Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-257351/2022-66-464

г. Москва

25 марта 2024г.

Резолютивная часть решения объявлена 11 марта 2024г.

Решение изготовлено в полном объеме 25 марта 2024г.

 

Арбитражный суд города Москвы в составе:

председательствующего - судьи Пешехоновой А.А.,

при ведении протокола помощником судьи Агальцовой К.В.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1 о привлечении ФИО2 (ИНН 

<

***>), АО «ППТК «ПСК» к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц,

с участием: ФИО1 лично (паспорт), представитель ФИО2 ФИО3 (паспорт, доверенность от 09.02.2023)

АО «ППТК «ПСК» – не явился, извещен 

 

Установил:

23.11.2022 (согласно штампа канцелярии) в Арбитражный суд города Москвы поступило по подсудности из Арбитражного суда Московской области исковое заявление ООО «ГСК «Лаврский» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении ФИО2 (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 09.12.2022 принято к производству исковое заявление ООО «ГСК «Лаврский» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении ФИО2 (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, поступившее по подсудности из Арбитражного суда Московской области в Арбитражный суд города Москвы 23.11.2022 (согласно штампа канцелярии), и возбуждено производство по делу № А40-257351/2022-66-464.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.04.2023г. окончена подготовка дела к судебному разбирательству; дело назначено к судебному разбирательству по существу.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.06.2023г. привлечен к участию в деле в качестве соответчика АО «Предприятие производственно – Технологической Комплектации «Промснабкомплект»; отложено предварительное судебное заседание.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.10.2023г. произведена замена в порядке процессуального правопреемства стороны по делу № А40-257351/22-66-464 истца ООО «ГСК «Лаврский» на ФИО1; отложено предварительное судебное заседание.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2023г. определение Арбитражного суда города Москвы от 11.10.2023г. оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 13.02.2024г. определение Арбитражного суда города Москвы от 11.10.2023г. и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2023г. оставлены без изменения.

В настоящем судебном заседании рассмотрению подлежит дело по исковому заявлению ФИО1 к ответчикам ФИО2 (ИНН 

<

***>) и АО «Предприятие производственно – Технологической Комплектации «Промснабкомплект» о привлечении их к субсидиарной ответственности.

Настоящее судебное заседание является предварительным в порядке подготовки заявления о привлечении к субсидиарной ответственности к судебному разбирательству по существу.

АО «ППТК «ПСК» в судебное заседание не явился. В материалах дела имеются доказательства надлежащего извещения АО «ППТК «ПСК» о дате, времени и месте проведения судебного заседания по всем известным суду адресам.

При таких обстоятельствах в соответствии со ст. 123, ч. 3, 5 ст. 156 АПК РФ заседание проводится в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте проведения данного судебного заседания.

В судебном заседании ФИО1 поддержал представленные ранее уточнения требований.

Представитель ФИО2 против принятия уточнений возражала.

Согласно ст. 223 АПК РФ, ст. 32 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с ч. 1 ст. 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Рассмотрев заявленное уточнение, суд принимает его как соответствующее ч. 1 ст. 49 АПК РФ и разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 № 13 (ред. от 09.07.1997) «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции».

Протокольным определением суда от 11.03.2024г. в порядке п. 27 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2006 № 65 «О подготовке дела к судебному разбирательству» осуществлен переход в судебное разбирательство по рассмотрению дела по существу, поскольку лица, участвующие в деле, соответствующих возражений не заявили.

В настоящем судебном заседании дело подлежит рассмотрению по существу.

В судебном заседании истец поддержал заявленные требования с учетом принятых судом уточнений.

Представитель ответчика ФИО2 против удовлетворения искового заявления возражала по доводам письменного отзыва.

Изучив материалы дела, представленные документы, заслушав мнения лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующим выводам.

Заявление мотивировано следующим.

В рамках дела № А40-171042/2018 о банкротстве ООО «ГСК «Лаврский» (ИНН 

<

***>) конкурсным управляющим установлено, что Решением Арбитражного суда города Москвы от 04.04.2019 по делу № А40-15856/19 с ООО «Сервис-М» (ИНН 

<

***>) в пользу ООО «ГСК «Лаврский» взыскано неосновательное обогащение в размере 18.541.120 руб. 00 коп., проценты за пользование чужими денежными в размере 2.287.265 руб. 00 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 127.142 руб. 00 коп

Как следует из Решения от 04.04.2019 по делу № А40-15856/19 судом установлено, что 24.04.2017г., 26.04.2017, 03.05.2017, 11.05.2017, 12.05.2017г. с расчетного счета Истца на расчетный счет ООО «Сервис-М» перечислены денежные средства в сумме 520.000 руб.. 7.780.000 руб., 3.420.000 руб., 4.000.000 руб., 2.821.120 руб. соответственно, что подтверждается выпиской по счету за период с 30.03.2017 - 16.10.2017г. В качестве основания платежа указано «соглашение о переводе долга б/н от 04.04.2017».

Согласно доводам иска, денежные средства перечислены в связи с согласованием заключения между сторонами договора о переводе долга от 04.04.2017г., однако договор не заключен в связи с отказом ответчика (ООО «Сервис-М») от его подписания.

Таким образом, договорные отношения между сторонами отсутствуют, оснований для перечисления ответчику денежных средств у истца не имелось, денежные средства перечислены ошибочно. Доказательства предоставления ответчиком встречного исполнения отсутствуют.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2019 по делу № А40-15856/19 Решение Арбитражного суда города Москвы от 04.04.2019 по делу № А40-15856/19 о взыскании неосновательного обогащения, процентов оставлено без изменения, апелляционная жалоба ООО «Сервис-М» - без удовлетворения.

В своей апелляционной жалобе ООО «Сервис-М» указывало «...что Истец осуществляя транзакции неоднократно, знал об отсутствии обязательств перед ответчиком, представленное истцом платежное поручение не содержит даты исполнения, штампа банка и подписи уполномоченного лица банка...» (абз. 3 стр. 1 Постановления).

ООО «Сервис-М», зная, и подтверждая в апелляционном суде факт того, что платежи от ООО «ГСК «Лаврский» перечислялись в его адрес безосновательно, при этом между платежами имелись временные промежутки (24.04.2017г., 26.04.2017, 03.05.2017, 11.05.2017, 12.05.2017г.), - не возвращая денежные средства, продолжало их принимать. Денежные средства возвращены не были.

16.12.2019 судебным приставом-исполнителем Царицынского ОСП ГУФССП России по г. Москве в отношении ООО «Сервис-М» было возбуждено исполнительное производство № 104509/19/77023-ИП.

08.02.2021 исполнительное производство № 104509/19/77023-ИП в отношении ООО «Сервис-М» окончено в связи с невозможностью установить местонахождение должника, его имущества, либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей.

Далее, в рамках данного дела № А40-257351/22 определением суда от 20.02.2023 было удовлетворено ходатайство к/у ООО «ГСК «Лаврский» об истребовании у АО «СМП БАНК» выписки по расчетному счету № 

<

***> открытому в АО «СМП БАНК» в отношении ООО «Сервис-М» (ОГРН: 1 117746450084), за период с 23.04.2017 г. по настоящее время.

Анализ представленной Банком выписки по расчетному счету ООО «Сервис-М» позволил установить, что безосновательно полученные от ООО «ГСК «Лаврский» денежные средства органы управления ООО «Сервис-М» не вернули, а распорядились ими по своему усмотрению.

В частности, указанные денежные средства 27.04.2017, 10.05.2017, 12.05.2017, 15.05.2017 были перечислены с расчетного счета ООО «Сервис-М» на расчетный счет АО «Предприятие Производственно-Технологической Комплектации «Промснабкомлет» (ИНН 

<

***> 19720, ОГРН 

<

***>; (АО «ППТК «ПСК») в ПАО «Сбербанк России» № 40702810238120102398, а именно на сумму 8 200 000 руб., 3 400 000 руб., 4 100 000 руб., 2 741 120 руб., в качестве основания платежа указано «перечисление средств по соглашению о переводе долга б/н от 04.04.2017».

Согласно сведениям ЕГРЮЛ и Бизнес - справки сервиса по проверки контрагентов «Контур Фокус» в период с 21.03.2017 по 15.07.2021 (дата ликвидации) генеральным директором ООО «Сервис-М» являлся ФИО2, который с 04.04.2017 г. также являлся единственным участником ООО «Сервис-М».

Согласно сведениям ЕГРЮЛ и Бизнес - справки сервиса по проверки контрагентов «Контур Фокус» АО «ППТК «ПСК» (выгодоприобретатель) являлось участником ООО «Новое Измайлово» ИНН 

<

***>, доля участия 100 %.

ООО «Новое Измайлово» ИНН 

<

***> являлось участником ООО «ЛИРА» ИНН 

<

***> 102153, вторым участником в уставном капитале являлся ФИО5.

В отношении ООО «Лира» 14.06.2013 г. внесена запись о реорганизации в форме присоединения к ООО «Панорама Сервис» ИНН 

<

***>. В период с 03.06.2008г. по 11.01.2023г. генеральным директором ООО «Панорама-Сервис» являлся ФИО2 ИНН 

<

***>, т.е. Ответчик по иску.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ и Бизнес - справки сервиса по проверки контрагентов «Контур Фокус» ответчик по иску - ФИО2 в период 28.03.2013г. по 10.01.2014г. являлся директором ООО «ФОК «Лагуна» ИНН 5В31073512. В период с 10.01.2014 по 06.05.2014 - директором данного общества являлся ФИО5 Участником ЗАО «ФОК «Лагуна» с 15.06.2022 г. является -АО «ППТК «ПСК».

Согласно сведениям ЕГРЮЛ и Бизнес - справки сервиса по проверки контрагентов «Контур Фокус» ответчик ФИО2 в период с 30.01.2014 по 22.02.2019 являлся директором и участником в ООО «Жилсервис-Бисерово» ИНН 

<

***>. В период с 22.02.2019 по н/в единственным участником общества является ФИО6. Также ФИО6 с 25.12.2013 г. по н/в является участником (50% доли) в ООО «Спектр-Сервис» ИНН 

<

***>, где с 02.11.2016г. по н/в - 25% доли в уставном капитале принадлежат АО «ППТК «ПСК», а с 16.11.2012 до 02.11.2016 АО «ППТК «ПСК» принадлежало 100 % доли в уставном капитале указанного общества.

Вышеописанные обстоятельства о фактической аффилированности Ответчика ФИО2 и выгодоприобретателя денежных средств - АО «ППТК «ПСК», принадлежащих ООО «ГСК «Лаврский», свидетельствуют о давно сложившихся, устоявшихся хозяйственных отношений между соответчиками ФИО2 и АО «ППТК «ПСК».

Таким образом, ООО «Сервис-М», ФИО2, АО «ППТК «ПСК», ООО «Новое Измайлово», ООО «Панорама-Сервис», ООО «Жилсервис-Бисерово», ООО «Спектр-Сервис», ЗАО «ФОК «Лагуна» ФИО6, ФИО5 связаны общими экономическими интересами, что дополнительно свидетельствует о взаимозависимости и аффилированности вышеуказанных лиц.

Следовательно, перечисление директором и участником ООО «Сервис-М» ФИО2 в пользу АО «ППТК «ПСК» безосновательно полученных от ООО «ГСК «Лаврский» денежных средств и их последующий невозврат носил запланированный и целенаправленный характер, что свидетельствует о недобросовестности указанных лиц (ст. 10 ГК РФ).

15.07.2021 в ЕГРЮЛ внесена запись об исключении ООО «Сервис-М» (ИНН 

<

***>) на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей». При этом, исполнительное производство в отношении ООО «Сервис-М» было окончено 08.02.2021 актом о невозможности взыскания. Денежные средства не были возвращены ни до, ни входе исполнительного производства, ни после его окончания до ликвидации общества.

Материалы дела также не содержат доказательства ведения какой-либо переписки с указанными лицами, которые подтверждали бы совершение ООО «Сервис-М» попыток выплаты (возврата) кредитору ООО «ГСК Лаврский» денежных средств или исполнения обязательств внесением долга в депозит нотариуса.

Согласно пункту 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

В силу пункта 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закрн N 129) юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность. Такое юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном данным законом.

Предусмотренный указанной нормой порядок исключения юридического лица из ЕГРЮЛ применяется также в случае наличия в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи (пункт 5 статьи 21.1 Закона № 129).

Согласно статье 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из ЕГРЮЛ в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо).

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

Исключение юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Гражданского кодекса РФ.

В силу пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Названные в ст. 53.1 ГК РФ лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если неисполнение обязательства стало следствием их недобросовестных или неразумных действий, а не исключения юридического лица из реестра как такового. Привлечение указанных лиц к ответственности в виде возмещения убытков, как по общим нормам Гражданского кодекса Российской Федерации, так и по специальным нормам корпоративного законодательства не исключает применения общих правил взыскания убытков, предусмотренных статьями 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, Истец не освобождается от необходимости доказывания совокупности условий, а именно: наличия убытков у потерпевшего и их размера, противоправности действий их причинителя, причинно-следственной связи между противоправным поведением Ответчика и причиненными убыткам.

Таким образом, из совокупности и взаимосвязи приведенных норм следует, что лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункты 1, 2 статьи 44 Федерального закона N 14-ФЗ). Поскольку любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц -руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной Ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П (далее -постановление № 6-П), если кредитор утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним. а также доказательства исключения должника из государственного реестра, суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.

Несмотря на то, что дело о банкротстве ООО «Сервис - М» не возбуждалось, приведенная правовая позиция применима и к настоящему делу, поскольку, как указано в постановлении № 6-П, необращение контролирующих лиц в арбитражный суд с заявлением о признании подконтрольного хозяйственного общества банкротом, их нежелание финансировать соответствующие расходы, непринятие мер ими по воспрепятствованию исключения хозяйственного общества из иного реестра при наличии подтвержденных судебными решениями перед кредиторами свидетельствуют о намеренном пренебрежении тощими лицами своими обязанностями. Стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, в том числе аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО7 указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных нрав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 N 305-ЭС19-17007 (2)).

При этом, бремя доказывания отсутствия вины по общим нормам о применении деликтной ответственности лежит на ответчике.

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Следовательно, в предмет доказывания по данному спору входит:

-        внесение в ЕГРЮЛ записи о ликвидации основного должника как недействующего юридического лица (ст. 64.2 ГК РФ, пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей») - процессуальный аспект, наделяет кредитора правом на заявление прямого иска к субсидиарному ответчику после ликвидации основного должника и, соответственно, невозможности взыскать с него суммы причиненных убытков по иску юридического лица;

-        субъект ответственности - субсидиарный ответчик (пункты 1-3 статьи 53.1 ГК РФ);

-        совершение субсидиарными ответчиками недобросовестных, или неразумных действий, приведших к возникновению у основного должника задолженности перед кредитором - материальный аспект, раскрывающий противоправное поведение субсидиарного ответчика по отношению к основному должнику;

-        наличие неисполненных перед кредитором обязательств основного должника, возникших в результате совершения ответчиком недобросовестных или неразумных действий - материальный аспект, раскрывающий причинение субсидиарным ответчиком убытков основному должнику в результате своего противоправного поведения;

-        вина субсидиарного ответчика;

-        причинно-следственная   связь   между   неправомерными   действиями субсидиарного ответчика и наступившими вредными последствиями.

Таким образом, материальные нормы права регулируют ответственность субсидиарного ответчика перед основным должником, а процессуальные нормы права наделяют кредитора на предъявление прямого иска к субсидиарному ответчику.

В качестве оснований для привлечения к ответственности Истец также ссылается на пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", которым предусмотрено, что исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц. влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Пункт 3.1 статьи 3 Закона№ 14-ФЗ введен Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ и вступил в силу с 30.07.2017.

Поскольку ООО «Сервис - М» исключено из ЕГРЮЛ 15.07.2021, то есть уже в период действия названной правовой нормы, следовательно, указанные нормы также регулируют заявленные Истцом исковые требования наряду со ст. 15, 1064, 53.1 ГК РФ.

Вместе с тем, неприменимость положений п. 3.1 ст. 3 Закона об ООО, которые как указал Ответчик на момент возникновения обязательств (платежей), влекущих субсидиарную ответственность, не вступили в силу, не исключает применения общих положений о возмещении убытков (ст. 15, 1064 ГК РФ) исходя из направленности материально правового интереса Истца (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 15.12.2019 № Ф09-8539/19 по делу А50-37422/2018).

В период с 21.03.2017 по 15.07.2021 (дата исключения из ЕГРЮЛ) ФИО2, являлся единственным участником генеральным директором Общества, через которого ООО «Сервис-М» приобретало гражданские права и гражданские обязанности, действия (бездействие) которого признаются действия (бездействия) общества, выполнял в нем управленческие функции.

Согласно положениям подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника  лицом,   если  это  лицо  извлекало  выгоду   из   незаконного   или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее -постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53) контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника лицом является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.).

Также предполагается, что является контролирующим должника лицом выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки.

В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

В рассматриваемом споре из анализа банковских выписок по счетам ООО Сервис - М» установлены обстоятельства извлечения АО «ППТК «ПСК» выгоды в размере 18 441 120 руб. в результате неправомерных действий руководителя (участника) должника (ООО «Сервис - М») - ФИО2 по перечислению денежных средств в отсутствие встречного исполнения и оснований для их перечисления.

Согласно выписки из ЕГРЮЛ 07.04.1997 в едином государственном реестре юридических лиц зарегистрировано АО «Предприятие Производственно-Технологической Комплектации «Промснабкомплект» (АО «ППТК «ПСК») за основным государственным регистрационным номером 

<

***>, с присвоением индивидуального номера налогоплательщика (ИНН) 

<

***>.

Как ранее указывалось, аффилированность Ответчика ФИО2 с выгодоприобретателем денежных средств - АО «ППТК «ПСК», их долгие и устойчивые корпоративные и хозяйственные взаимоотношения, вхождение указанных лиц в одну группу подтверждается представленными в материалы дела сведениями ЕГРЮЛ и Бизнес - справками сервиса по проверке Контрагентов «Контур Фокус», в частности через корпоративное управление и участие в ООО «Новое Измайлово», ООО «Панорама-Сервис», ООО «Жилсервис-Бисерово», ООО "Спектр-Сервис», ЗАО «ФОК «Лагуна» во взаимосвязи с менеджментом и участниками компаний ФИО6, ФИО5, что свидетельствует об общих экономических интересах и хозяйственной деятельности.

Таким образом, материалами дела подтверждено, что ФИО2 являлся контролирующим лицом должника (ООО «Сервис - М») в связи с занимаемой должностью в обществе, о доказанности общности экономических интересов между ООО «Сервис - М» через ФИО2 и АО «ППТК «ПСК» и их фактической аффилированности, а также о том, что АО «ППТК «ПСК» является лицом, получившим материальную выгоду от совершенных директором ООО «Сервис - М» ФИО2 сделок по фактическому присвоению денежных средств, принадлежавших ООО «ГСК Лаврский».

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020 N 310-ЭС20-7837 по делу № А23-6235/2015, в качестве признака фактической аффилированности Верховный Суд РФ отметил, что столь значительное количество совпадений не может быть объяснено обычной случайностью и стечением обстоятельств. Совокупность приведенных доводов и отсутствие иных рациональных объяснений позволяли прийти к выводу о том, что наиболее вероятный вариант развития событий заключается в наличии между названными лицами, как минимум, фактической аффилированности, что обусловливает как существование у них общих экономических интересов, так и занятие единой, согласованной и скоординированной процессуальной стратегии.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Определении от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание факта общности экономических интересов (аффилированности, установление конечного бенефициара) допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в Частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие, наличие статуса руководителя либо учредителя должника, указанного в Едином государственном реестре юридических лиц), но и фактической.

Фактическая аффилированность проявляется через поведение лиц в хозяйственном обороте и, в частности, в заключении между собой сделок и последующем их исполнении на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, при этом, фактический контроль над должником возможен и вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6)).

Согласно выписки по операциям на расчетном счете ООО «Сервис-М», предоставленной в материалы дела АО Банк «Северный морской путь», 24.04.2017, 26.04.2017, 03.05.2017, 11.05.2017, 12.05.2017 с расчетного счета ООО «ГСК «Лаврский» на расчетный счет ООО «Сервис-М» перечислены денежные средства в сумме 520 000 руб., 7 780 000 руб., 3 420 000 руб., 4 000 000 руб., 2 821 120 руб. соответственно, что подтверждается выпиской по счету за период с 30.03.2017 - 16.10.2017. В качестве основания платежа указано «оплата по соглашению о переводе долга б/н от 04.04.2017».

Денежные средства ООО «ГСК «Лаврский» были перечислены в связи с согласованием заключения между сторонами договора о переводе долга от 04.04.2017, однако договор не заключен в связи с отказом ООО «Сервис-М» от его подписания.

При этом как указано в постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2019  по делу № А40-15856/19,  ООО  «Сервис-М» знало  о неоднократных транзакциях ООО «ГСК «Лаврский» в отсутствии обязательств, при этом ООО «ГСК «Лаврский» в адрес ООО «Сервис-М» направлялись требования о возврате денежных средств, однако денежные средства до настоящего времени не возвращены.

Таким  образом, договорные отношения  между  сторонами  отсутствуют, оснований для перечисления ООО «Сервис-М» денежных средств у ООО «ГСК Лаврский» не имелось, денежные средства перечислены ошибочно.

ФИО2 являясь единственным участником и единоличным исполнительным органом ООО «Сервис-М», был ответственным за ведение его бухгалтерского и налогового учета, обладал полной и оперативной информацией о хозяйственной деятельности Общества, о наличии кредиторской и дебиторской задолженностей, не мог не знать о поступлении в пользу Общества на сумму 18 541 20 руб. от ООО «ГСК «Лаврский» и должен был принять меры по возвращению денежных средств в пользу плательщика, так как никаких взаимных обязательств между ООО «Сервис-М» и ООО «ГСК «Лаврский» не имелось. Однако продолжал их принимать, а в последующим не вернул.

Далее указанные денежные средства 27.04.2017, 10.05.2017, 12.05.2017, 15.05.2017 с расчетного счета ООО «Сервис-М» были перечислены на расчетный счет АО «ППТК «ПСК» ИНН 

<

***> в сумме 8 200 000 руб., 3 400 000 руб., 4 100 000 руб., 2 741 120 руб., а всего на сумму 18 441 120 руб., в качестве основания платежа указано «перечисление средств по соглашению о переводе долга б/н от 04.04.2017».

Представленные Истцом в материалы дела доказательства свидетельствует об общности экономических интересов, взаимозависимости и аффилированности вышеуказанных лиц привлекаемых к ответственности лиц.

Таким   образом,   ФИО2,   являясь   генеральном   директором   и ответственным участником ООО «Сервис-М» в отсутствие встречного исполнения и оснований, получив денежные средства принадлежащие ООО «ГСК «Лаврский», не вернул их, а наоборот, при наличии возникших неисполненных обязательств перед ООО «ГСК «Лаврский» по возврату неосновательного обогащения, перечислил денежные средства в пользу аффилированного лица - АО «ППТК «ПСК», тем самым создал ситуацию, при которой ООО «Сервис-М» фактически было лишено возможности рассчитаться с кредитором по своим обязательствам, а ООО «ГСК Лаврский» лишилось своих активов, то есть действовал недобросовестно. Более того в описанной ситуации, принимая во внимании аффилированность ФИО2  и  АО  «ППТК  «ПСК»,  стороны  продолжали  осуществлять фактический   контроль   на  денежными   средствами   (активами)   ООО  «ГСК Лаврский», чем причинили данному Обществу ущерб (убытки).

На основании Решения Арбитражного суда г. Москвы от 04.04.2019 по делу № U0-15856/19-58-141 ООО «ГСК «Лаврский» выдан исполнительный лист.

16.12.2019 судебным приставом-исполнителем Царицынского ОСП ГУФССП России по г. Москве возбуждено исполнительное производство № 104509/19/77023-ИП,  которое  08.02.2021   окончено  в  связи  с  невозможностью  установить местонахождение должника, его имущества, либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей.

ООО «ГСК «Лаврский» понесло убытки в виде не полученных от ООО «Сервис-М» причитающихся ему денежных средств в размере 20 828 385 руб.

По данным бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Сервис-М» за 2018 год, согласно Бизнес - справки сервиса по проверки контрагентов «Контур Фокус», балансовые активы составляли 11 411 тыс. руб., соответственно балансовые активы общества не позволяли покрыть размер обязательств должника ООО «Сервис-М» перед ООО «ГСК «Лаврский».

В данном случае бездействие ФИО2 указывает на наступление критического положения, при котором создается угроза нарушения прав и законных интересов иных лиц. Невыполнение контролирующим должника лицом (лицами) обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением должника свидетельствует о сокрытии от добросовестных кредиторов информации о его удовлетворительном имущественном положении. Подобное поведение влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение имущественного ущерба на стороне новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику встречного предоставления.

У ФИО2 имелись основания для обращения в арбитражный суд с заявлением о признании этого юридического лица банкротом в связи с тем, что удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами (абзац 2 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве).

Принимая во внимание принципы добросовестности и разумности, ФИО2 (единоличный исполнительный орган общества) должен был оценить критичность сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для ООО «Сервис-М» и его кредиторов. В связи с этими обстоятельствами он должен был принять меры к подаче заявления в арбитражный суд о признании ООО «Сервис-М»» банкротом. Однако этого им не было сделано.

Исполнение руководителем обязанности по обращению в суд с заявлением должника о собственном банкротстве, как следует из статьи 9 Закона о банкротстве, ставится в зависимость от того, имеются ли у должника средства, достаточные для финансирования процедур банкротства. По смыслу пункта 5 статьи 61, пункта 2 статьи 62 ГК РФ при недостаточности имущества должника на эти цели необходимые расходы могут быть отнесены на его учредителей (участников).

Исключение ООО «Сервис-М» из ЕГРЮЛ произошло вследствие фактического прекращения юридическим лицом деятельности, поскольку в течение 12 месяцев генеральный директор ФИО2 не представлял данные бухгалтерской отчетности, движения денежных средств по банковским счетам отсутствовало, вместе с тем, генеральный директор ООО «Сервис-М», как должностное лицо общества, ответственное за ведение бухгалтерского и налогового учета, а также за своевременное предоставление отчетности, действуя разумно и добросовестно, не мог не знать о непредставлении необходимых документов в налоговые органы.

Таким образом, непредставление налоговой и бухгалтерской отчетности относится либо к неразумным, либо к недобросовестным действиям, в ином случае, если общество намерено прекратить деятельность, такое прекращение происходило бы через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств через процедуру банкротства.

Также  ФИО2  не  предпринял  никаких действий  к  погашению задолженности, в том числе не принял действий к прекращению либо отмене процедуры исключения ООО «Сервис-М» из ЕГРЮЛ, а именно не представил в налоговый орган бухгалтерскую и финансовую отчетность;  не предоставил достоверные сведения об адресе юридического лица; не осуществлял операции по банковским счетам ООО «Сервис-М»; не обратился в налоговый орган с заявлением отмене решения о предстоящем исключении ООО «Сервис-М» из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица.

Помимо этого, ФИО2 в установленном законом порядке не принял мер по ликвидации ООО «Сервис-М», в том числе предусмотренном статьями 61-64 Гражданского кодекса Российской Федерации либо Федеральным законом от 22.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

При этом у ООО «Сервис-М» имелась возможность погасить задолженность перед ООО «ГСК «Лаврский», путем подачи искового заявления к АО «ППТК «ПСК» о взыскании 18 441 120 руб. неосновательно перечисленных аффилированному лицу, однако ФИО2 не выполнил своих обязательств в результате недобросовестных и неразумных действий, при этом ФИО2 не мог не знать о наличии у его общества долга перед ООО «ГСК «Лаврский», подтвержденным вступившим в силу судебным актом, тем самым вошел в сговор с ООO «ППТК «ПСК» и сокрыл не принадлежащие им денежные средства ООО «ГСК Лаврский». Вместе с тем, заявленные в Балансе Активы не были направлены на погашение денежных средств перед ООО «ГСК "Лаврский».

По мнению истца, им раскрыт  предмет  доказывания,  необходимый  для  привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности:

- доказано исключение ООО «Сервис-М» из ЕГРЮЛ 15.07.2021 на основании пункта  2  статьи  21.1   Федерального  закона  от  08.08.2001   №   129-ФЗ  «О государственной     регистрации     юридических     лиц     и     индивидуальных предпринимателей»;

- доказано, что недобросовестные действия, совершенные аффилированными лицами ФИО2 и АО «ППТК «ИСК», являющимися лицами, которые в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени;

- доказано наличие неисполненных перед кредитором обязательств основного должника, возникших в результате совершения ответчиком недобросовестных или неразумных действий;

- доказана вина ответчика, выраженная в непроявлении должной меры заботливости и осмотрительности, которая требуется от него по характеру его участия в обороте, наоборот, поведение аффилированных лиц директора (участника) ООО «Сервис -М» ФИО2 и АО «ППТК «ПСК» были направлены на присвоение денежных средств ООО «ГСК Лаврский»;

- доказана причинно-следственная связь между неправомерными действиями субсидиарных ответчиков, выраженная в перечислении аффилированному лицу АО ППТК «ПСК» денежных средств в размере 18 441 120 руб. (основной долг) в отсутствие встречного исполнения и оснований для их перечисления, прекращение финансово-хозяйственной деятельности ООО «Сервис-М» в отсутствие объективных экономических причин, извлечение личной выгоды после фактического прекращения должником финансово-хозяйственной деятельности и наступившими вредными последствиями (невозможностью исполнения обязательств перед кредитором).

Следствием недобросовестного поведения ответчиков и последующее исключение из ЕГРЮЛ ООО «Сервис - М» явилось то, что ООО «ГСК Лаврский» полностью лишилось возможности взыскания дебиторской задолженности и получения своих денежных средств, а ООО «Сервис - М» освободилось от своей долговой нагрузки по возврату неосновательного обогащения и процентов. В свою очередь ответчики обогатились на сумму причиненного ООО «ГСК Лаврский» ущерба.

При указанных обстоятельствах, истец просит суд признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 и АО «ППТК «ПСК» (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника - ООО «Сервис-М» в размере 20 828 385 рублей, взыскать солидарно со ФИО2 и АО «ППТК «ПСК» (ИНН 

<

***>) в пользу Истца 20 828 385 рублей.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункту 1 статьи 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

Как следует из пункта 1 статьи 61.19 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 названного Закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.19 Закона о банкротстве заявление, поданное в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи, рассматривается арбитражным судом, рассматривавшим дело о банкротстве. При рассмотрении заявления применяются правила пункта 2 статьи 61.15, пунктов 4 и 5 статьи 61.16 настоящего Федерального закона.

Положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017г.

Однако дело о банкротстве ООО "Сервис-М" не возбуждалось, соответственно, требования ни ООО "ГСК Лаврский", ни Малеванного Д.А. для включения в реестр требований кредиторов должника не заявлялись и не включались, что прямо усматривается из искового заявления.

Принимая во внимание тот факт, что истец не является заявителем по делу о банкротстве, кредитором по текущим обязательствам, кредитором, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, либо кредитором, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, суд приходит к выводу, что правом требовать привлечения к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих должника, в рамках самостоятельного искового производства и вне рамок дела о банкротстве ни ООО "ГСК Лаврский", ни ФИО1 не обладают.

Указанный правовой подход подтверждается сложившейся судебной практикой, в том числе отражен в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 10.03.2021г. по делу А60-52870/2019 (определением Верховного Суда Российской Федерации от 10.06.2021г. в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано).

При указанных обстоятельствах суд считает, что заявление подано процессуально неверно как заявление о привлечении контролирующего должника лица ввиду отсутствия у ООО "ГСК Лаврский" и Малеванного Д.А. права на такое обращение.

Вместе с тем, поскольку в исковом заявлении имеется ссылка на причинение убытков истцу, суд полагает возможным рассмотреть заявленное требование как требование о взыскании убытков.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, под которыми понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которое это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная данными нормами ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещение убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Бремя доказывания наличия этих условий лежит на истце.

Согласно п. 3 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В соответствии с п. 1 ст. 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

В соответствии с п. 2 ст. 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

В соответствии с п. 3 ст. 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» при определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Согласно разъяснениям, изложенным в ч. 5 п. 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Согласно разъяснениям, изложенным в ч. 3 п. 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на Решение Арбитражного суда города Москвы от 04.04.2019 по делу № А40-15856/19, которым с ООО «Сервис-М» (ИНН 

<

***>) в пользу ООО «ГСК «Лаврский» взыскано неосновательное обогащение в размере 18.541.120 руб. 00 коп., проценты за пользование чужими денежными в размере 2.287.265 руб. 00 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 127.142 руб. 00 коп.

Как следует из Решения от 04.04.2019 по делу № А40-15856/19 судом установлено, что 24.04.2017г., 26.04.2017, 03.05.2017, 11.05.2017, 12.05.2017г. с расчетного счета Истца на расчетный счет ООО «Сервис-М» перечислены денежные средства в сумме 520.000 руб.. 7.780.000 руб., 3.420.000 руб., 4.000.000 руб., 2.821.120 руб. соответственно, что подтверждается выпиской по счету за период с 30.03.2017 - 16.10.2017г. В качестве основания платежа указано «соглашение о переводе долга б/н от 04.04.2017».

Согласно доводам иска, денежные средства перечислены в связи с согласованием заключения между сторонами договора о переводе долга от 04.04.2017г., однако договор не заключен в связи с отказом ответчика (ООО «Сервис-М») от его подписания.

Таким образом, договорные отношения между сторонами отсутствуют, оснований для перечисления ответчику денежных средств у истца не имелось, денежные средства перечислены ошибочно. Доказательства предоставления ответчиком встречного исполнения отсутствуют.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2019 по делу № А40-15856/19 Решение Арбитражного суда города Москвы от 04.04.2019 по делу № А40-15856/19 о взыскании неосновательного обогащения, процентов оставлено без изменения, апелляционная жалоба ООО «Сервис-М» - без удовлетворения.

ООО «Сервис-М», зная, и подтверждая в апелляционном суде факт того, что платежи от ООО «ГСК «Лаврский» перечислялись в его адрес безосновательно, при этом между платежами имелись временные промежутки (24.04.2017г., 26.04.2017, 03.05.2017, 11.05.2017, 12.05.2017г.), - не возвращая денежные средства, продолжало их принимать. Денежные средства возвращены не были.

Далее, в рамках данного дела № А40-257351/22 определением суда от 20.02.2023 было удовлетворено ходатайство к/у ООО «ГСК «Лаврский» об истребовании у АО «СМП БАНК» выписки по расчетному счету № 

<

***> открытому в АО «СМП БАНК» в отношении ООО «Сервис-М» (ОГРН: 1 117746450084), за период с 23.04.2017 г. по настоящее время.

Анализ представленной Банком выписки по расчетному счету ООО «Сервис-М» позволил установить, что безосновательно полученные от ООО «ГСК «Лаврский» денежные средства органы управления ООО «Сервис-М» не вернули, а распорядились ими по своему усмотрению.

В частности, указанные денежные средства 27.04.2017, 10.05.2017, 12.05.2017, 15.05.2017 были перечислены с расчетного счета ООО «Сервис-М» на расчетный счет АО «Предприятие Производственно-Технологической Комплектации «Промснабкомлет» (ИНН 

<

***> 19720, ОГРН 

<

***>; (АО «ППТК «ПСК») в ПАО «Сбербанк России» № 40702810238120102398, а именно на сумму 8 200 000 руб., 3 400 000 руб., 4 100 000 руб., 2 741 120 руб., в качестве основания платежа указано «перечисление средств по соглашению о переводе долга б/н от 04.04.2017».

Согласно отзыву АО «ППТК «ПСК» между ООО «Сервис-М» и АО «ППТК «ПСК» сложились по состоянию на апрель, май 2017 года добросовестные, коммерческие, предпринимательские взаимоотношения.

В частности, ООО «Сервис-М» в адрес АО «ППТК «ПСК» перечислено несколькими платежами сумму в размере 18 441 120 руб. в течение апреля - мая 2017 года в счет оплаты договорных обязательств, а именно по соглашению о переводе долга б/н от 04.04.2017 и в назначение платежа также указывалось «Перечисление средств по соглашению о переводе долга б/н от 04.04.2017»

АО «ППТК «ПСК» не может предоставить физически сам документ - соглашение о переводе долга б/н от 04.04.2017 по причине его уничтожения в связи с истечением сроков хранения, что подтверждается Актом о выделении документов общества к уничтожению и уничтожение документов с истекшим сроком хранения № б/н от 13.01.2023, представленным в материалы дела.

Согласно п.11 Приказа Росархива от 20.12.2019 № 236 «Об утверждении Перечня типовых управленческих архивных документов, образующихся в процессе деятельности государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, с указанием сроков их хранения» (Зарегистрировано в Минюсте России 06.02.2020 № 57449), договоры, соглашения, контракты, документы (акты, протоколы разногласий) к ним подлежат хранению 5 лет после истечения срока действия договора или после прекращения обязательств по договору.

Таким образом, соглашение о переводе долга б/н от 04.04.2017 за истечением сроков хранения по состоянию на январь 2023 года подлежало уничтожению.

Указание ООО «ГСК «Лаврский» при перечислении денежных средств в адрес ООО «Сервис-М» в назначение платежа «Оплата по соглашению о переводе долга б/н от 04.04.2017» является ошибочным. Указанное подтверждается решением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-15856/19-58-141, где установлено, что платежи от ООО «ГСК «Лаврский» в пользу ООО «Сервис-М» - это неосновательное обогащение, а не оплата по «соглашению о переводе долга б/н от 04.04.2017»

Вместе с тем, денежные средства поступали от ООО «Сервис-М» на АО «ППТК «ПСК» в счёт оплаты договорных обязательств, а не безосновательно.

Суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае истец отождествляет отсутствие заключенного договора между ООО «ГСК «Лаврский» и ООО «Сервис-М» с отсутствием каких-либо договорных отношений между ООО «Сервис-М» и АО «ППТК «ПСК», что является безосновательным и неправомерным.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под объективным банкротством подразумевается момент, когда должник стал неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе касающиеся уплаты обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Согласно сложившейся судебной практике, само по себе наличие убытков и/или ухудшение коэффициентов не может свидетельствовать о неплатежеспособности предприятия.

Под неплатежеспособностью в Законе о банкротстве понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, которая предполагается, если не доказано иное; недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью его имущества (активов). Учитывая изложенное, неплатежеспособность должника должна быть вызвана объективной недостаточностью имущества должника, позволяющего исполнить принятые на себя обязательства в полном объеме.

При этом, то обстоятельство, что в отношении должника были поданы исковые заявления иными организациями, само по себе не свидетельствует о неплатежеспособности, поскольку в соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенной в определении от 25.12.2013 №ВАС18908/13 предъявление требований в исковом порядке еще не означает, что они будут удовлетворены судами, а в случае если они будут удовлетворены - не означает, что у ответчика недостаточно средств для погашения таких требований.

В силу сложившейся судебной практики наличие непогашенной задолженности перед отдельным кредитором на определенный период, само по себе, не свидетельствует о наличии у общества признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, и не подтверждает наличие у его руководителя обязанности по подаче соответствующего заявления в арбитражный суд.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

При исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной за неподачу заявления, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности), добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В рассматриваемом случае доводы истца сводятся к дате возникновения обязательства перед конкретным кредитором. При этом не исследованы его добросовестное либо недобросовестное поведение, степень участия в хозяйственной деятельности должника, наличие дебиторов должника в указанную дату и их добросовестное поведение по исполнению обязательств перед должником.

В материалах дела отсутствуют доказательств того, что на дату возникновения обязательств, по возврату неосновательно полученного, перед ООО «ГСК «Лаврский» (2017 год) и в последующем, у ООО «Сервис-М» имелись признаки неплатежеспособности и имелись обязательства перед иными кредиторами.

Наличие иных кредиторов, перед которыми у ООО «Сервис-М» должны быть просроченные денежные обязательств, является обязательным условием для установления неплатёжеспособности.

Указанная позиция подтверждается актуальной арбитражной практикой: Определением Верховного Суда РФ № 305-ЭС17-11710(3) от 12.02.2018 по делу № А40-177466/2013, Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 26.01.2021 N Ф05-12074/2020 по делу № А40-74933/2018.

Иных кредиторов с просроченными денежными обязательствами у ООО «Сервис-М» в рассматриваемые периоды времени нет, обратных доказательств Истцом (правопреемником) в материалы дела не представлено.

ООО «Сервис-М» исключено из реестра по причине недостоверности сведений об адресе. Истец правами, предоставленными нормой п.3, 4 ст.21.1. Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», предоставляющей право в трех месячный срок для направления мотивированных заявлений в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее - заявления), при получении которых дальнейшее решение об исключении регистрирующим органом не принимается, не воспользовался. Доказательств обратного в материалы дела не представили.

Доказательств того, что Ответчики нарушили нормы действующего законодательства, не допустив тем самым исполнение обязательства в отношении истца, суду не представлено. В частности, отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что с момента возникновения у ООО «Сервис-М» обязательств перед ООО «ГСК «Лаврский», ФИО2, намеренно предпринимались какие-либо попытки для неисполнения возникшего обязательства, а так же доказательства, свидетельствующие о совершении им действий (бездействия) по целенаправленной, умышленной ликвидации общества либо влияния на процедуру исключения общества из ЕГРЮЛ со стороны регистрирующего органа.

Согласно утверждению самого истца со ссылкой на судебные акты, платежи с ООО «Сервис-М» на ООО «ГСК «Лаврский» осуществлялись ошибочно, что исключает умысел ФИО2 Негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил ответчик, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействий), т.к. возможность возникновения таких последствий сопутствуют рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные убытки юридическому лицу в случаях, когда его действия не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Возложение на добросовестного контрагента АО «ППТК «ПСК» ответственности за действия должника (ООО «Сервис-М») по невозврату денежных средств, полученных на банковский счет, направление данных денежных средств на иные цели, нежели погашение перед кредитором (ООО «ГСК «Лаврский») является не допустимым. Сторона по договору не обязана контролировать источники получения денежных средств должником для расчетов с контрагентами.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Приведенный перечень примеров не является исчерпывающим.

Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют доказательства, что АО «ППТК «ПСК» получило денежные средства от ООО «Сервис-М» безосновательно.

Кроме того, суд считает, что в данном случае истец избрал ненадлежащий способ защиты права, поскольку его доводы сводятся также к неосновательному обогащению  АО «ППТК «ПСК» за счет денежных средств, полученных от ООО «ГСК «Лаврский», право требования которых может быть реализовано истцом путем подачи соответствующего иска о взыскании неосновательного обогащения.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства противоправности поведения ФИО2 и АО «ППТК «ПСК» и их вины в банкротстве организации ООО «Сервис-М».

Ввиду отсутствия доказательств противоправности факт аффилированности ФИО2 и АО «ППТК «ПСК» в рассматриваемом случае значения не имеет.

В соответствии с ч. 1 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле.

В данном случае, суд приходит к выводу, что материалами дела не подтвержден факт причинения истцу убытков  на заявленную сумму.

Также суд соглашается  с доводами ответчиков о том, что пунктом 3.1 статьи 3 ФЗ об «Обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Между тем, п. 3.1 ст. 3 ФЗ об «Обществах с ограниченной ответственностью» введен ФЗ от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и пункт 3.1 ст. 3 ФЗ об «ООО» действует с 28.06.2017.

Из материалов дела следует, что задолженность ООО «Сервис-М» перед Истцом (правопреемником) возникла в апреле - мае 2017 из неосновательного обогащения, в период до вступления в законную силу приведенных положений ФЗ об «Обществах с ограниченной ответственностью» (с 28.06.2017), в связи с чем, основания для применения данной нормы права к Ответчикам отсутствует.

При указанных обстоятельствах в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании со ФИО2 и АО «ППТК «ПСК» денежных средств в размере 20 828 385,00 рублей следует отказать в полном объеме.

 

Учитывая изложенное и руководствуясь ст. ст. 61.10 – 61.22 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст. 64, 65, 71, 110, 150, 156, 167-170, 176 АПК РФ, Арбитражный суд города Москвы 

 

Р Е Ш И Л:

Отказать в удовлетворении искового заявления ФИО1 о взыскании со ФИО2 и АО «ППТК «ПСК» денежных средств в размере 20 828 385,00 рублей.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 127 142,00 (сто двадцать семь тысяч сто сорок два) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции (Девятый арбитражный апелляционный суд) в течение месяца со дня изготовления судебного акта в полном объеме.

 

Председательствующий - судья                                        А.А. Пешехонова