АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-6727/2021

10 января 2022 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 28 декабря 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 10 января 2022 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Чумакова Е.С.

судей: Никитина Е.О., Сецко А.Ю.

при участии: 

в отсутствие участвующих в деле лиц

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Гаранттехнострой» ФИО1

на определение Арбитражного суда Амурской области от 02.08.2021, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021

по делу №  А04-10709/2017

по жалобе ФИО2

на действия (бездействие) конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Гаранттехнострой» ФИО1

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Гаранттехнострой» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 675004, 

<

...>) несостоятельным (банкротом)

заинтересованные лица: Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Амурской области (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 675006, 

<

...>), ассоциация «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 302004, 

<

...>, оф. 14)

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО3, ФИО4   

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Амурской области от 05.12.2017 принято к производству заявление индивидуального предпринимателя ФИО4 о признании общества                                с ограниченной ответственностью «Гаранттехнострой» (далее также – должник, общество), несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 23.01.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5.

Решением суда от 23.07.2018 ООО «Гаранттехнострой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении общества открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Определением суда от 08.08.2019 арбитражный управляющий           ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве)                                   ООО «Гаранттехнострой», конкурсным управляющим должником утверждена ФИО1.

В рамках настоящего банкротного дела в Арбитражный суд Амурской области обратилась ФИО2 (единственный участник должника) с жалобой на бездействие конкурсного управляющего должником ФИО1, выразившееся в непринятии мер по взысканию денежных средств с ФИО3, также просила отстранить           ФИО1 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего  ООО «Гаранттехстрой».

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судом в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО3

Определением суда первой инстанции от 02.08.2021, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021, признано незаконным бездействие конкурсного управляющего ООО «Гаранттехнострой» ФИО1, выразившееся в непринятии мер по взысканию денежных средств с ФИО3; в удовлетворении остальной части требований отказано.

В поданной кассационной жалобе ФИО1 (далее также – конкурсный управляющий, заявитель, податель жалобы, кассатор, ответчик) просит указанные судебные акты в удовлетворенной части отменить, принять по обособленному спору новый судебный акт об отказе в удовлетворении жалобы ФИО2 в полном объеме.

Заявитель приводит доводы о том, что в рамках дела № 2-670/2018 Благовещенского городского суда Амурской области ФИО3 даны свидетельские показания относительно обстоятельств расходования денежных средств; управляющим в адрес ФИО3 15.04.2021 была направлена претензия, содержание которой сводилось к необходимости предоставления информации о выполненных на ее расчетный счет переводах и предоставлении документации, обосновывающей указанные переводы; в ответ на претензию управляющего ФИО3 были даны письменные и устные пояснения о том, что она действительно получала от                           ООО «Гаранттехнострой» денежные средства и в дальнейшем расходовала их по поручению супруга ФИО2 – ФИО4; сам по себе факт перечисления денежных средств на расчетный счет ФИО3 от должника с учетом выявленных обстоятельств не означает, что они были произведены без правовых и фактических оснований, незаконно; как следует из материалов дела, спорные платежи были произведены в период                         с октября 2015 по апрель 2016, таким образом, сроки исковой давности для подачи заявления о взыскании указанных платежей были пропущены еще до утверждения ФИО1 конкурсным управляющим.

В поступившем в материалы кассационного производства отзыве на кассационную жалобу ФИО1 Ассоциация «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие» привела доводы о поддержании требований кассатора, их обоснованности.

Как до, так и после объявлявшегося определением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 13.12.2021 отложения судебного разбирательства в порядке статьи 158 АПК РФ, податель жалобы, а также иные лица, участвующие в деле о несостоятельности (банкротстве), извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении судебного разбирательства не заявили, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 АПК РФ позволяет суду округа рассмотреть кассационную жалобу в их отсутствие.

Проверив законность судебных актов в порядке статей 284, 286               АПК РФ, судебная коллегия Арбитражного суда Дальневосточного округа приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судами двух инстанций, с расчетного счета должника в банке на личный счет ФИО3 осуществлялись перечисления денежных средств в следующих размерах и сроки:

- 05.10.2015 в размере 500 000 руб., основание – в подотчет              ФИО3, без НДС;

- 08.10.2015 в размере 200 000 руб., основание – в подотчет          ФИО3, без НДС;

- 09.10.2015 в размере 500 000 руб., основание – в подотчет                  ФИО3, без НДС;

- 13.10.2015 в размере 200 000 руб., основание – в подотчет                 ФИО3, без НДС;

- 15.10.2015 в размере 300 000 руб., основание – в подотчет            ФИО3, без НДС;

- 28.04.2016 в размере 270 000 руб., основание – хозяйственные нужды;

- 29.04.2016 в размере 250 000 руб., основание - хозяйственные нужды.

Единственный учредитель ООО «Гаранттехнострой» ФИО2,  считая, что конкурсным управляющим должника ФИО1 не принимались меры по взысканию денежных средств с ФИО3 в размере 2 215 00 руб., полученных ей в подотчет от ООО «Гаранттехнострой», по которым отсутствуют документы, подтверждающие законность их расходования и получения, обратилась в арбитражный суд с настоящей жалобой.

При рассмотрении жалобы судами также установлено, что мероприятий по пополнению конкурсной массы должника путем принятия мер по взысканию денежных средств с ФИО3 конкурсный управляющий не осуществила. Доказательств, свидетельствующих об обратном, в материалы дела не представлено. При этом претензия от 13.12.2019, направленная конкурсным управляющим в адрес ФИО3 о возврате денежных средств, не подтверждает исполнения последним своих обязанностей в полной мере, в отсутствие доказательств каких-либо мер по взысканию указанных денежных средств.

Коллегия апелляционного суда согласилась с выводом суда первой инстанции о том, что в рассматриваемой ситуации имеет место ненадлежащее исполнение управляющим своих обязанностей ввиду неприятия мер по взысканию денежных средств  должника, в связи с чем также указала на правомерность при изложенных обстоятельствах удовлетворения жалобы ФИО2 в рассматриваемой части  на действия (бездействие) конкурсного управляющего.

Доводы жалобы о том, что оснований к принятию мер по взысканию задолженности с ФИО3 у конкурсного управляющего не имелось, судом апелляционной инстанции не приняты ввиду непредставления  документальных доказательств того, какие конкретно предпринятые конкурсным управляющим меры позволили сделать вывод об отсутствии необходимости ведения работы по взысканию с ФИО3 задолженности.

Иные доводы подателя жалобы также не были приняты судом апелляционной инстанции со ссылкой на неопровержение ими факта наличия нарушения со стороны конкурсного управляющего, не предпринимавшей действий по возврату имущества в конкурсную массу должника.

Разрешая спор, нижестоящие суды руководствовались следующими нормативными положениями законодательства и разъяснениями по их применению.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статье 223 АПК РФ дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

С момента возбуждения производства по делу о банкротстве должника все процедуры банкротства осуществляются под контролем арбитражного суда, в том числе за деятельностью арбитражного управляющего.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3, 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий и бездействия конкурсного управляющего незаконными и отстранения его от возложенных на него обязанностей при наличии оснований, предусмотренных пунктом 1 статьи 145 названного Закона.

При этом статьей 60 Закона о банкротстве предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов должника путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав.

По смыслу данной нормы права основанием для удовлетворения жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов действием (бездействием) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом фактов несоответствия этих действий (бездействия) законодательству и нарушения такими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов должника.

Интересы должника, кредиторов и общества не считаются нарушенными при условии соответствия действий (бездействия) арбитражного управляющего требованиям Закона о банкротстве и иных нормативных правовых актов, регламентирующих его деятельность по проведению процедур, применяемых в деле о банкротстве.

В соответствии со статьями 64, 65 АПК РФ арбитражный суд на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, определяет обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права и на основе представленных доказательств.

Добросовестность и разумность действий конкурсного управляющего в реализации им своих прав предполагается, если не доказано иное.

В соответствии с пунктом 1 статьи 131 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.

Согласно пункту 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

Из совокупности указанных выше норм права следует, что задачей конкурсного производства является выявление имущества и денежных средств должника для формирования конкурсной массы для расчета с кредиторами.

Между тем, при рассмотрении настоящего обособленного спора судами, в частности, не было учтено следующее.

Как выше указывалось, первая процедура банкротства (наблюдение) была введена в отношении должника определением от 23.01.2018, временным управляющим являлся ФИО5 Несостоятельным (банкротом) ООО «Гаранттехнострой» было признано решением от 23.07.2018, с указанного периода конкурсным управляющим должником являлся ФИО6, который был освобожден от занятия соответствующей должности только 08.08.2019, определением от той же даты конкурсным управляющим утверждена ФИО1 (ответчик по настоящему спору).

Соответственно, с 23.07.2018 по 08.08.2019 составил период продолжительностью более чем один год.

Спорные перечисления в пользу ФИО3, как выше также указывалось и установлено нижестоящими судами, имели место в периоде 05.10.2015 – 29.04.2016.

Применительно к мероприятиям по формированию конкурсной массы в рамках банкротных дел, включая возврат необоснованно перечислявшихся должником в предбанкротном («подозрительном») периоде денежных средств иным лицам, необходимо принимать во внимание, что согласно разъяснениям пункта 1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента); выплата заработной платы, в том числе премии.

Кроме того, в пункте 32 постановления Пленума № 63 содержатся разъяснения о том, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ). В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Вместе с тем, учитывая предмет заявленных по настоящему обособленному спору требований (конкретно – непринятие мер ответчиком ФИО1 по взысканию денежных средств, перечислявшихся, соответственно, в периоде 05.10.2015 – 29.04.2016 со счета должника в пользу ФИО3) судами фактически оставлены без исследования и оценки обстоятельства, характеризующие разумность/правомерность (неразумность/неправомерность) поведения ФИО1 применительно к тому, что на дату ее утверждения конкурсным управляющим (08.08.2019), как выше указано, с даты открытия конкурсного производства истек более чем годичный срок, которым по общему правилу ограничен давностный период для оспаривания сделок должника по специальным основаниям банкротного законодательства.

В порядке требований о полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств (статья 71 АПК РФ) нижестоящими судами, тем не менее, не были установлены и оценены обстоятельства того, когда именно в соотношении с моментом открытия конкурсного производства в отношении ООО «Гаранттехнострой» началось течение годичного срока исковой давности в отношении спорных перечислений, притом, что в ходе процедуры наблюдения полномочия осуществлялись лицом (ФИО5), отличным от назначенного в последующем первого конкурсного управляющего (ФИО6), вместе с тем, оставлены без исследования и вопросы о том, когда данный управляющий (ФИО6, по отношению к которому ФИО1, соответственно, как последующий конкурсный управляющий является процессуальным правопреемником) узнал (объективно должен был узнать) об имевших место перечислениях в пользу ФИО3, в том числе, имелась ли соответствующая информация в отчетных материалах временного управляющего по результатам проведения процедуры наблюдения.

Равным образом, поскольку рассмотренная жалоба ФИО2 касалась именно мероприятий ФИО1 по перечисленным ранее средствам должника в пользу ФИО3, судам следовало принять меры по достоверному установлению того, какую должность в обществе занимало данное лицо (ФИО3) применительно, в частности, к тому, что в отношении лиц, входящих в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), законом установлена обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно   (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением (пункт 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума № 62)).

Вместе с тем, в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором (абзац второй пункта 10 постановления                  Пленума № 62).

Соответственно, в рамках данного спора подлежало учету, в частности, выяснение объективной возможности ответчика от имени должника предъявить к получателю средств требования о взыскании спорных сумм в порядке возмещения убытков по корпоративным основаниям (в случае занятия таким получателем в соответствующем периоде каких-либо должностей в составе органов управления ООО «Гаранттехнострой»), в таком случае – исходя из приведенных разъяснений и установленных по конкретному спору обстоятельств также определив, не являлся ли на момент утверждения ФИО1 конкурсным управляющим пропущенным срок исковой давности по такого рода требованиям.

Применительно к возможным мероприятиям ответчика по взысканию спорных средств в качестве только неосновательного обогащения или дебиторской задолженности (то есть вне связи с оспариванием сделок должника), судам также следовало принять во внимание, что согласно разъяснениям пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

То есть, в подобном случае (действии конкурсного управляющего от имени общества, которому должно было быть известно о спорных перечислениях и до введения банкротных процедур – с момента их фактической уплаты) назначение конкурсного управляющего (в том числе первого – 23.07.2018) не влияет на определение начального момента течения срока исковой давности по требованию должника о взыскании неосновательного обогащения (дебиторской задолженности).

Соответственно, поскольку последний из рассмотренных платежей, как выше указано, совершен 29.04.2016, а согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса, на дату утверждения ФИО1 конкурсным управляющим (08.08.2019), соответствующий трехлетний срок (до 29.04.2019) уже также являлся превышенным.

Действительно, в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения; согласно разъяснениям абзаца 4 пункта 32 постановления Пленума № 63 исковая давность по заявлению об оспаривании сделки применяется в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ по заявлению другой стороны оспариваемой сделки либо представителя учредителей (участников) должника или собственника имущества должника - унитарного предприятия, при этом на них лежит бремя доказывания истечения давности.

Вместе с тем, данные обстоятельства, касающиеся разумных и объективно доступных к осуществлению ФИО1 мероприятий в отношении спорных перечислений в пользу ФИО3 с точки зрения наличия либо отсутствия фактов истечения на момент ее утверждения сроков исковой давности для целей взыскания данных сумм тем или иным способом защиты и восстановления нарушенного права, как указано, в принципе остались за пределами исследования и оценки нижестоящих судов, однако должны были быть учтены, как могущие иметь значение для правильного разрешения спора.

Так, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Как отмечено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020                       № 308-ЭС19-18779(1,2) по делу № А53-38570/2018, в конкурсном производстве деятельность арбитражного управляющего должна быть подчинена цели этой процедуры - соразмерному удовлетворению требований кредиторов с максимальным экономическим эффектом, достигаемым обеспечением баланса между затратами на проведение процедуры реализации имущества и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований (статья 2 Закона о банкротстве, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018)           от 14.11.2018 со ссылкой на определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2018 № 305-ЭС15-10675).

Преследуя эту цель, арбитражный управляющий должен с одной стороны предпринять меры, направленные на увеличение конкурсной массы должника, в том числе на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, посредством обращения в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (пункты 2, 3 статьи 129 Закона о банкротстве). С другой стороны деятельность арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов.

Напротив, возбуждение по инициативе арбитражного управляющего судебных производств по заведомо бесперспективным требованиям может указывать либо на его непрофессионализм, либо на его недобросовестность, влекущие для конкурсной массы дополнительные издержки. Уменьшение конкурсной массы, вызванное подобными неправомерными действиями, может являться основанием для взыскания с арбитражного управляющего убытков.

Судебное оспаривание сделок должника является одним из механизмов пополнения конкурсной массы. Однако не всякое оспаривание может привести к положительному для конкурсной массы результату.

Нижестоящими судами в данном случае и исходя из вышеперечисленного не была дана оценка поведению ФИО1 применительно к судебным перспективам на положительное разрешение соответствующих заявлений и исков ответчика (от имени должника) к ФИО3 в том случае, если корреспондирующие давностные сроки с учетом даты ее утверждения (08.08.2019) в действительности являлись истекшими (являлись ли они таковыми и, соответственно, являлось ли в таком случае бездействие арбитражного управляющего разумным и рациональным, без оснований к признанию противоправным).

Как выше указано, данные обстоятельства могут иметь существенное значение для правильного разрешения спора и не подлежали оставлению без установления, исследования и надлежащей судебной оценки с учетом совокупности конкретных обстоятельств в рамках настоящего отдельного обособленного спора, включая и вопросы о том, имелись ли в рассматриваемой ситуации в случае оспаривания спорных платежей в качестве сделок объективные признаки того, что такие сделки, например, выходили за рамки диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве и позволяли управляющему разумно рассчитывать на наличие судебных перспектив для их оспаривания по статьям 10 и 168 ГК РФ с применением трехлетнего срока давности (согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ требуется выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Исходя из вышеизложенного, определяя спорные правоотношения, в нарушение статей 65, 71, 168, 170 АПК РФ суды установили факты, не подтвержденные с достаточной полнотой соответствующими доказательствами, сделали преждевременные выводы о наличии оснований для удовлетворения требований заявителя без установления всех необходимых обстоятельств дела.

Арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции (часть 2 статьи 287 АПК РФ).

При таких обстоятельствах определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда в обжалованной части подлежат отмене в соответствии с частью 1 статьи 288 АПК РФ с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд Амурской области (пункт 3 части 1             статьи 287 АПК РФ).

При новом рассмотрении дела арбитражному суду с учетом изложенного надлежит устранить отмеченные недостатки, предложить лицам, участвующим в деле, представить надлежащие документальные доказательства, подтверждающие подлежащие установлению  обстоятельства, установить все фактические обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения данного спора по существу, исследовать и оценить в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, и по результатам их исследования и оценки рассмотреть дело в соответствии с требованиями действующего законодательства и сложившейся судебной практики.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Амурской области от 02.08.2021, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021          по делу № А04-10709/2017 в обжалуемой части отменить. Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Амурской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                Е.С. Чумаков

 

Судьи                                                                                        Е.О. Никитин

 

А.Ю. Сецко