АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7450/24 

Екатеринбург

20 января 2025 г.

Дело № А60-16092/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме  20 января 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Ященок Т.П.,

судей Ивановой С.О., Черкезова Е.О.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы муниципального казенного учреждения «Управление городского хозяйства» (далее – учреждение, МКУ «УГХ»), Управления Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области (далее – управление, антимонопольный орган) на решение Арбитражного суда Свердловской области от 19.07.2024 по делу № А60-16092/2024 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители: 

управления – ФИО1 (доверенность от 15.08.2024 № 310, служебное удостоверение, диплом);

учреждения – ФИО2 (доверенность от 09.01.2025 № 1, паспорт, диплом).

Индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – предприниматель, ИП ФИО3) обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании недействительным решения управления от 06.03.2024 № ДШ/3823/24 об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства. 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены учреждение, индивидуальный предприниматель ФИО4 (далее – ИП ФИО4), Администрация ГО «город Лесной». 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 19.07.2024 заявленные требования удовлетворены, признано недействительным решение управления от 06.03.2024 № ДШ/3823/24. Суд обязал антимонопольный орган устранить допущенные нарушения прав и законных интересов предпринимателя. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2024 решение суда оставлено без изменения. 

В кассационных жалобах учреждение и управление просят указанные судебные акты отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

В жалобе учреждение приводит довод о том, что учреждение  лишено реальной возможности защитить свои права в судебном порядке, участвовать                     в судебном заседании. В обоснование данного довода учреждение указывает, что поданное им 24.10.2024 ходатайство об участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции на момент судебного заседания находилось на стадии «ожидает согласования». В связи с этим возможность подключения к судебному заседанию в режиме онлайн у МКУ «УГХ» отсутствовала. Указанное, по мнению учреждения, свидетельствует                                    о нарушении апелляционным судом права МКУ «УГХ» на доступ                                    к правосудию. Полагает, что суд апелляционной инстанции должен отложить рассмотрение судебного разбирательства по существу для обеспечения возможности участия учреждения в судебном заседании. Считает, что лишение права на участие в судебном заседании вследствие технических трудностей,                     не устраненных судом посредством отложения судебного заседания                               или объявления перерыва, а также технических ошибок, допущенных самим судом, является существенным нарушением норм процессуального права                         и основанием для отмены принятого судебного акта. 

Учреждение указывает также на то, что в рамках исполнения законодательства о контрактной системе для МКУ «УГХ» любая закупка подразумевает расходование утвержденных бюджетных средств. В связи с исключением использования бюджетных средств, которые учреждению на оказание услуг по транспортировке и доставке тел (останков) умерших (погибших) граждан па территории городского округа Лесной до патологоанатомического отделения не выделяются, МКУ «УГХ» оставило за собой право выбрать порядок проведения процедуры исследования рынка услуг и определения возможных участников. Считает, что договор с ИП ФИО4 никаким образом не привел к ограничению и устранению конкуренции. Заключенный договор с ИП ФИО4 исключают нарушение законодательства о защите конкуренции. Отмечает,                   что необходимость в эвакуации трупов в патологоанатомическое отделение обосновано и благоприятно влияет на организацию данной деятельности в городе, эвакуация трупов является муниципальной нуждой. По мнению учреждения, под действие законодательства о контрактной системе подпадают возмездные договоры, по которым заказчик получает представление в натуре, в неденежной форме и оплачивает его. В связи с тем, что договор с ИП ФИО4 является безвозмездным, учреждение считает,                                что положения Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ)                                     в рассматриваемом случае не применимы. Полагает, что действующим законодательством не предусмотрены требования к порядку определения исполнителя и сами публичные процедуры по размещению муниципального заказа, которые должны осуществляться, если речь идет о безвозмездной сделке для муниципального заказчика.

Антимонопольный орган в жалобе указывает на то, что по результатам рассмотрения заявления, представленных материалов, у управления отсутствовали основания для возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства, поскольку обстоятельства, которые могут свидетельствовать о наличии  в действиях МКУ «УГХ» признаков нарушения антимонопольного законодательства, а также отсутствие достаточных доказательств  в подтверждение этих обстоятельств в заявлении ИП                          ФИО3 Полагает, что у управления  отсутствует обязанность проводить анализ состояния конкуренции на этапе рассмотрения заявления, указывая                        о праве у него на проведение такого анализа. Антимонопольный орган считает, что положения Закона № 44-ФЗ в рассматриваемом случае не применяются,                      в связи с тем,  что учреждением не расходуются денежные средства. В связи                     с указанным управление полагает, что заключение данного вида договора (безвозмездный договор на оказание услуг по транспортировке и доставке тел (останков) умерших (погибших) граждан на территории городского округа Лесной до патологоанатомического отделения) не образует нарушение запретов, установленных Законом № 135-ФЗ.

В отзыве на кассационную жалобу учреждения предприниматель указывает, что обжалуемые судебные акты являются законными и обоснованными, доводы заявителя жалобы несостоятельными, просит судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в пределах доводов кассационной жалобы.  

Как следует из материалов дела, по результатам рассмотрения обращения ИП ФИО3 (от 21.02.2024 вх. № 3570-ИП/24) с информацией о нарушении учреждением антимонопольного законодательства                                    при заключении безвозмездного договора с ИП ФИО4 (ИНН 

<

***>) на оказание услуг по транспортировке и доставке тел (останков) умерших (погибших) граждан на территории городского округа Лесной до патологоанатомического отделения Федерального государственного бюджетного учреждение здравоохранения «Центральная медико-санитарная часть № 91 Федерального медико-биологического агентства» (далее – ФГБУЗ ЦМСЧ № 91) без проведения конкурентной процедуры, управлением вынесено решение от 06.03.2024 № ДШ/3823/24 об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства на основании пункта 2 части 9 статьи 44  Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон № 135-ФЗ).

Полагая, что  указанное решение управления является недействительным, предприниматель обратился в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из наличия оснований для признания ненормативного правового акта антимонопольного органа недействительным.

Суд апелляционной инстанции оснований для отмены решения суда                         не установил, оставив обжалуемый судебный акт без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их изменения или отмены. 

Из части 1 статьи 198, статьи 201 АПК РФ следует, что для признания недействительным ненормативного правового акта, решения органа, осуществляющего публичные полномочия, должностных лиц, необходимо установить наличие двух условий: несоответствие оспариваемого ненормативного правового акта, решения закону или иному нормативному правовому акту и нарушение указанным ненормативным правовым актом, решением прав и охраняемых законом интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Согласно части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

В соответствии со статьями 23 и 39 Закона № 135-ФЗ антимонопольный орган в пределах своих полномочий возбуждает и рассматривает дела о нарушении антимонопольного законодательства, принимает по результатам их рассмотрения решения и выдает предписания.

Основанием для возбуждения и рассмотрения антимонопольным органом дела о нарушении антимонопольного законодательства является, в том числе заявление, указывающее на признаки нарушения антимонопольного законодательства, и обнаружение антимонопольным органом признаков нарушения антимонопольного законодательства.

В статье 44 Закона № 135-ФЗ установлен порядок рассмотрения заявления, материалов и возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства. При рассмотрении заявления или материалов антимонопольный орган: 1) определяет, относится ли рассмотрение заявления или материалов к его компетенции; 2) устанавливает наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства и определяет нормы, которые подлежат применению  (часть 5 статьи 44 Закона № 135-ФЗ). По результатам рассмотрения заявления, материалов антимонопольный орган принимает одно из следующих решений: о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства; об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства (часть 8 статьи 44 Закона № 135-ФЗ).

В силу пункта 2 части 9 статьи 44 Закона № 135-ФЗ антимонопольный орган принимает решение об отказе в возбуждении дела в случае отсутствия признаков нарушения антимонопольного законодательства.

Верховным Судом Российской Федерации в пункте 52 постановления Пленума от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи                            с применением судами антимонопольного законодательства» разъяснено,                          что при оспаривании в арбитражном суде решения антимонопольного органа              об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства необходимо учитывать, что по смыслу положений частей 1                         и 2 статьи 44 Закона № 135-ФЗ на стадии возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства антимонопольный орган не рассматривает по существу вопрос о наличии нарушения, но анализирует, приведены                                ли  в заявлении обстоятельства, которые могут свидетельствовать о наличии                             в действиях конкретного лица признаков нарушения антимонопольного законодательства, и представлены ли в подтверждение этих обстоятельств доказательства (либо указано на невозможность представления определенных документов и лицо, у которого они могут быть истребованы). Антимонопольный орган не связан также квалификацией указанных                                 в заявлении действий, которую дает заявитель, а самостоятельно дает                                им квалификацию, в том числе, на стадии возбуждения дела, исходя                                     из содержания заявления и приложенных к нему доказательств. В связи с этим при оценке законности отказа в возбуждении дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 части 9 статьи 44 Закона № 135-ФЗ, арбитражный суд проверяет правильность выводов антимонопольного органа                       о возможной квалификации нарушения, а также полноту проверки доводов заявителя, свидетельствующих о возможном наличии нарушения антимонопольного законодательства в поведении соответствующих лиц.

Как следует из материалов дела, поводом для обращения ИП ФИО3 в антимонопольный орган послужило предоставление МКУ «УГХ» ИП ФИО4 преимущественных условий путем заключения договора на оказание услуг по транспортировке тел умерших,                             без проведения закупочных процедур, что приводит к ограничению конкуренции.

Отказывая в возбуждении в отношении учреждения дела о нарушении антимонопольного законодательства, управление указало на то, что в случае если при осуществлении закупок заказчиком не расходуются денежные средства, положения Закона № 44-ФЗ не применяются;                                       заключение данного вида договора (безвозмездный договор на оказание услуг по транспортировке и доставке тел (останков) умерших (погибших) граждан                        на территории городского округа Лесной до патологоанатомического отделения ФГБУЗ ЦМСЧ № 91 не образует нарушение запретов, установленных Законом № 135-ФЗ); отсутствует возможность извлечения преимуществ при получении конфиденциальной информации об умершем (погибшем) каким-либо участником рынка ритуальных услуг.

В силу части 7 статьи 4 Закона № 135-ФЗ конкуренцией является соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке. Под недобросовестной конкуренцией понимаются любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам - конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации (часть 9 статьи 4 Закона № 135-ФЗ). Под признаками ограничения конкуренции понимаются сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные                                        с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов                        в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке, а также установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими                                  в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких услуг требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством Российской Федерации (пункт 17 статьи 4 Закона № 135-ФЗ). 

Согласно положениям главы 2.1 Закона № 135-ФЗ не допускается недобросовестная конкуренция в различных формах. 

Из правовой позиции, выраженной в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 01.04.2008 № 450-О-О и от 21.11.2013 № 1841-О, следует, что антимонопольное законодательство трактует недобросовестную конкуренцию как деятельность, направленную на получение преимуществ, которая может противоречить не только законодательству и обычаям делового оборота, но и требованиям добропорядочности, разумности и справедливости, что расширяет область в сфере пресечения недобросовестной конкуренции и связано с многообразием форм и методов недобросовестной конкуренции, не все из которых могут прямо противоречить законодательству или обычаям делового оборота. 

На основании части 1 статьи 15 Закона № 135-ФЗ федеральным органам исполнительной власти, органам государственной власти субъектов Российской Федерации, органам местного самоуправления, иным осуществляющим функции указанных органов органам или организациям, организациям, участвующим в предоставлении государственных или муниципальных услуг, а также государственным внебюджетным фондам, Центральному банку Российской Федерации запрещается принимать акты и (или) осуществлять действия (бездействие), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции. 

Пунктом 4 статьи 16 Закона № 135-ФЗ определено, что запрещаются соглашения между федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, Центральным банком Российской Федерации или между ними и хозяйствующими субъектами либо осуществление этими органами и организациями согласованных действий, если такие соглашения или такое осуществление согласованных действий приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, в частности к ограничению доступа на товарный рынок, выхода из товарного рынка или устранению с него хозяйствующих субъектов. 

Под соглашением понимается договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме (пункт 18 статьи 4 Закона № 135-ФЗ).

Соглашением может быть признана договоренность хозяйствующих субъектов в любой форме, о которой свидетельствуют скоординированные и целенаправленные действия (бездействие) данных субъектов, сознательно ставящих свое поведение в зависимость от поведения других участников рынка, совершенные ими на конкретном товарном рынке, подпадающие под критерии ограничения конкуренции и способные привести к результатам, определенным Законом о защите конкуренции. 

Для целей квалификации соглашений, достигнутых между субъектами, указанными в диспозиции статьи 16 Закона № 135-ФЗ, как совершенных с нарушением пункта 4 этой статьи, установлению подлежит, в том числе законность заключения таких соглашений, а также наступление или возможное наступление последствий в виде ограничения доступа на товарный рынок, выхода из товарного рынка или устранения с него хозяйствующих субъектов.

Для квалификации поведения хозяйствующего субъекта в качестве недозволенной (недобросовестной) конкуренции имеют значение следующие обстоятельства: 1) является ли его поведение актом конкуренции - затрагивает права и законные интересы иных участвующих на рынке хозяйствующих субъектов и потребителей; 2) направлено ли оно на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности не за счет собственных экономических ресурсов, а за счет иных участников рынка - на причинение им действительных или потенциальных убытков, умаление деловой репутации; 3) совместим ли избранный хозяйствующим субъектом способ получения преимуществ с честным предпринимательством - отвечает ли он требованиям законодательства и (или) сложившимся в коммерческом обороте обычаям, представлениям о добропорядочности, разумности и справедливости (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2019 № 303-КГ18-23327). 

Таким образом, предметом судебного исследования по делу об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства, являются вопросы о том, имеются ли и в чем состоят признаки не только недобросовестного (противоправного) поведения, но и признаки ведения недобросовестной конкуренции, прежде всего, признаки существования причинно-следственной связи между противоправным поведением хозяйствующего субъекта и получением выгод за счет своих конкурентов и потребителей.

При исследовании обстоятельств по делу судами  установлено, что ИП ФИО3 осуществляет предпринимательскую деятельность по оказанию ритуальных услуг на территории городского округа «город Лесной». Предприниматель 20.11.2023 обратился в МКУ «УГХ» с запросом о возможности заключения договора об оказании услуг транспортировки умерших в морг, включая погрузо-разгрузочные работы, с мест обнаружения или происшествия до патологоанатомического отделения на территории городского округа «город Лесной», в ответ на который письмом от 27.12.2023 № 02-16/1686 учреждением сообщено предпринимателю о невозможности заключения договора, сославшись на статью 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (принцип свободы договора). 

ИП ФИО3 обратился  также в МКУ «УГХ» с письмом                                       от 16.01.2024 № 2 о разъяснении порядка реализации услуги                                          по транспортировке умерших в морг, включая погрузо-разгрузочные работы,                           с мест обнаружения или происшествия на территории городского округа «город Лесной», в ответ на которое  в письме от 29.01.2024 № 02-16/85 учреждением сообщено, что между МКУ «УГХ» и ИП ФИО4 на 2024 год заключен безвозмездный договор на эвакуацию трупов от места нахождения                       на территории городского округа «город Лесной» до патологоанатомического отделения ФГУЗ ЦМСЧ № 91 ФМБА России, указав, что Закон № 44-ФЗ применяется только к возмездным сделкам, то есть на указанный договор требования данного закона не распространяются и отсутствует норма права, обязывающая муниципального заказчика заключать договор безвозмездного оказания услуг по результатам торгов или с соблюдением иных конкурсных процедур.

В соответствии с положениями статей 9, 12, 25, 29 Федерального закона от 12.01.1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» (далее - Закон № 8-ФЗ) и пункта 23 части 1 статьи 16 Федерального закона от 08.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» (далее - Закон № 131-ФЗ) вопросы организации похоронного дела и ритуальных услуг отнесены к вопросам местного значения. 

В силу статьи 9 Закона № 8-ФЗ такая ритуальная услуга                                           как транспортировка (перевозка) тел умерших (погибших) в места проведения патологоанатомического вскрытия, судебно-медицинской экспертизы не входит в гарантированный перечень услуг по погребению, оказываемых специализированной службой по вопросам похоронного дела, создаваемой органами местного самоуправления, и может быть оказана любым хозяйствующим субъектом, занимающимся деятельностью в указанной сфере, на конкурентной основе. 

Частью 2 статьи 1 Закона № 44-ФЗ установлен закрытый перечень отношений, к которым его требования могут быть не применены, в остальных случаях, заказчики используют конкурентные способы определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей). 

Заказчики при осуществлении закупок используют конкурентные способы определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей)                                     или осуществляют закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) (часть 1 статьи 24 Закон № 44-ФЗ). 

Исходя из пункта 2.3.9 Межгосударственного стандарта ГОСТ 32609-2014, введенного в действие с 01.01.2016 приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 11.06.2014 № 551-ст, транспортирование останков и праха умерших или погибших, в том числе перевозка тел, останков умерших или погибших в места проведения патологоанатомического вскрытия, судебно-медицинской экспертизы, входит в основные виды ритуальных услуг. 

С учетом правильного толкования приведенных норм права, поскольку заключение сделки между МКУ «УГХ» и ИП ФИО4 на транспортировку тел умерших направлено на обеспечение государственных нужд, что регулируется Законом № 44-ФЗ, суды верно заключили, что к спорным правоотношениям должны применяться положения Закона № 44-ФЗ.

Судами установлено и материалами дела подтверждено, что в нарушение указанных норм права, договор между МКУ «УГХ» и ИП ФИО4 заключен без проведения конкурентных процедур и исполняется при заведомо известном учреждению факте наличия иного услугодателя (ИП ФИО3) на рассматриваемом товарном рынке. 

Иного из материалов дела не следует и судами не установлено.

Правильно применив указанные выше нормы права, суды верно заключили, что заключением договора с ИП ФИО5 фактически исключена возможность иным хозяйствующим субъектам, действующим                          на этом же рынке, принять участие в конкурентных процедурах отбора                                для заключения соответствующего договора.

Доказательств наличия извещения о возможности иным хозяйствующим субъектам на данном товарном рынке заключить указанный договор с МКУ «УГХ», учреждением в материалы дела не представлено и судами не установлено. 

Таким образом, суды обоснованно сделали вывод, что при разрешении вопроса о выборе хозяйствующего субъекта, предоставляющего услуги                         по вывозу тел умерших, учреждением не принимались во внимание иные хозяйствующие субъекты, осуществляющие деятельность на данном товарном рынке. Заключение и исполнение договора между МКУ «УГХ» и ИП ФИО4 в рассматриваемом случае  без конкурентных процедур способствовало созданию преимущественного положения ИП                                     ФИО4 на рынке оказания ритуальных услуг в целом, ограничению доступа на товарный рынок иных хозяйствующих субъектов, что препятствует развитию добросовестной конкуренции, ограничивает ее на территории г. Лесной Свердловской области. Действия МКУ «УГХ», выраженные в заключении договора на оказание услуг на неконкурентной основе                            при наличии иных как потенциальных, так и реальных (ИП ФИО3) контрагентов, позволили ИП ФИО4 создать преимущественные условия доступа на рынок оказания услуг по транспортированию останков умерших в границах г. Лесной Свердловской области, а также на рынке ритуальных услуг в данных географических границах без прохождения конкурентных процедур, что может создавать для ИП ФИО4 более выгодные по сравнению с иными хозяйствующими субъектами условия ведения хозяйственной деятельности по оказанию перечисленных услуг. 

Кроме того, судами обоснованно принято во внимание обстоятельства того, что ИП ФИО4 одновременно является начальником бюро судебно-медицинской экспертизы, врачом-судмедэкспертом в ФГУЗ ЦМСЧ                          № 91 ФМБА России, осуществляет руководство патологоанатомическим отделением ФГУЗ ЦМСЧ № 91 ФМБА России, куда и доставляются тела умерших по спорному безвозмездному договору. 

Таким образом, как верно указали суды, ИП ФИО4 потенциально обладает приоритетным доступом к информации об умерших       как с точки зрения подрядчика (поскольку первым получает информацию                          о факте смерти и прибывает на место происшествия, получает адресную информацию), так и с точки зрения прямого доступа к документам, касающихся умершего (например, медицинская карта, журнал приема и выдачи трупов), находящимся в распоряжении патологоанатомического отделения ФГУЗ ЦМСЧ № 91 ФМБА России. 

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 24 Обзора судебной практики № 3 (2017), в тех случаях, когда требуется проведение публичных процедур, подразумевающих состязательность хозяйствующих субъектов, их не проведение, за исключением случаев, допускаемых законом, не может не влиять на конкуренцию, поскольку лишь при публичном объявлении торгов в установленном порядке могут быть выявлены потенциальные желающие получить товары, работы, услуги, доступ к соответствующему товарному рынку либо право ведения деятельности на нем. 

На основании пункта 20 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, в соответствии с Законом № 44-ФЗ государственные органы, органы управления внебюджетными фондами, органы местного самоуправления, казенные учреждения и иные получатели средств федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации или местных бюджетов могут вступать в договорные отношения только посредством заключения государственного или муниципального контракта.

Привлечение исполнителя без соблюдения процедур, установленных Законом № 44-ФЗ, противоречит требованиям законодательства о контрактной системе, приводит к необоснованному ограничению числа участников закупок и не способствует выявлению лучших условий поставок товаров, выполнения работ или оказания услуг. 

Государственный (муниципальный) контракт, заключенный с нарушением требований Закона № 44-ФЗ и влекущий, в частности, нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а, следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным (пункт 18 Обзора). 

Довод заявителей жалоб о том, что положения Закона № 44-ФЗ не применяются при осуществлении закупок, когда заказчиком не расходуются денежные средства, а в данном случае договор заключен на безвозмездной основе, рассмотрен судами и обоснованно отклонен. 

Как верно посчитали суды, Закон № 44-ФЗ для отдельных способов закупок не содержит запрета на заключение безвозмездного договора на оказание услуг при размещении заказа, что согласуется с принципами контрактной системы в сфере закупок, направленными, в первую очередь, на эффективность и результативность закупок для государственных и муниципальных нужд. При этом заключение безвозмездного договора не препятствует и иным участникам предложить аналогичные условия для заключения договора либо предложить наиболее лучшие условия. Заключение соглашения с ИП ФИО4 на безвозмездной основе без конкурентных процедур может свидетельствовать об иных обстоятельствах реальных взаимоотношений сторон, поскольку исполнитель по договору, по своему гражданскому статусу, являясь индивидуальным предпринимателем, не заинтересован в безвозмездном выполнении работ в пользу казенного учреждения без иного экономического интереса.

Таким образом, суды пришли к правильному выводу о наличии в действиях учреждения признаков нарушения статей 15 и 16 Закона № 135-ФЗ, поскольку действия заказчика приводят к ограничению конкуренции на рынке ритуальных услуг по транспортировке и доставке тел (останков) умерших (погибших) граждан на территории городского округа Лесной. 

Судами установлено, что при рассмотрении заявления анализ состояния конкуренции как на рынке оказания ритуальных услуг, так и на рынке оказания услуг по транспортированию останков умерших управлением не проводился, влияние договора, заключенного МКУ «УГХ» с ИП ФИО4 на состояние конкуренции на товарном рынке в географических границах г. Лесной Свердловской области не исследовалось. 

Доказательств, опровергающих данные обстоятельства, заявителями жалоб в материалы дела, суду не представлено.

Таким образом, правильно применив указанные выше нормы права, с учетом оценки фактических обстоятельств, доказательств, представленных в материалы дела, в их совокупности в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, суды правомерно признали недействительным решение управления от 06.03.2024 № ДШ/3823/24 об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства, как не соответствующее закону и нарушающее права предпринимателя в сфере экономической деятельности.

Оснований для переоценки выводов судов, у суда кассационной инстанции не имеется.

При таких обстоятельствах судами правомерно удовлетворены заявленные ИП ФИО3 требования.

Доводы заявителей в этой части, были предметом рассмотрения судов                       и  им дана надлежащая правовая оценка, другое толкование заявителем жалобы положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств рассматриваемого дела не свидетельствуют о нарушении судами норм права, потому не опровергают правильность выводов судов первой и апелляционной инстанций. Между тем их оценка – прерогатива судов первой и апелляционной инстанций  и в рамках рассматриваемого дела суды осуществили данные процессуальные действия в соответствии с нормами действующего процессуального законодательства (статьи 64, 65, 71 АПК РФ). 

Рассматривая и отклоняя довод учреждения о нарушении апелляционным судом права МКУ «УГХ» на доступ к правосудию в связи с ненадлежащей организацией 28.10.2024 онлайн-заседания, что, по мнению МКУ «УГХ» является существенным нарушением норм процессуального права и влечет отмену постановления суда апелляционной инстанции, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

В силу части 1 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебного приказа, решения, постановления арбитражного суда в любом случае являются: 1) рассмотрение дела арбитражным судом в незаконном составе;                                       2) рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания;                      3) нарушение правил о языке при рассмотрении дела; 4) принятие судом решения, постановления о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле; 5) неподписание решения, постановления судьей или одним из судей либо подписание решения, постановления не теми судьями, которые указаны в решении, постановлении; 6) отсутствие в деле протокола судебного заседания или подписание его не теми лицами, которые указаны в статье 155 этого Кодекса, в случае отсутствия аудиозаписи судебного заседания;                                   7) нарушение правила о тайне совещания судей при принятии решения, постановления. 

Из материалов дела следует, что учреждение, надлежащим образом извещенное о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции, заявило ходатайство об участии в судебном заседании по рассмотрению поданной им кассационной жалобы посредством использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседании), которое, однако, апелляционным судом                                           не рассмотрено. Между тем, с учетом конкретных обстоятельств данного судебного разбирательства неудовлетворение указанного ходатайства                             не является безусловным основанием для отмены постановления и не привело                   к принятию апелляционным судом неправильного судебного акта. 

 Суд кассационной инстанции полагает, что МКУ «УГХ» имело возможность своевременно отслеживать ход рассмотрения поданного им ходатайства, запросить у суда, в том числе путем телефонных переговоров, информацию о рассмотрении данного ходатайства, кроме того, было вправе реализовать свои процессуальные права в порядке, предусмотренном АПК РФ, в том числе путем явки непосредственно в зал судебных заседаний Арбитражного суда Свердловской области для устного изложения своей правовой позиции. При этом доказательств того, что учреждением предпринимались попытки получить у суда апелляционной инстанции информацию о ходе рассмотрения поданного им ходатайства, МКУ «УГХ»                    не представлено. Каких-либо обстоятельств, препятствующих явке представителей учреждения  в судебное заседание суда апелляционной инстанции, судом кассационной инстанции не установлено, уважительных причин отсутствия в судебном заседании либо невозможности явки в суд                       не заявлено.

Исходя из изложенного, суд кассационной инстанции считает,                               что приведенные учреждением обстоятельства не свидетельствует о нарушении его прав на доступ к правосудию.

Таким образом, поскольку допущенное судом апелляционной инстанции процессуальное нарушение не является безусловным основанием для отмены судебного акта суда апелляционной инстанции (часть 4 стать 288 АПК РФ),                      и привело к принятию неправильного постановления (часть 3 статьи 288 АПК РФ),  оснований для отмены обжалуемого постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда у суда округа не имеется.

Кроме того, доводы заявителей жалоб  не содержат ссылок, которые                  не были бы проверены и не учтены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение, влияли                                     на обоснованность и законность судебных актов, либо опровергали выводы судов, признаются судом кассационной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены законных судебных актов. 

Нормы материального права применены судами по отношению к установленным ими обстоятельствам правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 АПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 19.07.2024 по делу                     № А60-16092/2024 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2024 по тому же делу оставить без изменения,

кассационные жалобы муниципального казенного учреждения «Управление городского хозяйства»,                      Управления Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области  - без удовлетворения.                          

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьями 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                                                       Т.П. Ященок 

Судьи                                                                                    С.О. Иванова

                                                                                             Е.О. Черкезов