﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень	Дело № А67-7067/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 15 сентября 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 сентября 2021 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего			 Жирных О.В.,

судей							 Бедериной М.Ю.,

								 Качур Ю.И.-

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы акционерного общества «Линлайн» (далее – АО «Линлайн»), Трошкина Александра Георгиевича, индивидуального предпринимателя Франгуловой Юлии Юрьевны, общества с ограниченной ответственностью «Сеть Клиник «Линлайн» (далее - ООО «Сеть Клиник «Линлайн») на определение Арбитражного суда Томской области от 28.01.2021 (судья Еремина Н.Ю.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2021 (судьи Иващенко А.П., Сбитнев А.Ю., Зайцева О.О.) по делу№ А67-7067/2018 о несостоятельности (банкротстве) обществас ограниченной ответственностью «Клиника «Линлайн» (ОГРН 1117017003058,  ИНН 7017279378, далее – ООО «Клиника «Линлайн», должник), принятые по заявлениям Бадулиной Елены Витальевны (далее – Бадулина Е.В., кредитор) и конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

В помещении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа в судебном заседании приняли участие представители: индивидуального предпринимателя Франгуловой Ю.Ю. – Витман Е.В. по доверенности от 19.04.2021 (до перерыва), Калинин Ю.Ю. по доверенности от 24.09.2018 (после перерыва), АО «Линлайн» - Витман Е.В. по доверенности от 19.02.2020 (до перерыва), Калинин Ю.Ю. по доверенности от 03.07.2019 (после перерыва), ООО «Сеть Клиник «Линлайн» - Витман Е.В. по доверенности от 19.04.2021 (до перерыва), Калинин Ю.Ю. по доверенности от 19.04.2021 (после перерыва), общества с ограниченной ответственностью «Единая сервисная служба» - Калинин Ю.Ю. по доверенности от 03.07.2019 (после перерыва), Трошкина А.Г. – Александров В.А. по доверенности от 09.09.2021.

Суд установил:

ООО «Клиника «Линлайн» обратилось в Арбитражный суд Томской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Томской области от 11.10.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Ткаченко Андрей Анатольевич (далее – временный управляющий).

Бадулина Е.В. обратилась в Арбитражный суд Томской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении ООО «Сеть Клиник «Линлайн», Франгуловой Ю.Ю. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Временный управляющий 06.05.2019 обратился в Арбитражный суд Томской области с заявлением о привлечении ООО «Сеть Клиник «Линлайн», Франгуловой Ю.Ю. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Указанные заявления приняты к производству Арбитражного суда Томской области и объединены для совместного рассмотрения.

Решением Арбитражного суда Томской области от 14.08.2019 в отношении ООО «Клиника «Линлайн» введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден Гордеев Павел Анатольевич (далее – управляющий).

Определениями Арбитражного суда Томской области от 11.02.2020, 04.06.2020 к участию в качестве соответчиков привлечены Бадулина Е.В., Трошкин А.Г. и Хомченко Владимир Валентинович.

Определением Арбитражного суда Томской области от 28.01.2021, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2021, заявление удовлетворено частично, признано доказанным наличие оснований для привлечения ООО «Сеть Клиник «Линлайн», Франгуловой Ю.Ю. к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Клиника «Линлайн», производство по заявлению приостановлено в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении заявления управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, АО «Линлайн», Трошкин А.Г., Франуглова Ю.Ю., ООО «Сеть Клиник «Линлайн», обратились с кассационными жалобами в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа, в которых просят отменить определение Арбитражного суда Томской области от 28.01.2021 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2021 в части удовлетворения требования Бадулиной Е.В. о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «Сеть Клиник «Линлайн», Франгуловой Ю.Ю., а также в части отказа в удовлетворении требования управляющего о привлечении Бадулиной Е.В. к субсидиарной ответственности.

АО «Линлайн» в обоснование кассационной жалобы указывает на то, что установленные судами обстоятельства свидетельствуют о наличии между Бадулиной Е.В. и ООО «Клиника «Линлайн» корпоративного конфликта. Предоставление Бадулиной Е.В. займа должнику является докапитализацией ООО «Клиника «Линлайн», направленной на увеличение уставного капитала. Необоснованные выводы судов об отсутствии оснований для привлечения Бадулиной Е.В. к субсидиарной ответственности. По мнению кассатора именно Бадулина Е.В. является ответственной за прекращение деятельности должника. Так, действия Бадулиной Е.В. по взысканию задолженности по договору займа от 05.03.2011, возбуждение исполнительного производства и наложение ареста на имущество должника, привели к прекращению хозяйственной деятельности должника. Суды, в нарушение нормы статьи 69 АПК РФ, сослались на решения Ленинского районного суда города Томска от 13.07.2017, 15.06.2018, которые преюдициального значения в рассматриваемом споре не имеют. Из материалов дела не следует, что Бадулина Е.В. приобрела статус независимого кредитора, соответственно у нее отсутствует право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ввиду наличия корпоративного конфликта. 

В кассационной жалобе Трошкин А.Г., Франгулова Ю.Ю., ООО «Сеть Клиник «Линлайн» также выражают несогласие с выводами судов о том, что действия контролирующих должника лиц существенно затруднили формирование и реализацию конкурсной массы, а также проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. С учетом раскрытия ответчиками сведений обо всем имевшемся в 2018 году имуществе должника, сведений о выручке и расходах, выводы судов о невозможности формирования конкурсной массы являются необоснованными. По мнению кассаторов, Бадулина Е.В. не обладает процессуальным правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц ввиду наличия корпоративного конфликта. Суды пришли к ошибочным выводам о том, что требование Бадулиной Е.В. основано на гражданско-правовом обязательстве. Указывают на необоснованность выводов судов об отсутствии оснований для привлечения Бадулиной Е.В. к субсидиарной ответственности, поскольку именно ее действия фактически привели к прекращению хозяйственной деятельности ООО «Клиника «Линлайн».

В судебном заседании представители кассаторов и ООО «Единая сервисная служба» поддержали доводы кассационных жалоб в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как предусмотрено частью 1 статьи 286 АПК РФ, арбитражный суд округа проверяет законность решений, постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Таким образом, по общему правилу суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов судов нижестоящих инстанций только в той части, которая обжалована в суд, в данном случае в части удовлетворения требования о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «Сеть Клиник «Линлайн», Франгуловой Ю.Ю. по обязательствам ООО «Клиника «Линлайн», а также в части отказа в удовлетворении требования управляющего о привлечении Бадулиной Е.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, на основании протокола общего собрания от 14.02.2011 № 1-2011 полномочия директора ООО «Клиника «Линлайн» переданы управляющей организации -  ООО «Сеть Клиник «Линлайн».

Между ООО «Клиника «Линлайн» (управляемая организация) и ООО «Сеть Клиник «Линлайн» (управляющая организация) 22.02.2011 заключен договор, согласно условиям которого управляющая организация приняла на себя полномочия единоличного исполнительного органа ООО «Клиника «Линлайн».

В соответствии с выпиской из единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) от 05.03.2019 Франгулова Ю.Ю. является руководителем ООО «Сеть Клиник «Линлайн».

Участниками ООО «Клиника Линлайн» являются: Бадулина Е.В. (50% доли в уставном капитале), Трошин А.Г., Франгулова Ю.Ю. (16,67 % доли у каждого), Хомченко В.В. (16,66 % доли).

Между Трошкиным А.Г. (сторона 1), Франгуловой Ю.Ю. (сторона 2), Хомченко В.В. (сторона 3), Бадулиной Е.В. (сторона 4) и ООО «Сеть клиник «Линлайн» (сторона 5) 24.02.2011 заключено соглашение в соответствии с которым стороны 1, 2, 3, 4 выступают инвесторами создания клиники «Линлайн» в городе Томске на базе созданного ими ООО «Клиника «Линлайн». 

Дополнительно к формированию уставного капитала стороны 1, 2 предоставляют клинике заем в размере 2 500 000 руб., сторона 4 – в размере 5 000 000 руб. Заем предоставляется сроком на 5 лет, с процентной ставкой не более 10 %.

Между Бадулиной Е.В. (заимодавец) и ООО «Клиника «Линлайн» (заемщик) заключен договор займа от 05.03.2011 (в редакции дополнительных соглашений от 12.07.2011, 26.07.2011, далее – договор займа), в соответствии с которым заимодавец передал заемщику денежные средства в размере 3 994 285 руб.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, Бадулина Е.В., ссылаясь на подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности указала на совершение контролирующими лицами действий, повлекших прекращение деятельности и последующее банкротство ООО «Клиника «Линлайн», а именно: 

- смена места осуществления деятельности должника; 

- заключение соглашения от 26.06.2017 о замене стороны в договоре аренды нежилого помещения от 14.06.2016; 

- прекращение хозяйственной деятельности в январе 2018 года; 

- уклонение от получения санитарно-эпидемиологического заключения и переоформления лицензии на помещение по адресу: город Томск, улица Алексея Беленца, дом 6; 

- невнесение изменений в единый государственный реестр юридических лиц в части адреса местонахождения юридического лица; 

- неисполнение предписания прокурора об устранении нарушений законодательства; 

- воспрепятствование урегулированию задолженности перед кредитором; 

- непринятие мер по снятию ареста с контрольно-кассового аппарата и расчетного счета.

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий приводил доводы о неисполнении обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом в срок до 10.04.2011; заключение и одобрение договоров займа от 05.03.2011, 02.08.2016, 22.08.2016, 17.11.2016, что привело к невозможности ООО «Клиника Линлайн» отвечать по своим обязательствам, указанные сделки являются притворными и направлены на увеличение уставного капитала; за период с 28.03.2017 по 24.04.2018 произведено погашение займов участникам, данные платежи привели к неплатежеспособности должника. Руководителем управляющей организации ООО «Сеть Клиник «Линлайн» не исполнена обязанность по передаче бухгалтерской документации должника, что затрудняет выявить активы балансовой стоимостью 3 934 000 руб., а также имущества, приобретенного по договору купли-продажи от 25.02.2011 № 01-02/А11.

Удовлетворяя частично заявление, суд первой инстанции исходил из наличия совокупности оснований для привлечения ООО «Сеть Клиник «Линлайн» и Франгуловой Ю.Ю. к субсидиарной ответственности применительно к подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, установил наличие причинно-следственной связи между искажением сведений бухгалтерской отчетности и затруднительностью проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, формирования конкурсной массы и как следствие невозможностью удовлетворения требований кредиторов. Отказывая в удовлетворении заявления в остальной части, суд первой инстанции исходил из недоказанности обстоятельств, указанных в качестве оснований требования.

Апелляционный суд согласился с выводами арбитражного суда.

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Учитывая период совершения ООО «Сеть Клиник «Линлайн», Франгуловой Ю.Ю., Бадулиной Е.В. вменяемых им действий, являющихся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, применению подлежат положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Из подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в том числе отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, - это, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения.

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.05.2018 № 305-ЭС17-21627).

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таким образом, именно на ответчике в силу статей 9, 65 АПК РФ возложено бремя опровержения данной презумпции (при ее доказанности), в частности, что документы переданы конкурсному управляющему либо их отсутствие не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Наступление ответственности руководителя за непередачу либо искажение документов бухгалтерского учета и (или) отчетности обусловлено не только с самим фактом не передачи (искажения), но в совокупности и с тем фактом, что в результате такой не передачи (искажения) существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности в существенном затруднении проведения процедуры банкротства, в том числе формирования и реализации конкурсной массы.

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

По правилам части 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон о бухгалтерском учете) ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, то есть лицом, являющимся единоличным исполнительным органом экономического субъекта.

Согласно приведенным в абзаце втором пункта 5 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснениям, если в качестве руководителя должника выступает управляющая компания (пункт 3 статьи 65.3 Гражданского кодекса Российский Федерации), предполагается, пока не доказано иное, что контролирующими должника лицами являются как эта управляющая компания, так и ее руководитель, которые по общему правилу несут ответственность, указанную в статьях 61.11 - 61.13, 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (пункты 3 и 4 статьи 53.1, абзац первый статьи 1080 Гражданского кодекса Российский Федерации).

Так, в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности указано на искажение бухгалтерской отчетности, что привело к существенному затруднению формирования конкурсной массы.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, принимая во внимание, что по данным бухгалтерской отчетности ООО «Клиника «Линлайн» за 2017 год выручка составила 10 985 000 руб., при этом, согласно сведения программы 1С «Статистика Томск за 01.01.2017 - 21.12.2017» (общая сумма продаж медицинских услуг составляет 16 906 648 руб. исходя из того, что в соответствии со сведениями оперативной отчетности за 2017 год «Статистика Томск за 2017 г.» общая сумма продаж медицинских услуг составляет 16 992 807 руб., размер доходов – 16 478 633 руб., сумма расходов – 14 866 161 руб., суды признали, что указанное свидетельствует как о недостоверности данных бухгалтерской отчетности ООО «Клиника Линлайн» за 2017 год в части размера полученной выручки и чистой прибыли, так и о намеренном искажении указанных сведений руководителем должника.

Более того, предоставленные в материалы дела авансовые отчеты за ноябрь - декабрь 2017 год на общую сумму 213 997,66 руб. подтверждают оборот у должника наличных денег, не учтенных в бухгалтерской отчетности за 2017 год по показателям «выручка», что также подтверждает искажение данных бухгалтерской отчетности.

Доводы кассаторов о том, что учтенная в бухгалтерской отчетности за 2017 год выручка включала в себя сумму скидок, бонусов и программ лояльности были предметом рассмотрения нижестоящих судов и им дана надлежащая правовая оценка с указанием в судебном акте мотивов их отклонения, с которой судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы.

Учитывая изложенное, установив, что действия контролирующих должника лиц по искажению бухгалтерской документации привели к существенному затруднению проведения процедуры банкротства, в том числе формированию конкурсной массы (невозможно установить основания выбытия денежных средств, сведения о которых не были отражены в бухгалтерской отчетности) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов, суды первой и апелляционной инстанции пришли к правильному выводу о доказанности совокупности условий для привлечения к ответственности и по данному основанию.

Окончательный размер субсидиарной ответственности Франгуловой Ю.Ю., ООО «Сеть Клиник «Линлайн», с учетом требований пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в настоящее время не определен судом. 

В ходе рассмотрения обособленного спора возражения ответчиков (за исключением Бадулиной Е.В.) сводились к тому, что в условиях корпоративного конфликта, Бадулиной Е.В. осуществлялись действия, ставшие причиной наступления у ООО «Клиника «Линлайн» объективного банкротства, формирования задолженности перед единственным независимым кредитором - Федеральной налоговой службой.

Существо корпоративного конфликта сводится к тому, что собственники бизнеса используя различные инструменты стремятся перераспределить действующие доли в бизнесе для дальнейшего получения больших по объему материальных благ от коммерческой деятельности предприятия. Такое поведение контролирующих лиц, как правило, влечет нарушение нормальной хозяйственной деятельности предприятия, вследствие чего контрагенты должника и вынужденные кредиторы (например, работники) не получают встречного предоставления в рамках имеющихся правоотношений.

В условиях корпоративного конфликта формируется две или более группы лиц, объединенных полярными интересами и представлениями о дальнейшем развитии бизнеса, в связи с этим действия одной из этих групп направлены на изменение структуры предприятия, а другая группа вынуждена предпринимать действия по сохранению ординарного производственного цикла предприятия. Тем самым формируется конфликт между личными имущественными интересами контролирующих лиц и коммерческими интересами подконтрольного им юридического лица, который подлежит разрешению с использованием специальных корпоративных способов защиты (статьи 10, 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Последствия корпоративного конфликта не могут быть переложены контролирующими лицами на независимых кредиторов.

Как следует из разъяснений, содержащихся в вопросе 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020, требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам и не может служить средством разрешения корпоративного конфликта.

В рассматриваемом случае суды двух инстанций сделали правильные выводы о наличии между Бадулиной Е.В. и иными участниками ООО «Клиника «Линлайн» корпоративного конфликта, возникшего в связи с необходимостью дальнейшего инвестирования деятельности должника. При этом, последовательное совершение Бадулиной Е.В. действий, связанных с взысканием в судебном порядке задолженности по договору займа, возбуждением исполнительного производства и наложением ареста на имущества должника, фактически привело к прекращению хозяйственной деятельности должника. В указанном случае финансовые затруднения явились следствием корпоративного конфликта между участниками должника.

Факт включения Бадулиной Е.В. в реестр требований кредиторов, не служит достаточным доказательством того, что указанный кредитор является независимым от должника и лиц, в отношении которых подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Из положений пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. При этом в силу абзаца третьего названного пункта не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица.

Таким образом, Закон о банкротстве допускает ситуацию, при которой, требования кредитора, заинтересованного по отношению к должнику и контролирующих его лиц, включены в реестр, однако, указанные лица не имеют права на такое средство защиты, как привлечение к субсидиарной ответственности. 

Вместе с тем довод кассаторов, что Бадулиной Е.В. не принадлежит право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, не может являться основанием для отмены правильного по существу судебного акта, так как заявление о привлечении к субсидиарной ответственности объединено для совместного рассмотрения с требованием управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, доводы которого, по сути, дополняли требования Бадулиной Е.В.

Отказывая в удовлетворении требований о привлечении Бадулиной Е.В. к субсидиарной ответственности, суды обоснованно исходили из того, что действия по принудительному взысканию задолженности в условиях корпоративного конфликта, являлось единственным способом для возврата ранее предоставленных ООО «Клиника «Линлайн» денежных средств. Правомерные действия по истребованию задолженности, не могут выступать в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства. 

Иные доводы кассационной жалобы направлены на переоценку установленных обстоятельств спора, не опровергают выводы судов первой и апелляционной инстанций, по сути, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом фактических обстоятельств дела, в связи с чем не могут быть приняты во внимание судом кассационной инстанции в силу пределов его компетенции, установленных частью 3 статьи 286 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Томской области от 28.01.2021 в обжалуемой части и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2021 по делу № А67-7067/2018 оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий					О.В. Жирных

Судьи									М.Ю. Бедерина

										Ю.И. Качур