473/2024-6526(3) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А03-3254/2022  Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2024 года.  

Постановление изготовлено в полном объеме 05 февраля 2024 года. 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:  председательствующего Забоева К.И.,  

судей Клат Е.В., 

 ФИО1  

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества  специализированного застройщика «Барнаулкапстрой» на решение Арбитражного суда  Алтайского края от 14.06.2023 (судья Сосин Е.А.) и постановление Седьмого  арбитражного апелляционного суда от 07.09.2023 (судьи Марченко Н.В., Ваганова Р.А.,  Подцепилова М.Ю.), принятые по делу № А03-3254/2022 по иску акционерного общества  специализированного застройщика «Барнаулкапстрой» (656031, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу  с ограниченной ответственностью «Сибресурс» (656006, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании убытков.  

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета  спора, – строительно-проектно-промышленное открытое акционерное общество  «Стройгаз» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).  

Суд установил: 

акционерное общество специализированный застройщик «Барнаулкапстрой» (далее –  застройщик) обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с иском к обществу  с ограниченной ответственностью «Сибресурс» (далее – общество) о взыскании  50 000 руб. убытков (делу присвоен номер А03-3254/2022).  

Кроме того, застройщик обратился в тот же суд к обществу с другим иском,  где также просил взыскать 50 000 руб. убытков, делу присвоен номер А03-9547/2022.  

В дальнейшем определением Арбитражного суда Алтайского края от 09.09.2022  названные дела объединены в одно производство, объединенному делу присвоен номер  А03-3254/2022.  

С учетом объединения дел в одно производство, а также уточнения исковых  требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – АПК РФ), судом рассматривался иск застройщика к обществу  о взыскании 25 953 034 руб. 10 коп. убытков.  

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных  требований относительно предмета спора, судом привлечено строительно-проектно-промышленное открытое акционерное общество «Стройгаз» (далее – компания).  

Решением от 14.06.2023 Арбитражный суд Алтайского края удовлетворил иск  о взыскании с общества в пользу застройщика 271 423 руб. 77 коп. убытков,  в удовлетворении иска в части взыскания 4 100 руб. убытков отказал, в остальной части  иск оставил без рассмотрения.  

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 07.09.2023  решение суда первой инстанции оставлено без изменения.  

Застройщик обратился с кассационной жалобой, в которой просит решение суда  первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить в части оставления  искового заявления без рассмотрения с последующим принятием нового судебного акта  об удовлетворении иска о взыскании 25 948 934 руб. 10 коп. (25 953 034,10 - 4 100).  

По мнению застройщика, судами не учтено, что притязания, составляющие размер  оставленных впоследствии без рассмотрения исковых требований, возникли у истца  в порядке регресса после даты принятия судом заявления о признании ответчика  банкротом в рамках дела № А03-2477/2021, а значит являются текущими и подлежат  удовлетворению в общеисковом порядке, а не в рамках дела о несостоятельности  (банкротстве) общества. На взгляд застройщика, судами проигнорирована регрессная  природа требований о взыскании убытков, которая предполагает возникновение нового  права, не зависящего от обязательства из заключенного между истцом  и правопредшественником ответчика договора подряда.  

Общество и компания отзывы на кассационную жалобу не представили. 

Участвующие в деле лица явку представителей в судебное заседание не обеспечили,  что с учетом их надлежащего извещения о времени и месте судебного заседания  не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы (часть 3 статьи 284  АПК РФ).  

Проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых  по делу судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к следующему.  

Судами установлено, что между застройщиком (заказчик) и компанией (подрядчик)  заключен договор подряда на строительство от 27.12.2013 № 141 (далее – договор).  

Затем застройщик (заказчик), компания (подрядчик) и общество (новый подрядчик)  подписали соглашение о перемене лиц в обязательстве от 23.04.2016 (далее – соглашение  от 23.04.2016), в соответствии с пунктом 1 которого подрядчик передал, а новый  подрядчик в полном объеме принял права и обязанности подрядчика по договору, став его  стороной (статья 392.3 ГК РФ).  

Пунктом 2 соглашения от 23.04.2016 предусмотрено, что права и обязанности  передаются от подрядчика новому подрядчику на тех же условиях, которые существуют  к моменту подписания названного соглашения.  

Согласно пунктам 1, 2.1 договора подрядчик обязался выполнить собственными  и (или) привлеченными силами и средствами работы по строительству разноэтажного  жилого дома со встроенно-пристроенными помещениями общественного назначения  по Павловскому тракту, 291 (стр. № 2, кв. 2008).  

По пункту 3.1 договора в редакции дополнительного соглашения № 7, подписанного  между застройщиком и обществом 25.07.2017 (далее – соглашение № 7), стоимость работ  по договору составляет 708 768 680 руб.  

Работы должны начаться в первом квартале 2014 года и окончиться до 01.02.2018.  Проведение работ должно соответствовать графику, отраженному в приложении № 2  к договору (пункт 6.1 договора в редакции соглашения № 7).  

В пункте 17.6 договора стороны предусмотрели, что подрядчик возмещает заказчику  суммы, присужденные третьим лицам по вступившему в законную силу судебному  решению, либо в соответствии с мировым соглашением, если основанием для взыскания  соответствующих денежных средств стало нарушение подрядчиком требований  к качеству объекта строительства, срока его ввода в эксплуатацию, а также все судебные  издержки в течение 30 дней от даты получения соответствующего требования со стороны  заказчика.  

Разрешительная документация на ввод объекта строительства в эксплуатацию  получена застройщиком в 2020 году.  

Ввиду обнаружения недостатков в результате выполненных работ, а также  нарушения застройщиком сроков передачи квартир в строящемся доме, участники  долевого строительства, с которыми истец заключил договоры в соответствии  с положениями Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом  строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении  изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации», обратились  за судебной защитой в суды общей юрисдикции с исками о взыскании с застройщика  убытков в размере затрат на устранение недостатков в результате выполненных работ,  неустоек и компенсаций морального вреда.  

По результатам рассмотрения указанных дел в количестве 139 штук, перечень  которых с наименованиями судебных органов, реквизитами судебных актов, описанием  исковых требований и итогов разрешения споров приведен в обжалуемых решении  (страницы с 3 по 33) и постановлении (страницы с 4 по 44), застройщик направил  обществу претензии с требованиями о компенсации ему понесенных убытков в связи  с состоявшимся фактом взыскания с него соответствующих задолженностей в пользу  участников долевого строительства по мотиву нарушения ответчиком сроков выполнения  работ.  

В добровольном порядке претензии обществом не удовлетворены. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения застройщика  в Арбитражный суд Алтайского края с настоящим иском.  

При принятии решения суд первой инстанции руководствовался статьями 15, 393,  401, 431, 708, 721, 740, 755, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее –  ГК РФ), статьями 5, 126, 134 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пунктами 10, 11, 16  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  

от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле  о банкротстве» (далее – Постановление № 63), пунктом 27 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых  процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее –  Постановление № 35), пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление   № 25).  

Разрешая спор, суд основывался на обстоятельствах, установленных в названных  судебных актах судов общей юрисдикции.  

Суд указал, что решением Арбитражного суда Алтайского края от 03.06.2021  по делу № А03-2477/2021 общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении  него открыта процедура конкурсного производства. Указанное дело возбуждено  определением Арбитражного суда Алтайского края от 05.03.2021 по заявлению  застройщика, поступившему в означенный суд 26.02.2021.  

С учетом приведенных норм права и разъяснений высших судебных инстанций суд  первой инстанции констатировал, что предъявленное в настоящем деле требование  об убытках следует судьбе основного требования – о выполнении работ по договору  подряда, возникшему до даты принятия судом заявления застройщика о признании  общества (несостоятельным) банкротом. На основе изложенного суд пришел к выводу  о том, что исковые требования о взыскании убытков в размере неустоек, сумм  компенсаций морального вреда, расходов в счет уменьшения цены работ по договорам  участия в долевом строительстве не относятся к текущим платежам и подлежат  рассмотрению в рамках дела № А03-2477/2021 о (несостоятельности) банкротстве  общества в качестве реестровых требований.  

Вместе с тем судом принято во внимание, что исковые требования в размере  271 423 руб. 77 коп. представляют собой убытки застройщика, заключающиеся  во взысканных с него по причине неисправности общества судебных расходов,  понесенных в связи с рассмотрением дел, судебные акты по которым вступили  в законную силу после принятия судом к производству заявления застройщика  о признании общества несостоятельным (банкротом), а потому являются текущими  платежами в соответствии со статьей 5 Закона банкротстве и подлежат взысканию  в пользу истца.  

В решении также отмечено, что сам по себе общий расчет убытков осуществлен  истцом неверно ввиду дублирования в тексте искового заявления судебных актов  о взыскании с него соответствующих задолженностей. Указав на недопустимость  задваивания ответственности, суд во взыскании 4 100 руб. убытков отказал.  

Резюмируя изложенное, суд первой инстанции нашел обоснованным взыскание  убытков в размере 271 423 руб. 77 коп. ввиду возникновения соответствующих  обязательств после принятия судом заявления о признании общества несостоятельным  

(банкротом) в рамках дела № А03-2477/2021, 4 100 руб. счел необоснованно  предъявленными к взысканию ввиду дублирования задолженностей, а требования  о взыскании убытков в остальной части оставил без рассмотрения ввиду того,  что их рассмотрение надлежит осуществлять в рамках дела о несостоятельности  (банкротстве) общества.  

Седьмой арбитражный апелляционный суд с выводами суда первой инстанции  согласился.  

Суд округа не находит оснований для отмены или изменения судебных актов.  

Учитывая, что пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции (часть 1  статьи 286 АПК РФ) устанавливаются по доводам кассационной жалобы (определение  Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 302-ЭС15-17338), суд округа  проверяет законность судебных актов только в границах приведенных в кассационной  жалобе аргументов, и учитывает, что застройщиком оспариваются судебные акты лишь  в части оставления исковых требований без рассмотрения, а обществом судебные акты  не оспариваются вовсе.  

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени  доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований  о возмещении убытков разъяснены в пункте 12 Постановления № 25 и пункте 5  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7  «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской  Федерации об ответственности за нарушение обязательств».  

Из указанных разъяснений следует, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор  представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также  обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь  между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником  и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера  причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог  уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).  

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками  необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях  гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение  убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием  допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между  нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.  

Другими словами, при предсказуемости негативных последствий в виде  возникновения убытков, которые нарушитель обязательства как профессиональный  участник оборота мог и должен был предвидеть, причинная связь не подлежит  доказыванию лицом, потерпевшим от нарушения, а презюмируется. Однако в иных  ситуациях причинная связь доказывается кредитором на общих основаниях (статьи 9, 65  АПК РФ).  

Как неоднократно отмечали высшие судебные инстанции, размер неустойки,  уплаченной контрагенту по вине третьего лица, с учетом конкретных обстоятельств дела  может быть предъявлен в последующем третьему лицу в качестве убытков по правилам  статей 15 и 393 ГК РФ (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 05.03.2013 № 13491/12, от 26.03.2013 № 15078/12, пункт 24  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 26  «О некоторых вопросах применения законодательства о договоре перевозки  автомобильным транспортом грузов, пассажиров и багажа и о договоре транспортной  экспедиции»).  

По обстоятельствам настоящего дела размер предъявленных застройщиком исковых  требований о взыскании убытков состоит из взысканных с него судами общей  юрисдикции в пользу участников долевого строительства затрат на устранение  недостатков в результате выполненных работ, неустоек за нарушение сроков исполнения  обязательств, компенсаций морального вреда, а также судебных расходов, понесенных  в связи с вовлечением в судебные тяжбы.  

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 03.06.2021 по делу   № А03-2477/2021 общество признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной  процедуре банкротства отсутствующего должника (параграф 2 главы XI Закона  о банкротстве), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, которая  в последующем неоднократно продлевалась судом. Дело о банкротстве возбуждено  05.03.2021. Процедура наблюдения не вводилась.  

Существо несогласия застройщика с принятыми судебными актами, по сути,  сводится к ошибочной, по его мнению, квалификации судами заявленных исковых  требований (в той части, которая оставлена судами без рассмотрения) в качестве  реестровых требований, тогда как, по мнению застройщика, ввиду регрессного характера  они являются текущими платежами, что позволяет рассматривать требования о взыскании  убытков в общеисковом процессе вне рамок дела о (несостоятельности) банкротстве  должника (пункт 27 Постановления № 35).  

Для верного разрешения спора необходимо определить, какие требования надлежит  относить к текущим, а какие к реестровым.  

По пункту 1 статьи 5 Закона о банкротстве под текущими платежами понимаются  денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате  труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательные платежи,  возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом. Возникшие  после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате  поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими. Иное  может быть установлено законом.  

Требования кредиторов по текущим платежам не подлежат включению в реестр  требований кредиторов. Кредиторы по текущим платежам при проведении  соответствующих процедур, применяемых в деле о банкротстве, не признаются лицами,  

участвующими в деле о банкротстве (пункт 2 той же статьи).  

Между тем существуют ситуации, когда следует учитывать не только формальный  критерий момента возникновения права (до или после даты принятия к производству  судом заявления о признании должника банкротом), но и характер правоотношения,  из которого такое право возникает.  

Примеры таких ситуаций приведены Пленумом Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации, в частности, в пунктах 7, 8, 11 - 13 Постановления № 63.  

Так, несмотря на регрессный характер требования гаранта к принципалу (пункт 1  статьи 379 ГК РФ), которое, несмотря на возникновение обязательства принципала перед  гарантом только после осуществления гарантом выплаты по гарантии бенефициару  (что в отличие от суброгации не является правопреемством), квалифицируется по дате  возникновение обеспеченного (основного) обязательства, хотя при этом гаранту дается  полный двухмесячный срок на предъявление требования в реестр требований кредиторов  принципала с момента выплаты по гарантии (пункт 7 Постановления № 63,  определения Верховного Суда Российской Федерации от 24.09.2014 № 307-ЭС14-100,  от 28.12.2020 № 305-ЭС20-15712, от 11.05.2021 № 305-ЭС18-293(5), от 03.06.2021   № 305-ЭС19-24128(5), от 15.07.2021 № 307-ЭС21-2116).  

Регрессное требование, заявленное одним из солидарных должников, исполнившим  обязательства перед взыскателем (первым кредитором) после возбуждения дела  о банкротстве в отношении другого солидарного должника не влияет на квалификацию  денежного требования исполнившего лица к должнику, находящемуся в процедуре  банкротства, поскольку подобное регрессное требование не является новым  обязательством должника (определение Верховного Суда Российской Федерации  от 11.10.2018 № 305-ЭС18-8145).  

Такая же логика используется высшей судебной инстанцией во втором абзаце  пункта 13 Постановления № 63 при квалификации в качестве реестровых требований  из новации, несмотря на его возникновение только в момент заключения сторонами  соглашения о новации (пункт 1 статьи 414 ГК РФ, пункт 22 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах  применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении  обязательств»), и для квалификации в соответствии со статьей 5 Закона о банкротстве  нового денежного обязательства в целях данного Закона следует принимать дату  возникновения первоначального обязательства.  

При расторжении договора, исполнение по которому было предоставлено  кредитором до возбуждения дела о банкротстве, для целей квалификации выраженных  в деньгах требований кредитора к должнику принимается не дата расторжения договора  (несмотря на возникновения с этого момента кондикционного обязательства должника),  а дата возникновения обязательства, возникшего из этого договора (пункт 8  Постановления № 63, определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.11.2021   № 305-ЭС21-14425).  

Кроме того, переход права требования к другому лицу в порядке сингулярного  правопреемства (суброгация при переходе к поручителю, исполнившему обеспеченное  поручительством обязательство, прав кредитора по этому обязательству в силу пункта 1  статьи 365 ГК РФ, или суброгация при переходе к страховщику прав страхователя  на возмещение ущерба (суброгация) в соответствии со статьей 965 ГК РФ, уступка  требования, перевод долга или, как имело место в настоящем деле, передача договорной  позиции в порядке статьи 392.3 ГК РФ) не изменяет статуса данного требования с точки  зрения его квалификации в соответствии со статьей 5 Закона о банкротстве (пункт 12,  абзац третий пункта 13 Постановления № 63).  

При этом требования о применении мер ответственности за нарушение денежных  обязательств, подлежащих включению в реестр требований кредиторов, не являются  текущими платежами (пункт 11 Постановления № 63).  

Поскольку установление особого благоприятного режима для текущих платежей  обусловлено прежде всего необходимостью обеспечения финансирования расходов  на процедуру банкротства, то возникшее до возбуждения дела о банкротстве  и подлежащее включению в реестр требований кредиторов требование (реестровое  требование) не может впоследствии приобрести статус текущего требования.  

Из указанных разъяснений следует сделать вывод о том, что текущие платежи – суть  финансирование процедуры банкротства, поскольку они направлены на продолжение  экономической жизни должника, что, в частности, необходимо для достижения цели  конкурсного производства, как длящейся процедуры последовательного и эффективного  проведения мероприятий по получению наибольшей выручки от реализации имущества  должника для соразмерного удовлетворения требований кредиторов должника.  

Другими словами, правовая природа текущих требований состоит в том,  что контрагенты по соответствующим обязательствам вступают в отношения с заведомо  несостоятельным лицом. Предполагается, что их имущественное предоставление в пользу  должника осуществляется в интересах всех реестровых кредиторов, направлено  на необходимое функционирование организации, находящейся в процедуре  несостоятельности. Осуществление подобного предоставления означает принятие  упомянутыми контрагентами на себя и в интересах конкурсной массы повышенного  (по сравнению с обычным оборотом) риска неполучения в будущем встречного  исполнения, что, в свою очередь, обусловило их преференции в виде приоритетного  удовлетворения требований в режиме текущих платежей в качестве общего правила.  Именно поэтому кредиторы по текущим обязательствам должника имеют  привилегированное положение по отношению к конкурсным кредиторам, а именно,  удовлетворение требований происходит раньше и в полном объеме (без конкурсной  квоты).  

Приведенное толкование текущих платежей (требований) соответствует правовой  позиции, сформулированной в Постановлении Конституционного Суда Российской  Федерации от 21.07.2022 № 34-П, а также определении Верховного Суда Российской  

Федерации от 08.06.2023 № 305-ЭС23-4006.  

Поскольку спорные убытки застройщика возникли из договора подряда,  заключенного 27.12.2013, в то время как производство по делу о несостоятельности  (банкротстве) общества возбуждено 05.03.2021, исковые требования в указанной части  суды обоснованно сочли относящимися к реестровым требованиям и подлежащими  оставлению без рассмотрения в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 148 АПК РФ.  

С учетом сказанного суд округа признает кассационную позицию застройщика  несостоятельной, поскольку истец процедуру банкротства общества не финансировал,  а потому не вправе претендовать на привилегированное положение в сравнении с иными  конкурсными кредиторами должника.  

Аргумент застройщика о регрессном характере своего требования описанную логику  не опровергает, поскольку регрессное требование, возникшее после возбуждения дела  о банкротстве, по обязательству, возникшему до указанной даты, текущим не является,  а обязательство компании по выполнению работ, перешедшее в порядке сингулярного  правопреемства к обществу, с ненадлежащим исполнением которого связано  возникновение у застройщика убытков, возникло 27.12.2013 в момент заключения  договора.  

Поскольку суд округа не усмотрел нарушения судами норм материального  и (или) процессуального права, а также несоответствия выводов, изложенных в судебных  актах, фактическим обстоятельствам дела, кассационная жалоба признается полностью  необоснованной, а решение и постановление по настоящему делу подлежат оставлению  без изменения (пункт 1 части 1 статьи 287 АПК РФ).  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4  статьи 288 АПК РФ безусловными основаниями для отмены судебных актов, судом  кассационной инстанции не установлено.  

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины  за рассмотрение кассационной жалобы относятся на ее заявителя.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный  суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

решение Арбитражного суда Алтайского края от 14.06.2023 и постановление Седьмого  арбитражного апелляционного суда от 07.09.2023 по делу № А03-3254/2022 оставить  без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,  в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Председательствующий К.И. Забоев Судьи Е.В. Клат  ФИО1