Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-5628/2023

г. Владивосток

14 ноября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 ноября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 14 ноября 2023 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Н.Н. Анисимовой,

судей О.Ю. Еремеевой, С.В. Понуровской,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Е.Д. Спинка,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «МЛК-Логистика»,

апелляционное производство № 05АП-5739/2023

на решение от 18.08.2023 

судьи М.С. Кирильченко

по делу № А51-5628/2023 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «МЛК-Логистика» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к Владивостокской таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «Промгрупп» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

о признании незаконным решения от 01.01.2023 о внесении изменений и дополнений в сведения, заявленные в ДТ №10702070/181022/3353135,

при участии:

от ООО «МЛК-Логистика»: представитель ФИО1 (при участии онлайн) по доверенности от 21.07.2022, сроком действия 3 года; 

от Владивостокской таможни: представитель ФИО2 по доверенности от 26.12.2022, сроком действия до 31.12.2023; ФИО3 по доверенности от 17.02.2023, сроком действия до 17.02.2024;

от ООО «Промгрупп»: представитель не явился, извещен;

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «МЛК-Логистика» (далее – заявитель, общество, декларант) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения Владивостокской таможни (далее – таможня, таможенный орган) от 01.01.2023 о внесении изменений и дополнений в сведения, заявленные в ДТ №10702070/181022/3353135. В качестве способа восстановления нарушенного права заявитель просил обязать таможню возвратить ему излишне уплаченные (взысканные) таможенные платежи по спорной ДТ, окончательный размер которых определить на стадии исполнения решения суда.

Одновременно общество ходатайствовало о взыскании с таможенного органа судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 35000 руб.

Определением суда от 06.04.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Промгрупп» (далее – третье лицо, ООО «Промгрупп»).

Решением Арбитражного суда Приморского края 18.08.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, общество обратилось с апелляционной жалобой в Пятый арбитражный апелляционный суд, согласно которой просит отменить обжалуемое решение и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование доводов жалобы указывает, что совокупностью представленных коммерческих и платежных документов подтверждается соглашение сторон по ассортименту, количеству и стоимости ввезенных товаров, в связи с чем вывод таможенного органа о невозможности соотнести представленные заявления на перевод со спорной поставкой является ошибочным. При этом настаивает, что предоставленное заявление на перевод №15 от 23.08.2022 полностью подтверждало оплату декларируемой партии товара с переходом остатков на новые поставки, что необоснованно не было учтено судом. Также заявитель жалобы отмечает, что именно проформа инвойса является счетом на предоплату, а коммерческий инвойс только международным счётом, который выставляется продавцом после согласования всех условий сделки. Соответственно инвойсы от 22.09.2022 №22092022Pg-1, №22092022Pg-4 были выставлены продавцом в качестве исполнения своих обязанностей перед покупателем. Кроме того, приводит доводы о том, что  отраженные в представленной экспортной декларации сведения о контракте, наименовании отправителя и получателя, наименовании товара, его упаковки, количества, цены за единицу товара, общей стоимости позволяли идентифицировать ее с рассматриваемой поставкой, в связи с чем она необоснованно не была принята во внимание таможней и судом, тем более, что экспортная декларация была представлена таможенному органу в том виде, в котором была получена от отправителя товаров. Соответственно заявитель не мог повлиять на правильность и корректность ее заполнения. Также ссылается на нарушение судом его процессуальных прав, поскольку общество не имело возможности ознакомиться с отзывом таможни, поданным накануне судебного заседания, а также не смогло принять участие в судебном заседании по техническим причинам. 

В судебном заседании до перерыва общество поддержало доводы апелляционной жалобы в полном объёме, а после окончания перерыва представило возражения на отзыв таможни и ходатайствовало о приобщении к материалам дела дополнительных документов, а именно: ДТ №10702070/140922/3304981, №10702070/181022/3353284, №10702070/260522/3161101, №10702070/260522/3161347, №10702070/260522/3161403, №10702070/260722/3229516, №10702070/300922/3330296, заявления на перевод №15 от 23.08.2022, проформ инвойсов №220810/2 от 10.08.2022, №220818/1 от 18.08.2022 и переписки сторон внешнеторгового контракта с переводом.

Данное ходатайство было судом апелляционной инстанции рассмотрено и на основании статей 159, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) удовлетворено частично, в результате чего представленные декларации на товары и проформы инвойсов были приобщены к материалам дела, как связанные с доводами апелляционной жалобы и фактическими обстоятельствами спора. Оснований для приобщения иных документов судебная коллегия не усмотрела, поскольку заявление на перевод имеется в материалах, а переписка сторон контракта выполнена без скриншотов её с электронной почты, что не позволяет установить ее происхождение и относимость к спорным правоотношениям.

Представители таможенного органа в судебном заседании с доводами апелляционной жалобы не согласились, обжалуемое решение считают законным и обоснованным, принятым при полном исследовании всех обстоятельств дела, с правильным применением норм материального и процессуального права и не подлежащим отмене.

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явилось, заявлений, ходатайств не представило, в связи с чем судебная коллегия на основании статей 156, 266 АПК РФ рассмотрела апелляционную жалобу без его участия по имеющимся в материалах дела документам.

При этом судебной коллегией в судебном заседании 30.10.2023 на основании статей 158, 159, 163 АПК РФ было отклонено ходатайство заявителя об отложении судебного разбирательства в связи с его необоснованностью и объявлен перерыв до 07.11.2023, о чём лица, участвующие в деле, были уведомлены путем размещения на официальном сайте суда информации о времени и месте продолжения судебного заседания.

Из материалов дела судом апелляционной инстанции установлено следующее.

В октябре 2022  года во исполнение контракта от 19.05.2021 №SD-PG, заключенного третьим лицом и иностранной компанией «SHANDONG TIANCHENG GROUP CO., LIMITED», на таможенную территорию Евразийского экономического союза на условиях CFR Восточный были ввезены товары «плиты древесно-волокнистые, средней плотности (MDF), толщиной более 9 мм», «плиты древесно-волокнистые, средней плотности (MDF), толщиной более 5 мм, но не более 9 мм» и «плиты, листы, пленка или ленты прочие из полимеров стирола ABS» на общую сумму 25931,64 долл.США.

В целях таможенного оформления указанного товара общество, действуя на основании агентского договора №010822 от 01.08.2022, подало в таможенный орган ДТ №10702070/181022/3353135, определив таможенную стоимость товаров по первому методу определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми товарами».

В ходе проведения контроля заявленной таможенной стоимости декларируемых товаров таможенным органом на основании пункта 4 статьи 325 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС, Кодекс) в адрес декларанта были направлены запросы от 18.10.2022 и  от 11.12.2022 о предоставлении документов и сведений, необходимых для подтверждения правильности определения таможенной стоимости.

Во исполнение требований таможенного органа общество письмом от 30.11.2022 представило имеющиеся в его распоряжении документы, запрошенные таможней, а также дало пояснения относительно формирования таможенной стоимости.

Посчитав, что сведения, использованные обществом при заявлении таможенной стоимости товаров, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, таможня приняла решение от 01.01.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ № 10702070/181022/3353135.

Не согласившись с указанным решением таможенного органа, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере внешнеэкономической деятельности, декларант обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, который обжалуемым решением суда отказал в удовлетворении заявленных требований.

Исследовав материалы дела, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, отзыве на нее, проверив в порядке статей 268, 270 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены или изменения решения суда на основании следующего.

По правилам пункта 2 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 Кодекса)

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 Кодекса, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса).

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Из материалов дела усматривается, что при таможенном оформлении ввезенного товара обществом вместе с ДТ №10702070/181022/3353135, поданной посредством системы электронного декларирования, были представлены следующие документы: контракт от 19.05.2021 №SD-PG с дополнительными соглашениями к нему, паспорт сделки, приложение №1 от 15.04.2022 к контракту, коносамент, инвойсы от 22.09.2022 №22092022Pg-l, №22092022Pg-4, заявления на перевод №15 от 23.08.2022, №17 от 24.08.2022, агентский договор №010822 от 01.08.2022 и другие документы согласно графе 44 ДТ.

В рамках таможенного контроля таможенной стоимости товаров, начатой до выпуска товаров, общество представило коммерческие документы по спорной поставке, проформы инвойсов, экспортную декларацию, ведомость банковского контроля, бухгалтерские документы, пояснения об отсутствии скидок, дистрибьюторских соглашений, пояснения о технических характеристиках, влияющих на цену товара, и иные документы.

Анализ указанных документов показывает, что согласно пункту 1 контракта №SD-PG от 19.05.2021 продавец продал, а покупатель купил товары согласно количеству, сумме и условиям инвойса на каждую поставку.

В силу пункта 2.1 контракта (в редакции дополнительного соглашения №13 от 24.08.2022) общая сумма контракта составляет 700000 долл.США. Цены остаются неизменными на весь срок действия контракта.

Продавец обязуется отгрузить товар покупателю на условиях и в сроки, указанные в инвойсе, согласно ИНКОТЕРМС-2010, но не позднее 180 дней с момента первой предоплаты по указанному инвойсу (пункт 3.1 контракта).

По условиям пункта 4.1 контракта оплата товара, поставляемого по настоящему контракту, будет осуществлена в долларах США на условиях, отраженных в инвойсах: 100% предоплата, частичная предоплата, оплата по отгрузке.

Во исполнение достигнутых договоренностей иностранной компанией в адрес третьего лица были сформированы и выставлены инвойсы №22092022Pg-l от 22.09.2022 на сумму 13235,94 долл.США и №22092022Pg-4 от 22.09.2022 на сумму 12695,70 долл.США, в соответствии с которыми на условиях CFR Владивосток подлежали поставки товары «МДФ панели», «АБС полоски в рулонах» с условием оплаты: 100% предоплата. 

В этой связи при помещении спорной товарной партии под таможенную процедуру «выпуск для внутреннего потребления» таможенному органу была представлена декларация на товары №10702070/181022/3353135, в графах 22, 42, 46 которой была заявлена указанная стоимость ввозимых товаров.

Изучив представленные документы, таможенный орган с использованием системы управления рисками выявил риски недостоверного декларирования, выразившиеся в отклонении заявленной таможенной стоимости товаров от ценовой информации, имеющейся в его распоряжении.

По данным  ИАС  «Мониторинг-Анализ», ИИС «Малахит» отклонение заявленного декларантом индекса таможенной стоимости от среднего уровня, сложившегося в регионе деятельности ФТС России составило 36,53%. При этом заявленный уровень таможенной стоимости ввозимых товаров составил 0,49 долл.США/кг, что ниже минимального значения ИТС, сложившегося в соответствующий период по товарам того же класса и вида на уровне 1,04 долл.США.

С учетом изложенного апелляционная коллегия приходит к выводу о том, что у таможни имелись законные основания для проведения проверки заявленной таможенной стоимости, в силу которого у декларанта были запрошены дополнительные пояснения и документы по факторам, влияющим на значительно низкую цену декларируемых товаров по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.

Между тем, как подтверждается материалами дела, достоверность и количественная определенность заявленной таможенной стоимости не были подтверждены в ходе таможенного контроля, исходя из содержания и характера представленных коммерческих документов и документов, сопутствующих спорной поставке, что в рассматриваемой ситуации не устранило сомнения таможни в обоснованности применения первого метода таможенной стоимости.

В данном случае судебная коллегия учитывает, что по условиям инвойсов №22092022Pg-l от 22.09.2022, №22092022Pg-4 от 22.09.2022 оплата производится покупателем предварительно в размере 100%.

В свою очередь в заявлениях на перевод №15 от 23.08.2022 на сумму 30565,50 долл.США и №17 от 24.08.2022 на сумму 47500 долл.США, представленных при таможенном оформлении и в ходе таможенного контроля, указано, что данные платежи произведены по контракту №SD-PG от 19.05.2021 и инвойсам №220810/2 от 10.08.2022, №220818/1 от 18.08.2022, №220822/2 от 22.08.2022. 

Таким образом, в ходе таможенного контроля общество представило коммерческие и платежные документы, не корреспондирующие друг другу и содержащие разночтения по сумме платежей, относящихся к оплате различных коммерческих документов.

При этом, давая в ходе таможенного контроля пояснения о том, что указанные в заявлениях на перевод реквизиты инвойсов фактически обозначают проформы инвойсов, как основы для платежа, не являющейся прямой идентификацией оплаты конкретной поставки, и что спорными платежными документами произведена оплата именно товаров по спорной ДТ, общество не представило указанные проформы инвойсов, а также не дало развернутые пояснения о том, каким образом указанные документы корреспондируют друг с другом.

Напротив, по запросу таможни в подтверждение достоверности заявленной таможенной стоимости были представлены проформы инвойсов №220829/1 от 29.08.2022 на сумму 13235,94 долл.США и №220829/2 от 29.08.2022 на сумму 12695,70 долл.США, которые также не идентифицируются со спорными платежами ни в части суммы денежных средств, ни в части назначения платежей.

Соответственно вывод таможенного органа о том, что представленными в ходе проверки заявленной таможенной стоимости документами не были устранены сомнения таможни в достоверности и количественной определенности таможенной стоимости ввезенных товаров, нашел подтверждение материалами дела.

Делая указанный вывод, суд апелляционной инстанции также учитывает, что предусмотренное в коммерческих инвойсах условие о 100% предварительной оплате товаров вступает в противоречие с представленными заявлениями на перевод, поскольку указанными платежными документами была произведена оплата товара раньше даты выставления спорных коммерческих инвойсов и, как следствие, раньше соглашения сторон по условиям поставки.

Довод апелляционной жалобы о том, что необходимым условием запуска продукции в производство является её 100% предоплата, в связи с чем проформа инвойса является счетом на предоплату, а инвойс только международным счетом, судом апелляционной инстанции не принимается, поскольку по условиям пункта 1 контракта ассортимент товара, его стоимость и порядок оплаты устанавливаются именно в инвойсе, и поскольку из условий контракта не следует необходимость выставления проформы инвойса для осуществления предварительного платежа.

Кроме того, указанные пояснения заявителя в любом случае не подтверждают относимость представленных заявлений на перевод к спорной поставке, учитывая, что назначение платежей в данных заявлениях не соотносится ни с инвойсами, ни с проформами инвойсами, представленными в ходе таможенной проверки.

То обстоятельство, что в ходе таможенного контроля общество представило ведомость банковского контроля, в соответствии с которой оно производит платежи в счет исполнения своих обязательств по контракту способами, не предусматривающими идентификацию платежей с конкретными товарными партиями, не свидетельствует о наличии бесспорных доказательств оплаты соответствующей поставки товаров, поскольку итоговое сальдо по контракту указывает на наличие переплаты.

При таких обстоятельствах следует признать, что представленные заявления на перевод и ведомость банковского контроля не отражали реальное состояние расчетов ООО «Промгрупп» со своим контрагентом по спорной поставке, в связи с чем сведения о заявленной декларантом таможенной стоимости исходя из смысла пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС нельзя признать документально подтвержденными.

С учетом изложенного вывод таможенного органа о невозможности в ходе контрольных мероприятий проверить документальное подтверждение суммы денежных средств, фактически перечисленных в счет исполнения обязательств по спорной поставке, нашёл подтверждение материалами дела.

В этой связи утверждение общества о том, что представленные коммерческие и платежные документы в совокупности позволяли установить согласованные сторонами контракта условия об ассортименте, количестве и стоимости товаров, апелляционной коллегией оцениваются критически, поскольку из представленных документов не представляется возможным соотнести платежи по контракту с конкретными поставками.

Давая оценку пояснениям общества, приведенным в возражениях на отзыв таможни, относительно того, что в июне 2022 года между сторонами контракта была достигнута договоренность о поставке большой товарной партии, состоящей из 12 контейнеров, с целью предварительной оплаты которой по просьбе покупателя были сформированы проформы инвойсов, включая №220810/2 от 10.08.2022, №220818/1 от 18.08.2022, №220822/2 от 22.08.2022, суд апелляционной инстанции учитывает, что данные пояснения не опровергают выводы таможенного органа о количественной неопределенности формирования стоимости товара и об отсутствии документального подтверждения заявленной таможенной стоимости, исходя из представленных документов в ходе таможенной проверки.

К аналогичному выводу судебная коллегия приходит и при оценке проформ инвойсов №220810/2 от 10.08.2022, №220818/1 от 18.08.2022, представленных декларантом в суд апелляционной инстанции, отмечая, что данные документы по своему содержанию также не соотносятся со спорной поставкой и не подтверждают утверждение общества об оплате товаров, заявленных в спорной ДТ, заявлениями на перевод №15 от 23.08.2022, №17 от 24.08.2022.

При этом указанные выше дополнительные пояснения и документы не были представлены декларантом в ходе таможенного контроля в отсутствие каких-либо препятствий для такого представления, тем более, что в соответствии с запросами документов и (или) сведений от 18.10.2022, от 11.12.2022 они были у общества запрошены.

При таких обстоятельствах следует признать обоснованным вывод таможни о том, что декларант в ходе таможенного контроля не в полной мере воспользовался правом доказать достоверность заявленной таможенной стоимости, учитывая, что по правилам главы 24 АПК РФ законность и обоснованность решения таможенного органа проверяется на дату его принятия, в связи с чем судебное разбирательство не может подменять собой таможенный контроль, имевший место на определенную дату.

Действительно, по смыслу статьи 325 ТК ЕАЭС обязанность по представлению документов и сведений, подтверждающих заявленную таможенную стоимость, возлагается на декларанта, вследствие чего риск неполного представления обществом подтверждающих документов в ходе таможенного контроля возлагается на декларанта и не позволяет последнему восполнять недостатки представленных документов в ходе судебного разбирательства, тем более на стадии апелляционного обжалования.

Названные выводы судебной коллегии согласуются с разъяснениями абзаца второго пункта 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 №49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление Пленума ВС РФ №49), что свидетельствует о безосновательности указанных доводов апелляционной жалобы.

В этой связи представление спорных пояснений и документов после завершения таможенного контроля не может свидетельствовать о незаконности отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости по спорной декларации.

Одновременно суд апелляционной инстанции отмечает, что представлением данных документов общество считает необходимым подтвердить оплату товаров, ввезенных по спорной декларации, тогда как отсутствие таких документов не было положено таможней в качестве основания для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости. Напротив, с учетом представленных коммерческих, платежных и банковских документов был сделан вывод о невозможности проверить порядок расчетов общества с контрагентом.

С учетом изложенного судебная коллегия считает, что обществу была предоставлена возможность документально подтвердить заявленную таможенную стоимость, включая предоставление сведений о том, что каким образом осуществлены платежи по контракту в части спорной поставки, от реализации которой последнее уклонилось.

Соответственно довод апелляционной жалобы об обратном подлежит отклонению как безосновательный.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что исходя из представленных декларантом документов, у таможенного органа в ходе таможенного контроля отсутствовала возможность убедиться в том, что стоимость товаров, ввезенных по спорной ДТ, является количественно определенной, поскольку заявленные ценовые характеристики указанных товаров не представилось возможным сопоставить с результатами декларирования в стране вывоза.

В данном случае, анализируя содержание экспортной декларации, представленной в ходе таможенного контроля, судебной коллегией установлено, что по данным экспортной декларации №422720220000843336 от 24.09.2022 на основании контракта №№SD-PG на условиях CFR к вывозу заявлены товары «древесноволокнистая плита 18 мм», «древесноволокнистая плита 8 мм», «АБС полоски» общей стоимостью 25931,64 долл.США, что согласуется со сведениями, заявленными в ДТ №10702070/181022/3353135.

В тоже время в нарушение Порядка заполнения таможенной декларации КНР на экспорт/импорт товаров, доведенного письмом ФТС России от 15.04.2019 №16-31/22462, в графах «Отправитель груза на территории Китая» и «Производитель, продавец» указаны разные компании с приведением одинакового 18-значного кода юридического лица, тогда как данный код является индивидуальным для каждого юридического лица и соответствует его кредитоспособности.

Кроме того, в графе «Получатель груза» аббревиатура организационно-правовой формы ООО «Промгрупп» заполнена на русском языке, а само фирменное наименование воспроизведено на английском языке. При этом в указанной декларации отсутствуют сведения о фамилии и имени декларанта, зарегистрированного в таможенном органе, его личный номер и контактный телефон, тогда как указание данных сведений является обязательным согласно Порядку заполнения таможенной декларации КНР на экспорт/импорт товаров. 

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума ВС РФ №49, в порядке реализации положений пункта 2 статьи 313, пункта 15 статьи 325 Таможенного кодекса декларант вправе предоставить пояснения об экономических и иных разумных причинах значительного отличия стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во внимание при вынесении окончательного решения.

Лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункт 12 Постановления Пленума ВС РФ №49).

Между тем, как подтверждается материалами дела, исходя из представленных декларантом документов, у таможенного органа в ходе таможенного контроля отсутствовала возможность убедиться в том, что стоимость товаров, ввезенных по спорной ДТ, является количественно определенной, поскольку заявленные ценовые характеристики указанных товаров не представилось возможным сопоставить с результатами декларирования в стране вывоза вследствие их несопоставимости.

В этой связи выявленные в экспортной декларации несоответствия заполнения соответствующих граф обосновано исключили возможность таможенному органу рассматривать данный документ в качестве документа, подтверждающего достоверность заявленной таможенной стоимости по ДТ №10702070/181022/3353135.

Довод апелляционной жалобы о том, что экспортная декларация является документом, оформляемым иностранным юридическим лицом, за действия которого декларант не может нести ответственность, судебной коллегией не принимается, поскольку по смыслу статей 38, 325 ТК ЕАЭС обязанность по представлению документов и сведений, подтверждающих заявленную таможенную стоимость, возлагается на декларанта.

С учетом изложенного судебная коллегия считает, что сведения о заявленной декларантом таможенной стоимости в нарушение пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС не являются количественно определяемыми и документально подтвержденными, что является ограничением для применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Делая указанный вывод, судебная коллегия отмечает, что письменные пояснения, обосновывающие низкий уровень заявленной цены товара при наличии данных о ввозе аналогичных товаров на территорию ЕАЭС по цене, превышающей указанную декларантом стоимость товаров, последним подготовлены не были.

При этом представление обществом выписки по счету 41 и документов по реализации предыдущих поставок не могут служить доказательством принятия мер по подтверждению заявленной таможенной стоимости, учитывая, что данные документы не позволяют проследить процесс формирования себестоимости продукции. Какой-либо информации, позволяющей определить стоимостные характеристики товаров по спорной ДТ, исходя из их качества, внешнего вида и коммерческой привлекательности, представленные обществом пояснения на запрос таможни, а равно коммерческие документы по спорной поставке не содержат.

В этой связи таможня обоснованно в порядке пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары, фактически отказав декларанту в принятии таможенной стоимости ввезенного товаров по первому методу определения таможенной стоимости.

По правилам пункта 15 статьи 38 Кодекса в случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса, применяемыми последовательно.

Выбор источника ценовой информации должен быть произведен таможней из числа источников, отраженных в системах специальной таможенной статистики (подпункт 7 пункта 3 статьи 351 ТК ЕАЭС), которая ведется таможенными органами в целях обеспечения задач, возложенных на таможенные органы, а не любых базах данных, формирование которых таможенными органами не контролируется, а потому достоверность которых не может быть обеспечена.

Как установлено судебной коллегией, таможенная стоимость задекларированного в спорной ДТ товаров скорректирована с применением метода по стоимости сделки с однородными товарами по правилам, предусмотренным статьей 42 ТК ЕАЭС.

Согласно статье 37 ТК ЕАЭС «однородные товары» - товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми.

Проверка соблюдения принципа последовательного применения методов определения таможенной стоимости товара и источника ценовой информации, выбранного таможней для изменения сведений о таможенной стоимости товаров по спорной ДТ, показала, что метод определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с однородными товарами» (третий метод) были выбраны таможней последовательно, а выбранные источники ценовой информации (для товара №1 – ДТ №10702070/190922/3310432, для товара №2 -  ДТ №10702070/260722/3229516, для товара №3 – ДТ №10702070/160922/3307180) сопоставимы по коммерческим, качественным и техническим характеристикам со сведениями о товарах, заявленных в спорной декларации. При этом данные товары классифицированы по одному коду Товарной номенклатуры, выполняют те же функции, могут быть коммерчески заменяемыми, имеют одну страну происхождения (КНР) и страну отправления (КНР).

Доводы общества, сводящиеся к несогласию с выбранными таможенным органом источниками ценовой информации, со ссылкой на ДТ №10702070/181022/3353284, по которой обществом был оформлен аналогичный товар, ввезенный в рамках того же контракта №SD-PG от 19.05.2021 и выпущенный по заявленной таможенной стоимости, судебной коллегией не принимаются, поскольку выпуск данной декларации был произведен с особенностями статьи 121 ТК ЕЭАС, то есть до завершения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений.

Соответственно указанная таможенная декларация не может служить достоверными источником ценовой информации в целях определения таможенной стоимости по результатам таможенной проверки, тем более, что она по дате своего оформления не соотносится с периодом выбора источников ценовой информации. 

К аналогичному выводу суд апелляционной инстанции приходит и при оценке ссылок заявителя жалобы на иные декларации на товары, поданные в отношении аналогичного товара, ввезенного в рамках контрактах №SD-PG от 19.05.2021, отмечая отсутствие правовых оснований для использования в качестве источников ценовой информации сведений о ввозе аналогичных товаров более чем за 90 дней до даты ввоза спорных товаров и сведений тех же участников внешнеэкономической деятельности.

С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу о том, что при выборе источников ценовой информации требования статьи 42 ТК ЕАЭС были таможней соблюдены.

Таким образом, оспариваемое решение от 01.01.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары ДТ 10702070/181022/3353135, является законным и обоснованным и не привело к нарушению прав и законных интересов общества в сфере предпринимательской деятельности, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно в порядке части 3 статьи 201 АПК РФ отказал в удовлетворении заявленных требований.

В целом доводы заявителя апелляционной жалобы не могут быть приняты во внимание, поскольку не опровергают выводов суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены судебного акта.

Выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права. Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Доводы апелляционной жалобы о допущенных судом первой инстанции процессуальных нарушениях в части необеспечения заявителю возможности участия в судебном заседании и представления возражений на отзыв таможенного органа судебной коллегией признаются безосновательными, поскольку материалами дела подтверждается, что обществу было одобрено участие в судебном заседании, назначенном на 14.08.2023, посредством веб-коференции, к которой представитель заявителя к установленному времени подключение не обеспечил, что отражено в протоколе судебного заседания от 14.08.2023. 

Указание заявителя жалобы на то, что он не мог обеспечить подключение к веб-конференции по техническим причинам, коллегией во внимание не принимается, поскольку неподключение участника дела к онлайн-заседанию по техническим причинам, находящимся в сфере его непосредственного контроля, при обеспечении арбитражным судом технической возможности для проведения судебного заседания с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) в предусмотренное для рассмотрения дела время и тогда, когда средства связи суда функционировали без каких-либо технических неполадок, не свидетельствует о нарушении прав участника, и процессуальным нарушением для безусловной отмены судебного акта не является.

В свою очередь подача таможенным органом в арбитражный суд отзыва на заявление общества накануне судебного заседания также вопреки не свидетельствует об ущемлении процессуальных прав общества, поскольку отзыв был подан через систему «Картотека арбитражных дел», в связи с чем заявитель имел возможность подать ходатайство об ознакомлении с указанным процессуальным документом непосредственно в день судебного заседания, чего им сделано не было.

Таким образом, нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

С учетом изложенного основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы в сумме 1500 руб. относятся судом апелляционной инстанции на заявителя, а в оставшейся части подлежат возврату фактическому плательщику из бюджета (которым в спорной ситуации является ООО «Промгрупп») как излишне уплаченные в порядке статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 18.08.2023  по делу №А51-5628/2023  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Промгрупп» из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 1500 руб. (одна тысяча пятьсот рублей), излишне уплаченную при подаче апелляционной жалобы по платежному поручению №715 от 06.09.2023 через филиал Сибирский ПАО Банк «ФК Открытие» г. Новосибирск. Выдать справку на возврат государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

Н.Н. Анисимова

Судьи

О.Ю. Еремеева

С.В. Понуровская