/

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-42518/2015

г. Краснодар

29 марта 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 марта 2018 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Бабаевой О.В., судей Айбатулина К.К. и Трифоновой Л.А., при участии в судебном заседании от истца – общества с ограниченной ответственностью  «КПГ-Инвестиции                     и Торговля» (ИНН 7724769386, ОГРН 1107746970913) – Артеменко Н.В. (доверенность    от 11.12.2017), от акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк»                                    в лице Краснодарского регионального филиала – Костюхиной О.И. (доверенность                 от 20.07.2017), в отсутствие ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Агра-Кубань» (ИНН 2356049700, ОГРН 1102356000559), извещенного о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» в лице Краснодарского регионального филиала на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.01.2016 (судья Суханов Р.Ю.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2017 (судьи Соловьева М.В., Сурмалян Г.А., Филимонова С.С.) по делу № А32-42518/2015, установил следующее.

ООО «КПГ-Инвестиции и Торговля» (далее – компания) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «Агра-Кубань» (далее – общество) о взыскании1 164 540 рублей задолженности по оплате за поставленный товар.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 25.01.2016 иск удовлетворен. Судебный акт мотивирован тем, что передача товара ответчику и его неоплата подтверждается материалами дела. Ответчик заявленные требования признал в полном объеме (части 3 и 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2017                     в соответствии с пунктом 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» принята к производству апелляционная жалоба конкурсного кредитора, участвующего в деле о банкротстве общества,                          АО «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее – банк) на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.01.2016. 

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2017 решение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.01.2016 оставлено без изменения, апелляционная жалоба банка – без удовлетворения.

Судебный акт суда апелляционной инстанции мотивирован тем, что признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств (части 3 и 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Представленные в материалы дела платежные поручения свидетельствуют о реальности проводимых банковских операций по расчету между лицами, факт передачи и получения товара подтверждается товарными накладными, договорами аренды имущества от 28.08.2013, аренды оборудования от 31.12.2013, договора аутсорсинга от 01.01.2014, отчетами по проводкам за январь – апрель 2015 года, карточками 43 счета  за январь 2014 года – апрель 2015 года, отчетом по проводкам за январь 2014 года – апрель 2015 года, оборотно-сальдовой ведомостью по счету 10.01 за январь 2014 года – апрель 2015 года. О фальсификации данных документов банк не заявлял. Иных доказательств в подтверждение мнимости совершенных сделок банком не представлено. Доводы апелляционной жалобы банка об аффилированности сторон по делу носят предположительный характер, не подтверждаются материалами дела, в связи с чем отклонены судом апелляционной инстанции со ссылкой на то, что наличие между указанными лицами экономических и юридических связей (как указывает заявитель жалобы) не может указывать на безусловный факт злоупотребления ими своими правами и свидетельствовать о нарушении норм материального права при принятии решения судом первой инстанции.

Банк, являющийся кредитором в деле о банкротстве общества, обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить решение от 25.01.2016 и постановление от 13.12.2017, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В нарушение условий заключенных с банком кредитных договоров общество  с третьего квартала 2015 года не предоставляло в банк документы первичной бухгалтерской отчетности. По мнению заявителя, общество не владеет площадями, оборудованием и транспортом для ведения финансово-хозяйственной деятельности, предполагающей закупку, хранение, производство и перевозку сельскохозяйственной продукции. ООО «Галс», ООО «АграКубань», ООО «Золото Кубани», ООО «ТПК "Кубань"», ОАО «Радуга», ООО «Агротерра», компания и общество являются аффилированными лицами. Договор купли-продажи масла подсолнечника РДВ                        от 15.02.2015 (далее – договор купли-продажи) является мнимой сделкой. Заключение сделки имело своей целью создание искусственной задолженности для включения в реестр требований кредиторов общества и участия в распределении конкурсной массы.                 В действиях сторон усматривается прямой умысел двух аффилированных лиц на вывод активов и получение заинтересованным лицом денежных средств за это имущество в виде удовлетворения требований из конкурсной массы должника – общества. Суды не учли, что договор аренды имущества от 28.08.2013, договор аренды оборудования от 31.12.2013 и договор аутсорсинга от 01.01.2014 заключены сроком на один год, однако                           спорная сделка купли-продажи совершена в 2015 году. Стоимость услуг по договору аутсорсинга составляет всего 200 тыс. рублей в месяц; это явно неравноценно тем затратам, которые несет общество с учетом количества персонала, выплаты ему заработной платы и предоставления необходимого инвентаря. Согласно общедоступной информационной системе стороны спора не предоставляли в налоговые инспекции декларации по начислению и, соответственно, не оплачивали НДС, что косвенно свидетельствует о мнимости хозяйственных операций. К моменту заключения договора купли-продажи общество уже имело перед компанией значительный долг в размере 1 413 978 254,62 рубля, что подтверждается судебными актами по делам                             № А32-42516/2015, А32-46975/2015, А32-42517/2015, А32-335/2015 и А32-334/2015. Таким образом, отсутствовала экономическая целесообразность в совершении оспариваемого договора купли-продажи. Судом не исследована и не проверена экономическая возможность общества по размещению и дальнейшей переработке большого количества подсолнечного масла, приобретенного у компании. Суд апелляционной инстанции неправомерно отказал в проведении судебной финансово-экономической экспертизы по делу, заключение судебной финансово-экономической экспертизы позволило бы подтвердить доводы банка о наличии внутригрупповых отношений между сторонами сделки и, как следствие, общности хозяйственных интересов участников спорных отношений, позволивших умышленно «нарастить» кредиторскую задолженность общества на основании недостоверной бухгалтерской отчетности.

В отзыве на кассационную жалобу компания просит отказать в ее удовлетворении, указывая, что выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам; банк не представил доказательств мнимости договора купли-продажи, учитывая, что общество осуществляло дальнейшую реализацию приобретенного товара.

В судебном заседании представители участвующих в деле лиц поддержали свои доводы и возражения относительно обжалуемых судебных актов.

Законность судебных актов проверяется кассационным судом в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе (части 1 и 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, заслушав объяснения представителей компании и банка – конкурсного кредитора в деле о банкротстве общества, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба подлежит удовлетворению.

Как установили суды, 15.02.2014 компания (продавец) заключила с обществом (покупатель) договор купли-продажи, по условиям которого продавец обязуется передать товар (масло подсолнечное рафинированное дезодорированное вымороженное), а покупатель – принять и оплатить его на условиях договора  (пункты 1.1 – 1.2 договора). Поставка товара осуществляется партиями на основании заявки-заказа покупателя при наличии товара на складе продавца (пункт 3.1 договора). Наименование, количество, ассортимент и цена партии товара указываются и согласовываются сторонами в товарных накладных, универсальных передаточных документах, оформленных на каждую партию товара (пункт 3.3 договора).

Компания передала обществу товар стоимостью 143 617 756 рублей.                                  В подтверждение поставки истец представил в материалы дела счета-фактуры с универсальными передаточными актами, рекомендованными к применению письмом ФНС России от 21.10.2013 № ММВ-20-3/96 (т. 1, л. д. 147 – 160). 

Наличие 1 164 540 рублей задолженности по оплате поставленного товара явилось основанием для обращения компании с иском в арбитражный суд.

В силу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). К отдельным видам договора купли-продажи (розничная купля-продажа, поставка товаров, поставка товаров для государственных нужд, контрактация, энергоснабжение, продажа недвижимости, продажа предприятия) положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не предусмотрено правилами названного Кодекса об этих видах договоров (пункт 5 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием. В порядке статьи 516 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки, если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями.

В подтверждение поставки и наличия задолженности по договору                         купли-продажи истец представил счета-фактуры с универсальными передаточными актами, рекомендованными к применению письмом ФНС России от 21.10.2013                                № ММВ-20-3/96@ (т. 1, л. д. 147 – 160). Указанные документы подписаны руководителем общества без замечаний.

В судах первой и апелляционной инстанциях ответчик не оспорил поставку товара (части 3 и 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), поэтому суды пришли к выводу об обоснованности заявленных требований и их удовлетворении.

Суд апелляционной инстанции отклонил ссылку банка на мнимость договора купли-продажи с целью умышленного «наращивания» кредиторской задолженности общества на основании недостоверной бухгалтерской отчетности ввиду недоказанности банком указанных доводов, а также неподтвержденности банком наличия внутригрупповых отношений (аффилированности) между сторонами спора. 

Кроме этого, суд апелляционной инстанции указал на пассивное процессуальное поведение банка, не заявившего в порядке, предусмотренном статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о фальсификации документов, которые компания представила в обоснование реальности возникших экономических отношений.  

Между тем суд апелляционной инстанции неверно распределил бремя доказывания между участвующими в деле лицами и не обеспечил соблюдение принципа равноправия сторон и состязательности судопроизводства в арбитражном суде. 

Судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Стороны пользуются равными правами на представление доказательств. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон (статья 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела (часть 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Апелляционная жалоба банка на решение суда первой инстанции подана                            в соответствии с пунктом 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», как жалоба конкурсного кредитора, участвующего в деле о банкротстве общества, в связи с чем банк не может быть ограничен на представление дополнительных документов в суде апелляционной инстанции, как лицо, не участвовавшее в суде первой инстанции.

11 августа 2017 года банк в суд апелляционной инстанции нарочно сдал ходатайство о приобщении к материалам дела документов на 170 листах в подтверждение доводов об аффилированности и взаимосвязи сторон по делу (т. 2, л. д. 84).

Определением от 16.08.2017 суд апелляционной инстанции отказал банку                            в удовлетворении ходатайства о приобщении дополнительных документов                                          (т. 2, л. д. 93 – 94). 

Выводы судебных актов по существу рассмотренного спора должны                   основываться на анализе доказательств, представленных сторонами, и содержать                     помимо прочего мотивы, по которым отвергнуты доказательства, а также отклонены доводы лиц, участвующих в деле (пункт 4 статьи 15, статья 71, пункты 2, 4 статьи 169, пункт 2 статьи 271, пункт 2 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В мотивировочной части определения от 16.08.2017 суд не указал причины, по которым банк был лишен установленного процессуальным законодательством права на представление доказательств по делу. При этом в постановлении от 13.12.2017 суд апелляционной инстанции указал, что доводы апелляционной жалобы банка об аффилированности сторон по делу носят предположительный характер, не подтверждаются материалами дела, в связи с чем подлежат отклонению.

При таких обстоятельствах, учитывая, что суд кассационной инстанции не вправе принимать и исследовать новые доказательства, постановление от 13.12.2017 подлежит отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.   

Кроме этого, указав, что банк не заявлял о фальсификации документов, представленных компаний в подтверждение реальности хозяйственных операций, а иных доказательств в подтверждение мнимости договора купли-продажи банк не представил, суд апелляционной инстанции не учел особенности бремени (стандарта) доказывания по данной категории дел (пункт 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017), пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016), определение Верховного Суда Российской Федерации № 301-ЭС17-4784                  от 11.09.2017 по  делу № А38-1381/2016).  

Как правило, для подтверждения позиции истца или ответчика достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора («дружественного» кредитора) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены формально безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

На основании изложенного у суда апелляционной инстанции отсутствовали основания для отклонения доводов конкурирующего кредитора (по настоящему делу – банк) по мотиву незаявления им ходатайства о фальсификации документов, составленных обществом (должник по делу о банкротстве) и аффилированным с ним кредитором («дружественный» кредитор), поскольку для создания видимости долга сторонами искового производства в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. 

 

Суд апелляционной инстанции указал на то, что наличие между истцом и ответчиком юридических связей не может указывать на безусловный факт злоупотребления ими своими правами, отказав банку в приобщении к материалам дела соответствующих документов в подтверждение наличия внутригрупповых отношений между сторонами сделки.

Однако установление внутригрупповых отношений сторон сделки и, как следствие, общности хозяйственных интересов участников спорных отношений, о котором заявлял банк (конкурирующий кредитор), позволит дать надлежащую оценку добросовестности действий как «дружественного» кредитора (компании), так и должника (общества) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017                                        № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45752/2015).

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений                    прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника – банкрота, предъявляются повышенные требования                                (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016), пункт 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017) (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017)).

Следует учесть, что конкурирующий кредитор не является стороной сделки, в силу чего объективно ограничен в возможности доказывания необоснованности требования другого кредитора. Поэтому предъявление к конкурирующему кредитору высокого стандарта доказывания приводит к неравенству таких кредиторов. В данном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга. Напротив, стороны сделки не лишены возможности представить в суд как прямые, так и косвенные доказательства, опровергающие сомнения в реальности ее исполнения. Поэтому при наличии убедительных доводов и доказательств экономической нецелесообразности правоотношений или невозможности переработки семян подсолнечника для осуществления поставки готовой продукции в виде подсолнечного масла бремя доказывания обратного возлагается в данном споре на истца и ответчика. Аналогичная правовая позиция выражена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 по делу № А41-36402/2012.

В подтверждение наличия производственной возможности для переработки семян подсолнечника и осуществления поставки готовой продукции в виде подсолнечного масла компания представила договор аренды имущества от 28.08.2013, договор аренды оборудования от 31.12.2013, договор аутсорсинга от 01.01.2014. 

Суд апелляционной инстанции принял указанные документы, оставив без внимания то обстоятельство, что они составлены сторонами спора, которые могут быть заинтересованы в сокрытии действительного смысла сделки.

Договор аренды недвижимого имущества от 28.08.2013 заключен компанией (арендатор) с ООО «Золото Кубани» (арендодатель) на срок до 31.07.2014, а спорная поставка осуществлялась вплоть до мая 2015 года. 

В материалах дела отсутствуют документы, свидетельствующие о фактическом (реальном) исполнении договора аренды недвижимого имущества от 28.08.2013: акт приема-передачи имущества, составление которого предусмотрено в пункте 1.4 договора; платежные документы об оплате арендной платы (пункт 1.3 договора); платежные и иные документы, подтверждающие несение компанией расходов по содержанию недвижимого имущества (пункт 2.2.3 договора).

Суд оставил без внимания и не рассмотрел довод банка о том, что ООО «Золото Кубани» имеет общие внутригрупповые отношения со сторонами спора. В частности, банк указывал на то, что в настоящее время учредителем ООО «Золото Кубани» является Разумовская Оксана Павловна, она же бывший учредитель общества. Директором                          ООО «Золото Кубани» является Абдулминов Наврузали Сулейманович, который также является бывшим учредителем общества. У ООО «Золото Кубани» и общества единый юридический адрес: г. Армавир, ул. Карла Либкнехта, д. 230.  

При таких обстоятельствах, учитывая указанную выше судебную практику по данной категории дел, у суда должны были возникнуть обоснованные сомнения в реальности арендных правоотношений, с учетом того, что договор от 28.08.2013 сознательно мог быть составлен на срок менее года с целью сокрытия действительного смысла сделки и во избежание его государственной регистрации.    

Договор аренды оборудования от 31.12.2013 и договор аутсорсинга                                     от 01.01.2014 заключен компанией с самим обществом (должником по делу о банкротстве). В пункте 1.2 договора аренды от 31.12.2013 указано, что оборудование размещено на территории завода по производству растительных масел по адресу:                        г. Армавир, ул. Карла Либкнехта, д. 230; стоимость аренды – 500 000 рублей в месяц.             В пункте 1.2 договора аутсорсинга от 01.01.2014 указано, что предметом договора является передача исполнителю (обществу) функций по осуществлению производственного процесса в целях оптимизации работы промышленного предприятия по производству растительных масел; стоимость аутсорсинга – 200 000 рублей в месяц. 

Из указанных договоров, заключенных обществом и компанией, следует, что имеются существенные сомнения, подтверждающие мнимость отношений между сторонами спора, в связи с чем на должника (общество) и другого кредитора (компанию) должна быть возложена активная процессуальная обязанность по доказыванию действительности договора купли-продажи (пункт 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).

Ни общество, ни компания не доказали, по каким экономическим причинам, незадолго (за 1,5 месяца) до заключения спорного договора купли-продажи, когда разумный руководитель общества не мог не осознавать, что в ближайшем будущем общество будет закупать большое количество готового подсолнечного масла, общество приняло решение о передаче предприятия, производящего растительное масло, другому юридическому лицу. Общество фактически лишило себя производственных мощностей по производству масла, и вскоре вынуждено было закупать аналогичную продукцию с предпринимательской наценкой у компании. 

При этом банк обоснованно указывает, что арендная плата в общем размере 700 000 рублей (500 000 рублей + 200 000 рублей) является экономически невыгодной для общества и значительно заниженной. Ни истец, ни ответчик не опровергли соответствующими доказательствами указанный довод; суд апелляционной инстанции оставил его без исследования.  

Общество не представило в материалы доказательств того, что в конце 2013 года – начале 2014 года у него не имелось сырья (семена подсолнечника) для продолжения производственной деятельности на заводе по производству растительных масел по адресу: г. Армавир, ул. Карла Либкнехта, д. 230, либо отсутствовали денежные средства для его закупки. 

В рамках производства по судебным делам Арбитражного суда Краснодарского края № А32-42516/2015, А32-46975/2015, А32-42517/2015, А32-335/2015 и А32-334/2015 установлено, что общество в 2012 – 2013 годах закупало большое количество товаров общей стоимостью 1 413 978 254,62 рубля, в том числе семян подсолнечника.

Кроме этого, часть сырья (семена подсолнечника) в спорный период закупалась на «имя» компании, но за счет средств самого общества (т. 11, л. д. 18, 25, 28, 35, 64, 77, 101).  

Из представленных в материалы дела компанией производственно-технических отчетов, отчетов о подработке маслосемян и накладных (т. 3 – 10), следует, что названные документы являются внутрихозяйственными и составлены компанией в одностороннем порядке. При этом часть внутренних хозяйственных накладных содержит оттиск печати склада готовой продукции общества (т. 3, л. д. 145 – 146), что может свидетельствовать о ведении хозяйственной деятельности по производству масла самим обществом.     

Пока стороны не доказали иное, существует обоснованное предположение о том, что посредством конструкции договора аутсорсинга и договоров аренды, стороны с целью искусственного увеличения задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора создали фиктивную видимость того, что именно компания осуществляла производство растительного масла на предприятии, фактическое использование и эксплуатацию которого продолжало осуществлять общество.     

Имеющиеся в материалах дела платежные поручения по спорному договору купли-продажи (т. 1, л. д. 88 – 128) не опровергают довод о мнимости договора купли-продажи, поскольку денежные средства могли «выводиться» из общества в пользу компании за счет создания видимости хозяйственной деятельности со стороны компании.      

Также суд апелляционной инстанции оставил без внимания довод банка о том, что согласно общедоступной информационной системе стороны спора не предоставляли в налоговые инспекции декларации по начислению и, соответственно, не оплачивали НДС, что косвенно может свидетельствовать о мнимости хозяйственных операций.  

С учетом многочисленных вопросов, подлежащих разрешению исходя из предмета доказывания и конкретных обстоятельств дела, носящих специальный экономический характер и требующих знаний в области финансов и бухгалтерской отчетности,                          суд кассационной инстанции не может согласиться с позицией суда апелляционной инстанции о том, что рассмотрение спора по существу (предмет спора) возможно без проведения по настоящему делу судебной экспертизы.  

Поставленные банком в ходатайстве о назначении судебной финансово-экономической экспертизы вопросы (т. 2, л. д. 99 – 100) являются существенными для правильного рассмотрения спора и требуют специальных знаний для их разрешения. 

В силу пункта 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено или изменено, если выводы, содержащиеся в обжалуемых решении, постановлении, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания по делу, дать оценку всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований норм арбитражного процессуального закона, дать оценку соответствующих возражений банка, в том числе посредством рассмотрения вопроса о назначении по делу судебной финансово-экономической экспертизы, определить реальность либо мнимость хозяйственных отношений между и истцом и ответчиком, после чего разрешить спор с применением норм права, регулирующих правоотношения сторон, исходя из предмета и оснований иска.

Согласно абзацу 2 части 3 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается судом, вновь рассматривающим дело (по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 284, 286, 287, 288 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2017 по делу№ А32-42518/2015 отменить, направить дело на новое рассмотрение в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                                       О.В. Бабаева

Судьи                                                                                                                                 К.К. Айбатулин                                                                                                                                Л.А. Трифонова