ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А63-1063/2023

г. Ессентуки

11 марта 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 февраля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 11 марта 2025 года.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Мишина А.А., судей: Демченко С.Н., Счетчикова А.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества «ЭЛ5-Энерго» на решение Арбитражного Ставропольского края от 09.10.2024 по делу № А63-1063/2023, принятое по исковому заявлению публичного акционерного общества «ЭЛ5-Энерго» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к акционерному обществу «Газпром газораспределение Ставрополь» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - общества с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Ставрополь» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), о разрешении разногласий, возникших при заключении договора транспортировки газа № 31-7-0125/23, при участии в судебном заседании от публичного акционерного общества «ЭЛ5-Энерго» - ФИО2 (доверенность от 21.12.2022), ФИО3 (доверенность от 16.05.2023), в отсутствие представителей других лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество «ЭЛ5-Энерго» (далее - истец, ПАО «ЭЛ5- Энерго», покупатель) обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением, с учетом его уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к акционерному обществу «Газпром газораспределение Ставрополь» (далее - ответчик, АО «Газпром газораспределение Ставрополь», ГРО) о разрешении разногласий, возникших при заключении договора транспортировки природного газа по газораспределительным сетям № 31-7-0125/23 от 31.10.2022, в редакции истца на условиях протокола разногласий по абзацам 2, 5 пункта 1.2, абзаца 1 пункта 2.1, пунктам 3.8, 4.8, 5.5, абзаца 7 пункта 7.7, пунктам 8.7.7, 8.7.8, 8.7.9, 8.10, 8.11 договора, Приложений №№ 1, 5, 6 к договору, а именно: абзац 2 пункта 1.2. договора принять в следующей редакции: «Точка подключения» (ТП) - место соединения сети газораспределения ГРО с сетью газопотребления Покупателя. Точка подключения указана в Приложениях №№ 1, 5 к договору на основании акта разграничения балансовой принадлежности и границ эксплуатационной ответственности, являющегося Приложением № 6 к договору»; абзац 5 пункта 1.2 договора: «Место отбора газа (точка поставки) газа» - место передачи газа от поставщика покупателю на ГРС Невинномысск-1 (выход на ПГУ-410) для дальнейшей его транспортировки по сети газораспределения ГРО, подключенной к объектам магистрального газопроводного транспорта. Место отбора (точка поставки) газа и место подключения сети газораспределения ГРО к объектам магистрального газопроводного транспорта (ГРС Невинномысск-1) указано в приложении № 5 к договору»; абзац 1 пункта 2.1 договора: «ГРО обязуется с «01» января 2023 года по «31» декабря 2023 года осуществлять транспортировку природного газа, приобретенного покупателем по договору поставки газа с поставщиком, по газораспределительной сети ГРО от места отбора (точка поставки) газа до точки, указанной в пункте 1.2 настоящего договора, а покупатель обязуется принять транспортируемый газ и произвести оплату оказанных услуг по транспортировке в порядке и в сроки согласно условиям настоящего договора»; пункт 3.8 договора: «Ограничение транспортировки газа покупателю возможно в случаях и в порядке, предусмотренных нормативно-правовыми актами Российской Федерации»; пункт 4.8 договора: «При несогласии одной из сторон с определением объема переданного газа она подписывает акт, изложив особое мнение. При наличии разногласий стороны вправе обратиться в суд. До принятия решения судом объем переданного газа устанавливается в соответствии с показаниями средств измерений стороны, передающей газ»; пункт 5.5 договора: «На основании акта о количестве протранспортированного газа в срок до 10-го числа месяца, следующего за отчетным периодом, ГРО составляет и направляет покупателю акт об оказании услуг по транспортировке газа по форме Приложения №4 к настоящему договору, счет на оплату и счет-фактуру в бумажном и электронном виде»; пункты 8.7.7, 8.7.8, 8.7.9, 8.10 договора исключить; пункт 8.11 договора: «Стороны договорились, что для повышения оперативности взаимодействия сторон по настоящему договору стороны могут осуществлять обмен юридически значимыми сообщениями (скан-копии письменных документов, имеющих все предусмотренные реквизиты, подписанных уполномоченными представителями сторон, с приложениями скан копии доверенности представителя (если такая доверенность не представлялась ранее) по адресам электронной почты, указанным в настоящем пункте, с одновременным направлением оригиналов письменных документов по почтовым адресам сторон, указанным в разделе 10 настоящего договора. В случае неполучения оригиналов письменных документов в течение 10 календарных дней, копии таких документов, направленных по электронной почте, считаются неполученными и не влекут юридических последствий для сторон по договору. Обмен копиями письменных документов может осуществляться исключительно по следующим адресам электронной почты сторон: Адрес электронной почты Покупателя: office.russia@EL5-energo.ru, Адрес электронной почты ГРО: reception@stavkraygaz.ru»», приложения № 1, № 5, № 6 в таблицах и схемах, указанных в исковом заявлении (том 1 стр. 9 - 10) и уточнениях к нему от 02.09.2024.

К участию в деле в качестве третьего лица в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом привлечено, ООО «Газпром трансгаз Ставрополь».

Решением от 09.10.2024 исковые требования удовлетворены в части. Суд урегулировал разногласия, возникшие между истцом и ответчиком при заключении договора транспортировки природного газа по газораспределительным сетям № 31-7-0125/23 от 31.10.2022, в частности:

Абзац 2 пункта 1.2 изложил в редакции: «Точка подключения» (ТП) - совокупность мест соединений сети газопотребления ПАО «Энел Россия» с газораспределительной сетью. Точка подключения определена в Приложении №5 «Схема транспортировки газа АО «Газпром газораспределение Ставрополь» от ГРС Невинномысск-1».

Абзац 5 пункта 1.2 договора изложил в редакции: «Место отбора газа (точка поставки) газа» - место передачи газа от поставщика покупателю на ГРС Невинномысск-1 (выходы на ПГУ-410, ГРЭС-12) для дальнейшей его транспортировки по сети газораспределения ГРО на Невинномысскую ГРЭС. Место отбора газа и место подключения сети газораспределения ГРО к объектам магистрального газопроводного транспорта (ГРС Невинномысск-1) указано в Приложении № 5 к договору».

Абзац 1 пункта 2.1 договора изложил в редакции: «ГРО обязуется с «01» января 2023 года по «31» декабря 2023 года осуществлять транспортировку природного газа, приобретенного покупателем по договору поставки газа с поставщиком, по газораспределительной сети ГРО, от места отбора (точка поставки) газа до точки, указанной в пункте 1.2 настоящего договора, а покупатель обязуется принять транспортируемый газ и произвести оплату оказанных услуг по транспортировке в порядке и в сроки согласно условиям настоящего договора».

Пункт 3.8 договора изложил в редакции: «Ограничение транспортировки газа покупателю возможно в случаях и в порядке, предусмотренных нормативно-правовыми актами Российской Федерации».

Пункт 4.8 договора изложил в редакции: «При несогласии одной из сторон с определением объема переданного газа она подписывает акт, изложив особое мнение. При наличии разногласий стороны вправе обратиться в суд. До принятия решения судом объем переданного газа устанавливается в соответствии с пунктом 4.3 договора».

Пункт 5.5 договора изложил в редакции: «На основании акта о количестве транспортированного газа в срок до 10-го числа месяца, следующего за отчетным периодом, ГРО составляет и направляет покупателю акт сдачи-приемки работ (услуг) по форме Приложения № 4 к настоящему договору, счет на оплату и счет-фактуру в бумажном и электронном виде».

Пункты 8.7.7, 8.7.8, 8.7.9, 8.10 из договора исключил.

Пункт 8.11 договора изложил в редакции: «Стороны договорились, что для повышения оперативности взаимодействия сторон по настоящему договору стороны могут осуществлять обмен юридически значимыми сообщениями (скан-копии письменных документов, имеющих все предусмотренные реквизиты, подписанных уполномоченными представителями сторон, с приложениями скан копии доверенности представителя (если такая доверенность не представлялась ранее) по адресам электронной почты, указанным в настоящем пункте, с одновременным направлением оригиналов письменных документов по почтовым адресам сторон, указанным в разделе 10 настоящего договора. В случае неполучения оригиналов письменных документов в течение 10 календарных дней, копии таких документов, направленных по электронной почте, считаются неполученными и не влекут юридических последствий для сторон по договору. Обмен копиями письменных документов может осуществляться исключительно по следующим адресам электронной почты сторон: адрес электронной почты Покупателя: office.russia@EL5-energo.ru, адрес электронной почты ГРО: reception@stavkraygaz.ru»».

Приложение № 1 к договору изложил в следующей редакции:

Объем транспортировки газа на 2023 год, тыс. м3 составил в следующих объемах:

№

Наименование покупателя

ФИО4 договорный объем газа, тыс. м куб

I

I квартал

II 

квартал

III

квартал

IV 

квартал

январь

февраль

март

апрель

май

июнь

июль

август

сентябрь

октябрь

ноябрь

декабрь

Невинномысская ГРЭС – филиал ПАО «Энел Россия»

1132300

113000

112000

113000

115500

77000

77000

118000

99000

66000

88000

99800

114000

1

0

0

0

0

0

0

0

0

0

0

0

0

0

Приложение № 5 к договору суд изложил в редакции ответчика.

Во включении в договор № 31-7-0125/23 от 31.10.2022 Приложения №6 и абзаца 7 пункта 7.7 договора: «Приложение № 6 - акт разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности между ГРО и покупателем», ПАО «ЭЛ5 -Энерго», отказал. Взыскал с ответчика в пользу истца расходы за проведение экспертизы в сумме 200 000 руб. и расходы по уплате государственной пошлины в сумме 6 000 руб.

Оценив в полном объеме материалы дела, с учетом проведенной по делу судебной экспертизы, суд счел возможным частично удовлетворить исковые требования, приняв частично позицию ответчика. 

Не согласившись с принятым решением, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении заявленных требований и принять по делу новый судебный акт, об удовлетворении иска в полном объеме. Истец ссылается на то, что определение понятия «Точка подключения», в редакции истца, сформулировано на основании Правил подключения (абз. 14. п.2), согласно которым точка подключения - место соединения сети газораспределения исполнителя или сети газораспределения и (или) газопотребления основного абонента с сетью газопотребления или газораспределения заявителя. Суд необоснованно применил термин «Точка подключения как совокупность мест соединения» ссылаясь на Методические указания. Методические указания не определяют термин «Точка подключения» и не содержат никаких норм и правил по порядку определения такого термина, а, следовательно, в настоящем споре применению не подлежат. В принятой схеме транспортировки газа (Приложение № 5 к Договору) обозначена Точка «C» как Точка подключения, которая не является местом соединения газопровода Покупателя (истца) с газопроводом сети газораспределения ГРО (ответчика), а является местом соединения газопровода Ответчика с газопроводом сети иной газораспределительной организации – АО «Невинномысскгоргаз». Указанная ответчиком Точка «C» не может являться Точкой подключения. Следовательно, Приложение №5 к Договору подлежит принятию в редакции истца, в которой исключена Точка «С». Определение начальной точки транспортировки газа, предложенное истцом в абз. 1 п. 2.1 Договора соответствует п. 3, п. 5 Положения об обеспечении доступа. Пунктом 5 Положения об обеспечении доступа предусмотрено право истца указывать в заявке на заключение договора и как следствие в самом договоре, место отбора газа для дальнейшей его транспортировки и точку подключения. Возможность осуществлять транспортировку газа только по маршруту, предложенному истцом подтверждается Заключением эксперта, Заключением Константы, Рецензией Сикорского. Ответчиком подписано дополнительное соглашение от 16.07.2021 № 6 к действующему в настоящее время договору транспортировки газа от 29.12.2018 № 31-7-0125/19, которым из точек подключения исключен выход на ГРЭС- 12 и оставлен только выход на ПГУ410, что и предлагает истец при заключении договора, рассматриваемого в настоящем деле. Ж) С 01.01.2022 газ транспортируется только по газопроводу выход на ПГУ-410, что и предлагает истец при заключении договора, рассматриваемого в настоящем деле. Предлагаемые ответчиком маршруты транспортировки газа влекут невозможность его учета, что напрямую запрещено пунктом 21 Правил поставки газа. Довод о необходимости транспортировки газа по предлагаемым им маршрутам со ссылкой на «закольцованность потоков газа» опровергается фактическими обстоятельствами и выводами Рецензии Губкинского Университета – единственного в Российской Федерации учебного и научно-методического центра, специализирующегося на вопросах транспортировки газа, выводами Рецензии Сикорского, Заключением Константы. 

Кроме того, позиция апеллянта также направлена на то, что в Заключении эксперта ошибочно уравнено понятие «смешивание потоков газа» и закольцованность потоков газа».

Определением суда от 04.12.2024 апелляционная жалоба принята к производству суда.

Ответчик направил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Рассмотрение спора откладывалось в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на 25.02.2025.

В судебном заседании представитель истца просил решение суда первой инстанции в обжалуемой части отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

От ответчика поступило ходатайство об отложении судебного заседания, мотивированное невозможностью обеспечения представителя явкой в судебное заседание.

Рассмотрев ходатайство об отложении судебного разбирательства, арбитражный суд приходит к выводу об отказе в его удовлетворении по следующим основаниям.

Согласно части 4 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине.

Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, возникновения у суда обоснованных сомнений относительно того, что в судебном заседании участвует лицо, прошедшее идентификацию или аутентификацию, либо относительно волеизъявления такого лица, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи либо системы веб-конференции, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий (часть 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из содержания указанных норм права, отложение судебного разбирательства является правом суда, а не обязанностью, данное процессуальное действие может быть совершено судом при установлении факта наличия уважительных причин.

Ходатайство мотивировано невозможностью обеспечения явки представителя ответчика в судебное заседание.

Между тем, суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства, поскольку судом не признана явка представителя ответчика в судебное заседание обязательной. 

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся в судебное заседание представителей ответчика и третьего лица.

В соответствии с пунктом 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания. 

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. По результатам рассмотрения апелляционной жалобы, поданной на часть решения суда первой инстанции, арбитражный суд апелляционной инстанции выносит судебный акт, в резолютивной части которого указывает выводы относительно обжалованной части судебного акта. Выводы, касающиеся не обжалованной части судебного акта, в резолютивной части судебного акта не указываются.

Поскольку истец обжаловал решение суда только в части отказа в удовлетворении иска, апелляционный суд проверяет законность и обоснованность решения в порядке части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации только в указанной части.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, отзыва на апелляционную жалобу, выслушав представителя истца и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Материалами дела установлено, что между ПАО «ЭЛ5-Энерго» (прежнее наименование – ПАО «Энел Россия») (далее - покупатель) и АО «Газпром газораспределение Ставрополь» (далее - ГРО) был заключен договор транспортировки природного газа по газораспределительным сетям № 31-7-0125/22 от 01.01.2022 со сроком действия по 31.12.2022, в соответствии с которым ГРО оказывало покупателю услуги по транспортировке природного газа по газораспределительным сетям от ГРС Невинномысск-1 до места присоединения сети газопотребления покупателя. 

29 сентября 2022 года истец обратился к ответчику с заявкой о заключении договора транспортировки природного газа для филиала «Невинномысская ГРЭС» ПАО «ЭЛ5 -Энерго» на 2023 год на основании заключенного с ПАО «НОВАТЭК» (далее - поставщик) договора поставки газа № 2015-500-М от 20.10.2015 в редакции дополнительного соглашения № 28 от 15.04.2021 .

28 октября 2022 года ответчик направил в адрес истца договор транспортировки природного газа по газораспределительным сетям № 31 -7-0125/23 (далее - договор), который был получен истцом 31.10.2022.

Истец направил ответчику протокол разногласий к договору № 31-7-0125/23, в котором выразил несогласие по абзацам 2, 5 пункта 1.2, абзацу 1 пункта 2.1, пунктов 3.8, 4.8, 5.5, абзацу 7 пункта 7.7, пунктам 8.7.7, 8.7.8, 8.7.9, 8.10, 8.11 и Приложениям №№1, 5, 6 к договору.

Протокол разногласий был получен ответчиком 06.12.2022.

Ответчик, рассмотрев полученный протокол разногласий, не согласившись с его условиями, направил 23.12.2022 в адрес истца протокол согласования разногласий.

Протокол согласования разногласий был получен истцом 28.12.2022.

Указанным протоколом согласования разногласий ответчик принял пункты 8.10, 8.11 договора в редакции истца, отклонив редакцию истца по пунктам 1.2, 2.1, 2.2, 2.4, 3.8, 4.8, 5.5, 5.6, 7.7, 8.7.7, 8.7.8, 8.7.9.

Истец протокол согласования разногласий не подписал, что послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции руководствовался следующим, с чем соглашается апелляционный суд. 

В силу части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном данным Кодексом.

Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, одним из которых является признание недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления. Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права заинтересованного лица (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктами 1, 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена данным Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (пункт 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случаях, когда в соответствии с данным Кодексом или иными законами заключение договора обязательно для стороны, направившей оферту (проект договора), и ей в течение тридцати дней будет направлен протокол разногласий к проекту договора, эта сторона обязана в течение тридцати дней со дня получения протокола разногласий известить другую сторону о принятии договора в ее редакции либо об отклонении протокола разногласий. При отклонении протокола разногласий либо неполучении извещения о результатах его рассмотрения в указанный срок сторона, направившая протокол разногласий, вправе передать разногласия, возникшие при заключении договора, на рассмотрение суда (пункт 2 статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если сторона, для которой в соответствии с данным Кодексом или иными законами заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор (пункт 4 статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случаях передачи разногласий, возникших при заключении договора, на рассмотрение суда на основании статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по соглашению сторон условия договора, по которым у сторон имелись разногласия, определяются в соответствии с решением суда (пункт 1 статьи 446 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 38 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» указано, что требование о понуждении к заключению договора может быть удовлетворено судом при наличии у ответчика обязанности заключить такой договор. Равным образом на рассмотрение суда могут быть переданы разногласия, возникшие в ходе заключения договора, при наличии обязанности заключить договор или соглашения сторон о передаче разногласий на рассмотрение суда. Такой спор подлежит рассмотрению в том же порядке, что и спор о понуждении к заключению договора. Если при предъявлении истцом требования о понуждении ответчика заключить договор или об определении условий договора в отсутствие у последнего такой обязанности или в отсутствие такого соглашения ответчик выразил согласие на рассмотрение спора, считается, что стороны согласовали передачу на рассмотрение суда разногласий, возникших при заключении договора.

В соответствии со статьей 446 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях передачи разногласий, возникших при заключении договора, на рассмотрение суда на основании статьи 445 названного Кодекса либо по соглашению сторон условия договора, по которым у сторон имелись разногласия, определяются в соответствии с решением суда.

Разрешение судом спора при возникновении разногласий по конкретным условиям договора имеет своей целью внесение определенности в правоотношения сторон и установление условий договора в соответствии с требованиями действующего законодательства (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.01.2012 № 11657/11).

В силу положений абзаца третьего пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», определяя возможную степень усмотрения сторон при согласовании условий договора, судам следует учитывать, что норма, определяющая права и обязанности сторон договора, толкуется судом исходя из ее существа и целей законодательного регулирования, то есть суд принимает во внимание не только буквальное значение содержащихся в ней слов и выражений, но и те цели, которые преследовал законодатель, устанавливая данное правило.

Порядок и условия заключения и исполнения договоров поставки и (или) транспортировки газа определены в Федеральном законе от 31.03.1999 № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации» (далее - Закон № 69-ФЗ), Правилах поставки газа в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 05.02.1998 № 162 (далее - Правила № 162).

В соответствии со статьей 2 Закона № 69-ФЗ система газоснабжения - это имущественный производственный комплекс, состоящий из технологически, организационно и экономически взаимосвязанных и централизованно управляемых производственных и иных объектов, предназначенных для добычи, транспортировки, хранения, поставок газа; газораспределительная система - имущественный производственный комплекс, состоящий из организационно и экономически взаимосвязанных объектов, предназначенных для транспортировки и подачи газа непосредственно его потребителям; газотранспортная организация - организация, которая осуществляет транспортировку газа и у которой магистральные газопроводы и отводы газопроводов, компрессорные станции и другие производственные объекты находятся на праве собственности или на иных законных основаниях; поставщик (газоснабжающая организация) - собственник газа или уполномоченное им лицо, осуществляющие поставки газа потребителям по договорам.

Согласно статье 5 Закона № 69-ФЗ федеральная система газоснабжения - совокупность действующих на территории Российской Федерации систем газоснабжения: Единой системы газоснабжения, региональных систем газоснабжения, газораспределительных систем и независимых организаций.

В силу положений статей 2, 18 Закона № 69-ФЗ газоснабжение является обязательством по снабжению энергетическим ресурсом по присоединенной сети, что предопределяет его правовую природу как правоотношения, включающего в себя технологическое присоединение потребителей к сети, продажу ресурса поставщиком потребителям посредством использования сети, услуги транспортирующих (сетевых) организаций по доставке ресурса потребителям, оплачиваемые потребителями напрямую этим организациям или через поставщика в составе цены ресурса.

Публичным договором признается договор, заключенный лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, и устанавливающий его обязанности по продаже товаров, выполнению работ либо оказанию услуг, которые такое лицо по характеру своей деятельности должно осуществлять в отношении каждого, кто к нему обратится. В публичном договоре цена товаров, работ или услуг должна быть одинаковой для потребителей соответствующей категории. Иные условия публичного договора не могут устанавливаться исходя из преимуществ отдельных потребителей или оказания им предпочтения, за исключением случаев, если законом или иными правовыми актами допускается предоставление льгот отдельным категориям потребителей (статья 426 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу положений статьи 548 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 2, 18 Закона о газоснабжении газоснабжение является обязательством по снабжению энергетическим ресурсом по присоединенной сети, что предопределяет его правовую природу как правоотношения, включающего в себя технологическое присоединение потребителей к сети, продажу ресурса поставщиком потребителям посредством использования сети, услуги транспортирующих (сетевых) организаций по доставке ресурса потребителям, оплачиваемые потребителями напрямую этим организациям или через поставщика в составе цены ресурса.

К специфическим особенностям отношений по передаче ресурса по присоединенной сети относится обязанность собственника участка сети не препятствовать перетоку ресурса, так как из-за особого свойства сети, заключающегося в последовательности и непрерывности, в таком случае страдают интересы добросовестных потребителей ресурса, получающих его посредством сети, а также владельцев других ее участков, обладающих правом взимания платы за передачу ресурса по установленному государством тарифу, и собственно производителей и продавцов ресурса.

Транспортировка газа по газораспределительным сетям производится на основании публичного договора между ГРО и поставщиком или покупателем газа, заключаемого в соответствии с законодательством Российской Федерации. При этом у ГРО при наличии технической возможности исполнения обязательств по такому договору не имеется права на отказ от заключения договора на транспортировку газа (статья 426 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 27 Закона о газоснабжении).

При этом правила в области газоснабжения не допускают заключение договора на оказание услуг по транспортировке газа с лицом, не владеющим на праве собственности или ином законном праве газопроводами и не подтвердившим такое право. То есть, единственным возможным вариантом действий поставщика в случае непредставления ГРО правоустанавливающих документов на газопроводы является отказ в заключении договора, но не заключение такого договора с отлагательными условиями.

Судом первой инстанции установлено, что разногласия сторон по договору заключаются в следующем.

Абзац 2 пункта 1.2. договора истец просил изложить в следующей редакции: «Точка подключения» (ТП) - место соединения сети газораспределения ГРО с сетью газопотребления покупателя. Точка подключения указана в Приложениях №№ 1, 5 к договору на основании акта разграничения балансовой принадлежности и границ эксплуатационной ответственности, являющегося Приложением № 6 к договору».

Ответчик абзац 2 пункта 1.2 договора просил изложить в своей редакции: «Точка подключения» (ТП) - совокупность мест соединений сети газопотребления ПАО «Энел Россия» с газораспределительной сетью. Точка подключения определена в Приложении №5 «Схема транспортировки газа АО «Газпром газораспределение Ставрополь» от ГРС Невинномысск-1».

В целях разрешения разногласий сторон в части определения маршрута транспортировки газа по договору, определением суда от 26.10.2023 по делу была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО Центр строительных, землеустроительных и оценочных экспертиз «ЭкпертПро» ФИО5, ФИО6. На разрешение эксперту поставлены следующие вопросы:

1) Определить, в том числе указать схематично, все возможные варианты маршрутов транспортировки газа от ГРС Невинномысск-1до Невинномысской ГРЭС, при разных положениях кранов 102, 103 на крановой площадке №2, с указанием правообладателей участков газопроводов, по которым возможна транспортировка газа? 

2) Возможна ли закольцованность потоков газа на крановой площадке №2, являющейся частью сети газораспределения «Газопровод высокого давления» от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ -410 филиала «Невиномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5» при его транспортировке через выходы ГРЭС-12 и ПГУ-410 на объект АО «Газпром газораспределение Ставрополь»? 

3) При каких положениях задвижек, расположенных на крановой площадке являющейся частью сети газораспределения «Газопровод высокого давления» от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ -410 филиала «Невиномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5» происходит смешивание потоков газа при его транспортировке через выходы ГРЭС-12 и ПГУ-410 на объект АО «Газпром газораспределение Ставрополь»? 

4) В случае закольцованности и смешивания потоков газа на крановой площадке №2 при его транспортировке через выходы ГРЭС-12 и ПГУ-410 на объект АО «Газпром газораспределение Ставрополь» определить, является ли указанный технологический процесс единым для транспортировки газа на производственном объекте – сеть «Газопровод высокого давления» от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ -410 филиала «Невиномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5»?

По результатам проведенного исследования, представлено заключение№ 019/2024-Э от 01.03.2024, в котором эксперты пришли к следующему выводу:

по первому вопросу: при различных положениях кранов 102 и 103 на крановой площадке №2 возможны представленные ниже варианты маршрутов транспортировки газа от ГРС Невинномысск-1 до Невинномысской ГРЭС. Рассмотрены все маршруты, на которые, в числе прочего, влияет положение задвижек на выходах из ГРС и перед объектами газопотребления (представлено 9 разных маршрутов).

Подробные схемы, составленные по результатам гидравлических расчетов и подтвержденные экспериментально, приведены в исследовательской части. Схемы №1 и №4 могут быть включены одновременно. При этом смешивание потоков не происходит. При открытии задвижки 102 и обеспечении расхода от обоих выходов, наблюдается смешивание потоков, что указано на схемах № 7-9;

по второму вопросу: на крановой площадке №2, являющейся частью сети газораспределения «Газопровод высокого давления» от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5» при транспортировке газа через выходы ГРЭС-12 и ПГУ-410 на объект АО «Газпром газораспределение Ставрополь», при условиях, смоделированных на схемах № 7-9, имеет место закольцованность потоков газа, с узловой точкой в районе крановой площадки №2;

по третьему вопросу: смешивание потоков газа при его транспортировке через выходы ГРЭС-12 и ПГУ-410 на объект АО «Газпром газораспределение Ставрополь» происходит при открытых задвижках на выходах ГРЭС-12 и ПГУ-410, открытой задвижке 102, расположенной на крановой площадке, являющейся частью сети газораспределения «Газопровод высокого давления» от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5», вне зависимости от включения в процесс отбора газа одного или нескольких потребителей Невинномысской ГРЭС;

по четвертому вопросу: при вьполнении условий, обеспечивающих закольцованность и смешивание потоков газа на крановой площадке №2 при его транспортировке через выходы ГРЭС-12 и ПГУ-410 на объект АО «Газпром газораспределение Ставрополь», указанный технологический процесс является единым для транспортировки газа на производственном объекте - сеть «Газопровод высокого давления» от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5».

Таким образом, заключением эксперта установлено смешивание потоков газа при его транспортировке через выходы ПГУ-410 и ГРЭС-12 при открытой задвижке 102, расположенной на крановой площадке №2, являющейся частью сети газораспределения «Газопровод высокого давления от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5», принадлежащей ответчику на праве аренды, вне зависимости от включения в процесс отбора газа одного или нескольких потребителей Невинномысской ГРЭС. Закольцованность и смешивание потоков газа на указанной крановой площадке при его транспортировке через выходы ПГУ-410 и ГРЭС-12 подтверждает, что указанный технический процесс является единым для транспортировки газа на производственном объекте - «Газопровод высокого давления от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5».

Для целей всестороннего рассмотрения спора, судом первой инстанции вызывался в судебное заседание эксперт, проводивший настоящую экспертизу. Допрошенный в судебном заседании 05.06.2024 эксперт ООО «Центр строительных, землеустроительных и оценочных экспертиз «ЭкпертПро» ФИО6, подтвердил выводы, изложенные в заключении, дополнительно пояснив, что транспортировка газа на объект истца, то есть Невинномысскую ГРЭС осуществляется от ГРС-Невинномысск-1, расположенной в конце магистрального газопровода, через выходы ПГУ-410, ГРЭС-12, ПГУ-170.

Выход ПГУ-170, из которого газ транспортируется через сеть газораспределения, состоящую из газопровода, принадлежащего ПАО «Газпром» (кадастровый номер объекта 26:15:000000:2956) и газопровода, принадлежащего истцу (кадастровый номер объекта 26:16:020201:7989), не рассматривался, так как положения кранов на крановой площадке №2 на движение газа по этому маршруту не влияют.

Из выходов ПГУ-410 и ГРЭС-12 газ на объект истца транспортируется через сеть газораспределения, состоящую из газопроводов, принадлежащих ПАО «Газпром» (кадастровый номер объекта26:15:000000:2956), АО «Газпром газораспределение», (кадастровый номер объекта 26:16:000000:1328) и АО «Невинномысскгоргаз» (кадастровый номер объекта 26:16:000000:2647). При различных положениях кранов 102 и 103 на крановой площадке №2 (открыто, закрыто), являющейся частью объекта с кадастровым номером 26:16:000000:1328, возможно 9 принципиально разных вариантов маршрутов транспортировки газа от ГРС-Невинномысск-1 до Невинномысской ГРЭС. В то же время, при открытии задвижки 102 и обеспечении расхода газа от выходов ПГУ-410 и ГРЭС-12 происходит смешивание потоков, что указано на схемах №№ 7-9 заключения и подтверждает закольцованность потоков газа на крановой площадке №2, являющейся частью сети газораспределения «Газопровод высокого давления от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5», являющейся собственностью АО «Газпром газораспределение» и принадлежащей ответчику на основании договора аренды имущества № 12-1/01-99 от 17.01.2012 и дополнительного соглашения к нему № Э17/22.

Исследовав и оценив экспертное заключение, оценив показания эксперта, данные в судебном заседании суда перовой инстанции, суд апелляционной инстанции находит, что заключение соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каких-либо противоречий не содержат. Экспертиза назначена и проведена по правилам, определенным статьями 82, 83 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе». Оснований не доверять указанному заключению не имеется, поскольку оно изготовлено на основании определения суда о назначении судебной экспертизы экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; заключение экспертов является полным, мотивированным, нормативно обоснованным, не содержит неточностей и неясности в ответах на поставленные вопросы.

В соответствии с частью 1 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту. 

Вместе с тем сам по себе факт несогласия с выводами судебной экспертизы не свидетельствует о недостоверности и необходимости назначения повторной или дополнительной экспертизы и направлен на переоценку доказательств по делу. 

В данном случае, суд апелляционной инстанции считает, что с учетом данного экспертом заключения, оснований для назначения дополнительной или повторной экспертизы не имеется. Более того, назначение повторной или дополнительной экспертизы является правом суда, а не обязанностью. 

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что истец в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил достаточных доказательств, опровергающих выводы судебной экспертизы. 

Вопреки доводам истца, при отсутствии надлежащих доказательств, опровергающих выводы, содержащиеся в заключении эксперта, оно является надлежащим доказательством. Оснований не доверять указанному заключению не имеется.

Следует отметить, что истец при выборе экспертной организации не возражал по вопросу выбора ООО «Центр строительных, землеустроительных и оценочных экспертиз «ЭкпертПро» для проведения судебной экспертизы по настоящему делу, отводов до и во время производства экспертизы не заявлял. Вопросы к судебным экспертам определены судом в целях разрешения предмета спора, а также с учетом предложений, доводов, возражений и обоснований сторон по настоящему делу. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения

Статьей 7 Закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31.05.2021 № 73-ФЗ (далее – Закон № 73-ФЗ) установлен принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений, который обусловливает самостоятельность эксперта в выборе методов проведения экспертного исследовании. Из этого следует, что оценка методики исследования, способов и приемов, ее источников, базой примененных экспертами, не может являться предметом ни судебного рассмотрения, ни рецензента, поскольку определяется самостоятельно лицом, проводящим исследование и обладающим специальными познаниями для этого. 

В соответствии со статьей 41 Закона №73-ФЗ, которая распространяет свое действие и на лиц, осуществляющих производство судебных экспертиз вне государственных судебно-экспертных учреждении, эксперт независим и дает заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями, что предполагает выбор методов, средств и методик исследования

Коллегия судей отмечает, что судом первой инстанции правомерно отклонено заключение ООО Компания «Константа», поскольку оно не могло быть принято в качестве надлежащего доказательства по делу, опровергающего выводы судебной экспертизы, ввиду того, что оно не основано на материалах дела и проведенного в рамках судебной экспертизы эксперимента.

Следует также отметить, что специалисты, подготовившие рассматриваемые Заключение и Рецензии, не проводили самостоятельных обследований рассматриваемого газопровода и сооружений на нем, и не присутствовали при проведении в рамках судебной экспертизы эксперимента.

Наряду с этим, следует принять во внимание, что специалист Компании «Константа», не имеет необходимой квалификации для подготовки заключений по вопросам транспортировки газа, профессиональные знания, полученные по специальности электроснабжение промышленных предприятий и квалификация инженер-электрик, а также опыт работы в газовой сфере, ограниченный исключительно деятельностью, связанной с поставкой газа, не позволяют делать адекватные, корректные, научно обоснованные и практически подтвержденные выводы по предметам спора.

Выводы представленных истцом рецензий противоречат сами себе и друг другу – так ФИО7 в рецензии указывает на обязательность наличия разных ГРС, как источников газа для кольцевой схемы, а СВ. ФИО8 в рецензии приводит пример элемента закольцованной сети газоснабжения от одной ГРС.

В то же время, само по себе мнение других исследователей не может исключать доказательственного значения экспертного заключения по результатам судебной экспертизы, поскольку такие заключения фактически представляют собой рецензию, мнение экспертных организаций относительно проведенной экспертизы иным субъектом экспертной деятельности, которым не может придаваться приоритетное значение (Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 07.07.2023 № Ф08-5821/2023).

Более того, в заключении экспертизы прямо установлено, что контрольно-измерительные приборы, определяющие количество транспортированного покупателю газа, принадлежат ООО «Газпром трансгаз Ставрополь» и расположены на выходах из ГРС Невинномысск-1, иные контрольно-измерительные приборы отсутствуют.

ГРО осуществляет транспортировку газа покупателю по сети газораспределения «Газопровод высокого давления» от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5» с кадастровым номером 26:16:000000:1328, принадлежащей ГРО на основании договора аренды № 12-1/01-99 от 17.01.2012 и дополнительного соглашения к нему № Э17/22 заключенных между АО «Газпром газораспределение» и АО «Газпром газораспределение Ставрополь».

Сеть газораспределения представляет собой сложный газопровод, имеющий различный диаметр труб, несколько отводов к потребителю, кроме того прием газа в данную сеть обеспечивается от двух источников, переключение между которыми выполнено через отключающее устройство и байпас.

Транспортировка газа по данной газораспределительной сети, при выполнении условий, обеспечивающих закольцованность и смешивание потоков газа на крановой площадке №2, являющейся частью сети газораспределения «Газопровод высокого давления» от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5», через выходы ГРЭС-12 и ПГУ-410 на объект покупателя, представляет из себя единый технологический процесс. При этом, смешивание и закольцованность потоков газа при его транспортировке по указанной сети происходит при открытии задвижки 102 и обеспечении расхода газа из выходов ГРЭС-12 и ПГУ-410.

Согласно пункту 21 статьи 3 Федерального закона от 31.12.2014 № 488-ФЗ «О промышленной политике в Российской Федерации» единый технологический процесс - это совокупность научно и практически обоснованных производственных и технологических операций, необходимых для производства одного или одновременно нескольких видов промышленной продукции, определенных на основании Общероссийского классификатора продукции по видам экономической деятельности. Вид «Услуги по распределению и снабжению газом топливом всех видов по системам распределительных трубопроводов» входит в состав указанного классификатора.

Заключением эксперта, в том числе также установлено, что переключения на крановой площадке № 2 - технологические (рабочие) операции, входящие в состав технологического процесса, не влияют на разделение или объединение данного объекта. Даже при условии изоляции потоков газа, обособленности конструкций, обеспечивающих транспортировку газа, не происходит.

В силу пункта 2.3 Приказа Минэнерго России от 30.12.2013 № 961 «Об утверждении Правил учета газа» передаваемый газ одной организацией трубопроводного транспорта другой организации трубопроводного транспорта подлежит учету средствами измерений и (или) техническими системами и устройствами с измерительными функциями.

При этом согласно пункту 7 постановления Правительства РФ от 29.10.2010 № 870 «Об утверждении технического регламента о безопасности сетей газораспределения и газопотребления» (далее - Технический регламент) сеть газопотребления - это единый производственно-технологический комплекс, включающий в себя наружные и внутренние газопроводы, сооружения, технические и технологические устройства, газоиспользующее оборудование, размещенный на одной производственной площадке и предназначенный для транспортировки природного газа от отключающего устройства, расположенного на границе сети газораспределения и сети газопотребления, до отключающего устройства перед газоиспользующим оборудованием. Сеть газораспределения - это единый производственно-технологический комплекс, включающий в себя наружные газопроводы, сооружения, технические и технологические устройства, расположенные на наружных газопроводах, и предназначенный для транспортировки природного газа от отключающего устройства, установленного на выходе из газораспределительной станции, до отключающего устройства, расположенного на границе сети газораспределения и сети газопотребления (в том числе сети газопотребления жилых зданий).

Таким образом, газопроводы на выходах из ГРС Невинномысск-1 (ГРЭС-12 и ПГУ-410), являющиеся структурными частями единого сложного производственно-технологического объекта «Газопровод высокого давления» от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5» по своему технологическому устройству и расположению, согласно Техническому регламенту, относятся к сети газораспределения, следовательно, предназначены для транспортировки природного газа.

В соответствии с пунктом 9 Положения, маршрут транспортировки, точка подключения не являются существенными условиями договора транспортировки газа.

Учитывая вышеизложенное, доводы истца о необходимости включения в маршрут транспортировки газа по договору только участка сети газораспределения «Газопровод высокого давления» от ГРС -1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5», по которому ответчиком осуществляется транспортировка газа из ГРС Невинномысск-1 через выход ПГУ-410, правомерно отклонены судом и носят ошибочные выводы. 

Рассмотрев доводы апеллянта, коллегия судей считает, что истец в рамках настоящего дела пытается понудить ответчика изменить ранее согласованный и применяемый маршрут транспортировки газа, исключив из него специально построенный Обществом для газоснабжения объекта, принадлежащего истцу, газопровод. При этом поведение истца явно противоречит балансу интересов сторон спорного договора, поскольку ответчик, реконструировав принадлежащую ему на праве аренды сеть газораспределения в интересах истца, тем самым рассчитывал на получение прибыли за транспортировку газа на определенных сторонами условиях. 

В тоже время своими действиями истец пытается навязать ответчику условия договора, ограничивающие право владения и использования имущества, принадлежащего ответчику, вынуждая ответчика разделить неделимый технологический объект - сеть газораспределения, исключив из него неотъемлемые составные части, снизив тем самым надежность и бесперебойность газоснабжения. Требования истца явно основаны на искусственно подстроенных обстоятельствах, направлены на манипулирование рынком транспортировки газа, получение данных услуг на более выгодных для себя условиях, в том числе, в обход установленного законом тарифного регулирования.

Несогласие апеллянта с понятием «Точка подключения» определенным договором, отклоняется, поскольку оно подготовлено в соответствии с требованиями Методических указаний по регулированию тарифов на услуги по транспортировке газа по газораспределительным сетям, утвержденных Приказом ФСТ России от 15.12.2009 № 411 -э/7 (далее - Методические указания).

В силу статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения. Пунктом 9 постановления Правительства РФ от 24.11.1998 № 1370 «Об утверждении Положения об обеспечении доступа организаций к местным газораспределительным сетям» (далее - Положение 1370) не предусмотрено, что Точка подключения является существенным условием Договора. Вместе с тем, суд первой инстанции на основании пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, определил данное условие Договора с учетом требований статьей 422, 445 и 446 Гражданского кодекса Российской Федерации названного Кодекса.

Истец настаивает на формулировке абзаца 2 пункта 1.2 договора, а именно понятия «Точка подключения», только исходя из пункта 2 Правил подключения (технологического присоединения) газоиспользующего оборудования и объектов капитального строительства к сетям газораспределения, утвержденных постановлением Правительства от 13.09.2021 № 1547 (далее - Правила 1547), согласно которому точка подключения - это место соединения сети газораспределения исполнителя или сети газораспределения и (или) газопотребления основного абонента с сетью газопотребления или газораспределения заявителя.

Вместе с тем, Правила 1547 определяют порядок подключения (технологического присоединения) газоиспользующего оборудования, проектируемых, строящихся, реконструируемых или построенных, но не подключенных к сетям газораспределения объектов капитального строительства, в том числе сети газораспределения к другим сетям газораспределения (пункт 1 Правил 1547). Ввиду чего, понятия установленные Правилами 1547 применяются только при выполнении технологического присоединения ранее не подключенных к сетям газораспределения объектов капитального строительства.

При этом Правилами 1547 предусмотрено, что подключение (технологическое присоединение) - это совокупность организационных и технических действий, включая врезку и пуск газа, дающих возможность использовать газ для удовлетворения личных, семейных, домашних и иных нужд, осуществления предпринимательской (профессиональной) деятельности.

В соответствии с пунктом 3 Правил 1547 подключение (технологическое присоединение) газоиспользующего оборудования или объектов капитального строительства к сети газораспределения состоит из следующих основных этапов:

- направление заявителем заявки о заключении договора о подключении (технологическом присоединении) газоиспользующего оборудования и объектов капитального строительства к сети газораспределения;

- заключение договора о подключении (технологическом присоединении) газоиспользующего оборудования и объектов капитального строительства к сети газораспределения;

- выполнение заявителем и исполнителем условий договора о подключении;

- составление акта о готовности сетей газопотребления и газоиспользующего оборудования объекта капитального строительства к подключению (технологическому присоединению);

- осуществление исполнителем фактического присоединения и составление акта о подключении (технологическом присоединении), содержащего информацию о разграничении имущественной принадлежности и эксплуатационной ответственности сторон.

Фактическое присоединение - комплекс технических мероприятий, обеспечивающих физическое соединение (контакт) сети газораспределения исполнителя или сети газораспределения и (или) сети газопотребления основного абонента с сетью газо потребления объекта капитального строительства заявителя с осуществлением пуска газа в газоиспользующее оборудование заявителя, а в случае присоединения сети газораспределения к другой сети газораспределения - в сеть газораспределения заявителя (пункт 2 Правил 1547).

В соответствии с пунктом 3 Правил № 162 транспортировка газа - это перемещение и передача газа по газотранспортной системе. Аналогичное понятие содержится в Положении 1370, согласно которому под транспортировкой газа понимается перемещение газа по местной газораспределительной сети.

Учитывая изложенное, транспортировка газа не является одним из вышеперечисленных этапов подключения (технологического присоединения) газоиспользующего оборудования или объектов капитального строительства к сети газораспределения. Следовательно, понятия, используемые при определении условий договоров транспортировки природного газа, не регулируются Правилами 1547 и не должны соответствовать требованиям данного нормативного акта.

Ввиду чего, утверждения истца о том, что транспортировка газа неразрывно связана с технологическим присоединением, не состоятельны.

Кроме того, понятие «Точка подключения», предусмотренное Правилами 1547, требует также применение понятий «исполнитель», «заявитель», «основной абонент», права и обязанности которых вытекают из правоотношений, возникающих при подключении (технологическом присоединении) газоиспользующего оборудования или объектов капитального строительства к сети газораспределения. Однако, стороны спорного договора обозначены как «ГРО», то есть газораспределительная организация, и «Покупатель», права и обязанности которых кардинально отличаются от прав и обязанностей «исполнителя» и «заявителя» по договору о подключении (технологическом присоединении).

Суд первой инстанции обоснованно, с учетом ранее сложившихся обстоятельств и существующих технологических особенностей транспортировки газа, принял абзац 2 пункта 1.2 договора в следующей редакции: «Точка подключения» (ТП) - совокупность мест соединений сети газо потребления ПАО «Энел Россия» с газораспределительной сетью. Точка подключения определена в Приложении №5 «Схема транспортировки газа АО «Газпром газораспределение Ставрополь» от ГРС Невинномысск-1».

Коллегия судей также отмечает, что суд первой инстанции правомерно отклонил требования истца об определении «Точки подключения» по спорному договору в соответствии с актом разграничения балансовой принадлежности и границ эксплуатационной ответственности ПГУ-410 от 22.04.2019 (далее - Акт разграничения).

При этом, суд верно отметил, что указанный Акт разграничения не может определять точку подключения для целей спорного договора, поскольку не отражает всей конструкции сложного объекта - сети газораспределения «Газопровод высокого давления» от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5».

По мнению истца, в силу требований Правил 1547 единственным документом, вносящим определенность относительно точки подключения, является составленный по окончании процедуры присоединения сети газораспределения исполнителя и сети газопотребления документ, содержащий информацию о разграничении имущественной принадлежности и эксплуатационной ответственности, и точках подключения. Истец считает, что использование иных документов для определения точек подключения не предусмотрено действующим законодательством.

Между тем, данный вывод апеллянта является ошибочным, поскольку в случае, если сеть газопотребления покупателя, после завершения технологического присоединения, передается в собственность либо аренду газораспределительной организации, то такая сеть приобретает статус сети газораспределения, протяжённость которой в соответствии с требованиями пунктов 3, 4, 27, 28, 33, 36 Методических указаний и пунктов 17, 24 постановления Правительства от 29.12.2000 № 1021 «О государственном регулировании цен на газ, тарифов на услуги по его транспортировке...» учитывается при расчете тарифов на транспортировку газа для данной газораспределительной организации. Указанными нормами также предусмотрено включение в тариф на транспортировку газа экономически обоснованных расходов газораспределительной организации по эксплуатации принадлежащих им газораспределительных сетей.

Таким образом, точка подключения определенная актом разграничения при завершении технологического присоединения может перемещаться в случае передачи потребителем газа вновь созданного им газопровода в пользование газораспределительной организации, то есть в связи с приобретением данным газопроводом статуса сети газораспределения.

Вместе с тем, Акт разграничения, на приложении которого к договору настаивает истец, был оформлен 22.04.2019, тогда как газопровод из выхода ГРЭС-12 был учтен в условиях договора транспортировки газа по газораспределительным сетям № 31-7-0125/18 на 2018 год (Приложение №1).

Учитывая изложенное, Акт разграничения был подписан сторонами не при подключении объекта истца к сети газораспределения ответчика, что также подтверждается отсутствием в материалах дела договора подключения, по завершению которого такой акт мог бы быть оформлен.

С учетом изложенного, суд первой инстанции на основании заключения эксперта, доводов и пояснений сторон, сделан верный вывод, что рассматриваемый Акт разграничения не подлежит включению в условия договора в качестве приложения к нему, в связи с чем, требование апеллянта о дополнении пункта 7.7 Договора абзацем 7, а именно Приложением № 6 к Договору, удовлетворению не подлежит.

Сеть газораспределения «Газопровод высокого давления от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5», 11 принадлежащая ГРО на праве аренды, является многоконтурным сооружением с кадастровым номером 26:16:000000:1328, состоящим из линейной части и крановой площадки, общей протяженностью 3 068 м. Указанная сеть газораспределения представляет собой сложную вещь (134 ГК РФ), построенную в 2013 году с целью «обеспечения надежного газоснабжения объектов Невинномысской ГРЭС в необходимых объемах и создания возможности перераспределения объемов газа, подаваемых на газораспределительные пункты Невинномысской ГРЭС от ГРС -1А г. Невинномысск». В настоящее время Невинномысская ГРЭС принадлежит истцу. Линейная часть сети газораспределения (протяженностью 3 068 м.) начинается от выхода ГРЭС-12 ГРС-1А г. Невинномысск и следует до ГРП 1А Покупателя, соединяясь крановой площадкой с газопроводом, принадлежащим ПАО «Газпром» (протяженностью 415 м.), следующим от выхода ПГУ-410 ГРС-1А г. Невинномысск до сетей АО «Невинномысскгоргаз» (протяженностью 1 276,9 м.), и далее по ним до ГРП 2 Покупателя, что схематично отражено на прилагаемой к Договору схеме транспортировки газа. 

Иными словами, участки сети газораспределения из выходов ПГУ-410 и ГРЭС-12 являются единым объектом, обеспечивающим транспортировку непосредственно до Покупателя, что также установлено в решении Арбитражного суда Ставропольского края по делу № А63-1590/2022. Единство сложного производственного объекта «Газопровод высокого давления от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5» доказывается не только правоустанавливающими и техническими документами, но и особенностью технологических процессов, а именно смешиванием потоков газа из выходов ГРЭС-12 и ПГУ-410 на крановой площадке № 2 при его транспортировке покупателю.

ПАО «ЭЛ5- Энерго» также на основании указанного Акта разграничения предлагал изменить Приложение № 1 к Договору, заменив наименование покупателя наименованием точки подключения: «Невинномысская ГРЭС - филиал ПАО «Энел Россия» на наименование точки подключения «Фланец после задвижки № 1Г на газопроводе Dy=800 мм от ГРС Невинномысск-1 до филиала «Невинномысская ГРЭС» ПАО «Энел Россия» и Фланец после задвижки № 90Г на газопроводе Dy=800 мм от ГРС Невинномысск-1 до филиала «Невинномысская ГРЭС» ПАО «Энел Россия»».

Вместе с тем, суд первой инстанции, поддержав позицию ответчика и отклонив доводы истца о возможности применения Акта разграничения в качестве Приложения № 6 к Договору, правомерно определил Приложение № 1 к договору в редакции ответчика.

Таким образом, судом верно определено понятие «Точка подключения» (ТП) как совокупность мест соединений сети газопотребления ПАО «Энел Россия» с газораспределительной сетью. При этом, суд верно обосновал данное понятие положениями абзацев 1, 8 пункта 13 Методических указаний, поскольку данный нормативный акт определяет правовой статус общества в качестве газораспределительной организации, являющейся стороной спорного договора и оказывающей услуги по транспортировке газа по газораспределительной сети, принадлежащей ей на праве аренды (пункт 4 Методических указаний).

Методическими указаниями, в том числе также установлены не только принципы регулирования и расчета тарифов на услуги по транспортировке газа по газораспределительным сетям, но и особенности их применения на территории Российской Федерации (пункт 3 Методических указаний), в том числе в связи с идентификацией Покупателя по конкретной группе конечных потребителей с учетом технологических характеристик точки подключения и исходя из суммарного объема транспортировки газа через все места соединений сети газопотребления покупателя с газораспределительной сетью.

На основании изложенного, понятие «Точка подключения» определенное спорным договором и поддержанное судом, отражает надлежащий правовой статус сторон данного договора, сформулировано с учетом его целей, предмета и условий исполнения.

Предлагаемая апеллянтом редакция понятия «Точка подключения» противоречит целям, предмету, условиям исполнения спорного договора, а также не соответствует правовому статусу его сторон.

Таким образом, выводы истца о том, что Методические указания не подлежат применению в рамках настоящего спора, не правомерны. Кроме того, истец не выражал разногласий в отношении пункта 1.1 спорного договора, в соответствии с которым термины и определения по договору принимаются, в том числе с учетом Методических указаний.

Следует отметить также, что ПАО «ЭЛ5- Энерго», ошибочно утверждает, что понятие «Точка подключения» определенное договором и судом не отвечает фактическим обстоятельствам, поскольку в месте соединения «С» сеть газопотребления истца непосредственно примыкает к газопроводу, принадлежащему АО «Невинномысскгоргаз».

Вместе с тем, заключением эксперта № 019/2024-Э от 01.03.2024 и судом установлено, что принадлежащая АО «Газпром газораспределение Ставрополь» сеть газораспределения в месте соединения «С» присоединена к сети газопотребления ПАО «ЭЛ5- Энерго» через газопровод, принадлежащей ПАО «Газпром», который в свою очередь примыкает к газопроводу, принадлежащему АО «Невинномысскгоргаз» .

Наряду с этим, судом верно отмечено, что газопровод, принадлежащий газораспределительной организации АО «Невинномысскгоргаз» не может быть включен в маршрут транспортировки газа, предусмотренный спорным договором, в силу пунктов 1, 2 статьи 209, статьи 305 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзаца 14 статьи 2, абзаца 2 статьи 7, статьи 21 Закона №69-ФЗ, а также пункта 4 Методических указаний, то есть в связи с отсутствием права владения у Ответчика указанным объектом.

Газопровод, принадлежащий на праве собственности ПАО «Газпром» также не может быть включен в маршрут транспортировки газа, предусмотренный спорным договором, ввиду того, что данный газопровод на момент судебного разбирательства находился в аренде ООО «Газпром трансгаз Ставрополь», которое не является газораспределительной организацией.

Таким образом, на Схеме транспортировки газа, являющейся Приложением № 5 к договору, место соединение «С» обозначено с учетом технологических особенностей расположения сети газопотребления ответчика по отношению к сети газораспределения.

Истец также считает, что существующее расположение контрольно-измерительных приборов на каждом выходе из ГРС Невинномысск-1 позволяет осуществлять раздельный учет транспортированного газа по газопроводам каждого выхода, ввиду чего применение в условиях договора словосочетания «совокупность точек подключения», в том виде, как предложено ответчиком — «совокупность мест соединения», не правомерно.

Вместе с тем, данное суждение коллегия сочла ошибочным, так заключением эксперта установлено и не оспаривается истцом, что при определенных условиях на крановой площадке № 2 происходит смешивание потоков газа при его транспортировке через выходы ГРЭС-12 и ПГУ-410. При этом места соединения сети газопотребления ответчика с сетью газораспределения, определенные договором в качестве Точки подключения, расположены после крановой площадки № 2, на которой происходит смешивание потоков газа. Соответственно, схема расположения приборов учета расхода газа не позволяет однозначно определить, через какую точку подключения при смешивании газа он поставлен, что еще раз подтверждает полное соответствие понятия «Точка подключения» в редакции ответчика требованиям Методических указаний.

Доводы истца о недобросовестном поведении ответчика при определении понятия «Точка подключения» отклоняется, поскольку в договоре транспортировки природного газа по газораспределительным сетям № 31-7-0125/22 на 2022 год формулировка данного понятия отлична от формулировки, изложенной в спорном договоре.

Действительно в договоре на 2022 год обществом данное понятие определено, как «Точка подключения» (ТП) - место соединения газопровода покупателя с газопроводом сети газораспределения ГРО, обеспечивающим снабжение газом ПАО «Энел Россия». Формулировка данного понятия по договору на 2022 год схожа с формулировкой, предлагаемой истцом по настоящему делу. Однако, истец, не согласившись, в том числе с формулировкой понятия «Точка подключения» в договоре на 2022 год, предложил иную редакцию данного термина, обратившись с преддоговорным иском к обществу, который рассматривался в рамках дела № А63-3436/2022. При этом следует отметить, что понятие «Точка подключения», предлагаемое истцом по договору на 2022 год также отличается от редакции, на которой истец настаивает в рамках настоящего спора.

Таким образом, можно сделать вывод, что любая формулировка понятия «Точка подключения», в которую будет включен газопровод ответчика из выхода ГРЭС-12, не будет устраивать истца, фактически на постоянной основе будет являться поводом для судебного разбирательства. Данный факт свидетельствует о правовом непостоянстве истца и недобросовестности его поведения, на что указывал суд при рассмотрении настоящего дела.

Следует также отметить, что понятие «Точка подключения» (ТП) установленное условиями спорного договора и подтвержденное судом первой инстанции по настоящему делу, является юридически обоснованным и соответствует технологическим особенностям транспортировки газа ГРО на объект Покупателя.

Истец ошибочно настаивает, что пунктом 5 Положения 1370 предусмотрено его право определять точку подключения и маршрут транспортировки газа. Вместе с тем, из содержания указанной нормы следует, что поставщик или покупатель для заключения договора транспортировки газа обязаны представлять в газораспределительную организацию копию договора поставки газа и заявку, которая должна содержать сведения о месте отбора газа или передачи для дальнейшей его транспортировки по сетям других организаций и месте подключения к местной газораспределительной сети подводящего газопровода.

Из буквального толкования данной нормы не следует, что обязанность предоставления указанных сведений при подаче заявки на заключение договора транспортировки газа, порождает право истца на определение точки подключения и маршрута транспортировки газа. Доказательств иного апеллянтом не представлено. Источников официального толкования пункта 5 Положения 1370 в том смысле, в котором понимается истцом, не указано.

Согласно письму ООО «Газпром трансгаз Ставрополь» от 19.02.2010 № 23-1635, адресованному ответчику и приобщенному к материалам настоящего дела, газопровод из выхода ГРЭС-12 строился исключительно для подачи газа на объект истца - Невинномысскую ГРЭС. Иные потребители к данному газопроводу, являющемуся частью сети газораспределения «Газопровод высокого давления» от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5», не подключены, соответственно подача газа из ГРС Невинномысск-1 по газопроводу через выход ГРЭС-12 возможна только на объект Истца.

Таким образом, отказ истца от отбора газа через газопровод, который был построен и содержится ответчиком в надлежащем техническом состоянии исключительно для подачи газа на объект истца, имеет признаки злоупотребления правом со стороны потребителя.

Из системного толкования пункта 1 статьи 650 и пункта 1 статьи 652 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что при передаче по договору аренды сооружения арендатору одновременно переходит право владения и пользования такой недвижимостью. В соответствии с пунктом 1 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор обязан пользоваться арендованным имуществом в соответствии с условиями договора аренды, а если такие условия в договоре не определены, в соответствии с назначением имущества.

Пунктом 1.1. договора аренды имущества №12-1/01-99, на основании которого ГРО является владельцем сети газораспределения «Газопровод высокого давления» от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5», определено, что арендодатель обязуется предоставить арендатору за плату во временное владение и пользование (аренду), принадлежащие ему на праве собственности объекты газораспределительной системы, указанные в перечне передаваемого имущества. В соответствии с пунктом 4.1. договора аренды имущества арендатор обязан пользоваться арендованным имуществом в соответствии с целевым назначением имущества без права передавать свои арендные права в залог, вносить их в качестве вклада в уставный капитал хозяйственных обществ или паевого взноса в кооперативы, предоставлять арендованное имущество в безвозмездное пользование. В силу пункта 5.1.2. указанного договора арендатор обязан использовать арендуемое имущество по его целевому назначению с соблюдением правил технической эксплуатации и содержать в технически исправном состоянии.

Законный владелец источника повышенной опасности (газопровода) должен исполнять возложенные на него законодательством обязанности по поддержанию надлежащего состояния газопровода в зоне своей эксплуатационной ответственности.

Судом на основании толкования пунктов 3, 5 Положения в совокупности с вышеуказанными нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, Закона о газоснабжении, Правил поставки газа и условиями договора аренды имущества №12-1/01-99, сделал верный вывод, что предоставление покупателем в заявке сведений о месте подключения к местной газораспределительной сети и месте отбора газа подтверждает его готовность отбирать газ в указанных местах, при этом маршрут транспортировки газа, определяется газораспределительной организацией, с учетом технологических особенностей принадлежащей ей на праве собственности или ином предусмотренном законом праве сети газораспределения.

Учитывая заключение эксперта, регулировка задвижек, влияющая в рассматриваемом случае на принципиальные маршруты транспортировки газа до энергопринимающих установок покупателя, находится в компетенции эксплуатирующей газораспределительной организации.

Такое право газораспределительной организации являлось предметом детального рассмотрения по делу № А50-38892/2019. Суды трех инстанций пришли к выводу о том, что регулировка задвижек на газотранспортных сетях входит в компетенцию владельца данных сетей, а не потребителей и поставщика газа. При этом суды не усмотрели в действиях по регулировке задвижек на газотранспортных сетях признаков злоупотребления правом со стороны их владельца.

Наряду с этим, из фактического содержания заявки для заключения договора транспортировки газа в 2023 году от 29.09.2022 следует, что местом подключения к местной газораспределительный сети подводящего газопровода (точка подключения) является газораспределительная станция (ГРС), а именно ГРС-1 г. Невинномысск ООО «Газпром трансгаз Ставрополь» выход ПГУ-410 (Ставропольский край, г. Невинномысск).

ГРС Невинномысск-1 в силу технического устройства и назначения не может быть местом подключения к местной газораспределительной сети подводящего газопровода.

Учитывая изложенное, апеллянт не может ссылаться на не соответствие определенного ответчиком маршрута транспортировки газа по спорному договору поданной заявке от 29.09.2022, поскольку в данной заявке истцом изложено иное понимание Места подключения (точки подключения) отличное от требований истца, заявленным в рамках настоящего дела. 

Кроме того судом признаются ошибочным выводы апеллянта, о том, что маршрут транспортировки газа по спорному договору должен определяться с учетом дополнительного соглашения № 6 к договору транспортировки газа по газораспределительным сетям № 31-7-0125/19 от 29.12.2018, в соответствии с которым, по мнению ПАО «ЭЛ5- Энерго», из маршрута транспортировки газа исключен газопровод из выхода ГРЭС-12.

В тоже время, дополнительное соглашение № 6 было подписано сторонами 16.07.2021 и не имело под собой цель исключения газопровода из выхода ГРЭС-12 из маршрута транспортировки газа на Невинномысскую ГРЭС, поскольку истцом после подписания данного дополнительного соглашения фактически продолжался отбор газа из указанного газопровода, что следует из решения Арбитражного суда Ставропольского края от 22.09.2022 по делу № А63-1590/2022. 

С учетом изложенного, ПАО «ЭЛ5- Энерго» не вправе ссылаться на обстоятельство, а именно на исключение из маршрута транспортировки газа газопровода из выхода ГРЭС-12 дополнительным соглашением № 6, которое фактически отсутствовало.

Истец также не обоснованно делает выводы, что ввиду непосредственного присоединения принадлежащей ему сети газо потребления к сети газораспределения АО «Невинномысскгоргаз», у общества в соответствии с пунктом 18 Методических указаний возникает право осуществлять транспортировку газа на объект покупателя в транзитном потоке.

Согласно пункту 52 Методических указаний в случае если суммарная протяженность транспортировки газа по газораспределительным сетям ГРО, чьи газопроводы непосредственно примыкают к сетям конечного потребителя, составляет менее 20 процентов от общей протяженности транспортировки по газораспределительным сетям до сетей указанного конечного потребителя, то данная ГРО рассчитывает стоимость услуг за транспортировку газа в транзитном потоке по установленному для нее транзитному тарифу.

Из изложенного следует, что для расчета тарифов по транспортировке газа (тем более транзитного тарифа) значение имеют конечные потребители газа и их договорная связь с ГТО и ГРО (применительно к правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2023 № 303-ЭС23-8367), в том числе объем транспортируемого им газа, в связи с чем наличие письменного договора с потребителем либо с поставщиком или иным ГРО (в зависимости от тарифно-балансовой схемы в регионе деятельности) для ГТО и ГРО имеет существенное значение, поскольку позволяет обеспечить надлежащее формирование такой тарифно-балансовой схемы.

Как установлено заключением эксперта и не оспаривается истцом, протяженность сети газораспределения с кадастровым номером 26:16:000000:1328, принадлежащей ответчику составляет 3068,0 м, протяженность сети газораспределения с кадастровым номером 26:16:000000:2647, принадлежащей АО «Невинномысскгоргаз», составляет 1276,9 м. Соотношение протяженности сети газораспределения, принадлежащей Ответчику и непосредственно примыкающей к сетям конечного потребителя, по отношению к общей протяженности сети, по которой осуществляется транспортировка газа, составляет 70,6 %.

Следовательно, соотношение протяженности сети газораспределения, принадлежащей Ответчику и непосредственно примыкающей к сетям истца, по отношению к общей протяженности сети, по которой осуществляется транспортировка газа на объект истца, составляет более 20 %, что исключает необходимость осуществлять расчет стоимости услуг за транспортировку газа данному покупателю по транзитному тарифу.

Доводы апеллянта с заключением эксперта в части выводов о закольцованности потоков газа на крановой площадке № 2, являющейся частью сети газораспределения «Газопровод высокого давления» от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5», принадлежащей ответчику, при транспортировке газа через выходы ГРЭС-12 и ПГУ-410, отклоняются по следующим основаниям.

Так, согласно заключению эксперта на крановой площадке № 2, являющейся частью сети газораспределения «Газопровод высокого давления» от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5», принадлежащей Ответчику, при транспортировке газа через выходы ГРЭС-12 и ПГУ-410 при определенных условиях имеет место закольцованность потоков газа, с узловой точкой в районе крановой площадки №2.

Судом первой инстанции правомерно отклонены доводы истца о том, что закольцованность газопровода обеспечивается исключительно наличием нескольких ГРС, обеспечивающих надежность газоснабжения.

В соответствии с пунктом 3.6.14 СТО ГАЗПРОМ РД 2.5-141-2005 Газораспределение. Термины и определения, кольцевой газопровод - это газопровод, представляющий собой замкнутый трубопровод, объединяющий несколько газопроводов и предназначенный для обеспечения надежности газоснабжения.

Заключением эксперта установлено, что в транспортировке газа на Невинномысскую ГРЭС участвуют газопровод, принадлежащий на праве аренды ООО «Газпром трансгаз Ставрополь» (кадастровый номер 26:15:000000:2956) и газопровод, принадлежащий ответчику (кадастровый номер 26:16:000000:1328), которые объединяются на крановой площадке №2, что отвечает признаку кольцевого газопровода.

В силу пунктов А.1.23, А. 1.24 СТО ГАЗПРОМ РД 2.5.-141-2005 надежность - это свойство объекта сохранять во времени в установленных пределах значения всех параметров, характеризующих способность выполнять требуемые функции в заданных режимах и условиях применения, технического обслуживания. Надежность газоснабжения - способность (системы) транспортировать потребителям необходимые количества газа с соблюдением требуемых параметров при заданных условиях эксплуатации.

Статьей 14 Закона № 69-ФЗ предусмотрено, что надежность системы газоснабжения, безопасность и устойчивое функционирование объектов системы газоснабжения, связанных общим технологическим режимом добычи, транспортировки и поставок газа, обеспечивается единством системы, при этом разделение единой системы газоснабжения не допускается.

Согласно письму ООО «Газпром трансгаз Ставрополь» от 19.02.2010 № 23-1635 строительство части сети газораспределения с кадастровым номером 26:16:000000:1328 от выхода ГРЭС-12, а также перемычки между участками данной сети от выхода ГРЭС-12 и ПГУ-410, осуществлялось для обеспечения надежного газоснабжения объектов Невинномысской ГРЭС в интересах истца. Иные потребители к данному газопроводу не подключены, соответственно, подача газа из ГРС Невинномысск-1 по газопроводу через выход ГРЭС-12 возможна только на объект истца.

Учитывая вышизложенное, признак кольцевого газопровода в части обеспечения надежности также присутствует на рассматриваемом объекте.

Таким образом, позиция апеллянта по вопросу признаков кольцевого газопровода является искаженными, искусственно приближенными к желаемым выводам.

Выводы заключения судебного эксперта о закольцованности потоков газа с узловой точкой в районе крановой площадки №2 при его транспортировке через выходы ГРЭС-12 и ПГУ-410 по сети газораспределения «Газопровод высокого давления» от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невиномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5», являются обоснованными нормами действующего законодательства, технологическими особенностями процесса и подтверждены научными расчётами и экспериментально.

Заключением эксперта с учетом повторяющихся случаев зафиксировано 9 принципиально разных маршрутов транспортировки газа, в том числе путем проведенного в рамках экспертизы эксперимента, заключением Компании «Константа» обозначено 60 возможных маршрутов транспортировки газа на основании комбинации нескольких влияющих факторов.

Заключение Компании «Константа» в этой части не опровергает заключение эксперта, поскольку 9 принципиально разных маршрутов транспортировки газа также отражены в числе 60 возможных маршрутов транспортировки газа. Напротив, заключение Компании «Константа», определившее гипотетически возможные варианты маршрутов транспортировки газа, подтвердило фактическое наличие 9 принципиально разных маршрутов транспортировки газа.

Доводы истца о некорректности данных гидравлического расчета, произведенного в рамках судебной экспертизы, отклоняются. 

В Заключении эксперта указан расчетный расход газа, произведенный в рамках гидравлического расчета при разных положениях задвижек на крановой площадке №2:

- на выходе ПГУ-410 расчетный показатель принят, как 226 000 м3/ч;

- на выходе ГРЭС-12 расчетный показатель принят, как 58 000 м3/ч.

В данном случае, расчетный расход газа существенно не выходит из диапазона показаний расхода газа, моментально зафиксированных при проведении судебного эксперимента.

Так, согласно основных контролирующих параметров в период до 10 часов 00 минут, то есть до начала эксперимента, показания учета газа на выходе ПГУ-410 ориентировочно составляли 224 899 м3/ч, через выход ГРЭС-12 газ не поступал. После открытия задвижки № 102 на крановой площадке № 2 в период с 13 час. 00 мин. до 14 час. 00 мин. расход газа через выход ПГУ-410 составлял 174 262 м3/ч, через выход ГРЭС-12 расход газа составлял 50 617 мЗ/ч. В период с 15 час. 30 мин. до 16 час. 30 мин. после включения в работу ГРП-2 расход газа через выход ПГУ-410 составлял 196 851 м3/ч, через выход ГРЭС-12 расход газа составлял 85 584 м3/ч. После закрытия задвижки № 102 на крановой площадке № 2 в период с 17 час. 00 мин. до 18 час. 00 мин. расход газа через выход ПГУ-410 составлял 227 682 м3/ч, через выход ГРЭС-12 расход газа составлял 57 932 м3/ч. В 18.30 произведено отключение ГРП-2.

Изложенные в письме ООО «Газпром трансгаз Ставрополь» от 07.03.2024 № 05-16-00108 часовые показатели расхода газа, также подтверждают верность произведенного экспертом гидравлического расчета.

Помимо всего, не только закольцованность потоков газа на крановой площадке № 2, являющейся частью сети газораспределения, принадлежащей ответчику, обосновывает единство технического процесса транспортировки газа на производственном объекте - «Газопровод высокого давления от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5». Заключением эксперта, в том числе подтвержденным экспериментом, установлено смешивание потоков газа при его транспортировке через выходы ПГУ-410 и ГРЭС-12 при открытой задвижке 102, расположенной на крановой площадке № 2, что также подтверждает единство технического процесса.

Газопроводы на выходах из ГРС Невинномысск-1 (ГРЭС-12 и ПГУ-410), являющиеся структурными частями единого сложного производственно-технологического объекта «Газопровод высокого давления» от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5» по своему технологическому устройству и расположению, согласно пункту 7 Технического регламента о безопасности сетей газораспределения и газопотребления, утвержденного постановлением Правительства РФ от 29.10.2010 № 870, относятся к сети газораспределения, следовательно, предназначены для транспортировки природного газа.

Данная сеть газораспределения имеет один кадастровый номер 26:16:000000:1328, то есть учтена в Едином государственном реестре недвижимости в качестве единого объекта.

В силу пункта 1 статьи 133 Гражданского кодекса Российской Федерации вещь, раздел которой в натуре невозможен без разрушения, повреждения вещи или изменения ее назначения и которая выступает в обороте как единый объект вещных прав, является неделимой вещью и в том случае, если она имеет составные части.

Ввиду чего, доводы истца о возможности транспортировки газа без использования выхода ГРЭС-12 являются неправомерными.

Следовательно, совокупность вышеуказанных обстоятельств, в том числе подтвержденных заключением эксперта, опровергают выводы истца о том, что технический процесс транспортировки газа на производственном объекте -«Газопровод высокого давления от ГРС-1А к ГРП-1А и ПГУ-410 филиала «Невинномысская ГРЭС» ОАО «ОГК-5» не является единым.

Учитывая изложенное, суд, соблюдая баланс интересов сторон, верно сформулировал абзац 5 пункта 1.2 договора, а именно «Место отбора газа (точка поставки) газа» - место передачи газа от поставщика покупателю на ГРС Невинномысск-1 (выходы на ПГУ-410, ГРЭС-12) для дальнейшей его транспортировки по сети газораспределения ГРО на Невинномысскую ГРЭС. Место отбора газа и место подключения сети газораспределения ГРО к объектам магистрального газопроводного транспорта (ГРС Невинномысск-1) указано в Приложении № 5 к договору».

Судом также правомерно выбрана редакция Приложения № 5 договора в редакции ответчика, поскольку предложенная Схема транспортировки газа в полной мере соответствует установленному договором и судом понятию «Точка подключения» (абзац 2 пункта 1.2 договора), отражает маршрут транспортировки газа, установленный абзацем 5 пункта 1.2 договора, принятого в редакции суда, а также абзацем 1 пункта 2.1 договора в редакции истца.

Довод истца о злоупотреблении ответчиком доминирующим положением на рынке услуг по транспортировке газа по отношению к АО «Невинномысскгоргаз», не принимается судом, поскольку АО «Невинномысскгоргаз» стороной спорного договора не является.

С учетом изложенного, решение суда первой инстанции в обжалуемой части является законным и обоснованным, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

При указанных обстоятельствах, оценив в совокупности в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд согласен с выводом суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме. 

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку доказательств, положенных в основу оспариваемого решения, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем арбитражным апелляционным судом отклоняются. 

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, были предметом рассмотрения арбитражного суда, им дана надлежащая правовая оценка, нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого решения не установлено, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта. При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется. 

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом правомерно отнесено на ответчика расходы истца за проведение экспертизы в сумме 200 000 руб. и расходы по уплате госпошлины в сумме 6000 руб.

Государственная пошлина по апелляционной жалобе по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит отнесению на заявителя, но взысканию не подлежит, поскольку уплачена при подаче жалобы в суд.

Руководствуясь статьями 110, 268, 269-271, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного Ставропольского края от 09.10.2024 по делу № А63-1063/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий А.А. Мишин 

Судьи С.Н. Демченко

 А.В. Счетчиков