АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-22889/2020

г. Краснодар

14 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 14 февраля 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Калашниковой М.Г. и Конопатова В.В., при участии в судебном заседании от уполномоченного органа – Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области (ОГРН 

<

***>) – ФИО1 (доверенность от 26.06.2023),      в отсутствие конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «СЭНТЭЛ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО2 (ИНН 

<

***>, ответчиков: ФИО3, ФИО4, ФИО5, кредитора – общества с ограниченной ответственностью «ЭкоИннТех» (ИНН 

<

***>), иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте суда в сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «ЭкоИннТех» и Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2023 по делу № А53-22889/2020, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «СЭНТЭЛ» (далее – должник) Управление Федеральной налоговой службы по Ростовской области (далее – управление, уполномоченный орган) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными следующих сделок должника: перечислений с расчетного счета ООО «СЭНТЭЛ» денежных средств с 10.08.2017 по 19.04.2018 в пользу ФИО5 на общую сумму 5 415 тыс. рублей; с 13.09.2017 по 08.05.2018 в пользу ФИО3 на общую сумму 2 145 тыс. рублей, применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчиков в конкурсную массу должника денежных средств, в частности, с ФИО5 – 5 415 тыс. рублей,                  с ФИО3 – 2 145 тыс. рублей (уточненные требования). В обоснование требований указано, что на момент спорных перечислений должник отвечал признакам неплатежеспособности, имелась просроченная задолженность перед иными кредиторами, чьи требования впоследствии включены в реестр. В результате спорных перечислений причинен вред имущественным правам кредиторов. 

Определением от 17.07.2023 требования удовлетворены в полном объеме. 

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2023 определение от 17.07.2023 отменено в части признания недействительной сделкой перечисление должником 2 145 тыс. рублей ФИО3, в удовлетворении требований в этой части отказано в связи с пропуском срока исковой давности, о применении которой заявил ответчик. В остальной части определение суда первой инстанции от 17.07.2023 оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе управление просит отменить апелляционное постановление в части отказа в удовлетворении требований и взыскания 1500 рублей в возмещение понесенных обществом судебных расходов в виде госпошлины при подаче апелляционной жалобы. По мнению уполномоченного органа, суды при определении начала течения срока исковой давности по оспариваемой сделке не учли правовые выводы, изложенные Верховным Судом Российской Федерации в определениях от 12.07.2018 № 305-ЭС18-2393 и от 31.07.2017 № 305ЭС15-11230. Апелляционный суд, отменяя определение суда первой инстанции в части, неправомерно в пользу ответчика взыскал с уполномоченного органа в возмещение уплаченных заявителем апелляционной жалобы 1500 рублей госпошлины из уплаченных обществом при подаче жалобы в федеральный бюджет 3 тыс. рублей.  

В кассационной жалобе ООО «ЭкоИннТех» просит отменить определение                         от 17.07.2023 и постановление апелляционного суда от 25.10.2023 в части удовлетворенных требований, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований в полном объеме. Заявитель указывает, что налоговый орган в ходе выездной налоговой проверки установил, что платежи в адрес ФИО5 и ФИО3 в размере 7 560 тыс. рублей являются доходами физических лиц и в нарушение пункта 1 статьи 210 Налогового кодекса Российской Федерации не был включен в налоговую базу по НДФЛ. Следовательно, оспариваемые платежи не являются отдельными сделками и не могут быть оспорены в порядке пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.   

В судебном заседании представитель уполномоченного органа поддержал доводы своей кассационной жалобы, просил в удовлетворении требований общества отказать. 

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационные жалобы надлежит оставить без удовлетворения. 

Как следует из материалов дела, решением арбитражного суда от 28.04.2021 по данному делу ООО «СЭНТЭЛ» признано банкротом, в отношении его имущества открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утверждена ФИО2 Сведения об этом опубликованы в газете «КоммерсантЪ» № 86 (7048) от 22.05.2021. 

7 июня 2022 года уполномоченный орган обратился в суд с заявлением о признании недействительными следующих сделок должника: перечислений в период с 10.08.2017 по 19.04.2018 денежных средств с расчетного счета ООО «СЭНТЭЛ» в пользу ФИО5 на общую сумму 5 415 тыс. рублей; перечислений в период с 13.09.2017 по 08.05.2018 денежных средств с расчетного счета ООО «СЭНТЭЛ» в пользу ФИО3 на общую сумму 2 145 тыс. рублей, применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчиков в конкурсную массу должника денежных средств в соответствующих размерах. Из содержания заявления следует, что уполномоченный орган при анализе выписки по расчетному счету должника выявил расчетные операции по перечислению денежных средств в адрес ФИО5 за период с 10.08.2017 по 19.04.2018 в сумме 5 415 тыс. рублей с назначениями платежей: «выдача под отчет на хозяйственные расходы», а также расчетные операции по перечислению денежных средств ФИО3 за период с 13.09.2017 по 08.05.2018 в сумме 2 145 тыс. рублей с назначениями платежей: «выдача под отчет на хозяйственные расходы». По мнению уполномоченного органа, указанные платежи являются недействительными сделками (при наличии оснований, предусмотренными статьей 61.2 Закона о банкротстве, а также статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – Гражданский кодекс), нарушающими права кредиторов и причинившими им имущественный вред. 

Оценив представленные в дело доказательства, суд первой инстанции определением от 17.07.2023 признал недействительными сделками платежи (выдачу денег  под отчет) в пользу ФИО5 и ФИО3, в качестве применения последствий недействительности сделок (платежей) с ответчиков в конкурсную массу должника взысканы денежные средства в заявленных размерах. Удовлетворяя требования в полном объеме, суд указал на то, что ответчики являются заинтересованными по отношению к должнику лицами, отсутствуют доказательства встречного предоставления. На момент совершения платежей должник отвечал признакам неплатежеспособности. Заявлений о пропуске срока исковой давности, установленной статьями 196, 200 Гражданского кодекса, не заявлено.  

Постановлением апелляционного суда от 25.10.2023 определение суда первой инстанции от 17.07.2023 отменено в части признания недействительными сделками перечислений должником 2 145 тыс. рублей в пользу ФИО3 и применения последствий недействительности сделки, а также в части взыскания с ФИО3 государственной пошлины. В удовлетворении заявления в указанной части отказано в связи с пропуском срока исковой давности, о применении которой заявил ответчик в дополнительном отзыве на заявление. В остальной части определение от 17.07.2023 оставлено без изменения. 

Апелляционный суд, соглашаясь в целом с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для признания спорных сделок должника недействительными, установил, что в дополнительном отзыве от 06.07.2023 на заявление уполномоченного органа (т. 1, л. д. 101) ответчик ФИО3 в суде первой инстанции до вынесения судебного акта по существу спора заявил о пропуске срока исковой давности по требованию. Однако суд заявление и довод ответчика в этой части по существу не рассмотрел. Поскольку заявление о признании сделки (платежей) недействительными подано в суд 07.06.2022, а решение о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства вынесено 28.04.2021, то установленный пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации годичный срок для оспаривания сделки должника на основании статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве пропущен, что является основанием для отказа в удовлетворении требований в части, предъявленных к ответчику ФИО3    

Апелляционный суд обоснованно руководствовался следующим. 

Согласно разъяснениям абзаца 4 пункта 9.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), если суд первой инстанции, исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств, придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права. Таким образом, суд не связан правовой квалификацией заявленных требований, поскольку именно в компетенцию суда входит правовая квалификация обстоятельств, послуживших основанием для обращения за судебной защитой. 

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что поскольку производство по делу о банкротстве должника возбуждено 07.08.2020, соответственно, действительность оспариваемых в рамках настоящего обособленного спора перечислений за период с 10.08.2017 по 08.05.2018 должна оцениваться судом применительно к правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

При этом, как видно из содержания заявления от 08.04.2022 № 16-18/2213,  уполномоченный орган в качестве основания для признания оспариваемой сделки (платежей) недействительной в соответствии со статьями 10, 168 Гражданского кодекса ссылался на те же обстоятельства и доказательства, что и при ее оспаривании на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Таким образом, как правильно отметил апелляционный суд, уполномоченным органом не раскрыты обстоятельства, свидетельствующие о том, что пороки спорной сделки выходят за пределы статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ в отношении ООО «СЭНТЭЛ» руководителем должника являлся ФИО5 (ИНН 

<

***>) в период с 05.11.2013 по 07.05.2017. Учредителем ООО «СЭНТЭЛ» также является ФИО5. ФИО3 являлся заместителем директора ООО «СЭНТЭЛ». 

Установлено, что должником в пользу ответчика ФИО5 произведены перечисления за период с 10.08.2017 по 19.04.2018 в сумме 5 415 тыс. рублей  с назначениями платежей – выдача под отчет на хозяйственные расходы. Также должником в пользу ответчика ФИО3 произведены перечисления за период с 13.09.2017 по 08.05.2018 в сумме 2 145 тыс. рублей с аналогичными назначениями платежей. 

Доказательств встречного предоставления ответчиками по спорным платежам материалы дела не содержат. 

Согласно статье 1 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете) бухгалтерский учет представляет собой формирование документированной систематизированной информации об объектах, предусмотренных данным Федеральным законом, в соответствии с требованиями, установленными данным Федеральным законом, и составление на ее основе бухгалтерской (финансовой) отчетности. В силу статьи 5 Закона о бухгалтерском учете объектами бухгалтерского учета экономического субъекта являются факты хозяйственной жизни; активы; обязательства; источники финансирования его деятельности; доходы; расходы; иные объекты в случае, если это установлено федеральными стандартами. 

В соответствии со статьей 6 Закона о бухгалтерском учете бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации. Каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом (статья 9 названного Закона). Первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным – непосредственно после его окончания. Лицо, ответственное за оформление факта хозяйственной жизни, обеспечивает своевременную передачу первичных учетных документов для регистрации содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета, а также достоверность этих данных (статья 9 Закона о бухгалтерском учете). 

Согласно статье 7 Закона о бухгалтерском учете ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Таким образом, обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности возложена на руководителя экономического субъекта Законом об обществах с ограниченной ответственностью и Законом о бухгалтерском учете. 

Статьей 19 Закона о бухгалтерском учете также установлена обязанность экономического субъекта организовать и осуществлять внутренний контроль совершаемых фактов хозяйственной жизни. Между тем, как установили суды, в материалах дела отсутствуют документы, отражающие финансово-хозяйственную деятельность должника, в том числе документы, подтверждающие расходование выданных ответчикам подотчетных денежных средств на нужды организации. 

Согласно представленному в материалы дела заключению о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства выявлены признаки преднамеренного банкротства ООО «СЭНТЭЛ». В качестве сделок, повлиявших на ухудшение финансово-экономического результата организации, временный управляющий указывает, в том числе перечисление денежных средств в под отчет, оспариваемые в настоящем заявлении. 

Согласно пункту 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, (утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации                     от 20.12.2016) материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве. 

Суды установили, что в отношении должника проведена выездная налоговая проверка на основании решения Межрайонной ИФНС России № 12 по Ростовской области от 20.12.2018 № 12 (проверяемый период с 01.01.2015 по 31.12.2017). По итогам выездной налоговой проверки вынесено решение от 21.08.2020 № 3962 о привлечении ООО ««СЭНТЭЛ» к ответственности за совершение налогового правонарушения. 

В рамках проверки установлены следующие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения настоящего заявления. При проверке первичных бухгалтерских документов (расходные кассовые ордера, платежные поручения) установлено, что должник согласно действующему на предприятии Положению о расчетах с подотчетными лицами (утверждено 08.11.2013) выдавало сотрудникам денежные средства в подотчет на хозяйственные нужды предприятия. Согласно карточке счета 71 «Расчеты с подотчетными лицами» расходным кассовым ордерам, платежным поручениям за проверяемый период сотрудникам были выданы в подотчет денежные средства в сумме 26 119 559 рублей                      42 копейки, приняты к учету авансовые отчеты на сумму 964 682 рублей. Сальдо расчетов но счету 71 «Расчеты с подотчетными лицами» по состоянию на 01.01.2015 составило                Дт 11 700 рублей. Сальдо расчетов по счету 71 «Расчеты с подотчетными лицами» по состоянию на 30.09.2018 составило Дт 25 166 577 рублей 42 копейки. Таким образом, установлено, что на сумму 25 166 577 рублей 42 копейки (счет 71 «Расчеты с подотчетными лицами») за выданные в подотчет денежные средства сотрудники должника не отчитались. 

По условиям действующего на предприятии Положения о расчетах с подотчетными лицами от 08.11.2013 подотчетные лица должны отчитаться в бухгалтерию по суммам, полученным в подотчет, в последний рабочий день месяца. Между тем суды установили, что в указанный срок (в последний рабочий день месяца) подотчетные лица не отчитались по суммам, полученным в подотчет, денежные средства не были возвращены в кассу, на расчетный счет. Это свидетельствует о том, что данные денежные средства использовались работниками в личных целях и являлись доходом физических лиц. 

Соответственно, доводы заявителя жалобы в указанной части отклонены судом обоснованно. Кроме того, в ходе налоговой проверки установлено, что при анализе банковских выписок ФИО5 за период 01.01.2015 – 30.09.2018 от ООО «СЭНТЭЛ» поступило подотчетных денежных средств в сумме 23 929,7 тыс. руб. Денежные средства, полученные в подотчет от ООО «СЭНТЭЛ», в дальнейшем перечислены третьим лицам на личные карты, сняты наличными в банкомате, использованы на оплату мобильной связи, покупки в сетевых супермаркетах и интернет-магазинах, оплату бензина. 

Таким образом, надлежит признать верным вывод судов о том, что ответчиками не представлено доказательств встречного предоставления по спорным платежам, равно как и доказательств траты спорных денежных средств на нужды должника. 

При совершении подозрительных сделок по перечислению денежных средств, контролирующие лица должника осознавали экономическое положение ООО «СЭНТЭЛ». 

Из материалов дела следует, что на момент спорных перечислений у должника имелась задолженность перед ООО «ЭКОИНТЕХ» в размере 4 292 751 рублей 30 копеек (основания возникновения задолженности – договор купли-продажи от 20.11.2017                        № 20/11), а также перед уполномоченным органом за период с 01.01.2017. Это свидетельствует о том, что при совершении спорных сделок в виде перечисления денежных средств учредитель должника, а также заместитель директора должника не могли не осознавать негативные последствия для исполнения обязательств, имеющихся у должника на дату совершения спорных перечислений, тем самым имели цель причинения вреда кредиторам. Более того, согласно аналитическому отчету о финансовых показателях должника за период с 2016 по 2018 гг., с 2017 года наблюдается устойчивая динамика снижения большинства показателей, а показатели валовой прибыли (убыток) и прибыли (убыток) имеют впоследствии отрицательное значение. Указанные обстоятельства также свидетельствуют о доказанности факта осведомленности ответчиков сделки о финансовом состоянии должника. Таким образом, как правильно указали суды, в рассматриваемом случае в результате осуществления спорных платежей в пользу аффилированных лиц, выбыли активы должника на общую сумму 7 560 тыс. рублей. 

Как разъяснено в определении Верховного Суда Российской Федерации                            от 01.10.2020 № 305-ЭС19-20861(4), недоказанность осведомленности ответчика на момент заключения сделки о неплатежеспособности должника не имеет решающего значения для правильного разрешения настоящего спора. Сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (определение Верховного Суда Российской Федерации  от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013). 

Как следует из материалов данного дела, таких доказательств не представлено.

 Доводы ответчика ФИО3 об отсутствии документов в подтверждение спорных перечислений суды отклонили как необоснованные, поскольку в материалы дела не представлено доказательств истребования ответчиком документации у учредителя должника, главного бухгалтера, а также иных лиц. 

При таких установленных обстоятельствах являются обоснованными выводы о том, что ответчики не представили доказательств наличия реальных взаимоотношений по спорным платежам, спорные платежи совершены в пользу аффилированных лиц без встречного предоставления, при наличии неисполненных обязательств перед иными независимыми кредиторами, сделки совершены в период неплатежеспособности должника. Таким образом, суды обоснованно указали на наличие оснований для признания недействительными сделками спорных перечислений в пользу ФИО3 (2 145 тыс. рублей) и ФИО5 (5 415 тыс. рублей) на основании части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Проверив довод ответчика ФИО3 в части применения к заявленным требованиям срока исковой давности, апелляционный суд установил следующее. 

В отзыве на заявление от 20.01.2023 ФИО3 указал на то, что в настоящем случае выдача подотчетных денежных средств в размере 2 145 тыс. рублей осуществленна с 13.09.2017 по 08.05.2018, тогда как заявление о признании банкротом подано более чем через два года (31.07.2020), то есть оспариваемые сделки совершены за пределами срока давности, соответственно, подлежат применению положения об отказе в удовлетворении исковых требований в связи с истечением срока исковой давности на подачу заявления об оспаривании сделки по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В дополнительном отзыве от 05.07.2023 ФИО3 уточнил свою правовую позицию, просил отказать в удовлетворении заявленных требований в связи с истечением срока исковой давности на подачу заявления об оспаривании сделки по пункту 2                   статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса), которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ, статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности. Пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса не предусмотрено какого-либо требования к форме заявления о пропуске исковой давности: оно может быть сделано как в письменной, так и в устной форме, при подготовке дела к судебному разбирательству или непосредственно при рассмотрении дела по существу, а также в судебных прениях в суде первой инстанции, в суде апелляционной инстанции в случае, если суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (часть 5 статьи 330 ГПК РФ, часть 6.1 статьи 268 АПК РФ). Если заявление было сделано устно, это указывается в протоколе судебного заседания                   (пункт 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43). 

Апелляционный суд счел, что в данном случае ответчиком ФИО3 сделано четкое и недвусмысленное заявление о применении срока исковой давности. 

Неправильное исчисление срока исковой давности со ссылкой на периоды подозрительности, предусмотренные статьей 61.2 Закона о банкротстве, не могло быть квалифицировано судом как отказ от применения срока исковой давности, поскольку четкого отказа от его применения ответчиком сделано не было. Суд первой инстанции, выясняя действительную волю ответчика на применение срока исковой давности, должен был разъяснить ответчику отличия срока исковой давности и периода подозрительности (который не носит заявительного характера и предусмотрен статьей 61.2 Закона о банкротстве), а также последствия отказа от заявления о пропуске срока исковой давности. Судом первой инстанции этого сделано не было, поэтому апелляционный суд проверил как соблюдение срока исковой давности, так и совершение оспариваемой сделки в пределах периода подозрительности. 

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43                   «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено: в силу части 3 статьи 40                        ГПК РФ, части 3 статьи 46 АПК РФ, пункта 1 статьи 308 ГК РФ заявление о применении исковой давности, сделанное одним из соответчиков, не распространяется на других соответчиков, в том числе и при солидарной обязанности (ответственности). 

Ответчик ФИО5 надлежаще извещен судом первой инстанции о времени и месте судебного заседания, что подтверждается почтовыми уведомлениями. Однако о применении последствий пропуска срока исковой давности ФИО5 не заявил.  

В соответствии с пунктом 32 постановления Пленума № 63 заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса). Заявление уполномоченного органа об оспаривании сделки подано в суд 07.06.2022, тогда как решение о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства вынесено 28.04.2021, в связи с чем годичный срок исковой давности для оспаривания сделки пропущен. 

Из материалов дела видно, что определением от 20.09.2023 суд апелляционной инстанции предложил уполномоченному органу представить подробные письменные пояснения относительно довода ответчика о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям, учитывая дату подачи настоящего заявления (07.06.2022) и дату принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом (28.04.2021). 

В части осведомленности о факте совершения оспариваемой сделки, уполномоченный орган пояснил следующее (дополнение к отзыву от 09.10.2023                            № 16-18/5441@). На сайте ЕФРСБ сообщением от 26.01.2021 № 6069000 временным управляющим опубликовано уведомление о проведении собрания кредиторов по итогам процедуры наблюдения. К собранию кредиторов временным управляющим представлены документы, сформированные по итогам процедуры наблюдения, в том числе заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства                       ООО «СЭНТЭЛ». В указанном заключении временным управлявшим проанализированы банковские выписки должника и установлены существенные факты финансово-хозяйственной деятельности ООО «СЭНТЭЛ». Оспариваемые уполномоченным органом перечисления денежных средств также указаны временным управляющим в указанном заключении (они отражены на страницах 5, 6, 13, 14). В совокупности проанализированных сделок временным управляющим сделан вывод о наличии признаков преднамеренного банкротства должника и нанесении ущерба кредиторам, который по предварительным оценкам составляет более 100 млн рублей. 

Из изложенного следует, что на момент открытия конкурсного производства уполномоченный орган располагал сведениями об оспариваемых сделках (перечислении подотчетных денежных средств в период с 13.09.2017 по 08.05.2018). Однако, как установлено, с соответствующим заявлением об оспаривании сделок обратился в суд только 07.06.2022, то есть с пропуском срока исковой давности. 

Доводы уполномоченного органа о том, что бывшим руководителем должника ФИО5 конкурсному управляющему не была передана документация должника, определение Арбитражного суда Ростовской области от 16.08.2021 об обязании бывшего руководителя должника ФИО5 передать документацию исполнено не было,                    не свидетельствуют о соблюдении срока исковой давности, поскольку отсутствие указанных документов не препятствовало оспариванию рассматриваемых сделок, поскольку об их подозрительности уполномоченному органу было известно в отсутствие указанных документов из заключения временного управляющего о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства должника. Кроме того, документация должника конкурсному управляющему не передана до настоящего времени. Об оспариваемых платежах уполномоченный орган не мог не знать также в силу того, что он проводил налоговую проверку за 2015 – 2018 годы и по результатам вынес решение                 от 21.08.2020 о привлечении должника к налоговой ответственности.  

В абзаце втором пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса предусмотрено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, и иные, фактические обстоятельства не подлежат оценке судом с учетом применения срока исковой давности. 

Поскольку суд первой инстанции при принятии определения от 17.07.2023 в части требований к ФИО3 неправильно применил нормы материального права в части вывода о пропуске срока исковой давности, апелляционный суд обоснованно отменил судебный акт в части признания недействительными перечислений ООО «СЭНТЭЛ» денежных средств в пользу ФИО3 в сумме 2 145 тыс. рублей и применении последствий недействительности сделки, а также в части взыскания с ФИО3 госпошлины. В указанной части в удовлетворении заявления обоснованно отказано.  

Обжалуя судебный акт суда апелляционной инстанции, заявители жалоб документально не опровергли правильности выводов суда. Доводы кассационных жалоб изучены и признаются судом кассационной инстанции несостоятельными, поскольку не влияют на обоснованность и законность обжалуемого постановления, свидетельствуют о несогласии с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом доказательств. Между тем иная оценка доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела в силу статей 286 и 287 Кодекса не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Согласно статье 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная инстанция не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде первой и (или) апелляционной инстанций. Аналогичные разъяснения даны Верховным Судом Российской Федерации в пунктах 28 и 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции».

Кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2023 по делу            № А53-22889/2020 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                               С.М. Илюшников

Судьи                                                                                                              М.Г. Калашникова

                                                                                                                         В.В. Конопатов