ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

Березина ул., 4, г. Владимир, 600017,

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс (4922) 44-76-65, 44-73-10

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Владимир

Дело № А43–1597/2017

09 апреля 2019 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03.04.2019.

В полном объеме постановление изготовлено  09.04.2019.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кириловой Е.А.,

судей    Протасова Ю.В., Рубис Е.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области

от 31.01.2019 по делу № А43–1597/2017,

принятое судьей Красильниковой Е.Л.,

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «НефтьФинансГрупп» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Проминвест» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок,

 

в отсутствие представителей,  

 

у с т а н о в и л:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «НефтьФинансГрупп» (далее – должник, ООО «НефтьФинансГрупп») конкурсный управляющий должника ФИО3 обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о признании недействительными сделок должника по перечислению с 26.02.2016 по 04.07.2016 на расчетный счет общества с ограниченной ответственностью Топливная компания «Проминвест» (далее – ООО ТК «Проминвест») 4 426 879 руб. и применении последствий недействительности сделки.

Определением от 31.01.2019 суд частично удовлетворил заявленное требования: признал сделки по перечислению ООО «НефтьФинансГрупп» в пользу ООО ТК «Проминвест» 4 426 878 руб. 60 коп. в период с 04.05.2016 по 01.07.2016 недействительными. В удовлетворении остальной части заявленного требования суд отказал.

Выводы суда основаны на статьях 61.1, 61.2, 61.8, Федерального закона от 26.10.2002 № 127?ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьях 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пунктах 5 – 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда от 31.01.2019 и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование своих возражений заявитель жалобы указал, что кроме возвращенных сумм, ООО ТК «Проминвест» осуществляло поставки товара, которые ООО «НефтьФинансГрупп» отразило в книге покупок за первый квартал, а именно на 4 207 048 руб., в связи с чем разница между перечисленными и возвращенными суммами составляет 219 830 руб. 60 коп. При этом неверно сопоставлен момент возникновения неплатежеспособности должника и спорных перечислений, последний спорный платеж должником в адрес ООО ТК «Проминвест» произведен 04.07.2016. Очевидно, что 15.09.2016 и 29.07.2016 наступили гораздо позднее даты последнего перечисления. Вместе с тем ссылка на бухгалтерский баланс по состоянию на 31.12.2016 не подтверждает неплатежеспособность должника в момент перечислений, последнее из которых было сделано за полгода до отчетной даты в бухгалтерском балансе. Согласно выписке по расчетному счету от 28.07.2016 и исходя из декларации в бюджет оплачены (код строки 270 – 271) начисленные налоги за второй квартал в размере 1238 руб. и 11 142 руб., а также авансовый налог за третий квартал (строки 300 и 310) в размере 1238 руб. и 11 142 руб. На основании декларации по налогу на прибыль организации за третий квартал прибыль (код строки 060) составила 137 025 руб. Следовательно, на момент спорных перечислений (второй – третий квартал) у должника присутствовал доход, с которого ООО «НефтьФинансГрупп» производило обязательные отчисления в бюджет. В подтверждение довода о мнимости сделки указано на отсутствие договора поставки у конкурсного управляющего, следовательно, на недобросовестность ответчика. Вместе с тем полное отражение всех операций в документах строгой отчетности, банковских выписках, не позволяют квалифицировать данный договор как мнимую сделку. Отсутствие у конкурсного управляющего бухгалтерской документации не свидетельствует само по себе об отсутствии соответствующих правоотношений и о мнимости сделки.

Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе от 08.02.2019.

Лица, участвующие в деле, отзывы на апелляционную жалобу не представили. Участники процесса, надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили. Апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о дате, времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным в статье 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность судебного акта в обжалуемой части, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 257 – 262, 265, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Повторно оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, Первый арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Решением от 04.12.2017 Арбитражный суд Нижегородской области признал ООО «НефтьФинансГрупп» несостоятельным (банкротом); ввел в отношении его имущества процедуру конкурсного производства; утвердил конкурсным управляющим должника ФИО3.

Суд первой инстанции установил, что в период с 26.02.2016 по 04.07.2016 с расчетного счета ООО «НефтьФинансГрупп» на расчетный счет ООО ТК «Проминвест» перечислено 39 974 900 руб. В период с 04.05.2016 по 01.07.2016 возвращено 35 548 021 руб. 40 коп. Денежные средства списывались с расчетного счета должника с назначением платежа: «оплата за топливо по договору поставки».

В процедуре конкурсного производства договор поставки, заключенный между ООО «НефтьФинансГрупп» и ООО ТК «Проминвест», управляющему не передан, требование арбитражного суда о предоставлении договора поставки ООО ТК «Проминвест» не исполнило со ссылкой на передачу договора иной организации и его не возврате.

Расценивая сделки по перечислению денежных средств в подозрительный период в сумме 4 426 879 руб. (разница между перечисленной суммой и возвращенной суммой) недействительными по признакам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 170 ГК РФ, конкурсный управляющий обратился с соответствующим заявлением в арбитражный суд. 

Вновь утвержденный конкурсный управляющий ООО «НефтьФинансГрупп» ФИО4, доводы иска поддержал в пределах заявленных требований.

На основании пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В определении Верховного суда Российской Федерации от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС116-2411 указано, что сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводы стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов). 

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Распределяя бремя доказывания, на истце лежит обязанность доказать причинение ущерба и мнимость сделки, а на ответчике доказать факт реальности заключения договора.

В выписках из ЕГРЮЛ отражено, что единственным учредителем и ликвидатором ООО ТК «Проминвест» является ФИО2

С 01.03.2016 ФИО2 состоял в трудовых отношениях с ООО «НефтьФинансГрупп» в должности директора по совместительству.

Таким образом, суд верно установил, что сделки совершены афиллированными между собой лицами при осведомленности сторон сделок о их совершении при отсутствии законных к тому оснований (статья 10 ГК РФ).

Суд также верно установил, что взаимосвязанные между собой сделки по списанию с расчетного счета должника денежных средств бывшим руководителем с назначением платежа «оплата за топливо по договору поставки» указывает на совершение данных сделок в отсутствие их реальности, то есть в отсутствии заключенного договора поставки (заключения для вида) – мнимая сделка (статья 10, 170 ГК РФ).

Доказательства обратного суду не представлено.

Доводы ООО ТК «Проминвест» в части утраты договора поставки судом первой инстанции обоснованно отклонены, поскольку договор поставки является двухсторонней сделкой, соответственно должен быть во владении как продавца, так и покупателя. Указанного договора поставки на дату рассмотрения иска у сторон сделки не имеется, конкурсному управляющему такой договор не передан. Таким образом, доказательств того, что он подписывался сторонами, в материалах дела не имеется.

При таких обстоятельствах, установив мнимость заключенного ООО ТК «Проминвест» и ООО «НефтьФинансГрупп» договора поставки, суд первой инстанции пришел к верному выводу о незаконности списания (снятия) денежных средств в пользу ООО ТК «Проминвест» с учетом частичного возврата в размере 4 426 878 руб. 60 коп.

Конкурсный управляющий должника также ссылался на недействительность сделки по списанию денежных средств по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму-пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

1) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

2) имеется хотя бы одно из других обстоятельств предусмотренных абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертым статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором-пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Суд верно установил, что исходя из даты возбуждения дела о банкротстве (30.01.2016) и дат перечисления денежных средств, которые оспариваются управляющим, последние совершены в течение одного года до возбуждения дела о банкротстве, следовательно, могут быть оспорены по пункту 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (с 26.02.2016 по 04.07.2016).

За указанный период в отсутствие какого-либо экономического обоснования руководитель должника вывел ликвидные активы на сумму 4 426 878 руб. 60 коп, что свидетельствует о причинении ущерба должнику при наличии аффилированности участников сделок.

При этом согласно материалам дела, а также судебным актам, размещенным в Картотеке арбитражных дел по настоящему делу, о банкротстве должника, на даты перечисления ООО «НефтьСервис» денежных средств у должника имелась задолженность перед иным кредитором – ООО «ИнТЭК», что подтверждается решением Третейского суда при Торгово-промышленной Палате Нижегородской области по делу от 15.09.2016 № ТС-54-16 в сумме 6 146 738 руб. 56 коп. Впоследствии требования ООО «ИнТЭК» в указанной сумме включены в реестр требований кредиторов должника.

Кроме того, на основании судебного приказа Арбитражного суда Нижегородской области от 14.12.2016 по делу № А43-34832/2016 с ООО «НефтьФинансГрупп» в пользу ООО «НефтьСервис» взыскано 341 870 руб. Определением суда от 07.02.2018 требования ООО «НефтьСервис» в сумме 4 800 435 руб. 44 коп. включены в реестр требований кредиторов ООО «НефтьФинансГрупп».

Таким образом, ООО «НефтьФинансГрупп» на даты совершении сделок имело просроченную задолженность как перед ООО «ИнТЭК» и ООО «НефтьСервис».

Кроме того, в бухгалтерском балансе ООО «НефтьФинансГрупп» отражено, что за 2015 год активы должника составляли 9000 руб. (денежные средства и денежные эквиваленты). По состоянию на 31.12.2016 баланс составлял 6 149 000 руб., при наличии у предприятия убытков в размере 3 274 000 руб. (превышение расходов по обычной деятельности над выручкой).

В материалах дела имеется заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного пли преднамеренного банкротства, где отражено, что должник совершал многочисленные сделки с аффилированными лицами в ущерб интересам кредиторов в преддверии банкротства и выводил денежные средства (все сделки оспариваются конкурсным управляющим).

По результатам анализа финансового состояния должника установлено, что по состоянию на 31.12.2015 показатель коэффициента абсолютной ликвидности равен 1,0 (непогашенные обязательства отсутствовали). По состоянию на 31.12.2016 его значение равно 0,01. Коэффициент текущей ликвидности за период, предшествующий возбуждению дела о банкротстве, снизился с 1,0 до 0,62. Указанное свидетельствует о нехватке у должника оборотных активов для осуществления хозяйственной деятельности и о наличии признаков недостаточности имущества.

Определением суда от 22.01.2019 по результатам рассмотрения иска ООО «ИнТЭК» к ООО «НефтьСервис» о признании сделки недействительной установлено, что с 29.07.2016 поставка нефтепродуктов ООО «НефтьСервис» в адрес ООО «НефтьФинансГрупп» прекращена из-за отсутствия оплат по договорам поставки, что было подтверждено представителем ООО «НефтьСервис» в судебном заседании.

ООО «НефтьСервис» дважды обращалось в арбитражный суд с исками о взыскании задолженности с ООО «НефтьФинансГрупп» и с заявлением о признании должника банкротом при наличии судебного приказа Арбитражного суда Нижегородской области от 14.12.2016 по делу № А43?34832/2016, настаивая на введении в отношении должника процедуры банкротства.

Таким образом, уже в июле 2016 года хозяйственная деятельность ООО «НефтьФинансГрупп» была прекращена.

При таких обстоятельствах, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии совокупности оснований для признания оспариваемой сделки недействительной и по специальным основаниям Закона о банкротстве.

Кроме того, управляющий заявил о совершении ООО «НефтьФинансГрупп» и ООО ТК «Проминвест» спорных сделок при злоупотреблением правом.

На основании пункта 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 ГК РФ).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение уполномоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

В пунктах 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 и 2 статьи 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 и 2 статьи 168 ГК РФ.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что спорные перечисления денежных средств совершены в преддверии банкротства, при наличии осведомленности о прекращении хозяйственной деятельности в обход закона, направлены на вывод ликвидного имущества (денежных активов), в отсутствии встречного исполнения, суд первой инстанции квалифицировал рассматриваемые перечисления как совершенные при злоупотреблении правом и пришел к выводу о их недействительности также и по общегражданским основаниям.

В пункте 1 статьи 167 ГК РФ предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Признавая сделки недействительными, суд первой инстанции верно применил последствия их недействительности в виде взыскания с ООО ТК «Проминвест» в пользу должника (в конкурсную массу) 4 426 878 руб. 60 коп.

Доводы заявителя жалобы о неверном определении момента неплатежеспособности должника рассмотрены судом апелляционной инстанции и подлежат отклонению как противоречащие материалам дела и установленным по делу обстоятельствам.

Суд апелляционной инстанции также рассмотрел доводы заявителя жалобы о недобросовестности ответчика, выраженные в непредставлении в материалы дела договора, на основании которого якобы производились перечисления, рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются несостоятельными, поскольку в силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации риск совершения либо несовершения процессуальных действий возлагается на участника спора.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции предлагал представить договор, на который указано в назначении перечислений, однако он представлен не был со ссылкой на его невозврат иным контрагентом. Вместе с тем какого-либо обоснования того, для чего необходимо было отдавать договор третьему лицу, в материалах дела также не имеется.

Доводы заявителя жалобы о том, что полное отражение всех операций в документах строгой отчетности, банковских выписках, не позволяют квалифицировать данный договор как мнимую сделку, а отсутствие у конкурсного управляющего бухгалтерской документации не свидетельствует само по себе об отсутствии соответствующих правоотношений и о мнимости сделки, рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются несостоятельными, поскольку являясь заинтересованным лицом, ФИО2 должен осознавать, что именно аффилированность лиц позволяет правильно оформлять документы бухгалтерского учета в отсутствие реальных хозяйственных отношений, а отсутствие документации у управляющего (ее непередача последнему) лишь возлагает дополнительное бремя доказывания на заинтересованное лицо. Доказательств того, что хозяйственная операция совершена в рамках действующего договора, с учетом установления судом первой инстанции фактического прекращения деятельности должником в более ранний период, в материалах дела не имеется.

Таким образом, все доводы и аргументы заявителя жалобы повторно проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта.

В ходе проверки законности и обоснованности принятого по делу судебного акта коллегия судей не установила каких-либо нарушений со стороны суда первой инстанции и полностью согласилась с оценкой представленных в дело документов.

Судебный акт первой инстанции в обжалуемой части принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 31.01.2019 по делу № А43–1597/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго?Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго?Вятского округа.

 

Председательствующий судья

Е.А. Кирилова

 

Ю.В. Протасов

 

Е.А. Рубис