РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-172728/23-159-1437

г. Москва

12 января 2024 г.

Резолютивная часть решения объявлена 15 декабря 2023года

Полный текст решения изготовлен 12 января 2024 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе: 

Судьи Константиновской Н.А.,  единолично, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1 

рассмотрев в судебном заседание дело по иску 

ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ТОР ИНЖИНИРИНГ" (603028, НИЖЕГОРОДСКАЯ ОБЛАСТЬ, НИЖНИЙ НОВГОРОД ГОРОД, АЭРОДРОМНАЯ УЛИЦА, 31, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 02.12.2008, ИНН: 

<

***>) 

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "УРАЛМАШ НЕФТЕГАЗОВОЕ ОБОРУДОВАНИЕ ХОЛДИНГ" (117292, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 16.06.2010, ИНН: 

<

***>)

 о признании недействительным условия, содержащегося в п. 3.5 Спецификации № 1 от 10.06.2019г. к договору поставки № 1-1365-2019 от 10.06.2019г.

Об обязании заменить товар  по государственному контракту, взыскании 14 000 руб.

при участии:

от истца: ФИО2   по доверенности от 14.09.2023г.

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 14.09.2023г.

У С Т А Н О В И Л:

ООО «ТОР Инжиниринг» обратилось в суд с иском к ООО «Уралмаш Нефтегазовое Оборудование Холдинг» о признании недействительным условие, содержащееся в п. 3.5 Спецификации № 1 от 10.06.2019г. к договору поставки № 1-1365-2019 от 10.06.2019г., заключенном между ООО «ТОР Инжиниринг» и ООО «Уралмаш Нефтегазовое Оборудование Холдинг».

Исковые требования мотивированы тем, что условие п. 3.5 спецификации является ничтожным, как устанавливающее двойную ответственность поставщика по договора (п. 2 ст. 168 ГК РФ), поскольку ГК РФ не предусматривает применение двух мер ответственности за одно нарушение, в то время как договором по существу установлена дополнительная ответственность за нарушение срока исполнения обязательств поставщика.

Истец в судебном заседании заявленные требования поддержал.

Ответчик, заявленные требования не признал по доводам письменного отзыва на иск и дополнениям к нему.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам:

В ходе судебного разбирательства судом установлено, 10.06.2019г. между ООО «ТОР Инжиниринг» (поставщик) и ООО «Уралмаш НГО Холдинг» (покупатель) заключен договор поставки № 1-1365-2019.

10.06.2019г. к договору поставки сторонами подписана спецификация № 1, в которой согласованы условия поставки токарно-сверлильно-фрезерного обрабатывающего центра с ЧПУ М200 MILL-TURN / 6500ММ.

В обоснование заявленных требований, истец указывает на то, что в спецификации имеется пункт 3.5, согласно которому сумма авансовых платежей, перечисленных покупателем в счет оплаты предстоящей поставки продукции по спецификации, является суммой коммерческого кредита, выданного поставщику на следующих условиях:

а) устанавливается льготный период кредитования, в течение которого к сумме кредита в виде аванса применяется процентная ставка 0%, при условии надлежащего и своевременного исполнения поставщиком принятых обязательств по настоящей спецификации (приложению). Продолжительность льготного периода устанавливается с даты, следующей за датой списания с расчетного счета покупателя суммы аванса и до даты (последнего дня срока) исполнения поставщиком обязательства, установленной в спецификации и в счет оплаты которого перечислен аванс, а в случае нарушения поставщиком указанного обязательства (включая, но не ограничиваясь - нарушение поставщиком сроков поставки, поставки не качественной/некомплектной продукции и т.д.) применяются условия ниже изложенного пп. «б».

б) за пользование коммерческим кредитом поставщик уплачивает покупателю проценты в размере 0,05% от суммы авансов (основной долг) за каждый день пользования начиная со дня, следующего за днем списания денежных средств с расчетного счета покупателя по день надлежащего исполнения поставщиком обязательства, в счет оплаты которого перечислен аванс включительно, или по день поступления (возврата) суммы коммерческого кредита на расчетный счет покупателя. При этом проценты за каждый день пользования суммой коммерческого кредита начисляются исходя из суммы основного долга с уже начисленными на нее процентами за предыдущее время.

Указанное условие истец считает недействительным (ничтожным), поскольку по мнению истца, данное условие прикрывает двойную меру ответственности.

Согласно п. 3.5 спецификации № 1 к договору поставки, суммы перечисленного аванса являются коммерческим кредитом, который выдан по ставке 0 % при условии надлежащего исполнения обязательств и по ставке 0,05 % от суммы авансов при условии нарушения поставщиком обязательств, включая просрочку поставки. Вместе с тем, из буквального толкования указанного условия следует, что «проценты за пользование коммерческим кредитом» обусловлены не пользованием денежными средствами, а неисполнением обязательств поставщика. Начисление платы за пользование коммерческим кредитом обусловлено нарушением сроков исполнения обязательства и поставлено впрямую зависимость от срока и суммы неисполненного обязательства.

Поскольку из смысла п. 1 ст. 823 ГК РФ следует, что проценты по коммерческому кредиту являются платой за правомерное пользование денежными средствами, то применение положений данной нормы не может быть связано с обстоятельством, свидетельствующим о нарушении срока исполнения денежного обязательства, а включение такого условия в договор позволяет его применительно к ст. 170 ГК РФ квалифицировать, как прикрывающее соглашение о неустойке, предусмотренное ст. 330 ГК РФ. 

Указанные обстоятельства послужили поводом для обращения истца с настоящими требованиями в суд.

Суд, анализируя представленные по делу доказательства, доводы и возражения сторон, приходит к следующему:

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Условия договора согласно п. 4 ст. 421 ГК РФ определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Стороны в п. 3.5 Спецификации N 1 согласовали, что: "Сумма авансовых платежей, перечисленные Покупателем в счет оплаты предстоящей поставки Продукции по настоящей Спецификации, является суммой коммерческого кредита, выданного Поставщику условиях, изложенных в п. п. "а" и "б". 

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Из буквального смысла содержащихся в спорном пункте слов и выражений, следует, что стороны действительно были намерены установить отношения по коммерческому кредиту, согласовав как право использования коммерческого кредита, так и условие об уплате за его использование процентов. Условие о коммерческом кредите согласовано сторонами в Спецификации и подписано без возражений со стороны ООО "ТОР-Инжиниринг", что свидетельствует как о согласии сторон на применение этого условия, так и о недобросовестности возражений к соответствующему условию договора после ненадлежащего исполнения.

Согласно статье 823 Гражданского кодекса Российской Федерации условие о предоставлении коммерческого кредита должно быть предусмотрено сторонами в договоре. 

В пункте 3.5 Спецификации прямо установлено, что сумма, уплаченная ООО "Уралмаш НГО Холдинг" в качестве аванса или предварительной оплаты, является суммой коммерческого кредита. 

Данное условие не противоречит положениям статей 809, 823 Гражданского кодекса Российской Федерации и соответствует пункту 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Кроме того, следует отметить, что названный пункт Спецификации, закреплен сторонами в разделе 3 договора "Условия расчетов", а не в разделе 8 договора "Ответственность сторон".

Пунктами 12 и 14 совместного Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.1998 N 13/14 "О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами", разъяснено, что проценты, взимаемые за пользование коммерческим кредитом, являются платой за пользование денежными средствами. Проценты за пользование коммерческим кредитом подлежат уплате с момента, определенного законом или договором. 

В п. 3.5 Спецификации определен размер процентов, а также момент, с которого они начисляются.

То обстоятельство, что начисление процентов поставлено в зависимость от просрочки исполнения поставщиком обязательств, в том числе к определенному договором сроку, то есть прекращение действия бесплатного (льготного) периода пользования авансом обусловлено исключительно действиями (бездействием) поставщика, не может быть истолковано в контексте применения дополнительной меры ответственности по отношению к неустойке, согласованной сторонами Договоре.

В договоре и в законодательстве, условия исчисления платы за коммерческий кредит и неустойки различны. 

Проценты по коммерческому кредиту являются платой за пользование денежными средствами - суммой перечисленного покупателем аванса и начисляются с момента получения аванса. 

Неустойка является мерой ответственности, способом обеспечения обязательства, санкцией за его неисполнение и начисляется с момента нарушения срока поставки. Из расчета процентов по коммерческому кредиту следует, что сумма процентов рассчитана исходя из суммы уплаченного аванса. 

Расчет неустойки осуществляется от стоимости несвоевременно поставленной (недопоставленной) продукции. Положения, регулирующие вопрос уплаты коммерческого кредита, указаны в разделе 3 Спецификации "Условия оплаты", положение о неустойке в разделе 8 Договора "Ответственность". 

В отличие от неустойки проценты за пользование коммерческим кредитом не являются мерой гражданско-правовой ответственности, ввиду того, что выступают в качестве составной части основного обязательства, предусмотренного условием о предоставлении коммерческого кредита, которое в свою очередь включено в спецификации.

Данные доводы истца  были предметом рассмотрения и оценки судами при рассмотрении дела А40-286115/22-93-2260 между теми же сторонами спора.

Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Следовательно, факты, которые входили в предмет доказывания, были исследованы и затем отражены в судебных актах, приобретают качество достоверности, пока акт не отменен или не изменен.

Таким образом, по сути требования истца направлены на преодоление преюдициально установленных обстоятельств в рамках другого дела, в котором участвовали те же участники процесса.

С учетом вышеизложенного, исходя из буквального толкования условий договора, суд приходит к выводу о достижении Сторонами соглашения о предоставлении коммерческого кредита, за пользование которым производится оплата в размере и на условиях, предусмотренных Спецификацией, что исключает возможность применения п.2 ст. 170 ГК РФ.

При этом суд полагает заслуживающим внимание доводы ответчика о недобросовестном поведении истца, который оспаривает данное положение лишь после предъявления к нему требований о взыскании задолженности и неустойки ввиду ненадлежащего исполнения своих обязательств. 

Начиная с момента заключения (10.06.2019 г.) до 29.05.2023 г. (предоставление дополнений к отзыву на исковое заявление по делу №А40-286115/22-93-2260, в которых изложена позиция истца о признании начисленных процентов за пользование коммерческим кредитом в качестве двойной ответственности) истец исполнял условия договора, включая условия, определенные в Спецификации № 1, подтверждал надлежащее исполнение условий спорной спецификации (п. 3 дополнительного соглашения №1 от 31.03.2020г., п. 11 дополнительного соглашения №3 от 07.10.2020г.) чем подтверждал действительность исполняемой спецификации и не заявлял о признании данного пункта (3.5) Спецификации № 1 недействительным условием.

В силу п. 2 ст. 431.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения заявленных требований  не установлено.

Рассматривая заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд приходит к следующему:

В соответствии с п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Так, истец узнал о заключении Спецификации №1, пункт 3.5 которой оспаривает 10 июня 2019 года.

Таким образом, срок исковой давности по требованию истца истек 10 июня 2022 года.

Следовательно, истцом пропущен срок для предъявления требований о признании недействительной как Спецификации №1 от 10.06.2019 г. к Договору, так и отдельных пунктов данной Спецификации № 1.

Согласно п. 15 Постановления Пленума ВС № 43 от 29.09.2015 истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Расходы по оплате госпошлины распределяются судом в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 16, 17, 28, 102, 110, 167-171, 176, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый Арбитражный Апелляционный суд в течении месяца со дня принятия.

 

Судья             Н.А. Константиновская