АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАЛУЖСКОЙ ОБЛАСТИ

248016, г. Калуга, ул. Ленина, д. 90; тел: (4842) 505-902, 8-800-100-23-53; факс: (4842) 505-957, 599-457; 

http://kaluga.arbitr.ru; е-mail: kaluga.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

 

Дело №А23-7897/2018

15 апреля 2021 года

г. Калуга

Резолютивная часть решения объявлена 08 апреля 2021 года. 

Полный текст решения изготовлен 15 апреля 2021 года. 

Арбитражный суд Калужской области в составе судьи Ивановой Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1 (до перерыва) и секретарем судебного заседания (ФИО2 (после перерыва), 

по иску общества с ограниченной ответственностью «Акрос», 248033, 

<

...>, в лице его законного представителя ФИО3, г. Калуга,

к ФИО4, г. Калуга,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Детали Электронных Приборов», 248033, 

<

...>, временного управляющего ФИО5, временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Акрос» ФИО6, 

о взыскании 521 127 руб. 41 коп.,

при участии в судебном заседании:

от ООО «Акрос» – представителя ФИО7 по доверенности от 11.01.2021 сроком до 31.12.2021,

ФИО3 по паспорту,

от ответчика - представителя ФИО8 по доверенности от 14.01.2020 сроком действия 1 год, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратился в Арбитражный суд Калужской области с иском к ФИО4 о взыскании 521 127 руб. 41 коп., в т.ч. убытки, причиненные юридическому лицу в размере 521 127 руб. 41 коп.

Определением от 01.02.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено общество с ограниченной ответственностью «Акрос».

Протокольным определением от 11.04.2019 суд с учетом разъяснений, изложенных в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», изменил процессуальный статус общества с ограниченной ответственностью «Акрос» с третьего лица на истца, а ФИО3 на законного представителя общества с ограниченной ответственностью «Акрос».

Определением от 29.05.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Детали Электронных Приборов».

Определением Арбитражного суда Калужской области от 27.11.2019 производство по делу №А23-7897/2018 было приостановлено до получения заключения экспертов по результатам назначенной судебной экспертизы.

В связи с поступлением экспертного заключения определением суда от 14.08.2020 производство по делу было возобновлено, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен временный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Акрос» ФИО5.

Определением от 28.10.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Акрос» ФИО6.

Третьи лица своих представителей в судебное заседание не направили, о времени и месте судебного заседания с учетом ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считаются уведомленными надлежащим образом, в силу ст. 156 указанного кодекса судебное заседание может быть проведено в их отсутствие.

В судебном заседании истец поддержал ранее заявленное ходатайство об уточнении заявленных исковых требований, в соответствии с которым просил в взыскать с ФИО4 в  пользу ООО «Акрос» (ОГРН 

<

***>) убытки в размере 639 759 руб. 05 коп., отметив, что сумма подлежащая взысканию меньше, чем установлено экспертным заключением. 

Судом на основании части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принято уточнение исковых требований.

В судебных заседаниях 31.03.2021 и  07.04.2021 был объявлен перерыв до 08.04.2021 до 17 час. 00 мин. После перерыва судебное заседание было продолжено. 

Истец и представитель истца в судебном заседании заявленные исковые требования поддержали в полном объеме, указали, что ответчик будучи осведомленным о балансовой стоимости основных средств, действуя не в интересах ООО «Акрос» (ОГРН 

<

***>), передал в ООО «Крафтмет» оборудование, необоснованно определив его стоимость в 1 000 000 руб., чем причинил обществу убытки в заявленном размере, отметили, что в связи с отчуждением имущества, в частности, станков, общество было лишено возможности осуществлять свою основную деятельность, связанную с производством изделий из пластмасс и из резины, обработкой металлических изделий.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения заявленных исковых требований, ссылаясь на то, что фактически сделка была связана с выходом ФИО4 из состава участников общества, размер убытков не может быть установлен на основании представленного экспертного заключения, указал на пропуск срока исковой давности. 

Изучив материалы дела, выслушав представителей сторон, суд установил следующее.

Как следует из содержания материалов дела, 31.12.2002 общество с ограниченной ответственностью «Акрос» (ОГРН 

<

***>) зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц.

В период с 12.06.2012 по 24.05.2016 ФИО3 и ФИО4 являлись участниками общества ООО «Акрос» (ОГРН 

<

***>), с равными долями в уставном капитале по 50%.

На основании заявления от 24.05.2016 ФИО4 вышел из состава участников общества, между участниками было подписано соглашение №1 о передаче имущества в счет выплаты действительной стоимости доли в устном капитале общества, определен размер действительной стоимости доли (т. 2, л.д. 63). 

Решением единственного участника ООО «Акрос» от 30.06.2016 №3/16 было принято решение расторгнуть с 01.07.2016 трудовой договор с директором ФИО4, назначен новый директор ФИО3 (т. 2. л.д. 47).

В указанный период времени ФИО4 являлся директором общества с ограниченной ответственностью  «Детали Электронных Приборов» (ОГРН 

<

***>, прежнее наименование ООО «Акрос», ООО «Крафтмет», т. 1, л.д. 47-66). 

24.05.2016 по актам №0000-000001 и 0000-000002 без заключения договора и без издания приказа на продажу основных средств, ООО «Крафтмет» буди переданы основные средства, общая стоимость которых определена в размере 810 600 руб. 

Как следует из пояснений сторон, у ООО «Акрос» (ОГРН 

<

***>) имелась задолженность перед ООО «Крафтмет» на сумму 1 000 000 руб., с целью погашения данной задолженности были переданы основные средства по указанным актам. 

Истец, не отрицая факта наличия задолженности на сумму 1 000 000 руб., равно как и факта погашения долга на указанную сумму, считает, что 11 из 15 позиций основанных средств оценены ниже рыночной стоимости на дату их отчуждения, о чем ФИО4, являясь директором общества и проводя в 2015 году инвентаризацию основных средств, не мог не знать. 

Считая, что посредством передачи основных средства по актам №0000-000001 и 0000-000002 от 24.05.2016, ответчик, действуя не в интересах общества, а в интересах собственного юридического лица, причинил убытки ООО «Акрос» (ОГРН 

<

***>) сумме 639 759 руб. 05 коп., истец обратился в суд с настоящими исковыми требованиями. 

Оценивая заявленные требования, возражения против их удовлетворения, суд исходит из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 11 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Согласно ч. 1 ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Защита гражданских прав может осуществляться, в том числе путем возмещения убытков (ст. 12 ГК РФ).

Согласно статье 225.1 АПК РФ арбитражные суды рассматривают споры по искам учредителей, участников, членов юридического лица о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу (пункт 3); споры, связанные с ответственностью лиц, входящих или входивших в состав органов управления и органов контроля юридического лица, а также споры, возникающие из гражданских правоотношений, между указанными лицами и юридическим лицом в связи с осуществлением, прекращением, приостановлением полномочий указанных лиц (пункт 4).

Из разъяснений, данных  в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление №62) следует, что требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом с учетом положений пункта 4 статьи 225.1 АПК РФ споры по искам о привлечении к ответственности лиц, входящих или входивших в состав органов управления юридического лица, в том числе в соответствии с абзацем первым статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации, являются корпоративными, дела по таким спорам подведомственны арбитражным судам (пункт 2 части 1 статьи 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и подлежат рассмотрению по правилам главы 28.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В рамках настоящего дела заявлен иск о взыскании убытков с бывшего руководителя ООО «Акрос» (ИНН 

<

***>), следовательно, данный спор носит корпоративный характер.

Пунктом 1 ст. 53 ГК РФ установлено, что юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

В соответствии с п. 4 ст. 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ  «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

Согласно п. 3 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Ответчиком по требованию о возмещении причиненных корпорации убытков выступает соответственно причинившее убытки лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, члены коллегиальных органов юридического лица, лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

При определении оснований и размера ответственности органов и должностных лиц в пункте 3 статьи 44 Закона об обществах предписано принимать во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Из анализа указанных норм права следует, что директор является исполнительным органом управления общества, реализующим от имени данного юридического лица гражданские права и обязанности, и, действуя в интересах организации, директор не вправе выходить за пределы предоставленной ему компетенции.

В соответствии с п. 3 ст. 40 Закона обществах единоличный исполнительный орган общества: без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки; выдает доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия; издает приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания; осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального исполнительного органа общества.

В силу п. 4 ст. 40 Федерального закона обществах порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа.

Согласно п. 2 ст. 44 Федерального закона обществах единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные ему их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник (п. 5 ст. 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

В соответствии с пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2015 №21 «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации» руководитель организации (в том числе бывший) на основании части второй статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями, только в случаях, предусмотренных федеральными законами. Расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами гражданского законодательства, согласно которым, под убытками понимается реальный ущерб, а также неполученные доходы (упущенная выгода) (статья 15 ГК РФ).

Таким образом, ответственность единоличного исполнительного органа общества является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 ГК РФ.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.04.2011 №15201/10 изложена правовая позиция, согласно которой при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

При этом лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. Бремя доказывания лежит на лице, утверждающем, что управомоченное лицо употребило свое право исключительно во зло другому лицу (пункт 3 статьи 10 ГК РФ).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, возможно при доказанности совокупности нескольких условий: противоправности действий причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения исковых требований.

При этом в пункте 3 Постановления №62 разъяснено, что арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (п. 1 ст. 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.) (абзац 4 п. 2 Постановления №62).

Согласно подпункту 5 п. 2 Постановления №62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения (подпункт 5 п. 2 Постановления N 62).

По делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ) (пункт 6 Постановления №62).

Бремя доказывания недобросовестности и неразумности поведения генерального директора и лица, имеющего фактическую возможность определять действия юридического лица, возложено на истца (юридическое лицо и (или) его учредителя (участника), требующего взыскания убытков). В свою очередь, директор (фактический руководитель) вправе представлять доказательства добросовестности и разумности своих действий.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Согласно п. 4 Постановления №62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

В силу ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

Предметом настоящего спора является требование о взыскании с ответчика причиненных убытков, составляющих разницу между рыночной стоимостью отчужденных основных средств и их стоимостью отраженных в №0000-000001 и 0000-000002 от 24.05.2016 (т. 1, л.д. 27-34), по которой была погашена задолженность. 

В соответствии с ч. 1 ст. 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Для установления рыночной стоимости отчужденного имущества по ходатайству истца была назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено экспертам общества с ограниченной ответственностью «Центр экспертизы имущества «АБАШ» ФИО9 и ФИО10, с постановкой следующих вопросов:

1. Какова рыночная стоимость переданных от ООО «Акрос» ООО «Крафтмет» по акту №0000-000001 от 24.05.2016 основных средств - автомобиля ГАЗ 3301, станка токарного TURNADO, термопласта, установки сварки У180-Т, источника бесперебойного питания, принтера BROTHER, принтера Canon-810, устройства для смешивания, факса, компьютера 4, компьютера SONY, на дату их отчуждения 24.05.2016?

2. Какова рыночная стоимость переданных от ООО «Акрос» ООО «Крафтмет» по акту №0000-000002 от 24.05.2016 основных средств - станка заточного 3Е642 зав. №706, станка токарного 1К62Д зав. №8550, пресс кривошипно-шатунного мод. D50, станка сверлильного 2У112 - на дату их отчуждения 24.05.2016?

Из представленного экспертного заключения усматривается, что 11 из 15 основных средств, указанные в актах №0000-000001 и 0000-000002 от 24.05.2016 были оценены ниже рыночной стоимости, в частности, стоимость автомобиля ГАЗ 3301 была определена ниже рыночной на 154 424 руб. (рыночная стоимость 184 424 руб., цена продажи – 30 000 руб.), стоимость станка токарного TURNADO ниже рыночной на 3 577 руб. (рыночная стоимость 565 827 руб., цена продажи – 562 250 руб.), стоимость термопласта определена ниже рыночной на 144 649 руб. (рыночная стоимость 184 649 руб., цена продажи – 40 000 руб.), стоимость установки сварки У180-Т определена ниже рыночной на 13 648 руб. (рыночная стоимость 33 648 руб., цена продажи 20 000 руб.), стоимость принтера BROTHER ниже рыночной на 388 руб. 12 коп. (рыночная стоимость 1 509 руб., цена продажи 1120 руб. 88 коп.), стоимость принтера Canon - 810 ниже рыночной на 54 руб. (рыночная стоимость 1 054 руб., цена продажи 1 000 руб.), стоимость принтера устройства для смешивания ниже рыночной на 2 247 руб. (рыночная стоимость 13 247 руб., цена продажи 11 000 руб.), стоимость станка заточного 3У642 зав. №706 ниже рыночной на 203 581 руб. (рыночная стоимость 250 814 руб., цена продажи 47 233 руб.), стоимость станка токарного 1К62Д зав. №8550 ниже рыночной на 43 516 руб. (рыночная стоимость 97 380 руб., цена продажи 53 564 руб.), стоимость пресса кривошипно-шатунного мод. D50 ниже рыночной на 71 980 руб. (рыночная стоимость 98 230 руб., цена продажи 26 250 руб.), стоимость станка сверлильного 2У112 ниже рыночной на 9 270 руб. 45 коп. (рыночная стоимость 11 458 руб., цена продажи 2 187 руб. 55 коп.).

В соответствии со статьей 7 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений предполагает его самостоятельность в выборе методов проведения экспертного исследования, которые должны основываться на требованиях законодательства.

В рассмотренном случае недостатков в экспертном заключении сомнений в правильности и объективности содержащихся в нем выводов, которые могли бы послужить основанием для назначения повторной экспертизы, не установлено, данное заключение не содержит неясностей в суждениях, выполнено последовательно, не содержит противоречивых выводов, достаточно ясное и полное, содержит однозначные ответы выводы по поставленным вопросам.

Заключение экспертов  оформлено в соответствии с требованиями действующего законодательства, эксперт предупрежден об уголовной ответственности, результаты данной экспертизы не оспорены, в связи с чем, суд использовал ее результаты при рассмотрении настоящего дела.

В соответствии с нормами процессуального права заключение экспертизы является одним из доказательств по делу, не имеющим приоритета над другими доказательствами (часть 5 статьи 71, часть 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса РФ). У суда отсутствуют основания считать выводы экспертов  не соответствующими действительности. 

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что реализация спорного имущества не отвечает критерию разумности, учитывая, что ООО «Акрос» (ОГРН 

<

***>) является коммерческой организацией, задачей которой является осуществление уставной деятельности с целью извлечения прибыли, между тем отчуждение имущества по заведомо значительно заниженной цене, отсутствие равноценной встречной оплаты не соответствует целям и задачам уставной деятельности общества, лишено экономического смысла.

Более того, доказательств того, что продажа имущества по заниженной цене осуществлена для предотвращения еще большего ущерба интересам общества, не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Возражения ответчика в отношении размера убытков также являются необоснованными, поскольку общество фактически лишилось имущества необходимого для осуществления основного вида деятельности (производство прочих изделий из пластмасс, не включенных в иные группировки; производство изделий из резины, не включенных в иные группировки, обработка металлических изделий с использованием основных технологических процессов машиностроения и пр.). 

При этом судом учтено, что сумма подлежащая взысканию меньше, чем установлено экспертным заключением.

Ссылка ответчика на то, что фактически сделка была связана с выходом ФИО4 из состава участников общества не может быть принята во внимание, поскольку между участниками было подписано соглашение №1 о передаче имущества в счет выплаты действительной стоимости доли в уставном капитале общества, определен размер действительной стоимости доли (т. 2, л.д. 63), отчуждение имущества производилось в счет погашения долга существовавшего между двумя юридическими лицами.  

Довод ответчика о пропуске срока исковой давности подлежит отклонению, исходя из следующего.

Из разъяснений, данных в абзаце 2 пункта 10 Постановления № 62  следует, что в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Как следует из вышеуказанных разъяснений, начало течения срока исковой давности связано с моментом, когда юридическое лицо, например, в том числе, в лице его участников, получило реальную возможность узнать о нарушении.

Реальная возможность получения информации об отчуждении имущества у ФИО3 как участника общества возникла с момента его назначения директором общества, а именно 01.07.2016. Исковое заявление подано ФИО3 как участником общества 06.11.2018 т.е. в пределах срока исковой давности. 

Определением суда от 27.11.2019 по делу №А23-7897/2018 была назначена экспертиза, проведение которой поручено ООО «Центр экспертизы имущества «АБАШ». В определении суд установил стоимость экспертизы - 54 000 рублей.

Денежные средства для оплаты экспертизы, внесены на депозитный счет Арбитражного суда Калужской области ФИО3 в размере 54 000 руб. 

В соответствии со статьей 109 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проведение экспертизы подлежит оплате путем перечисления денежных средств на счет учреждения, вопрос об оплате будет разрешен отдельным судебным актом.

С учетом требований статьи 110, 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, в том числе, на проведение экспертизы, относится на ответчика.

Руководствуясь ст. ст. 110, 112, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

Р Е Ш И Л:

взыскать с ФИО4 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Акрос», г. Калуга, денежные средства в сумме 639 759 руб. 05 коп. 

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 расходы по оплате государственной пошлины в сумме 13 493 руб., расходы на проведение судебной экспертизы – 54 000 руб. 

Взыскать с ФИО4 в пользу в  доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 2 372 руб. 

Решение может быть обжаловано в течение месяца после принятия в Двадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи жалобы через Арбитражный суд Калужской области.

Судья                                                  Е.В. Иванова