АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

11 июня 2025 года

Дело №

А21-12091/2024

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Корабухиной Л.И., судей Васильевой Е.С., Лущаева С.В.

рассмотрев 11.06.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Птицефабрика Гурьевская» на решение Арбитражного суда Калининградской области от 09.01.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2025 по делу № А21-12091/2024,

                                                      у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Птицефабрика Гурьевская», адрес: 238300, 

<

...>, кааб. 1, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к Федеральной службе судебных приставов России (далее – ФССП России), муниципальному унитарному предприятию жилищно-коммунального хозяйства «Гурьевский водоканал» (далее – Предприятие) о взыскании солидарно 3 071 998 руб. 72 коп. в качестве компенсации убытков.

Решением суда первой инстанции от 09.01.2025, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 26.02.2025, в удовлетворении иска отказано.

В кассационной жалобе Общество, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить состоявшиеся судебные акты в части отказа во взыскании с Российской Федерации в лице ФССП России 1 984 379 руб. 16 коп. компенсации убытков и 84 531 руб. расходов на уплату государственной пошлины пропорционально размеру подлежащих удовлетворению исковых требований, принять новый судебный акт об удовлетворении указанных требований.

Как указывает податель жалобы, в нарушение установленного статьей 36 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон № 229-ФЗ) двухмесячного срока исполнения исполнительного документа служба судебных приставов окончила исполнительное производство №  8077/15/39010-ИП спустя 5 лет с момента его возбуждения, а исполнительные производства № 22399/17/39010-ИП и 21599/17/39010-ИП – спустя 3 года, и не направила соответствующие постановления об окончании исполнительного производства взыскателю, вследствие чего они не были своевременно оспорены. Истцом отмечается, что за период с 2015 по 2020 в отношении должника было возбуждено шесть исполнительных производств, что затрудняло отслеживание совершаемых судебными приставами-исполнителями исполнительных действий, при этом взыскатель до истечения срока исковой давности и срока хранения документов (до 27.04.2025) обращался в службу судебных приставов с заявлением от 28.12.2021 об ознакомлении с материалами спорных исполнительных производств, а впоследствии – с заявлением от 04.03.2024 о розыске неполученных денежных средств и жалобой от 27.06.2024 на бездействие судебного пристава-исполнителя. По мнению Общества, ФССП России допустило злоупотребление правом в период срока исковой давности и хранения документов оконченных исполнительных производств, поскольку не ознакомила истца с их материалами и не предоставила ему соответствующих документов для проведения бухгалтерской сверки, в связи с чем полагает необоснованными выводы судов о пропуске истцом срока исковой давности.

Отзыв ФССП России с учетом разъяснений, приведенных пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», принятию не подлежит, поскольку копия указанного документа не направлена участвующим в деле лицам в порядке, предусмотренном нормой части 4 статьи 279 АПК РФ.

Кроме того, ФССП России вместе с отзывом на кассационную жалобу заявило о возможности рассмотрения дела в его отсутствие, в связи с чем суд округа, руководствуясь частью 2 статьи 156 и частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), рассматривает настоящую кассационную жалобу в отсутствие представителя указанного лица.

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания дела, своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Законность принятых по делу судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов жалобы Общества.

Как следует из материалов дела и установлено судами, на основании исполнительных документов, выданных Обществу Арбитражным судом Калининградской области по делам № А21-4954/2014, № А21-8071/2016,                            № А21-8072/2016, № А21-19538/2018, в отношении Предприятия возбуждены исполнительные производства № 8077/15/39010-ИП (предмет исполнения: взыскание денежных средств в сумме 2 450 662 руб. 68 коп), № 22399/17/39010-ИП (на взыскание денежных средств в сумме 640 748 руб. 47 коп),                                         № 21599/17/39010-ИП (на взыскание денежных средств в сумме                                                 2 494 033 руб. 53 коп.), № 195572/20/39010-ИП (на взыскание денежных средств в сумме 2 099 491 руб. 67 коп.).

Как указывал истец при подаче заявления, согласно сведениям из банка данных исполнительных производств ФССП России по состоянию на 15.10.2018 у должника имелись следующие остатки задолженности по исполнительным производствам:

№ 8077/15/39010-ИП на сумму 1 613 065 руб. 16 коп.;

№ 22399/17/39010-ИП на сумму 115 802 руб. 87 коп.;

№ 21599/17/39010-ИП на сумму 2 494 033 руб. 53 коп.

Между тем ввиду фактического исполнения требований исполнительных документов исполнительные производства № 8077/15/39010-ИП,                                      № 22399/17/39010-ИП, № 21599/17/39010-ИП были окончены судебным приставом-исполнителем 27.04.2020, а исполнительное производство                                     № 195572/20/39010-ИП  - 18.08.2020.

При этом судебный пристав-исполнитель ОСП Гурьевского района                                г. Калининграда ФИО1 27.04.2020 на седьмой странице исполнительного листа ФС № 014144872 по исполнительному производству № 21599/17/39010-ИП сделал отметку о том, что удержание денежных средств с Предприятия произведено в сумме 2 284 328 руб. 32 коп.

По исполнительному производству № 195570/20/39010-ИП, возбужденному 12.08.2020 на сумму остатка задолженности должника в размере                                  209 705 руб. 21 коп., Предприятие 17.08.2020 произвело перечисление в пользу Общества денежных средств в сумме 209 705 руб. 21 коп. по платежному поручению от 17.08.2020 № 1356, в связи с чем судебный пристав-исполнитель ОСП Гурьевского района г. Калининграда ФИО1 18.08.2020 вынес постановление об окончании исполнительного производства                                         № 195570/20/39010-ИП.

Однако, как указывал истец, постановления об окончании исполнительных производств № 8077/15/39010-ИП, № 22399/17/39010-ИП в адрес Общества не поступали, равно как и денежные средства, взысканные с должника.

По результатам ревизии зачисления денежных средств по исполнительным производствам, проведенной бухгалтерией Общества, было обнаружено отсутствие поступления денежных средств от ОСП Гурьевского района                              г. Калининграда по следующим исполнительным производствам:

№ 8077/15/39010-ИП на сумму 1 613 065 руб. 16 коп.;

№ 22399/17/39010-ИП на сумму 115 802 руб. 87 коп.;

№ 21599/17/39010-ИП на сумму 1 984 379 руб. 16 коп.

При этом по исполнительному производству № 195570/20/39010-ИП имелась переплата задолженности в сумме 641 248 руб. 47 коп., связанная с одновременным поступлением денежных средств от ОСП Гурьевского района г. Калининграда и Предприятия.

Указывая на то, что в результате виновных действий должностных лиц службы судебных приставов Обществом не были получены денежные средства в общей сумме 3 071 998 руб. 72 коп. по спорным исполнительным производствам, Общество обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Отказывая Обществу во взыскании солидарно спорных сумм с Предприятия, суды исходили из того, что указанное лицо не является надлежащим ответчиком по делу о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) судебных приставов-исполнителей.

Отклоняя иск к Российской Федерации в лице ФССП, суды, основываясь на заявлении ответчика, пришли к выводу о пропуске истцом срока исковой давности.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие их выводов фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд округа не усматривает оснований для отмены обжалуемых судебных актов в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 12 Закона № 229-ФЗ в процессе принудительного исполнения судебных актов и актов других органов, предусмотренных федеральным законом об исполнительном производстве, судебный пристав-исполнитель обязан принимать меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов.

Частью 2 статьи 119 Закона № 229-ФЗ предусмотрено, что заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском о возмещении убытков, причиненных им в результате совершения исполнительных действий и (или) применения мер принудительного исполнения.

Как предусмотрено пунктом 3 статьи 19 Федерального закона от 21.07.1997            № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации», ущерб, причиненный сотрудником органов принудительного исполнения гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Убытки, причиненные в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием (статья 16 ГК РФ), при этом вред, причиненный государственными органами возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования (статья 1069 ГК РФ).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» (далее - Постановление № 50) разъяснена возможность возмещения вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя (пункты 80 - 87). 

При этом в пункте 82 Постановления № 50 отмечено, что по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и причинением вреда. 

В соответствии со статьями 15, 16, 1064, 1069 - 1071, 1083 ГК РФ и статьей 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации убытки, причиненные неправомерными решениями, действиями (бездействием) государственных органов и их должностных лиц, подлежат взысканию с Российской Федерации за счет казны Российской Федерации, если установлены как юридический факт: 

незаконность действий государственного органа или его должностных лиц; 

наличие вреда (убытков) и доказан его размер; 

причинно-следственная связь между решениями, действиями (бездействием) государственного органа и его должностных лиц и наступившим вредом (убытком); 

вина должностного лица государственного органа в причинении вреда (убытков) лицу; 

что истцом были приняты все возможные меры к предотвращению вреда (убытков) и уменьшению его размера.

В данном случае Общество связывало возникновение у него убытков с тем, что, несмотря на окончание судебными приставами-исполнителями в 2020 году спорных исполнительных производств ввиду фактического исполнения требований исполнительных документов, взысканные с должника денежные средства не были перечислены с депозитного счета службы судебных приставов на расчетный счет взыскателя, исполнительные производства впоследствии неправомерно уничтожены, а обращения Общества в ОСП Гурьевского района г. Калининграда от 28.12.2021 об ознакомлении с материалами исполнительных производств  с целью получения необходимых документов, подтверждающих перечисление в адрес взыскателя недополученных денежных средств и от                     04.03.2024 о розыске названных средств оставлены без ответа. 

Возражая против иска, ответчики заявили в суде первой инстанции о пропуске истцом срока исковой давности.

Суды, признавая срок исковой давности для обращения в суд с иском о взыскании убытков пропущенным истцом, правомерно руководствовались следующим. 

В силу части 1 статьи 36 Закона № 229-ФЗ содержащиеся в исполнительном документе требования должны быть исполнены в двухмесячный срок со дня возбуждения исполнительного производства, за исключением требований, предусмотренных частями 2 - 6.1 данной статьи.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 47 Закона № 229-ФЗ исполнительное производство оканчивается судебным приставом-исполнителем в случае фактического исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе.

В соответствии с подпунктом «б» пункта 6 приложения № 48 к приказу Федеральной службы судебных приставов России от 10.12.2010 № 682 «Об утверждении Инструкции по делопроизводству в Федеральной службе судебных приставов» (далее – Приказ № 682) срок хранения документов завершенных в делопроизводстве оконченных исполнительных производств по исполнению судебных актов составляет три года.

В данном случае судами установлено, что в связи с истечением установленного срока хранения спорные исполнительные производства были уничтожены службой судебных приставов. 

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. 

В соответствии со статьей 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу пункта 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 200 ГК РФ предусмотрено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2019 № 310-ЭС19-9515, решение вопроса о пропуске срока исковой давности зависит, в том числе, от наличия реальной возможности заявить свои требования.

В данном случае судами установлено, что спорные исполнительные производства: № 8077/15/39010-ИП, возбужденное 18.02.2015,                                     № 21599/17/39010-ИП – возбужденное 23.05.2017, № 22399/17/39010-ИП – возбужденное 05.06.2017 окончены судебным приставом-исполнителем 27.04.2020 и 18.08.2020, в связи с чем Общество в соответствии со статьей   50 Закона № 229-ФЗ имело возможность с момента направления исполнительных документов на исполнение в 2015 и 2017 годах отслеживать совершаемые судебным приставом-исполнителем исполнительные действия, в том числе по окончанию спорных исполнительных производств, однако до декабря 2021 года не совершало каких-либо попыток по получению информации о ходе спорных исполнительных производств.

Ссылка Общества на то, что взыскатель не был уведомлен об окончании исполнительных производств материалами дела не подтверждена в связи с правомерным уничтожением службой судебных приставов исполнительных производств по истечении срока хранения, установленного Приказом № 682.  

При этом Общество при обращении в суд с настоящим иском приложило к иску имеющееся у него постановление судебного пристава-исполнителя от 18.08.2020 об окончании исполнительного производства № 195570/20/39010-ИП, что свидетельствует о его надлежащем получении взыскателем.

Также Обществом не отрицалось, что справка о движении денежных средств по депозитному счету по исполнительному производству № 21599/17/39010-ИП была выдана ему судебным приставом-исполнителем 10.09.2020, а в своих запросах в  ОСП Гурьевского района г. Калининграда об ознакомлении с материалами исполнительных производств  № 8077/15/39010-ИП,                                        № 22399/17/39010-ИП и № 195570/20/39010-ИП взыскатель интересовался не ходом исполнительного производства, а документами, подтверждающими перечисление денежных средств, уплаченных должником, со счета службы судебных приставов Обществу.  

Бездействие судебных приставов-исполнителей, не давших ответа на запросы взыскателя, Обществом в судебном порядке и в порядке подчиненности не оспаривалось.

За розыском денежных средств, взысканных с должника и подлежавших перечислению с депозитного счета ОСП Гурьевского района г. Калининграда по спорным исполнительным производствам, оконченным в 2020 году, Общество обратилось в УФССП России по Калининградской области лишь 28.02.2024.

Приведенные обстоятельства в их совокупности и взаимной связи позволили судами прийти к выводу о том, что истец как сторона исполнительного производства, действуя разумно и добросовестно, знал и должен был знать об окончании спорных исполнительных производств и о не поступлении в полном объеме денежных средств в пользу Общества с депозитного счета службы судебных приставов уже в апреле и августе 2020 года.

В этой связи суды заключили, что срок исковой давности для предъявления требований к Российской Федерации о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) судебных приставов-исполнителей по перечислению взысканных с должника денежных средств Обществу, следует считать истекшим не позднее 11.09.2023 с учетом выходных дней, тогда как иск подан Обществом лишь 05.09.2024, то есть за пределами данного срока.

Основания для перерыва срока исковой давности Обществом не доказаны и судами не установлены.

Ссылка подателя жалобы на то, что  ФССП России злоупотребило правом, заявив о пропуске срока исковой давности, подлежит отклонению. 

По правилам пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Между тем, неприменение истекшей и заявленной ответчиком исковой давности возможно лишь в порядке исключения и только в случае особых обстоятельств явного злоупотребления (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.11.2011 № 17912/09, от 24.05.2012 № 17802/11, от 24.09.2013 № 10715/12, от 26.02.2013 № 12913/12).

В данном случае из установленных судами обстоятельств и материалов дела не следует, что истец был лишен возможности своевременно обратиться в суд за защитой своих прав в результате каких-либо недобросовестных действий ФССП России.

В такой ситуации суды исходя из положений статьи 199 ГК РФ правомерно отказали истцу в удовлетворении иска в связи с пропуском срока исковой давности.

Отказывая Обществу в иске к Предприятию, суды обоснованно исходили из разъяснений, приведенных в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2019 № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации», где субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам названа Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 ГК РФ, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

Аналогичные разъяснения даны в пункте 81 Постановления № 50, в силу которых  иск о возмещении вреда, причиненного незаконными постановлением, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя, предъявляется к Российской Федерации, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств - ФССП России (пункт 3 статьи 125, статья 1071 ГК РФ, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

Поскольку Предприятие являлось ненадлежащим ответчиком по заявленному Обществом иску, суды правомерно отказали истцу в удовлетворении его требований за счет указанного ответчика.

Данные выводы судов Общество в кассационной жалобы не опровергает.

Таким образом, приводимые Обществом в кассационной жалобе доводы не свидетельствуют о нарушении судами норм материального и процессуального права, не содержат фактов, которые не проверены и не учтены ими при рассмотрении дела и имели бы значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на его обоснованность и законность, либо опровергали выводы судов.

Направленность доводов кассационной жалобы на оценку доказательств и установление иных фактических обстоятельств не может быть признана допустимой на стадии кассационного обжалования судебных актов в силу статьи 286, части 2 статьи 287 АПК РФ и пункта 32 Постановления № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», поскольку исследование доказательственной стороны спора к компетенции суда округа не относится.

Учитывая, что дело рассмотрено судами полно и всесторонне, нормы материального и процессуального права, являющиеся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, не нарушены,   суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 286, пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа                              

постановил:

решение Арбитражного суда Калининградской области от 09.01.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2025 по делу № А21-12091/2024 оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Птицефабрика Гурьевская» – без удовлетворения.

Председательствующий

Л.И. Корабухина

Судьи

Е.С. Васильева

С.В. Лущаев