ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-9447/2020

02 апреля 2024 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 марта 2024 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 02 апреля 2024 года.  

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Брежневой О.Ю. судей Дубок О.В., Сафронова М.М. при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  08АП-338/2024) конкурсного управляющего ФИО2 на определение  Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 13 декабря 2023 года  по делу № А75-9447/2020 (судья Триль С.А.), вынесенное по результатам рассмотрения  заявления конкурсного управляющего ФИО2 к главе крестьянского  (фермерского) хозяйства ФИО3 (ОГРНИП 309862208900021,  ИНН 

<

***>) о признании сделки недействительной и применении последствий ее  недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с  ограниченной ответственностью «Советское молоко» (ИНН 

<

***>, ОГРН  

<

***>),  

при участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции  информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания):  

представителя конкурсного управляющего ФИО2 – ФИО4 по доверенности  от 31.03.2023;  

представителя ФИО3 – ФИО5 по доверенности от 14.03.2024, 

установил:

глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3 (далее –  глава КФХ ФИО3) обратился 23.06.2020 в Арбитражный суд Ханты-Мансийского  автономного округа – Югры с заявлением о признании общества с ограниченной  ответственностью «Советское молоко» (далее – ООО «Советское молоко», должник)  несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от  29.06.2020 заявление принято, возбуждено производство по делу № А75-9447/2020,  назначено судебное заседание по проверке его обоснованности.  

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от  12.11.2020 (резолютивная часть от 10.11.2020) заявление главы КФХ ФИО3  признано обоснованным, в отношении ООО «Советское молоко» введена процедура  наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО6 (далее – ФИО6).  

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения в газете  «Коммерсантъ» от 21.11.2020.  

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от  27.05.2021 (резолютивная часть от 25.05.2021) ООО «Советское молоко» признано  несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком  

на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 (далее – конкурсный управляющий ФИО2, заявитель, податель жалобы).  

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии  в отношении него процедуры конкурсного производства опубликовано в газете  «Коммерсантъ» от 05.06.2021 № 96.  

Срок конкурсного производства в отношении должника неоднократно продлевался.  

Конкурсный управляющий ФИО2 обратился 06.09.2021 в арбитражный суд  с заявлением о признании недействительными сделок:  

- по передаче должником ФИО3 векселей: серии СМ № 012017, выданного  07.02.2017, серии СМ № 022017, выданного 07.02.2017, оформленной актом передачи от  07.02.2017,  

и применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО3  вернуть должнику векселя серии СМ № 012017, выданного 07.02.2017, серии СМ № 022017,  выданного 07.02.2017;  

- платежей во исполнение векселей, совершенных в рамках исполнительного  производства в период с 21.03.2017 по 09.11.2018 в совокупном размере 2 602 000 руб.,  

и применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика  денежных средств в сумме 2 602 000 руб.  

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от  13.12.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано.  

Не соглашаясь с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2  обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда  отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.  

В обоснование апелляционной жалобы подателем указано, что заключение эксперта  является допустимым доказательством, поскольку стоимость чистых активов фактически  рассчитана экспертом на основании данных из строк бухгалтерского баланса, в то время как в  отчетности за 2016 год субсидия в размере 75 000 000 руб. подлежала отражению в составе  кредиторской задолженности, а не в строке «Доходы будущих периодов». На начало 2017 г.  руководитель и учредители общества понимали, что субсидию администрации в любой  момент может потребовать обратно в связи с неисполнением условий ее получения. Из  разряда государственной помощи субсидия перешла в разряд кредиторской задолженности и  действительно была потребована к возврату претензией администрации Советского района №  01-ИСХ-3905 от 16.04.2021.  

Апеллянт отмечает, что чистые активы должника по итогам 2016 года имели  отрицательное значение, соответственно, выплате ФИО3 (20% доли) подлежала  только номинальная стоимость доли — 302 000 руб., при этом ответчик, будучи участником  общества, понимая, что оно стоит на пороге неплатежеспособности, решил выйти из состава  участников, обеспечив себе выплату действительной стоимости доли, рассчитанную  неправомерным способом, чем причинил вред непосредственно должнику, что соотносится с  диспозицией статьи 10 ГК РФ.  

Подробнее доводы конкурсного управляющего изложены в апелляционной жалобе.  

Глава КФХ ФИО3 в отзыве на апелляционную жалобу опровергает изложенные  в ней доводы, просит оставить принятый судебный акт без изменения, а апелляционную  жалобу – без удовлетворения.  

В заседании суда апелляционной инстанции, проведенном с использованием системы  веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн- заседания), представитель конкурсного управляющего доводы апелляционной жалобы  поддержал в полном объеме.  

Представитель главы КФХ ФИО3 возражал против удовлетворения  апелляционной жалобы.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии  со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК  

РФ) о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в  заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.  

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК  РФ, рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся представителей  участвующих в деле лиц.  

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского  автономного округа – Югры от 13.12.2023 по настоящему делу проверены в порядке статей  266, 268 АПК РФ.  

Повторно исследовав материалы обособленного спора в пределах доводов  апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены  или изменения определения суда первой инстанции.  

Как следует из материалов спора и установлено судом первой инстанции, ФИО3  являлся владельцем 20 % доли в уставном капитале должника.  

Заявлением от 31.03.2017 ФИО3 сообщил обществу о выходе из состава его  участников и выплате действительной стоимости доли в размере 302 000 руб. (т. 1 л.д. 17).  

Актом приема-передачи от 07.02.2017 должник передал ФИО3 векселя серии  СМ № 012017 от 07.02.2017, серии СМ № 022017 от 07.02.2017.  

В связи с неисполнением должником обязательства по выплате суммы, обусловленной  векселями серии СМ № 012017 от 07.02.2017 и серии СМ № 022017 от 07.02.2017,  ФИО3 обратился в суд с исковыми заявлениями о взыскании задолженности по  данным вексельным обязательствам.  

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от  23.10.2019 по делу № А75-5644/2019, вступившим в законную силу 23.10.2019, исковые  требования по иску ФИО3 удовлетворены, взыскано с ООО «Советское Молоко»  в пользу ФИО3: долг по простому векселю от 07.02.2017 серии СМ № 022017  в размере 5 000 000 руб., судебные расходы по опротестованию векселя в размере 48 600 руб.,  а также судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 48 000 руб., всего 5  096 600 руб.  

В удовлетворении встречного иска ООО «Советское молоко» о взыскании  неосновательного обогащения отказано (т.1 л.д. 30).  

В рамках исполнительного производства по указанному решению взыскание не  осуществлялось (т.4 л.д. 148).  

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от  26.03.2018 по делу № А75-20152/2017, вступившим в законную силу 04.09.2018, исковые  требования ФИО3 удовлетворены, с ООО «Советское молоко» в пользу  ФИО3 взыскана задолженность по простому векселю от 07.02.2017 серии СМ   № 012017 в размере 4 500 000 руб., расходы по опротестованию векселя в размере 50 000  руб., а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 45 500 руб.  (т.1 л.д. 21).  

Во исполнение решения суда по делу № А75-20152/2017 должником осуществлена  частичная оплата задолженности, в совокупном размере 2 602 000 руб., в том числе:  

- в размере 1 000 000 руб. платежным поручением № 710 от 09.10.2018, 

- в размере 150 000 руб. платежным поручением № 712 от 10.10.2018,  - в размере 500 000 руб. платежным поручением № 815 от 09.11.2018,  - в размере 650 000 руб. платежным поручением № 816 от 09.11.2018,  - в размере 252 000 руб. платежным поручением № 40 от 21.03.2017,  

- в размере 50 000 руб. платежным поручением № 106 от 03.07.2017.  

В рамках исполнительного производства по указанному решению совокупный объем  взыскания составил 3 858 346 руб. 99 коп (том 4 л.д. 139).  

Полагая, что в результате оспариваемых сделок в виде выдачи векселей и их частичной  оплаты причинен вред кредиторам, выразившийся в необоснованной утрате конкурсной  

массы в размере 2 602 000 руб., и наличии необоснованного денежного обязательства в  неисполненной части векселей, конкурсный управляющий должника обратился с настоящим  заявлением, указав, что сделки необходимо квалифицировать с применением статей 10, 168  ГК РФ, поскольку они совершены со злоупотреблением правом, направлены на вывод  имущества, так как принятые должником обязательства по векселям не соответствуют ни  размеру действительной стоимости доли ФИО3, ни хронологии возникновения  обязательства по ее выплате, а также потому, что ФИО3 не имел права на выплату  действительной стоимости в условиях кризиса должника.  

Поддерживая выводы суд первой инстанции, отказавшего в удовлетворении заявленных  требований, апелляционная коллегия отмечает следующее.  

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 №  127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными  законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки совершенные должником или  другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии  с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном  законе.  

Статьей 61.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки  должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным  управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания  кредиторов или комитета кредиторов.  

Согласно части 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите  гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских  правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать  преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи  1 ГК РФ).  

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление  гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в  обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное  осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ с  учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите  принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры,  предусмотренные законом.  

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного  правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться  другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. В силу части 2  статьи 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона  или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и  охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.  

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный  статьей 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей  10 и 168 ГК РФ (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1  (2015), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015).  

Пунктом 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых  вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным  законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32) разъяснено, что  исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК  РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по  

требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана  недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка  должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности  направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо  заниженной цене имущества должника третьим лицам.  

Исходя из изложенного, при установлении того заключена ли сделка с намерением  причинить вред другому лицу, суду надлежит установить, имелись ли у сторон сделки  намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка  направлена на уменьшение конкурсной массы.  

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени  доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что  заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima  facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону,  обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств,  подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при  добросовестном осуществлении процессуальных прав.  

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15- 13978 по делу № А07-3169/2014 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов  должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности  и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять  соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции принимает во внимание разъяснения,  изложенные в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации   № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017, по смыслу  которых, если лицо, оспаривающее сделку, совершенную должником и конкурсным  кредитором, обосновало существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков  мнимости у данной сделки, на последних возлагается бремя доказывания действительности  сделки.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 56 постановления Пленума  Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», применяемыми в  данном случае по аналогии, отсутствие у лиц заинтересованности в раскрытии документов,  отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень  правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права.  

По смыслу изложенных разъяснений, если арбитражный управляющий и (или)  кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о  мнимости, притворности, подозрительности сделок должника с третьими лицами, бремя  опровержения данных утверждений переходит на последних, в связи с чем они должны  доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного  управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв  свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле  осуществлялись сделки.  

В рассматриваемом случае суд первой инстанции исходил из того, что правонарушение,  заключающееся в необоснованном принятии должником дополнительных долговых  обязательств и (или) в необоснованной передаче им имущества другому лицу, причиняющее  ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам  кредиторов должника, например, вследствие неравноценности встречного исполнения со  стороны контрагента должника, является основанием для признания соответствующих  сделок, действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей  61.2 Закона о банкротстве.  

В силу части 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям,  установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо  независимо от такого признания (ничтожная сделка).  

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного  правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться  другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка,  нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на  публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна,  если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие  последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.  

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, если совершение сделки  нарушает запрет, установленный частью 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств  дела такая сделка может быть признана судом недействительной (статья 168 ГК РФ).  

В абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в  законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не  препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено  злоупотребление правом, как ничтожную (статей 10, 168 ГК РФ), в том числе при  рассмотрении требования, основанного на такой сделке.  

Согласно норме части 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских  прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с  противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских  прав (злоупотребление правом).  

В силу норм статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских  прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений  должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего  незаконного или недобросовестного поведения.  

Из совокупного содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением  правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением  пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение  вреда третьим лицам.  

Требования статьи 10 ГК РФ применяются при недобросовестном поведении  (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде  (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с  намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной  противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым)  интересом сделок такого рода.  

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении  гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника  гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны,  содействующее ей. При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет  принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от  недобросовестного поведения другой стороны.  

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета,  установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем, такая сделка подлежит признанию  недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ.  

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по  основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»  разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и  

необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по  требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана  недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка  должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.  

В то же время необходимо учитывать, что наличие в законодательстве о банкротстве  специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду  квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как  ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по  основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).  

Между тем в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за  пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11  по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от  29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034  по делу № А12-24106/2014).  

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его  обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в  преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об  указанной цели должника к моменту совершения сделки, является разновидностью сделки,  совершенной со злоупотреблением правом (статья 10, 168 ГК РФ).  

При этом положения пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве являются  специальными по отношению к предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ основаниями для  признания сделок недействительными. Поэтому в условиях конкуренции норм о  недействительности сделки лица, оспаривающие сделки с неравноценным встречным  исполнением, а также с причинением вреда имущественным правам кредиторов  одновременно по основаниям, предусмотренным ГК РФ и Законом о банкротстве, обязаны  доказать, что выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции пунктов 1, 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве.  

Иной подход приводит к тому, что содержание статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет  смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и  позволяет лицу, не оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о возможности  заявления возражений о недействительности оспоримой сделки только на основании  вступившего в законную силу судебного акта о признании ее недействительной, что  недопустимо (определение Верховного Суда РФ от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1)).  

К тому же таким образом осуществляется обход норм о сокращенном сроке давности  оспаривания оспоримых сделок.  

Конкурсным управляющим в материалы дела не представлены какие-либо  доказательства или аргументы в пользу того, что нарушения, допущенные при совершении  оспариваемой сделки, выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Из заявления арбитражного управляющего должника следует, что указанные в  обоснование недействительности спорных сделок признаки, классифицируемые им как  злоупотребление правом, причинение вреда имущественным интересам кредиторов, убытков  должнику, отвечают признакам подозрительной сделки (статья 61.2 Закона о банкротстве).  

Иных оснований полагать, что в действиях сторон спорной сделки имелись признаки  злоупотребления правом арбитражным управляющим не приведено, в связи с чем суд  апелляционной инстанции приходит к выводу, что в данном случае возможность применения  

статьей 10 и 168 ГК РФ к спорным сделкам арбитражным управляющим должника не  обоснована.  

Никаких иных дефектов оспариваемых сделок, которые бы являлись основанием для  признания сделок ничтожными на основании статей 10, 168 ГК РФ и выходили бы за  пределы оспоримых сделок, составы которых предусмотрены нормами статьи 61.2 Закона о  банкротстве, заявителем не приведено.  

На основании изложенного и в отсутствие доказательств обратного, апелляционная  коллегия судей не усматривается оснований для признания спорной сделки недействительной  на основании статей 10, 168 ГК РФ.  

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от  23.10.2019 по делу № А75-5644/2019, вступившим в законную силу 23.10.2019, решением  Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 26.03.2018 по делу   № А75-20152/2017, вступившим в законную силу 04.09.2018, установлены следующие  обстоятельства.  

По акту приема-передачи простых векселей от 07.02.2017 ООО «Советское молоко»  передало ФИО3 простые векселя, в том числе вексель серии СМ № 012017,  выданнвый 07.02.2017, и удостоверяющий обязательство векселедателя уплатить держателю  векселя сумму 4 500 000 руб., вексель серии СМ № 022017 от 07.02.2017 на сумму 5 000 000  руб.  

06.12.2018 ФИО3 обратился к обществу с требованием оплатить вексель СМ   № 022017 от 07.02.2017, однако ответа от ООО «Советское молоко» не поступило.  

Поскольку общество платеж не произвело, нотариус нотариального округа Советский  район и г.Югорск Ханты-Мансийского автономного округа-Югры ФИО7 предъявила  ООО «Советское молоко» требование об оплате указанного векселя.  

Общество от оплаты векселя отказалось без указания мотивов, что подтверждается  актом о протесте векселя в неплатеже от 13.03.2019, реестр № 86/61-н/86-2019-1-429,  удостоверенным нотариусом ФИО7  

Согласно справке нотариуса от 13.03.2019 ФИО3 уплачено по тарифам 48 600  руб. за протест векселя в неплатеже.  

Ссылаясь на неисполнение ООО «Советское молоко» своих обязательств по уплате  номинальной стоимости векселя и несение в этой связи издержек на оплату нотариального  действия, ФИО3 обратился в суд с вышеуказанными исками.  

В обоснование встречных исковых требований должник ссылался на отсутствие какого-либо правового основания для передачи простого векселя ФИО3, также на отсутствие  встречного предоставления со стороны последнего за передачу векселя либо соглашения  сторон о безвозмездной передаче данного векселя.  

Руководствуясь положениями пункта 1 статьи 142 ГК РФ, статьи 1 Федерального закона  от 11.03.1997 № 48-ФЗ «О переводном и простом векселе», постановлением Центрального  Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров СССР «О введении в действие  Положения о переводном и простом векселе» от 07.08.1937 № 104/1341, а также  разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.12.2000 № 33/14 «О некоторых  вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей», суды первой и  апелляционной инстанции пришли к выводу о соответствии закону данных вексельных  обязательств.  

Довод ООО «Советское Молоко» о несоответствии формы векселя требованиям закона  в связи с не указанием даты составления векселя судами не принят, поскольку как в самом  векселе серии СМ № 022017, так и в акте приема-передачи простых векселей указана дата  07.02.2017, что свидетельствует о наличии необходимого реквизита – даты составления  векселя.  

Предъявленный к оплате вексель сроком платежа по предъявлении, но не ранее  01.12.2018, на сумму 5 000 000 руб. ООО «Советское молоко» не оплатило, в связи с чем  нотариусом 13.03.2019 в соответствии со статьей 44 Положения № 104/1341 совершен  протест векселя в неплатеже и составлен акт в протесте векселя в неплатеже.  

По смыслу статьи 44 Положения № 104/1341 совершение протеста векселя в неплатеже  является надлежащим доказательством предъявления векселя к платежу.  

В рамках рассмотрения вышеуказанных дел о взыскании задолженности по векселям,  равно как в настоящем споре, в материалы дела не было представлено доказательств,  свидетельствующих о несоответствии векселя от 07.02.2017 серии СМ № 022017 и серии СМ   № 012017 от 07.02.2017 требованиям действующего законодательства, а также  подтверждающих неправомерность действий ФИО3 по получению данного векселя.  

С позиции ответчика векселя выданы должником в качестве обеспечения исполнения  обязательства по выплате ФИО3 действительной стоимости доли в связи с его  выходом из состава участников общества.  

Судами при рассмотрении исков о взыскании задолженности по векселям отмечено, что  ссылка ООО «Советское молоко» на несовпадение номинальной стоимости переданных  векселей и действительной стоимостью доли ФИО3 в уставном капитале ООО  «Советское молоко», в обеспечение обязательств по выплате которой обществом выданы  векселя, не является основанием для признания требований по оплате векселя  несостоятельными.  

В рамках настоящего обособленного спора произведена судебная экспертиза, в  материалы дела поступило заключение эксперта от 11.11.2022 № 210, согласно которому  размер действительной стоимости доли ФИО3 составляет 14 080 000 руб. (т.5  л.д.141).  

Выводы эксперта сторонами не оспорены, судом оснований для непринятия данного  доказательства не усматривается.  

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия принимает во внимание,  что в соответствии со статьей 87 АПК РФ при недостаточной ясности или полноте  заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее  исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза,  проведение которой поручается тому же или другому эксперту (часть 1). В случае  возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий  в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена  повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой  комиссии экспертов (часть 2).  

Вместе с тем, с ходатайством о проведении повторной экспертизы конкурсный  управляющий не обращался.  

Суд апелляционной инстанции, проанализировав представленное в материалы дела  заключение эксперта, отмечает, что указанное заключение соответствует требованиям статей  82, 83, 86 АПК РФ. В заключении отражены все, предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК  РФ, сведения, содержится ответ на поставленный вопрос, экспертное заключение является  ясным и полным, противоречия в выводах эксперта отсутствуют.  

В силу пункта 12 постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых  вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»  согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 АПК РФ заключение эксперта не имеет для суда  заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.  

Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований  частей 1 и 2 статьи 71 Кодекса. При этом по результатам оценки доказательств суду  необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле  доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 АПК РФ).  

По смыслу указанного разъяснения оценка такого доказательства как заключение  эксперта осуществляется в совокупности с другими доказательствами при вынесении  решения.  

Поэтому оценка заключения экспертизы с точки зрения наличия сомнений в  обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или  комиссии экспертов может быть дана в судебном акте, который будет вынесен по результатам  разрешения спора.  

Суд апелляционной инстанции не усматривает в материалах дела доказательств  необоснованности и противоречивости выводов, изложенных в заключение эксперта, а также  доказательств проведения экспертизы с нарушениями требований законодательства.  

Обстоятельств, свидетельствующих о недостоверности данного экспертного  заключения, в данном случае не доказано.  

При этом само по себе несогласие оппонирующей стороны с выводами судебной  экспертизы не является достаточным основанием считать заключение экспертизы  ненадлежащим доказательством.  

Суд апелляционной инстанции отмечает, что пункт 4 части 2 статьи 86 АПК РФ  предусматривает предупреждение эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо  ложного заключения, соответствующая подписка представлена экспертом к заключению  от 11.11.2022 № 210.  

Несогласие конкурсного управляющего с выводами эксперта не свидетельствует о  недостоверности или неполноте экспертного заключения, наличия противоречия в сделанных  экспертом выводах.  

Доказательств, подтверждающих необоснованность заключения, либо  некомпетентность эксперта суду не представлено, выводы эксперта согласуются с иными  доказательствами по делу.  

Суд первой инстанции заключил, из материалов дела не усматривается ни  неравноценного встречного исполнения на стороне должника путём выдачи векселей, ни  кратного критерия отклонения цены сделки от реальной стоимости, который мог бы  свидетельствовать о намерении причинить вред кредиторам данной сделкой.  

Конкурсный управляющий не опроверг со ссылкой на доказательства довод о том, что  на момент совершения сделки должник не отвечал признакам неплатежеспособности, так как  реестровая задолженность образовалась позднее.  

Период совершения сделки выходит за переделы финансового анализа должника,  который впрочем, в материалы настоящего спора, также не представлен. Довод конкурсного  управляющего о том, что ответчик не имел права на выплату стоимости доли отклонен судом,  поскольку не основан на нормах законодательства.  

Так, в соответствии с пунктом 6.1. статьи 23 Федерального закона от 08.02.1998 № 14- ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в случае выхода участника общества  из общества в соответствии со статьей 26 настоящего Федерального закона его доля  переходит к обществу. При этом общество обязано выплатить вышедшему из общества  участнику общества действительную стоимость его доли в уставном капитале общества,  определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний  отчетный период, предшествующий дате перехода к обществу доли вышедшего из общества  участника общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре  имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале  общества действительную стоимость оплаченной части доли.  

Запрет на удовлетворение требований учредителя (участника) должника о выделе доли  (пая) в имуществе должника в связи с выходом из состава его учредителей (участников),  выкуп либо приобретение должником размещенных акций или выплата действительной  стоимости доли (пая) предусмотрен пунктом 1 статьи 63 Закона о банкротстве как  

последствие введения в отношении общества процедуры наблюдения и не распространяется в  ретроспективу.  

В данном случае дело о банкротстве в отношении должника возбуждено определением  суда от 29.06.2020, тогда как заявление о выходе из состава участников общества сделано  ответчиком 31.03.2017, за пределами трех лет срока подозрительности.  

Оснований для вывода об отсутствии у ФИО3 в указанный период права на  выплату действительной стоимости его доли не имеется, вопрос наличия и действительности  права у векселедержателя являлся предметом исследования при взыскании задолженности по  вексельному долгу.  

Учитывая изложенное, доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными,  поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении  дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы  на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.  

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для  отмены определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК  РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не  установил.  

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от  13 декабря 2023 года по делу № А75-9447/2020 оставить без изменения, апелляционную  жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано  путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа  в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.  

Председательствующий О.Ю. Брежнева  Судьи О.В. Дубок  

 М.М. Сафронов