АРБИТРАЖНЫЙ СУД  

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

 

«

Дело №А84-5906/2019

г. Калуга

21» марта 2024 года

 

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14.03.2024

Постановление изготовлено в полном объеме 21.03.2024

 

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

 

председательствующего

 

ФИО1

ФИО2

ФИО3

судей

при ведении протокола судебного 

заседания помощником судьи

 

ФИО4

при участии в заседании

 

от ООО «Севастопольские морские транспортные перевозки»

 

от ИП ФИО5

 

от ООО «Ажур»

 

от третьих лиц:

от ООО «МПФ «Армида»

 

от ФИО6

 

 

не явились, извещены надлежаще, 

 

ФИО7 (дов. от 21.01.2023),

 

ФИО8 (директор, выписка из ЕГРЮЛ, паспорт), ФИО9 (дов. от 22.01.2024),

 

ФИО10 (дов. от 09.01.2024),

 

не явились, извещены надлежаще, 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании путем использования системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда города Севастополя кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Ажур» на решение Арбитражного суда города Севастополя от 06.07.2023 и постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2023 по делу №А84-5906/2019,

У С Т А Н О В И Л:

Индивидуальный предприниматель ФИО5 (далее - ИП ФИО5) обратился в Арбитражный суд города Севастополя с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Ажур» (далее - ООО «Ажур») о взыскании долга в размере 100 000 дол. США по курсу Центрального Банка Российской Федерации в рублевом эквиваленте на день исполнения обязательства, а также процентов за пользование чужими денежными средствами на дату исполнения обязательства по оплате.

В свою очередь, ООО «Ажур» обратилось в Арбитражный суд города Севастополя к ИП ФИО5 со встречным иском (с учетом уточнения размера исковых требований в порядке ст. 49 АПК РФ) о взыскании убытков в размере 47 603 627 руб.

Определением от 21.02.2020 Арбитражный суд города Севастополя принял к производству встречный иск ООО «Ажур» к ИП ФИО5

Судом первой инстанции к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ООО «МПФ «Армида» и ФИО6 (далее – третьи лица).

Определением Арбитражного суда города Севастополя от 12.11.2020 в порядке процессуального правопреемства произведена замена истца по первоначальному иску по делу №А84-5906/2019 с ИП ФИО5 на общество с ограниченной ответственностью «Севастопольские морские транспортные перевозки» (далее - ООО «Севастопольские морские транспортные перевозки»).

Решением Арбитражного суда города Севастополя от 06.07.2023 по делу №А84-5906/2019 в удовлетворении первоначального и встречного исков было отказано, распределены судебные расходы по делу.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции решением, ООО «Севастопольские морские транспортные перевозки», ИП ФИО5 и ООО «Ажур» обратились с апелляционными жалобами.

Постановлением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2023 01.06.2023 решение Арбитражного суда города Севастополя от 06.07.2023 по настоящему делу изменено. Апелляционный суд постановил исковые требования ООО «Севастопольские морские транспортные перевозки» к ООО «Ажур» удовлетворить, взыскать с ООО «Ажур» 100 000 (сто тысяч) долларов США по курсу Центрального Банка Российской Федерации в рублевом эквиваленте на день исполнения судебного акта, взыскать с ООО «Ажур» проценты за пользование чужими денежными средствами в период с 02.01.2017 по день фактической оплаты долга, рассчитанные на сумму основного долга - 100.000 (сто тысяч) долларов США по курсу Центрального Банка Российской Федерации в рублевом эквиваленте на момент фактической оплаты долга, за исключением периода моратория, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации №497 от 28.03.2022 года. Взыскать с ООО «Ажур» расходы на проведение судебных экспертиз в общем размере 114 961 руб. 60 коп.

В части отказа в удовлетворении встречного иска ООО «Ажур», решение суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционная жалоба ООО «Ажур» - без удовлетворения.

Также судом апелляционной инстанции распределены судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение исковых заявлений и апелляционных жалоб.

Не согласившись с принятыми судебными актами, а именно: с постановлением апелляционного суда в части удовлетворения первоначального иска; с решением суда первой инстанции и постановлением апелляционного суда в части отказа в удовлетворении встречного иска, ООО «Ажур» обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить вышеуказанные судебные акты, принять новый судебный акт, которым исковые требования по первоначальному иску оставить без удовлетворения, встречные исковые требования удовлетворить.

В обосновании жалобы заявитель указывает на то, что судами дана ненадлежащая оценка фактическим обстоятельствам дела, а также допущены нарушения норм материального и процессуального права.

Подробно доводы изложены в кассационной жалобе.

Поскольку постановлением апелляционного суда от 14.12.2023 решение Арбитражного суда города Севастополя от 06.07.2023 по настоящему делу изменено, то силу положений ч. 1 ст. 266, ч. 1 ст. 268, ст. 271 АПК РФ предметом обжалования ООО «Ажур» фактически является постановление апелляционного суда.

Кроме того, в судебном заседании, представитель кассатора пояснил, что фактически предметом кассационного пересмотра является постановление апелляционного суда.

ИП ФИО5 представил отзыв на кассационную жалобу, в котором просит постановление апелляционного суда оставить без изменения, жалобу - без удовлетворения.

Представители ООО «Ажур» в судебном заседании поддержали доводы кассационной жалобы.

Представители ИП ФИО5 и ООО «МПФ «Армида» в судебном заседании возражали против доводов кассационной жалобы.

Иные лица, надлежащим образом извещены о дате, времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе путем публичного извещения на официальном сайте суда в сети Интернет, явку своих представителей в судебное заседание суда кассационной инстанции не обеспечили, что в соответствии с ч. 3 ст. 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Проверив в порядке, установленном главой 35 АПК РФ, законность обжалуемого постановления апелляционного суда в пределах доводов кассационной жалобы и возражений на нее, выслушав в судебном заседании пояснения представителей лиц, участвующих в деле, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта апелляционного суда исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 14.04.2006 года между Малым частным предприятием «Ажур» (в настоящее время – ООО «Ажур») (Сторона-1), Физическим лицом - предпринимателем ФИО5 (в настоящее – время ИП ФИО5) (Сторона-2) и физическим лицом ФИО6 (Сторона-3) был заключен Договор о долевом участии в строительстве объекта недвижимости (далее – Договор от 14.04.2006) (Т.1, л.д. 35-40), в соответствии с п. 1.1. которого, стороны договорились совместно действовать без образования юридического лица в целях осуществления долевого строительства объекта недвижимости - общественно-торгового центра со встроенно-пристроенными помещениями нежилого назначения ориентировочной площадью 3 642 кв.м. (далее - Объект), на земельном участке ориентировочной площадью 0,3 га, расположенном по адресу: 

<

...>, предоставленном в аренду Стороне-1 по договору аренды земельного участка № 101 от 05.11.2003, заключенного между МЧП «Ажур» и Севастопольским городским советом.

Пунктом 1.2 Договора от 14.04.2006 предусмотрено, что после окончания строительства Объект будет являться общей долевой собственностью сторон по данному договору в следующих размерах: 

Сторона-1 получает 20,6% общей площади Объекта, а именно: 50% площади второго этажа (левое крыло), которые составляют 498 кв.м. и 50% от половины площади третьего этажа (левое крыло), которые составляют 216 кв.м.; 

Сторона-2 получает 73,5% общей площади Объекта, а именно: все помещения цокольного этажа общей площадью 894 кв.м., все помещения первого этажа общей площадью 852 кв. м., 50% общей площади второго этажа (правое крыло), которые составляют 498 кв. м., а также 50% общей площади третьего этажа (правое крыло), которые составляют 432 кв. м.; 

Сторона-3 получает 5,9% общей площади Объекта, а именно: 50% от половины площади третьего этажа (левое крыло), которые составляют 216 кв.м. 

Согласно п. 2.1. Договора от 14.04.2006, вкладом Стороны-1 является предоставление под застройку земельного участка; вкладом Стороны-2 является 100% финансирование строительства с момента получения проектной и разрешительной документации и до ввода в эксплуатацию; вкладом физического лица ФИО6 (Стороны-3) является получение необходимой проектной и разрешительной документации. 

В соответствии с п. 4.3.1 Договора от 14.04.2006, Сторона-2 (ИП ФИО5) обязуется осуществлять строительство Объекта в размере 100 (сто) % за свой счет и за счет привлеченных средств. Профинансировать на указанных условиях с согласия Стороны-1 получение различных разрешительных документов на строительство Объекта, разработку проекта и технической документации, проектно-изыскательских работ, экспертизу и согласование проекта, авторский надзор, страховку, архстройнадор, охрану строительной площадки, строительство инженерных сетей. 

Также, в соответствии с п. 4.3.4. Договора от 14.04.2006,  Сторона-2 взяла на себя обязательство ежемесячно вносить на расчетный счет Истца сумму компенсации арендной платы за земельный участок в размере 73,5% от арендной платы (в соотношении к будущему оформлению права собственности на построенный объект недвижимости) в соответствии с пунктом 8.1 договора он вступает в силу с момента его подписания и действует до момента его исполнения всеми сторонами. 

Итоговый результат сторонами по Договору не достигнут.

02.12.2015 года между сторонами Договора от 14.04.2006 было заключено Соглашение о расторжении Договора о долевом участии в строительстве объекта недвижимости от 14.04.2006. 

П. 1 Соглашения установлено, что Договор от 14.04.2006 считается расторгнутым 02.15.2015.

Согласно п. 2 Соглашения, обязательства сторон по Договору от 14.04.2006 прекращаются 02.12.2015. Сторона-2 и Сторона-3 полностью отказываются от своих претензий на долю в праве собственности на Объект, а Сторона-1 отказывается от своих требований к Стороне-2 по возмещению Стороной-2 Стороне-1 суммы арендной платы за земельный участок за период действия Договора от 14.04.2006. 

В соответствии с п. 3 Соглашения, Сторона-1 выплачивает Стороне-2 убытки, связанные с расторжением Договора о долевом участии в строительстве объекта недвижимости от 14.04.2006, в размере 100 000 (сто тысяч) долларов США в рублях по курсу Центрального Банка Российской Федерации на момент выплаты в срок до 01.01.2017 г. 

Соглашение вступает в силу с 02.12.2015 (п. 4 Соглашения).

Во исполнение Соглашения о расторжении договора стороны подписали Акт приема-передачи объекта от 02.12.2015, в котором указали, что ИП ФИО5 передает ООО «Ажур» объект недвижимости, который находится в удовлетворительном состоянии с учетом нормального износа. Обязательства по охране Объекта переходят к Стороне-1. Сторона-1 и Сторона-3 к Стороне-2 в отношении данного Объекта претензий не имеют (Т.1, л.д. 13).

ИП ФИО5 указал, что ООО «Ажур» свои обязательства по оплате предусмотренных п. 3 Соглашения 100 000 долларов США не исполнило.

Ненадлежащее исполнение обязательств по выплате денежных средств по Соглашению от 02.12.2015 явилось основанием для ИП ФИО5 обратиться в арбитражный суд с исковым заявлением к ООО «Ажур» о взыскании денежных средств в размере 100 000 долларов США по курсу ЦБ РФ на дату исполнения, а также процентов на указанную задолженность по курсу ЦБ РФ на дату исполнения.

В рамках рассмотрения первоначального иска, судом первой инстанции, определением от 12.11.2020 в порядке процессуального правопреемства произведена замена истца по первоначальному иску: ИП ФИО5 на ООО «Севастопольские морские транспортные перевозки». Определение суда от 12.11.2020 вступило в законную силу. Таким образом, истцом по первоначальному иску выступает ООО «Севастопольские морские транспортные перевозки».

В части встречных исковых требований ООО «Ажур» к ИП ФИО5 судами установлены следующие обстоятельства.

Во исполнение Соглашения о расторжении договора стороны подписали Акт приема-передачи объекта от 02.12.2015, в котором указали, что ИП ФИО5 передает ООО «Ажур» объект недвижимости.

Впоследствии, 07.02.2017 между ООО «Ажур» (Продавец) и ООО «МПФ «Армида» (Покупатель) был заключен Договор купли-продажи объекта незавершенного строительства, в соответствии с п. 1.1 которого Продавец обязуется передать в собственность Покупателю объект незавершенного строительства под торговый центр с ночной автостоянкой (кадастровый номер 91:02:001010:449), расположенный по адресу: 

<

...> и представляющий собой двухэтажное строение, общей площадью 3 228,9 кв.м. со степенью готовности 43 %. 

В соответствии с п. 1.2 указанного Договора, с получением права собственности на Объект, согласно п.1 ст.35 Земельного кодекса РФ, п.3 ст.552 Гражданского кодекса РФ, к Покупателю переходит право аренды на земельный участок площадью 11 149 кв.м., на котором расположен объект незавершенного строительства, принадлежащий ООО «Ажур» на основании договора аренды от 03.10.2003 № 973. 

15.02.2017 произведена государственная регистрация права собственности на Объект за ООО «МПФ «Армида». 

Вместе с тем, в дальнейшем, Договор купли-продажи объекта от 07.02.2017 был расторгнут, Объект возвращен в собственность ООО «Ажур». 

ООО «Ажур» во встречном исковом заявлении указало, что поскольку Объект незавершенного строительства, переданный по Соглашению от 02.12.2015 не соответствовал строительным нормам и правилам, Общество было вынуждено провести комплекс мероприятий по устранению недостатков, в том числе силами привлеченных организаций, в силу чего понесло соответствующие расходы (подробно фактические обстоятельства, на которых основано встречное исковое заявление отражены в описательной части решения суда первой инстанции).

Полагая, что переданный по Соглашению от 02.12.2015г. Объект незавершенного строительства не соответствовал строительным нормам и правилам, для устранения которых ООО «Ажур» понесло соответствующие расходы, ООО «Ажур» обратилось в суд со встречным иском к ИП ФИО5 о взыскании убытков.

В ходе рассмотрения настоящего дела в суде первой инстанции, с целью определения соответствия Объекта незавершенного строительства, расположенного по адресу: 

<

...> строительным нормам и правилам, а также установления причин несоответствия (при их наличии), объема работ, необходимого для устранения всех выявленных несоответствий, определением суда от 11.01.2021 назначена судебная строительно-техническая экспертиза, проведение которой поручено ФБУ «Севастопольская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации».

По результатам проведения экспертизы в материалы дела представлено Заключение эксперта №76/3-3 от 18.06.2021. Стороны ознакомлены с экспертным заключением.

ИП ФИО5 и ООО «Севастопольские морские транспортные перевозки» были заявлены возражения относительно вышеуказанного заключения эксперта.

Определением суда от 25.02.2022 по делу назначена дополнительная судебная строительно-техническая экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО «Экспертная компания «АВТ» ФИО11 

По результатам проведения дополнительной экспертизы в материалы дела представлено Заключение эксперта ООО «Экспертная компания «АВТ» от 09.01.2023. Стороны ознакомлены с экспертным заключением.

ИП ФИО5 и ООО «Севастопольские морские транспортные перевозки» были заявлены возражения относительно вышеуказанного заключения эксперта.

Учитывая, что согласно выводам Заключения эксперта от 09.01.2023, стоимость работ по устранению несоответствий, выявленных в процессе обследования здания по адресу: 

<

...> составляет 47 603 627 руб., ООО «Ажур» уточнило встречные исковые требования и просило взыскать с ИП ФИО5 убытки в размере 47 603 627 руб.

В ходе разбирательства по делу в суде первой инстанции, ИП ФИО5 возражал против встречных исковых требований, а также заявил о пропуске ООО «Ажур» срока исковой давности по обращению в суд со встречным иском. Свое заявление ИП ФИО5 обосновал тем, что по Соглашению от 02.12.2015 и на основании Акта приема передачи от 02.12.2015, ИП ФИО5 передал ООО «Ажур» объект недвижимости, который находится в удовлетворительном состоянии с учетом нормального износа. Обязательства по охране Объекта переходят к Стороне-1. Сторона-1 и Сторона-3 к Стороне-2 в отношении данного Объекта претензий не имеют. Таким образом, о наличии недостатков, действуя добросовестно, ООО «Ажур» могло и должно было узнать, с момента передачи данного Объекта.

Рассматривая спор по существу, в части первоначальных исковых требований, руководствуясь статьями 309, 310, 15, 393 ГК РФ, указав, что поскольку фактически спор возник не в связи с непосредственным исполнением договора простого товарищества, а в связи с последствиями его расторжения – относительно качества созданного и переданного одной из сторон правоотношений объекта незавершенного строительства, в силу чего к правоотношениям сторон применимы положения главы 37 ГК РФ, установив, что в рамках Соглашения от 02.12.2015 (п.3) возмещению подлежат убытки, доказательств несения которых истцом по первоначальному иску не представлено, суд первой инстанции отказал в удовлетворении первоначальных исковых требований в полном объеме.

В части встречного иска, руководствуясь положениями статей 199, 200, 724, 725 ГК РФ, принимая во внимание заявление ответчика по встречному иску о пропуске срока исковой давности, установив, что началом течения срока исковой давности в отношении качества переданного ООО «Ажур» объекта незавершенного строительства является 02.12.2015 – дата принятия объекта в соответствии с Актом от 02.12.2015, при том, что встречное исковое заявление подано в суд 17.02.2020, суд первой инстанции, придя к выводу о пропуске срока исковой давности по встречному иску, отказал в его удовлетворении.

Повторно рассмотрев спор по существу, суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции как по первоначальному, так и по встречному иску, в части квалификации отношений сторон по Договору от 14.04.2006 и примененными судом первой инстанции нормами материального права. 

При этом, решение суда первой инстанции было изменено, а именно по первоначальному иску суд апелляционной инстанции исковые требования удовлетворил, по встречному иску суд апелляционной инстанции согласился с тем, что оснований для его удовлетворения не имеется, но по иной квалификации.

Суд кассационной инстанции считает, что выводы апелляционного суда, положенные в основание обжалуемого постановления, являются законными, обоснованными, основанными на нормах действующего законодательства.

При этом, удовлетворяя первоначальный иск и отказывая в удовлетворении встречного иска, суд апелляционной инстанции правомерно руководствовался следующим.

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются (статьи 309, 310 ГК РФ).

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2011 №54 «О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем» (далее – постановление Пленума №54) разъяснено, что при рассмотрении споров, вытекающих из договоров, связанных с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, судам следует устанавливать правовую природу соответствующих договоров и разрешать спор по правилам глав 30 («Купля-продажа»), 37 («Подряд»), 55 («Простое товарищество») ГК РФ и т.д.

Правовая позиция о необходимости выявления природы договоров, именуемых сторонами "инвестиционными", неоднократно высказывалась в судебных актах высших судебных инстанций (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.09.2011 №4784/11, от 24.01.2012 №11450/11, от 05.02.2013  №12444/12 и др.) и связана с тем, что понятие «инвестиции» не имеет собственного строгого или общепризнанного юридического содержания, а потому при использовании в наименованиях договоров оно может обозначать разнообразные отношения, складывающиеся между участниками гражданского оборота.

В соответствии с п. 7 постановления Пленума №54, в случаях, когда из условий договора усматривается, что каждая из сторон вносит вклады (передает земельный участок, вносит денежные средства, выполняет работы, поставляет строительные материалы и т.д.) с целью достижения общей цели, а именно создании объекта недвижимости, соответствующий договор должен быть квалифицирован как договор простого товарищества.

В соответствии со ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В абзаце 4 п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Как установлено апелляционным судом, из п. 1.1 Договора о долевом участии в строительстве объекта недвижимости от 14.04.2006 следует, что стороны договорились совместно действовать без образования юридического лица в целях осуществления долевого строительства объекта недвижимости - общественно-торгового центра со встроенно-пристроенными помещениями нежилого назначения ориентировочной площадью 3.642 кв. м на земельном участке ориентировочной площадью 0,3 га, расположенном по адресу: 

<

...>.

Пунктом 1.2 Договора от 14.04.2006 предусмотрено, что после окончания строительства объект недвижимости поступит в общую долевую собственностью сторон в размерах, указанных в данном пункте.

Согласно пунктам 2.1 - 2.3 Договора от 14.04.2006, вкладом МЧП «Ажур» является предоставление под застройку земельного участка; вкладом ИП ФИО5 - 100% финансирование строительства с момента получения проектной и разрешительной документации и до ввода в эксплуатацию; вкладом физического лица ФИО6 - получение необходимой проектной и разрешительной документации.

Учитывая вышеизложенные нормы права и разъяснения судебной практики, дав нормативное толкование условиям Договора о долевом участии в строительстве объекта недвижимости от 14.04.2006 и квалифицировав данный договор, как договор простого товарищества, в силу чего к отношениям сторон подлежат применению положения главы 55 ГК РФ, суд апелляционной инстанции, вопреки доводам кассатора, пришел к обоснованному выводу о том, что суд первой инстанции ошибочно применил к спорным правоотношениям нормы главы 37 ГК РФ.

Более того, как следует из пояснений представителей ООО «Ажур», данных в ходе рассмотрения настоящего дела, представители Общества не оспаривали того, что целью договорных отношений являлась совместная деятельность сторон.

Согласно п. 1 ст. 1041 ГК РФ по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.

В соответствии с п. 1 ст. 1042 ГК РФ вкладом товарища признается все то, что он вносит в общее дело, в том числе деньги, иное имущество, профессиональные и иные знания, навыки и умения, а также деловая репутация и деловые связи.

Вклады товарищей предполагаются равными по стоимости, если иное не следует из договора простого товарищества или фактических обстоятельств. Денежная оценка вклада товарища производится по соглашению между товарищами (п. 2 ст. 1042 ГК РФ).

Из приведенных норм права видно, что совместная деятельность предполагает объединение вкладов (имущества, навыков и проч.), стоимость которых определяется соглашением сторон.

Согласно п. 1 ст. 1043 ГК РФ внесенное товарищами имущество, а также плоды, продукция и доходы, полученные в результате совместной собственности деятельности, поступают в общую долевую собственность.

В соответствии с п. 1 ст. 450 ГК РФ расторжение договора возможно по соглашению сторон, если иное не предусмотрено Кодексом, другими законами или договором.

Согласно п. 2 ст. 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются.

Основания прекращения договора простого товарищества содержит ст. 1050 ГК РФ. Она предусматривает, в частности, что договор может быть прекращен по воле одного или нескольких товарищей (абзацы 4 и 5 п. 1 ст. 1050 ГК РФ).

Судами установлено и по существу не оспаривалось кассатором, что итоговый результат сторонами по Договору не достигнут, в силу чего 02.12.2015 года между сторонами Договора от 14.04.2006 было заключено Соглашение о его расторжении. Пунктом 1 Соглашения установлено, что Договор от 14.04.2006 считается расторгнутым 02.15.2015.

Учитывая вышеизложенное, апелляционным судом, вопреки доводам кассатора, верно отмечено, что поскольку при ведении совместной деятельности товарищей образуется общая долевая собственность, Гражданский кодекс предусматривает применение соответствующих правил, в частности – ст. 252 «Раздел имущества, находящегося в долевой собственности, и выдел из него доли», если договор простого товарища прекратился полностью или в отношении отдельных товарищей (абаз 3 п. 2 ст. 1050 ГК РФ).

По смыслу указанных выше норм права совместная деятельность сопряжена с образованием общей долевой собственности, поэтому товарищ или товарищи, изъявившие волю на прекращение договора простого товарищества, должны прибегнуть к процедуре раздела имущества, регламентированной ст. 252 ГК РФ.

Как отражено в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.09.2012 №4007/12, согласно п. 2 ст. 1050 ГК РФ раздел имущества, находившегося в общей собственности товарищей, и возникших у них общих прав требования осуществляется в порядке, установленном ст. 252 Кодекса, из пунктов 1 и 2 которой следует, что имущество, находящееся в общей долевой собственности, может быть разделено между ее участниками по соглашению между ними, участник долевой собственности вправе требовать выдела своей доли из общего имущества.

В соответствии со ст. 252 ГК РФ участник(и) долевой собственности вправе требовать раздела (выдела своей доли из общего имущества) (п. 2). При недостижении участниками долевой собственности соглашения о способе и условиях раздела общего имущества или выдела доли одного из них участник долевой собственности вправе в судебном порядке требовать выдела в натуре своей доли из общего имущества (абзац 1 пункта 3).

Таким образом, раздел и (или) выдел доли участника права общей долевой собственности, в том числе образованной для осуществления совместной деятельности по договору простого товарищества, осуществляется путем достижения соглашения между участниками сообщества.

Соглашение сособственников о разделе (выделе) может включать условие о выделе доли в натуре (п. 3 ст. 252 ГК РФ), выплате компенсации (п. 5 ст. 252 ГК РФ), а также другие условия, не нарушающие требования действующего законодательства. Получение сособственником его доли в натуре, компенсации или иного удовлетворения означает его выход из сообщества собственников и прекращение для него права общей долевой собственности.

Выход одного из участников без получения доли в натуре, но с соответствующей компенсацией означает, что его доля поступает в собственность одного или нескольких участников, выплативших компенсацию (ст. 245 ГК РФ).

Следовательно, как справедливо отмечено апелляционным судом, компенсация, предусмотренная ст. 252 ГК РФ, имеет природу платы за утрату доли одним из сособственников и приобретением права на нее другим сособственником, то есть природу встречного предоставления по возмездной сделке.

Такая компенсация не может быть признана убытком ни выходящего соучастника, поскольку он получает взамен доли - встречное предоставление, ни плательщика компенсации, так как он увеличивает свою долю. 

Учитывая вышеуказанные нормы права, принимая во внимание, условия Договора от 14.04.2006 о внесении вкладов товарищей, порядок и размер последующего распределения долей, установив, что стороны Договора по обоюдному согласию пришли к соглашению о его расторжении, в силу чего применяются положения ст. 252 ГК РФ, а также то, что по Соглашению от 02.12.2015 о расторжении Договора от 14.04.2006 ООО «Ажур» приобретает единоличное право собственности на объект незавершенного строительства, суд апелляционной инстанции, вопреки доводам кассатора, пришел к верному выводу о том, что в рассматриваемом случае получение ИП ФИО5 100 000 долларов США в рублях по курсу Центрального Банка Российской Федерации, взамен отказа от своей доли в Объекте в пользу ООО «Ажур», по сути является денежной компенсацией за свою долю, что соответствует требованиям статей 245 и 252 ГК РФ.

Оснований считать указанный вывод, как и оценку, данную судом апелляционной инстанции вышеизложенным обстоятельствам, несоответствующими положениям действующего законодательства и представленным в материалы дела доказательствам, вопреки доводам кассатора, у суда округа не имеется. 

Из условий Соглашения от 02.12.2015 следует, что выплата денежных средств в размере 100 000 долларов США в рублях по курсу Центрального Банка Российской Федерации, должна быть произведена в срок до 01.01.2017.

Доказательств уплаты ИП ФИО5 данных денежных средств, ООО «Ажур» не представлено.

Таким образом, требования ИП ФИО5 о взыскании с ООО «Ажур» вышеуказанных денежных средств законно и обосновано.

Также апелляционным судом учтено и то, что в ходе разбирательства по делу судом первой инстанции было произведено процессуальное правопреемство истца по первоначальному иску с ИП ФИО5 на ООО «Севастопольские морские транспортные перевозки», и следовательно, право требования денежных средств перешло к правопреемнику - ООО «Севастопольские морские транспортные перевозки».

На основании вышеизложенного, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, учитывая, что в Соглашении от 02.12.2015 размер компенсации определен в долларах США исходя из рублевого эквивалента по курсу Центрального Банка Российской Федерации на дату оплаты, установив, что доказательств выплаты денежных средств по Соглашению в материалы дела не представлено, суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для удовлетворения первоначального иска и взыскании с ООО «Ажур» в пользу ООО «Севастопольские морские транспортные перевозки» 100 000 долларов США по курсу Центрального Банка Российской Федерации в рублевом эквиваленте на день исполнения судебного акта.

Оснований не согласиться с указанным выводом апелляционного суда, у судебной коллегии не имеется.

Доводы кассатора о том, что взыскивая с ООО «Ажур» в пользу ООО «Севастопольские морские транспортные перевозки» задолженность в размере 100000 долларов США в рублях по курсу Центрального Банка Российской Федерации, суд апелляционной инстанции вышел за пределы первоначальных исковых требований, отклоняется судебной коллегией, как несостоятельный.

Из содержания искового заявления по первоначальному иску следует, что истец просил взыскать как задолженность, так и проценты в долларах США по курсу Центрального Банка РФ на дату исполнения обязательства. 

В соответствии со ст. 317 ГК РФ в денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах (экю, "специальных правах заимствования" и др.). В этом случае подлежащая уплате в рублях сумма определяется по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день платежа, если иной курс или иная дата его определения не установлены законом или соглашением сторон.

В п. 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.11.2002 №70 «О применении арбитражными судами статей 140 и 317 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что арбитражный суд выносит решение об удовлетворении требования о взыскании денежных средств в иностранной валюте, если будет установлено, что в соответствии с требованиями законодательства, действующего на момент вынесения решения, денежное обязательство может быть исполнено в этой валюте (статья 140 и пункты 1 и 3 статьи 317 ГК РФ). Взыскиваемые суммы указываются арбитражным судом в резолютивной части решения в иностранной валюте в соответствии с правилами ч. 1 ст. 171 АПК РФ.

Согласно разъяснениям п. 13 названного Информационного письма, если законом или соглашением сторон курс и дата пересчета валют не установлены, суд в соответствии с п. 2 ст. 317 ГК РФ указывает, что пересчет осуществляется по официальному курсу на дату фактического платежа.

В соответствии со ст. 53 Федерального закона от 10.07.2002 №86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» Банк России устанавливает и публикует официальные курсы иностранных валют по отношению к рублю.

Поскольку истец по первоначальному иску просил взыскать задолженность по официальному курсу соответствующей валюты на день платежа, суд апелляционной инстанции, вопреки доводам кассатора, верно указал, на взыскание 100 000 долларов США по курсу Центрального Банка Российской Федерации в рублевом эквиваленте на день исполнения судебного акта.

Помимо этого истец по первоначальному иску также просил взыскать с ООО «Ажур» проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные от суммы задолженности до даты исполнения обязательства. Начальной датой начисления процентов определено 02.01.2017.

В силу п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Таким образом, законодателем установлена мера ответственности за неисполнение или просрочку исполнения денежного обязательства в виде уплаты процентов за пользование чужими денежными средствами.

Оценив данное требование, установив, что обязательства по оплате задолженности ООО «Ажур» не исполнены, учитывая положения Постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 №497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», а также то, что в период действия моратория (с 01.04.2022 до 01.10.2022) на требования, возникшие до введения моратория, финансовые санкции не начисляются, апелляционный суд правомерно взыскал с ООО «Ажур» в пользу ООО «Севастопольские морские транспортные перевозки» проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 02.01.2017 года по день фактической оплаты долга, рассчитанные на сумму основного долга – 100 000 (сто тысяч) долларов США по курсу Центрального Банка Российской Федерации в рублевом эквиваленте на момент фактической оплаты долга, за исключением периода моратория, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации №497 от 28.03.2022.

Оснований не согласиться с указанным выводом суда апелляционной инстанции, у судебной коллегии не имеется.

В части встречных исковых требований, суд апелляционной инстанции правомерно руководствовался следующим.

Особенность договора простого товарищества состоит в том, что он не предусматривает взаимных требований участников, связанных с осуществлением совместной деятельности, поскольку считается, что участники действуют сообща и преследуют общую цель. В том числе закон не предусматривает возможность споров между участниками по поводу объема и качества выполненных работ.

Судом апелляционной инстанции принято во внимание, что во исполнение Соглашения о расторжении договора стороны подписали акт приема-передачи объекта от 02.12.2015, в котором указали, что ИП ФИО5 передает ООО «Ажур» объект недвижимости, который находится в удовлетворительном состоянии с учетом нормального износа. Обязательства по охране Объекта переходят к Стороне-1. Сторона-1 и Сторона-3 к Стороне-2 в отношении данного Объекта претензий не имеют (Т.1, л.д. 13).

При этом, дав надлежащую правовую квалификацию спорным отношениям, учитывая, что право общей долевой собственности возникло у ООО «Ажур» вследствие создания вещи (по договору простого товарищества), а единоличное право собственности - вследствие выплаты компенсации, апелляционный суд правомерно применил к требованиям ООО «Ажур» по аналогии положения гражданского законодательства о договоре купли-продажи.

В соответствии со ст. 557 ГК РФ в случае передачи продавцом покупателю недвижимости, не соответствующей условиям договора продажи недвижимости о ее качестве, применяются правила статьи 475 Кодекса, за исключением положений о праве покупателя потребовать замены товара ненадлежащего качества на товар, соответствующий договору.

В свою очередь, согласно ст. 475 ГК РФ если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца: соразмерного уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара (пункт 1). 

Согласно п. 2 ст. 475 ГК РФ в случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы, потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору.

В соответствии с п. 1 ст. 477 ГК РФ, если иное не установлено законом или договором купли-продажи, покупатель вправе предъявить требования, связанные с недостатками товара, при условии, что они обнаружены в сроки, установленные настоящей статьей.

Если на товар не установлен гарантийный срок или срок годности, требования, связанные с недостатками товара, могут быть предъявлены покупателем при условии, что недостатки проданного товара были обнаружены в разумный срок, но в пределах двух лет со дня передачи товара покупателю либо в пределах более длительного срока, когда такой срок установлен законом или договором купли-продажи. Срок для выявления недостатков товара, подлежащего перевозке или отправке по почте, исчисляется со дня доставки товара в место его назначения (п. 2 ст. 477 ГК РФ).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, содержащееся в п. 2 ст. 477 ГК РФ правовое регулирование обусловлено необходимостью достижения баланса интересов между изготовителями (продавцами) и покупателями (потребителями) при регламентации вопросов качества (безопасности) товара; позволяет покупателю (потребителю) обратиться в суд за защитой своих прав путем предъявления требований к продавцу в отношении недостатков товаров, на которые гарантийные сроки или сроки годности не установлены, если такие недостатки обнаружены в пределах двух лет со дня передачи их покупателю (потребителю). В этом случае действуют общие правила исчисления срока исковой давности - со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (п. 1 ст. 200 ГК РФ) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24.03.2015 №557-О, от 27.01.2022 №88-О).

Таким образом, истечение вышеуказанного срока является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований к продавцу в отношении недостатков товаров.

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая, что встречный иск предъявлен в суд 17.02.2020, а объект недвижимости передан ООО «Ажур» 02.12.2015, что подтверждается Актом от 02.12.2015 к Соглашению от 02.12.2015 о расторжении Договора от 14.04.2006, и учитывая, что именно с данного момента Общество могло узнать о нарушении своего права, суд апелляционной инстанции придя к выводу о пропуске срока, установленного п. 2 ст. 477 ГК РФ, правомерно отказал в удовлетворении встречного иска.

Доводы кассатора о том, что о нарушении своего права ООО «Ажур» узнало лишь в 2018г., в силу чего срок на предъявления данного требования не пропущен, отклоняется судебной коллегией, поскольку как было указано выше, к исчислению данного срока применяются общие правила, предусмотренные п. 1 ст. 200 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Действуя в своем интересе, заботливо и осмотрительно, учитывая, что спорный Объект представляет собой объект незавершенного строительства, а также то, что указанный Объект необходим был ООО «Ажур» для осуществления предпринимательской деятельности, о недостатках данного Объекта Общество должно было узнать с момента его передачи.

Довод кассатора о том, что к требованию по встречному иску не могут применяться сроки, установленные п. 2 ст. 477 ГК РФ, отклоняются судом округа, как несостоятельный, по основаниям, изложенным выше.

Дополнительно судебная коллегия отмечает, что независимо от квалификации спорных отношений по встречному иску, будь то применяемые по аналогии нормы п. 2 ст. 477 ГК РФ, либо положения статей 724, 725 ГК РФ, либо положений об общем сроке исковой давности (ст. 196 ГК РФ), принимая во внимание, что о нарушении своего права ООО «Ажур» должно было узнать с момента передачи Объекта (02.12.2015) и именно с данным моментом связано начало исчисления срока давности, а со встречным иском Общество обратилось в суд 17.02.2020, в любом случае срок предъявления (срок исковой давности) настоящего иска Обществом пропущен, что при наличии поданного ИП ФИО5 заявления о пропуске срока исковой давности, являлось самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении встречных исковых требований.

Ссылка кассатора на то, что апелляционным судом дана ненадлежащая оценка представленным в материалы дела доказательствам, подлежит отклонению, как противоречащая содержанию обжалуемого постановления.

Судебная коллегия обращает внимание, что согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе, в определении от 17.02.2015 №274-О, статьи 286 - 288 Кодекса, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. Соответствующая правовая позиция отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2016 №308-ЭС16-4570. 

Таким образом, доводы кассационной жалобы проверены кассационным судом и оставлены без удовлетворения как неподтвержденные материалами дела и основанные на неправильном толковании норм материального права. 

Данные доводы были известны суду апелляционной инстанций, исследовались и им дана надлежащая правовая оценка. По существу, доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке доказательств, положенных в обоснование содержащихся в обжалуемом постановлении выводах.

Несогласие подателя жалобы с произведенной судом апелляционной инстанции оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм процессуального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемого судебного акта в кассационном порядке.

Статьей 286 АПК РФ предусмотрены пределы рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции, согласно которым арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено данным Кодексом. При рассмотрении дела арбитражный суд кассационной инстанции проверяет, соответствуют ли выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Арбитражный суд округа не вправе иначе оценивать доказательственное значение имеющихся в деле документов.

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, были предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены обжалуемого постановления не выявлено, суд кассационной инстанции не находит оснований для его отмены.

С учетом изложенного постановление суда апелляционной инстанции подлежит оставлению без изменения, а кассационная жалоба без удовлетворения.

В связи с окончанием кассационного производства меры, принятые определением Арбитражного суда Центрального округа от 24.01.2024, по приостановлению исполнения постановления Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2023 по делу №А84-5906/2019 с момента принятия судом кассационной инстанции настоящего постановления утрачивают силу на основании ч. 4 ст. 283 АПК РФ.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 287, ст. 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2023 по делу №А84-5906/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения постановления Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2023 по делу №А84-5906/2019, принятое определением Арбитражного суда Центрального округа от 24.01.2024.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий 

 

Судьи

 

ФИО1

 

ФИО2

 

ФИО3