федерального казенного учреждения «Колония-поселение № 3 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Кемеровской области» (652285, Кемеровская область – Кузбасс, Чебулинский район, поселок Новоивановский, улица Трактовая, дом 2, ИНН 4244001260, ОГРН 1024201368740) к обществу с ограниченной ответственностью «ТСК Капитал» (630005, Новосибирская область, город Новосибирск, улица Гоголя, дом 23А, квартира 1, ИНН 4205268060, ОГРН 1134205012677) о взыскании стоимости поставленного некачественного оборудования и обязании вывезти его.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: акционерное общество «Тетра Пак» (ИНН 7706017070, ОГРН 1027739470439).

В заседании приняли участие представители: федерального казенного учреждения «Колония-поселение № 3 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Кемеровской области» - Конев Н.В. по доверенности от 26.02.2020; общества с ограниченной ответственностью «ТСК Капитал» - Быков И.И. по доверенности от 24.02.2020.

Суд установил:

федеральное казенное учреждение «Колония-поселение № 3 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Кемеровской области» (далее – учреждение) обратилось к обществу с ограниченной ответственностью «ТСК Капитал» (далее – общество) с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о взыскании 12 283 333 руб. 33 коп. стоимости поставленного оборудования, обязании вывезти его с территории учреждения, возмещении стоимости услуг по составлению заключения специалиста в размере 93 240 руб. 

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 13.09.2019, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2019, в иске отказано.

Учреждение обратилось с кассационной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда, принять новый судебный акт об удовлетворении иска.

В кассационной жалобе учреждение приводит следующие доводы: судами не учтено, что дефекты оборудования выявлены в период гарантийного срока, установленного документацией об электронном аукционе; вывод судов о выполнении обществом всех своих обязательств по контракту ошибочен, поскольку факт подписания учреждением акта приема-передачи подтверждает лишь поставку товара, но не исполнение обязательств по контракту в целом (монтаж оборудования, пуско-наладочные работы, обучение персонала); суды неправомерно применили положения пункта 3 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), так как спорное оборудование относится к категории сложных, при его приемке не представлялось возможным определить явные недостатки; судами не приняты во внимание результаты повторной судебной экспертизы о поставке оборудования с нарушением условий контракта; исполнение обществом обязательства по обучению персонала учреждения обслуживанию спорного оборудования носит формальный характер, поскольку предусмотренный контрактом срок обучения обществом не соблюден, согласно пояснениям Масловского С.В., указанного в качестве лица, прошедшего обучение, как именно следовало обслуживать оборудование ему фактически известно не было; судами дана неверная оценка заключению лингвистической экспертизы, поскольку учреждение подразумевало поставку нового оборудования, изготовленного в 1996 году и позднее.

Общество в отзыве на кассационную жалобу просит отказать в ее удовлетворении и оставить обжалуемые судебные акты без изменения, находя их полностью законными и обоснованными.

Отзыв на кассационную жалобу приобщен к материалам кассационного производства.

В судебном заседании представители учреждения и общества поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в принятых по делу судебных актах, установленным фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены судебных актов.

Судами установлено, что между обществом (поставщик) и учреждением (заказчик) заключен государственный контракт, поименованный как государственный контракт на поставку товара (далее – контракт),в соответствии с которым поставщик обязался поставить заказчику автомат розлива молока в асептических условиях в количестве, по цене, адресу и в срок, предусмотренные ведомостью поставки и отгрузочной разнарядкой, а заказчик обязался обеспечить приемку и оплатить товар (раздел 1 контракта).

Цена контракта определена в размере 12 283 333 руб. 33 коп. и включает в себя, в том числе стоимость товара, монтаж оборудования, пуско-наладочные работы, обучение обслуживающего персонала в течение 30 дней (пункт 3.1 контракта).

Во исполнение условий контракта общество передало учреждению комплект оборудования, что подтверждается товарной накладной от 05.07.2016 № 34 и актом от 05.07.2016 № 5343, подписанными со стороны учреждения в отсутствие каких-либо претензий.

Полученное оборудование в полном объеме оплачено.

Ссылаясь на некорректную работу оборудования, его неисправность учреждение обратилось к обществу с требованием устранить возникшие неполадки, провести обучение сотрудников. 

Неисполнение обществом данного требования в досудебном порядке послужило основанием для обращения учреждения в суд с настоящим иском.

Отказывая в иске, суд первой инстанции руководствовался положениями пунктов 1, 3 статьи 469, пункта 2 статьи 475, статьи 476, пункта 1 статьи 518, пункта 2 статьи 520, статьи 720 ГК РФ и исходил из установленного факта работоспособности оборудования, а также отсутствия относимых и допустимых доказательств наличия у него существенных недостатков, которые исключали бы возможность его использования по прямому назначению.

Приняв во внимание пояснения свидетеля Масловского С.В., а также наличие в материалах дела сертификата, подтверждающего прохождение Масловским С.В. обучения в качестве оператора автомата розлива молока, установив, что специальных требований к порядку оформления факта проведения обучения персонала контрактом не предусмотрено, суд признал данное обязательство общества исполненным.

Кроме этого, суд пришел к выводу о том, что установленный экспертом при повторной экспертизе факт неподключения CIP-мойки нельзя отнести к виновным действиям общества, поскольку он имеет явный характер и, если бы он имел место в момент приемки товара, то должен был быть обнаружен в процессе такой приемки. При этом данное обстоятельство не влияет на качество поставленного оборудования и не является производственным дефектом, напротив, экспертом выявлены нарушения ввода параметров системы при ее эксплуатации и ограниченная работоспособность оборудования, возникшая вследствие непрофессиональных действий операторов, что свидетельствует о возникновении недостатков при эксплуатации учреждением поставленного обществом оборудования.

Довод учреждения о несоответствии оборудования условиям контракта в части даты его изготовления (новизны) отклонен судом со ссылкой на аукционную документацию, согласно которой товар должен быть изготовлен не позднее 1996 года, и заключение лингвистической экспертизы, разъясняющей смысл данной фразы, означающей изготовление товара ранее 1996 года или в течение всего 1996 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

По существу спор разрешен судами правильно.

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В соответствии с пунктом 1 статьи 469 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи.

По пункту 1 статьи 470 ГК РФ товар, который продавец обязан передать покупателю, должен соответствовать требованиям, предусмотренным статьей 469 настоящего Кодекса, в момент передачи покупателю, если иной момент определения соответствия товара этим требованиям не предусмотрен договором купли-продажи, и в пределах разумного срока должен быть пригодным для целей, для которых товары такого рода обычно используются.

Пунктом 1 статьи 518 ГК РФ предусмотрено, что покупатель (получатель), которому поставлены товары ненадлежащего качества, вправе предъявить поставщику требования, предусмотренные статьей 475 ГК РФ, за исключением случая, когда поставщик, получивший уведомление покупателя о недостатках поставленных товаров, без промедления заменит поставленные товары товарами надлежащего качества.

В силу пункта 1 статьи 475 ГК РФ, если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца: соразмерного уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара.

В случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору: отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы, либо потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору (пункт 2 статьи 475 ГК РФ).

В пункте 1 статьи 476 ГК РФ предусмотрено, что продавец отвечает за недостатки товара, если покупатель докажет, что недостатки товара возникли до его передачи покупателю или по причинам, возникшим до этого момента.

В отношении товара, на который предоставлена гарантия качества, продавец отвечает за недостатки товара, если не докажет, что недостатки товара возникли после его передачи покупателю вследствие нарушения покупателем правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы (пункт 2 статьи 476 ГК РФ).

Другими словами, бремя доказывания причин возникновения недостатков товара распределяется между сторонами договора купли-продажи в зависимости от того, установлен ли на товар гарантийный срок.

Если гарантийный срок на товар установлен, то при обнаружении некачественности товара в течение гарантийного срока предполагается, что недостатки возникли до передачи товара и за них отвечает продавец, пока им не доказано обратное. Соответственно, если гарантийный срок на товар не установлен, то при обнаружении некачественности товара, пока иное не доказано покупателем, предполагается, что недостатки возникли после передачи товара продавцом покупателю в связи с неправильной эксплуатацией или хранением товара, либо действиями третьих лиц, либо непреодолимой силы.

При этом наличие или отсутствие нарушений в ходе приемки товара сами по себе не влияют на причины возникновения данных недостатков и на порядок применения положений статьи 476 ГК РФ. Однако в таком случае как негативный результат неосмотрительного поведения покупателя, невнимательно принявшего товар, на покупателя ложится дополнительное бремя доказывания того обстоятельства, что недостатки товара возникли до его передачи покупателю или по причинам, возникшим до этого момента.

В соответствии с условиями аукционной документации гарантийный срок на спорное оборудование составляет не менее 24 месяцев. Учреждением о недостатках оборудования впервые заявлено в сентябре 2017 года. Учитывая дату поставки товара (05.07.2016), бремя доказывания причины возникновения недостатков возлагалось на общество.

По ходатайству общества в целях разрешения вопроса о качестве поставленного по контракту оборудования судом первой инстанции была назначена экспертиза. По результатам экспертного исследования в материалы дела представлено заключение от 27.08.2018 № 26-06-2с-1/18, содержащее следующие выводы: автомат розлива молока соответствует условиям контракта, а также требованиям нормативной и технической документации для данного вида оборудования; обнаруженные дефекты (недостатки, технические неисправности) носят сугубо производственный вторичный характер, заключающийся в виде недолжного технического обслуживания автомата розлива молока в асептических условиях; оборудование может быть использовано по прямому назначению.

По ходатайству учреждения судом назначена повторная экспертиза. По результатам повторного исследования в материалы дела представлено заключение от 15.05.2019 № 50/0204-19-03-01. 

В соответствии с выводами данного заключения поставленное оборудование соответствует условиям контракта. При этом комплект состоит из агрегатов различного года выпуска с 1991 по 1996 года, не смонтирована CIP-мойка. Выявленные недостатки в виде отсутствия защитной крышки клеммной коробки, отсутствия изоляции клейменного соединения в месте соединения с электрическими проводами, незакрепления датчика на установке ТВА/3-1000, подтекания масла в панели управления гидравлическими клапанами могли образоваться как при монтаже оборудования, так и при его эксплуатации. Обнаруженные повреждения в виде растрескивания отдельных звеньев линии транспортера, коррозии деталей оборудования образованы в процессе эксплуатации, а также в связи с ненадлежащей приточно-вытяжной вентиляцией. 

Оценив выводы судебных экспертиз в совокупности с иными представленными в материалы дела доказательствами, суды первой и апелляционной инстанций пришли к верному выводу о том, что некорректная работа оборудования не связана с производственными недостатками товара либо его неквалифицированным ремонтом, произведенным ответчиком, а фактически носит эксплуатационный характер.

Суды верно сочли, что обнаруженное при повторной экспертизе отключение CIP-мойки носит явный характер, то есть при наличии данного обстоятельства на момент приемки смонтированного обществом оборудования оно было бы с очевидностью установлено заказчиком, что в соответствии с пунктом 3 статьи 720 ГК РФ не позволяет заказчику ссылаться на подобные недостатки впоследствии, поскольку приемка была произведена им без замечаний.

Кроме того, допросив в качестве свидетеля сотрудника заказчика Масловского С.В., являвшегося оператором спорного оборудования, подтвердившего факт монтажа CIP-мойки после поставки оборудования, учитывая корректное использование оборудования в течение года до предъявления претензий по качеству после увольнения Масловского С.В., суды обоснованно вынесли данный дефект из зоны ответственности поставщика. 

В отношении обязательства общества по проведению обучения персонала учреждения судами установлено, что обучение в качестве оператора розлива молока проведено в отношении работника заказчика – Масловского С.В., которому по результатам обучения выдан соответствующий сертификат, представленный в материалы дела. В судебном заседании Масловский С.В. факт обучения работе на спорном оборудовании подтвердил. 

При таких обстоятельствах, учитывая, что контракт не содержит условий, обязывающих поставщика многократно проводить обучение неопределенного количества сотрудников заказчика, вывод судов об исполнении обществом данного обязательства является верным.

Таким образом, суды обосновано признали опровергнутой установленную пунктом 2 статьи 476 ГК РФ презумпцию ответственности поставщика за недостатки товара, возникшие в период гарантийного срока, установив их эксплуатационный характер, то есть возникновение вследствие нарушения покупателем правил пользования товаром.

Выводы о доказанности надлежащего исполнения обществом своих обязательств по контракту сделаны судами на основании взвешенной оценки представленных доказательств, произведенной в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 71 АПК РФ.

Ссылка учреждения на то, что обществом не соблюден предусмотренный контрактом срок обучения (30 дней), во внимание не принимается, поскольку не опровергает как сам факт обучения, так и не подтверждает отсутствие у Масловского С.В. должной квалификации, приобретенной по результатам обучения.

Аргумент учреждения о том, что условиями контракта предусматривалась поставка нового оборудования, а в результате экспертных исследований установлена фактическая поставка оборудования, ранее бывшего в употреблении, и состоявшего из агрегатов, выпущенных в период с 1991 по 1996 годы, судом округа также признается несостоятельным.

Исследовав и оценив условия контракта, а также аукционной документации, суды первой и апелляционной инстанций установили, что в разделе аукционной документации «Описание объекта закупки» в качестве одного из требований к подлежащему поставке товару указано на то, что оборудование должно быть изготовлено «не позднее 1996 года».

Исходя из буквального значения слов и выражений, использованных заказчиком при формировании требований к поставляемому товару (статья 431 ГК РФ), суды верно посчитали, что контрактом предусмотрена поставка товара, изготовленного ранее 1996 года или в течение всего 1996 года. 

Таким образом, учитывая дату заключения контракта, заявленная учреждением дата изготовления оборудования не гарантирует поставку нового товара, поскольку оборудование, изготовленное в 1996 году, к 2016 году уже объективно находилось в эксплуатации. 

Суд также учитывает разумные объяснения общества о том, что новое оборудование (линия по розливу молока с упаковкой готовой продукции) стоит значительно дороже, нежели заказанное учреждением, стремившимся минимизировать свои производственные затраты, счетчик отработанных оборудованием часов находился в полном доступе учреждения, и фактически эксплуатационные проблемы возникли после увольнения обученного обществом оператора учреждения в связи с дальнейшими неквалифицированными действиями новых операторов, что и явилось истинной причиной обращения учреждения в суд.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание отсутствие каких-либо условий контракта, предписывающих поставку нового оборудования, заявленное учреждением нарушение условий контракта со стороны общества отсутствует, а данное судами толкование условий контракта не расходится с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора».

Поскольку материалами дела фактически подтверждено, что причиной ненадлежащей работы оборудования явилось его непрофессиональное использование со стороны учреждения, а нарушений условий контракта со стороны общества не установлено, суды пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для возложения на ответчика обязанностей по возмещению покупателю уплаченной за товар суммы и демонтажу поставленного оборудования.

В целом доводы, изложенные в кассационной жалобе, сводятся к несогласию с выводами судов, направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств и установление новых обстоятельств, отличных от установленных судами, в связи с чем в силу статьи 286 АПК РФ выходят за пределы компетенции суда кассационной инстанции, полномочия которого по пересмотру дела должны осуществляться в целях исправления судебных ошибок в виде неправильного применения норм материального и процессуального права при отправлении правосудия, а не для пересмотра дела по существу.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение Арбитражного суда Новосибирской области от 13.09.2019 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2019 по делу № А45-6182/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий								К.И. Забоев

Судьи												Д.С. Дерхо

												С.Д. Мальцев