ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-32331/18

19 декабря 2018 года

город Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 17 декабря 2018 года

Полный текст постановления изготовлен 19 декабря 2018 года 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи Кобылянского В.В.,

судей Беловой А.Р., Крекотнева С.Н.,

при участии в заседании:

от истца: общества с ограниченной ответственностью «РЕСО-Лизинг» - ФИО1 по дов. от 03.04.2018,

от ответчика: общества с ограниченной ответственностью «ИМС» - ФИО2 по дов. от 15.02.2018,

рассмотрев 17 декабря 2018 года в судебном заседании кассационную жалобу ответчика – общества с ограниченной ответственностью «ИМС» 

на постановление от 26 сентября 2018 года

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями Валюшкиной В.В., Алексеевой Е.Б., Проценко А.И.,

по иску общества с ограниченной ответственностью «РЕСО-Лизинг» 

к обществу с ограниченной ответственностью «ИМС» 

о взыскании убытков,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «РЕСО-Лизинг» (далее – истец, ООО «РЕСО-Лизинг») обратилось в Арбитражный суд города Москвы к обществу с ограниченной ответственностью «ИМС» (далее – ответчик, ООО «ИМС») с иском о взыскании 1 717 597 руб. убытков.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 03 июля 2018 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26 сентября 2018 года решение суда отменено, заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ООО «ИМС» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит названное постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции, указывая на нарушение и неправильное применение апелляционным судом норм права и несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам.

В обоснование приведенных в кассационной жалобе доводов ответчик указывает, что апелляционный судом не принято во внимание, что условия страхования лизингового имущества нарушены самим истцом, что и привело к возникновению убытков у истца, не получившего страховое возмещение на которое он имел все основания претендовать при должном исполнении условий договора; при отсутствии заключенного истцом на новый срок договора КАСКО ответчик фактически был лишен возможности исполнить свое обязательство по уплате страховой премии, что не свидетельствует о его недобросовестности; по условиям договора лизинга за весь период действия обязанность страхования предмета лизинга была возложена на лизингодателя (истец), приобретателем по рискам «ущерб в части полной гибели» и «хищение» был определен лизингодатель. Утверждение истца о том, что ответчик обращался к нему для получения счета для продления страхования после хищения предмета лизинга, является недостоверным и не было заявлено истцом в суде первой инстанции; вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2018 по делу № А40-31820/18 договор лизинга от 07.09.2016 № 9315ДМО4-СТР/01/2016 был расторгнут в связи с существенным нарушением условий договора со стороны лизингодателя. 

Отзыв на кассационную жалобу не поступил. 

Явившийся в судебное заседание суда кассационной инстанции представитель ответчика поддержал доводы и требования кассационной жалобы, просил оставить в силе решение суда первой инстанции либо снизить размер взысканной денежной суммы.

Представитель истца возражал против доводов кассационной жалобы, указывая на законность и обоснованность принятого по делу постановления. 

Обсудив доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, заслушав объяснения явившихся в судебное заседание представителей сторон, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого постановления ввиду следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между ОО «РЕСО-Лизинг» (лизингодатель) и ООО «СП-Эксперт» заключен договор финансовой аренды (лизинга) № 9315ДМ04-СТР/01/2016 от 07.09.2016, на основании которого лизингодатель приобрел в собственность у выбранного лизингополучателем продавца и передал во временное владение и пользование лизингополучателю автомобиль Тоуоtа Саmrу, 2016 года выпуска. 

Предмет лизинга передан в лизинг по акту приема-передачи от 14.09.2016 на срок до 31.08.2021 года (пункт 2.1 договора лизинга). 

На основании договора страхования от 12.09.2016 предмет лизинга застрахован в СПАО «РЕСО-Гарантия» от рисков «хищение» и «ущерб» на срок с 14.09.2016 по 13.09.2017. Выгодоприобретателем по рискам «ущерб в части полной гибели» и «хищение» определен лизингодатель. 

Между ООО «РЕСО-Лизинг», ООО «СП-Эксперт» и ООО «ИМС» 03.04.2017 заключен договор, согласно условиям которого лизингополучатель передал свои права и обязанности, вытекающие из договора лизинга, новому лизингополучателю - ООО «ИМС» (пункт 1.1 договора).

Факт передачи предмета лизинга подтверждается актом приема-передачи от 03.04.2017. 

В период с 14.09.2017 по 16.09.2017 предмет лизинга был тайно похищен неустановленным лицом, что подтверждается постановлением о возбуждении уголовного дела от 20.09.2017.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим иском, истец указал, что ответчик не уплатил страховую премию за второй год страхования, соответствующий договор страхования не заключен, в связи с чем в момент хищения автомобиля договор страхования не действовал, в результате нарушения условий договора лизинга ответчиком истец лишился страхового возмещения, за счет которого мог значительно сократить убытки, возникшие в результате хищения автомобиля.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные доказательства, руководствуясь положениями статей 10, 328, 665, 927, 940, 942, 954 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 21, 26 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)», исходил из того, что лизингодателем в нарушение пункта 5.1 договора лизинга не была исполнена обязанность по добровольному страхованию автомобиля по рискам ущерб, хищение и гибель в периоде на второй год действия договора лизинга; нарушение лизингодателем условий страхования автомобиля привело к невозможности выполнения ответчиком принятой на себя встречной обязанности по уплате страховой премии, что привело к существенному нарушению прав ответчика.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело по имеющимся доказательствам, с выводами суда первой инстанции не согласился. 

Согласно разъяснениям, указанным в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Апелляционным судом установлено, что согласно пункту 2.2 Приложения № 4 к договору лизинга, ответственность за сохранность имущества от всех видов имущественного ущерба, а также за риски, связанные с его гибелью, утратой, порчей, хищением, преждевременной поломкой, ошибкой, допущенной при его монтаже или эксплуатации, и иные имущественные риски, в том числе связанные с возникновением обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажор), несет лизингополучатель с момента принятия имущества по акту приема-передачи.

Условиями договора лизинга (пункты 1.6, 1.6.1 Приложения № 3) предусмотрена обязанность ответчика (лизингополучателя) за 10 дней до окончания срока страхования предоставить истцу (лизингодателю) документы, подтверждающие уплату страховой премии по договору страхования. 

Добросовестное исполнение этой обязанности лицом, на котором лежит ответственность за сохранность автомобиля, то есть ответчиком, предполагает совершение ответчиком действий по отслеживанию срока страхования автомобиля.

Для надлежащего исполнения обязанности по предоставлению истцу документов, подтверждающих уплату страховой премии, ответчик обязан отслеживать сроки действия договоров страхования, заключенных в отношении доверенного ему автомобиля (договоры КАСКО, ОСАГО и ДСАГО). 

Ответчик данные обязанности не исполнил, что подтверждено фактом обращения к лизингодателю по вопросу продления страхования по КАСКО лишь тогда, когда автомобиль был похищен (страхование действовало до 13.09.2017, а автомобиль был похищен в период времени с 14.09.2017 по 16.09.2017). 

При этом ни за 10 дней до окончания срока страхования, ни в течение этих 10 дней, ответчик не предпринимал никаких мер, направленных на продление страхования путем уплаты страховой премии, в том числе, ответчиком не запрашивался счет на уплату страховой премии; в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ответчиком такие меры были предприняты.

По условиям договора лизинга лизингодатель не вправе заключать договор страхования без согласования страховщика с лизингополучателем (пункт 1.1 Приложения № 3 к договору страхования)

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что заключив договор страхования автомобиля на один год, истец предоставил ответчику право выбора условий страхования при продлении страхования, благодаря которому ответчик мог значительно сэкономить свои денежные средства (выбрав иного страховщика, предусмотрев франшизу, установив дополнительную охранную систему и т.п.).

Судом также учтено, что согласно пункту 1.6.2 договора не перечисление лизингополучателем страховой премии в адрес лизингодателя за второй год страхования не обязывает лизингодателя самостоятельно уплачивать премию, а предоставляет соответствующее право.

Установив названные обстоятельства, апелляционный суд пришел к выводу, что убытки истца, вызванные неполучением им страхового возмещения, явились следствием допущенных ответчиком нарушений условий договора лизинга.

Как указал апелляционный суд, возложение судом первой инстанции риска ответственности за утрату автомобиля на истца не только противоречит положениям действующего законодательства, условиям договора лизинга и сложившейся судебной практики, прямо возлагающим такую ответственность на ответчика, но и существенно нарушает баланс интересов сторон, ставит истца в неравное, подчиненное положение по отношению к ответчику, что прямо противоречит основному началу гражданского законодательства о признании равенства участников гражданских правоотношений, закрепленного в части 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Кассационная коллегия соглашается с выводами суда апелляционной инстанции и признает, что все существенные обстоятельства дела апелляционным судом установлены, правовые нормы, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно и спор разрешен в соответствии с установленными обстоятельствами и представленными доказательствами при правильном применении норм процессуального права. 

Довод кассационной жалобы о том, что спорный договор лизинга был расторгнут в связи с существенным нарушением условий договора со стороны лизингодателя вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2018 по делу № А40-31820/18, отклоняется судебной коллегией, поскольку ненадлежащее исполнение договора со стороны ответчика, повлекшее возникновение убытков у истца, имело место в период действия договора, право истца требовать возмещения убытков в силу положений статьи 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации не поставлено в зависимость от условия расторжения договора.

Иные приведенные в кассационной жалобе доводы не свидетельствуют о нарушении судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а фактически сводятся к несогласию с выводами апелляционного суда и направлены на переоценку исследованных судом доказательств и установленных обстоятельств, что в силу положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции. 

Нарушений судом апелляционной инстанции норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, кассационной коллегией не установлено. 

Таким образом, у суда кассационной инстанции отсутствуют основания для отмены принятого по делу постановления, предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26 сентября 2018 года по делу № А40-32331/18 оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ИМС»  – без удовлетворения.

Председательствующий-судьяВ.В. Кобылянский

Судьи:А.Р. Белова

С.Н. Крекотнев