АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень Дело № А46-12243/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 22 декабря 2025 года. Постановление изготовлено в полном объёме 24 декабря 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Мельника С.А.,

судей Куклевой Е.А.,

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания с использованием системы веб-конференции помощником судьи Ибраевой Ю.Р. рассмотрел кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Рем-Строй-Сервис» ФИО2 на определение от 11.12.2024 Арбитражного суда Омской области (судья Самович Е.А.) и постановление от 13.05.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Целых М.П., Аристова Е.В., Брежнева О.Ю.) по делу № А46-12243/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Рем-Строй-Сервис» (644010, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), принятые по заявлению конкурсного управляющего к ФИО3 (город Омск), обществу с ограниченной ответственностью «Центр Поддержки Строителей» 644073, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО4 (Омская область, рабочий посёлок Любинский), ФИО5 (город Омск), ФИО6 (город Омск), ФИО7 (Омская область, Любинский район, село Новоархангелка), ФИО8 (город Омск), ФИО9 (Омская область, Омский район, село Троицкое), и ФИО10 (город Омск) о привлечении к субсидиарной ответственности.

Путём использования системы веб-конференции в заседании участвовали: ФИО10, представители: ФИО4 ФИО11 по доверенности от 25.09.2023 № 55 АА 3153083 и общества с ограниченной ответственностью «Мир Печати» ФИО12 по доверенности от 26.09.2025.

Суд установил:

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Рем-Строй-Сервис» (далее - общество, должник) конкурсный управляющий ФИО2 (далее – управляющий) 07.08.2023 обратился в Арбитражный суд Омской области с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО13, общества с ограниченной ответственностью «Центр Поддержки Строителей» (далее - центр), ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением суда от 23.09.2024 произведена замена ФИО13 его процессуальными правопреемниками (наследниками): ФИО9 и ФИО10 в пределах наследственной массы.

Определением суда от 11.12.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 13.05.2025, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества; производство по заявлению в указанной части приостановлено до окончания расчётов с кредиторами; в удовлетворении остальной части заявления отказано.

В кассационной жалобе управляющий просит определение арбитражного суда от 11.12.2024, и постановление апелляционного суда от 13.05.2025 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления в полном объёме.

По мнению заявителя жалобы, инициатором спора в материалы дела представлены доказательства, достаточные для подтверждения разумных сомнений в добросовестности ответчиков, отрицавших своё отношение к доведению должника до банкротства; описана схема вывода имущества общества в пользу центра и аффилированной с ним группы лиц; судами ошибочно не сделан вывод о согласованности действий ответчиков по созданию видимости неисполнения обязательства общества перед центром, следствием которых явилась невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Управляющий полагает, что судами неверно распределено бремя доказывания обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора; немотивированно отказано в привлечении к ответственности наследников ФИО13 (единственного участника общества, не препятствовавшего выводу имущества должника).

В судебном заседании ФИО10 и представитель ФИО4 выразили согласие с выводами судов первой и апелляционной инстанций.

Представитель конкурсного кредитора – общества с ограниченной ответственностью «Мир печати» поддержал позицию управляющего.

Изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 274, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не нашёл

оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела, общество создано двумя учредителями - ФИО13 и ФИО3 с долей участия каждого из них в уставном капитале по 50 % и зарегистрировано в качестве юридического лица 24.02.2004; директором общества являлся ФИО3

Тем самым названные граждане подпадают под предусмотренные пунктами 1 и 4 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) признаки контролирующих должника лиц.

Определением суда от 17.07.2020 принято заявление о признании общества несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 05.02.2021 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, управляющий указал на противоправные действия контролирующих должника лиц (в том числе, не имеющих формально-юридической связи с обществом), повлёкшие банкротство должника.

Признавая доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности бывшего руководителя общества, суды исходили из неопровержения им презумпции, предусмотренной подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и доказанности причинно-следственной связи между негативно-правовым бездействием ФИО3 и невозможностью выявления утраченных активов должника.

Доводов, касающихся привлечения ФИО3 к ответственности, кассационная жалоба управляющего не содержит.

Отказывая в удовлетворении заявления в остальной части, суд первой инстанции, выводы которого поддержал апелляционный суд, указал на недоказанность совершения вторым участником общества каких-либо противоправных действий, повлёкших ухудшение финансового положения должника, либо получения им выгоды вследствие выбытия активов в пользу центра; счёл отсутствующим у остальных ответчиков статус контролирующих общество лиц.

Суд кассационной инстанции считает, что судами приняты правильные судебные акты.

В настоящее время отношения, складывающиеся в связи с ответственностью контролирующих лиц при банкротстве, урегулированы положениями главы III.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о субсидиарной ответственности, поданных с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Закона).

При этом если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующих должника лиц к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника в редакции, действовавшей до вступления в силу этого Закона.

В обоснование заявленных требований управляющим указано на следующие обстоятельства:

- предоставление центром обществу денежных средств в общей сумме 6 000 000 руб. на основании договора займа от 17.04.2014 (далее – договор займа),

- обеспечение заёмных обязательств должника залогом принадлежавших ему двух нежилых помещений и поручительством физических лиц, в том числе ФИО3,

- взыскание задолженности по договору займа в судебном порядке и обращение взыскания на предмет залога (решение (заочное) от 27.08.2015 Первомайского районного суда города Омска по делу № 2-4857/2015),

- последующее оставление взыскателем за собой нереализованного на торгах имущества (постановление судебного пристава-исполнителя от 27.02.2019, акт передачи от 28.01.2019) и регистрация права собственности центра на нежилые помещения (28.03.2019),

- отчуждение спорных нежилых помещений по совокупной цене 1 000 000 руб. (договоры купли-продажи с обществом с ограниченной ответственностью «Норма» от 20.05.2019 № 1 и № 2).

Приведённые обстоятельства, по мнению управляющего, указывают на извлечение центром и аффилированными с ним лицами выгоды из незаконного поведения бывшего руководителя должника, заключившего от имени последнего мнимый договор займа с целью вывода ликвидного имущества.

Соответственно, требования о привлечении к субсидиарной ответственности предъявлены (помимо центра): ФИО8 (его директор до 27.05.2016 и участник до 29.08.2016), ФИО7 (директор с 27.05.2016 до 20.02.2019 и участник с 25.07.2016 до 14.03.2019), ФИО6 (директор с 20.02.2019 до 13.01.2021 и участник с 20.02.2019), ФИО14 (директор и участник с 13.01.2021), ФИО4 (представитель центра, занимавшийся оформлением имущества).

Применительно к обстоятельствам настоящего спора вменяемые ответчикам действия совершены, в том числе до 01.07.2017; тем самым применению к данным действиям подлежат нормы материального права, содержащиеся в статье 10 Закона о банкротстве (в ранее действовавшей редакции).

Вместе с тем, учитывая тот факт, что предусмотренное статьёй 10 Закона о банкротстве такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьёй 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного

погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», значительный объём разъяснений норм материального права, изложенных в Постановление № 53, может быть применён и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

При этом как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощён законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если, в частности, в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Закона, причинён вред имущественным правам кредиторов. Аналогичные правила в настоящее время закреплены в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В настоящем деле какая-либо формально-юридическая связь между обществом с одной стороны и центром, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО8 – с другой, судами не установлена.

Безусловно, само по себе данное обстоятельство не создаёт неустранимых препятствий в признании ответчиков контролирующими должника лицами.

Так, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020, осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлечённости лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Тем самым отсутствие у названных ответчиков полномочий руководителя или участника должника не исключает возможности признания их контролирующими

должника лицами при доказанности обстоятельств деятельности общества под контролем данных лиц, в их воле и в их интересах.

Вместе с тем основанные на приведённых обстоятельствах доводы управляющего получили надлежащую оценку судов и правомерно отклонены ими.

Судами, в частности, указали на то, что:

договор займа носил реальный характер (денежные средства перечислены центром на расчётный счёт общества платёжными поручениями),

решение суда общей юрисдикции о взыскании долга и об обращении взыскания на недвижимое имущество вступило в законную силу, преодоление которой недопустимо,

торги (первичные и повторные) по продаже нежилых помещений осуществлялись службой судебных приставов,

нереализованное на торгах недвижимое имущество передано взыскателю – центру в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 87 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».

Таким образом, исходя из публичного, обладающего свойством достоверности, характера определения рыночной стоимости недвижимого имущества и вынужденного, по сути, приобретения центром титула его собственника, основания для признания факта причинения должнику вреда действиями ответчиков отсутствуют.

Доводы управляющего о необходимости привлечения к ответственности (в пределах наследственной массы) наследников участника общества ФИО13 также подлежат отклонению в связи с отсутствием в материалах дела доказательств совершения последним каких-либо действий, которые в своей перспективе могли бы повлечь банкротство должника.

Напротив, имеющиеся в деле медицинские документы (выписки из медицинской карты стационарного больного, эпикриз выпускной, справка об инвалидности (том 3, листы дела 4 – 17)) подтверждают возражения ответчиков о тяжёлом заболевании ФИО13, неоднократном длительном его нахождении на стационарном лечении и, как следствие, неоказании им существенного влияния на хозяйственную деятельность общества.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, выражают несогласие её заявителя с выводами судов об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судами положений законодательства об ответственности контролирующих должника лиц и подлежат отклонению.

Определением суда округа от 22.10.2024 управляющему предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины; в связи с окончанием кассационного производства государственная пошлина в размере 50 000 руб. подлежит взысканию с общества (из конкурсной массы) в доход федерального бюджета.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 11.12.2024 Арбитражного суда Омской области и постановление от 13.05.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А46-12243/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Рем-Строй-Сервис» ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Рем-Строй-Сервис» в доход федерального бюджета 50 000 руб. государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий С.А. Мельник

Судьи Е.А. Куклева

ФИО1