АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

620075 г. Екатеринбург, ул. Шарташская, д.4,

www.ekaterinburg.arbitr.ru   e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А60-10600/2020

14 августа 2020 года

г. Екатеринбург

 

Резолютивная часть решения объявлена 12 августа 2020 года

Полный текст решения изготовлен 14 августа 2020 года

Арбитражный суд Свердловской области  в  составе судьи  М.Г.Усовой, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел дело №А60-10600/2020 

по  иску Свердловского Управления Федеральной Антимонопольной службы Российской Федерации (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к Муниципальному автономному учреждению "Городская клиническая больница № 14"; обществу с ограниченной ответственностью "СЕРВИС РИТУАЛ" (ИНН 

<

***>; 6661102274, ОГРН 

<

***>; 1036603982480) о признании недействительным договора на оказание услуг, 

при участии в судебном заседании

от истца: ФИО2, представитель по доверенности  №184 от 27.02.2020, 

от ответчика  ГКБ №14: ФИО3, представитель по доверенности  06/2020 от  25.06.2020, ФИО4, представитель по доверенности №4/2020 от 20.03.2020;

от ООО «СЕРВИС РИТУАЛ": не явился, уведомлен

Лица, участвующие в деле, о времени  и месте рассмотрения заявления извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда.

Лицам, участвующим в деле, процессуальные права и обязанности разъяснены. Отводов суду, ходатайств не заявлено.

Истец  Свердловское Управление Федеральной Антимонопольной службы Российской Федерации  обратился  в  суд с   иском  к  ответчикам МАУ "Городская клиническая больница № 14", обществу с ООО "СЕРВИС РИТУАЛ" о признании недействительным договора на оказание услуг по перевозке тел умерших от 29.11.2019. Истец полагает, что  медицинское учреждение не вправе поручать перевозку умерших в морг сторонним организациям, обязанность медицинской организации осуществлять перевозку тел умерших исключительно своими силами и средствами без привлечения сторонних организаций, действия учреждения по заключению контракта на оказание транспортных услуг по перевозке тел умерших с хозяйствующим субъектом в истец считает  нарушением части 3 статьи 15 Закона о защите конкуренции.  Кроме того, Антимонопольным органом сделан вывод о том, что фактически указанный договор заключен с целью получения ООО «СЕРВИС РИТУАЛ» персональных данных умерших в виде информации о родственниках умерших, их адресах и телефонах.

Определением суда от  12.03.2020г. исковое  заявление  принято к производству,  назначено предварительное  судебное  заседание на 28.04.2020г.

В предварительном  судебном  заседании истец  требования поддержал.

Ответчик МАУ "Городская клиническая больница № 14" представил письменный отзыв  на иск,  исковые требования  считает необоснованными, ссылаясь на то, что нормы права не предполагают обязанности медицинских организаций осуществлять перевозку тел умерших исключительно своими силами и средствами без привлечения сторонних организаций.

Определением  суда от 26 июня 2020 года суд признал дело подготовленным к судебному разбирательству, предварительное  судебное  заседание назначено  на  13.07.2020.

В   судебном заседании представители  истца требования  поддержали.

Представители   ответчика МАУ "Городская клиническая больница № 14" доводы,    изложенные  в письменном отзыве,  поддержали, по  существу  заваленных исковых требований    возражают. 

ООО «СЕРВИС РИТУАЛ» (ответчик-2) явку представителя в судебное заседание не обеспечил, отзыв на иск не представил.

Определением суда от  13.07.2020г. судебное разбирательство отложено на 12.08.2020г. на основании ч. 5 ст. 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании истец исковые требования поддержал, представил возражения на отзыв ответчика.

Ответчик возражает по доводам, изложенным в отзыве на иск.

Рассмотрев материалы дела, суд 

УСТАНОВИЛ:

Между МАУ «ГКБ № 14» (заказчик) и ООО «Сервис Ритуал  (исполнитель) заключен договор на оказание услуг по перевозке тел умерших от 29.11.2019г.  по результатам проведения запроса котировок в электронной форме (извещение № 31908486966), в соответствии с условиями которого исполнитель обязуется оказать услуги по перевозке тел умерших, а заказчик обязуется принять и оплатить услуги.

Согласно пункту 1.3 договора услуги оказываются в соответствии с технической спецификацией (приложение № 1 к договору), которая является неотъемлемой частью договора.

Наименование и объем оказываемых услуг: перевозка тел умерших: - из отделений больницы в морг МАУ «ГКБ № 14»; из морга МАУ «ГКБ № 14» в Свердловской областное бюро судебно-медицинской экспертизы (п. 1 Технической спецификации).

Место оказания услуг: МАУ «ГКБ № 14 

<

...> (хирургическое отделение), ул. 22-го Партсъезда, 15а (патологоанатомичское отделение).

Заключенный между МАУ «ГКБ № 14»  и ООО «Сервис Ритуал  договор на момент рассмотрения дела исполнялся сторонами.

Согласно п. 6 Технической спецификации к договору перевозка тел умерших осуществляется круглосуточно специализированным автотранспортом, с выполнением погрузочно-разгрузочных работ. Исполнитель обязан организовать круглосуточную транспортировку тел умерших из отделений в морг (из морга в бюро судебно-медицинской экспертизы) после получения заявки ЛПУ.

Свердловское УФАС России в соответствии  со ст. 25 Закона о защите конкуренции, получив заявление ООО «УПК» от 06.12.2019г. о нарушении Комиссией МАУ «ГКБ № 14» антимонопольного законодательства при проведении запроса котировок в электронной форме (извещение № 31908486966) на оказание услуг по перевозке тел умерших проверило предоставленную ответчиком информацию о проведении запроса котировок в электронной форме и  установило, что проведение запроса котировок в электронной форме (извещение № 31908486966) на оказание услуг по перевозке тел умерших, а далее заключение договора № 31908486966 от 29.11.2019г.  является нарушением ч. 3 ст. 15 Закона о защите конкуренции.

Свердловское УФАС России обратилось в суд с иском о признании  недействительным договора на оказание услуг по перевозке тел умерших от 29.11.2019г., ссылаясь на то, что  транспортировка тел умерших в морги относится к государственной функции и не может осуществляться коммерческими организациями. При отсутствии у медицинской организации возможности осуществления непосредственной перевозки трупов своими силами и средствами допускается привлечение сторонних организаций в порядке и с соблюдением ограничений, установленных действующим законодательством, в том числе в отношении персональных данных  вследствие чего, заключение с хозяйствующим субъектом контракта, предусматривающего оказание услуг по доставке тел умерших из  подразделений МАУ «ГКБ № 14» в патологоанатомическое отделение " является незаконным. Антимонопольный орган также указал, что оказание услуг по перевозке тел умерших является государственной функцией и не может входить в товарный рынок оказания ритуальных услуг, однако участие хозяйствующего субъекта в оказании таких услуг влияет на состояние конкурентной среды на товарном рынке оказания ритуальных услуг, поскольку: такой хозяйствующий субъект получает преимущества от оказания государственной функции, которых лишены все иные участники рынка ритуальных услуг - конкуренты нарушителя, хозяйствующий субъект - участник соглашения получает информацию о факте смерти, месте нахождения тела, данных об умершем, которая дает ему преимущества при осуществлении хозяйственной деятельности на рынке оказания всего спектра ритуальных услуг.

Рассмотрев  заявление Свердловского УФАС России о признании недействительным договора на оказание услуг по перевозке тел умерших от 29.11.2019г.,  суд не находит  оснований для его удовлетворения по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 123 Конституции Российской Федерации, статьями 7, 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равенства сторон. В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений.

Закон о защите конкуренции распространяется на отношения, которые связаны с защитой конкуренции, в том числе с предупреждением и пресечением монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции, и в которых участвуют российские юридические лица (частью 1 статьи 3 Закона о защите конкуренции).

Согласно пунктам 7, 9 статьи 4 Закона о защите конкуренции, конкуренция - это соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке; недобросовестная конкуренция - любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам - конкурентам.

Под признаками ограничения конкуренции понимаются сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке, а также установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких услуг требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством Российской Федерации (пункт 17 статьи 4 Закона о защите конкуренции).

Перечень недопустимых в соответствии с антимонопольным законодательством соглашений содержится в статье 11 Закона о защите конкуренции.

Так, пунктом 1 части 4 указанной статьи установлен запрет на иные соглашения между хозяйствующими субъектами (за исключением "вертикальных" соглашений, которые признаются допустимыми в соответствии со статьей 12 Закона о защите конкуренции), если установлено, что такие соглашения приводят или могут привести к ограничению конкуренции. К таким соглашениям могут быть отнесены, в частности, соглашения о навязывании контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора (необоснованные требования о передаче финансовых средств, иного имущества, в том числе имущественных прав, а также согласие заключить договор при условии внесения в него положений относительно товаров, в которых контрагент не заинтересован, и другие требования).

Правовая конструкция пункта 1 части 4 статьи 11 Закона о защите конкуренции не предусматривает в качестве обязательного и единственного признака данного правонарушения такое последствие, как недопущение, ограничение, устранение конкуренции.

Для квалификации действий хозяйствующих субъектов как антиконкурентного соглашения необходимо доказать, что заключение соглашения между хозяйствующими субъектами привело или может привести к ограничению конкуренции, установить причинно-следственную связь между заключением соглашения о сотрудничестве между хозяйствующими субъектами на товарном рынке и наступлением (либо возможности наступления) отрицательных последствий в виде навязывания контрагенту условий договора, невыгодных для него, или не относящихся к предмету договора; а также к созданию другим хозяйствующим субъектам препятствий доступу на товарный рынок.

Общество по заявке учреждения здравоохранения осуществляет транспортировку тел из отделения больницы в патологоанатомическое отделение той же больницы, то есть обеспечивает внутренне перемещение тел умерших между отделениями одного учреждения здравоохранения.

В соответствии с Межгосударственным стандартом. Услуги бытовые. Услуги ритуальные. Термины и определения. ГОСТ 32609-2014" (введен в действие приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 11.06.2014 N 551-ст) к основным видам ритуальных услуг отнесены транспортирование останков и праха умерших или погибших, включающее перевозку тел, останков умерших или погибших в места проведения патологоанатомического вскрытия - судебно-медицинской экспертизы и предпохоронного содержания, катафальные перевозки и погрузочно-разгрузочные работы, перевозка тел в другие города или государства (пункт 2.3.9).

        Согласно пункту 2.14.1 "ГОСТ 32609-2014. Межгосударственный стандарт. Услуги бытовые. Услуги ритуальные. Термины и определения" (введен в действие Приказом Росстандарта от 11.06.2014 N 551-ст) под эвакуацией останков умерших или погибших понимается транспортирование останков умерших или погибших от места смерти, гибели или обнаружения к местам вскрытия и хранения.

         В соответствии с пунктом 2.3.9 указанного ГОСТа транспортирование останков и праха умерших или погибших, а именно перевозка тел, останков умерших или погибших в места проведения патологоанатомического вскрытия - судебно-медицинской экспертизы и предпохоронного содержания, катафальные перевозки и погрузочно-разгрузочные работы, перевозка тел в другие города или государства, относится к основным видам ритуальных услуг наряду с другими услугами, перечисленными в пункте 2.3 ГОСТ 32609-2014.

          В соответствии с частями 1, 2 статьи 67 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Закон N 323-ФЗ) патолого-анатомические вскрытия проводятся врачами соответствующей специальности в целях получения данных о причине смерти человека и диагнозе заболевания. Порядок проведения патолого-анатомических вскрытий определяется уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

         Согласно пунктам 4, 5, 6 Порядка N 354н направление тел умерших, а также мертворожденных, на патолого-анатомическое вскрытие, если отсутствуют обстоятельства, препятствующие проведению патолого-анатомического вскрытия, осуществляется после констатации биологической смерти человека медицинским работником медицинской организации или выездной бригады скорой медицинской помощи в порядке, установленном Правилами определения момента смерти человека, в том числе критериями и процедурой установления смерти человека, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 20.09.2012 N 950. Направление на патолого-анатомическое вскрытие тел умерших в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях, организует заведующий отделением медицинской организации, в котором находился пациент на момент наступления смерти, а в случае его отсутствия - дежурный врач. В случае наступления смерти вне медицинской организации направление на патолого-анатомическое вскрытие тел умерших организует врач (фельдшер) медицинской организации, в которой умерший получал первичную медико-санитарную помощь, либо медицинской организации, осуществляющей медицинское обслуживание территории, где констатирована смерть.

       Из анализа пунктов 4, 5, 6 Порядка N 354н следует, что на медицинском учреждении лежит обязанность организовать транспортировку тел умерших, что не свидетельствует об обязанности Учреждения оказывать услуги по доставке тел умерших в патологоанатомическое отделение исключительно своими силами.

В судебном заседании ответчик пояснил, что у Медицинского учреждения отсутствует возможность организовывать перевозку тел умерших своими силами. Обратного истцом в порядке ст. 65 АПК РФ не доказано.

Поскольку предметом договора является предоставление транспортных услуг специализированным автотранспортом по перевозке тел умерших в морг, данная услуга (в связи с недоказанностью иного) является услугой на конкурентном рынке ритуальных услуг, а не государственной функцией, может быть оказана любым хозяйствующим субъектом, занимающимся деятельностью в указанной сфере, на конкурентной основе. В связи с этим заключение данного договора не образует нарушение запрета, установленного Законом о защите конкуренции.

Факт заключения указанного договора сам по себе не свидетельствует о получении обществом доступа к закрытой информации. Так, из содержания договора не следует, что перевозчик при транспортировке тел умерших  одновременно осуществляет доставку из отделений больницы историй болезни, иных документов, содержащих персональные данные умерших.

Ни в заключенном контракте, ни в условиях аукционной документации не содержится информации о передаче каких-либо дополнительных документов, раскрывающих персональные данные умершего и место жительства его родственников (в том числе медицинских карточек пациентов).

В ходе  рассмотрения дела установлено, что передача историй болезни производится только сотрудником отделения больницы непосредственно сотруднику морга.

В материалы дела представлены пояснения МАУ «ГКБ № 14», данные при рассмотрении дела, из которых следует, что все сведения передаются в запечатанном конверте вместе с телом в патологоанатомическое бюро.

Необходимо отметить, что факт передачи сведений в запечатанном конверте исключает распространение персональных данных.

Указанное  согласуется с правовым подходом, сформулированным в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 04 июля 2016 N 301-КГ16-4161.

Кроме того, в соответствии с частями 1, 2 статьи 13 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, составляют врачебную тайну. Не допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, в том числе после смерти человека, лицами, которым они стали известны при обучении, исполнении трудовых, должностных, служебных и иных обязанностей, за исключением случаев, установленных частями 3 и 4 настоящей статьи.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 09.06.2015 N 1275-О по жалобе ФИО5 на нарушение его конституционных прав статьей 13 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", разъяснил, что медицинская информация, непосредственно касающаяся не самого гражданина, а его умерших близких (родственника, супруга и т.д.), как связанная с памятью о дорогих ему людях, может представлять для него не меньшую важность, чем сведения о нем самом, а потому отказ в ее получении, особенно в тех случаях, когда наличие такой информации помогло бы внести ясность в обстоятельства их смерти, существенно затрагивает его права - как имущественные, так и личные неимущественные. В то же время подобная информация является конфиденциальной и составляет медицинскую тайну не только при жизни лица, но и после его смерти. Исходя из приведенных конституционных положений в их неразрывной взаимосвязи и учитывая, что гарантии защиты чести и достоинства умершего и доброй памяти о нем не могут быть исключены из сферы общего (публичного) интереса в государстве, где человек, его права и свободы являются высшей ценностью, введение законодателем ограничений на предоставление медицинских сведений в отношении умершего гражданина третьим лицам само по себе отвечает этим конституционным положениям.

В силу статьи 7 Федерального закона от 27.07.2006 N 152-ФЗ "О персональных данных" операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным, обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, доводы УФАС по Свердловской области о том, что действующий порядок перевозки тел умерших предполагает доступ перевозчика (исполнителя по договору) к персональным данным умершего не основаны на положениях действующего законодательства и не подтверждаются фактическими обстоятельствами дела.

Довод представителя антимонопольного органа в судебном заседании о возможности вскрытия исполнителем данного конверта при оказании услуг по доставке тела основан на предположениях, документально не подтвержден, в связи с чем, подлежит отклонению.

Учитывая, что действующим законодательством на МАУ «ГКБ № 14»  возложена обязанность по организации перевозки тел умерших в морг, а также  учитывая, что у больницы отсутствует возможность осуществлять перевозки своими силами, Учреждение обоснованно выявив наличие муниципальной нужды приняло решение об определении поставщика услуг по итогам проведения запроса котировок в электронной форме.

По результатам проведения запроса котировок, проведенного в соответствии с положениями действующего законодательства, МАУ «ГКБ № 14»  заключило договор с ООО «Сервис-Ритуал», стоимость услуг которого в соответствии с котировочной документацией составила 0 руб. 50 коп.

Доводы истца о необоснованно низкой цене заключенного контракта, что, по мнению истца является только способом для доступа к персональным данным является несостоятельным.

В соответствии с частью 1 статьи 2 Федерального закона N 223-ФЗ при закупке товаров, работ, услуг заказчики руководствуются Конституцией Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации, названным Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также принятыми в соответствии с ними и утвержденными с учетом положений части 3 указанной статьи правовыми актами, регламентирующими правила закупки (положение о закупке).

В пункте 3 части 10 статьи 4 Федерального закона N 223-ФЗ предусмотрено, что в документации о закупке должны быть указаны сведения, определенные положением о закупке, в том числе требования к описанию участниками закупки поставляемого товара, который является предметом закупки, его функциональных характеристик (потребительских свойств), его количественных и качественных характеристик, требования к описанию участниками закупки выполняемой работы, оказываемой услуги, которые являются предметом закупки, их количественных и качественных характеристик.

В документации о закупке также должны быть установлены требования к участникам закупки и перечень документов, представляемых участниками закупки для подтверждения их соответствия установленным требованиям, критерии оценки и сопоставления заявок на участие в закупке, а также порядок оценки и сопоставления заявок на участие в закупке (пункты 9, 12, 13 части 10 статьи 4 Федерального закона N 223-ФЗ).

06.11.2019г. МАУ «ГКБ № 14»  размещен запрос котировок в электронной форме (извещение № 31908486966)  на оказание услуг по перевозке тел умерших для МАУ «ГКБ № 14» на официальном сайте Единой информационной системы в сфере закупок  (www.zakupki.gov.ru)  и на «Единой электронной торговой площадке Росельторг» (https://com.roseltorg.ru)

Согласно сведений, направленных оператором электронной площадки после окончания срока подачи заявок подано 3 заявки, победителем признано ООО «Сервис Ритуал» с предложением 0 руб. 50 коп.

        Ответчик не мог повлиять на представленные участниками документы, в том числе в части наличия информации о ценовом предложении, учитывая, что порядком проведения  запроса котировок определена подача ценовых предложений участниками закупки оператору электронной площадки.

Запрос котировок проведен в соответствии с федеральным законом от 18.07.2011г. № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц».

Нарушений при проведении закупок не установлено.

При таких обстоятельствах дела требование истца о при признании недействительным договора на оказание услуг по перевозке тел умерших от 29.11.2019г.,  является необоснованным и удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1.В удовлетворении  иска УПРАВЛЕНИЮ ФЕДЕРАЛЬНОЙ АНТИМОНОПОЛЬНОЙ СЛУЖБЫ ПО СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ отказать.

2. Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

3. Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://ekaterinburg.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.

4. В соответствии с ч. 3 ст. 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.

С информацией о дате и времени выдачи исполнительного листа канцелярией суда можно ознакомиться в сервисе «Картотека арбитражных дел» в карточке дела в документе «Дополнение». 

По заявлению взыскателя дата выдачи исполнительного листа (копии судебного акта) может быть определена (изменена) в соответствующем заявлении, в том числе посредством внесения соответствующей информации через сервис «Горячая линия по вопросам выдачи копий судебных актов и исполнительных листов» на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» либо по телефону Горячей линии (343) 371-42-50.

В случае неполучения  взыскателем исполнительного листа в здании суда в назначенную дату, исполнительный лист не позднее следующего рабочего дня будет направлен по юридическому адресу взыскателя заказным письмом с уведомлением о вручении. 

В случае если до вступления судебного акта в законную силу поступит апелляционная жалоба, (за исключением дел, рассматриваемых в порядке упрощенного производства) исполнительный лист выдается только после вступления судебного акта в законную силу. В этом случае дополнительная информация о дате и времени выдачи исполнительного листа будет размещена в карточке дела «Дополнение». 

Судья                                                          М.Г. Усова