ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ 

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001 E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-7418/2024

г. Вологда

03 марта 2025 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 февраля 2025 года. В полном объёме постановление изготовлено 03 марта 2025 года. 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Колтаковой Н.А., судей Зайцевой А.Я. и  

ФИО1, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Гавриловой А.А.,  

при участии от Прокуратуры Вологодской области представителя  

Иволги О.В. по доверенности от 09.07.2024, от открытого акционерного общества «Вологодский трест инженерно-строительных изысканий» представителя ФИО2 по доверенности от 30.01.2025,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Прокуратуры Вологодской области на решение Арбитражного суда Вологодской области от 18 ноября 2024 года по делу № А13-7418/2024,  

у с т а н о в и л:

заместитель прокурора Вологодской области (далее – Прокурор) обратился в Арбитражный суд Вологодской области с иском к Администрации Вашкинского муниципального округа Вологодской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 161250, Вологодская область, муниципальный округ Вашкинский, село Липин бор, улица Смирнова, дом 10, далее - Администрация), открытому акционерному обществу «Вологодский трест инженерно-строительных изысканий» (ОГРН 

<

***>,  

ИНН 

<

***>, адрес: 160014, 

<

...>, далее - Общество) о признании недействительными следующих дополнительных соглашений к муниципальному контракту от 28.02.2023 № 01303000282230000020001: дополнительное соглашение от 07.07.2023 № 1; дополнительное соглашение от 07.07.2023 № 2; дополнительное соглашение от 16.10.2023 № 3; дополнительное соглашение от 15.04.2024 № 4.  

Решением суда от 18.11.2024 в иске отказано. 

Прокуратура Вологодской области (далее – Прокуратура) с решением суда не согласилась и обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить.  

Прокуратура считает необоснованным вывод суда первой инстанции по дополнительным соглашениям № 1 и 2 о том, что стороны контракта не могли предвидеть включение в контракт дополнительных работ, не учтенных при формировании технического задания, а также изменение цены и сроков.  

Полагает, что стороны должны были знать требования законодательства к разработке проектно-сметной документации для строительства блочно-модульных газовых котельных, которые предусматривают разработку санитарно-защитной зоны. Соответствующие обстоятельства не возникли в ходе исполнения контракта, а существовали изначально, были известны при формировании закупки и должны были быть учтены в техническом задании.  

Относительно дополнительного соглашения № 3 Прокуратура указывает на безосновательное изменение предмета закупки, исключение целого раздела технического задания, исполнение которого предполагало наличие у участника закупки специалистов в информационных технологиях и соответствующую квалификацию, а его отсутствие указывает на возможность участия более широкого круга лиц – потенциальных участников закупки, у которых не имелось таких специалистов. При уменьшении объема работы стороны контракта обязаны уменьшить цену контракта, исходя из цены единицы работы. Однако цена контракта не уменьшена.  

Дополнительным соглашением № 4 стороны фактически изменили существенные условия о порядке и сроке оплаты работ, что является недопустимым и создает привилегии для отдельного юридического лица.  

Суд не дал оценку тому, что дополнительное соглашение № 4 заключено как за пределами срока выполнения работ, так и за пределами срока исполнения самого контракта. При этом в силу пункта 11.3 контракта срок его действия является пресекательным.  

Прокуратура считает оспариваемые соглашения ничтожными сделками. Принятие заказчиком решения об одностороннем отказе от исполнения муниципального контракта не придает ничтожной сделке юридическую силу. Факт неисполнения сторонами дополнительного соглашения № 4 не влияет на рассмотрение спора.  

Также Прокуратура отмечает, что обратилась в суд в защиту публично-правового образования Вашкинского муниципального округа, а также неопределенного круга лиц.  

Доводы апелляционной жалобы поддержаны представителем в судебном заседании.  

Общество в отзыве на апелляционную жалобу, а также его представитель в судебном заседании просят решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель Общества сообщил о смене наименования открытого акционерного общества «Вологодский трест инженерно-строительных изысканий» на акционерное общество «Вологодский трест инженерно-строительных изысканий».  

Апелляционным судом установлено, что изменение наименования подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц от 03.02.2025.  

Суд апелляционной инстанции в порядке статьи 124 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) принял изменение наименования открытого акционерного общества «Вологодский трест инженерно-строительных изысканий» на акционерное общество «Вологодский трест инженерно-строительных изысканий».  

Судебное заседание состоялось в соответствии со статьями 156, 266 

АПК РФ в отсутствие Администрации, надлежащим образом извещенной о времени и месте рассмотрения жалобы.  

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения жалобы.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 28.02.2023 Администрацией (заказчик) и Обществом (подрядчик) заключен муниципальный контракт № 0130300028223000002001 (далее - контракт) на разработку проектно-сметной документации для строительства блочно-модульных газовых котельных в селе Липин Бор Вашкинского района Вологодской области.  

В соответствии с пунктом 2.1 контракта цена контракта составляет 2 966 383 руб. 23 коп. При этом указано, что цена контракта является твердой, определена на весь срок исполнения контракта и включает в себя прибыль подрядчика, уплату налогов, сборов и других обязательных платежей и иных расходов подрядчика, связанных с выполнением обязательств по контракту.  

Согласно пункту 2.3 контракта оплата за выполненные работы производится единовременно в течение семи рабочих дней с даты подписания заказчиком документа о приемке, предусмотренного разделом 5 контракта, на основании выставленного подрядчиком счета-фактуры.  

Пунктом 3.1 контракта определены сроки выполнения работ - с момента заключения муниципального контракта по 31.07.2023. Срок исполнения контракта – 183 календарных дня с даты заключения контракта.  

В ходе исполнения контракта стороны установили, что в техническое задание не включены работы по разработке проекта санитарно-защитной зоны; по получению положительного экспертного заключения на проект санитарно-защитной зоны; получение санитарно-эпидемиологического заключения.  

Поскольку без данных видов работ выполнить работы по контракту невозможно, стороны 07.07.2023 заключили дополнительное соглашение № 1 к договору, которым в пункт 9 приложения 1 к контракту (техническое задание) включили следующие виды работ: по разработке проекта санитарно-защитной зоны; по получению положительного экспертного заключения на проект санитарно-защитной зоны; по получению санитарно-эпидемиологического заключения.  

В пункте 2 дополнительного соглашения № 1 стороны увеличили цену контракта до 3 216 306 руб. 23 коп.; в пункте 3 дополнительного соглашения – изложили график выполнения работ в новой редакции.  

В дополнительном соглашении от 31.07.2023 № 2 в связи с увеличением объема работ стороны продлили срок выполнения работ и срок исполнения контракта, изложив пункт 3.1 контракта в следующей редакции: «Срок выполнения работ - с момента заключения муниципального контракта по 30.11.2023. Срок исполнения контракта – 304 календарных дня с даты заключения контракта». График выполнения работ также изложен в новой редакции.  

В дополнительном соглашении от 16.10.2023 № 3 стороны изложили пункт 27 приложения 1 к контракту в следующей редакции: «Разработка цифровой информационной модели объекта не требуется. Предусмотреть информационную модель в объеме сметной документации в формате .xml.»  

Дополнительным соглашением от 15.04.2024 № 4, помимо прочего, внесены изменения в порядок оплаты выполненных работ, пункт 2.3 контракта изложен в следующей редакции: «2.3 порядок и срок оплаты заказчиком выполненной работы (ее результатов). Плата за выполненные работы производится в следующем порядке: заказчик производит предварительную оплату в размере 890 000 руб. после вступления в силу дополнительного соглашения № 4 к настоящему муниципальному контракту. Окончательный расчет по настоящему контракту производится заказчиком путем перечисления денежных средств на расчетный счет подрядчика в течение 7 рабочих дней с даты подписания заказчиком документа о приемке, предусмотренного разделом 5 контракта, на основании выставленного подрядчиком счета-фактуры».  

Полагая, что согласованное сторонами изменение существенных условий контракта противоречит нормам действующего законодательства, Прокурор обратился в арбитражный суд с настоящим иском.  

Суд первой инстанции в иске отказал. 

Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены судебного акта.  

Статьей 52 АПК РФ предусмотрено право прокурора обратиться в арбитражный суд с иском о признании недействительными сделок, совершенных органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных образований.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).  

В силу пункта 1 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.  

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 части 168 ГК РФ).  

В пункте 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) разъяснено, что применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.  

Из разъяснений, изложенных в пункте 18 Обзора судебной практики применения законодательства о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017 (далее - Обзор от 28.06.2017) следует, что муниципальный контракт, заключенный с нарушением требований Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон  

 № 44-ФЗ) и влекущий, в частности, нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а, следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным.  

Согласно пункту 75 Постановления № 25 посягающей на публичные интересы является, в том числе сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом.  

Пунктом 1 статьи 763 ГК РФ установлено, что подрядные работы, предназначенные для удовлетворения муниципальных нужд, осуществляются на основе муниципального контракта на выполнение подрядных работ для муниципальных нужд.  

В силу пункта 2 статьи 763 ГК РФ по муниципальному контракту подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их муниципальному заказчику, а муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату.  

В соответствии со статьей 768 ГК РФ к отношениям по муниципальным контрактам на выполнение подрядных работ для муниципальных нужд в части, не урегулированной настоящим Кодексом, применяется закон о подрядах для муниципальных нужд.  

В силу разъяснений, приведенных в пункте 9 Обзора от 28.06.2017 сохранение условий муниципальных контрактов в том виде, в котором они  

были изложены в извещении о проведении открытого аукциона в электронной форме и в документации об аукционе, невозможность ведения переговоров между заказчиками и участниками закупок и исполнение контракта на условиях, указанных в документации, направлены на обеспечение равенства участников размещения заказов, создание условий для свободной конкуренции, обеспечение в связи с этим эффективного использования средств бюджетов и внебюджетных источников финансирования, на предотвращение коррупции и других злоупотреблений в сфере размещения заказов с тем, чтобы исключить случаи обхода закона - искусственного ограничения конкуренции при проведении аукциона и последующего создания для его победителя более выгодных условий исполнения контракта.  

Согласно части 2 статьи 34 Закона № 44-ФЗ цена муниципального контракта является твердой, устанавливается на весь срок его исполнения и может быть изменена только дополнительным соглашением в прямо предусмотренных законом случаях, например, при увеличении предусмотренного контрактом объема работ не более чем на десять процентов, если документацией о закупке и контрактом предусмотрено такое увеличение.  

Пунктом 3 статьи 743 ГК РФ установлено, что подрядчик, обнаруживший в ходе строительства неучтенные в технической документации работы и в связи с этим необходимость проведения дополнительных работ и увеличение сметной стоимости строительства, обязан сообщить об этом заказчику и обосновать необходимость немедленных действий в интересах заказчика.  

В статье 95 Закона 44-ФЗ предусмотрены случаи допускающие внесение изменений в контракт, в частности, если по предложению заказчика увеличиваются предусмотренные контрактом количество товара, объем работы или услуги не более, чем на десять процентов или уменьшаются предусмотренные контрактом количество поставляемого товара, объем выполняемой работы или оказываемой услуги не более, чем на десять процентов. При этом по соглашению сторон допускается изменение с учетом положений бюджетного законодательства Российской Федерации цены контракта пропорционально дополнительному количеству товара, дополнительному объему работы или услуги исходя из установленной в контракте цены единицы товара, работы или услуги, но не более, чем на десять процентов цены контракта.  

Как подтверждается материалами дела, в ходе исполнения контракта стороны установили, что в техническое задание не включены работы по разработке проекта санитарно-защитной зоны; по получению положительного экспертного заключения на проект санитарно-защитной зоны; получение санитарно-эпидемиологического заключения.  

Суд первой инстанции отметил, что в судебном заседании представитель истца подтвердил, что без проведения этих работ исполнение контракта невозможно.  

С учетом изложенного суд пришел к обоснованному мнению о том, что включение в контракт дополнительных работ, не учтенных при формировании технического задания, а также изменение цены контракта и сроков его  

исполнения вызваны объективными причинами, которые стороны контракта не могли предвидеть.  

Судом первой инстанции не приняты доводы истца о том, что заказчик на стадии составления технического задания имел возможность предусмотреть все работы и возникшие обстоятельства не могут считаться независящими ни от одной из сторон.  

В отношении замены одного вида работ на другой в дополнительном соглашении № 3 судом первой инстанции отмечено, что фактически, как до заключения спорного дополнительного соглашения, так и после его заключения предусмотрена разработка информационной модели, изменены лишь форматы разработки такой модели. Относительно того обстоятельства, что стороны изменив вид работ не изменили цену, суд отметил, что оно не имеет правового значения для настоящего спора.  

Суд первой инстанции установил, что дополнительное соглашение № 4, предусматривавшее авансирование, сторонами не исполнено, поэтому в рассматриваемой ситуации реституция применена быть не может. С учетом этого суд пришел к выводу о том, что признание недействительным дополнительного соглашения, которое фактически не исполнялось не приведет к восстановлению чьих-либо прав. Также суд принял во внимание, что данное дополнительное соглашение расторгнуто.  

На основании изложенного суд первой инстанции отказал в исковых требованиях.  

Правовых причин не согласиться с выводами суда первой инстанции у апелляционной инстанции не имеется.  

Представитель Общества пояснил апелляционному суду, что при заключении контракта Общество добросовестно полагало, что санитарно-защитные зоны уже созданы. Отсутствие санитарно-защитных зон было установлено при исполнении контракта.  

Относительно замены одного вида работ на другой в дополнительном соглашении № 3 представитель Общества сообщил апелляционному суду, что форматы разработки информационной модели (пункт 27 технического задания) были изменены в связи с тем, что у заказчика не оказалось технической возможности открыть результат работ (цифровую модель), поскольку отсутствует соответствующая программа. При этом не имеется также компьютерной техники, позволяющей установить такую программу. Данное обстоятельство не могло быть известно подрядчику.  

Апелляционный суд отмечает, что утверждение Прокуратуры в апелляционной жалобе о том, что пункт 27 технического задания предусматривал требование о наличии у участника закупки специалистов в информационных технологиях, а при заключении дополнительного соглашения № 3 такая необходимость отпала, не соответствует действительности. Из содержания и буквального толкования пункта 27 технического задания следует, что оно не содержит требования о наличии у участника закупки специалистов в информационных технологиях. Соответственно, заключением дополнительного соглашения № 3 права иных потенциальных участников закупки не могли быть ограничены. Кроме того, при наличии требования в привлечении специалистов  

в информационных технологиях такие специалисты могут быть привлечены со стороны, например, по договорам оказания услуг, или любым иным, предусмотренным законом способом.  

Апелляционный суд полагает, что при вынесении обжалуемого решения судом были учтены все доводы, приведенные истцом в исковом заявлении.  

Прокуратура в жалобе указывает на несогласие с мнением суда о том, что при расторжении контракта основания для признания недействительными дополнительных соглашений отсутствуют.  

Такое утверждение Прокуратуры является верным. Однако решение суда первой инстанции не содержит выводов об отсутствии оснований для признания дополнительных соглашений недействительными по причине расторжения контракта. Судом лишь указано на то, что данное обстоятельство принимается во внимание.  

Фактически доводы подателя жалобы направлены на переоценку установленных по делу судом первой инстанции обстоятельств, доказательств и иные выводы, правовые основания для которых у апелляционного суда отсутствуют.  

Выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, обстоятельствам дела, нормы материального права применены судом правильно.  

Ввиду изложенного апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации Прокуратура освобождена от уплаты государственной пошлины, поэтому госпошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в федеральный бюджет не взыскивается.  

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд  

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда Вологодской области от 18 ноября 2024 года по делу № А13-7418/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу прокуратуры Вологодской области – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд 

Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.  

Председательствующий Н.А. Колтакова  

Судьи А.Я. Зайцева 

О.Б. Ралько