АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-52222/2020

г. Краснодар

04 сентября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 августа 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  04 сентября 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Калашниковой М.Г. и Резник Ю.О., при участии в судебном заседании от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Вита» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 03.05.2023), от ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 15.06.2022), от коммерческого банка «Кубань Кредит» общества с ограниченной ответственностью – ФИО5  (доверенность от 05.12.2022), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 21.04.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2023 по делу № А32-52222/2020 (Ф08-8338/2023), установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Вита» (далее – должник) конкурсный управляющий должника ФИО1 (далее – конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника. 

Определением суда от 21.04.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 26.06.2023, признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО3 по обязательствам должника; приостановлено производство по заявлению в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами. 

В кассационной жалобе и дополнении к ней ФИО3 просит отменить судебные акты и направить спор на новое рассмотрение. По мнению заявителя жалобы, суды не установили доказательств того, что каждое привлекаемое лицо к субсидиарной ответственности соответствует всем трем критериям ответственности одновременно. Вывод конкурсного управляющего о прекращении обязательств по возврату денежных средств, взятых в подотчет новацией в заемные обязательства, сделан в отсутствие достоверных и достаточных доказательств, а также первичных бухгалтерских документов. Требования о включении уполномоченного органа во вторую очередь реестра требований кредиторов должника в сумме 4 440 655 рублей 96 копеек, как основание для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является незаконными.

В отзывах на кассационную жалобу  и дополнение конкурсный управляющий просит оставить судебные акты без изменения, указывая на их законность и обоснованность.

В судебном заседании представитель ФИО3 поддержал доводы жалобы и дополнения, представитель конкурсного управляющего поддержал доводы отзывов, представитель КБ «Кубань Кредит» ООО просил в удовлетворении жалобы отказать.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением суда от 31.08.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1 

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника. 

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 53.1, 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 9, 61.10, 61.11, 126, 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 32, 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах), разъяснениями, изложенными в совместном постановлении Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Суды установили, что в соответствии с данными ЕГРЮЛ участниками должника являются: ФИО3, являющийся генеральным директором должника в период с 21.10.2002 по 30.08.2021 (размер доли 50%) и ФИО3 (размер доли 50 %), соответственно они в силу положений статьи 61.10 Закона о банкротстве являются контролирующим должника лицами. Отклоняя довод о том, что ФИО3 в силу статуса не могла оказывать существенное влияние на деятельность должника и, соответственно, не являлась контролирующим должника лицом, суды исходили из того, что ответчики являются участниками должника, имеющими равные доли в его уставном капитале и равное количество голосов в общем собрании участников. 

Согласно подпунктам 1, 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;    документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с подпунктами 2 и 4 пункта 2, пунктам 4 и 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если лица, на которых возложена обязанность по ведению и хранению соответствующей документации (например, главный бухгалтер), также признаны контролирующими, то предполагается, что их совместные с руководителем должника действия стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности существенно затруднивших проведение процедур банкротства фактов непередачи, сокрытия, утраты или искажения документации (абзац 13 пункта 24 постановления № 53).

В силу разъяснений, изложенных в пункте 24 постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать, что ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов. 

Рассматривая вопрос о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательства должника ввиду не обеспечения ими сохранности и надлежащей передачи управляющему документации в отношении хозяйственной деятельности должника, что препятствует формированию конкурсной массы, а также существенно затрудняет проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, суды исходили из следующего. 

Признавая доводы конкурсного управляющего должника обоснованными, суды правомерно руководствовались положениями пункта 4 статьи 32, статьей 40 Закона об обществах, пункта 3 статьи 1, пункта 1 статьи 7, пунктов 1, 2 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете), и исходили из того, что ФИО3 не исполнил решение Арбитражного суда Краснодарского края от 31.08.2021 по делу № А32-52222/2020 и определение суда от 10.02.2022 по данному делу об обязании его передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности должника; не передал документацию по дебиторской задолженности должника.

Оценив представленные доказательства в совокупности и взаимосвязи, суды сделали обоснованный вывод о том, что в отсутствие первичной бухгалтерской документации должника, отражающей информацию о хозяйственной деятельности должника, невозможно идентифицировать активы или установить основания их выбытия, что является препятствием для формирования конкурсной массы должника и расчетов с кредиторами. 

Кроме того, суды установили, что по результатам выездной налоговой проверки должника за период с 01.01.2016 по 31.12.2018 в отношении него вынесено решение  о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 30.06.2021 № 1040-01, согласно которому в указанный период должник выдавал ФИО3 под отчет наличные денежные средства на общую сумму 128 925 339 рублей 52 копеек. Часть обязательств ФИО3 по возврату должнику подотчетных средств в 2016 – 2018 годы прекращены соглашением сторон о его замене на заемные обязательства между теми же лицами (новации) на общую сумму 91 701 456 рублей 99 копеек. С учетом этого, по состоянию на 31.12.2018 задолженность ФИО3 перед должником по возврату выданных под отчет денежных средств составляла 36 850 226 рублей 43 копейки. 

Согласно выписке о движении денежных средств по расчетному счету 

<

***> ФИО3 частично вернул должнику заемные средства в сумме 4 000 438 рублей 19 копеек платежным поручением от 20.06.2019 № 819146. Документы, свидетельствующие о возврате ФИО3 должнику остальных заемных средств, не представлены. Задолженность ФИО3 перед должником по договорам беспроцентного займа составляет 87 701 018 рублей 80 копеек.

Согласно решению уполномоченного органа от 30.06.2021 № 10-40-01 задолженность ФИО3 перед должником по возврату беспроцентных займов составляла 87 701 018 рублей 80 копеек, а по возврату выданных под отчет денежных средств ? 36 850 226 рублей 43 копейки. Отсутствие оригиналов кассовых документов должника существенно затрудняет процесс доказывания при включении соответствующих требований должника в реестр требований кредиторов ФИО3 

Из анализа движения средств по расчетному счету 

<

***> следует, что должник перечислило на счет ИП ФИО3 № 40802810930000022702 в ПАО «Сбербанк России» денежные средства в сумме 100 тыс. рублей по платежному поручению от 10.01.2018 № 28, однако документы, свидетельствующие о возврате ФИО3 должнику заемных средств в сумме 100 тыс. рублей, отсутствуют. При этом бывший руководитель ФИО3 не передал конкурсному управляющему документы, которыми оформлены заемные отношения. 

Оценивая указанные обстоятельства, суды пришли к выводу о том, что отсутствие первичной документации, аналитических счетов и регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности за 2016 ? 2020 не позволило конкурсному управляющему проанализировать достоверность ведения должником учета и правильность отражения должником сведений в бухгалтерских балансах, представляемых в налоговую инспекцию, а также установить содержание принятых органами должника решений и провести их анализ на предмет причинения им вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов. 

Ссылка на акт приема-передачи от 20.09.2021, как на доказательство передачи ФИО3 конкурсному управляющему документации должника, включая весь 2020 год, в том числе кассовые и банковские документы, подтверждающие движение денежных средств по бухгалтерскому балансу должника, обоснованно отклонена судами, поскольку по акту передана только часть документов должника, в основном учредительные документы, документы по личному составу и ряд других документов. ФИО3 не передал электронную базу налогового и бухгалтерского учета должника, учетные регистры, договоры займов, кассовые документы за 2016 – 2018, 2020 и 2021 годы (кассовые книги, авансовые отчеты, первичные документы). 

При указанных обстоятельствах суды сделали обоснованный вывод о том, что конкурсный управляющий доказал наличие причинно-следственной связи между отсутствием документации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов должника, принимая во внимание, что ответчик не обосновал причины, по которым не передал документацию управляющему. При этом именно из-за отсутствия у конкурсного управляющего бухгалтерской документации и первичных документов должника, касающихся его финансово-хозяйственной деятельности, конкурсный управляющий лишен возможности сформировать конкурсную массу должника, выявить сделки должника, совершенные в период подозрительности, проанализировать условия их заключения, оценить перспективы их оспаривания, взыскать дебиторскую задолженность. 

Таким образом, неправомерные действия ответчиков повлекли существенное затруднение проведения процедур банкротства в отношении должника, что свидетельствует о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по заявленному основанию. 

Оценивая довод конкурсного управляющего о выводе из оборота должника денежных средств в сумме 87 701 018 рублей 80 копеек по договорам беспроцентного займа в пользу ФИО3, суды, принимая во внимание решение уполномоченного органа от 30.06.2021 № 10-40-01, установили, что  в период с 01.01.2016 по 31.12.2018 должник выдавал учредителю и генеральному директору должника ФИО3 под отчет наличные денежные средства через кассу в размере 128 925 339 рублей 52 копеек.

В соответствии со статьей 414 Гражданского кодекса Российской Федерации часть обязательств ФИО3 по возврату должника подотчетных средств прекращена соглашением сторон о его замене на заемные обязательства между теми же лицами (новации). 

В рамках новации первоначальных обязательств должника по возврату должнику подотчетных средств должник (займодавец) и ФИО3 (заемщик) заключены договоры займа от 16.12.2016 № 5 (10 млн рублей), от 18.12.2016 № 6 (10 млн рублей), от 20.12.2016 № 7 (10 млн рублей), от 22.12.2016 № 8 (10 млн рублей), от 23.12.2016 № 9 (4 684 400 рублей), от 26.12.2016 № 10 (1 285 456 рублей 99 копеек), от 31.03.2017 № 1 (10 065 600 рублей), от 20.12.2018 № 1 (35 666 тыс. рублей). Новация произведена сторонами в соответствии со статьей 818 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Должник по восьми договорам займа предоставил ФИО3 займы на общую сумму 91 701 456 рублей 99 копеек путем новации обязательств по возврату подотчетных средств в заемные обязательства между теми же лицами (новации). Согласно выписке о движении денежных средств по р/с 

<

***> ФИО3 частично вернул должнику заемные средства в сумме 4 000 438 рублей 19 копеек. 

Суды, учитывая, что должник является коммерческой организацией, преследующей извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности, а также тот факт, что в соответствии с обычаями делового оборота денежные средства (заем) предоставляются коммерческими организациями на условиях срочности и платности, верно указали, что систематическое отвлечение денежных средств из оборота должника без какого-либо возмещения, и невозможность использования денежных средств в хозяйственной деятельности с целью извлечения прибыли, причиняет вред интересам должника и его кредиторов. При этом второй участник должника ФИО3 также не предпринимала действий по предотвращению вывода средств из оборота должника и возврату ему данных средств. Сам по себе факт предоставления должником аффилированному лицу денежных средств по беспроцентным договорам займа свидетельствует о выводе должником денежных средств из оборота и невозможности вследствие этого исполнять обязательства перед внешними кредиторами, что явилось причиной заимствования средств должником у конкурсных кредиторов и банкротства должника. 

Кроме того, суды отметили, что в материалах дела отсутствуют доказательства возврата ФИО3 должнику заемных средств в сумме 100 тыс. рублей по договору беспроцентного займа от 10.01.2018 № 1 и в сумме 20 638 952 рублей 90 копеек по договору беспроцентного займа от 15.01.2016 № 15/01/2016, выведенных из оборота должника в пользу ФИО6 ? супруги ФИО3 

Суды установили, что задолженность ФИО6 перед должником по возврату заемных средств по договорам беспроцентного займа от 15.01.2016 № 15/01/2016, от 15.12.2017 № 15/12/2017 составляет 15 710 661 рубль 04 копейки. Согласно информации о движении средств по расчетному счету должника № 

<

***> в ООО КБ «Кубань Кредит» за период с 01.01.2016 по 08.10.2021 в пользу ФИО6  произведены платежи на общую сумму 4 928 291 рубля 86 копеек. Соответственно, должник как поручитель перечислил ИП ФИО6 для погашения просроченной задолженности по невозобновляемой кредитной линии от 20.01.2014 № 1221/8619/0643/004/14 и по невозобновляемой кредитной линии от 26.12.2016 № 1221/8619/0643/003/14 денежные средства в размере 4 928 291 рубля 86 копеек. Доказательства, свидетельствующие о возврате ФИО6 обществу кредитных средств, перечисленных должником как поручителем по указанным договорам, отсутствуют. 

Вместе с тем, в соответствии с пунктом 1 статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора. Поручитель также вправе требовать от должника уплаты процентов на сумму, выплаченную кредитору, и возмещения иных убытков, понесенных в связи с ответственностью за должника. 

Отвлечение денежных средств из оборота должника без какого-либо возмещения, невозможность использования денежных средств в хозяйственной деятельности должника с целью извлечения прибыли, причиняет вред интересам должника и его кредиторов. 

Оценивая указанные обстоятельства, суды пришли к верному выводу о том, что участники должника не предпринимали действий по предотвращению вывода средств из его оборота, а также мер к возврату ФИО6 должнику 20 638 952 рублей 90 копеек. 

Сам по себе факт предоставления должником заинтересованному лицу денежных средств по беспроцентным договорам займа и предоставление поручительства за него свидетельствует о выводе должником денежных средств из оборота и невозможности вследствие этого исполнять обязательства перед внешними кредиторами, что явилось причиной заимствования средств должником у конкурсных кредиторов и банкротства должника. Система организации предпринимательской деятельности должника, выстроенная его участниками, направлена на перераспределение дохода в пользу заинтересованного лица, с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки, а также не возврат должнику заемных и кредитных средств в сумме 20 638 952 рублей 90 копеек, явилась объективной причиной банкротства должника. Исходя из этого, суды правомерно указали на наличие оснований для привлечения ФИО3 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательства должника на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

Оценивая довод конкурсного управляющего о наличии недобросовестных действий ФИО3 при исчислении налогов и предоставлению налоговых деклараций, которые повлекли доначисление НДФЛ, привлечение должника к налоговой ответственности, что причинило должнику убытки в сумме 4 440 655 рублей 96 копеек, суды пришли к выводу о том, что имеются основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательства должника на основании подпунктов 1, 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

Суды учли, что из оборота должника выведены денежные средства, выданные в подотчет ФИО3, без предоставления оправдательных документов (авансовых отчетов и первичных документов). В решении уполномоченного органа от 30.06.2021№ 10-40-01 установлено, что должник в период с 01.01.2016 по 31.12.2018 выдавал учредителю и генеральному директору общества ФИО3 под отчет наличные денежные средства через кассу в сумме 128 925 339 рублей 52 копеек. Согласно оборотно-сальдовой ведомости по состоянию на 01.01.2016 задолженность ФИО3 по счету 71 «Расчеты с подотчетными лицами» отражена в сумме 34 603 586 рублей 87 копеек. Получение денежных средств осуществлялось на основании расходных кассовых ордеров за подписью генерального директора должника ФИО3, главного бухгалтера ФИО7 и кассиров. В качестве оснований выдачи денежных средств в расходных кассовых ордерах указано: «подотчет». 

В рамках налоговой проверки должник представил в налоговую инспекцию приходные кассовые ордера, авансовые отчеты ФИО3 и первичные документы, подтверждающие расходование подотчетных денежных средств по целевому назначению на сумму 34 977 242 рублей 97 копеек. Доказательства возврата оставшихся подотчетных денежных средств или наличие оправдательных документов (авансовых отчетов и первичных документов) в материалы дела не представлены. 

Исходя из этого, суды пришли к выводу о том, что за указанный период ФИО3 не вернул должнику выданные под отчет денежные средства в сумме 128 551 683 рублей 42 копеек, из которых часть подотчетных средств в общей сумме 91 701 456 рублей 99 копеек новированы в заемные обязательства. 

В то же время бывший руководитель ФИО3 не представил конкурсному управляющему кассовые документы, авансовые отчетные, первичные документы, а также иные документы, касающиеся использования и/или возврата подотчетных средств в 2016 ? 2018 годах и в последующие периоды деятельности должника, несмотря на соответствующие запросы управляющего и определения суда об истребовании у него документов и сведений. 

Учитывая изложенное, суды сделали правомерный вывод о том, что действия контролирующего должника лица ФИО3 по выводу денежных средств под отчет на сумму 36 850 226 рублей 43 копеек создали условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, что в силу разъяснений, изложенных в пункте 17 постановления № 53, является основанием привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку презюмируется, что из-за указанных действий окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. 

Таким образом, систематическая передача денежных средств под отчет при отсутствии исполнения встречного обязательства в форме предоставления отчетности о расходовании денежных средств либо обязательств их возврата является юридически значимым действием, направленным на вывод активов из хозяйственного оборота организации. Аналогичная позиция содержится в определении Верховного суда Российской Федерации от 29.01.2016 N 304-ЭС15-7530 (4) по делу N А45-684/2014. 

При указанных обстоятельствах вывод судов о доказанности наличия оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности как контролирующих должника лиц, является правильным. 

Принимая во внимание положения пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве и учитывая, что в настоящее время не завершены все мероприятия в процедуре конкурсного производства по формированию конкурсной массы и расчетам с кредиторами, суд обоснованно приостановил производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности ответчиков по обязательствам должника до окончания расчетов с кредиторами. 

Довод кассационной жалобы о том, что уполномоченный орган исчислил дебиторскую задолженность ФИО3 в сумме 128 551 683 рублей 42 копеек путем сложения по оборотно-сальдовой ведомости по счету 71 за 2016 ? 2018 годы путем сложения дебетового оборота без кредитового оборота, верно отклонен судами, как не соответствующий фактическим обстоятельствам дела. 

Довод о том, что требование уполномоченного органа о включении в реестр требований кредиторов сумм неудержанного НДФЛ в размере 4 440 655 рублей 96 копеек, по существу, является требованием о возмещении этого налога за счет средств налогового агента, что противоречит пункту 9 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации, согласно которому уплата налога за счет налоговых агентов не допускается, был предметом рассмотрения судов и обоснованно отклонен. В производстве Арбитражного суда Краснодарского края имеется самостоятельный спор о признании недействительным решения налогового органа, принятого по итогам выездной налоговой проверки, при рассмотрении которого судом будет дана оценка правомерности начисления НДФЛ. 

Оспаривая судебные акты, заявитель жалобы документально не опроверг правильности выводов судов. Доводы кассационной жалобы и дополнения не влияют на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены. Основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 21.04.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2023 по делу № А32-52222/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                                  Е.В. Андреева

Судьи                                                                                                                М.Г. Калашникова

                                                                                                                           Ю.О. Резник