Арбитражный суд Хабаровского края

г. Хабаровск, ул. Ленина 37, 680030, www.khabarovsk.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

дело № А73-18029/2023

г. Хабаровск

05 июня 2024 года

Резолютивная часть определения объявлена 27 мая 2024 года

  Арбитражный суд Хабаровского края в составе 

  судьи А.Г. Шанцевой

при ведении протокола помощником судьи В.В. Шадриной

рассмотрев в судебном заседании заявление общества с ограниченной ответственностью «Концепт-Ойл» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

  к ФИО1 

  третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Фабер» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

  о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Фабер» и взыскании с него 675 582 руб. 45 коп.

при участии: от ООО «Концепт-Ойл» - ФИО2  по доверенности от 09.01.2024 (посредством веб-конференции); от ФИО1 – ФИО3 по доверенности от 29.02.2024.

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «Концепт-Ойл» (далее – ООО «Концепт-Ойл», заявитель) 02.11.2023 обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением о привлечении ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Фабер» (далее – ООО «Фабер», Общество) и взыскании с него 166 650 руб.

Определением от 09.11.2023 заявление принято к производству, назначено к рассмотрению в предварительное судебное заседание; к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено ООО «Фабер».

27.11.2023 ООО «Концепт-Ойл» уточнило в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) сумму заявленных требований, увеличив ее до 675 582 руб. 45 коп. Уточнения судом приняты.

Определением от 10.01.2024 заявление назначено к рассмотрению судебном заседании.

Судебное заседание неоднократно откладывалось – ввиду неявки ответчика и непредставления им отзыва, с целью направления запросов, впоследствии – ввиду поступления от ФИО1 отзыва с возражениями, с целью представления ответчиком дополнительных доказательств в обоснование своих доводов и возражений.

В настоящем судебном заседании представитель ООО «Концепт-Ойл» настаивал на заявленных требованиях в полном объеме.

Представитель ФИО1 возражал по мотивам, изложенным в письменном отзыве; в частности, сослался на то, что заявителем не в полной мере реализованы меры по истребованию задолженности у ООО «Фабер», в том числе, посредством процедуры банкротства Общества; кроме того, заявил о пропуске срока исковой давности.

С учетом мнения сторон, суд счел возможным рассмотреть обособленный спор в настоящем судебном заседании по имеющимся в деле доказательствам на основании статьи 156 АПК РФ.

Из материалов дела, заявления ООО «Концепт-Ойл» установлено следующее.

ООО «Фабер» создано в качестве юридического лица в 2018 году; единственным учредителем и руководителем Общества с момента создания и до настоящего времени являлся ФИО1

14.03.2019 между ООО «Концепт-Ойл» (поставщик) и ООО «Фабер» (покупатель) был заключен договор поставки № 32/К-2019 на поставку нефтепереработки и/или нефтехимии.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 30.11.2020 по делу № А19-8973/2020, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, с ООО «Фабер» в пользу ООО «Концепт-Ойл» взыскано 105 405 рублей 80 копеек – основной долг по договору, 147 466 рублей 61 копеек - сумма процентов за пользование коммерческим кредитом, 117 973 рубля 29 копеек - сумма штрафной неустойки; всего 370 845 руб. 70 коп.

  Решение вступило в законную силу, выдан исполнительный лист.

  12.04.2021 ОСП по Хабаровскому району УФССП России по Хабаровскому краю и ЕАО возбуждено исполнительное производство, в ходе которого погашение задолженности перед ООО «Концепт-Ойл» не было осуществлено.

  Определением Арбитражного суда Иркутской области от 01.10.2021 в рамках дела № А19-8973/2020 с ООО «Фабер» в пользу ООО «Концепт-Ойл» взысканы судебные расходы в размере 304 736 руб. 75 коп.

  Определение вступило в законную силу, выдан исполнительный лист, возбуждено исполнительное производство, однако взыскания по нему также не производились.

  Общая сумма задолженности ООО «Фабер» перед ООО «Концепт-Ойл» по названным судебным актам составляет 675 582 руб. 45 коп.

  20.04.2023 исполнительные производства были окончены, исполнительные листы возвращены взыскателю в связи с невозможностью установить место нахождения должника его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средствах и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении кредитных организаций.

  16.03.2023 ООО «Концепт-Ойл» обралось в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании ООО «Фабер» банкротом.

  Определением от 27.06.2023 производство по делу было прекращено ввиду отсутствия у должника имущества, достаточного для финансирования процедуры банкротства (при этом судом по ходатайству заявителя были приняты меры по установлению имущества должника – направлялись соответствующие запросы в регистрирующие органы). 

  Изложенное явилось основанием для обращения ООО «Концепт-Ойл» с настоящим заявлением о привлечении руководителя ООО «Фабер» ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества и взыскании с него задолженности перед ООО «Концепт-Ойл» в сумме 675 582 руб. 45 коп. на основании статей 61.11, 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а именно – в связи с неподачей руководителем заявлением о признании Общества банкротом, а также в связи с совершением сделки, в результате которой причинен существенный вред имущественным правам кредиторов.

  Рассмотрев ходатайство представителя ответчика о пропуске срока исковой давности, удовлетворение которого является самостоятельным основанием для отказа в иске, суд пришел к следующим выводам.

  Согласно ст. 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11, 61.12 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают в том числе, заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

16.03.2023 ООО «Концепт-Ойл» обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании ООО «Фабер» несостоятельным (банкротом), дело № А73-3690/2023. Определением от 27.06.2023 года производство по делу было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов по делу о банкротстве.

  Таким образом, ООО «Концепт-Ойл» приобрело право обращения в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего лица по долгам Общества 27.06.2023 года.

  Пунктом 5 ст. 6.14 Закона о банкротстве, установлено, что заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренному настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. Но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

  Следовательно, срок исковой давности на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности составляет три года и течение данного срока начинается с момента приобретения права на обращение в суд с таким заявлением и осведомленности заявителя о наличии соответствующих оснований.

  В данном случае, право ООО «Концепт-Ойл» на обращение в суд с заявлением возникло 27.06.2023 года, с этого же момента исчисляется трехгодичный срок исковой давности, а в суд с заявлением о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности Истец обратился 01.11.2023, т.е. через три месяца и три дня с момента приобретения такого права, то есть срок не пропустил. 

  В связи с чем, суд отказывает в удовлетворении ходатайства ответчика о пропуске срока исковой давности.

 Изучив материалы дела, заслушав доводы представителей заявителя, ответчика и оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд приходит к следующему.

  В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закон о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Порядок рассмотрения заявлений о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности предусмотрен главой III.2 Закона о банкротстве, которая внесена Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)».

Рассматривая требование ООО «Концепт-Ойл» о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением им обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), суды пришел к следующему.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – Постановление N 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов) и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель, с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины), может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Субсидиарная ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) в суд заявления должника установлена статьей 61.12 Закона о банкротстве, согласно пункту 1 которой неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; а также в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Из разъяснений, данных в пункте 14 Постановления N 53, следует, что согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

В пункте 12 Постановления N 53 разъяснено, что наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве, презюмируется.

В соответствии с приведенными нормами и разъяснениями, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: 1) возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; 2) момент возникновения данного условия; 3) факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; 4) объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, к субсидиарной ответственности по данному основанию контролирующее лицо может быть привлечено только по тем обязательствам, которые возникли после даты, когда это лицо должно было обратиться в суд с заявлением о признании Общества банкротом.

В данном случае, единственным лицом, предъявившим свои требования, является ООО «Концепт-Ойл», и только по одному обязательству (в данном случае, взыскание судебных расходов является производным от основного требования); никакие другие кредиторы к его требованию не присоединились. То есть отсутствуют обязательства, за которые ответчик должен отвечать в порядке, предусмотренном статей 61.12 Закона о банкротстве.

В связи с чем, заявление в этой части требований удовлетворению не подлежит.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3)).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Из разъяснений, изложенных в пункте 16 Постановления N 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Как следует из подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при причинении существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В абзаце первом пункта 23 Постановления N 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке (абзац четвертый пункта 23 Постановления N 53).

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают (абзац шестой пункта 23 Постановления N 53).

Применительно к настоящему спору лицо, требующее привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, должно доказать наличие соответствующей причинно-следственной связи, а ответчик - документально опровергнуть такую презумпцию. При этом в опровержение презумпции доведения должника до банкротства ответчик вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено внешними факторами (пункт 19 постановления Пленума N 53), а также на то, что ущерб, который они причинил своими действиями, не является существенным и не мог привести должника к банкротству.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2016 (далее - Обзор N 2), из системного толкования абзаца второго пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 18 Постановления N 53).

Первоначально обращаясь в суд с настоящим заявлением, ООО «Концепт-Ойл» ссылалось только на имеющиеся у него данные относительно финансового состояния ООО «Фабер»: прекращение исполнительных производств, обусловленное не установлением места нахождения должника и его имущества, прекращение производства по делу о банкротстве – ввиду отсутствия у должника имущества, достаточного для финансирования процедуры банкротства.

Впоследствии, ввиду истребования судом выписок по счетам ООО «Фабер» начиная с 2019 года по настоящее время, ООО «Концепт-Ойл» сослалось на следующие обстоятельства.

ФИО1, являясь контролирующим ООО «Фабер» лицом, знал о наличии задолженности перед ООО «Концепт-Ойл».

Данная задолженность сложилась в 2019 году, взыскана решение суда от 30.11.2020, которое вступило в законную силу 04.03.2021.

 

При этом согласно банковским выпискам ББР Банка за период с 25.02.2020 по 01.02.2021, общее поступление денежных средств на единственный рабочий счет ООО «Фабер» составило 31 232 838,96 рублей, аналогичную сумму составляет и расход по счету:

- ООО «Фабер» осуществило перечисление денежных средств в размере 5 134 962,42 рублей на счет 40702810100011000198 с назначением платежа (пополнение корпоративной банковской карты 5586058003177416 на имя ФИО1), которые в последующем были обналичены через банкомат. После принятия судом решения о взыскании денежных средств с ООО «Фабер» в пользу ООО «Концепт-Ойл», на счет Ответчика было перечислено еще 562 301,00 рублей;

- ООО «Фабер» осуществило перечисление денежных средств в размере 20 241 500,00 рублей на счет ООО «Альма» (ИНН 

<

***>), которая является подконтрольной организацией ответчика (единственный учредитель и руководитель) с назначением платежа (предоплата по договору поставки № 33 от 29.06.2020 и № 41 от 03.08.2020). После принятия судом решения о взыскании денежных средств с ООО «Фабер» в пользу ООО «Альма» было перечислено еще 9 435 500,00 рублей;

- ООО «Фабер» осуществило перечисление денежных средств в размере 50 000 рублей в пользу ФИО1 с назначением платежа «аванс заработной платы»;

- ООО «Фабер» осуществило перечисление денежных средств в размере 515 000 рублей в пользу ФИО1 с назначением платежа «возврат займа».

Таким образом денежные средства в размере 25 941 462,42 рублей были перечислены ООО «Фабер» в пользу ФИО1 и подконтрольной им организации ООО «Альма», что составляет 83% от общих оборотных денежных средств, при этом учитывая, что ООО «Фабер» не имеет никакого имущества.

Последние денежные средства были перечислены в пользу указанных лиц, после чего ООО «Фабер» фактически прекратило свою деятельность (отсутствует имущество, обороты по счетам).

Доводы представителя ответчика о преждевременности заявленных требований к ФИО1, ссылку на наличие дебиторской задолженности в размере 5 млн.руб. (согласно бухгалтерского баланса), суд счел необоснованными. В данном случае именно на ответчика как контролирующем ООО «Фабер» лице лежит бремя доказывания наличия у должника имущества и опровержения факта его отсутствия.

На истца, у которого соответствующая информация отсутствует, не может быть возложена обязанность розыска дебиторской задолженности; в рамках настоящего спора никаких пояснений относительно того, что это за актив, ее расшифровка, первичная документация – ответчиком не представлены.

Судом также проверены доводы ответчика относительно оснований перечисления денежных средств обществом «Фабер» в пользу ФИО1, и подконтрольному ему обществу «Альма»; в обоснование представлены копии договоров поставки, счетов-фактур, приходных кассовых ордеров.

Вместе с тем, несмотря на неоднократные требования суда, оригиналы данных документов ответчиком представлены не были.

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

При этом, директор общества, являясь единоличным исполнительным органом общества, очевидно, располагает достаточными сведениями о наличии у общества кредиторской задолженности, в связи с чем, действуя разумно и добросовестно, обязан предпринимать меры к ее погашению, что соответствует сложившимся обычаям делового оборота.

Как следует из Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.02.2018 № 8-П, конституционное требование действовать добросовестно и не злоупотреблять своими правами равным образом адресовано всем участникам гражданских правоотношений. Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание и на взаимосвязь добросовестного поведения с надлежащей заботливостью и разумной осмотрительностью участников гражданского оборота (постановления от 27.10.2015 № 28-П, от 22.06.2017 № 16-П и др.)

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, надо исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. При этом поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельства дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865).

Как следует из имеющихся в материалах дела документах ответчик являлся единственным учредителем и руководителем ООО «Фабер» и очевидно знал о наличии задолженности, однако никаких мер по ее погашению не предпринял. Вместе с этим, после принятия судом решения о взыскании денежных средств с ООО «Фабер» в пользу истца, на счет ответчика было перечислено 562 301,00 рублей и в пользу ООО «Альма» было перечислено 9 435 500,00 рублей.

Таким образом, ФИО1, зная о наличии задолженности перед ООО «Концепт-Ойл» и не желая ее оплачивать, действуя недобросовестно перечислил последние денежные средства со счетов ООО «Фабер» в пользу себя лично и подконтрольной им организации ООО «Альма», в результате чего, ООО «Фабер» стало отвечать признакам недействующей организации, неспособной исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота.

Все доводы и доказательства, представленные представителем ФИО1, судом оценены, однако они не могут быть приняты в качестве надлежащих и достаточных доказательств добросовестного поведения ответчика.

Никаких разумных пояснений относительно не оплаты задолженности ООО «Концепт-Ойл» при наличии к тому у ООО «Фабер» денежных средств, она оплачена не была.

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ все имеющиеся в деле доказательства, суд пришел к выводу об обоснованности заявленных требований истца в полном объеме.

Расходы по оплате государственной пошлины подлежат распределению в порядке стати 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 61.16, 61.19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 167, 176, 181 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Заявление общества с ограниченной ответственностью «Концепт-Ойл» удовлетворить.

   Привлечь ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Фабер».

   Взыскать с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Концепт-Ойл» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Фабер» 675 582 руб. 45 коп. 

   Взыскать с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Концепт-Ойл» расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 руб. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Шестой арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Хабаровского края.

 

   Судья                                                                                                А.Г. Шанцева