АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

Дело № А76-42998/2025

10 февраля 2026 г.

г. Челябинск

Резолютивная часть решения принята 28 января 2026 г.

Мотивированное решение изготовлено 10 февраля 2026 г.

Судья Арбитражного суда Челябинской области Холщигина Д.М., рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Зингер СПБ» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) о взыскании 72 500 руб.

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Зингер СПБ» (далее – истец) 21.11.2025 обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик), в котором просит:

1. Взыскать с Ответчика в пользу Истца компенсацию в размере 62 500 (шестьдесят две тысячи пятьсот) руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак по Свидетельству № 266060;

2. Взыскать с ответчика в пользу Истца компенсацию в размере 10 000 (десять тысяч) руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак № 293431;

3. Взыскать с ответчика судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 10 000 (десять тысяч) руб. и судебные издержки в сумме 10 407 (десять тысяч четыреста семь) руб., состоящие из расходов на приобретение спорного товара в размере 284 (двести восемьдесят четыре) руб., расходов на фиксацию правонарушения в размере 10 000 (десять тысяч) рублей, и почтовых расходов в размере 152 (сто пятьдесят два) руб.

В качестве правового обоснования требований истец ссылается на положения ст. 1252, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Лица, участвующие в деле, об арбитражном процессе по делу извещены надлежащим образом в соответствии с ч. 1 ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Ответчик представил отзыв, по иску возражает.

Исследовав и оценив доказательства, представленные в материалы дела, арбитражный суд установил следующие обстоятельства.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ООО «Зингер СПБ» является обладателем исключительных прав на товарные знаки:

- товарный знак ZINGER по регистрации № 266060, зарегистрированный 26.03.2004 в Государственном реестре товарных знаков в отношении товаров 06, 08, 14, 21, 26, 35, 45 классов Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее – МКТУ) (срок действия права до 03.07.2030);

- товарный знак по регистрации № 293431, зарегистрированный 02.08.2005 в Государственном реестре товарных знаков в отношении товаров 06, 08, 14, 21, 26, 35, 45 классов МКТУ (срок действия права до 25.06.2034).

В обоснование заявленных требований истец указывает на то, что 17.03.2025 в торговой точке по адресу: 

<

...>, он приобрел у ответчика товар – «маникюрный инструмент» в количестве одной единицы, имеющего технические признаки контрафактности.

Приобретенный товар представлен в дело в качестве вещественного доказательства.

Факт покупки подтверждается представленным в материалы дела оригиналом кассового чека от 17.03.2025, содержащим сведения о денежной сумме, уплаченной за товар, дате заключения договор розничной купли-продажи, сведения о продавце (наименование, ИНН, ОГРН), а также видеозаписью процесса приобретения товара, произведенной в целях самозащиты гражданских прав на основании ст. 12,14 ГК РФ.

Поскольку особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правообладателя Гражданским кодексом Российской Федерации (далее также – ГК РФ), иными правовыми актами не установлен, то представленные истцом чеки и видеозаписи, как содержащие сведения, необходимые для установления места распространения, лица, осуществляющего такое распространение, соответствуют требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к доказательствам по делу.

Видеозапись покупки отображает внутренний вид торгового пункта ответчика, процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты. На видеозаписи также отображается содержание выданных кассовых чеков, соответствующих приобщенным к материалам дела кассовым чекам ответчика и внешний вид товара, соответствующий приобщенному к материалам дела в качестве вещественного доказательства.

Истец, полагая, что ответчиком нарушены исключительные права истца, направил в адрес ответчика претензионное письмо с требованием об оплате компенсации за незаконное использование товарных знаков.

Доводы ответчика о несоблюдении истцом мер по досудебному урегулированию спора подлежат отклонению в связи со следующим.

В силу ч. 5 ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса РФ гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.

В соответствии с п. 8 ч. 2 ст. 125, ч. 7 ст. 126 Арбитражного процессуального кодекса РФ истец должен при подаче искового заявления указать в нем сведения о соблюдении им претензионного порядка урегулирования спора и приложить к иску документ, подтверждающий соблюдение претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора, за исключением случаев, если его соблюдение не предусмотрено федеральным законом.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 148 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если истцом не соблюден претензионный или иной досудебный порядок урегулирования спора с ответчиком, за исключением случаев, если его соблюдение не предусмотрено федеральным законом.

По смыслу п. 2 ч. 1 ст. 148 Арбитражного процессуального кодекса РФ претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату госпошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы. Такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение и служит дополнительной гарантией защиты прав. В качестве цели установления претензионного порядка принято рассматривать возможность сторон самостоятельно разрешать конфликт по возникшему спору, без обращения в судебные органы. Формальные препятствия для признания соблюденным претензионного порядка урегулирования спора не должны автоматически влечь оставление заявления без рассмотрения по п. 2 ч.1 ст. 148 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

При отсутствии в поведении ответчика намерения добровольно и оперативно урегулировать возникший спор во внесудебном порядке, правовые основания для оставления иска без рассмотрения отсутствуют, поскольку это приведет к необоснованному затягиванию разрешения спора и ущемлению прав одной из его сторон (п. 4 раздела II «Обзор судебной

практики Верховного Суда Российской Федерации № 4», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2015).

Оставляя иск без рассмотрения ввиду несоблюдения претензионного порядка урегулирования спора, суд должен исходить из реальной возможности погашения конфликта между сторонами при наличии воли сторон к совершению соответствующих действий, направленных на разрешение спора. При наличии доказательств, свидетельствующих о невозможности досудебного урегулирования спора, иск подлежит рассмотрению в суде.

Суд считает необходимым отметить, что, возражая против удовлетворения требований истца по основаниям несоблюдения претензионного порядка, ответчик, вместе с тем, не предпринял действий к мирному разрешению спора, добровольному возмещению истцу компенсации за допущенные им нарушения исключительных прав истца при реализации спорного товара. Напротив, из процессуального поведения ответчика, активно возражавшего против предъявленного иска не следует намерение добровольно и оперативно урегулировать возникший спор во внесудебном порядке.

Поскольку требования истца ответчиком добровольно не были удовлетворены, усматривая нарушение исключительных прав на вышеназванные товарные знаки, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

В силу статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью) являются, в частности, товарные знаки и знаки обслуживания, а также произведения искусства.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ, гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Статьей 1479 ГК РФ установлено, что на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1484 Кодекса.

Пунктом 2 названной статьи предусмотрено, что исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными.

Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 ГК РФ, в соответствии с которым, в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Как разъяснено в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

В соответствии с пунктом 43 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков (утверждены приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482; далее - Правила) изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков:

1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение;

4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное);

5) сочетание цветов и тонов.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

При определении значимости того или иного элемента в составе изобразительного или объемного обозначения следует руководствоваться функцией товарного знака, то есть необходимо установить, насколько этот элемент способствует выполнению обозначением различительной функции.

В частности, к выводу о сходстве сравниваемых обозначений может привести тождество или сходство следующих элементов этих обозначений: - пространственно-

доминирующих; - акцентирующих на себе внимание при восприятии обозначений (к таким элементам относятся, в первую очередь, изображения людей, животных, растений и других объектов, окружающих человека, а также изображения букв, цифр при условии их доминирования в составе обозначения); - легко запоминающихся (например, симметричные элементы, элементы, представляющие собой изображения конкретных объектов, а не абстрактных).

Применив приведённые выше критерии оценки сходства до степени смешения, на основании проведенного анализа представленных сторонами доказательств, суд приходит к выводу о том, что изображение товарных знаков на товаре, приобретенном у ответчика, имеет сходство до степени смешения с товарными знаками, правообладателем которых является истец, поскольку оно легко узнаваемо, ассоциируются с исходными товарными знаками.

В соответствии со статьей 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Согласно статье 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами. Законом не предусмотрена необходимость подтверждения факта продажи контрафактного товара определенными доказательствами.

Поскольку особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правообладателя Гражданским кодексом Российской Федерации, иными правовыми актами не установлен, то представленные истцом чек и видеозапись, как содержащие сведения, необходимые для установления места распространения, лица, осуществляющего такое распространение, соответствуют требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к доказательствам по делу. Видеозапись покупки отображает внутренний вид торгового пункта ответчика, процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты. На видеозаписи также отображается содержание выданного кассового чека, соответствующего приобщенному к материалам дела кассовому чеку ответчика и внешний вид товара, соответствующий приобщенному к материалам дела.

Частью 2 статьи 64 АПК РФ в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье 14 ГК РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

При таких обстоятельствах представленный в материалы дела диск с видеозаписью, фактически произведенной методом скрытой камеры, является допустимым доказательством.

Кроме того, видеозапись покупки оценивается судом в совокупности с товарным чеком, подтверждающим факт реализации ответчиком спорного товара, и вещественным доказательством.

Исходя из анализа норм статей 12, 14 ГК РФ и вышеуказанных норм процессуального законодательства осуществление видеосъемки при фиксации факта продажи товара является соразмерным и допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств. При этом данная видеосъемка проводилась истцом в целях защиты нарушенного права в рамках гражданско-правовых отношений.

Оснований полагать, что данное доказательство получено с нарушением федерального закона, не имеется.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком также не представлено доказательств того, что в принадлежащей ей торговой точке реализована иная продукция.

Приобретенный товар не имеет средств идентификации защиты, присущих лицензионному продукту, что свидетельствует о контрафактности товара.

Доказательств предоставления истцом ответчику прав на введение в гражданский оборот указанного товара в установленном порядке (наличие лицензионного соглашения и т.п.) ответчиком не представлено.

С учетом вышеизложенных обстоятельств, арбитражный суд полагает, что указанные действия ответчика по реализации товара с указанными выше обозначениями являются нарушением исключительных прав истца.

Таким образом, факт нарушения исключительных права истца на товарные знаки, зарегистрированные под номерами 266060, 293431, подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами, в том числе кассовым чеком, видеозаписью, вещественным доказательством.

Ответчик, имея статус предпринимателя, являясь самостоятельным участником гражданского оборота и осуществляя предпринимательскую деятельность в форме розничной торговли, обязана была проверить соответствие приобретаемого и реализуемого им товара требованиям действующего законодательства (в том числе убедиться в наличии знаков охраны интеллектуальных прав, сведений о производителе, импортере товара и проч.).

С учетом вышеизложенных обстоятельств, арбитражный суд полагает, что указанные действия ответчика по реализации товара, являются нарушением исключительных прав истца.

На основании статьи 1252 ГК РФ, защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб (подпункт 3 пункта 1).

В случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты, в том числе компенсации.

По правилам ст. 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (ст. ст. 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с п. 3 ст. 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до десяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения;

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

Определяя способы защиты нарушенного права, истец вправе руководствоваться собственным усмотрением.

В рассматриваемом случае истцом в отношении товарного знака № 266060 избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ - в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из

цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака (двукратном размере стоимости фиксированного вознаграждения лицензиата за использование права на товарный знак № 266060).

Как разъяснено в пункте 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц. Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в силу чего суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратного размера стоимости права использования соответствующего товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика (если таковые имеются) о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В качестве обоснования размера предъявленной к взысканию компенсации в размере 62 500 руб. истец ссылается на положения лицензионного договора от 11.08.2021, заключенного между ООО «Зингер СПБ» (лицензиар) и ИП ФИО2 (лицензиат) о предоставлении права использования товарного знака, по которому лицензиар предоставляет лицензиату на срок действия договора за вознаграждение право использования товарного знака ZINGER (свидетельство № 266060, заявка № 2000716572, приоритет от 03.07.2000, дата регистрации 26.03.2004), (пункт 1.1).

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования (например, если ответчик неправомерно использовал произведение путем его воспроизведения, то за основу размера компенсации может быть взята стоимость права за правомерное воспроизведение).

Суд на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, устанавливает стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака.

Определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации.

Представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм пункта 4

статьи 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.

Ответчик вправе оспорить рассчитанный на основании лицензионного договора размер компенсации путем обоснования иного размера стоимости права использования соответствующего товарного знака исходя из существа нарушения, условий этого договора либо иных доказательств, в том числе иных лицензионных договоров и заключения независимого оценщика.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства.

Истец в материалы дела представил заключенный с ИП ФИО2 (лицензиатом) лицензионный договор от 11.08.2021 о предоставлении права использования товарного знака «ZINGER» по свидетельству Российской Федерации № 266060.

Исходя из сопоставления срока действия лицензионного договора (до 11.08.2026) и даты правонарушения (22.10.2022) следует, что нарушение допущено ответчиком в момент действия лицензионного договора истца о предоставлении права использования спорного товарного знака и данные обстоятельства ответчиком не оспаривались.

Размер компенсации за нарушение прав истцом определен следующим образом: за нарушение исключительного права на товарный знак № 266060 в размере двукратной стоимости фиксированного вознаграждения лицензиата (истца) по лицензионному договору от 11.08.2021 (750 000/ 1 товарный знак/ 2 класса МКТУ/ 1 способ применения/ 12 месяцев х 2 = 62 500 руб.).

Ответчиком доказательств в обоснование иной стоимости права использования товарного знака не представлено, расчёт истца не оспорен.

Вместе с тем, ответчик заявил о несоразмерности компенсации совершённому нарушению, указано на малозначительность нарушения, отсутствие убытков у истца.

Установление размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, ниже установленных законом пределов (в том числе двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях и при мотивированном заявлении ответчика, с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и правовой позиции, изложенной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П и 24.07.2020 № 40-П (пункт 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021).

Согласно правовому подходу, изложенному в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года № 28-П, в силу значительной специфики объектов интеллектуальной собственности, обусловленной их нематериальной природой, правообладатели ограничены как в возможности контролировать соблюдение принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять допущенные нарушения, так и в возможности установить точную или по крайней мере приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной выгоды), в том числе, если правонарушение совершено в сфере предпринимательской деятельности.

Целью компенсации является возмещение заявителю действительных неблагоприятных последствий нарушения, а не наказание ответчика. Совокупность мер гражданско-правовой ответственности за нарушение права на товарный знак составляет самостоятельный и достаточный комплекс средств для обеспечения защиты интересов правообладателя, не может

преследовать цели защиты исключительно интересов правообладателя и должно быть направлено прежде всего на пресечение противоправного поведения, посягающего на публичный порядок, в частности, недопущение оборота контрафактных товаров.

В связи с этим при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика.

Доказательств того, что нарушение исключительных прав истца со стороны ответчика является намеренным, суду не представлено.

Вместе с тем, суд отмечает, что назначаемая компенсация не должна вести к обогащению одной из сторон и по европейской правоприменительной практике не относится к карательным убыткам. Предоставленная суду возможность снижать размер компенсации является одним из правовых способов, предусмотренных законом, направленных против злоупотребления правом ее свободного определения, то есть, по существу, на реализацию требований статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод не должно нарушать прав и свобод других лиц. В этом смысле у суда возникает обязанность установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и затронутыми интересами истца.

Исходя из изложенного, поскольку ответчик ранее к ответственности за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности не привлекался, принимая во внимание характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, вероятные убытки правообладателя, соразмерность компенсации последствиям нарушения, учитывая незначительную стоимость товара, суд пришел к выводу о возможности снижения размера компенсации до однократного размера стоимости права использования товарного знака, что составляет 31 250 руб. 00 коп.

В отношении товарного знака № 293431 истцом определен размер компенсации в размере, определяемом от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, в данном случае – 10 000 руб. за нарушение его исключительных прав.

Согласно п. 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» по требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Определение размера компенсации не является вопросом применения права. Установление конкретного размера компенсации относится к компетенции суда, рассматривающего спор по существу.

В соответствии с положениями части 1 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон.

В силу части 3 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

Согласно части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного произвольного снижения размера компенсации со стороны суда.

Ответчиком не представлены в материалы дела доказательства, свидетельствующие о несоразмерности суммы компенсации, заявленной истцом.

Распространение контрафактной продукции, с одной стороны, наносит урон репутации правообладателя, снижает доверие со стороны покупателей, а также негативно отражается на коммерческой деятельности правообладателя, в том числе снижает интерес потенциальных партнеров к заключению лицензионных договоров. С другой стороны, от использования контрафактного товара страдают интересы не только правообладателей, но и потребителей, поскольку те вводятся в заблуждение при покупке, полагая, что приобретают качественный и лицензионный товар.

Суд также отмечает, что размер компенсации заявлен в минимальном размере – 10 000 руб. 00 коп. за каждый факт нарушения. То есть в сумме, признанной законодателем как соразмерной любому нарушению вне зависимости от иных обстоятельств дела.

Доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным соблюдение исключительных прав истца на товарный знак, предпринимателем в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах исковые требования о взыскании компенсации за товарный знак № 293431 подлежат удовлетворению в размере 10 000 руб.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить, что согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 28.10.2021 № 46-П, часть 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не предполагает отнесения на обладателя исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности судебных расходов, понесенных им в связи с обращением в суд за защитой своих прав, в случае, когда, установив нарушение исключительных прав и удовлетворяя требования правообладателя о выплате ему компенсации за их нарушение, заявленные в минимальном размере, предусмотренном законом для соответствующего нарушения, арбитражный суд принимает решение о снижении размера компенсации.

Государственная пошлина при обращении с исковым заявлением в суд подлежит уплате в соответствии со ст.333.18 Налоговым кодексом РФ (далее - НК РФ) с учетом ст.ст.333.21, 333.22, 333.41 НК РФ.

При цене иска подлежит уплате госпошлина в сумме 10 000 руб. 00 коп.

Поскольку требования истца удовлетворены, расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика в размере 10 000 руб. 00 коп.

Истец просит взыскать с ответчика в его пользу расходы по восстановлению нарушенного права в размере стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика – в сумме 284 руб.

Из представленной в материалы дела видеозаписи закупки спорного товара следует, что цена товара составляет 90 руб.

Применительно к ст. 106 АПК РФ и п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» суд относит указанные расходы также к судебным издержкам и взыскивает с ответчика в пользу истца стоимость вещественного доказательства в размере 90 руб.

Наряду с этим истцом заявлено о взыскании с ответчика почтовых расходов в сумме 152 руб. 00 коп., понесенных в связи с направлением претензии и искового заявления ответчику. Претензия и почтовые квитанции с указанием на понесенные расходы представлены истцом в электронном виде и приобщены к материалам дела.

Исходя из того, что истец был вынужден обратиться в суд в связи с тем, что ответчик уклонялся от добровольного исполнения возложенных на него обязанностей, суд считает требования о возмещении за счет ответчика расходов связанных с отправкой претензии и

искового заявления ответчику в данном случае обоснованными (ст. 106, 110 АПК РФ), а почтовые расходы подлежащими возмещению в заявленном размере.

Также заявлено о взыскании с ответчика расходов понесённых на фиксацию правонарушения в размере 10 000 руб.

Законодательством не запрещено привлечение истцом иного лица для собирания доказательств с целью обращения истца в суд.

Однако в данном случае истец должен подтвердить, что именно им были понесены указанные расходы по фиксации нарушений.

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Истцом не представлено в материалы дела доказательств несения расходов в заявленном размере, в связи с чем указанные расходы не подлежат возмещению.

Как указывалось выше, при обращении с иском в суд истец представила в качестве вещественного доказательства – «маникюрные инструменты» в количестве одной единицы.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации.

Поскольку в ходе судебного разбирательства суд пришел к выводу, что на вещественном доказательстве выражены средства индивидуализации, нарушающие исключительное право истца на товарный знак № 266060; то оно является контрафактным и на основании части 3 статьи 80 АПК РФ не может находиться во владении отдельных лиц.

На основании изложенного, представленное в материалы дела вещественное доказательство – «маникюрный инструмент» в количестве одной единицы - подлежит уничтожению после вступления в законную силу настоящего решения.

Руководствуясь ст. ст. 49, 110, 167-170, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Зингер СПБ» компенсацию в размере 41 250 руб., в том числе:

- за нарушение исключительных прав истца на товарный знак по свидетельству № 266060 в размере 31 250 руб.;

- за нарушение исключительных прав истца на товарный знак по свидетельству № 293431 в размере 10 000 руб.;

- а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 10 000 руб., 90 руб. расходы на приобретение вещественного доказательства, 152 руб. почтовых расходов.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Уничтожить вещественное доказательство – «маникюрный инструмент» в количестве одной единицы, после вступления в законную силу настоящего решения.

Решение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

Решение вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Судья Д.М. Холщигина

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда http://18aas.arbitr.ru.