ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-991/2022

г. Челябинск

14 марта 2022 года

Дело № А47-931/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 марта 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 марта 2022 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ширяевой Е.В.,

судей Бабиной О.Е., Карпусенко С.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «КАТойл-Дриллинг» на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 08.12.2021 по делу № А47- 931/2020.

 

В судебном заседании принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «КАТойл-Дриллинг» - ФИО2 (паспорт, диплом, доверенность №12/2022/КОД от 18.01.2022, сроком до 31.01.2023).

 

Общество с ограниченной ответственностью «Газпромнефть-Оренбург» (далее – истец, ООО «Газпромнефть-Оренбург») обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «КАТойл-Дриллинг» (далее – ответчик, ООО «КАТойл-Дриллинг», податель апелляционной жалобы) о взыскании 7 035 345 руб. убытков (т.1 л.д.49, 50, 60-62).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Везерфорд» (далее – третье лицо, ООО «Везерфорд»; т.2, л.д. 58-59).

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 08.12.2021 исковые требования ООО «Газпромнефть-Оренбург» удовлетворены частично. С ООО «КАТойл-Дриллинг» в пользу ООО «Газпромнефть-Оренбург» взыскано 6 876 871 руб. 16 коп. убытков,  а также   56 867 руб.  судебных расходов по оплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано (т.9, л.д. 104-114).

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «КАТойл-Дриллинг» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просило изменить решение в части и принять по делу новый судебный акт, которым взыскать с ответчика 780 560 руб. 24 коп., в остальной части исковых требований отказать.

В апелляционной жалобе ответчик ссылается на неверную оценку судом обстоятельств дела применительно к  вопросу о начале исчисления срока исковой давности, начиная с 18.01.2017, то есть даты оформления акта окончательного технологического расследования. По мнению апеллянта, срок исковой давности следует исчислять непосредственно с даты события падения предмета в скважину, то есть 22.12.2016.

Также подрядчик ссылается на непредставление истцом и третьим лицом документов, регламентирующих необходимость установления 4 уровня ремонта поврежденного оборудования MFR в Стандартизированном прайсе.

Ответчик ссылается на отсутствие необходимость замены поврежденных деталей, указывая на возможность восстановительного ремонта путем наваривания металла на поврежденное оборудование. 

Помимо изложенного апеллянт указывает на то, что не принимал участие при демонтаже оборудования, на основании чего считает нарушенным порядок фиксации факта ненадлежащего исполнения договора, установленного пунктом 8.24 договора.

По мнению апеллянта, в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие факт причинения убытков.

Также ответчик не согласен с оплатой услуг персонала в количестве 330 часов, в дополнении к апелляционной жалобе ссылаясь на иной расчет суммы подлежащей взысканию, отмечая, что в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие норматив для данного ремонта.

От  ООО «Газпромнефть-Оренбург» 28.08.2022 (вх. №10174) поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором истец просил отклонить изложенные в ней доводы, полагая их несостоятельными. Отзыв приобщен к материалам дела в порядке, предусмотренном статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, представитель ответчика поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе и дополнениях к ней.

Лица, участвующие в деле, уведомлены о дате, времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

От истца 05.03.2022 (вх. №11554) поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие его представителя в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ООО «Везерфорд» своего представителя в судебное заседание не направило.

Суд апелляционной инстанции, проверив уведомление указанных лиц о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, с учетом положений части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного разбирательства. В соответствии со статьями 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом мнения представителя ответчика и ходатайства истца, дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие истца и третьего лица.

Арбитражный суд апелляционной инстанции проверил законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  с учетом принятых дополнений к апелляционной жалобе от 05.03.2022 (вх. №11557). 

Как следует из материалов дела,   между ООО «Газпромнефть-Оренбург» (далее - заказчик) и ООО «КАТойл-Дриллинг»  (далее - подрядчик) 30.12.2013 заключен договор подряда на бурение эксплуатационных скважин по суточной ставке (в том числе мобильными установками) №2013/2365/ГПНО (т.1 л.д.12), по условиям пункта 1.1 которого подрядчик обязуется выполнить по заданию заказчика комплекс работ по бурению скважин на условиях раздельного сервиса в соответствии с положениями настоящего договора и перечнем позиций, обеспечиваемых подрядчиком и заказчиком (Приложение № 2), в сроки определенные Графиком строительства эксплуатационных скважин (Приложение № 3) на месторождениях, где заказчик является владельцем лицензии.

В комплекс работ входит:

- вышкомонтажные работы (далее BMP), пусконаладочные работы (далее ПНР),

- бурение скважин,

- мобилизация БУ, бурового оборудования и бригадного хозяйства (при необходимости), а заказчик обязуется принять выполненные работы и их результаты и оплатить их согласно условиям договора.

Согласно пункту 8.4 договора в случае обнаружения скрытого брака в работе подрядчика, подрядчик ликвидирует брак своими силами за свой счет в течение одного месяца со дня обнаружения такого брака. В случае если подрядчик не имеет возможности в установленные пунктом сроки ликвидировать брак своими силами, заказчик имеет право привлечь третье лицо для проведения ремонтных работ на скважине, при этом подрядчик обязуется возместить затраты заказчику в полном объеме в течение месяца со дня окончания ремонтных работ.

По условиям пункта 8.19 договора подрядчик несет ответственность за ущерб, причиненный имуществу заказчика или привлеченных им подрядчиков, следующим образом:

- в   случае   утраты   использованию   не   по   назначению   и   невозможности восстановления - по согласованию с заказчиком, в течение 10 дней с момента обнаружения,  возмещает стоимость утраченного  имущества,  либо  предоставляет аналогичное имущество;

- в случае повреждения - возмещает размер стоимости его восстановления. Подрядчик несет ответственность, если утрата или повреждение имущества произошли по вине подрядчика или привлеченных им субподрядчиков.                            

Между ООО «Газпромнефть-Оренбург»  (далее - заказчик) и ООО «Везерфорд» (далее - подрядчик) 09.06.2016 заключен договор на выполнение работ по телеметрическому и технологическому сопровождению при наклонно-направленном и горизонтальном бурении №ОРБ-16/10304/1538/Р (т.1 л.д.34), по условиям пункта 1.1 которого подрядчик обязуется по заданию заказчика оказать работы по телеметрическому и технологическому сопровождению при бурении наклонно-направленных скважин с горизонтальным окончанием ствола, а заказчик обязуется принять и оплатить выполненные работы.

Пунктом 8.4 договора предусмотрено, что заказчик несет ответственность за ущерб, причиненный оборудованию подрядчика и подтвержденный подписанным сторонами актом, следующим образом:

- в случае утраты и невозможности восстановления – оплачивается заказчиком по ценам, указанным в приложении №8,

- в случае повреждения – в размере стоимости, необходимой для его восстановления.

Как указывает истец, в процессе строительства скважины №1252-1 Восточного участка Оренбургского нефтегазоконденсатного месторождения (ВУ ОНГКМ) по вине ООО «КАТойл-Дриллинг» 20.12.2016 допущен инцидент, связанный с падением на забой скважины постороннего предмета.

В результате инцидента повреждено оборудование, принадлежащее специализированному подрядчику (ООО «Везерфорд»), выполнявшего работы на скважине №1252-1 ВУ ОНГКМ на основании договора от 09.06.2016 № ОРБ-16/10304/1538/Р, заключенного между ООО «Везерфорд» и ООО «Газпромнефть-Оренбург» (т.1 л.д.34).

Согласно акту осмотра оборудования  ООО «Везерфорд» от 21.12.2016  КНБК СКВ.№1252-1 (т.1 л.д.50) после подъема и визуального осмотра КНБК обнаружено повреждение оборудования ООО «Везерфорд» - резистивиметра 4.75:

- повреждено твердосплавное центрирующее кольцо,

- задиры на теле и решетках антенн.

Указанный акт подписан представителем ответчика.

Как усматривается из материалов дела, 18.01.2017 составлен акт окончательного технического расследования инцидента, в соответствии с которым:

-  виновной стороной за инцидент признано ООО «КАТойл-Дриллинг»;

- предъявленные затраты по восстановительной стоимости забойного оборудования специализированного подрядчика (ООО «Везерфорд») перевыставить  «КАТойл-Дриллинг»;

-  ООО «КАТойл-Дриллинг» обязуется оплатить выставленные претензии по оплате сервисных подрядчиков, присутствующих на объекте при производстве аварийных работ в количестве 168 часов 15 минут и затраты, связанные с восстановлением оборудования и оборудования, не подлежащему ремонту, а также претензию по увеличение срока строительства скважины согласно договорных условий.

Факт ненадлежащего исполнения договора и порядок возмещения ущерба за поврежденное оборудованию ООО «Везерфорд» зафиксирован сторонами в пункте 16 акта окончательного технического расследования от 18.01.2017 (т.1 л.д.64).

Стоимость восстановления поврежденного по вине подрядчика оборудования, согласно претензии ООО «Везерфорд» от 02.0.2017 №В-03-005-04/43, прайса расценок ремонтных работ от 11.01.2017 №В-08-012/027, рапорта об эксплуатации оборудования WFT вне его спецификации и технологических регламентов от 14.01.2017 №FМ009503 составила 118 500 долларов США, в том числе:

-79 000 долларов США стоимость ремонта;

- 300 долларов США инспекция;

- 2900 долларов США транспортные расходы с учетом вывоза на ремонт;

- 36 300 долларов США работа персонала, что по курсу Центрального Банка России на дату составления рапорта 14.01.2017 составляет  7 035 345 руб. (118 500 х 59.372 = 7 035 345), т.1 л.д.49, 50, 60-62).

Учитывая требования пункта 8.4 договора № ОРБ-16/10304/1538/Р, а также закрепленный в пункте 16 акта расследования от 18.01.2017 порядок возмещения стоимости восстановительного ремонта оборудования, заказчик произвел оплату ООО «Везерфорд» стоимости восстановительного ремонта оборудования, поврежденного по вине подрядчика в размере  7 035 345 руб., путем зачета взаимных требований (акт зачета взаимных требований от 21.12.2017, т.1 л.д.63).

Истцом представлен расчет  понесенных затратах, согласно которому истцу причинены убытки в размере 7 035 345 руб., в том числе 4 690 230 руб. – стоимость ремонта, включая стоимость запасных частей и комплектующих для проведения ремонта,   17 811 руб. – стоимость инспекции (выявление повреждений и определение стоимости ремонта), 172 173 руб.– стоимость транспортных расходов по вывозу оборудования на ремонт, 2 155 131 руб. – стоимость работы персонала по ремонту, в том числе сопутствующих расходов по обслуживанию производственно-ремонтной базы (т.6  л.д.117).

В целях досудебного урегулирования спора, истцом в адрес ответчика направлено требование от 03.04.2017 №10/2278 о возмещении затрат на восстановление оборудования в размере 7 035 345 руб. (т.1 л.д.64).

Вместе с тем, подрядчик претензию не признал, направил заказчику письменный отказ в удовлетворении требований (от 12.04.2017 исх. № Б/278 и 19.04.2017 №Б/321 от, т.1 л.д.66, 67).

В адрес подрядчика направлена повторная претензия от 09.06.2017 №10/4246, которая также не была признана подрядчиком (ответ на претензию от 05.07.2017 исх. № 894, т.1 л.д.68-70).

 Полагая, что понесенные затраты, являются ущербом, понесенным по вине ответчика, в связи с ненадлежащим исполнением договорных обязательств,  истец обратился в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании задолженности.

Оценив представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о частичном удовлетворении заявленных исковых требований.

Повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Сложившиеся между сторонами правоотношения регулируются положениями главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его. К отдельным видам договора подряда (бытовой подряд, строительный подряд, подряд на выполнение проектных и изыскательских работ, подрядные работы для государственных нужд) положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не установлено правилами настоящего Кодекса об этих видах договоров.

В силу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу пункта 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7) должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 5 Постановления № 7 по смыслу статьи 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу указанных положений возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности,  поэтому лицо, требующее их возмещения, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно доказать факт нарушения своего права противоправными действиями (бездействием) ответчика, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как усматривается из материалов дела, в процессе строительства скважины №1252-1 Восточного участка Оренбургского нефтегазоконденсатного месторождения (ВУ ОНГКМ) по вине ООО «КАТойл-Дриллинг» 20.12.2016 допущен инцидент, связанный с падением на забой скважины постороннего предмета.

В результате инцидента повреждено оборудование, принадлежащее специализированному подрядчику (ООО «Везерфорд»), выполнявшего работы на скважине №1252-1 ВУ ОНГКМ на основании договора от 09.06.2016 № ОРБ-16/10304/1538/Р, заключенного между ООО «Везерфорд» и ООО «Газпромнефть-Оренбург» (т.1 л.д.34).

Учитывая требования пункта 8.4 договора № ОРБ-16/10304/1538/Р, а также закрепленный в пункте 16 акта расследования от 18.01.2017 порядок возмещения стоимости восстановительного ремонта оборудования, заказчик произвел оплату ООО «Везерфорд» стоимости восстановительного ремонта оборудования, поврежденного по вине подрядчика в размере  7 035 345 руб., путем зачета взаимных требований (акт зачета взаимных требований от 21.12.2017, т.1 л.д.63).

Истцом в материалы дела представлен расчет о понесенных затратах, согласно которому истцу причинены убытки в размере 7 035 345 руб., в том числе:

- 4 690 230 руб.– стоимость ремонта, включая стоимость запасных частей и комплектующих для проведения ремонта,  что подтверждается рапортом об эксплуатации WFT вне его спецификаций и технологических регламентов, стандартизированным прайсом на ремонт и обслуживание оборудования, сметным расчетом восстановительного ремонта резистивиметра, таможенными декларациями на поставку комплектующих, выпиской банковских операций  (т.3 л.д.29-74);

- 17 811 руб. – стоимость инспекции (выявление повреждений и определение стоимости ремонта),  что подтверждается рапортом об эксплуатации WFT вне его спецификаций и технологических регламентов, инспекционным отчетом, спецификацией по видам работ по разборке-сборке  MFR, актом на проведение инспекции   (т. 3 л.д. 75, т. 6 л.д. 89 (перевод), т.8 л.д.109);       

- 172 173 руб. – стоимость транспортных расходов по вывозу оборудования на ремонт, что подтверждается товарно-транспортной накладной от 29.12.2016 №БЗЛ-0753, 30.12.2016 №ИЖ-16517 от, реестрами оказанных услуг (лист 10 и 14), актом от 26.01.2017 №12600005, счетом-фактурой от 26.01.2017 №12600005, платежным поручением от 25.04.2017 №795, письмом от 29.05.2017  №В-03-005-04/223 (т.8 л.д.117-150),

- 2 155 131 руб. – стоимость работы персонала по ремонту, в том числе сопутствующих расходов по обслуживанию производственно-ремонтной базы,  что подтверждается рапортом об эксплуатации WFT вне его спецификаций и технологических регламентов, стандартизированным прайсом на ремонт и обслуживание оборудования, перепиской с указаниями глобального офиса 2017 года, расчетом стоимости персонала по аналогии с 2018, 2019, сметным расчетом затрат для определения норма часа цеха (т. 3 л.д. 100, т.8  л.д.110, т.9 л.д.21).

Как усматривается из материалов дела и решения суда первой инстанции, судом проверен факт несения истцом расходов по возмещению стоимости ремонта, включая стоимость запасных частей и комплектующих для проведения ремонта, стоимости инспекции (выявление повреждений и определение стоимости ремонта), транспортных расходов по вывозу оборудования на ремонт, стоимости работы персонала по ремонту и признан подтвержденным. 

Учитывая тот факт, что доказательства, свидетельствующие о том, что ответчик предпринял все зависящие от него меры по соблюдению требований законодательства и принятых договорных обязательств, либо того, что невозможность принятия этих мер вызвана чрезвычайными или иными непреодолимыми обстоятельствами, в материалы дела не представлены, суд правомерно пришел к выводу о доказанности факта противоправности поведения ответчика, причинной связи между его противоправными действиями и причиненными убытками.

Судебная коллегия отмечает, что материалы дела не содержат ходатайств ответчика о назначении по делу судебной экспертизы.

При этом оценивая размер понесенных истцом убытков, суд первой инстанции верно пришел к следующим выводам, исходя из представленным в материалы дела доказательств. 

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 13 Постановления № 25, при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как верно отмечено судом первой инстанции, если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Факт возмещения истцом в пользу третьего лица убытков в заявленной ко взысканию сумме 7 035 345 руб. не является основанием для освобождения от установления размера подлежащих возмещению убытков с разумной степенью достоверности.

Как усматривается из материалов дела, заявляя о взыскании убытков, истец указывает, что стоимость ремонта, включая стоимость запасных частей и комплектующих для проведения ремонт, составляет 79 000 долларов США  (4 690 230 руб.).

Тогда как согласно сметному расчету восстановительного ремонта, общая стоимость запасных частей и материалов составляет 78 957.94 долларов США.

Согласно письму Центрального Банка Российской Федерации от 03.03.2017 (т.1 л.д.62), по состоянию на 14.01.2017 курс иностранной валюты (доллар США) к рублю Российской Федерации составляет 59 руб. 3700 коп.

Таким образом, оценивая сметный расчет восстановительного ремонта, согласно которому общая стоимость запасных частей и материалов составляет 78 957.94 долларов США, суд  первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что  реальный размер понесенных затрат  с учетом курса доллара США к рублю Российской Федерации 59 руб. 3700 коп., составляет 4 687 732 руб. 89 коп.

При этом судом первой инстанции установлено, что сумма НДС, уплаченная при  покупке запчастей, в  сумму убытков не включена. 

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Как усматривается из материалов дела, доказательств, опровергающих установленные обстоятельства, ответчиком не представлено 

Заявляя о взыскании убытков, истец в обоснование своих требования на указал на наличии у него реальных затрат, связанных с транспортировкой оборудования в размере 2 900 долларов США (172 173 руб.), и в подтверждение несения убытков  истцом представлены товарно-транспортная накладная от 29.12.2016 №БЗЛ-0753, от 30.12.2016 №ИЖ-16517, реестры оказанных услуг (лист 10 и 14), от 26.01.2017 акт №12600005, счет-фактура от 26.01.2017 №12600005, платежное поручение от 25.04.2017 №795, письмо от 29.05.2017 №В-03-005-04/223 (т.8 л.д.117-150),

Оценивая представленные документы в подтверждение несения транспортных расходов (т. 3 л.д. 83-99), в том числе товарные накладные, учитывая возражения ответчика и сведения накладных о перевозке спорного оборудования с иными комплектами, то есть несение транспортных расходов на собственную хозяйственную деятельность,  при отсутствии сведений о габаритах перевозимых комплектов, суд  первой инстанции правомерно признал тот факт, что убытки на перевозку спорного оборудования могли возникнуть пропорционально количеству перевозимых комплектов и стоимости  понесенных расходов на перевозку и взыскал с ответчика в пользу истца стоимость транспортных услуг в размере 19 827 руб. 50 коп.

Исключая из суммы возмещения расходы по утилизированному  стальному лому, суд первой инстанции исходил из позиции третьего лица, согласно которой  в сентябре 2019 ООО «Везерфорд» утилизирован стальной лом на общую сумму 3 847 руб. 50 коп. за 285 кг.; вес одной трубы – 268,98 кг., таким образом, ориентировочная стоимость утилизированной трубы составляет 3 631 руб. 23 коп. (3847 руб. 50 коп. /285 кг.*268 руб. 98 коп.).

Учитывая, что согласно расчету третьего лица, ориентировочная стоимость утилизированной трубы MFR составляет   3 631 руб. 23 коп., следовательно,  суд правомерно пришел к выводу о том, что указанная сумма 3 631 руб. 23 коп. подлежит исключению из размера заявленных ко взысканию убытков.

Заявляя о  несении расходов на проведение инспекции (выявление повреждений и определение стоимости ремонта) в размере 17 811 руб., истцом в материалы дела представлены рапорт об эксплуатации WFT вне его спецификаций и технологических регламентов, инспекционный отчет, спецификация по видам работ по разборке-сборке  MFR, акт на проведение инспекции  (т. 3, л.д. 75, т. 6 л.д. 89 (перевод), т.8 л.д.109).

Как установлено судом первой инстанции, в подтверждение стоимости работы персонала по ремонту, в том числе сопутствующих расходов по обслуживанию производственно-ремонтной базы в размере 2 155 131 руб. истец указывает на  рапорт об эксплуатации WFT вне его спецификаций и технологических регламентов, стандартизированный прайс на ремонт и обслуживание оборудования, переписку с указаниями глобального офиса 2017 года, расчет стоимости персонала по аналогии с 2018, 2019, сметным расчетом затрат для определения норма часа цеха (т. 3 л.д. 100, т.8  л.д.110, т. 9 л.д.21).

Из представленных в материалы дела доказательств, судом первой инстанции правомерно отмечено, что истцом подтвержден факт несения расходов по возмещению стоимости работы персонала по ремонту, в том числе сопутствующих расходов по обслуживанию производственно-ремонтной базы.

Таким образом, оценив по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании фактические обстоятельства, доказательства, представленные в материалы дела их совокупности и взаимосвязи в порядке, предусмотренном статьями 65, 66, 67, 68, 70, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что размер понесенного ущерба в результате повреждения оборудования составляет  6 876 871 руб. 16 коп., в том числе 4 687 732 руб. 89 коп. – стоимость ремонта, включая стоимость запасных частей и комплектующих для проведения ремонта,  17 811 руб. – стоимость инспекции (выявление повреждений и определение стоимости ремонта),  19 827 руб. 50 коп. – стоимость транспортных расходов по вывозу оборудования на ремонт,  2 155 131 руб. 00 коп. – стоимость работы персонала по ремонту, в том числе сопутствующих расходов по обслуживанию производственно-ремонтной базы.

Довод ответчика о том, что исчисление срока исковой давности следует производить с 22.12.2016 не принимается судебной коллегией на основании следующего.

Согласно пункту  9.7 договора подряда от 30.12.2013 № 2013/2365/ГПНО подрядчик в течение 7 дней со дня возникновения аварии или инцидента подготавливает документы и предоставляет их на рассмотрение заказчику. Заказчик после рассмотрения и выдачи рекомендаций или требований по дорасследованию назначает время расследования аварии, приглашая на него все заинтересованные стороны. На совещании по результатам расследования принимается коллегиальное решение о причинах аварии, разрабатываются мероприятия по предупреждению, определяется виновная сторона и степень ответственности в рамках договора, о чем составляется акт расследования и подписывается всеми сторонами.

Как усматривается из акта окончательного технического расследования от 18.01.2017 б/н виновной стороной за инцидент и повреждение внутрискважинного оборудования признан подрядчик (т.1 л.д.64). Кроме этого, в соответствии с данным актом подрядчик принял обязательства оплатить заказчику, понесенные затраты на восстановление поврежденного оборудования ООО «Везерфорд».

Таким образом, доводы подрядчика об установлении вины в повреждении внутрискважинного оборудования 22.12.2016, в момент выявления факта падения предмета в скважину и то, что основанной целью составления акта расследования инцидента является распределение порядка возмещения убытков, являются необоснованными.

Согласно статье  195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, учитывая вышеизложенное,  срок исковой давности подлежит исчислению с 18.01.2017, с даты установления виновной стороны в соответствии с актом расследования инцидента от 18.01.2017 б/н, как и верно отмечено судом первой инстанции.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015  № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», согласно пункту 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Судебная коллегия отмечает, что в пункте 13.3 договора обязательным претензионным порядком, заказчиком были направлены в адрес подрядчика претензии о возмещении затрат на восстановление оборудования в размере 7 035 345 руб. (от 03.04.2017 исх. №10/2278,  от 09.06.2017 №10/4246), которые не были удовлетворены подрядчиком в добровольном порядке (от 19.04.2017 исх. № Б/321, от 05.07.2017 № 894).

Таким образом, течение срока исковой давности к предъявленному иску приостанавливалось на 30 дней, в связи соблюдением истцом обязательного досудебного порядка урегулирования спора, предусмотренного частью 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, на основании чего исковое заявление, поступившее в суд 29.01.2020, предъявлено в пределах срока исковой давности.

Ссылка апеллянта на непредставление истцом и третьим лицом документов, регламентирующих необходимость установления 4 уровня ремонта поврежденного оборудования MFR в Стандартизированном прайсе не является юридически значимым, так как стоимость ремонта подтверждена документально собственником оборудования.

Судебная коллегия отмечает, что понесенный размер убытков был подтвержден письменными доказательствами, в том числе претензией ООО «Везерфорд» от 02.02.2017 исх. № В-03-005-04/4 (т.1, л.д. 49), прайсом расценок ремонтных работ от 11.01.2017 № В-08-012/027, рапортом об эксплуатации оборудования WFT вне его спецификации и технологических регламентов от 14.01.2017 № FM009503, сметным расчетом восстановительного ремонта резистивиметра 4 3/4 MFR#71029, требованием-накладной №2341, таможенными декларациями на поставку комплектующих, выпиской банковских операций, инспекционным отчетом, спецификацией по видам работ при разборке-сборке MFR, актом на проведение инспекции, перепиской с глобального офиса 2017, расчетом стоимости затрат на персонал и оборудование, актом зачета взаимных требований от 21.12.2017.

Несостоятельным является довод ответчика об отсутствии необходимости замены поврежденных деталей и возможности восстановительного ремонта путем наваривания металла на поврежденное оборудование, поскольку ООО «НьюТек Сервисез» в письме от 09.10.2020 исх. 1500-10, указало, что каждая компания имеет собственные стандарты качества и процедуры, регламентирующие проведение ремонтов того или иного оборудования и принятие решения по отбраковке, основывается по утвержденным в компании критериям и стандартам. Процесс ремонта оборудования строго регламентирован в компаниях «большой четверки» (Schlumberger, Halliburton, Baker Hughes, Weatherford) и их сервисный персонал принимает решение по отбраковке оборудования/деталей по утверждённым процедурам. 

Также несостоятельными являются  доводы ответчика относительно его неучастия при демонтаже оборудования и нарушении порядка фиксации факта ненадлежащего исполнения договора, установленного в пункте 8.24 договора, поскольку  факт ненадлежащего исполнения (неисполнения) договора был установлен комиссионно, с участием представителей подрядчика на основании акта окончательного технического расследования (т.1, л.д. 42-48).

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что осмотр поврежденного оборудования после его подъема, производился с участием представителя подрядчика, что подтверждается актом осмотра оборудования после подъема 21.12.2016  КНБК б/н (т.1 л.д.50). 

Не принимается и во внимание довод апеллянта об отсутствии документов, подтверждающих факт причинения убытков.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 4 Постановления № 7, в силу пункта 5 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

По смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 5 Постановления № 7).

Вместе с тем, в нарушении статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не было предоставлено доказательств, указывающих на недобросовестность истца, третьего лица.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Арбитражный процесс основан на принципе состязательности сторон, на отсутствии преимуществ одной стороны перед другой, на отсутствии преобладающего значения доказательств одной стороны перед доказательствами другой стороны, а также на отсутствии принципа заведомо критической оценки доказательств представленной стороной при наличии возражений по ним другой стороны, при отсутствии документального подтверждения таких возражений.

Как усматривается из материалов дела, размер убытков подтверждается письменными доказательствам и претензией ООО «Везерфорд» от 02.02.2017 исх. № В-03-005-04/43, прайсом расценок ремонтных работ от 11.01.2017 № В-08-012/027, рапортом об эксплуатации оборудования WFT вне его спецификации и технологических регламентов от 14.01.2017 № FM009503, сметным расчетом восстановительного ремонта резистивиметра 4 3/4 MFR#71029, требованием-накладной №2341, таможенными декларациями на поставку комплектующих, выпиской банковских операций, инспекционным отчетом, спецификацией по видам работ при разборке-сборке MFR, актом на проведение инспекции, перепиской с глобального офиса 2017, расчетом стоимости затрат на персонал и оборудование, актом зачета взаимных требований от 21.12.2017.

Не принимается также во внимание довод апеллянта о том, что заработная плата персонала ООО «Везерфорд» составляет 800 000 руб., поскольку в расчетах стоимости затрат на персонал и оборудование данные суммы не указаны.

Также нельзя признать состоятельными доводы ответчика о недопустимости, недостоверности предоставленных доказательств, несоразмерности требований, поскольку они не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на его обоснованность и законность либо опровергли выводы суда.

Изложенные в жалобе доводы заявителя жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, сделанных с учетом правильно установленных фактических обстоятельств, исходя из представленных в материалы дела доказательств, и не опровергают их.

 С учетом изложенного, доводы апелляционной жалобы не являются основанием для отмены обжалуемого судебного акта, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены вынесенного судебного акта, не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 08.12.2021 по делу № А47- 931/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «КАТойл-Дриллинг»   – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

 

Председательствующий судья                                         Е.В. Ширяева

 

Судьи:                                                                               О.Е. Бабина

 

                                                                                          С.А. Карпусенко