АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

город Казань                                                                                            Дело №А65-9523/2020 

Дата принятия решения –  17 марта 2021 года.

Дата объявления резолютивной части –  11 марта 2021 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи Королевой Э.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ефимовой Т.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1, г. Елабуга, к ФИО2, г. Нижнекамск, ФИО3, г. Нижнекамск, о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Промышленная строительная копания-3», г. Чебоксары, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), и о взыскании с ответчиков в пользу истца солидарно суммы в размере 899 072 рублей 85 копеек,

с участием:

истца – не явился, извещен,

ответчика ФИО3 – не явился, извещен,

ответчика ФИО2 - не явился, извещен,

третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, общества с ограниченной ответственностью Управление строительства «Нефтехимзаводстрой» – не явился, извещен,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, г. Елабуга, (далее по тексту – истец), обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к ФИО2, г. Нижнекамск, ФИО3, г. Нижнекамск, (далее по тексту – ответчики), о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Промышленная строительная копания-3», г. Чебоксары, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), и о взыскании с ответчиков в пользу истца солидарно суммы в размере 899 072 рублей 85 копеек.

В соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечено общество с ограниченной ответственностью Управление строительства «Нефтехимзаводстрой».

Согласно выписке из единого государственного реестра юридических лиц 22 апреля 2019 года прекратило деятельность в связи с его ликвидацией на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 28 июля 2020 года от ФИО4 поступило заявление, согласно которого ее супруг ФИО2 скоропостижно скончался 18 июля 2020 года. В связи с чем, просит дело в части исковых требований к умершему ФИО2 прекратить.

В обоснование заявления представлены копия справки о смерти №С-03459 от 21 июля 2020 года, копия медицинского заключения о смерти серии 11 92 №062886 от 20 июля 2020 года, копия свидетельства о смерти от 21 июля 2020 года.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14 августа 2020 года производство по делу №А65-9523/2020 приостановлено до определения правопреемников ФИО2, умершего 18 июля 2020 года.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10 февраля 2020 года производство по делу №А65-9523/2020 возобновлено.

Истец в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен о месте и времени судебного разбирательства. Представил ходатайство об истребовании доказательств, а именно: о направлении запроса в ФКУ «ГИАЦ МВД России» с целью установления места регистрации ФИО3, запроса в Федеральную кадастровую палату Росреестра по РТ о зарегистрированных правах на недвижимое имущество за ФИО2, ФИО3, запроса в УГИБДД МВД РТ о зарегистрированных правах на движимое имущество за ФИО2, ФИО3

Также истцом представлено ходатайство о замене стороны по делу (процессуальном правопреемстве), согласно которого просит произвести замену должника ФИО2 на правопреемника-наследника, данные о котором находятся в наследственном деле №2/2021 у нотариуса города Нижнекамска ФИО5

Суд не находит оснований для удовлетворения ходатайства истца об истребовании доказательств.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен о месте и времени судебного разбирательства по последнему известному суду адресу.

Согласно адресной справке (лист дела 159) ФИО3 был зарегистрирован РТ, г,Нижнекамск, ул.Гагарина, д.2а кВ 158, снят с регистрационного чета по решению суда 14.05.2013г., регистрации нет.

В случае, если адрес или место жительства ответчика неизвестны, надлежащим извещением считается направление извещения по последнему известному адресу или месту жительства ответчика (часть 5 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса извещаются арбитражным судом о времени и месте судебного заседания или проведения отдельного процессуального действия путем направления копии судебного акта не позднее чем за пятнадцать дней до начала судебного заседания или проведения процессуального действия, если иное не предусмотрено данным кодексом.

Судебные извещения, адресованные гражданам, в том числе индивидуальным предпринимателям, направляются по месту их жительства. 

Суд установил, что ответчик извещался судом по последнему известному суду адресу, что является надлежащим извещением.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, общества с ограниченной ответственностью Управление строительства «Нефтехимзаводстрой» в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен о месте и времени судебного разбирательства.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотрение дела в отсутствие истца, ответчика, третьего лица.

Как следует из материалов дела, ФИО2 умер 18 июля 2020 года, что подтверждается справкой о смерти №С-03459 от 21 июля 2020 года, медицинским заключением о смерти серии 11 92 №062886 от 20 июля 2020 года, свидетельством о смерти от 21 июля 2020 года.

Пунктом 3 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрена обязанность арбитражного суда приостановить производство по делу в случае смерти гражданина, являющегося стороной в деле или третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования относительно предмета спора, если спорное правоотношение допускает правопреемство. 

Статьей 145 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлен срок приостановления производства по делу в случае смерти гражданина, являющегося стороной по делу по отношению, допускающему правопреемство, - до определения его правопреемника, целью приостановления производства по делу в данном случае является, в частности, получение документов, подтверждающих правопреемство. 

При наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил Гражданского кодекса Российской Федерации не следует иное (пункт 1 статьи 1110 ГК РФ). 

Согласно статье 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. 

Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается кодексом или другими законами, личные неимущественные права и другие нематериальные блага. 

На запрос суда нотариусом Нижнекамского нотариального округа Республики Татарстан ФИО5 представлена копия наследственного дела №2/2021 к имуществу ФИО2, а также сведения о том, что в нотариальной конторе имеется не оконченное наследственное дело №2/2021, открытое к имуществу ФИО2

Наследственное дело заведено по заявлениям об отказе от наследства от 11 января 2021 года от имени ФИО6 (дочери), ФИО7 (дочери).

12 января 2021 года поданы заявления об отказе от наследства от ФИО8 (дочери), ФИО4 (жены).

На 11 марта 2021 года других заявлений не поступало, свидетельства о праве на наследство не выдавались.

В соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд прекращает производство по делу если установит, что после смерти гражданина, являющегося стороной в деле, спорное правоотношение не допускает правопреемства.

В связи со смертью ФИО2 и отсутствием у него наследников, производство по делу в отношении него подлежит прекращению.

С учетом изложенного, отсутствуют основания для удовлетворения заявления истца о процессуальном правопреемстве.

Согласно материалам регистрационного дела общество с ограниченной ответственностью «Промышленная строительная копания-3», г. Чебоксары, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), зарегистрировано в качестве юридического лица 14 марта 2012 года.

Директором указанного общества с 21 октября 2014 года являлся ФИО2, и с указанного времени являлся участником общества с 50% долей в уставном капитале общества (листы дела 69 – 98). 

ФИО3 с 14 марта 2012 года являлся участником указанного общества с 50% долей в уставном капитале общества.

Между обществом с ограниченной ответственностью «Управление строительства Нефтехимзаводстрой» (цедент) и ФИО1 (цессионарий) заключен договор №2-р уступки прав требований (цессии) от 08 февраля 2019 года, по условиям которого цедент уступает цессионарию права требования (дебиторскую задолженность) в должника в составе, в том числе: ООО «ПСК -3» (

<

***>) в размере 887 002 рублей 85 копеек (пункт 1.1 договора).

В соответствии с пунктом 9.4 договора настоящий договор вступает в силу и считается заключенным с момента его подписания сторонами, и действует до полного исполнения ими своих обязательств по настоящему договору (листы дела 18 – 20).

Заочным решением Московского районного суда города Чебоксары Чувашской Республики от 09 октября 2019 года по делу №2-4153/2019, вступившим в законную силу 28 декабря 2019 года, с общества с ограниченной ответственностью «Промышленная строительная копания-3» в пользу ФИО1 взыскана задолженность в размере 887 002 рублей 85 копеек, в счет возврата государственной пошлины 12 070 рублей (листы дела 21 – 23).

Общество с ограниченной ответственностью «Промышленная строительная копания-3» 07 апреля 2020 года исключено из Единого государственного реестра юридических лиц на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08 августа 2001 года №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее по тексту – Федеральный закон от 08 августа 2001 года №129-ФЗ). 

Исковые требования мотивированы тем, что ответчики знали о наличии задолженности перед истцом, не пытались погасить имеющуюся задолженность, общество в течение продолжительного времени не осуществляло деятельность, по юридическому адресу фактически отсутствовало. Ответчики уклонялись от обязанности инициировать банкротство, хотя общество отвечало признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, приняло на себя обязательство перед ООО «УС Нефтехимзаводстрой», которое заведомо не собиралось исполнять.

На момент получения от ООО «УС Нефтехимзаводстрой» товара у общества с ограниченной ответственностью «Промышленная строительная копания-3» уже имелось требование о погашении задолженности от ООО «Янтарь-НК» (листы дела 33 – 35).

Определением Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 28 сентября 2018 года производство по делу №А79-14459/2017 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Янтарь-НК», г. Нижнекамск, о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Промышленная строительная компания-3» (ИНН 

<

***>), г. Чебоксары, прекращено (листы дела 31 – 32).

Истец, ссылаясь на то, что исключение общества с ограниченной ответственностью «Промышленная строительная компания-3» из Единого государственного реестра юридических лиц наступило в результате недобросовестных и неразумных действий (бездействий) директора и учредителя указанного юридического лица, в результате чего у истца возникли убытки, обратился в арбитражный суд с иском о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Промышленная строительная копания-3», г. Чебоксары, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), и о взыскании с ответчиков в пользу истца солидарно суммы в размере 899 072 рублей 85 копеек.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьями 65, 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, имеющиеся в материалах дела документы, представленные доказательства и установленные по делу фактические обстоятельства, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Частями 1-2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.

Как установлено частью 1 статьи 399 ГК РФ, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Частью 3.1 статьи 3 Закона №14-ФЗ установлено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

 Кроме того, часть 3.1 статьи 3 Закона №14-ФЗ, на которую ссылается истец в обоснование заявленных требований, возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

При этом, части 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ возлагают бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий членов коллегиальных органов юридического лица, к которым относятся его участники, на лицо, требующее привлечения участников к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

Между тем, истцом таких доказательств не представлено.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30 июля 2013 года №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее по тексту - Постановление №62) в отношении действий (бездействия) директора.

Согласно указанным разъяснениям, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Вместе с тем, каких-либо доказательств недобросовестности либо неразумности в действиях ответчика ФИО3, повлекших неисполнение обязательств общества, истцом в материалы дела не представлено.

Кроме того, следует отметить, что само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Истцом не представлены доказательства того, что действия (бездействие) ответчика привели к фактическому доведению до банкротства.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 года №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Данная правовая позиция отражена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30 января 2020 года №306-ЭС19-18285.

Так, из выписки из единого государственного реестра юридических лиц следует, что общество исключено из реестра как недействующее юридическое лицо, при этом,  процедура прекращения по указанному основанию была инициирована налоговым органом.

При этом, необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий руководителя возлагается на лицо, требующее его привлечение к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

В свою очередь, в материалы дела не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о совершении ответчиком действий (бездействия) по целенаправленной, умышленной ликвидации общества либо влияния на процедуру исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц со стороны регистрирующего органа.

Наличие записи о предстоящем исключении общества из реестра, что явилось основанием для исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, не свидетельствует о совершении контролирующими должника лицами действий по намеренному сокрытию имущества, или созданию условий для невозможности произвести расчеты с кредиторами общества, введению последних в заблуждение.

Наличие задолженности, не погашенной обществом, не может являться бесспорным доказательством вины ответчика, как руководителя и учредителя общества, в усугублении финансового положения организации, и безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Данная оценка позволила суду прийти к выводу об отсутствии оснований для применения пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» к ответчикам по причине отсутствия причинно-следственной между действиями (бездействием) ответчиков, как учредителя и директора общества, между обстоятельствами исполнения обязательств, и наличием убытков истца в заявленном размере, которые могли бы быть возложены на них в субсидиарном порядке.

Более того, согласно статье 4 Федерального закона №488-ФЗ от 28 декабря 2016 года настоящий Федеральный закон, которым внесены изменения в статью 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», вступает в силу по истечении ста восьмидесяти дней после дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых настоящей статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Поскольку вышеназванный Федеральный закон был опубликован на официальном интернет-портале правовой информации 29 декабря 2016 года, изменения в статью 3 федерального закона №14-ФЗ от 08 февраля 1998 года, в части ее дополнения пунктом 3.1, вступили в силу 28 июня 2017 года.

В силу пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

В Федеральном законе №488-ФЗ от 28 декабря 2012 года отсутствует прямое указание на то, что изменения, вносимые в Федеральный закон «Об обществах с ограниченной ответственностью», распространяются на отношения, возникшие до введения его в действие.

Предполагаемые истцом действия (бездействие) ответчика по допущению просрочки исполнения принятых себя обязательств, имели место до 28 июня 2017 года, то есть до вступления в силу положений пункта 3.1 статьи 3 Закона №14-ФЗ, поэтому отсутствуют основания для применения данных положений норм права к данному ответчикам.

Наличие у общества с ограниченной ответственностью «Промышленная строительная копания-3», впоследствии исключенного из единого государственного реестра юридических лиц, как недействующего юридического лица, регистрирующим органом, непогашенной задолженности, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика (как руководителя, так и учредителя общества), в неуплате указанного долга. Равно как свидетельствовать об их недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга.

Оценив в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы доказательства, принимая во внимание, отсутствия необходимой совокупности доказательств, свидетельствующих, что при наличии достаточных денежных средств (имущества) руководитель общества и учредители уклонялись от погашения задолженности перед истцом, скрывали имущество общества, либо умышленно действовали во вред кредитору, ответчики, зная о неисполненном решении суда, умышленно инициировали процедуру ликвидации общества в соответствии с пунктом 2 статьи 21.1 Закона №129-ФЗ, в отсутствие доказательств, бесспорно свидетельствующих о недобросовестности или неразумности действий ответчиков, их противоправном поведении, о наличии причинно-следственной связи между неисполнением обязательств общества и такими действиями данных лиц, о том, что ответчики предпринимали меры к уклонению от исполнения обязательств, решения суда, принятого в пользу истца, при наличии возможности такого исполнения; доказательств того, что именно действия (бездействия) ответчиков, а не иные обстоятельства явились причиной финансового положения общества, неисполнения обязательств, а также возникновения обязательств до вступления  в силу положений пункта 3.1 статьи 3 Закона №14-ФЗ, суд приходит к выводу об отсутствии совокупности условий, необходимых для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

При подаче искового заявления истцу была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины.

Государственная пошлина в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит отнесению на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 169, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

в ходатайстве о процессуальном правопреемстве отказать.

прекратить производство по делу в отношении ФИО2, г. Нижнекамск.

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с ФИО1, г. Елабуга, в доход федерального бюджета 20 982 рубля государственной пошлины.

Решение  может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца.

Судья:                                                                                                                     Э. А. Королева