ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-8353/2024

г. Челябинск

19 июля 2024 года

Дело № А47-18091/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 июля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 июля 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Курносовой Т.В., Кожевниковой А.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Слепенко Ю.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 - ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 26.04.2024 по делу № А47-18091/2019 о завершении процедуры реализации имущества должника и неосвобождении его от дальнейшего исполнения обязательств.

 

ФИО1 (далее – должник) 18.11.2019 обратился в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом) с введением процедуры реализации имущества.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 17.02.2020 (резолютивная часть от 10.02.2020) ФИО1 признан несостоятельным (банкротом) с открытием процедуры реализации имущества сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО2 (далее также податель жалобы), член Союза арбитражных управляющих «Континент».

Определением суда от 07.05.2020 требование кредитора ФИО3 в сумме 7 471 424 руб. признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

20.10.2021 конкурсный кредитор ФИО3, скончался.

Определением суда от 05.08.2022 произведена замена в реестре требований кредиторов должника конкурсного кредитора ФИО3 с размером кредиторских требований 7 471 424, 90 руб., его правопреемником -ФИО4 (далее - кредитор).

В дальнейшем срок процедуры реализации имущества неоднократно продлевался, последний раз до 07.04.2024.

В соответствии со ст. 213.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) к рассмотрению в судебном заседании назначался отчет финансового управляющего о результатах проведения процедуры реализации имущества должника.

От кредитора ФИО4 поступило ходатайство о неосвобождении должника от исполнения обязательств перед ней.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 26.04.2024   процедура реализации имущества должника завершена. Суд не применил в отношении ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств перед конкурсным кредитором ФИО4.

Не согласившись с принятым судом определением, финансовый управляющий  должника обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение отменить в части неприменения в отношении должника правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, полагая, что оснований для неприменения в отношении него правил об освобождении от обязательств перед кредиторами не имелось. Указал, что на всей стадии процедуры банкротства, ФИО1 сотрудничал с финансовым управляющим, предоставлял запрашиваемые сведения. Кроме того, материалы дела содержат декларацию ИП ФИО1 подтверждающую ведение предпринимательской деятельности, счета-фактуры и накладные из материалов уголовного дела, подтверждающие приобретение должником мебели для предпринимательской деятельности. Также это подтверждается материалами доследственной проверки по заявлению кредитора ФИО4

Доказательства подтверждающие доводы кредитора, а также доказательства, опровергающие доводы должника, в дело не представлены. В заявлении кредитора о не освобождении от исполнения обязательств содержатся общие фразы о непредставлении документов. При этом сам по себе факт непредставления документов не влечет автоматическое не освобождение от исполнения обязательств перед кредиторами, должно быть доказано каким образом, непредставление того или иного документа повлекло определенные негативные последствия для формирования конкурсной массы.

Согласно представленным сведениям с места работы ФИО1 находится в вынужденном отпуске. Как пояснил ФИО1 в силу сложившихся обстоятельств, материальное обеспечение самого должника и общих детей целиком и полностью лежит на супруге ФИО1

От ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу, с доказательствами направления в адрес лиц, участвующих в деле, который в соответствии со статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен к материалам дела.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, их представителей. 

В отсутствие возражений сторон в соответствии с ч. 5 ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определение пересматривается арбитражным апелляционным судом в обжалуемой части.

 

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

В силу положений статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, дело о банкротстве должника возбуждено 06.12.2019 по заявлению самого должника.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

Из представленных в материалы дела отчета и реестра требований кредиторов следует, что в реестр требований кредиторов  в третью очередь   включены кредиторы в общей сумме 944 537 рублей (т. 7 л.д. 52).

Как следует из отчета финансового управляющего, заявлений кредиторов первой и второй очереди о включении в реестр требований кредиторов не поступило.

Финансовым управляющим сделаны запросы в регистрирующие органы в отношении должника, в результате которых у должника не выявлено принадлежащего ей на праве собственности имущества.

Доказательств, свидетельствующих о наличии или возможном выявлении имущества должника, пополнении конкурсной массы и реализации имущества в целях проведения расчетов с кредиторами в деле не имеется.

Поскольку какого-либо имущества, подлежащего реализации в процедуре банкротства у должника не выявлено, расчеты с кредиторами, производились за счет денежных средств поступающих в конкурсную массу. При таких обстоятельствах процедура реализации имущества гражданина подлежит завершению.

Ввиду того, что все мероприятия, необходимые для завершения процедуры реализации имущества гражданина в отношении должника, финансовым управляющим выполнены, последний обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества в отношении должника и освобождении ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств.

Завершая процедуру реализации имущества должника, суд первой инстанции исходил из того, что документально подтвержденных сведений об имуществе гражданина ФИО1, подлежащего включению в конкурсную массу не выявлено, лицами, участвующими в деле о банкротстве, не представлено; имеющиеся доказательства свидетельствуют об осуществлении финансовым управляющим всех мероприятий, предусмотренных законодательством о банкротстве, в связи с чем, отсутствуют основания для дальнейшего проведения процедуры реализации имущества должника.

ФИО4 в материалы дела представлено ходатайство о не освобождении должника от исполнения обязательств перед ней.

Суд первой инстанции, не применяя в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств, исходил из следующего. 

В соответствии со ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и ст. 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротстве).

Согласно п. 1 ст. 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи, согласно которому из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

В силу пунктов 1, 2 ст. 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов. По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

Так, согласно п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или финансовому управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абз. 3 п. 4 ст. 213.28 Закона, п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45  «О некоторых  вопросах,  связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»).

В основу решения суда по вопросу об освобождении (неосвобождении) гражданина от обязательств по итогам процедуры реализации имущества гражданина должен быть положен критерий добросовестности поведения должника по удовлетворению требований кредиторов.

В силу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Разрешение вопроса о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, зависит от добросовестности должника.

В частности, последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации.

Принятие гражданином на себя значительных денежных обязательств предполагает наличие у него возможности их своевременного исполнения за счет постоянного источника дохода или иного имущества, в том числе приобретенного на заемные средства, в связи с этим последующее банкротство должника и принимаемые в связи с этим в отношении него меры реабилитационного характера возлагают на него встречную обязанность по раскрытию цели получения кредита (займа), его расходовании и иных сведений, необходимых для финансового анализа.

Из материалов дела следует, что вступившим в законную силу заочным решением Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 14.04.2015 с должника в пользу ФИО5 (правопредшественника кредитора ФИО4) взыскано 7 743 704 рубля задолженности по договору займа (расписке от 15.12.2014 года), 309 748, 16 рублей процентов за пользование суммой займа, 48 467, 26 рублей расходов по государственной пошлине, а всего 8 101 919, 42 рублей.

Согласно пояснениям должника заемные денежные средства были потрачены им для ведения бизнеса в сфере реализации мебели, однако запланированная предпринимательская деятельность оказалось убыточной, в связи с чем, возвратить заемные денежные средства не представилось возможным.

Продлевая процедуру реализации имущества определением от 15.12.2023, суд первой инстанции указал, что представленные финансовым управляющим, суд полагает, что мероприятия по поиску имущества должника и проверке его доводов относительно обстоятельств расходования заемных денежных средств были проведены в недостаточном объеме.

Так, должником не представлено документов, свидетельствующих о ведении должником предпринимательской деятельности в сфере реализации мебели и расходовании заемных денежных средств в столь значительной сумме (универсальные передаточные документы, транспортные накладные на покупку и перевозку мебели, договоры аренды складских и торговых помещений).

Суд первой инстанции, продлевая процедуру реализации имущества, также отметил, что отсутствие у должника таковых документов позволяет согласиться с доводами кредитора о возможном ином характере расходования денежных средств на собственные нужды.

Из указанных обстоятельств следует, что должник, изначально в 2015 году вступая в заемные отношения с ФИО3 вел себя недобросовестно, введя кредитора в заблуждение относительно реальных намерений и целей получения займа, а также возможности его возврата.

С учетом уклонения должника от прояснения судьбы заемных денежных средств, финансовый управляющий, действуя разумно и добросовестно должен был предпринять необходимые меры по проверке доводов кредитора о возможном приобретении и оформлении имущества на лиц, формально не входящих в состав семьи должника, но имевших либо имеющих с ним родственные либо семейные связи.

Однако, за весь период проведения процедуры банкротства, должником не представлено никаких сведений, как о факте ведения предпринимательской деятельности по реализации мебели, так и иных сведений о расходовании суммы займа.

Судом сделан вывод, что фактически, в данной части, поведение должника

характеризовалось полным отказом от какого-либо сотрудничества сфинансовым управляющим и конкурсным кредитором, от предоставления документов и информации о расходовании суммы займа.

Указанное недобросовестное поведение должника послужило причиной неоднократных продлений сроков проведения процедуры банкротства, в ходе которого было установлено, что никаких сведений о том, что ООО "Родник", в котором должник и его мать являлись учредителями и которое, согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, занималось торговлей мебелью, а указанные должником контрагенты осуществляли поставку мебели, не имеется.

При этом, в случае осуществления реальной предпринимательской   деятельности на значительную сумму, должнику не представило бы никакихпринципиальных         препятствий для предоставления хотя бы минимального набора документов либо сведений о закупке и реализации мебели (договоров на приобретение мебели, сведений о поставке мебели и её реализации и т.п.).

В силу вышеизложенного, при отсутствии доказательств обратного, суд пришел к выводу о том, что должник, изначально, вступая в заемные правоотношения действовал недобросовестно, введя кредитора в заблуждение относительно реальных намерений и целей получения и расходования заемных денежных средств.

Дальнейшее поведение должника, в ходе проведения процедурыбанкротства, также характеризуется как недобросовестное, направленное на отказ от реального, открытого сотрудничества с финансовым управляющим и конкурсными кредиторами.

Так, в ходе судебного разбирательства судом установлено, что должником из конкурсной массы были получены денежные средства для оплаты стоматологических услуг, в подтверждение чего были представлены договор на оказание платных медицинских услуг № 47 от 19.02.2020 на сумму 5 500 рублей, договор на оказание платных медицинских услуг № 53 от 22.02.2020 на сумму 40 300 рублей, а также корешки к ПКО № 43 от 19.02.2020 в размере 5 500 рублей и ПКО № 53 от 22.02. 2020 в размере 40 300 рублей, выданные ООО «Клиника промышленной медицины».

В свою очередь, в ответ на определение суда от 09.01.2023 ООО «Клиника промышленной медицины» сообщило, что указанные договоры с ФИО1 не заключались, денежные средства по указанным приходным кассовым ордерам в кассу общества. 

Согласно правовой позиции, содержащейся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 N 310-ЭС17-14013, институт банкротства граждан предусматривает экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов - списание долгов. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались.

При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы четвертый, пятый пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В процедурах банкротства гражданин-должник обязан предоставить информацию о его финансовом положении, в том числе сведения о его имуществе с указанием его местонахождения, об источниках доходов, о наличии банковских и иных счетов и о движении денежных средств по ним (пункт 3 статьи 213.4, пункт 6 статьи 213.5 Закона о банкротстве).

Неисполнение данной обязанности, с одной стороны, не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, а с другой - создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед кредиторами.

При буквальном толковании четвертого абзаца пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве приведенный перечень ситуаций, когда действия должника считаются незаконными при возникновении или исполнении соответствующего обязательства, не является исчерпывающим.

Фактически, должник вел себя недобросовестно, введя кредитора в заблуждение относительно реальных намерений и целей получения займа, а также возможности его возврата, тем самым злоупотребил своими правами, что прямо запрещено п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, ФИО1 получал от финансового управляющего денежные средства в размере прожиточного минимума, а также получил единовременно 25 000 руб. на оплату коммунальных услуг, однако, как следует из отчетов управляющего, никаких доказательств оплаты коммунальных услуг должником до настоящего времени не представлено. 

Действия должника образуют правонарушение, предусмотренное ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Подобное поведение не приемлемо для получения привилегий посредством банкротства, поэтому непредставление гражданином       необходимых  сведений  (представление заведомо  недостоверных сведений) является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). Исключения могут составлять случаи, если должник доказал, что информация не была раскрыта ввиду отсутствия у него реальной возможности ее предоставить, его добросовестного заблуждения в ее значимости или информация не имела существенного значения для решения вопросов банкротства.

Если должник при возникновении или исполнении своих обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал свое требование, действовал незаконно (пытался вывести активы, совершил мошенничество, скрыл имущество и т.п.), то в силу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства также лишают должника права на освобождение от долгов, что указывается судом в судебном акте.

Учитывая изложенное, арбитражный суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении требования в части освобождения должника от исполнения обязательств в перед кредитором – ФИО4 

Доводы апелляционной жалобы о том, что на всей стадии процедуры банкротства должник сотрудничал с финансовым управляющим, предоставлял запрашиваемые сведения, материалы дела содержат декларацию ИП ФИО1 подтверждающая ведение предпринимательской деятельности, счета-фактуры и накладные из материалов уголовного дела подтверждающие приобретение должником мебели для предпринимательской деятельности, отклоняются, поскольку согласно документам, мебели должно быть куплено должником общим весом 75 тонн, однако должник не раскрыл перед судом и кредиторами место нахождения такого количества мебели. 

При этом финансовый управляющий указывает, что никакие негативные последствия непредставлением таких документов не причинены. Между тем, в случае реального приобретения указанной мебели, управляющий имел бы возможность пополнения конкурсной массы путем продажи мебели, либо взыскания с лиц, которым мебель была передана должником (продана, подарена) денежных средств.

Кроме того, сведения о покупке мебели не были представлены должником ни в материалы арбитражного дела о своем банкротстве, ни финансовому управляющему, а были получены кредитором из материалов проверки по заявлению ФИО3 о совершении должником преступных действий.

Доводы апелляционной жалобы финансового управляющего о вынужденном характере прекращения трудовых отношений не подтверждены, а должником такие причины не раскрыты.

Довод апеллянта о том, что должником впоследствии потраченные из конкурсной массы денежные средства были возвращены, также несостоятельны, поскольку само по себе представление ложных сведений и документов является достаточным для не освобождения от долгов, даже если впоследствии должник вернул денежные средства в конкурсную массу.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что сам должник отказ в применении к нему правил об освобождении от исполнения обязательств не обжаловал, доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции не привел.

На основании вышеизложенного, объективных доказательств, позволяющих суду сделать вывод о добросовестности действий должника по оформлению займа, не установлено, что квалифицируется судом как недобросовестные поведение, направленные на причинение ущерба кредитору, что препятствует в соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождению ФИО1 от дальнейшего исполнения кредитных обязательств перед кредитором – ФИО4

Как разъяснено в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" (далее - Постановление N 45), согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах. По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника.

Институт банкротства граждан предусматривает исключительный механизм освобождения добросовестных лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, который не может быть использован в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение, не согласующееся с предписаниями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Совокупность имеющихся в доказательств и усматриваемые из них фактические обстоятельства свидетельствуют о наличии оснований для неприменения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств в отношении ФИО4 В рассматриваемом случае имеются признаки, предусмотренные пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

На основании изложенного, определение арбитражного суда первой инстанции в обжалуемой части отмене, а апелляционная жалоба – удовлетворению не подлежат.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с п. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

В соответствии с подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации по настоящей апелляционной жалобе уплата государственной пошлины не предусмотрена.

 

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 26.04.2024 по делу № А47-18091/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 - ФИО2 - без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                    А.А. Румянцев

Судьи:                                                                          Т.В. Курносова

                                                                                     А.Г. Кожевникова