АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГАИменем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-10477/2021

г. Краснодар

21 апреля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 апреля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 апреля 2022 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Калашниковой М.Г. и Резник Ю.О., при участии в судебном заседании истца – ФИО1 (паспорт), в отсутствие ответчика – ФИО2, третьего лица – общества с ограниченной ответственностью «Югтранснефть» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Ростовской области от 01.11.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда                       от 28.12.2021 по делу № А53-10477/2021, установил следующее.

ФИО1 обратилась в арбитражный суд с исковым заявлением о привлечении руководителя ООО «Югтранснефть» ФИО2 (далее – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица и взыскании с него 3 487 268 рублей 45 копеек. 

Решением от 01.11.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 28.12.2021, в удовлетворении требований отказано. Судебные акты мотивированы отсутствием в материалах дела доказательств недобросовестности либо неразумности действий ответчика, повлекших неисполнение обязательств                    ООО «Югтранснефть».

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить судебные акты. По мнению заявителя, суды пришли к необоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности. В судебном заседании  ФИО1 поддержала доводы жалобы.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационную жалобу надлежит оставить без удовлетворения.

Как видно из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 03.10.2018 по делу № А53-23829/2018 с ООО «Югтранснефть» в пользу ООО «Компания-Фортуна» взыскано 2 849 976 рублей неосновательного обогащения, 637 292 рубля 45 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами, а также проценты за пользования чужими денежными средствами, начисленные на сумму долга, начиная с 25.07.2018 по день фактического исполнения обязательства. Определением от 09.06.2020 суд произвел процессуальную замену взыскателя – ООО «Компания-Фортуна» на правопреемника – ФИО1 Судебный акт ООО «Югтранснефть» не исполнило в добровольном порядке. Возбуждено исполнительное производство № 127861/20/61085-ИП. 

ФИО1 обратилась с заявлением о признании ООО «Югтранснефть» несостоятельным (банкротом). Однако определением Арбитражного суда Ростовской области от 03.02.2021 производство по делу № А53-21874/20 о банкротстве общества прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. 

Ссылаясь на пункт 3 статьи 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ФИО1 обратилась в арбитражный суд с настоящим иском. 

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

По смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона (пункт 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53)).

В соответствии с пунктом 4 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017  № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 – 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017. Определение о прекращении процедуры банкротства по делу № А53-21874/2020 вынесено судом 03.02.2021.

Согласно пункту 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела, ФИО2 является единственным участником и генеральным директором ООО «Югтранснефть».

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Согласно пункту 24 постановления № 53 заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Истец в заявлении на какие-либо конкретные нарушения не ссылался. В апелляционной и кассационной жалобах ФИО1 указывает на неисполнение ответчиком как руководителем ООО «Югтранснефть» обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации и товарно-материальных ценностей на основании пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве. Вместе с тем, как отметили суды, сам факт непредставления руководителем должника документов бухгалтерского учета и не отражение в бухгалтерской отчетности кредиторской и дебиторской задолженности, не может являться безусловным основанием для удовлетворения заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности при недоказанности наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и невозможностью удовлетворения требований кредитора.

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Указанная ответственность соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете») и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Указанная ответственность является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Кодекса).

Однако, определением от 03.02.2021 производство по делу № А53-21874/2020 по заявлению ФИО1 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Югтранснефть» прекращено в связи с отсутствием у должника денежных средств и имущества для финансирования процедуры банкротства на стадии рассмотрения обоснованности заявления. Какая-либо из процедур, применяемых в деле о банкротстве, в отношении ООО «Югтранснефть» не вводилась, требования заявителя обоснованными не признавались, кредиторы в реестр не включались, арбитражный управляющий не утверждался судом, в связи с чем основания для исполнения обязанности по предоставлению вышеуказанных документов у руководителя должника отсутствовала.

Производство по делу № А53-21874/2020 прекращено по основаниям, предусмотренным абзацем 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве; при этом, указанные положения не определяют вину должника, а также противоправный умысел.

Таким образом, ООО «Югтранснефть» считается действующим предприятием. Возможность взыскания задолженности, исполнения решения Арбитражного суда Ростовской области от 03.10.2018 по делу № А53-23829/2018, в том числе в рамках исполнительного производства, не утрачена. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622 (4,5,6), включенной в Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 10.06.2020), причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 или 61.12 Закона о банкротстве.

Обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в том числе отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, являются, по сути, лишь презумпцией, облегчающей процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения и момент наступления обстоятельств презумпции может не совпадать с моментом правонарушения.

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов. Между тем, как отметили суды, заявитель не представил в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства того, что ответчиком бухгалтерская документация укрывалась.

Вопреки доводам жалобы, факт сокрытия должником имущества и сведений о своем финансовом состоянии не установлен в определении суда от 03.02.2021 по делу № А53-21874/2020, из указанного судебного акта таких выводов суда не следует.

Наличие у общества непогашенной задолженности, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату спорного долга. Суды указали, что в материалах дела отсутствуют доказательства умышленных действий ответчика по неисполнению обязательств                   ООО «Югтранснефть» перед истцом; отсутствуют доказательства совершения ответчиком каких-либо действий по выводу имущества и денежных средств с целью неисполнения обязательств или присвоения денежных средств и иных действий, направленных на доведение общества до банкротства.

При таких обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о недоказанности недобросовестности либо неразумности в действиях ответчика как контролирующего лица ООО «Югтранснефть», что исключает причинно-следственную связь между вменяемыми действиями и наступившими последствиями в виде неисполнения решения арбитражного суда в пользу истца.

Доводы кассационной жалобы не опровергают выводов судов, направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Между тем пределы рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции установлены положениями статьи 286 данного Кодекса. Арбитражный суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по оценке (переоценке) и исследованию фактических обстоятельств дела, выявленных в ходе его рассмотрения по существу (пункты 28 и 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13                   «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нормы права при рассмотрении дела применены правильно. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену обжалуемых судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены. Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 01.11.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2021 по делу № А53-10477/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                               С.М. Илюшников

Судьи                                                                                                              М.Г. Калашникова

Ю.О. Резник