СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-15405/2021(2)-АК

Дело № А50-29664/2020

12 мая 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 мая 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 12 мая 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего  Плаховой Т.Ю.,

судей Герасименко Т.С., Мартемьянова В.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

конкурсного управляющего ФИО2, паспорт;

представителя ФИО3 - ФИО4, паспорт, доверенность от 01.06.2021;

представителя ФИО5 - ФИО6, паспорт, доверенность от 10.11.2021;

представителя кредитора ПАО «Пермэнергосбыт» - ФИО7, паспорт, доверенность от 01.01.2020;

иные лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 21 января 2022 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительным решения, оформленного протоколом общего собрания участников № 32 от 21.04.2017, сделки ООО «Сервисный центр «Контакт» по выплате дивидендов путем перечисления денежных средств ФИО3 на сумму 2 688 632 руб., сделки ООО «Сервисный центр «Контакт» по выплате дивидендов путем перечисления денежных средств ФИО5 на сумму 1 311 368 руб.,

вынесенное в рамках дела № А50-29664/2020

о признании ООО «Сервисный центр «Контакт» несостоятельным (банкротом) (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

установил:

определением суда Пермского края от 08.12.2020 заявление ООО «Сервисный центр «Контакт» (далее – должник) о признании его несостоятельным (банкротом) принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.

Определением суда от 25.01.2020 заявление ООО «Сервисный центр «Контакт» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО8.

Объявление о введении процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 21 от 06.02.2021.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 28.05.2021 (резолютивная часть от 27.05.2021) ООО «Сервисный центр «Контакт» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Объявление о признании должника банкротом, опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 96 от 05.06.2020.

10.08.2021 конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением, в котором просил признать недействительной сделку между ООО «Сервисный центр «Контакт» и ФИО3 (далее – ответчик, ФИО3) по выплате дивидендов путем перечисления денежных средств на сумму 2 688 632 руб.; применить последствия недействительности сделки в виде взыскания со ФИО3 в пользу ООО «Сервисный центр «Контакт» денежных средств в размере 2 688 632 руб.; признать недействительной сделку между ООО «Сервисный центр «Контакт» и ФИО5 (далее – ответчик, ФИО5) по выплате дивидендов путем перечисления денежных средств на сумму 1 311 368 руб.; применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 в пользу ООО «Сервисный центр «Контакт» денежных средств в размере 1 311 368 руб.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 30.09.2021 (резолютивная часть от 29.09.2021) конкурсное производство в отношении ООО «Сервисный центр «Контакт» прекращено, суд определил перейти к процедуре внешнего управления сроком на восемнадцать месяцев. Внешним управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие».

В ходе судебного разбирательства внешний управляющий должника уточнил требования, просил признать недействительным решение, оформленное протоколом общего собрания участников № 32 от 21.04.2017; признать недействительной сделку между ООО «Сервисный центр «Контакт» и ФИО3 по выплате дивидендов путем перечисления денежных средств на сумму 2 688 632 руб.; применить последствия недействительности сделки в виде взыскания со ФИО3 в пользу ООО «Сервисный центр «Контакт» денежных средств в размере 2 688 632 руб.; признать недействительной сделку между ООО «Сервисный центр «Контакт» и ФИО5 по выплате дивидендов путем перечисления денежных средств, на сумму 1 311 368 руб.; применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 в пользу ООО «Сервисный центр «Контакт» денежных средств в размере 1 311 368 руб.

Уточнение принято к рассмотрению на основании ст. 49 АПК РФ.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 13.01.2022 (резолютивная часть от 10.01.2022) ООО «Сервисный центр «Контакт» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие».

Определением Арбитражного суда Пермского края от 21.01.2022 (резолютивная часть от 14.01.2022) заявление о признании недействительным решения, оформленного протоколом общего собрания участников № 32 от 21.04.2017, сделки ООО «Сервисный центр «Контакт» по выплате дивидендов путем перечисления денежных средств ФИО3 на сумму 2 688 632 руб., сделки ООО «Сервисный центр «Контакт» по выплате дивидендов путем перечисления денежных средств ФИО5 на сумму 1 311 368 руб. оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 21.01.2022 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований управляющего.

В апелляционной жалобе ссылается на то, что выводы суда первой инстанции об отсутствии на момент выплаты дивидендов признаков несостоятельности (банкротства) у должника, в том числе признаков неплатежеспособности, опровергаются материалами дела. Конкурсный управляющий полагает, что по состоянию на дату совершения оспариваемой сделки ООО «Сервисный центр «Контакт» имело неисполненные более шести месяцев обязательства перед кредитором, что, по мнению конкурсного управляющего, указывает на признаки несостоятельности (банкротства) должника - субъекта естественной монополии. Также, с позиции апеллянта,  не подтверждает отсутствие признаков несостоятельности у ООО «Сервисный центр «Контакт» на апрель 2017 года отсутствие исполнительных документов, возбужденных исполнительных производств, постановлений об их окончании, поскольку их наличие либо отсутствие  подлежат установлению при возбуждении дела о банкротстве по заявлению кредитора, а п. 1 ст. 29 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» не предусматривает необходимости установления этих обстоятельств, как препятствующих выплате дивидендов, для вывода о наличии которых достаточно факта наличия просроченной за шесть и более месяцев задолженности по обязательствам. Конкурсный управляющий полагает вывод суда первой инстанции о недоказанности совершения сделок при злоупотреблении участниками должника своими правами не соответствующим материалам дела. Правовой подход, установленный судебной практикой о необходимости доказывания того, что оспариваемые сделки обладают пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, считает в настоящем споре не применимым. По мнению конкурсного управляющего, выплата дивидендов в условиях непогашенной задолженности перед внешними кредиторами, отсутствии денежных средств, достаточных для ее погашения, покрытие убытка за счет денежных средств кредиторов, выведенных из оборота общества, не является добросовестным и разумным поведением ответчиков, подлежащим судебной защите.

До судебного заседания от ответчиков ФИО3 и ФИО5, поступили отзывы, в которых возражают против доводов апелляционной жалобы.

От кредиторов ПАО «Пермэнергосбыт» и АО «ЭнергосбыТ Плюс» поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу, в которых поддерживают доводы апелляционной жалобой конкурсного управляющего.

От ФИО5 поступило письменное заявление о рассмотрении дела в отсутствие его представителей.

Заявление ФИО5 рассмотрено в порядке ст. 159 АПК РФ и удовлетворено на основании ст. 156 АПК РФ.

В судебном заседании конкурсный управляющий должника ФИО2, представитель ПАО «Пермэнергосбыт» доводы апелляционной жалобы поддерживают; представители ответчиков ФИО5 и ФИО3 с доводами апелляционной жалобы не согласны по основаниям, изложенным в отзывах на апелляционную жалобу.

Конкурсный управляющий должника ФИО2 заявил ходатайство о приобщении к материалам дела копии финансово-экономической экспертизы. Согласно пояснениям конкурсного управляющего, данная экспертиза проведена по делу № А50-29664/2020 в рамках спора о привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности, составленный по итогам ее проведения документ поступил в суд уже после принятия обжалуемого судебного акта, в нем содержатся выводы на поставленные перед экспертом вопросы о моменте наступления неплатежеспособности должника и моменте возникновения недостаточности имущества должника. 

Рассмотрев заявленное ходатайство, апелляционный суд в его удовлетворении отказал. Из Картотеки арбитражных дел усматривается представление финансово-экономической экспертизы суду первой инстанции 09.03.2022, однако, данный документ представлен суду апелляционной инстанции непосредственно в судебном заседании. Учитывая незаблаговременное представление документа, его приобщение к материалам дела повлечет отложение судебного разбирательства, приведет к затягиванию рассмотрения спора. При этом в материалах дела имеются иные доказательства, на которые ссылается конкурсный управляющий в обоснование своей позиции, в том числе относительно момента возникновения неплатежеспособности должника и недостаточности его  имущества.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, в порядке ст.ст. 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ООО «Сервисный центр «Контакт» создано при его регистрации 18.04.2005.

По состоянию на апрель 2017 года размер уставного капитала состоял из номинальной стоимости доли его участников и составлял 10 000 руб.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, участниками ООО «Сервисный центр «Контакт» являются: ФИО3 (67,2158%); ФИО5 (32,7842%).

Генеральным директором ООО «ООО «Сервисный центр «Контакт» являлся ФИО3

21.04.2017 участниками общества подписан протокол № 32 общего собрания участников о распределении части прибыли за 2016 год в размере          4 000 000 руб. пропорционально долям участников общества: ФИО3 начислено 2 688 632руб., ФИО5 – 1 311 368 руб.

Принятие общим собранием участников общества указанного решения подтверждено свидетельством нотариуса об удостоверении факта принятия решения органом управления юридического лица и о составе участников (членов) этого органа, присутствующих при принятии данного решения от 21.04.2017 серии 59 АА № 2067852.

21.04.2017 произведена выплата дивидендов, что подтверждено выпиской по расчетному счету ООО «Сервисный центр «Контакт» за 21.04.2017.

Ссылаясь на то, что по состоянию на дату принятия решения о выплате дивидендов за 2016 год, с последующей их выплатой в апреле 2017 года, результатом деятельности должника за первый квартал 2017 года являлся убыток в размере 11 798 тыс.руб., сделка совершена с заинтересованными по отношению к должнику лицами, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий имуществом должника обратился в суд с заявлением о признании недействительными решения, оформленного протоколом общего собрания участников № 32 от 21.04.2017, и сделок по выплате дивидендов ФИО3, ФИО5 на основании ст.ст. 10, 167, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), ст. 29 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Рассмотрев настоящий спор, арбитражный суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего. 

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, выслушав участников процесса, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта.

В силу ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон) и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно ст. 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

На основании п. 3 ст. 129 названного Закона конкурсный управляющий вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершенных должником.

В силу п. 1 ст. 61.1 того же Закона сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Сервисный центр «Контакт» возбуждено определением суда от 08.12.2020, оспариваемые сделки совершены должником 21.04.2017, то есть за пределами сроков подозрительности сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

Согласно абз. 4 п. 4 Постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст.ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. При этом норма ст. 10 ГК РФ закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

Упомянутые разъяснения применимы к сделкам с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

По правилам п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 7 Постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п.п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В ст. 1 ГК РФ отмечено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения ст. 10 ГК РФ применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в ст. 10 ГК РФ, в связи с чем, такая сделка подлежит признанию недействительной на основании ст.ст. 10 и 168 ГК РФ.

В п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера последствий такового поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 28 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрено, что общество вправе ежеквартально, раз в полгода или раз в год принимать решение о распределении своей чистой прибыли между участниками общества. Решение об определении части прибыли общества, распределяемой между участниками общества, принимается общим собранием участников общества.

Согласно п. 2 ст. 29 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество не вправе выплачивать участникам общества прибыль, решение о распределении которой между участниками общества принято:

если на момент выплаты общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с федеральным законом о несостоятельности (банкротстве) или если указанные признаки появятся у общества в результате выплаты;

если на момент выплаты стоимость чистых активов общества меньше его уставного капитала и резервного фонда или станет меньше их размера в результате выплаты;

в иных случаях, предусмотренных федеральными законами.

В силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Действительно оспариваемые сделки совершены заинтересованными по отношению к должнику лицами – ФИО3, ФИО5, ведущими совместную экономическую деятельность.

Согласно отчету о финансовых результатах за январь - декабрь 2016 года, ООО «Сервисный центр «Контакт» получило чистую прибыль в размере 4 961 000 руб.

Из бухгалтерского баланса на 31.12.2016 следует, что величина активов ООО «Сервисный центр «Контакт» составляла 314 953 тыс. руб., величина обязательств – 162 768 тыс. руб., стоимость чистых активов – 152 185 тыс. руб.

В отчете об изменениях капитала за январь - декабрь 2016 года также указана стоимость чистых активов должника 152 185 тыс. руб.

Достоверность данных, отраженных в отчетности за 2016 год, подтверждена аудиторским заключением от 06.04.2017 по бухгалтерской (финансовой) отчетности.

Вопреки доводам конкурсного управляющего, само по себе наличие убытка за первый квартал 2017 года в размере 11 798 тыс.руб. не свидетельствует об отсутствии у участников общества права на получение дивидендов за 2016 год.

На момент выплаты дивидендов стоимость чистых активов должника многократно превышала размер уставного капитала ООО «Сервисный центр «Контакт».

Доказательств того, что в результате выплаты дивидендов в апреле 2017 года по итогам 2016 года стоимость чистых активов общества стала меньше уставного капитала ООО «Сервисный центр «Контакт», не представлено.

Напротив, из бухгалтерского баланса на 31.12.2017 следует, что величина активов ООО «Сервисный центр «Контакт» составляла 429 956 тыс.руб., величина обязательств – 349 036 тыс.руб., стоимость чистых активов за 2017 год составила 80 920 тыс.руб.

Указанная стоимость чистых активов должника отражена и в отчете об изменениях капитала за январь - декабрь 2017 года.

Достоверность данных, отраженных в отчетности за 2017 год, также подтверждена аудиторским заключением от 07.06.2018 по бухгалтерской (финансовой) отчетности.

Опровергая данные бухгалтерского баланса ООО «Сервисный центр «Контакт» за 2016, 2017 годы, конкурсный управляющий представил заключение специалиста от 29.12.2021, который пришел к следующим выводам:

1.В бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Сервисный центр «Контакт» за 2016-2017 годы неверно отражены хозяйственные операции по оприходованию на баланс движимого и недвижимого имущества по концессионному соглашению в отношении объектов теплоснабжения, находящихся в муниципальной собственности Юго-Камского сельского поселения от 01.11.2016 в сумме 119 478,6 тыс.руб.

2.Неверно отражена кредиторская задолженность. По данным бухгалтерского баланса на 31.12.2016 кредиторская задолженность составляет 162 768 тыс.руб., фактически – 43 289 тыс.руб. На 31.12.2017 кредиторская задолженность по данным бухгалтерского баланса составляет 349 036 тыс.руб., фактически 229 557 тыс.руб.

Вместе с тем, указанное заключение специалиста не указывает на отсутствие у участников общества права на принятие решения о выплате дивидендов по итогам 2016 года.

Первоначальная стоимость объекта концессионного соглашения определена как рыночная стоимость и составляет 119 478 600 руб., что подтверждено вступившими в законную силу решением Пермского краевого суда от 06.09.2017 по делу № За-165-2017 и определением Верховного Суда Российской Федерации от 11.01.2018 № 44-АПГ17-24.

Действительно, стоимость права владения и пользования объектом концессионного соглашения в сумме 119 478 600 руб. должником ошибочно была отражена в строке «Основные средства» актива баланса, вместо строки актива баланса «Нематериальные активы».

Вместе с тем, допущенное нарушение не привело к искажению данных самого бухгалтерского баланса, поскольку стоимость активов при этом не изменилась.

Кредиторская задолженность ООО «Сервисный центр «Контакт» перед представителем собственника муниципального имущества – Администрацией Юго-Камского сельского поселения также составляет             119 478 600 руб., поскольку концессионер принял на себя обязательство вернуть концеденту имущество именно этой стоимостью.

Размер кредиторской задолженности в сумме 119 478 600 руб., соответствующий обязательству концессионера вернуть объекты концессионного соглашения, одновременно учтен должником и в пассиве баланса в строке «Кредиторская задолженность», что соответствует требованиям ПБУ 14/2007.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции  признал, что стоимость чистых активов 152 185 тыс. руб., указанная в бухгалтерском балансе за 2016 год и в отчете об изменениях капитала за январь - декабрь 2016 года, основана на данных, отражающих реальные величины активов и пассивов должника за 2016 годы. 

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно отклонил доводы конкурсного управляющего о необоснованном увеличении актива баланса должника за счет указания в указанном разделе стоимости нематериального актива – права владения и пользования объектом концессионного соглашения в сумме 119 478 600 руб. 

Указание специалистом на меньший размер кредиторской задолженности по сравнению с данными баланса не свидетельствует о том, что размер чистых активов не позволял принять решение о выплате дивидендов, напротив увеличивает стоимость чистых активов.

Согласно подпункту 4 пункта 6 «Основ ценообразования» субъекты электроэнергетики предоставляют для целей государственного регулирования цен (тарифов) данные раздельного учета (в том числе первичного бухгалтерского учета) активов продукции, доходов и расходов по следующим видам деятельности в сфере электроэнергетики: передача электрической энергии по электрическим сетям, принадлежащим на праве собственности или на ином законном основании территориальным сетевым организациям (в том числе эксплуатация объектов электросетевого хозяйства), с разбивкой по субъектам Российской Федерации, в случае если организация осуществляет регулируемую деятельность на территории более одного субъекта Российской Федерации.

Согласно пункту 19 Приказ Минфина России от 06.05.1999 № 33н «Об утверждении Положения по бухгалтерскому учету «Расходы организации» ПБУ 10/99», расходы признаются в отчете о финансовых результатах с учетом связи между произведенными расходами и поступлениями (соответствие доходов и расходов).

В соответствии с пунктом 65 Приказа Минфина России от 29.07.1998 № 34н «Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации» затраты, произведенные организацией в отчетном периоде, но относящиеся к следующим отчетным периодам, отражаются в бухгалтерском балансе в соответствии с условиями признания активов, установленными нормативными правовыми актами по бухгалтерскому учету, и подлежат списанию в порядке, установленном для списания стоимости активов данного вида.

Из изложенных норм права следует, что для формирования финансовых результатов должник обязан был формировать (списывать) расходы по оказанию услуг по передаче электрической энергии на территории Удмуртской Республики отдельно от расходов, относящихся к деятельности, осуществляемой на территории Пермского края.

Тариф на услуги по передаче электрической энергии на территории Удмуртской Республики был установлен для ООО «Сервисный центр «Контакт» только с 01.05.2017 Приказом Минэнерго Удмуртской Республики от 25.04.2017 № 7/1.

04.08.2017 между должником и ПАО «МРСК Центра и Приволжья» было подписано соглашение об объемах оказанных услуг за период с 01.05.2017 по 31.07.2017.

Доходы от деятельности по передаче электрической энергии на территории Удмуртской Республики должник мог принять к бухгалтерскому учету не ранее июля 2017 года, следовательно, затраты, относящиеся к деятельности по оказанию услуг по передаче электроэнергии в Удмуртской Республике и являющиеся по сути расходами будущих периодов, должник мог списать лишь в июле 2017 года, когда у него появились доходы от деятельности.

Ссылка управляющего на наличие у должника уже по итогам 2016 года убытка от основного вида деятельности, как обстоятельства, препятствующего выплате дивидендов, является несостоятельной, поскольку при определении финансовых итогов по результатам отчетного периода подлежат учету доходы от всех видов деятельности общества, в том числе применительно к вопросу об установлении оснований для выплаты дивидендов. Действующим законодательством не предусмотрено, что для разрешения указанного вопроса учитываются только доходы от основного вида деятельности общества. 

Учитывая указанные выше данные бухгалтерской отчетности  по результатам 2016 года, оснований полагать принятое участниками ООО «Сервисный центр «Контакт» решение о выплате дивидендов за счет чистой прибыли незаконным не имеется.

Кроме того, суд первой инстанции справедливо учел, что ФИО3 и ФИО5, принимая решение о распределении чистой прибыли за 2016 год в апреле 2017 года, обоснованно полагались на квалифицированное мнение независимой аудиторской компании, изложенное в аудиторском заключении от 06.04.2017, согласно которому бухгалтерская (финансовая) отчетность отражает достоверно во всех существенных отношениях финансовое положение ООО «Сервисный центр «Контакт» по состоянию на 31 декабря 2016 года, результаты его финансово-хозяйственной деятельности и движение денежных средств за 2016 год в соответствии с российскими правилами составления бухгалтерской (финансовой) отчетности.

Более того, факт осуществления активной хозяйственной деятельности ООО «Сервисный центр «Контакт» на момент принятия решения о выплате дивидендов подтвержден также бухгалтерским мнением (заключением) по перечню вопросов, касающихся анализа бухгалтерской отчетности ООО «Сервисный центр «Контакт», в котором помимо прочего специалистом сделаны выводы о том, что чистая прибыль должника по итогам 2016 года составила 4 961 тыс.руб. 

Факт ошибочного учета и оприходования имущества стоимостью 119 478 600 руб. не повлиял на размер чистых активов должника и право его участников распределить чистую прибыль общества.

Также судом первой инстанции обоснованно отклонены доводы управляющего о том, что на момент принятия решения и выплате дивидендов ООО «Сервисный центр «Контакт» обладало признаками несостоятельности (банкротства).

Судебные разбирательства, инициированные ПАО «Пермэнергосбыт», не свидетельствуют о неспособности ООО «Сервисный центр «Контакт» удовлетворить требования кредитора.

Между гарантирующим поставщиком ПАО «Пермэнергосбыт» и сетевой организацией ООО «Сервисный центр «Контакт» имелись принципиальные разногласия по определению объема и стоимости поставленной электроэнергии, урегулирование которых осуществлялось исключительно в судебном порядке.

При этом урегулирование разногласий по определению объема и стоимости электроэнергии в целях компенсации фактических потерь между гарантирующими поставщиками и ООО «Сервисный центр «Контакт» в рамках судебных разбирательств – обычная практика, существовавшая на всем протяжении деятельности должника. 

При этом неоспариваемые объемы электрической энергии признавались и оплачивались должником.

Конкурсный управляющий не отрицает факт оплаты должником задолженности в неоспариваемой части, но обращает внимание на то, что такая оплата составляла не более 10-20% от общего размера требований кредитора. С позиции управляющего, должник намеренно уклонялся от оплаты электрической энергии в добровольном порядке, в том числе в неоспариваемой части ввиду отсутствия на это необходимых денежных средств, в результате реализации такой схемы оплата энергоресурса осуществлялась им через значительный период после его получения, при этом текущие обязательства исполнялись в несущественном размере. В обоснование своей позиции управляющий сослался на судебный акт по делу № А50-21010/2017 от 29.06.2018.

Суд первой инстанции, рассмотрев данный довод, счел его несостоятельным, поскольку стоимость потерь электрической энергии в сетях должника, в том числе на основании актов электропотребления, расчетов объема электропотребления населением, представленных гарантирующим поставщиком определялась именно в ходе рассмотрения дела в суде; неоспариваемый объем электрической энергии за период с сентября по декабрь 2016 года был определен должником только в 2018 году при рассмотрении дела № А50-21010/2017. Признание должником в ходе рассмотрения данного дела значительной части задолженности, не означает, что до обращения в суд у него отсутствовали разногласия с поставщиком газа по объему электропотребления и, соответственно, стоимости подлежащей оплате электрической энергии.  

Кроме того, у должника имелись в распоряжении свободные денежные средства, размещенные на счетах банковского вклада (депозита) на основании договора № 907708978 от 11.09.2015, договора № 1454145003 от 30.12.2016, договора № 1820878248 от 28.09.2017, договора № 2144231836 от 11.05.2018.

Согласно оборотно-сальдовым ведомостям по счету 58.06, обороты по депозитным счетам (банковским вкладам) за 2017 год составили 172 022 503 руб. 29 коп., остаток денежных средств во вкладах на конец 2017 года составил 29 700 000 руб.; обороты за 2018 год составили 105 591 140 руб. 18 коп., остаток денежных средств во вкладах на конец 2018 года составлял 10 031 631 руб.; обороты за 2019 год составили 73 793 747 руб. 45 коп., остаток денежных средств во вкладах на конец 2019 года составлял 2 376 851 руб. 

Как следует из пояснений ответчиков, денежные средства для оплаты полученной электроэнергии резервировались должником путем размещения на указанных счетах, на условиях снятия денежных средств по требованию, после вступления в законную силу судебного акта установленная им задолженность оплачивалась, в том числе за счет денежных средств с указанных счетов.

В опровержение данных пояснений управляющий указывает на приобретение должником в декабре 2016 г. за счет денежных средств, накопленных путем размещения на банковских вкладах, электросетевого комплекса стоимостью порядка 67 млн. руб. 

Однако, как следует из пояснений конкурсного управляющего, данных в судебном заседании суда апелляционной инстанции, на конец 2016 года (то есть после покупки названного комплекса) на банковских вкладах у должника имелись денежные средства порядка 31 млн.руб., на конец  2017 года – 29,7 млн. руб., обороты по вкладам за 2017-2019гг. были значительными, с учетом чего следует признать, что денежные средства, размещенные на банковских вкладах, использовались должником, в том числе для расчетов со своими контрагентами, включая ПАО «Пермэнергосбыт». Данный кредитор и управляющий не отрицают, что должник произвел оплату за полученные в период по октябрь 2017 года включительно энергоресурсы. 

Также из материалов дела следует и судом первой инстанции установлено, что на протяжении 2016, 2017, 2018 годов должник производил оплату и по другим обязательствам, в том числе производил оплату налогов и выплату заработной платы работникам.

Кроме того, судом обоснованно принято во внимание, что ООО «Сервисный центр «Контакт» является субъектом естественной монополии.

В соответствии с п. 2 ст. 197 Закона о банкротстве субъект естественной монополии считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение шести месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

В соответствии с п. 3 ст. 197 Закона о банкротстве дело о банкротстве может быть возбуждено арбитражным судом, если требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и об уплате обязательных платежей к должнику – субъекту естественной монополии в совокупности составляют не менее чем 1 000 000 руб. Указанные требования должны быть подтверждены исполнительным документом и не удовлетворены в полном объеме путем обращения взыскания на имущество должника, указанное в п.п. 1 - 3 части 1 статьи 94 Закона об исполнительном производстве.

Согласно сведениям, указанным в таблице ответчика и подтвержденным судебными актами по соответствующим делам, по состоянию на момент выплаты дивидендов (21.04.2017) у должника имелась неисполненная более шести месяцев задолженность, которая возникла только за период с января по сентябрь 2016 года.

Период неисполнения обязательства по оплате электроэнергии за период с октября 2016 года по март 2017 года на момент выплаты дивидендов составлял менее шести месяцев.

Обязательство по оплате электроэнергии за период с апреля по август 2017 года на 21.04.2017 не существовало.

Судебные акты о взыскании с должника задолженности за указанные периоды вступили в законную силу не ранее марта 2018 года.

Исполнительные производства на основании судебных актов за указанные периоды по делам № А50-19505/2017, № А50-19760/2017, № А50-21010/2017, № А50-26129/2017 не возбуждались, поскольку задолженность, урегулированная и взысканная в судебном порядке, была оплачена должником сразу после вступления судебных актов в законную силу, что подтверждено банковскими выписками по лицевому счету, платежными ордерами.

Исполнительное производство было возбуждено лишь по исполнению решения Арбитражного суда Пермского края по делу № А50-41564/2017, вступившему в законную силу только 11.06.2020. 

Вместе с тем, постановления судебного пристава об окончании исполнительного производства в связи с невозможностью обращения взыскания на имущество должника не имеется. 

Согласно справке о движении денежных средств по депозитному счету по исполнительному производству № 53858/19/18017-СД по состоянию на 10.11.2020, выданной Межрайонным отделением судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств УФССП по Удмуртской Республике, неисполненной осталась задолженность в размере 10 коп.: решением Арбитражного суда Пермского края по делу № А50-41564/2017 взыскана в общей сложности сумма 25 832 532,90 руб., должником оплачена сумма 25 832 532,80 руб.

С учетом изложенного само по себе наличие возбужденных судебных дел по искам гарантирующего поставщика не свидетельствует о неспособности ООО «Сервисный центр «Контакт» удовлетворить их требования, на что правомерно указано судом первой инстанции.

При рассмотрении в рамках настоящего дела о банкротстве иного обособленного спора о признании недействительной сделки, совершенной 16.06.2017, то есть несколько позже сделки, оспариваемой по данному обособленному спору, суды пришли к аналогичному выводу, прямо указав на  то, что неплатежеспособность должника на момент совершения оспариваемых сделок опровергается материалами дела.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что как на момент принятия решения о выплате дивидендов, так и на момент выплаты дивидендов 21.04.2017 у ООО «Сервисный центр «Контакт» признаки неплатежеспособности отсутствовали.

Из материалов дела также не усматривается, что в результате выплаты дивидендов должник стал отвечать признакам несостоятельности.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований полагать, что принимая решение о выплате дивидендов и осуществляя платежи по выплате дивидендов, ответчики действовали со злоупотреблением правом.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником - банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ, п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве, п. 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Соответствующая правовая позиция представляет собой сложившееся направление судебной практики и, в частности, подтверждена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069.

В силу изложенного заявление конкурсного управляющего по данному обособленному может быть удовлетворено только в том случае, если он докажет наличие в оспариваемых сделках пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Между тем, доказательства совершения оспариваемых сделок исключительно с намерением причинить вред, то есть злоупотребления правом по смыслу ст. 10 ГК РФ, в материалы дела не представлены.

Вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания сделок по выплате ООО «Сервисный центр «Контакт» дивидендов ФИО3 и ФИО5 по итогам 2016 года недействительными является правильным, соответствующим материалам дела.

В силу п. 1 ст. 43 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, решение общего собрания участников общества, принятое с нарушением требований названного Федерального закона, иных правовых актов Российской Федерации, устава общества и нарушающее права и законные интересы участника общества, может быть признано судом недействительным по заявлению участника общества, не принимавшего участия в голосовании или голосовавшего против оспариваемого решения.

Исходя из вышеуказанных норм права в предмет доказывания по искам о признании недействительными решений общего собрания участников общества входят следующие обстоятельства: наличие у истца статуса участника общества; принятие решения с существенным нарушением требований Закона об обществах с ограниченной ответственностью и устава общества при созыве и проведении собрания; нарушение оспариваемым решением прав и законных интересов участника общества, не принимавшего участие в голосовании или голосовавшего против решения. Истцом по иску об оспаривании решения общего собрания общества является участник, а ответчиком – само общество.

Согласно п. 1 ст. 129 Закона о банкротстве, с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника - унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом.

В силу абз. 5 п. 3 ст. 129 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Принимая во внимание положения ст. 129 Закон о банкротстве, суд пришел к выводу о том, что после открытия конкурсного производства конкурсный управляющий как руководитель организации-должника действует от его имени без доверенности, при этом положения Закона о банкротстве, а также положения корпоративного законодательства не наделяют руководителя (конкурсного управляющего) организации-должника оспаривать решения органов его управления. Конкурсный управляющий может реализовать такое право лишь при условии, что организация-должник, руководителем которой он является в силу закона, является участником (акционером) общества.

При таких обстоятельствах, у конкурсного управляющего отсутствует право на оспаривание решения общего собрания участников № 32 от 21.04.2017.

Доводы о несогласии с данным выводом суда, обстоятельствах и нормах права, его опровергающих, в апелляционной жалобе не приведены.

Суд апелляционной инстанции находит выводы суда первой инстанции правильными, соответствующими требованиям закона и материалам дела, основанными на всестороннем и полном исследовании доказательств.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, исследованы и отклоняются судом апелляционной инстанции в силу их несостоятельности и ошибочности толкования норм права.

Более того, указанные выводы не опровергают выводов, сделанных судом первой инстанции, которые апелляционный суд находит правильными.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено. 

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя, поскольку в удовлетворении заявленных требований отказано.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 21 января 2022 года по делу № А50-29664/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

Т.Ю. Плахова 

 

Судьи

Т.С. Герасименко 

 

В.И. Мартемьянов